Жизнь до Додо и после

Редактор Полина Романова

Дизайнер обложки Майк Семёнов

© Леонид Николаевич Даньщиков, 2026

© Майк Семёнов, дизайн обложки, 2026

ISBN 978-5-0069-6482-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Когда-то, в далёком 2012 году, я написал Лёне длинное письмо. Я пытался убедить его бросить свой уютный прибыльный бизнес в Сыктывкаре и пойти ко мне – в стартап, у которого тогда было больше амбиций, чем денег. Я рассказал ему про эксперимент с детьми и мармеладом. Суть была проста: те, кто умеют отказаться от сиюминутного удовольствия (мармеладки) ради большой цели в будущем, добиваются невероятных высот.

Лёня выбрал будущее. Он выбрал «Додо», когда мы ещё были никем.

Эта книга – не просто мемуары арт-директора или маркетолога. Это история о том, как из хаоса, споров, ночных съёмок в подвале и безумных идей рождается ДНК большой компании. Лёня оказался тем человеком, который визуализировал нашу мечту. Он придумал тот самый звуковой логотип «До-до», который сейчас звучит в тысяче пиццерий по всему миру. Он учил нас видеть красоту в деталях, даже если для этого мне приходилось быть тем самым Фактором «Ф» и просить всё переделать.

Лёня – это человек-эмоция, человек-свобода, настоящий вагабонд. И я счастлив, что двенадцать лет нашего полёта мы провели в соседних креслах. Прочитайте эту книгу, чтобы понять: за цифрами и бизнес-процессами всегда стоят живые, неравнодушные, иногда смешные, но всегда искренние люди.

⠀

От автора

Это уже моя вторая книга. Если вы вдруг ещё не читали первую – «Моя родная Хтонь», то лучше отложите прочтение этой. Начните с начала – с первой. Хотя кто я такой, чтобы давать вам советы. Быть может, для вас она станет первой, а потом вам захочется прочесть и «Хтонь»…

Те, кто уже прочитал первую книгу, замечали, как быстро и просто она читается. А кто-то даже с сожалением написал мне, что она так же быстро и закончилась.

Моя вторая книга – это воспоминания про события, которые случились со мной в разные моменты времени. Но самый яркий из них, растянувшийся на двенадцать лет, – путь в «Додо».

Я не хочу делить свою жизнь на «до» и «после» «Додо». Поэтому название этой книги, скорее, образное. Сейчас, через годы после увольнения из Великой Компании, я по-прежнему храню часть её ДНК в себе. Всё, что со мной случилось, все люди, которые попадались на моём пути – всё не случайно.

Эта книга – про опыт работы в рекламе, про неудачи и открытия, про слабоумие и отвагу. А ещё – про путешествия, борьбу со страхами, миграцию и, конечно же, про «Додо»!

В 2026 году «Додо» исполняется 15 лет, двенадцать из которых мы летели вместе! Спасибо всем, кто преломил этот хлеб, вернее, пиццу со мной в полёте. Просто фантастическое путешествие!

Я попытался отметить всех, с кем мне удалось поработать вместе за дюжину лет в «Додо Пицце», но не смог вспомнить каждого. А тем, кого вспомнил, передаю большой привет:

