Сдайся мне, девочка

Глава 1

Варя

Музыка грохочет в ушах слишком громко, а цветомузыка превращает людей в дёрганные разноцветные картинки. Начинает болеть голова. Я высматриваю Наташку, чтобы сказать, что уезжаю, но в этой яркой мишуре просто не могу её найти.

А, ладно, она всё равно будет веселиться до утра, так что обойдусь смс. Протискиваюсь к выходу, то и дело увиливая от танцующих и праздношатающихся студентов. Я ведь сразу сказала подруге, что это дурацкая затея: Варвара Одинцова не ходит на подобные мероприятия.

Новогодняя дискотека в институтском клубе – вот ведь придумали ещё. Обычная попойка под громкую музыку. Мне милее учёба, работа, домашка, – а не вот это всё. Наташка уговорила меня пойти, сказала, можно будет заночевать у неё, но в итоге решаю, что лучше удалиться сейчас, мне здесь попросту неинтересно.

Выскакиваю в просторный светлый холл, чуть не сталкиваясь с девушкой, спешно идущей в этот громыхающий ад.

– Извините, – бормочу в пустоту, потому что она меня точно не слышит. Тру виски, чтобы немного притупить боль. Так, пишу смс Наташке и сваливаю. Может, даже успею на предпоследнюю электричку.

– Эй, красотка, – слышу голос за спиной, но не успеваю среагировать, как моя ладонь оказывается в крепком захвате.

Меня разворачивает, словно в танце, инерция доделывает своё дело: я впечатываюсь в мужское тело. Сначала перед глазами оказывается рубашка, верхняя пара пуговиц фривольно расстёгнута, открывая участок груди. Поднимаю взгляд и застываю: парень чертовски красив. В его лице так гармонично сочетается мужественность и правильность черт, что невольно засматриваюсь, забывая о том, что на меня только что наскочили, схватили и…

– Хороша, – улыбается он, и не успеваю я ничего подумать, как его губы накрывают мои. чувствую запах алкоголя, перемешанный с мятой, и этот горько-сладковатый вкус резко заполняет мой рот, выбивая из лёгких воздух.

Незнакомец целует уверенно, напористо, я бы даже сказала, нагло. Меня так никогда не целовали, я и представить не могла, что можно целовать вот так, чтобы в голове разливался сладкий дурман, а тело покрывалось мурашками и начинало дрожать. Боже, я как в кино оказалась, правда. Сейчас раздастся свист, аплодисменты, и выскочит съёмочная группа с большим плакатом: «Попалась, Варя!»

Но никто не выскакивает и не кричит, только горячие губы настойчиво впиваются в мои, а руки сжимают талию через тонкую ткань свитера. Я не понимаю, в какой момент начинаю отвечать, когда закрываю глаза, обхватываю сильные мускулистые плечи.

И только когда незнакомец отрывается от меня так же внезапно, как напал, немного прихожу в себя. Он смотрит в сторону входа в зал. Усмехнувшись, переводит взгляд на меня.

– Ты супер, детка, – выдает, отпуская и следуя на танцпол. Я стою, глядя ему вслед, растрепанная, растерянная и ничего не понимающая.

Что это вообще сейчас было?

Делаю несколько шагов вперёд, щурясь, вглядываюсь в танцпол, но моего незнакомца нигде нет. Ничего не понимаю, почему он ушел? Откуда взялся, зачем поцеловал?

Касаюсь своих губ и снова чувствую сладко-горький вкус. И вместе с этим накатывает осознание: я только что целовалась с незнакомым парнем! Позволила ему себя обнимать!

Хватаюсь за щеки, чувствуя, что они начинают гореть. Я просто от неожиданности, я не хотела. Не хотела? Господи, Варя, ну кого ты пытаешься обмануть?

