Студентка двух миров. Тетралогия
- -
- 100%
- +
— Есть! — воскликнула Джекки, сидевшая сразу за Кристиной, а я увидела, как у ребят напротив закатились глаза.
Никто не сомневался, что Джекки справится одной из первых, но чтобы самой первой! Я только собиралась пошептаться с подругой о нашей ясновидящей отличнице, как вдруг и сама Крис воскликнула:
— Получилось! — на мгновение её манекен загорелся голубизной из каждой трещины, но также быстро потух. — Ой, он погас…
— Концентрируйтесь и не отвлекайтесь! — напомнил Бастиан, сидя с закрытыми глазами всё в той же позе Будды.
Можно было решить, что учитель дремлет, если бы не его частые раздражающие реплики:
— Теперь это ваши манекены, но не забывайте брать их с собой на каждое наше занятие! Лишних у меня не водится.
Мне натурально хотелось ему треснуть, особенно после того, как ещё у пары человек пробилось голубое свечение, и только мой манекен оставался безжизненной деревяшкой.
— Возможно, вам кажется, что тренировки на манекенах неэффективны, — бубнил спящий преподаватель. — Но уверяю вас: голубое свечение означает, что способность работает, просто кукле невозможно нанести урон. И дело тут не в силе дара. Манекен устроен так, что поглотит любую атаку, которая проявится на нём слабым светом.
— Да! — на этот раз воскликнул Итан — парень со способностью светиться, как маяк.
Даже он меня обошёл! Это отнюдь не прибавляло уверенности и концентрации. Во мне разгоралась ярость, которую никак не удавалось сдержать даже глубокими вдохами-выдохами. «Успокойся!» — приказала самой себе, закрыв глаза, но злость не уходила. Тогда я распахнула глаза и гневно шлёпнула манекен ладонью по головёшке. В этот миг деревяшка еле заметно блеснула голубизной, а моё сердце подпрыгнуло вверх, как на батуте.
— Ты видела?! — обратилась я к Кристине.
— Да! — подтвердила подруга.
Тогда уже Бастиан открыл глаза и размеренным тоном проговорил:
— Похоже, вам куда проще даётся высвобождение дара прикосновением. Но я настоятельно рекомендую в дальнейшем постараться развить способность на расстоянии, ведь вы не всегда сможете притронуться к своему оппоненту.
Я утвердительно кивнула и продолжила тренировку с вытянутой рукой. Однако мой манекен не хотел светиться, зато стоило мне до него дотронуться, и деревяшка загоралась, как новогодняя гирлянда, пока я не отрывала от неё ладонь.
— Какая хорошая концентрация, — объявил учитель. — Я бы сказал, что это лучший на сегодня результат, если бы не тот факт, что вам требуется непрерывное прикосновение к кукле.
Сразу после слов Бастиана половина сокурсников бросились трогать свои манекены, но им это не принесло никаких результатов.
Несмотря на свободное утро, день выдался непростым: сложные уроки, волнение, ещё и манекен, который пришлось всюду за собой таскать, поскольку между занятиями не нашлось времени, чтобы отнести его в спальную комнату. Но наконец наступил вечер, и мы с Кристиной, выжатые как лимон, брели к себе, мечтая поскорее рухнуть в кровати.
В холле общежития оказалось на редкость людно — или это мы обычно так поздно здесь не ошивались? Похоже, что студенты-маги предпочитали вечерний образ жизни, ибо не выглядели такими же уставшими и замученными, как мы. Они собирались в группы человек по пять-семь и весело что-то обсуждали.
— Эй, мелюзга! — послышалось позади.
Мы обернулись и поняли, что обратились именно к нам. Позади стоял парень с распущенным галстуком и смешной шапкой на голове, явно не являющейся частью учебной формы.
— Мы собираемся зависнуть у полигона, не хотите с нами? Вы ж ещё за пределами Академии не бывали? Можем всё вам там показать, — предложил он. — Мы с ребятами любим ассистенточек.
— Нет, спасибо, — тут же ответила я, держа в уме правило комендантского часа.
И если местным студентам подобный проступок наверняка сошёл бы с рук, то вот нам — вряд ли. С другой стороны послышался ещё один голос, на этот раз женский:
— Они с нами никуда не пойдут, — приторно-ядовитый тон Каталины, его невозможно ни с кем спутать. — Ой, вам манекены выдали? Славно. Обслуга же должна что-то уметь, в конце концов. Так что лучше идите к себе учиться быть полезными нам, и не пытайтесь вписаться в компанию настоящих магов.
