Свобода по договору или усадьба для попаданки

Глава 1

– Ваше величество, получилось! Леди де Лавер вернулась! – возвестил громкий мужской голос, вонзаясь в мой мозг раскалённой иголкой.

Были бы силы – я б поморщилась. Восьмая чашка кофе за последние шесть часов явно была лишней.

Впрочем, какая разница?

Последние двое суток слились в одну нескончаемую пытку, наполненную цифрами, таблицами и дешёвым растворимым кофе. Я почти не спала, готовясь к последнему дню практики, от которого зависело моё будущее.

А если выражаться точнее – получу ли я нормальную работу в филиале крупной столичной фирмы, который недавно открылся в нашем городке?

Я отчаянно нуждалась в этой работе. Настолько, что три месяца за копейки выполняла обязанности полноценного сотрудника, уходила позже всех и терпела придирки заместительницы директора филиала.

И сегодня я наконец выступила перед комиссией. В неё вошли глава филиала, та самая заместительница – типичная офисная мегера средних лет, и представитель столичного руководства.

Кое-как выдержав оборону из недобрых взглядов и каверзных вопросов, я добралась до дамской комнаты. Последнее, что я помнила – как включила холодную воду, чтобы умыться. Опёрлась ладонями о раковину, попыталась отдышаться…

И, судя по всему, отключилась.

Прекрасно, Инна. Перенервничала плюс лошадиная доза кофеина – неудивительно, что мне теперь мерещатся всякие леди и величества.

Мой внутренний монолог прервал низкий голос с лёгкой хрипотцой. Холода в нём было столько, что хватило бы заморозить наш городской каток.

– Выглядит как умертвие. Приведите её в должный вид.

А вот это было обидно.

Я попыталась открыть глаза, чтобы высказать всё, что думаю о его чувстве такта, но не получилось. Веки будто намертво слиплись.

Ладно, позже обижусь. Когда найду в себе силы хотя бы пошевелить мизинцем.

Но от одной лишь мысли, что мне придётся двигаться, тело прошило ломкой болью, а по голове будто с размаху ударили кузнечным молотом. Ещё и висок был неприятно влажным. То ли я вспотела, то ли набрызгало с раковины, однако следом в нос ударил неприятный железный запах.

Кровь?

Откуда у меня кровь?

Я не успела обмозговать эту мысль, как чьи-то руки подхватили меня за талию, дёрнули вверх, и в следующий миг живот болезненно вдавило в твёрдое плечо.

Голова свесилась вниз, и я услышала тихий голос, пропитанный чувством вины:

– Простите, меня, Инесс. Но я должен был выполнить приказ.

Приказ?

Чей?

Я бы очень хотела задать вопрос, но меня снова выключило.

Не знаю, сколько я провела в густой и вязкой темноте. Как будто зависла в открытом космосе. Ни звука, ни ветерка, ни даже захудалого кошмара.

Очнулась я от шёпота:

– Леди дышит?

– Конечно дышит! Ты что, не видишь?

– Чудо, что она выжила… Упасть с лестницы и…

Послышался звонкий шлепок и сдавленное ш-ш-ш-ш.

– Дура совсем? Забудь, что ты видела, если не хочешь повторить её судьбу!

Я застонала сквозь зубы и разлепила веки. Неужели я действительно отключилась, и те мужские голоса – лишь галлюцинации? А сейчас меня нашли девчонки из офиса, и вызвали скорую помощь?

С первого раза ничего не рассмотрела – всё плыло, качалось и двоилось. Пришлось несколько раз моргнуть, прежде чем картинка обрела чёткость.

И первой мыслью было:

А где плитка?

Вместо привычного кафеля цвета капучино над головой раскинулся светлый потолок с позолоченной лепниной. В центре висела хрустальная люстра, в которой дрожали тысячи крошечных искорок.

Нет, кажется, я ещё в отключке.

Я медленно перевела взгляд в сторону: никаких раковин, зеркал и сушилок для рук. Я лежала на огромной кровати под пуховым одеялом. Вокруг возвышались резные столбики, поддерживающие полупрозрачный балдахин, а стены были обтянуты тканью цвета слоновой кости с золотистыми узорами.

А возле кровати стояли три девицы.

Все молоденькие, взволнованные и одетые в длинные платья приглушённых оттенков. На каждой был белоснежный передник с одинаковым вензелем, вышитым золотыми нитями.