Айдумова Кристина, Афанасьев Иван, Алёхина Елена, Анненкова Софья, Анферова Анастасия, Артёмов Сергей, Арутюнов Евгений, Арутюнян Спартак, Аскарова Алина Ли, Балан Александра, Бажанова Ольга, Бачурина Кристина, Белоокая Анна, Белявская Юлия, Бесценко Анастасия, Богатыренко Ольга, Болотов Семён (Майк Семёнов), Бородич Екатерина, Башмакова Надежда, Братинкова Марина, Бурдин Николай, Бурдина Ирина, Бурый Владислав, Бушмин Виталий, Вахотин Антон, Варёнов Игорь, Ветошкина Галя, Вязов Дмитрий, Вырыпаев Кирилл, Ген Валерия, Головко Ксения, Горбань Тимофей, Гордеева Яна, Горских Кирилл, Горявина Анастасия, Григанавичус Евгений, Давлетова Галия, Давыдова Мария, Дёмин Даниил, Дерягин Антон, Добришин Владислав, Дружинин Илья, Дубровина Анастасия, Евлампьева Анна, Емельянов Павел, Емельянова Юлия, Ефименко Екатерина, Затрутин Кирилл, Зиганшин Марсель, Зомба Илья, Зосидзе Георгий, Кабанцев Юра, Канаев Алексей, Касьянов Александр, Касьянова Сима, Киричук Иван, Кылычбекова Малика, Кнутас Ирина, Кобзева Мария, Коваленко Анастасия, Козлова Анна, Корнеева Ульяна, Коровников Паша, Кошкина Татьяна, Кравец Георгий, Кретов Никита, Кулик Наталья, Кулик Олег, Лазагреев Андрей, Лапухин Сергей, Лариков Леонид, Лебедева Мария, Лесников Глеб, Ленков Кирилл, Литвин Екатерина, Лобанова Анастасия, Малахов Анатолий, Мандрыка Владислав, Матистов Николай, Митюкова Ольга, Михеева Юлия, Муравьёва Екатерина, Мымрик Ярослав, Наддака Лена, Наумова Лина, Нугманова Алтын, Никитин Арсений, Нилова Юлия, Низова Ксения, Новохатский Максим, Овчинников Фёдор, Оганезов Константин, Окулов Стас, Опутин Евгений, Орехова Ирина, Плахтеева Ольга, Панин Егор, Печёнкина Екатерина, Петелин Андрей, Петелина Женя, Петросян Спартак, Пирог Елена, Писков Николай, Полугрудова Наталья, Попова Дарья, Попова Мария, Правоторова Алиса, Проворная Кристина, Путко Михаил, Сагадеев Ренат, Северинов Руслан, Садирова Мадина, Самойлова Анна, Семёнов Константин, Семёнова Виктория, Синицына Евгения, Скребец Артём, Солдаткина Анастасия, Стенькина Елена, Степанова Наташа, Тарандовский Алексей, Тимофеева Анастасия, Тихов Иван, Тихова Алёна, Ткачёв Николай, Ткачёва Елена, Тренихина Евгения, Туманов Дмитрий, Углов Дмитрий, Ункова Дельгира, Ушакова Марианна, Фарина Алёна, Фарафонов Илья, Фарафонова Света, Фёдоров Макс, Хайидова Евгения, Хапинин Денис, Шайдулина Тамара, Шароваров Ярослав, Широнова Екатерина, Чернышёв Михаил, Якупов Тимур.

О себе как о рекламщике

В 2005 году я устроился работать в рекламное агентство «Север» в Сыктывкаре. Занимался разработкой сценариев для местной видео- и радиорекламы. Ого! Получается, я уже больше двадцати лет в рекламном бизнесе!

В 2009 году я создал своё первое рекламное агентство. Придумывал и продавал в те годы то, что продавать было не принято – идеи, креатив и дизайн.

– Как за воздух можно платить? – клиенты недоумевали… и платили.

С 2011 года я помогал снимать первые пиццы в подвале никому не известной пиццерии с оранжевой птицей на логотипе. За двенадцать лет, что проработал в компании, я занимался всем: от создания новых пицц до управления большими творческими командами. После себя оставил команду первоклассных специалистов и звуковой логотип «Додо», который придумал случайно (в этой книге есть рассказ «Звуковой логотип Додо»), и много идей по наработкам, связанных с упаковкой.

Первого января 2024 года я проснулся безработным. Накануне я уволился из Великой Компании «Додо Пицца», сооснователем которой я был и остаюсь по сей день.

Почему? Потому что за двенадцать лет я попробовал всё. И мне стало неинтересно продолжать. В этом же 2024 году я издал свою первую книгу и вместе с друзьями из «Додо» основал международное агентство стратегического дизайна и коммуникаций Vagabond Agency.

В 2026 году я продолжаю писать книги, работать в агентстве и путешествовать.

До-до – кря-кря

Часто к нам в агентство Vagabond обращаются молодые бизнесмены, владельцы небольших сетей. И первое, на что мы обращаем внимание, – это сложность названий их брендов. Да, иногда сложные названия уместны. Но чаще всего, особенно если речь идёт о массмаркете, услугах для широкой аудитории, название должно быть простым, понятным и коротким.

Даже ваш любимый Вайлдберриз – российский маркетплейс – когда-то назывался «Дикие ягоды» (англ. Wildberries), а теперь сократился до лаконичного «ВБ». Хотя мне всегда нравилось оригинальное название «Дикие ягоды». Оно звучало свежо и загадочно. Правда, до сих пор неясно, что общего у ягод и онлайн-шопинга. Может, всё дело в корзине, куда нужно собирать товар?