— Идём, — я взяла подругу под локоть, чувствуя, что запахло жареным.
Однако Кристина уперлась, желая дать обидчице отпор:
— Ты просто уродина, которая боится появления красивых девчонок в компании. Я такое уже проходила. Но, поверь, всех не прогонишь. Ты должна остаться единственной девушкой в Академии, чтобы на тебя обратили внимание!
Каталина словно подавилась собственным ядом и позеленела. Ещё бы, её только что прилюдно опустила моя бесстрашная подруга, ну а я приготовилась вместе с ней разгребать последствия. Язва не стала медлить и уже в следующее мгновение покрутила перед нами ладонью с Печатью, после чего манекены в наших руках взмыли в воздух, охваченные голубым пламенем.
Не знаю, о чём подумала Кристина, но я вспомнила слова Бастиана о том, что лишних у него нет, и всерьёз испугалась за судьбу кукол.
— Каталина! — строго окликнул её знакомый мужской голос.
Кай выставил вперёд правую руку, и деревяшки тут же потухли, рухнув на пол. Я уже открывала рот, чтобы поблагодарить черноволосого парня, как он заговорил первым, обратившись напрямую к Кристине, при этом полностью игнорируя моё присутствие:
— Ты как? Она тебя достаёт?
— Не слишком, — смущённо улыбнулась подруга, а я впервые увидела её такой застенчивой.
— Если будут проблемы, то обращайся сразу ко мне.
— Спасибо, — пропела девушка, перекинув свои роскошные каштановые волосы на одно плечо.
Я посчитала нужным так же поблагодарить Кая за помощь:
— Спасибо, что выручил.
Но парень даже не взглянул в мою сторону, продолжая смотреть исключительно на краснеющую Кристину. Они даже роста были примерно одинакового, а я, как незаметная потеряшка, таращилась на них снизу вверх в надежде, что высокие люди однажды меня заметят.
Кай улыбнулся одним уголком рта, затем Печатью поднял в воздух манекен подруги и передал ей прямо в руки. За своим я нагнулась сама, проворачивая в голове горькую мысль: «Да уж. Всё как в школе… повсюду задиры, и парням нет до меня дела».
Глава 7
Прошло уже две недели с начала моего обучения в Академии Печатей, и до экзамена осталось ещё столько же. Ничтожный срок, чтобы как следует подготовиться, но я не покладая рук не только усердно училась на уроках с преподавателями, но и занималась самостоятельно.
Вот и сейчас я посвятила свободный от занятий час тренировке с манекеном. Поставила его на гранитную скамью во дворе и принялась прожигать взглядом. Способность всё ещё плохо слушается на расстоянии, но лёгкого голубого свечения добиться всё-таки удалось. Другое дело при прикосновении — тут любой старшекурсник позавидует моему результату. Но я прекрасно понимаю, что должна нагнать остальных ребят в бесконтактном использовании дара, оттого и тренируюсь чаще. Хотя даже сейчас во дворе я не одна такая с деревянной куклой на прицеле: многих пугает перспектива вылететь из Академии, а потому все стараются как следует подготовиться к предстоящему экзамену.
Жаль, что манекен подходит только для тренировки собственного дара, но никак не для магии Печати. Это я узнала благодаря язве Каталине, поджёгшей мою куклу. И хотя Кай спас её от полного сгорания, она так и осталась почерневшей. Оказалось, что разрушить деревяшку не сложнее, чем обычное сухое полено, если применить к нему местную магию, а не способности полукровки.
«Главное, что манекен ещё функционирует», — утешала себя с того вечера, но помогало слабо. Не люблю портить общественное имущество. Мне ещё в школе не нравились изрисованные учебники. Никогда не понимала, как можно настолько безответственно относиться к вещам, которыми после тебя ещё будут пользоваться люди. А теперь сама стала такой, пусть не своими руками и не по своей вине. Но это произошло.
На расстоянии вытянутой руки я что есть мочи кряхтела, пытаясь заставить свою куклу сиять ярче прежнего. При этом старалась не озираться по сторонам и лишний раз не травить душу успехами сокурсников, которым не требовалось столько усилий.