Самая младшая на вид держала свёрнутое полотенце, высокая и бледная – стакан с водой, а круглолицая с подозрительно блестящими глазами – алое платье с вышивкой.

Увидев, что я смотрю на них, девушки одновременно распахнули глаза.

– Леди де Лавер! – воскликнули они так дружно, будто репетировали.

Самая высокая первой опомнилась и с тревогой добавила:

– Вас требует к себе его величество.

Глава 2

Я со стоном кое-как приподнялась на локтях. Комната тут же качнулась, а хрустальная люстра смазалась в неясное пятно. Пришлось зажмуриться, переждать и только потом снова посмотреть на трёх девиц.

– А вы вообще кто такие?

Девушки испуганно переглянулись. Высокая, будто опомнившись, торопливо поклонилась, ловко удерживая стакан с водой.

Вот что значит профессионализм.

– Леди де Лавер, мы ваши верные помощницы, приставленные к вам его величеством, – вежливо произнесла она, когда снова выпрямилась, и протянула мне стакан. – Желаете воды?

Ещё как!

Я потянулась к стакану и чуть не вырвала его у девушки из рук. Вряд ли там яд. Хотели бы отправить меня к прабабушке – сделали бы чёрное дело, пока я лежала в забытье.

Вода оказалась идеальной температуры – холодная, но не ледяная. Я выпила её жадными глотками, надеясь, что туман в голове хотя бы немного рассеется.

– Так, давайте сначала, – вздохнула я, вернув стакан высокой. – Кто меня ждёт и зачем?

Девушки снова переглянулись, а круглолицая машинально сделала какой-то жест, как будто перекрестилась.

– Вы – леди Инесс де Лавер, – терпеливо произнесла высокая и выдержала паузу. Видимо, надеялась, что я сама всё вспомню.

Вот только меня звали не Инесс и уж точно не де Лавер. По паспорту Инна Витальевна Лаврова. Двадцать два года. Родилась и выросла в небольшом провинциальном городке, и не была знакома ни с одним величеством.

Я уже набрала воздуха в грудь, чтобы донести до них эту мысль, но вовремя остановилась.

Допустим, я действительно потеряла сознание. Предположим, что всё вокруг – галлюцинация и последствие удара, вероятно, головой о бортик раковины.

Но сейчас надо прикусить язык и выяснить, где в этом сумасшедшем месте, похожем на декорации исторического сериала, находится выход.

– Произошёл несчастный случай, – продолжила высокая. – Но теперь с вами всё хорошо. И вас желает видеть его величество, король Нидгарда.

Король.

Нидгарда.

Я медленно моргнула.

– Ваш жених, – с благоговейным трепетом добила меня круглолицая.

Локоть подломился, и я снова рухнула на подушки. Уставилась в потолок, не моргая.

Король-жених. Какой-то Нидгард, о котором я слышала впервые в жизни.

– Я, кажется, сошла с ума, – тихо произнесла я, и девушки благоразумно промолчали. Очень любезно с их стороны.

Я лежала и пыталась найти хоть одно разумное объяснение происходящему. Не может же быть, что меня каким-то чудом занесло в другой мир? Я же всегда хихикала, натыкаясь в интернете на шоу с экстрасенсами и прочей мистикой.

– Позвольте вам помочь, леди де Лавер, – жалобно попросила самая младшая. – Его Величество будет…

Она замялась и закончила совсем тихо:

– Злиться.

Я тяжело вздохнула.

Выхода не было. Как бы ни хотелось натянуть одеяло на голову и отсидеться в этой комнате, мне предстояло понять, куда я попала и как отсюда выбраться.

Собрав остатки сил, я снова села. На этот раз девушки предусмотрительно подхватили меня под руки.

– Хорошо, – обречённо согласилась я. – Только помогите.

Следующий час прошёл как в тумане. Сперва девушки отвели меня в купальню размером с половину моей квартиры. Стены были облицованы белоснежным мрамором с едва заметным голубым оттенком, а в центре располагалась овальная ванна, больше похожая на небольшой бассейн.

Пока я отмокала, помощницы колдовали над волосами. Что-то втирали, затем намыливали голову, смывали, и снова втирали. Скрабировали, мазали, опять смывали, и мазали, но уже чем-то другим. А когда надо мной смилостивились и усадили перед огромным зеркалом, я приготовилась увидеть незнакомку.