Ладно, хотела. Но он ведь… Как принц из сказки, ну правда! А какая у него улыбка, и взгляд… От воспоминаний по телу пробегает приятная волна, а следом за ней накатывает стыд! Развернувшись, быстро иду в сторону гардеробной. Все время оглядываюсь в сторону зала, вдруг вернется? Но он не возвращается, вываливается ватага подвыпивших парней, и я спешно покидаю клуб.

До метро недалеко, к тому же еще довольно рано, а Москва, как известно, не спит никогда. Прогуляться по предновогоднему городу приятно, тем более что я нечасто себе это позволяю. После учебы и работы обычно не до прогулок, хочется добраться до общаги, рухнуть в постель и уснуть. А общага к тому же в пригороде. Обещали по возможности перевести в городскую, и вот, наконец, сообщили, что после нового года можно переезжать.

Впрочем, я была рада и пригороду, если бы не так, то пришлось бы снимать комнату, а аренду жилья я бы точно не потянула. И так приходится подрабатывать, чтобы худо-бедно существовать и не напрягать семью. Им и без меня нелегко.

В метро жизнь кипит, спешно двигаюсь вместе с покачивающейся толпой в сторону эскалатора, ненадолго забывая о случившемся. Московский ритм жизни до сих пор меня завораживает. Надеюсь, я тоже научусь комфортно в нем существовать: вечно куда-то бежать и успевать при этом миллион дел. Мне нравится этот город, его мощь, широкие улицы, уровень и темп жизни. Впереди еще несколько лет учебы, и дальше, надеюсь, мне повезет найти тут своё место.

Платформу, освещённую тусклым жёлтым фонарем, засыпает плотная пелена снега. Красота неимоверная. Почему-то всегда, когда идет снег, у меня появляется вера в чудо. Выставляю ладошки вверх, ловлю большие пустые снежинки, ожидая электричку. Она подползает медленной громыхающей змеей, резко открывает двери.

Сажусь к окну в пустой хорошо прогретый вагон, хоть бы повезло, и никого не было до конца пути, в такое время если и едут, то или бомжи, или пьяницы. Утыкаюсь лбом в прохладное окно, смотрю на снег, дыхание мутит стекло, рисую пальцем снежинку. И снова накатывает воспоминание о поцелуе. Мне вдруг становится жутко стыдно, как я могла ответить ему?

Почему не оттолкнула, не влепила пощёчину? Ладно, пощечину это я загнула, духу бы не хватило, но отпор вполне могла дать. Вздыхаю, закрывая глаза. В любом случае это уже произошло, и парень исчез, ничего больше не будет.

Мне только и остается, что воспоминание, присыпанное стыдом и удовольствием.

Глава 2

Дэн

– Дэн, а ты, правда, расстался с Кирой? – девчонка с параллельного потока подсаживается ближе, трогая меня за локоть, жеманно улыбается.

Не встречая сопротивления, осторожно проводит рукой по плечу. Всю вечеринку на меня пялится и, выпив достаточно вина, решается на открытый флирт.

Ухмыляюсь, понимая, что говорить нам осталось недолго.

– А ты с какой целью интересуешься?

Она подсаживается ближе, облизывает пухлые губы. Грубый намек, реально считает, меня этим можно соблазнить? Нет, я в принципе не против перепихнуться, девчонка симпатичная, а вечеринка все равно тухлая.

Откидываюсь на спинку старого дивана, он скрипит, жутко неудобный. Я редко заглядываю на общажные тусовки, но у Рената днюха, а он нормальный пацан, хотя и без бабок.

О том, что недавно был новый год, напоминает лысая ель в углу, обвешанная игрушками, и запах мандариновой кожуры. В остальном обычная попойка: дешёвое бухло, закуски из ближайшего универсама, салаты большей частью состоят из майонеза. Ренат обещал веселых и доступных девчонок, с этим хоть не обманул.

– А вы просто в ссоре, или ты теперь свободен?

Перевожу взгляд на девчонку. Сказать правду, что трахался с Кирой от случая к случаю, пока ей не взбрело в голову, что прыщавый чувак с иняза – отличная партия для секса на клубной вечеринке?