Сначала переживала, что вовсе не смогу пользоваться даром на расстоянии, но когда появились первые подвижки, успокоилась. Мне и раньше требовалось больше усилий во всех начинаниях. Никогда ничего не давалось за просто так, но в итоге усердный труд всегда вознаграждался. Так и сейчас. Пока Кристина болтает по бижету со школьной подружкой, я практикуюсь, потому что не могу позволить себе расслабиться. Крис — способная и обаятельная от природы девушка, я же должна биться в запертую дверь, пока та насквозь не протрётся. Такова моя доля, и я с ней смирилась.
Я натужилась ещё сильнее: виски сдавило болью, а из груди вырвался тихий рык. Но это сработало, в каждой трещине куклы загорелось голубое пламя. Вспышка оказалась такой мощной, пусть и мимолётной, что манекен зашатался и свалился со скамьи наземь. Тогда я задействовала Печать и магией подняла его по воздуху, разместив на прежнем месте.
Я ещё не привыкла к тому, что умею что-то подобное, а потому каждый раз улыбаюсь, стоит мне использовать магию. Пока я не слишком многому научилась, но парочку фокусов уже освоила. На деле это оказалось проще, чем постичь собственный дар. И чему «прирождённые» маги столько лет учатся? Ума не приложу.
Жаль, дольше попрактиковаться не выйдет, пора идти на занятие по «Введению в специальность ассистента мага» — мой нелюбимый предмет, где нас учат книксенам и правилам хорошего тона, лишь бы мы в будущем не опозорили своих работодателей. Ещё и преподаёт его манерная мадам Теоса, у которой и спина всегда прямая, и укладка идеальная, и на блузке ни единой складочки. Смотрит она на нас, как на пещерных людей, особенно на меня. Уж не знаю, что её сильнее во мне раздражает: секущиеся волосы или маленький рост. Как выразилась сама мадам Теоса: носите каблуки, милочка, и желательно повыше, иначе на вас ни один приличный наряд не сядет. Под приличным нарядом она всегда подразумевала платье, будто бы это неотъемлемый атрибут моей будущей профессии. Я даже учебник проштудировала вдоль и поперёк, но нигде не нашла ни единого упоминания дресс-кода и поняла, что это сугубо учительское желание, а не строгое правило. Но дабы претендовать на высокий балл, всё же решила приходить на занятие с вымытой головой и в отутюженной школьной форме. Кристина же начала заплетать волосы на манер преподавательницы, и это сработало. Мадам Теоса сразу отметила мою подругу как «подающую надежды», не зная, что та расплетает дурацкий тугой узел, стоит ей покинуть аудиторию.
Пришлось сейчас в спешке бежать в общежитие, чтобы оставить манекен в комнате, а заодно расчесаться и заправить за пояс выглядывающую рубашку. Ещё же нужно успеть добраться до кабинета, не запыхавшись, чтобы не предстать перед мадам Теосой красной и вспотевшей, чего она страшно не любит. Если бы не все эти условности, я могла бы ещё немного потренироваться во дворе. Но лучше так, чем привлекать к себе внимание педантичной учительницы.
Мы встретились с Кристиной у дверей аудитории. На голове подруги красовался тугой каштановый пучок, при виде которого я привычно прыснула, а она произнесла:
— Магия подлизы, та-дам! — подмигнула мне соседка. — Ты тоже, смотрю, подготовилась.
— Расчесалась, — подытожила я, после чего мы вместе вошли в кабинет.
В аудитории мадам Теосы всегда светло и чисто, пахнет луговыми цветами, а все поверхности глянцевые и отполированные. Преподавательница следит за каждым нашим шагом и часто шмыгает носом, если ей что-то не нравится. Будь то стук каблука, некрасиво отбивавшийся о мраморный пол или отпечаток вспотевшей ладони на гладкой столешнице.
Мальчишкам повезло больше. На этот предмет нас разделили на две группы, и, как нам потом рассказывали сокурсники, им достался старый учитель, частенько засыпающий посреди занятия. Но даже когда он не спал, то требовал от своих учеников не более чем умения говорить «спасибо» и «пожалуйста».