Но из отражения смотрела вроде бы я. Те же черты лица, похожий разрез глаз. Однако выглядела нынешняя я так, будто мне выдали безлимитный вип-абонемент в лучший салон красоты. Глаза казались ярче, губы – чуть полнее, а волосы…

От моего русого каре не осталось и следа. Шёлковые серебристые пряди спускались едва ли не до талии.

Волосы собрали в несложную, но элегантную причёску, а затем принялись за платье.

– А нельзя что-нибудь попроще? – жалобно спросила я, поглядывая на весьма откровенное декольте.

– Алый – любимый цвет его величества, – пояснила высокая.

– Ах да, – буркнула я, чувствуя себя неловко в вызывающем наряде. – Я забыла.

Когда подготовка закончилась, меня повели по длинным коридорам, но я совершенно не обращала внимания на интерьер, погрузившись в мысли.

Может, этот величество сразу поймёт, что я не та, кого он ждёт? Всё-таки жених и должен знать собственную невесту.

А ещё именно он находился рядом, когда я здесь очутилась. Значит, наверняка имеет отношение к происходящему. И как порядочный мужчина обязан нести ответственность за свои действия.

У двустворчатых дверей стояли двое мускулистых мужчин в чёрной форме. При нашем приближении они молча распахнули створки. Я сделала шаг внутрь, и замерла, увидев стоящего передо мной мужчину.

Воздух застрял в горле, а в голове мелькнуло ошарашенное:

Это он – король? Меня разыгрывают?

Глава 3

Я не сразу поймала себя на том, что откровенно пялюсь на его величество.

При слове король воображение рисовало мужчину лет шестидесяти. Обязательно седые волосы, возможно, с намечающейся плешью, которую он предусмотрительно маскировал короной. На плечах алая мантия с мехом горностая.

А как иначе? Алый ведь его любимый цвет.

Впридачу нос картошкой, небольшое пузико и небольшая окладистая бородка.

Но мужчине, который встретил меня в кабинете, было немногим за тридцать.

Высокий, широкоплечий, в тёмной рубашке, облегающей мускулистую грудь и плечи. Чёрные брюки подчёркивали сильные ноги, а длинные волосы угольно-чёрного цвета ближе к концам становились пепельными – чуть темнее моей новой шевелюры.

В нашем мире он бы стал звездой модельных подиумов, снимался в дорогих сериалах, играя мрачных аристократов, и собирал бы миллионы поклонниц. Если бы не его глаза.

Почти чёрные, с едва заметным алым отблеском в глубине. Он смотрел на меня без капли эмоций: ни любопытства, ни тревоги или радости от чудесного возвращения невесты.

Но что хуже – меня захлестнула небывалая энергетика. Воздух вокруг Вестена казался тяжёлым и плотным. Вынуждал ссутулиться и втянуть голову в плечи.

Мне до чёртиков захотелось сбежать обратно в спальню и вместо себя отправить тех трёх девушек. Ну а что, они уже здесь давно. Знают, как вести себя с его величеством.

– Проходи.

Я вздрогнула, услышав тот самый голос, который ранее назвал меня умертвием. Стараясь не отводить взгляда, я взялась за края юбки и изобразила по памяти реверанс. Как умела.

А умела я никак. Надеюсь, со стороны я не выглядела посмешищем.

Король и бровью не повёл. Я выпрямилась и на негнущихся ногах направилась к стулу возле письменного стола. Опустилась на самый краешек и расправила плечи.

Вестен молча прошёл за стол и занял высокое кресло. Каждое движение – чётко выверенное, неторопливое, без лишней суеты или жестов.

Улучив возможность не смотреть на него, я оглядела кабинет. Да уж, под стать хозяину – мрачный, просторный и денег в него вбухано немерено. На столе несколько стопок документов, чернильница из камня, перо и небольшая металлическая шкатулка. Ни кофейной чашки, ни безделушки или на худой конец портрета невесты.

Я попыталась собрать мысли в кучку. По-хорошему, следовало бы представиться настоящим именем, и объяснить, что произошла ужасная ошибка. Сказать, что я не Инесс, но если меня вернут обратно, я никому не скажу, что была здесь.

Однако под пронизывающим взглядом его величества, слова даже мысленно не складывались в предложения.