А что же с «Додо»? Здесь всё прозрачно. «Додо» – это не просто птица, символ компании, но и два звонких слога, две ноты «до», звуковой логотип, звонок в дверь, оповещающий о пришедшем курьере.

Я помню несколько эпизодов, связанных с названием и логотипом «Додо».

Где-то в 2016 году, во время командировки, я оказался в Самаре. В этом городе сеть пиццерий «Додо» была представлена одним из первых франчайзинговых партнёров. Еду в такси и, как всегда, интересуюсь у водителя:

– Где заказываете пиццу? Куда ходите? Что смотрите?

Таксист рассказывает о самой популярной в городе пиццерии, которую сам не пробовал, но запомнил по оранжевому пеликану на логотипе. Я улыбаюсь. «Додо Пицца» уже пять лет работает в Самаре. Название простое, но таксист запомнил именно пеликана… Но разве на логотипе он?

А в 2020 году у нас случилась очередная «гемба» – когда все сотрудники офиса получают шанс прикоснуться к производству. Я обожаю такие выходы, особенно в колл-центр. До этого я уже успел поработать курьером и пособирать коробки на кухне. В этот раз мне выпало стоять на кассе в пиццерии.

Заходит женщина с логотипом «Московский транспорт» на служебной форме и спрашивает:

– А у вас есть пицца с уткой?

Недоумённо смотрю на неё, не понимая вопроса. Женщина слегка раздражённо переспрашивает:

– Ну есть или нет? Утку нарисовали на фасаде, а не готовите!

Только после этих слов до меня доходит: в её голове птица додо превратилась в утку. Видимо, не все запоминают название, но яркий образ остаётся, хотя и несколько искажённый.

Бренду «Додо» понадобились годы, чтобы простое и звонкое название, пусть и не с первого раза, клиенты запомнили. А сколько потратят времени и денег начинающие бизнесмены, которые придумывают сложные и длинные названия сами, без привлечения специалистов?

Всё зависит от контекста

Когда изучаешь иностранный язык, углубляешься в него по самые артикли, а если ещё изучаешь их несколько и одновременно, мозг просто не успевает переключаться между ними. Тут и происходит магия, о которой я раньше не знал.

В компаниях, где люди беседуют сразу на нескольких иностранных языках, а я знаю эти языки, порой не сразу осознаю, на каком именно говорю в моменте. Заметил за собой такое впервые в 2002 году, когда ко мне приехали друзья из Франции. Мы с братом поехали в Москву встречать их. Планировали показать им златоглавую и вернуться домой в Сыктывкар. Помню, стоим на Ярославском вокзале, покупаем билеты в Сыктывкар. Мой друг Тьерри что-то говорит мне на французском, а брат одновременно спрашивает что-то на русском. Отвечаю Тьерри по-французски, поворачиваюсь к брату и отвечаю ему. Брат смотрит недоумённо:

– Лёня, я не понимаю, что ты говоришь.

Тут до меня доходит, что я говорю с ним по-французски.

Или другой случай – с моей знакомой по имени Ева Тулуз, которая знает несколько языков с рождения. Она родилась в Португалии, жила в Италии и Испании, преподаёт на эстонском в университете в Тарту. Живёт между Парижем и Эстонией – на две страны. Мы познакомились в Париже через моего друга Себастьяна Каньоли. Ева свободно говорит на пяти языках, включая русский.

– Как это возможно? – спросил я её как-то.

Она объяснила:

– Всё зависит от контекста. Вот сегодня с утра пришёл plombier (фр. «сантехник»). Она забыла русское слово, но я понял, о ком речь.

– Пломбье говорит: «Вы меня вызывали? Нужно починить протечку в унитазе». Я отвечаю не задумываясь по-французски: «Oui, entrez!» («Да, заходите!»). Потом звонит телефон – звонок из Эстонии по работе. Беру трубку и автоматически переключаюсь на эстонский. Даже не осознаю, что только что говорила на двух языках.

И всё это она рассказывает на почти чистом русском, потому что рядом люди, которые не понимают французского. Ева жонглирует языками, будто переключает раскладку на клавиатуре.

И я понимаю – вот как прекрасно работает мозг!

Прощаясь, она говорит мне:

– Бонсуарчик!