Я разместилась в последнем ряду, рядом с Кристиной. Единственный предмет, на котором согласна сидеть как можно дальше от учительского стола. Мадам Теоса находилась уже на месте, одетая в шёлковую блузку лососёвого цвета и строгую юбку-карандаш. Она стояла неподвижно и с выпрямленной спиной, будто статуя, пока аудитория не заполнилась, а студентки не стихли. Я же приготовилась к скучному уроку, вызовам к доске и упрёкам относительно недостаточно изящных книксенов. Однако именно сегодня мадам Теоса решила поднять важную тему, заговорив о предстоящем экзамене:
— Знаю, вы думаете, что занимаетесь здесь, прошу прощения, глупостями, когда вам впору готовиться к экзамену. Я не имею права раскрывать все карты, лишь скажу, что умение вести себя достойно настоящей леди — пригодится вам в том числе и на предстоящем экзамене.
«Нас что, по этикету тестировать будут?!» — промелькнул в голове вопрос, отразившийся округлившимися глазами и раскрытым ртом на лице.
— Полагаю, пришло время сообщить, что экзамен вы будете проходить в парах со студентами магического факультета, — добавила мадам Теоса, вызвал тем самым волну протестов, пронёсшуюся по аудитории.
Сказать, что меня напугало это известие — ничего не сказать. Одно — полагаться на свои силы, и совсем другое — на командную работу, в коей я не сильна. Но, как оказалось, эта новость была ещё не худшей по сравнению со следующими словами мадам Теосы:
— И не стоит думать, что вы сами выберете себе напарников. Всё будет с точностью до наоборот — маги выберут себе ассистентов, а не вы — магов.
По залу прокатилась новая волна недовольства, только на этот раз всё не ограничилось шёпотом. Кто-то из сокурсниц выкрикнул:
— Если это наш экзамен, то почему выбирают они?!
— Для начала, — строго заговорила преподавательница, — следует спросить разрешения задать вопрос. Но я закрою глаза на вашу бестактность и отвечу: дело в том, что и в будущем именно маги будут выбирать себе помощников и помощниц, а не наоборот. Чтобы не нарушать сложившуюся традицию, вы подстроитесь под партнёра и успешно сдадите экзамен. В ваших же интересах стать более гибкими и податливыми, дамы.
Меня покоробило от сказанного мадам Теосой, но перечить ей я не решилась. Тем более мои слова вряд ли бы что-то изменили. В Академии Печатей мне уже не раз доводилось слышать о разнице отношений к магам и их ассистентам. Что особенно обидно после того, как мы начали изучать заклинания Печати, и это оказалось несложно. Дайте мне столько же лет обучения, как местным студентам, и я превзойду любого из них!
Мадам Теоса сделала несколько шагов от своего стола, остановившись у первого ряда парт.
— Все встаньте, — произнесла она громко, глядя над нашими макушками.
Первые ряды поднимались на ноги медленно, стараясь сделать это как можно изящнее, последние же ряды предпочли скорость, подорвавшись с мест быстро, чтобы их движения было невозможно рассмотреть.
— Сегодня мы будем учиться танцевать, дамы, — объявила преподавательница, взмахом руки сдвинув парты к стене.
Мы остались стоять посреди свободного пространства на мраморном полу с безмолвными вопросами в глазах, которые не остались незамеченными перед вездесущим взором мадам Теосы.
— Перед экзаменом вас ждёт бал, — пояснила она на выдохе, будто сожалея, что не ей выпало его посетить. — Там вы сможете познакомиться с будущими магами, которые выпустятся с вами в один год, — а значит, и отработка у вас будет в одних и тех же местах. Но до этого ещё далеко. Прежде вам предстоит пройти вступительный экзамен, который, как я уже упомянула ранее, вы будете сдавать в парах. Сделайте всё возможное, чтобы заинтересовать самых одарённых студентов, в этом вам помогут не только уникальные способности и успеваемость, но и женское очарование! Вы ведь хотите успешно сдать экзамен? Разумеется, пройти его в паре с сильным магом будет проще, а потому вам следует постараться произвести благоприятное впечатление на балу, — мадам Теоса сделала небольшую паузу, давая нам время обдумать услышанное, а после добавила: — На кону стоит ваша учёба здесь. Академии не нужны ассистенты, которые неспособны стать полезными в будущем. Вы должны понимать, что все риски только на вас, потому именно вы должны приложить максимум усилий к грядущим событиям. Будь то экзамен, практика или отработка. С вас везде спросят вдвойне.
