Тропа ауберианского траппера. Книга 1

Глава 2. Факел

Факел выключил планшет. Провел большим пальцем по усам, пощипал короткую черную эспаньолку. Затем вздохнул, и потер рукою лицо. Ладонь привычно ощутила длинный вертикальный шрам на левой щеке. Он заставил себя посмотреть обе передачи, потому что решил узнать, что думают о Планете орбиталы. В конце концов, от настроений на Орбите зависит его трапперский доход.

Судя по содержимому передач, реальную ситуацию на Планете основные политические силы представляют себе слабо. Правительство видит в эбрайлах лишь каких-то безмозглых монстров или, в лучшем случае, помешанных головорезов. Колонизаторы, вроде, более осведомлены, но настолько самоуверенны, что просто не воспринимают аборигенов как значимый фактор. А ведь это многогранная раса со сложнейшей системой (если не сказать мешаниной) обычаев, ценностей, моделей поведения. Как они отреагируют на начало Колонизации – бог весть…

Иронично: если Колонизация не начнется, и «Протей» улетит, с трапперством будет покончено; а если начнется – откроется доступ ко всем диковинам Планеты и трапперы опять же перестанут быть кому-то интересны. Факел потянулся в кресле, где он ожидал разрешения от таможенных бюрократов, поднялся.

Ну и хрен с ним. За шесть лет вся эта дикая и странная романтика успела поднадоесть. В отрочестве Факела (тогда еще Игоря Жигарева) тянуло на приключения, в георазведку, на контакт с инопланетянами. А кого не тянуло? Хотя в школах и других учебках не было предметов «ауберология» или «эбрайловедение», но слухи о сказочном крае откуда-то проникали в молодежную среду. Тут они усиливались, становясь всё ярче и привлекательней, и зажигали юные сердца вопреки (а может быть, в пику) взрослой морали о том, что счастье – здесь, на Корабле, в дружной семье под названием Человечество.

Факел вспомнил то состояние перманентного раздражения от скуки и посредственности, в которых он жил одиннадцать лет назад. Тогда он решил во что бы то ни стало попасть на Планету и связать свою жизнь с ней. Когда тебе пятнадцать, решения принимаются легко, клятвы даются без долгих раздумий.

Программу специального образования Факел выбирал по простому признаку – наличие практики на Планете. Комитет по восполнению материальных запасов, созданный правительством для строительства и управления планетарными заводами, набирал молодежь на обучение рабочим специальностям для этих самых заводов. Конкурс был сумасшедшим, желающих учиться было раз в десять больше, чем требовалось студентов. Однако Факел обладал и техническим складом ума, и достаточной напористостью, чтобы пробиться в учебную группу, усвоить четырехлетний курс и выдержать все экзамены.

Сложнее оказалось справиться с дисциплинарным режимом. Комитету были нужны послушные, легко управляемые работники, ведь Планета – не курорт, даже не флегматичный предсказуемый космос. Сюда отбирают самых контролируемых, которые не полезут за охраняемый периметр, не затеют делишки с контрабандой и вообще будут строго соблюдать правила.

У кого есть цель, тому проще управлять собой. У всех студентов она была одна – попасть на Планету. Но причины стремиться туда были разными. Кто-то хотел заработать и подняться по карьерной лестнице, кто-то искал приключений, кто-то выпендривался перед друзьями или девушкой. Обычные юношеско-молодежные мотивы.

Цель Факела несколько отличалась. Он видел в Планете не временный этап своей жизни, он предчувствовал, что где-то здесь ему суждено найти себя. Только на Планете, никакой Орбиты. Вот почему он старался не лезть в истории, начинавшиеся на вечеринках, хотя прекрасно владел борьбоксом.