«Бонсуар» (bonsoir) по-французски – «добрый вечер». Но Ева добавляет русский уменьшительно-ласкательный суффикс

«-чик», и получается «бонсуарчик» – типа «хорошего вечерочка». Звучит одновременно по-русски и по-французски. Гениально!

Главный инсайт для меня: мозгу всё равно, на каком языке вы говорите в моменте. Это смешение идёт «по наитию»: один язык заменяется другим, и чем больше языков ты знаешь, тем «бо́льшим» Человеком ты являешься.

А теперь представьте, что творится у меня в голове, когда работаю с международными клиентами, которые просят придумать креативную кампанию.

Вот что однажды родилось для одного из международных направлений «Додо Пиццы» по случаю дня рождения компании:

«Happy Dodo Bird Day!» («Счастливого дня птицы Додо!»)

«Happy Dodo Birth Day!» («С днём рождения, Додо!»)

Пешеход Илья

Я не знаю, вернусь ли снова жить в Россию. Приезжать, повидаться с родными и друзьями – да. Жить – не знаю. Мне отсюда легче пишется и вспоминается. Отсюда – из Аргентины.

Так далеко отсюда Россия, Сыктывкар и мои воспоминания, что кажется, всё, что я пишу, – это не просто мои заметки о рекламе и жизни, а какие-то нереальные, фантомные мысли, сон Будды. Вроде как и не со мной было, просто какое-то невидимое нейтрино, летя через вечность, ударилось о мою голову и вспыхнуло на секунду ярким образом. Моя задача – уловить его и запечатлеть в слова и буквы.

Вдруг вспомнил, как впервые познакомился с Ильёй.

Я работал менеджером по продажам в информационном агентстве «Север». Продавал рекламу: от дизайна до изготовления радио- и телевизионных роликов. Я обзванивал магазины по списку, который составлял накануне, просматривая местные блоки рекламы и отмечая самую некрасивую, совсем никудышную. К слову сказать, никудышной реклама на местном телевидении была почти вся. Обычный, скучный, унылый голос с местным коми акцентом и меняющиеся страшные фотографии товаров. Всё в стиле а-ля нулевых или девяностых.

Наверное, самый завирусившийся ролик из девяностых, который вы, возможно, видели, – это ролик про магазин «Панда». Он был снят в Сыктывкаре, и я хорошо знаю этот бренд. Сначала они занимались продажей продуктов, потом обуви и до сих пор существуют. Они были прямым конкурентом магазину «Пешеход», которым руководил Илья.

Поищите в интернете: «реклама магазина „Панда“». И вы услышите, как девушка специально ломает русский язык, говоря с сильным акцентом. С таким говорила моя бабушка Маша, мой школьный учитель физики. Этот акцент означает всего лишь одно: родной язык у таких людей – коми, второй язык, «иностранный», – русский.

Каждый день я обзванивал клиентов по списку, убеждал, что мы сделаем для них классную видеорекламу с интересным сюжетом, с «федеральным» голосом, который будет восприниматься как реклама из Москвы. Диктор будет говорить без акцента, в стиле рекламы на первом канале. Такая реклама точно выделится и запомнится среди потока скучного и унылого местного теле- и радиоэфира.

Я продавал услуги агентства «Север» по телефону всегда стоя. Это придавало мне уверенности.

В один из таких первых обзвонов попал на Илью, взахлёб ему рассказывал про наши рекламные возможности. И уже через час после звонка разговаривал с клиентом, спустившись в подвал обувного магазина.

Илья – небольшого роста паренёк, с торчащими ушами, толстыми губами, высоким лбом, небольшим животиком. Такого бы сейчас назвали «скуф» – ну, такой мужик с лысиной и пузиком, в майке и трико, смотрит телевизор, верит новостям и так далее… Но внешность в случае с Ильёй точно оказалась обманчива. Илья – умный, хитрый, находчивый, весёлый. Умеет продавать всё, что только возможно продать, в меру скуп, в меру щедр. Я благодарен ему и его советам. Уверен, при следующей встрече-звонке снова проболтаем обо всем на свете часа два.

Так была совершена одна из первых моих продаж, добытая в результате «холодного звонка». «Холодный звонок» – это телефонный звонок потенциальному клиенту, с которым ранее не было установлено контакта. Обычно используется в продажах или маркетинге. Цель – установить контакт, заинтересовать и начать диалог, который в идеале приведёт к продаже, встрече или другой целевой активности.