Общественность приписывала нам роман, мы не оспаривали, так было удобней отсекать лишних людей. И я, и Кира понимаем: когда у тебя много денег, ты сразу становишься привлекательным для разного сорта пиявок.

Вспоминаю вечеринку, на которой она меня так выбесила, закрывшись с этим своим в туалете. Пришла ведь со мной, какие-то границы надо знать… Я её послал, она нажралась и липла с извинениями. После минета другому у всех на виду они мне вот очень нужны.

Пришлось даже телку какую-то поцеловать, лишь бы Кира отлипла. Сразу подбородок кверху сделала, тоже мне, королева. Ведет себя хуже тех прилипал, что готовы ноги раздвигать за бабки.

Вроде этой вот, которая куда больше смотрит на мои часы и брендовые шмотки.

– Сегодня я свободен, – отвечаю прямо. Надеюсь, она понимает, что только сегодня.

– Я тоже, – садится вплотную, я хмыкаю.

Вот и отлично, значит, мы друг друга поняли. Проводит по моему плечу рукой и наигранно восхищается.

– У тебя такие сильные плечи. Спортом не занимаешься профессионально? Может, награды получал?

– Тебя как зовут?

– Даша, – сбивается она. Думала, я помнил? Наивно.

Встав, протягиваю ей руку.

– Пошли, Даша, покажу тебе свои награды.

Вокруг раздаются смешки, девчонка, поколебавшись, все же встаёт, кладя свою ладонь в мою. Так, надо спросить Рената, где можно уединиться. Но даже подойти к нему не успеваю, как налетает Славка.

– А ты не охренел? – толкает меня в плечо.

– А ты? – вздёргиваю бровь.

Нет, Славка, конечно, мой друг, но мы с ним находимся в постоянном соперничестве. Правда, сейчас не тот случай. Тёлка сама подошла, какие вопросы?

– Это моя девчонка! – возмущается друг, я перевожу взгляд на Дашу, она смущается и краснеет.

Всё понятно, склеила одного богатого дурачка, увидела перспективней и переметнулась. Настоящая денежная блядь. Такую даже трахать не хочется. Разжимаю ладонь, и девушка растерянно мечется взглядом от одного к другому.

– Давай, – подбадриваю её, – ты ещё можешь загладить свою вину качественным отсосом.

Кажется, она сейчас заплачет, но нет, хватает пальто и молча выбегает из общаги.

– Тебе что, тёлок мало, Дэн? – качает головой Славик, провожая удаляющуюся фигуру взглядом. – Обломал мне секс.

– Ну ты их клейми, что ли, чтобы не убегали к другим.

– Я ее, между прочим, две недели окучивал.

– Зря. Как видишь, она могла дать через пять минут. Ну правда, мне, – широко улыбаюсь, а Славик злится. Знает, что я прав, внешность у меня такая, и характер, что бабы сами лезут, а вот другу приходится корпеть.

– Тоже мне, мачо, – фыркает он. – Серьёзно считаешь, что любую уложишь в постель за пять минут?

– За пять или нет, а уложу точно.

Друг щурится, и я чувствую, предложит какую-нибудь херню.

– А если не уложишь? – задаёт вопрос. Я усмехаюсь.

– Кого? – смотрю на него. – Нет такой тёлки, которая устоит перед Денисом Князевым.

– А если устоит?

Смотрю в пьяные глаза Славика, а потом предлагаю:

– Устоит, подарю тебе свою тачку. Нет, отдашь мне свою. Что скажешь?

Славик недовольно пыхтит. Он хоть и обеспеченный мальчик, но предки его сильно не балуют. Тачку подарили на восемнадцать лет, с тех пор он на ней и катается, оберегая, как зеницу ока.

– Ладно, – бью его по плечу, – забудь, понимаю, тачку жалко тебе.

Он скидывает мою руку, хмурясь, протягивает свою.

– Забились. Срок две недели. Девчонку я выберу сам.