А ведь пора была пылкая – против природы не попрешь. Особенно если природа предстает в образе белокурой бестии с идеальным силуэтом сильного тела, огромными дерзкими глазами и лидерским, но женственным подбородком с ямочкой. За этот приз среди парней разразилась не объявленная незримая война, и Факел ввязался в нее несмотря на всё самообладание…

–—

– Номер И-131, входная обработка окончена, – раздался спокойный женский голос из динамика. – Пожалуйста, подойдите к окну восемнадцать.

Факел твердыми шагами направился к окошку в стене.

Короче, экзамены были сданы, проекты защищены, нормативы выполнены, учебка на Корабле закончилась. Не то чтобы Факелу нравилось учиться, ведь давались только предметы, необходимые инженеру-технику для ремонта и обслуживания весьма прозаичного оборудования добывающего завода. Краны, конвейеры, дробилки, вагонетки, погрузчики, разгрузчики… Но Факел терпеливо штудировал инструкции и спецификации, потому что это был билет на Планету.

Упорство, ловкость и умение держать удар сделали свое дело – Факел прошел отбор в группу стажировки на планетарном заводе «Почвы-14Б». Это известие сделало его самым счастливым парнем на Корабле.

–—

– Добрый день, – обратился Факел к девушке в погонах по ту сторону стекла.

– Здравствуйте, – таможеница бегло взглянула на него и снова повернулась к своему дисплею. – Прикладывайте.

Факел положил пятерню на сенсорную панель перед собой.

– Вы частный георазведчик?

– Да. Что-то не так? – улыбнулся Факел. Обычно проблем с таможней не возникало, его статус был вполне легален. Точнее сказать, его статус был достаточно легален, чтобы не возникало проблем с таможней. Обычно.

Девушка ответила не сразу, сначала нажала несколько клавиш на своем пульте.

– Миссию удалось выполнить?

– Да, отчет прилагается. Видно отчет?

Еще пара щелчков, пауза.

– Всё в порядке. С возвращением.

–—

Н-да, с возвращеньицем. «Протей»-то уже давно не дом. Но и Планета за эти годы так им и не стала. Перед Факелом всплыли из памяти постройки завода «Почвы-14Б». Это место было так же романтично и насыщено приключениями, как и его говорящее название. Другими словами, это была самая унылая дыра во вселенной.

Высоченная непрозрачная стена по периметру, казалось, защищала не столько здания и жителей базы от аборигенов, сколько красоты самой планеты от жадных взглядов новоприбывших протейцев. И хотя работа не была изнуряющей – помогать мастеру с пуско-наладкой и ремонтом – Факел уже через неделю горячо проклял ее, как и весь этот чертов завод.

Однако, поразмыслив, он всё же решил не дергаться и не выступать. Главное – он на Планете! Если сумел выбраться с Корабля, сумеет и преодолеть стены из бетона и тупых регламентов. Стиснув зубы, искатель приключений погрузился в рутинную техподдержку. И спустя три месяца его упорство снова победило: мастер заключил, что Игорь Жигарев успешно прошел стажировку, и рекомендовал его на работу в постоянный штат завода.

К тому времени молодой подмастерье уже изучил повадки и пристрастия начальства, придумал с полдюжины планов бегства за пределы периметра и даже присмотрел возможных союзников. Вдохновение и идеи черпались из легенд о первых ауберианских трапперах – Ланжероне и Каприо, которые лет двадцать назад покинули базу навсегда, променяв безопасную клеть на захватывающую дух свободную жизнь. Чем закончились их многолетние приключения, Факел предпочитал не задумываться. По косвенным признакам, они погибли, но ведь вполне вероятно, что трапперы просто переселились на другую часть Планеты.

Итак, через полгода после прибытия, Факел улучил момент и угнал вездеход, подготовленный для дальней экспедиции. Это было легко, гараж не охранялся. Сложнее было уболтать привратников. Факел несколько недель втирался в доверие к парням, угощал их выпивкой, развлекал разговорами. Люди это были недалёкие (как и большинство жителей поселения), намек-предложение отправиться с ним куда глаза глядят не приняли, но им тоже было скучновато. Сработала хитрость: Факел заключил пари, что продержится снаружи периметра десять дней. Иначе они получат пятьсот кредбаллов (пришлось перевести их на буферный счет). Предвкушая легкие деньги, а пуще – радуясь необычному развлечению, парни открыли ворота перед начищенным восьмиколесником.

Почти сутки Факел без остановок гнал по бездорожью (дорог здесь не водится), предварительно демонтировав модули отслеживания. Затем долго отсыпался, а когда очнулся – сердце исполнило энергичный глубокий бит как в уважающем себя танцклубе: он наконец-то был свободен.

Два месяца новоиспеченный траппер болтался по Иднишу, с помощью аппаратуры, догадок и экспериментов изучая языки и поведение эбрайлов. Всеми силами он старался понять, как держаться с ними так, чтобы не снимать бластер с предохранителя. Впрочем, оказалось, что далеко не каждый встречный здесь бросался на тебя с оружием. С большинством эбрайлов можно было нормально разговаривать, а с некоторыми даже обмениваться вещами.

Однажды Факел удачно поохотился и решил попробовать толкнуть трупик Низшего людям, живущим на Планете. Он выбрал базу подальше от «родных» «Почв» и заявился туда на эбрайлской арбе, запряженной носатой гомусэрой. Вездеход траппер спрятал, но все равно это была глупая выходка – его приметы уже имелись в базах служб безопасности всех иднишских поселений. И даже несмотря на то, что безопасникам было не до чужих беглых сотрудников, встреча с ними могла закончиться депортацией на Корабль и штрафными работами. Однако рискнуть рано или поздно пришлось бы: трапперу никак без контакта с людьми, хотя бы в первые месяцы.

Возможно, тут бы и умерла трапперская карьера Факела, если бы его еще на подходе к базе не перехватил агент Винченсо Ла Банджо – короля контрабанды. Вот тогда-то и закончился для Факела пролог к новой жизни и началась первая глава.

Факел вышел на остановку магнитной электрички.

Работа с Винченсо всё меньше нравилась. Поначалу это было что-то неописуемо крутое. Дельцы посылали на Планету свои поисковые отряды с определенной миссией – изловить некую тварь, раздобыть артефакт, собрать информацию о некой местности или об эбрайле или о клане. Задания были разными, места менялись, и каждая такая поездка давала гору впечатлений и пищи для ума. Правда, соратники не отличались ни культурным уровнем, ни кругозором, но в людях Факел давно разочаровался, поэтому их компания особо не тяготила. К тому же, это была отличная возможность набраться опыта у настоящих трапперов, пусть и наёмных.

Через пару лет заказных вылазок Факелу снова повезло. Двоих его коллег подстрелили воины из отряда клана эбрайлов Вайтатэ. Одного наглухо, второго удалось доставить на челнок, где он и отдал концы. Какое-то время Факел спрашивал себя – мог ли он спасти раненого. Наверное, мог, если бы поднапрягся, разобрался с медицинской аппаратурой, срочно доставил бы его на базу или на «Протей». Но он не стал. И вскоре перестал совеститься. В конце концов, они сами виноваты – не проявили должного почтения к верованиям Вайтатэ (которые, как известно, весьма щепетильны в этих вопросах). Так Факелу достался космический челнок и куча разного трапперского добра.

С этого момента Факел стал работать один и – безо всяких миссий. Дельцы, в целом, привечали вольных трапперов, если те были достаточно удачливы.

Года три Факел трапперствовал. Он самостоятельно изыскивал информацию о каких-либо ценностях и сам же ее разрабатывал. Иногда удавалось что-то добыть. Выручки хватало на всё – запчасти, снаряжение, провизию, боеприпасы и даже кое-какие развлекухи. Это была прекрасная, удивительная пора. Никаких начальников и обязанностей, а вокруг глубокий фантастический мир, полный нетронутых тайн, зовущий и романтический.