Вестен положил руки на стол.

– Ты меня разочаровала, Инесс, – сообщил бесцветным голосом, в котором не было ни злости, ни упрёка.

Я осторожно вгляделась в его лицо, пытаясь найти хоть какой-то намёк на чувства. Всё-таки перед ним сидела невеста, которую совсем недавно нашли едва живой. Мог бы спросить, как я себя чувствую. Хотя бы из вежливости.

– Своей бессмысленной выходкой ты подставила не только себя, но и весь род де Лавер, – продолжил он, и в комнате похолодало.

Я сглотнула и поёжилась. Кончики пальцев начали неметь, а открытые части рук покрылись гусиной кожей.

Вестен либо не заметил этого, либо не счёл достойным внимания. Взял верхний документ из стопки, мазнул по нему скучающим взглядом и отложил в сторону.

– В данный момент все, кто имеет кровное или брачное родство с домом де Лавер, следуют в горы…

Не поняла?

Это шутка такая?

– На пожизненные принудительные работы.

Я уставилась на него, уверенная, что неправильно расслышала. Целый род? Пожизненно? Всего лишь за то, что я, то есть моя предшественница, упала с лестницы?

Он вообще нормальный?

Это же несчастный случай, а не государственная измена!

Вестен, потеряв ко мне интерес, взял следующий документ и поставил внизу короткую подпись.

У меня внутри всё похолодело. Что за тирания такая?

– А для тебя предусмотрено отдельное наказание, – произнёс король, не поднимая глаз от бумаг.

Перо тихо царапнуло страницу.

– Но прежде чем приказ вступит в силу, я предоставлю тебе возможность высказаться.

Только после этого он отложил перо и поднял на меня равнодушный взгляд.

– Тебе есть что сказать в своё оправдание, Инесс?

Глава 4

За несколько секунд в голове пронеслось не менее десятка возможных ответов. От я нечаянно, до знаете ли, я вообще-то не Инесс.

Правда, последний вариант пришлось отбросить первым. Судя по настрою, мужчина передо мной вовсе не походил на сердобольного правителя, который терпеливо выслушает рассказ о другом мире, поверит в переселение душ, а главное – обязательно поможет мне вернуться домой.

Этот скорее сразу отправит меня в горы, вслед за роднёй. Только уже не как беглую невесту, а как безнадёжно больную сумасшедшую.

Поэтому я выбрала самый безопасный вариант. Замотала головой и выдавила:

– М-м.

Великолепно, Инна. Ну просто мастер ораторского искусства.

Король, кстати, не удивился.

– Я не отправлю тебя на плаху, хотя должен, Инесс.

Внутри всё замерло. На плаху? То есть он действительно рассматривал вариант меня казнить?

– Смерть для тебя – слишком лёгкая судьба, – продолжил он, взяв следующую бумагу. – Ты будешь жить.

Даже не знаю, повезло мне или нет. Потому что в его голосе не было ни капли человечности. Ни злорадства, ни ярости, ни капли ненависти!

Под рёбрами мелко задрожало, и я сцепила пальцы, чтобы этот сухарь не заметил, как трясутся мои руки, а он пробежал глазами документ и спокойно поставил внизу размашистую подпись. И вместо того, чтобы переложить лист в соседнюю стопку, его величество придвинул его мне.

– Всегда держи при себе.

Нахмурившись, я настороженно посмотрела на документ. Затем со всеми предосторожностями (вдруг это ловушка?) коснулась бумаги кончиками пальцев и с тихим шелестом придвинула к себе.

– Это твой новый дом, – добавил король.

Дом?

Я опустила взгляд, заранее ожидая увидеть множество непонятных закорючек, старинную вязь или хотя бы иероглифы. Но каждое слово легко читалось, словно было написано на русском, и они без проблем складывались в понятные предложения.

Не спеша радоваться своей удаче, я быстро пробежала глазами первые строки. Вроде бы ничего ужасного. Документ, согласно которому леди Инесс де Лавер получало право пожизненного проживания в Безмолвной усадьбе.

Да уж, ну и названьице, – подумала я, читая дальше.

Звучало так, будто в усадьбе по ночам скрипели половицы, по стенам стекала кровь, а предыдущие жильцы бесследно исчезали каждый месяц.

Хотя ладно. Бьюсь об заклад, с привидениями договориться куда проще, чем с этим величеством бессердечным.