– Не вопрос. Только не крокодила, а то иди на хер с такими спорами. Мы выходим в пустой коридор, в конце которого на креслах у туалета сидит шумная компания с днюхи Рената.

Идём не спеша в другую сторону. Спускаемся на этаж ниже, потом ещё на один.

– Я не откажусь от спора, – хмыкаю другу, шататься по тёмным грязным коридорам уже надоело. – Найдёшь девчонку потом.

И в этот момент из комнаты выходит девушка, идёт в другую сторону, я вижу ее только со спины: тёмные густые волосы ниже лопаток, тонкая талия, шикарная задница и длинные ноги. Такую Славка не выберет, точно крокодила будет искать.

– Вот эта, – слышу голос друга.

Ух ты, да неужели? Даю другу тихое пять, выражая согласие, а потом иду в сторону объекта.

– Привет, – говорю громко, привлекая её внимание. Девушка оборачивается, вздрогнув. Замирает, следя за моим приближением. Ох, Славик, сам не знал, кого мне подогнал. Какая милашка. Нацепляю фирменную улыбку и выдаю: – А я тебя везде ищу.

– Вы… – говорит она, и замолкает, хлопая длинными ресницами. Смотрю в её карие глаза и понимаю: скоро у меня будет новая тачка. Девчонка уже чуть ли не в восхищении.

– Вы здесь тоже живёте? Я только сегодня переехала, – опускает взгляд, – ещё не разобралась, где что.

Отлично, она меня не знает, это упростит дело. Смотри и завидуй, Славик.

– Я с удовольствием помогу, только имя не знаю.

– Варя, – смущается снова, растягиваю губы в улыбке:

– Как только увидел, сразу понял, что у вас красивое имя. А я Дэн.

Глава 3

Варя

Всё-таки как хорошо, что в общежитии возле университета освободилось место. И до работы недалеко, и на подготовку к экзаменам теперь больше времени. Только я пока что не разобралась, где тут что расположено.

Выхожу из комнаты и делаю несколько шагов, но кажется, иду не туда. Останавливаюсь, вспоминая объяснения Зинаиды Петровны, коменданта общежития. Кажется, там кухня, а мне в другую сторону. В коридоре пусто, а ведь сессия уже длится несколько дней! Многие на праздники разъезжаются и к началу экзаменов не возвращаются, получая автоматом оценки. Вот как и мои соседки по комнате, даже спросить не у кого.

И когда меня окликает мужской голос, всё внутри заранее сжимается, он мне кажется смутно-знакомым. Кажется – потому что я до сих пор не могу отойти от того поцелуя на дискотеке. Волнующего и до сих пор вызывающего странные чувства. Я бы назвала их приятными, но это ведь как-то неправильно – вот так циклиться на незнакомце.

Думаю и думаю о нём – наваждение какое-то. И хоть сама себе объясняю – это глупости, нечего вспоминать об этом нахале, но всё равно всматриваюсь в лица парней в общежитии, когда сюда въезжаю, но, конечно, его среди них нет. И почему-то с волнением жду начала сессии.

Вот только и в стенах института меня ждёт неудача. Того парня я больше не вижу. Но раз он был в клубе при университете, то скорее всего, тоже студент. Поэтому невольно всё равно оставляю себе надежду: возможно, мы снова увидимся.

Почему-то хочу в это верить. Нелепость какая-то, но до безумия хочется узнать, кто он. Наверно, просто интересно. Не каждый день меня целуют вот так. К тому же, я любые попытки однокурсников и прочих парней просто пресекаю, учёба – вот что на первом месте. А тут сама себя не узнаю.

Поэтому голос мне кажется похожим на его, и сердце тревожно пропускает случайные удары. Но теперь, когда я оборачиваюсь, уверенная, что это очередная шутка подсознания, замираю и, кажется, перестаю дышать вовсе.

Это он? Он. Это он! Тот парень из клуба, который меня целовал. И он мне не кажется.