Клянусь, я могла слышать, как сердца окружавших меня сокурсниц забились быстрее. Или это был звук моего собственного сердца? Данная новость повергла меня в шок. Я ощутила прилив беспомощной злости. Как так?.. Сколько бы я ни старалась, в итоге главное, чтобы успешно сдать экзамен — это обзавестись симпатизирующим тебе напарником, ведь ему-то переживать нечего, даже если ты провалишься. Конечно, только если он не захочет помочь тебе задержаться в Академии. Ещё и этот бал… Ну класс! Очередной конкурс популярности, словно я опять попала на школьный выпускной. Нужно быть готовой к тому, что меня никто не выберет, и в пару мне достанется самый завалящий маг-неуч.
Занятие у мадам Теосы вымотало как физически, так и морально. Из аудитории выползала еле живая, с ощущением тянущей боли в конечностях. После последних новостей все девчонки приложили максимум усилий к освоению танцев, которым нас сегодня учили. Я не стала исключением, выложившись на полную. Оказалось, я достаточно пластична, хоть и зажата. Как выразилась мадам Теоса: не всё потеряно, милочка. Ну и славно. А теперь мне хотелось плотно покушать и завалиться спать. Собственно, этого плана я и придерживалась, медленно шагая под руку с Кристиной в столовую.
— Как же я устала, — стонала подруга. — Никогда в жизни так не старалась! Зря бросила в детстве танцевальный кружок: мама была права, когда заставляла меня туда ходить!
— Несправедливо, — буркнула я. — Можно из кожи вон лезть и всё равно провалиться на экзамене из-за напарника.
— А я рада, что не придётся потеть в одиночку, — Крис пожала плечами. — Мы даже не знаем, что там будет. Лучше уж быть хоть с кем-то в паре, чем одной.
Я совсем забыла о страхе одиночества моей подруги и того, что она на всё смотрит иначе, чем я. Для неё это шанс не бояться неизвестности, для меня же — страх облажаться не по своей вине. Одна новость — два разных вывода.
Дойдя до столовой, я сразу плюхнулась на скамью, пожалев, что позади нет спинки. Моему уставшему позвоночнику сейчас не помешала бы опора.
На обед нам подали пюре баклажанового цвета со светлой мясной подливкой. На прошлой неделе я уже пробовала это блюдо и не осталась от него в восторге, однако теперь, будучи зверски голодной, лопала его за обе щеки. Чему способствовала нежная консистенция, сама собой проскальзывающая в горло.
— Боже, какая я голодная! — вырвалось из меня громко, а с тарелки ложка за ложкой убывала еда. — И как же вкусно!
Мой эмоциональный всплеск заставил Окси оторвать глаза от собственной порции и посмотреть прямо на меня. Во взгляде девушки читалась неподдельная грусть, я тут же сообразила: мясная подливка пропитала пюре, и её уже не соскрести. Если одногруппница хоть вполовину такая же голодная, как я, то сейчас она еле держится, чтобы не предать свои принципы и не наброситься на «неправильную» пищу.
— Схожу узнаю, могут ли мою порцию заменить на что-то другое, — девушка проглотила голодную слюну и встала с места.
Оксаны не было пару минут, зато вернулась она за стол с улыбкой на лице и новой порцией пюре без подливки в руках. За спиной сокурсницы я заметила Каталину, взором извергающую молнии в сторону нашего стола. Ну и неприятная же она дамочка, и я сейчас даже не о внешности. Да, у Каталины специфическое лицо: очень вытянутое и худое, нос широкий, при этом длинный и с горбинкой. Глаза, напротив, чуть мелковаты, а губы и того незаметнее, хоть и красит она их яркой помадой. Но всё же главная проблема кроется в её характере.
«Ну хоть не подходит», — отметила про себя, видя полный неприязни взгляд студентки. — Пусть хоть до глазного давления сверлит нас своими зыркалками, лишь бы не открывала рта!».
Отставшая ото всех Оксана в спешке принялась поглощать обед под пристальным взором язвы у стены. Я никак не могла понять, за чем она так усердно следит, пока одногруппница не воскликнула, разглядывая собственные ладони:
— Что со мной?!
Я перевела взгляд на девушку и увидела, что её пальцы позеленели. Тогда мои глаза машинально переместились на Каталину, уже заходившуюся в смехе.
— Ой! — выпалила язва. — Кажется, ты съела слишком много травы!
Оксана пищала в панике, пока её кожа продолжала зеленеть. Это подстегнуло злобную студентку хохотать ещё громче, а за нашим столом воцарился хаос: никто не знал, что делать.