Бабушка всегда говорила, что бояться в первую очередь следует живых. В данный момент я была с ней полностью согласна. Особенно бояться стоит тех, у кого глаза отливают красным цветом, и кто может одним росчерком пера отправить всю семью на пожизненные работы.

– Ступай, – бросил король, потеряв ко мне крупицы своего интереса. – Собирайся. Через полчаса ты должна покинуть дворец.

Полчаса?

Времени мало, но я не против. Мне бы главное переодеть это вычурное платье на что-то более закрытое и удобное. Чем быстрее я покину кабинет и в целом дворец, тем меньше у короля будет шансов заметить, что перед в теле невесты сидит другая девушка. А там уже разберусь, можно ли вернуться домой и что делать, если не получится.

Я торопливо направилась к дверям, стараясь не бежать. До спасительного выхода оставалось всего несколько шагов.

– Ах да, – раздалось прямо за спиной. – Забыл.

На плечо легла тяжёлая ладонь. Пальцы вдавились в обнажённую кожу, и его величество резким движением развернул меня к себе.

– Да блин! – выпалила я, дёрнувшись, но тут же осеклась и попыталась оправдаться. Как он научился двигаться бесшумно? Я не слышала шагов, да и кресло не скрипнуло. – Напугал же!

Или к нему надо было обращаться на вы?

В кабинете стало оглушительно тихо. Сердце рухнуло в пятки, надеясь переждать там грядущую бурю. Сейчас он поймёт, что я не настоящая Инесс и…

Король смотрел прямо в мои глаза и находился слишком близко. Вторгся в личное пространство и даже не попросил за это прощения. Алый отблеск в его зрачках стал заметнее, а пальцы на плече не ослабли.

– Есть ещё кое-что, – бесцветно произнёс он.

Глава 5

Ну что ещё? – мысленно застонала я, мечтая оказаться как можно дальше от величества, его тяжёлой руки и вообще всего кабинета.

Король неожиданно нахмурился, как будто увидел во мне что-то, чего в прежней Инесс не было. На моём виске предательски забилась венка.

Неужто догадался, что я не бывшая невеста?

Я уже лихорадочно подбирала хоть какое-то оправдание, но в следующую секунду лицо короля вновь стало холодным и непроницаемым. Маска презрения вернулась на своё законное место.

– Тебе запрещено покидать пределы Безмолвной усадьбы и близлежащей деревни.

О как.

Я растерянно моргнула.

И это всё?

Потому что я уже приготовилась услышать что-нибудь похуже. Например, что мне вообще нельзя выходить из дома, разговаривать с посторонними и на каждый чих писать письменный запрос в королевский дворец.

А тут не просто поместье, а ещё деревня. Люди, социальные связи, взаимопомощь и торговля!

Почти свобода.

– Угу, – я торопливо закивала, не скрывая облегчения.

Король недоверчиво прищурился. Наверное, прежняя Инесс должна была по полной впечатлиться его бессердечием и удариться в истерику. Но мне хотелось сейчас лишь одного – чтобы он отпустил моё плечо и позволил идти собирать вещи.

Пальцы разжались, словно он прочитал мои мысли, и я тут же отступила на шаг, задев плечом дверной косяк, но даже не поморщилась.

– Я всё поняла, – торопливо добавила я, сжимая бумагу, и поспешила уйти, пока мне не выкатили ещё парочку условий.

Только когда створки за моей спиной закрылись, я смогла нормально выдохнуть и помахать бумагой у лица, как веером. Даже двое суровых мужчин в чёрной форме, неподвижно стоявших у дверей, теперь казались мне самыми добрыми и позитивными людьми на свете.

Воистину, всё познаётся в сравнении.

– Леди де Лавер! – нарушили тишину три помощницы, которые терпеливо переминались с ноги на ногу в ожидании моего возвращения. – Что решил его величество?

– Собрать вещи, – мрачно хмыкнула я, стараясь не показывать облегчение. А то ещё донесут королю, что невеста радуется ссылке, и вместо усадьбы он отправит меня в горы к родне. – У меня есть полчаса, чтобы уехать.

– Уехать? – круглолицая побледнела, а высокая резко остановилась.

– Куда? Неужели…

– В горы? – догадалась я и поспешно отмахнулась бумагой с подписью его величества. – Нет, всё плохо, но не настолько.