Жутко смущаюсь, а он говорит, что искал меня. Сморю в его тёмные глаза и жадно выхватываю черты лица, в прошлый раз не так хорошо разглядела, и теперь расплывчатые детали заполняются цельным образом. Он правда меня искал?

Я не верю своим глазам. Да и ушам. Так бывает?

Получается… тоже обо мне думает всё это время?

Мне радостно и одновременно до безумия волнительно.

Он называет своё имя.

Дэн. Мне нравится.

Я мысленно уже придумывала ему имя, но никакое не подходило.

– Очень приятно, – говорю в ответ, Дэн внимательно меня разглядывает, а потом спрашивает:

– И что ты ищешь, Варя?

– Душ, – говорю, тут же снова смущаясь, да что ж такое. – Я ищу душ.

Дэн наконец-то обращает внимание на пакет в моих руках. Там полотенце и соответствующие принадлежности. А потом замечаю, что он и не пакет вовсе разглядывает. А меня.

Уютное простое платье из довольно плотного материала кажется мне теперь прозрачным, по телу тут же разбегаются мурашки, я должна испытывать стыд, но вместо этого с низа живота расползается тепло. Дэн поднимает взгляд медленно, и на моих губах он его задерживает. А потом резко смотрит в глаза.

– Пойдем искать? – приподнимает уголки губ и протягивает руку ладонью вверх. – Я тут тоже не всё знаю.

Киваю, но руку свою не подаю. Как-то не привыкла я вот так касаться незнакомцев, просто теряюсь. Дэн хмыкает и ладонь убирает. Надеюсь, я его не расстроила.

Мы идём по коридору на совсем небольшом расстоянии, мне настолько неловко, что уже и душ этот не нужен, хочется просто вернуться в комнату и залезть под одеяло с головой. Но вместо этого послушно переставляю ноги и стараюсь утихомирить свою пульс. Ну нельзя же так, в самом деле.

– Вот, кажется пришли, – толкает Дэн дверь.

Перед нами открывается просторная комната, разделенная на две части стеной, не достигающей потолка. Душ на этаже один, потому нужно просто закрывать общую дверь, когда идешь туда. Сейчас народу в общежитии мало, тут не занято, а еще прохладно, я ёжусь, представляя, как буду отогреваться под струями душа. Если он тут вообще горячий. В предыдущей общаге вода была исключительно теплой, на границе с холодной. Вот вроде бы престижный московский ВУЗ…

– Да уж, – слышу за спиной голос Дэна, повернувшись, ловлю его взгляд. Он стоит как-то слишком близко, и эта близость меня… не то что пугает, но приятно обезоруживает. Как тогда, когда он меня поцеловал, а я ответила. Просто не могла сопротивляться. А вот его, кажется, ничего не смущает.

– Нравится тебе тут, Варя? – интересуется Дэн, оглядывая полутемное помещение. Лампочка, болтающаяся на проводе, светит так тускло, что углы тонут в полутьме.

– В душе? – шучу я, Дэн улыбается, и внутри снова что-то ёкает. Приятно, когда он улыбается. Особенно из-за меня.

– Может, поболтаем, когда ты вернешься?

Я представляю, как выползу размякшая, в одном халатике, мы будем сидеть вдвоем в комнате. Моих соседок нет, одна уехала, вторая гуляет. А если он опять меня поцелует? Нет, нет, все это слишком быстро, и как-то некрасиво звать его к себе. Я только переехала, и уже… Да я и сама этого не хочу.

Вру, конечно, где-то в глубине души очень даже хочу, но понимаю, что не стоит торопиться. Улыбаюсь.

– Это не очень удобно, может, как-нибудь в другой раз?

Дэн кивает.

– Конечно, Варя. Дашь мне свой номер телефона?

Мы неловко и словно неохотно расходимся.

Дэн скрывается на лестнице, я запираюсь в душевой, не чувствуя холода. Прислоняюсь спиной к двери, прижимая пакет к груди. Зажмуриваюсь. Очуметь!

Зеркала тут нет, и я рассматриваю себя уже после. Вода горячая идёт, только пришлось ждать минут десять, пока она разогрелась, я успела озябнуть чуть не до синих пальцев.

Расчёсываю волосы, глядя на себя придирчиво. Что его во мне заинтересовало?

Нет, уродиной я себя не считаю… Роковой красоткой тоже. Брат в шутку называет меня Варяша-няша. Просто мне казалось, няши таким парням, как Дэн, не нравятся. Им нужны яркие, дерзкие. А тут я…

Мой единственный роман был с Пашкой, мы были знакомы с детства, учились в одном классе. В последний год он предложил встречаться. Мы ходили за руку, целовались, проводили вместе время, но ничего похожего на то, что испытываю за пару минут рядом с Дэном, я с Пашкой не испытала за все два месяца. Хорошо, мы оба поняли, что эти отношения никуда не ведут, и решили остаться друзьями.

Беру телефон, чтобы позвонить маме, с переездом и разбором вещей не было времени. Ну да ладно, через несколько дней уже увижусь с ними. На экране светится значок сообщения. Сердце ухает, быстро снимаю блок.

«Как же мне теперь уснуть, Варь? Я ведь буду всю ночь о тебе думать»

От такого короткого сообщения у меня резко приливает к щекам жар. Дэн. Денис.

Пальцы замирают над экраном. Ответить или нет? Он же увидит, что я прочитала. Надо ответить.

Кусаю губу, размышляя. Ну ведь он мне нравится. И я ему тоже. Даже искал вот. Конечно, отношения могут отвлечь меня от учёбы, я вообще не планировала их заводить ближайшие пару лет. Но Денис он такой… Прикрываю глаза.

Да, я хочу попробовать.

Открыв глаза, быстро пишу ответ:

«Пусть мысли будут исключительно приятными»

Ответ приходит почти сразу:

«Ты даже не представляешь, насколько приятными, Варя».

Улыбка расползается по губам, а щёки снова обдаёт жаром.

Представляю, Денис, ещё как представляю.

Глава 4

Дэн

Сначала слетает одеяло, отчего дневной свет начинает резать глаза. Утыкаюсь лицом в подушку, но она выскакивает из-под моей головы следом.

– Вставай, Денис, – слышу голос отца, кто ещё будет вести себя так бесцеремонно.

– А подождать, пока я проснусь, слабо? – задаю вопрос, приоткрывая один глаз. Отец полностью при параде, смотрит хмуро.

– У меня скоро встреча, я хотел переговорить с тобой, пока ты ещё в сознании.

Ну вот что за наезды. Как будто я часто бухаю. Вовсе нет.

И вообще, сейчас праздники, имею право.

– Прими душ и приходи в кабинет, – не дожидаясь ответа, отец удаляется из комнаты, бросив одеяло с подушкой в кресло.

Сажусь, потираю лицо руками. Да я и выпил вчера немного. Может, надрался бы, если бы не Варя. Устроила переписку в лучших традициях женских романов. Пришлось поддерживать эти сопли, на них ушёл целый час, за который компания в баре успела надраться. Отправились дальше в клуб, а я домой. Вон какой правильный мальчик, и всё равно получил выговор.

Принимая душ, думаю о споре. Разговор с девчонкой навёл на мысли, что лучше ей не знать о моём статусе, о том, что я богат. Сразу видно, она милашка на розовом единороге, а моя репутация хорошо известна. Так что придётся маскироваться и встречаться с ней вне института, чтобы не спалиться. Возьму в аренду стрёмную тачку, совсем без машины я не готов передвигаться, фамилию называть не буду, две недели небольшой срок, так что все должно получиться.

Быстро спускаюсь вниз, заглядываю в столовую – не увидев маму, топаю в сторону кабинета. Отец с кем-то говорит по телефону, делает знак сесть. Усаживаюсь в кресло, скучающе осматривая отцовское логово. Когда он дома, большую часть времени проводит здесь, хорошо устроился, и рабочая зона, и для отдыха.