Через пару лет я создал своё собственное мини-рекламное агентство. Неудивительно, что одним из моих первых клиентов после выхода из агентства «Север» стал Илья Потапов, директор и основатель небольшой сети обувных магазинов «Пешеход». Он регулярно заказывал у меня телевизионные ролики. Его родители разбогатели ещё в 90-е на сдаче в аренду коммерческой недвижимости и попутно создавая бизнесы, такие, как сеть магазинов «Пешеход».

С Ильёй мы не были друзьями, скорее, два увлечённых Водолея, влюблённых в деньги, рекламу и болтовню. Мы могли часами болтать о рекламе и работе.

Однажды, после того, как я удачно совершил большую сделку и мне на счёт упали первые деньги, он донёс до меня важную мысль. Нужно было разработать идею 15-секундного ролика для телевидения, написать сценарий, утвердить раскадровку, подобрать и записать узнаваемый дикторский голос. C горящими глазами рассказываю Илье, как же круто работать на самого себя!

– Генерировать идеи своим умом и обращать их в деньги! И всё: у тебя в кармане 15 тысяч, 5 тысяч платишь дизайнеру, который будет собирать анимацию, 300 рублей за озвучку, всё остальное – себе. Лёгкие, быстрые, вкусные деньги. Первая кровь! – тараторил я.

Илья серьёзно и без радости ответил:

– Не воспринимай это как халяву или то, что тебе просто так упало с неба на голову. Этому предшествовал твой долгий упорный труд. Годы опыта, которые ты накапливал. Ничего не бывает просто так!

Эту мысль я запомнил навсегда.

Илья очень предприимчивый. Мы часто виделись и пили кофе у него в подсобке в магазине «Пешеход». Он очень хорошо умел продавать. Как, впрочем, и я. Я ему продавал рекламу, он мне – обувь.

Помню несколько ярких рекламных кампаний. Одна из них гласила: «Если марсианская тварь сожрёт ваши ботинки, мы подарим вам новые». Вместе с дизайнером Евгением Дружининым мы придумали наружную рекламу для размещения на баннерах по Сыктывкару, где красовался большой зелёный инопланетный монстр, пожирающий ботинки, и логотип «Пешехода». По мотивам этой статичной картинки мы сделали несколько анимаций для проката по телевидению.

Сеть магазинов «Пешеход» в Сыктывкаре постепенно расширялась, предстояло открытие ещё одного, рядом с кинотеатром «Родина». Требовался новый креатив. В ход пошёл анекдот, который помню с детства. Разговор в автобусе:

– «Вы у Родины выходите?»

Сценарий видеорадиоролика был написан в этом же ключе. Женский узнаваемый голос вторил моему сценарию:

– Специально для вас у Родины мы открыли новый обувной магазин «Пешеход» на Ленина, 41.

Через день после запуска этого ролика в эфир по телевидению и радио Илья мне позвонил и сказал:

– Лёня, весь город говорит про наш магазин, весь город говорит про «Пешеход». Я сам лично слышал, как бабки ругали рекламу за слово «уродина»!

Это был успех. Народ ломился в магазин. Да, это было жестоко. Я использовал запрещённые приёмы в рекламе. Но реклама для того и делается, чтобы привлекать, чтобы кричать. Кто громче, тот и прав. Тот и заработал. Суровая жизнь маркетинга.

Илья и его семья были очень обеспеченными людьми.

Однажды мы заехали мимоходом к его родственнику. Его апартаменты находились на последнем этаже в элитном районе города. Высокие потолки, лепнина, статуи ангелоподобных богов, огромная спальня с балдахином – не квартира, а центральный офис цыганского барокко. Это именно тот случай, когда наличие или отсутствие денег никак не коррелируют со вкусом и способностью ценить прекрасное. Вкус можно развить, деньги можно заработать. Но часто эти понятия ходят врозь.

Илья одевался всегда очень просто и ездил на невзрачных, простых, крепеньких автомобилях. Одной из его первых машин была Дэу Нексия.

Наверняка Илья зарабатывал миллионы: в сети магазинов «Пешеход», сдавая в аренду недвижимость, – но ездил он на неприметной бежевой Дэу Нексия.

Оправданная бережливость, умение жить по средствам – ещё пару уроков от Ильи, которые я заучил на всю жизнь. Ну и, конечно же, первой моей машиной была тоже Дэу Нексия. Правда, цвет у неё был не как у Ильи – грязно-бежевый, а ядовито-лимонный. Друзья меня тогда называли: «Лео на лимонной Дэу».

Ну, такая я натура. Не могу жить, не привлекая внимания. Уж простите.

Война со вкусом манго

Мой дядя, Юрий Николаевич Эрнст, участвовал в войне между Египтом и Израилем на стороне Египта.

Он был призван в армию 19 ноября 1969 года в Советске Калининградской области. Службу начал в литовском городе Плунге. После месяца службы в карантине новобранцев начали готовить к отправке. Солдатики заполняли подробные анкеты, фотографировались в гражданской одежде: костюмы для фото достал откуда-то их командир взвода Скубак. Позже стало известно, что всех отправляют в Египет.

Отец дяди, мой дед, майор танковых войск, приезжал в его военную часть, чтобы узнать, куда отправят сына с товарищами. Командир батальона Фролов ответил: либо Вьетнам, либо Египет, но, скорее всего, второе.

– Мог ли мой дед, имея звание майора, «отмазать» тебя от участия в войне? – спросил я у дяди Юры. Дядя ответил, что ни у него, ни у отца таких мыслей не было. В СССР было не принято рассуждать о себе самом и о собственной жизни и уж тем более подвергать сомнению решения государства. Партия сказала – значит, надо.

Ехали солдаты в теплушках, совершенно не пригодных для сегодняшних путешественников вагонах, военная техника тем же составом – на платформах. По воспоминаниям дяди, по пути они заехали в латвийский город Резекне, где к ним присоединилась часть солдат и офицеров.

Среди них был Кордупель Б. С., тогда лейтенант, а сейчас – модератор группы ветеранов батальона в одной из социальных сетей, тех, кто служил в ОАР (ранее она называлась Объединённая Арабская Республика, позже – Арабская Республика Египет).

Дядя и остальные прибыли в воинскую часть в город Горький (ныне Нижний Новгород), в местечко Кустариха. Там проходили учёбу, занятия по боевой и политической подготовке. Вскоре многих отправили в Египет, но троих самых молодых, в том числе моего дядю, оставили и распределили по разным частям. Он попал во Владимирскую область, в посёлок Сокол.

Летом 1970 года их снова собрали в родной части и начали готовить к отправке. В июле они были в украинском Николаеве на полигоне Широкий Лан (дядя недавно узнал, что сейчас там базируются военные США). Жили кто в казармах, кто в палатках, кормили на свежем воздухе в полевой кухне. Там он познакомился с грузином Чакветадзе Аполлоном Аполлоновичем – поваром, который четыре года учился в кулинарном техникуме.

Дядя и его сослуживцы помогали местным колхозникам с уборкой винограда и арбузов. В порту грузили технику на транспортные суда. Там же им делали прививки от различных заболеваний. В это же время в Одессе была вспышка холеры, поэтому они жили в закрытом блоке под карантином.

Перед самой отправкой дядя наконец-то узнал, куда их отправляют.

– Бабушки, проходившие мимо военной части, когда стояли под Николаевым, сказали, что 10 октября наша часть отъезжает. Мол, «Голос Америки» передал по радио…

10 октября 1970 года по приказу срочно сняли армейскую форму прямо в казармах и переоделись в гражданскую одежду. Их вывезли в Николаев, откуда они отправились за четыре моря – Чёрное, Мраморное, Эгейское и Средиземное. Проплывали проливы Босфор и Дарданеллы. Дядя вспоминает, как выходил на палубу и видел ночной Стамбул.

Кормили «туристов» три раза в день, не считая ланча. На борту работали официантки. В кинозале смотрели фильм «Невеста Бубе» с Клаудией Кардинале. Сам круизный лайнер назывался «Армения» – это был корабль из серии, названной в честь союзных республик.

Я с детства помню эти семейные истории, связанные с войной в Египте. Тогда война казалась мне ярким впечатлением. Ещё бы: дядя путешествовал, пил сок манго и присылал сувениры родным. У него дома до сих пор хранится большая ракушка. Маленьким, приходя в гости, я часто подносил её к уху и слышал в ней шум далёких морей. Не война, а сплошное приключение! Про эту войну никто не слышал и не знал во времена СССР.

Но вернёмся к дяде. 13 октября прибыли в Александрию. За две недели до этого умер президент Египта Гамаль Абдель Насер. Их встретили советские солдаты и офицеры, которые прибыли раньше, во главе с комбатом Исаковым А. К. Вновь прибывшим выдали арабскую военную форму и поездом отправили в Каир.