Девушки не расслабились, и это меня настораживало.

– В какое-то поместье, – продолжила я. – Кажется, Безмолвное.

В коридоре воцарилась тишина.

Круглолицая приоткрыла рот, младшая уронила взгляд в пол, а высокая так крепко сжала кулаки, что мне показалось, ещё немного – и ногти проткнут кожу.

Похоже, я рано обрадовалась. Возможно, горы были не худшим вариантом, но я не собиралась пугать себя раньше времени. Сперва стоит увидеть усадьбу, и уже потом делать выводы.

Оставшийся путь до покоев прошёл в гробовом молчании, а стоило вернуться в спальню, как девушки тут же засуетились. Приволокли откуда-то большой дорожный сундук, и замельтешили между комнатой и коридором, таская свёртки с такой скоростью, что у меня зарябило в глазах.

Я же тем временем медленно прошлась по спальне. Вдруг найду что-нибудь полезное?

Записку, или дневник. На худой конец весточку от родных. Хотя бы что-то что даст мне представление о прежней Инесс. Но чем дольше осматривалась, тем сильнее казалось, что леди де Лавер жила не здесь.

Ни безделушек, ни украшений на туалетном столике, ни картин, портретов или чего-то, что в этом мире заменяло фотографии.

Даже шкаф оказался почти пустым.

Значит, меня разместили в ближайшей спальне, – догадалась я, – наверное той, что находилась недалеко от лестницы, с которой упала прежняя Инесс.

Я остановилась у комода и нахмурилась. Что-то здесь не сходилось, но времени искать ответы уже не было.

– Это тоже возьмём, миледи, – сообщила круглолицая, пытаясь запихнуть в сундук ещё одно платье.

– Подождите, – я присмотрелась к наряду. – Мне надеть нечего.

Девушка удивлённо посмотрела на меня, а я указала пальцем на весьма откровенный на алый наряд. Хотя зачем меня в него одели? С первого взгляда было понятно, что Инесс как женщина не представляет для этой ледышки в короне никакого интереса.

– В этом я до поместья не доеду, – пояснила я девушкам. – Я в нём даже сесть нормально не могу.

Круглолицая вытащила из стопки другое платье, но оно оказалось ничуть не скромнее алого. Времени похозяйничать как следует в сундуке не было, но после недолгих поисков мне удалось выудить из угла шкафа простой чёрный плащ без вышивки и меха.

Я завернулась в него почти до подбородка, и едва не прыснула со смеху.

Я в нём похожа на графиню Дракулу, – хмыкнула про себя. – Точнее на большую летучую мышь.

Ну и ладно. Зато тепло и не продует. Я же не знаю, какая сейчас погода за окном и сколько ехать до поместья.

– Мы распорядимся погрузить сундук, – сказала высокая. – Оставайтесь здесь, леди.

Они ушли все втроём, но одна я пробыла недолго.

Почти сразу дверь открылась, и на пороге появились те самые стражники, что охраняли королевский кабинет.

– Следуйте за нами, леди де Лавер, – сухо произнёс один.

Отлично. Я проглотила шутку про посидеть на дорожку. Не то, чтобы я была любительницей похохмить, но если воспринимать всё максимально серьёзно – я бы на самом деле ударилась в панику. А так переносить тяготы и лишения новой жизни было немного проще.

Я обязательно поплачу и понервничаю, но потом. Когда на меня не будут пялиться прислужники его величества.

Стражники повели меня вовсе не тем путём, по которому я добралась до кабинета. Коридоры становились уже, свет – тусклее, а вместо дорогих панелей и ковров вокруг остался простой серый камень.

Парадными эти ходы точно не были. Скорее ими пользовались слуги, чтобы не попадаться на глаза высшему свету.

Через несколько поворотов мы вышли во внутренний двор. По обе стороны тянулись длинные низкие постройки, похожие на конюшни и склады. Пахло сеном и кожей. От камня тянуло сыростью.

А впереди возвышалась высоченная стена без единого украшения.

Меня вывели через боковые ворота к экипажу. На вид просторный, с тёмно-серыми матовыми боками. Без герба или хотя бы завалящего вензеля. В карету была запряжена пара гнедых лошадей с чёрными гривами. Двое мужчин заканчивали крепить сундук.

– Прошу, – один из стражников распахнул дверцу и кивком указал на салон.