– О чём хотел поговорить? – спрашиваю, когда он вешает трубку. Отец хмуро меня разглядывает. Вздыхает, размышляя о чем-то.

– Денис, тебе осталось полтора года учёбы. Я думаю, самое время начать вникать в мои дела.

Несколько секунд растерянно смотрю ему в глаза.

– В смысле? – спрашиваю всё-таки.

– В том смысле, что по окончании института ты будешь работать на меня, и я хочу, чтобы ты имел какое-то представление о…

– Погоди, погоди, – выставляю вперёд руку. – Что значит, работать на тебя? С чего вдруг?

Отец вздёргивает брови в искреннем недоумении.

– А с чего нет?

– С того, что я собираюсь создать свой бизнес, – вскакиваю с кресла, – я планирую открыть рекламное агентство.

Отец усмехается.

– На какие деньги? – делает любопытствующее лицо.

Я сжимаю зубы. В голове крутятся ругательства.

– Отец, мы так не договаривались. Ты лишил меня учёбы в Лондоне из-за своих дебильных стереотипов, а теперь хочешь заставить заниматься неинтересной работой?

Он вздыхает, тяжело так, словно я неразумное дитятко, которое отказывается есть кашу, которую доселе ело за милую душу.

– Денис, давай закроем эту тему раз и навсегда. Я зарабатываю деньги, я даю их тебе, причём в больших количествах, чтобы ты мог жить на широкую ногу…

Я ещё сильнее сжимаю зубы, кажется, сейчас они просто раскрошатся. Но что я усвоил точно за все эти годы: с отцом нет смысла показывать эмоции, доказывать что-то с пеной у рта. Чтобы добиться от него чего-то, нужно его заинтересовать… ну или прижать. И с тем, и с тем у меня туго.

– Потому если ты чего-то хочешь, – подытоживает он, – найди денег сам. Можешь заработать их на моей фирме.

Он встает, небрежно поправив воротник рубашки, идёт в сторону выхода.

– Думаю, приступить можно после сессии, – добавляет, пропуская меня вперёд. Я ничего не говорю, даже не оборачиваюсь, молча иду в сторону лестницы.

И уже в своей комнате даю волю эмоциям. Сука! Сука! Сука!

Бью висящую в углу грушу, чтобы выплеснуть негатив. Я кто ему, игрушка? Марионетка? Всю жизнь он со мной так! Но в этот раз хрен он получит от меня! Я найду способ вырваться из-под его гнёта и не лишиться бабок. Пусть не думает, что я буду всю жизнь плясать под его дудку.

Стук в дверь заставляет остановиться. Держась за грушу, тяжело дышу. Кажется, придется ещё раз идти в душ.

– Сынок, можно? – мама улыбается, я киваю, улыбаясь в ответ.

– Опять поссорились? – она усаживается на край кровати, расправляя подол домашнего платья. Глаза грустные, даже улыбка грустная. Наши напряженные отношения с отцом так на неё влияют. Я поэтому стараюсь не конфликтовать открыто, чтобы её не расстраивать.

Она его любит, чёрт знает, за что, но любит. Души не чает. Наверное, он ей кажется альфа-самцом, весь такой властный, сильный, независимый. Я не пытался копаться в подоплеке их взаимоотношений. Для меня мать – отдельно, отец – отдельно. По крайней мере, так повелось с детства.

Они поженились в девятнадцать, по мне, потому что мама залетела, хотя оба уверяют, что это большая и светлая. Ну-ну. Отец пропадал на работе, на маме был дом и я. Сначала они жили на съемной квартире, потом купили свою на окраине, затем перебрались ближе к центру, теперь вот частный дом в Барвихе. Ну да, отец, конечно, молодец, я не спорю, но это не значит, что я должен делать всё, что он от меня требует.