И всё же в последний год в душе росло напряжение. «Я достиг чего хотел? Я счастлив? – спрашивал себя траппер. – Нет!»

Кребы, очевидно, не годятся на роль ключевой жизненной ценности. Во-первых, они полноценно ходят только на Корабле. Во-вторых, их необходимо потратить в течение года, поменяв на права, услуги или товары. Иначе они сгорят, так устроена финансовая система «Протея».

Вечная погоня за ауберщиной тоже переставала вдохновлять. А еще Факел знал, что все больше трапперов решались начать свою собственную маленькую «колонизацию» – нанимали эбрайлов и строили их руками заводы, а продукцию тоже умудрялись сбывать местным. «Я умею договариваться, – рассуждал Факел. – Знаю местность, эбрайлы ко мне привыкли. Почему бы тоже не попробовать?» Несомненно, это могло стать делом жизни. А могло и не стать. Во всяком случае, это был переход на новый уровень.

Но сначала было бы здорово исключить из жизни общение с меркантильными дельцами. Когда-то Винченсо и его сателлиты платили без рассуждений, но в последнее время всё больше торговались, придирались к товару, предлагали замену награды, угрожая отказаться от сделки. Знают, черти, что трапперу жизненно нужна эта награда.

Невольно вспомнилось, каким добреньким и сердечным был Винченсо, когда Факел впервые предстал перед ним. Сейчас-то понятно, что за такими смельчаками с опытом жизни на Планете вне благоустроенных баз охотится целая армия вербовщиков. Или вербовщиц в случае Факела. «Интересно, что она получила за… работу со мной?» – подумалось вдруг.

Впрочем, совершенно неважно, как ты попал к Винченсо – через тюрьму, постель или шквальный огонь отряда эбрайлов клана Бамаста. Важно, как ты будешь выкарабкиваться из этого дерьма.

Выходя из поезда, Факел еще раз напомнил себе: это будет последняя встреча. Он давно принял решение соскочить и уже полгода готовил пути для выхода. На Корабле скрыться от дельцов практически невозможно, но Планету они не контролируют и вряд ли когда-нибудь смогут.

* * *

Приемная «Бюро георазведки» встретила Факела ароматом жасмина и тихим мурлыканьем блюза. Вдоль стен стояли чёрные диванчики под кожу, журнальные столики и горшки с лимонами, фикусами, юккой. Стены украшали пейзажи заката на Аубере, снятого, видимо с вышки какого-то завода, а затем очень тщательно обработанного в графредакторе.

Девушка за стойкой ресепшена была одета в темно-бордовый пиджак на молнии, застегнутой до уровня чуть ниже ключиц. Короткие пышные волосы и полные губы тоже переливались бордовым и даже глаза имели цвет спелой вишни. Она оторвалась от монитора и взглянула на вошедшего.

– Ого! – произнесла она. – Надо же, кого принесло.

– Привет, Герда, – Факел подошел к стойке. – Выглядишь, как букет роз!

– Ой, ну прям! – Герда заулыбалась, украдкой глянув в зеркало на стене. – Я тоже рада тебя видеть, Головёшка.

– Что делаешь вечером?

– Ага, на танго втроём хочешь меня пригласить, Казанова? Знаю я, к кому ты отсюда рванёшь.

– Всё-то ты знаешь. Сама-то нашла мужика?

– Выбираю. А ты пока становись в конец очереди.

– Но ведь мы давно знакомы. Может, мне можно как-то без очереди?

Герда, вздохнув, покачала головой, взяла трубку телефона.

– Кобелина ты, Факел, – упрекнула она. – Вот познакомлюсь с твоей… Дон Ла-Банджо, тут Факел пришел… Хорошо, – Герда положила трубку. – Иди, делай свои грязные делишки.

– Еще увидимся.

– Непременно, – и, когда Факел скрылся за дверью, закатила глаза к потолку и томно воскликнула: – Эх!..

* * *

Дон Винченсо Ла-Банджо в клетчатой вязаной безрукавке и в очках, мелькавших в моде лет тридцать назад, был похож больше на старинного библиотекаря, чем на главу мафиозного синдиката.

– Факел, мальчик мой! – Винченсо поспешно заковылял к трапперу и по-отечески обнял его. – Как ты правильно сделал, что из дока заехал сразу ко мне.

– Как здоровье, Винченсо?

– Спасибо, что спрашиваешь, – делец указал на небольшой кожаный диванчик и повел гостя к нему. – От вашего брата доброго слова не дождешься, хе-хе!

– Да уж, мы народ не самый приятный. На Планете не полюбезничаешь.

– Да я не жалуюсь, конечно. Вы все для меня как дети мои. И вроде, бывает, обидно, а всё равно любишь. Но скажи-ка сначала, – Винченсо обеспокоенно заглянул Факелу в глаза, – ты проверял счет? За крайнюю твою миссию должно было прийти пятнадцать тысяч кребов.

– Всё получил, – Факел не стал заводить разговор о том, что за опасность и сложности, с которыми он столкнулся, доставая эбрайлские девайсы в последнем путешествии, стоило платить раза в три больше. Сегодня выражение недовольства могло помешать его основной цели.

– Ну и славно, а то мои ротозеи бухгалтера вечно в чем-то косячат, – он нажал потайную кнопку в подлокотнике, из пола перед диванчиком, на котором они расположились, выехала тумба. – Давай-ка выпьем за твое благополучное возвращение, – на тумбе возникли герметичный хрустальный графин с жидкостью янтарного цвета, два кубических стакана с крупным рифлением и плошка винограда.

– Если только немного, снять напряжение от поездки.

Коньяк оказался мягким и ароматным.

– Ну? – спросил Винченсо, закусывая виноградиной. – Хорош, правда?

– Ух, даа… – Факел потянулся за ягодой. – Давненько не пробовал настоящего коньячка.

– Тогда наливай еще. Да расскажи мне, как ты вообще? Есть ли какие проблемы, что старик Винченсо помог бы уладить?

– Честно говоря, приехал немного расслабиться. Отпуск устроить себе на несколько дней, вообще побыть среди людей.

– Ооо, милое дело. Кстати, как твоя невеста поживает? Кажется, Надя ее зовут?

Факел внутренне напрягся. Ну конечно, наивно было бы предполагать, что старый мафиози не изучил его окружение в поисках слабых мест. Но виду траппер не подал, а вполне искренне небрежно усмехнулся:

– Да какая невеста! У трапперов бывают только временные подруги, готовые в любой момент попрощаться.

– Ха-ха-ха! Значит, Планета не надоела?

– Я к ней как-то уже привык. А здесь себя чувствую, как зверь в клетке.

– Ты всегда искал свободу и независимость. Помню, когда ты работал с Томми, а потом с Кактусом, то тяготился своей второстепенной ролью. И по-настоящему развернулся только когда стал сам себе хозяином.

«Что, старый чёрт, прощупываешь меня на предмет надежности?»

– Ну, полная свобода – это миф. Всё равно остаются какие-то связи, потребности… Партнеры, – Факел с улыбкой глянул на Винченсо.

Тот поднял бокал:

– Давай тогда выпьем за наше с тобой партнерство.

– За партнерство!

Вторая порция растеклась по телу расслабляющим теплом. Напряжение отступило, и Факел решил переходить к делу, пока не сболтнул лишнего.

– Хух! Винченсо, позволь поделиться с тобой мечтой, – он кинул в рот виноградинку. – Понимаешь ли, я хочу найти что-то совершенно новое, уникальное, что до меня еще никто не открывал.

– Красивая мечта. Что же это может быть?

– Не знаю. Есть несколько задумок, завязок. Но их надо разрабатывать.

– Не расскажешь про них?

Факел посмотрел на собеседника с недоумением:

– Винченсо!..

– А что? Может, у меня есть информация, я мог бы помочь с поиском. Дать направление. Или даже аванс.

– Нет, партнер, – Факел покачал головой. – Я хочу раскопать это сам. Да и вряд ли у тебя что-то есть, темы-то мутные.

– Хорошо, Факел, дорогой, это твоё право.

– Да, – траппер вздохнул. – В общем, не знаю, сколько это займет времени. Скорее всего, довольно много, возможно даже год или больше. Но сколько бы ни было, я хочу это дожать.

– Мхм. Это действительно долгий срок, – делец на секунду задумался. – Сам знаешь, через три-четыре месяца отсутствия траппера мы считаем его погибшим. А это значит, мы его исключаем из базы штата наших компаний. Мы не можем привлекать лишнее внимание регуляторов частной георазведки. Они и так постоянно закручивают гайки. Миссия не может длиться дольше двух месяцев, ты знаешь. А дальше – либо отчет, подписанный тобой, либо статус пропавшего без вести. И еще через пару месяцев – фиксация смерти. Если дело отклонится от этого протокола, начнутся вопросы, учинят целое расследование!..

– Понимаю, Винченсо, потому и затеял этот разговор. Что же нам с этим делать?

– Мальчик мой, я хочу тебе помочь, – Винченсо выглядел взволнованным и встревоженным. – Но ты должен мне хоть что-то сказать. Пойми, я рискую, прикрывая тебя, и мне нужно представлять, ради чего.

Факел ответил не сразу. Конечно, он подготовил варианты целей, диковинок на Планете хватало, но в глубине души надеялся, что делец о них не спросит. Чем больше врёшь, тем сильнее рискуешь. Траппер встал и медленно подошел к псевдоокну в стене. За экраном раскинулся одичавший летний сад с нестриженной травой и кривыми яблонями. Виртуальные воробьи, визгливо ругаясь, перепархивали между веток.

– Город Звездолетов, – сказал Факел, не оборачиваясь. – Одна из задумок.

– О. Сильная цель. Ты же знаешь, что его многие стремились найти? А бедняга Кольт так и сгинул где-то на пути к нему. Ты думаешь, тебе повезет больше? – очевидно, делец не удовлетворился упоминанием одного из мифов.

– Я встретил кочующую группу Низших… – помолчав, медленно продолжил Факел. И развернувшись напряженно попросил: – Винченсо, я надеюсь на твою честность. Это информация.

– Факел, дорогой! – делец даже поднялся и пошел к своему гостю. – Да разве я тебя когда-то обманывал? Да разве же я когда-то нарушал деловые законы?

– Да, прости, – Факел мотнул головой. – Так вот, Низшие болтали фразы о старых гигантских машинах. А среди их хлама я нашел чешуевидную пластину. Мой бортовой анализатор выдал гипотезу, что она с обшивки космического корабля. Низшие довели меня до западных границ Идниша. Дальше мне пришлось вернуться на Корабль, но идеи направления для поиска есть.

– Мхм, – делец задумался. – А эту чешую ты не привез случайно? – Факел отрицательно покачал головой. – Ну хорошо, я понял тебя. Мы что-нибудь придумаем, чтобы прикрыть тебя. Главное, будь осторожен. Ведь на Планете я тебе ничем помочь не смогу.

– Спасибо, партнер. Не беспокойся за меня. Может, звучит напыщенно, но я знаю, на что иду. А когда вернусь, у тебя начнется новая жизнь!

* * *

Выйдя из кабинета Винченсо, шагая мимо стойки ресепшена, Факел даже не посмотрел в сторону Герды, грубо нарушив ее план использовать против его выдержки причудливые узоры на ногтях и блёстки на щеках, которые она успела нанести за время его отсутствия.