Я больше не смотрела на Каталину, только на Окси, еле сдерживающую слёзы. Я не раз бывала на её месте, когда надо мной жестоко подшучивали, и для этого даже не обязательно владеть магией. Как никто другой я понимала чувства своей сокурсницы и искреннее хотела ей помочь.
— Джекки! — обратилась я к соседке Оксаны. — Найди мадам Акрот, она должна знать, как это остановить. А мы пока отведём Окси в нашу комнату и будем там дожидаться куратора. Ну же, беги скорее!
Джекки кивнула и тут же бросилась к выходу, я так же поспешила подхватить под локоть перепуганную одногруппницу, чей тон кожи с каждой секундой становился всё зеленее, а вокруг всё больше посторонних глаз замечало происходящее, и всё больше острых смешков доносилось до моих ушей. А что ещё хуже — до ушей Окси, явно не привыкшей к издёвкам. Девушка не сдержалась и расплакалась, подстегнув меня и Крис быстрее вывести её из столовой.
Мы практически на собственных шеях тащили зарёванную сокурсницу в общежитие, чьи ноги подкосились от испытанного унижения. Благо в силу её веса это было не трудно.
— Поль, — шёпотом окликнула меня Кристина, и только сейчас я осознала, насколько неестественно тихой стала моя подруга.
Зная её, она должна была наброситься на Каталину, но вместо этого побледнела и молча помогла мне отвести Окси в спальню.
— Предсказания… — выдавила через силу Крис, будто озвучивая страшную тайну. — Они сбываются…
Глава 8
Мадам Акрот явилась в нашу спальню буквально через десять минут в сопровождении запыхавшейся Джекки. Правда, к тому времени кожа Оксаны уже успела приобрести насыщенный травяной оттенок, вогнав девушку в истерику. Я как могла успокаивала её, но выходило слабо. И хотя я прекрасно понимала чувства сокурсницы, но сама всегда боролась с ними в одиночку, оттого не имела понятия, как помочь пережить нечто подобное другому человеку.
Повезло, что ничего страшного и необратимого не произошло. Куратор исцелила одногруппницу одним взмахом руки, сообщив, что это глупое заклинание, наложенное на еду, которую проглотила Окси. Кто заколдовал её порцию — мы знали, но жаловаться мадам Акрот не решились: всё-таки на носу бал и партнёрство на экзамене; не с руки сейчас настраивать против себя студентов магического факультета. Оксана и сама это понимала, а потому просто порадовалась прежнему цвету лица и отпустила случившееся.
— Ты как? — спросила я у девушки, когда куратор ушла.
— Самочувствие нормальное, если ты об этом, а вот на душе обидно.
— Может, зря не рассказали мадам Акрот, что это сделала Каталина?
— Хорошо, что не доложили, — Окси отрицательно мотнула головой. — Лучше не ругаться с местными. Тем более теперь можно быть уверенной, что меня Каталина к себе в пару на экзамен не выберет.
— Ох, ну и повезёт же кому-то! — воскликнула Кристина.
— Не завидую тому «везунчику», — подытожила я, с чем девчонки охотно согласились.
И если Оксана предпочла забыть о случившемся, то Кристина потом ещё целый вечер не находила себе места. Подруга волновалась о том, что произнесённое Джекки пророчество сбылось, а значит, и её собственное предсказание станет явью.
— Боже! — стонала соседка, упав лицом в подушку. — Меня поцелует Уру! Он такой старый и усатый!
— Не будет он тебя целовать, — в сотый раз повторила я, понимая, что школьному представителю нет дела до персоны моей подруги, зато есть дело до того, что она — студентка, связи с которой, — о чём я прочла в сводке правил Академии, — под запретом наравне с соблюдением комендантского часа и обязательным ношением учебной формы. — Он старше как минимум в два раза и никогда с тобой не заговаривал.
Поначалу я закатывала глаза и даже слушать не хотела, а Кристина продолжала представлять этот страшный наполненный лицевой растительностью и щекоткой момент. Я же думала о том, что одно из трёх попаданий для гадалки-новичка — уже удача, с чего бы сбыться остальному? Особенно такой чуши, какую нагородила Джекки нам. Однако чем ближе было к ночи, и чем тяжелее становилась голова, тем сильнее я погружалась в беспокойство: