Естественная логика (Natural Logic)

В приведенных примерах высказываний второй является формулировкой понятия «озеро», то есть любого из названных общим именем объектов (M/M*N). В остальных трех примерах даны имена конкретного озера, именуемого «Озеро Гарда», то есть их значения имен иные, чем во втором примере, где «озеро» – есть имя понятия.

Чтобы устранить в рассматриваемых примерах разницу в значении имен создадим понятие для конкретного объекта – озера Гарда. В этом нет ничего необычного, так как энциклопедии включают, как правило, в статьи о конкретных объектах сведения общих понятий. Итак:

«Озеро Гарда – природный водоем в углублениях суши, образующих котловину ледниково-тектонического происхождения, обработанную плейстоценовыми концевыми ледниками, заполненную в пределах озерной чаши (озерного ложе) водной массой, поступающей из реки Сарка и стоков с примыкающих гор, и имеющей сток в южной части, который образует реку Минчо».

Проанализируем каждое из приведенных высказываний (утверждений) отдельно, а затем и совокупно, в отношении их смысловой тематической направленности.

Смысловое содержание первого утверждения сводится к приведению сведений о расположении озера Гарда, некоторых его физических параметров и основы водного баланса. Таким образом речь идет о сведениях, которые уточняют данные о самом объекте познания, начиная с добавления к общему имени «озеро» имени собственного – «Гарда».

И хотя присутствуют некоторые данные об основном источнике поступления воды в озеро и ее стоке из него, эти сведения о способе существования названного водоема не раскрывают его природы.

Достаточно очевидно, что это высказывание относится к смысловой тематической направленности приведения данных о разного рода величинах и качествах, которые характеризуют сам названный природный объект.

Второе из приведенных утверждений представляет собою понятие о всех озерах как природных водоемах, заполненных водой.

Смысловой тематической направленностью этого утверждения является определение понятия о том, что такое «озеро». В нем даны самые важные признаки таких объектов. Эти признаки раскрывают главные причины возникновения озер, то есть природу их происхождения.

Эта смысловая тематическая направленность может иметь множество высказываний о природе озер. Например: об особенностях происхождения (тектонические, ледниковые и др.); о способе существования (зарегулированные или свободные от этого, речные, приморские и т.д.); об изменчивости (переформирующих ложе, берега и т.п.); о состояниях (пресноводные, соленые, зарастающие и проч.); о назначении (природной функциональности, влиянии водопользования и т.п.); об отношениях (водном балансе, экологической защите и т.п.); о судьбе (природных явлениях или искусственных причинах, влекущих видоизменение или исчезновение объекта).

Из всех сведений, которые относятся к природе объекта и могут быть включены в широкое понятие о нем ( подобное приводимым в энциклопедиях), важнейшими являются те, которые раскрывают основные признаки природы объекта познания и дают возможность его опознания как принадлежащего к родственным, сходным объектам, и отличающегося от объектов другой природы.

Так, в приведенном понятии «озера» даны важнейшие признаки для понятия озера:

а) «природный водоем»; б) «в углублении суши» (котловинах); в) «заполненных в пределах озерной чаши (озерное ложе) водной массой».

Именно такие признаки природы озер позволяют определить сущность этих объектов познания в виде оценки их происхождения в логической форме утверждения – кратком сущностном понятии (дефиниции).

В третьем высказывании об озере Гарда сообщаются некоторые сведения о свойствах этого озера и его природной среды. В таком сегменте смысловой тематической направленности могут сообщаться разнообразные сведения в различных логических формах.

Четвертый пример смысловой тематической направленности высказываний с сообщением сведений о принятых условностях (титулах) в отношении объекта внимания также является образцом одного из множества возможных информационных поводов для высказываний.

Рассмотренные примеры дают представление о том, что в отношении какого-либо объекта познания речь может вестись: об уточнении сведений о самом объекте по его наименованию и сообщаемым сведениям о нем (параметрам); о понятиях как сведениях о его природе; о свойствах, качествах и отношениях объекта; о принятых условностях, связанных с данным объектом. Соответственно этому смысл имени такого объекта познания может иметь вариации, ранее показанные как: No, Ni, Ns, Nt.

После четвертого примера были приведены формулировки понятий «озеро Гарда».

Оба определения этих понятий «озеро» и «озеро Гарда» являются сущностными. Отличие второго от первого состоит в том, что смысловое содержание второго содержит больше сообщаемых сведений о природе происхождения и способах существования этого природного водного объекта.

Совокупность формулировок общего понятия «озеро» и варианта частного понятия «озеро Гарда» дают основание понимать, что любое из них может быть развито дополнением сведений о природе названных объектов и таким образом будут получены новые варианты определений понятий.

Если же осуществить их дополнения путем приведения сведений о параметрах, свойствах, отношениях, использовании, изменчивости, охране водных объектов в их экологической среде, принятых условностях изучения, использования и водопользования, то будут получены повествования, аналогичные тем, которые приводятся в статьях энциклопедий и в отраслевой специальной литературе. В этом легко убедиться, сравнивая формулировки толковых словарей со статьями энциклопедий.

Одновременно можно видеть, что сущностные краткие понятия – дефиниции (такие, как приведенное понятие «озеро» в ранее данном втором примере) служат основой для создания более подробных формулировок понятий и построения изложения в энциклопедических статьях и им подобных информативных изданиях.

Все это одновременно показывает, что сущностные понятия, то есть дефиниции, в их определениях ограничиваются приведением наиболее важных сведений о природе объекта познания с дополнениями каких-либо признаков, позволяющих идентифицировать объект, то есть по этим сведениям отличить его от иных и причислить к названным.

Так, в ранее приведенном определении понятия «озеро» дана оценка таким водным объектам как «природным водоемам», которые находятся «в углублениях суши (котловинах)» и образованы «заполнением» их « в пределах озерной чаши (озерного ложе) водной массой».

Принципиальным признаком дефиниций является категорическая оценка названного объекта познания. Поэтому формулировки понятий (дефиниции) в их кратком сущностном виде могут быть реализованы лишь только в логической форме утверждений.

При этом обязательно создание сочетания имен, которые связаны присущностью их смыслов и приравниваются в логическом тождестве оценки данного другим.

В приведенном примере это:

«Озеро – природный водоем…» (N=Lc).

Сочетание этих имен в логическом тождестве создает общий смысл того, что всякое озеро является таким водным объектом, который относится к числу природных, то есть естественно возникающих в земной природе.

Дополнения логической категории «природный водоем» (посредством которой оценивается имя «озеро») признаками происхождения озер «в углублениях суши» и «заполненных в пределах озерной чаши (озерного ложе) водной массой» являются уточнениями лишь только логической категории, как компонента бинарной пары, образующей основу утверждения (N=Lc+Sa+Sb).

Таким образом вся оценка «имени понятия» – «озеро» (как представителя всего множества озер, M/M*N), – выражается сочетанием имен: «природный водоем в углублениях суши (котловинах), заполненных в пределах озерной чаши (озерного ложе) водной массой» (Lc+Sa+Sb). Подобные сочетания в традиционной (формальной) логике принято именовать «предикатами».

В традиционной логике считается, что определение понятия отражает в понятии сущность объектов познания. При этом под сущностью обычно в формальной логике понимаются такие свойства объектов познания, «каждое из которых необходимо, а все вместе они достаточны для однозначного определения (обозначения, указания) предмета в рассматриваемом отношении (качестве)».

Эти утверждения, однако, являются надуманными, умозрительными, отвлеченными от реальности, так как не опираются на наличествующий в естественных языках опыт, практику создания дефиниций (кратких сущностных понятий).

Исследуя практику создания дефиниций, что представлено в главе «Понятие и дефиниция», вполне выяснено приведение в дефинициях не свойств объектов познания, а оценки их природы (в прямом или косвенном указании на какие-либо основные признаки происхождения, возникновения, создания, подобия, состояния, способа существования, изменчивости, назначения, отношений, судьбы объектов познания).

Это же можно видеть и в рассматриваемом определении понятия «озеро», в котором указывается, что это есть «природный водоем» в углублениях суши, заполненный в пределах озерной чаши водной массой. Ведь нет в этом определении ничего из возможных сведений о свойствах озер. Да и сообщение сведений о свойствах чего-либо имеет иную смысловую тематическую направленность, как это показано выше, чем сообщение сведений понятий – всегда сводящихся к указанию прямо или косвенно на существенный признак природы объекта познания.

Тем не менее, в традиционной логике принято утверждать, что определения понятий отражают сущность объектов познания (понимаемую как совокупность свойств предмета).

Такое понимание «сущности» в качестве совокупности основных свойств объектов познания является стародавним заблуждением традиционной логики, авторство которого даже невозможно надежно установить.

Следует полагать, что такое понимание сущности в традиционную логику перешло из философских поисков сущности в самих объектах познания.

В философии традиционно с упорством, достойным лучшего применения, сущность объектов познания выискивается в самих таких объектах. Поэтому колебания философских воззрений идут от утверждений, что вся природа порождена божественным духом, до утверждений, что сущность является в самих свойствах и отношениях объектов. Беда лишь в том, что никакая из позиций истолкования сущности, в названных выше параметрах, научно не доказана.

Возьмем дефиницию первого попавшегося понятия материального объекта.

«Галька –мелкий гладкий камень округлой формы, обычно образующийся в подверженных волнениям или имеющих течение водных объектах, а также при движении снега и льда».

Бинарную основу формулировки данного понятия образует сочетание в тождестве смыслов имен «галька» и «-(есть) камень» (N=Lc). Таким образом оказывается указанным происхождение объекта внимания, исходя из того, что «камнем» именуют горные породы кусками или сплошной массой и обломки такой породы. Эта оценка происхождения объекта осуществляется косвенно – без прямого указания на «горные породы». В самом деле, ведь в данном определении не говорится прямо, что галька происходит от обломков горных пород.

Если следовать концепции понимания «сущности», которая поддерживается в традиционной логике, то есть признания «сущности предметов» (объектов познания), то надо будет признать, что сущность гальки состоит в том, что это есть камни. Из этого получится, что сущность «гальки в том, что это камни с внешними признаками «мелких, гладких, округлой формы» из великого множества существующих горных пород. В таком истолковании все оказывается сведенным к тому, что сущность «гальки» в форме и величине камней вне зависимости даже от образующих их веществ. Тогда выходит, что внешние формы и габариты иных объектов тоже должны выражать их сущность.

Подобные методы определения сущности как сущности предметов (вещей) по их свойствам несостоятельны.

К тому же возможны вопросы о сущности всей гальки, всякой гальки, отдельно взятого камушка, относимого к понятию «гальки». И если галька не слишком разнородна, то как быть с выяснением сущности таких совокупностей объектов, как: «мебель», «посуда», «машины», «инструменты» и других разнородных объектов, – ответа нет и не будет, если не прийти к «сущности понятий» как способу оценки природы объектов познания.

Рассмотрим иное понятие «гальки»:

«Галька – окатанные в разной степени обломки горных пород под действием движения вод в водных объектах и перемещения снега и льда, которые обычно по величине разделяют на мелкую (1-2.5см.), среднюю (2,5 – 5 см.) и крупную (5-10 см.) гальку, используемую главным образом в дорожном строительстве».

В этом определении понятия «галька» дана прямая оценка объектам, относимым к охватываемым этим понятием, в виде сложного имени «обломки горных пород».

К использованному сложному имени приведены необходимые уточнения.

Если придерживаться концепции традиционной логики о «сущности вещей (предметов)», то сущность «гальки» надо искать в самих «обломках горных пород» и их обработке в естественных природных условиях. Так оказывается, что в сравнении с предыдущим определением понятия «галька» форма камней разной степени «скатанности» не является определяющей сущность «гальки».

Теперь возьмем понятие объекта условного.

«Баррель– мера вместимости, принятая в некоторых странах для определения объема текучих веществ и сыпучих тел».

Если следовать все той же концепции формальной логики о «сущности вещей», то сущность «баррели» надо выискивать в свойствах явления принятой условности о «мере вместимости» по таким ее свойствам, «каждое из которых необходимо, а все вместе достаточны для однозначного определения этого явления».

Принятая в традиционной логике концепция «сущности вещей (предметов)», как система взглядов на явление сущности в логике, не соответствует опыту создания понятий и их сущностных кратких определений-дефиниций, – в практике естественных языков.

И хотя в различных работах по традиционной (формальной) логике, включая учебники, настоятельно повторяется часто, что будто бы формальная логика является прямым продолжением трудов Аристотеля, в отношении «сущности», как и многих важнейших исследований, формальная логика оказывается в противоречии с утверждавшимися основоположником «Аналитики».

Изучая трактат Аристотеля «Категории», уже в главе первой можно прочесть следующее:

«В самом деле, и человек и бык называются общим именем «живое существо» и речь о сущности [их] одна и та же. Ведь если указывать понятие того и другого, что значит для каждого из них быть dzoon, то будет указано одно и то же понятие». («dzoon означает и человека и изображение»)

Из изложенного Аристотелем следует:

–Человек – это живое существо.

–Бык – это живое существо.

Исходя из высказанного Аристотелем, приведенного в данной цитате: «то будет указано одно и то же понятие» имя (название) «живое существо» и расценено как «определение понятия».

Это несомненно правильно понято, так как во втором абзаце главы пятой трактата «Категории» Аристотель написал следующее:

«Из сказанного очевидно, что у того, что говорится о подлежащем, необходимо сказывается о подлежащем и имя и понятие; так, например, человек сказывается о подлежащем – об отдельном человеке – и о нем, конечно, сказывается имя [человека]; ведь отдельного человека назовешь человеком и определение человека будет сказываться об отдельном человеке, ведь отдельный человек есть и человек, и живое существо».

По изложенным основаниям можно полагать, что Аристотель относил сочетание имен «живое существо» к определению понятий «человек» и «бык».

Этому вполне соответствует ранее приводившееся обоснование, что сочетание имени объекта познания в тождестве, то есть при одновременном наличии логических связей присущности и оценки одного другим, образует бинарную основу формулировки понятия ( «Галька – камень…», «галька – обломки горных пород…»).

Так что сочетания имен: «человек – это живое существо» и «Бык – это живое существо», – также представляют собою бинарные пары имен, образующие основу формулировки понятий. В них «речь о сущности» (из главы первой «Категорий») «одна и та же».

Понимая, что выраженная в определениях основ формулировок понятий «человек» и «бык» оценка «живое существо», является не свойством названных объектов познания, а именно оценкой их, будем вполне понимать утверждение Аристотеля: «Общая черта всякой сущности – не находиться в подлежащем» (глава пятая, абзац пятый трактата «Категории»).

Указание «не находиться в подлежащем» выражает то, что сущность не принадлежит объекту познания, не является его свойством, проявлением, признаком, а относится к оценке объекта познания. Это же ведет к тому, что сущность принадлежит определению понятия какого-либо объекта познания, является «сущностью понятия», способа оценки («Галька – камень…»; «Галька – обломки горных пород…»).

Ранее было показано, что способ определения сущности в практике создания понятий (в первую очередь – дефиниций) в естественных языках распадается на прямое название природы объекта познания («обломки гонных пород») либо косвенное указание («камень»), а дополнения таких оценок (логических категорий) осуществляются за счет добавления или убавления признаков природы объектов, и это обеспечивает логическую идентификацию.

Аристотель эту логическую конструкцию создания понятий видел более узко. Им утверждалось:

«В самом деле, если кто-нибудь станет объяснять, что такое отдельный человек, то он подходящим образом объяснит его, указывая его вид или род, при том он сделает это понятнее, указывая, что он человек, нежели что он живое существо. Какое-либо другое указание будет неподобающим, например если указывать, что он бледен или бежит ли что бы то ни было подобное. Поэтому вполне естественно, что из всего другого только роды и виды называются сущностями».

Основываясь на таком понимании сущности, Аристотель разработал метод создания определений понятий посредством указания рода и видовых отличий объекта познания.

Это положение, конкретный способ формулирования понятий, было воспринято традиционной логикой, многократно повторено и истолковано как закономерность создания определений понятий, выражающих сущность объектов познаний, то есть сущностных определений.

Однако, этот способ оценки названного объекта познания является лишь типичным приемом создания сущностных понятий, и не представляет собою общую закономерность.

Анализируя значительное количество логических структур понятий, распределив при этом их на понятия материальных объектов (дым, бульвар, канал, майолика, параплан, паркет), иные понятия реальной действительности (вдруг, весна, взгляд, авария, брикет, диктатор, металл, селекция, эмбарго), идеальные понятия (вера, вероятность, веселье, алиби, авангард, герой, интрига, макет, паразит, стиль), принятые условности, то есть «титулы» (вдвоем, вес, полтора, абонент, майор, район, статус, фрагмент),– можно установить следующие закономерности.

Среди понятий материальных объектов те, которые созданы посредством указания рода объекта познания и его вида или видового отличия, составляют примерно от 15 до 20 процентов всех определений таких объектов. Среди них такие, например, как: абрикос, адаптер, вентиль, верба, верблюд, веялка, бригантина, горох, гобелен, лазурит, ламантин, никель, олива, опал, радий.

(Пример формулировки понятия:

Лама – род парнокопытных животных семейства верблюдовых, которые в отличие от верблюдов не имеют горба.)

Сразу заметим, что это все имена понятий растений, животных, технических средств, материалов и химических элементов, то есть объектов познания, классификации которые достаточно разработаны в отраслевых науках.

В массе понятий (реальных) объектов познания, которые относимы к объектам реальной действительности, но не являются материальными объектами, часть тех, которые содержат указания на род и вид, не превышает 5%.

Например, в числе таких оказываются: гносеология, дизайн, опера, пантомима. А это указывает на то, что данные объекты принадлежат к числу тех, в отношении которых имеется специальное изучение и присущая ему систематизация.

Исследование же формулировок понятий идеальных объектов (величина, верность, весть, вещь, памфлет, формулировка, дилемма, идеал, метафизика, метод, объект, оказия, парадокс, сенсация, серийный, симулянт, экономика) и титулов – понятий принятых условностей (вассал, величество, вензель, верхушка, вес, авизо, абзац, абрис, максимум, параграф, ракурс, сектор, центр, формат, факультет), – показывает, что среди них практически не встречается определений понятий, создаваемых с использованием сведений о «роде» и «виде».

Изложенные выше данные позволяют считать, что созданный Аристотелем способ конструирования понятий, воспринятый традиционной логикой, со временем вошел в практику ряда наук и системы классификаций, которые затем использовались для формулирования понятий (в первую очередь дефиниций).

При наличии такой практики подавляющее большинство дефиниций создается в виде сущностных понятий общих имен и сущностных понятий объектов с собственными именами, как это показано, в том числе на примерах, в начале данной главы.

Так или иначе во всех случаях создания понятий (исключая ссылки на синонимы и тавтологии, как приводилось то в начале главы) в оценке названного объекта сообщаются сведения о его природе путем прямого наименования или косвенного – названия имени в какой-то мере сходного объекта познания («галька– камень…»; «галька – обломки пород…»).

Разработанный Аристотелем метод создания формулировок понятий посредством указания на род и вид или видовые отличия объектов познания является частным случаем сообщения сведений о природе названного объекта.

Так как «род» представляет собою какую-то разновидность какого-либо объекта познания, то указывает на «подобие», «способ существования», «изменчивость» и «происхождение» конкретного объекта или какого-то множества таких объектов. Таким образом, сообщая сведения о роде объекта, указывается его природа.

«Вид» же является подразделением в систематике, которое входит в состав высшего раздела – «рода», – и соответственно указывает на «отношения», возникающие в оцениваемом «происхождении, возникновении, создании, изменчивости» и подобных признаках природы объекта познания.

Логическая система всякого естественного языка соответственно реальным потребностям и имеющейся смысловой тематической направленности выражения сведений о природе различных объектов познания создает возможности формулирования понятий, в том числе в такой их логической форме, как сущностные краткие определения – дефиниции.

Определения понятий, созданных в логической форме дефиниций, представляют собою оценку природы названного объекта познания с уточнениями ее, позволяющими на основе этих сведений относительно успешно идентифицировать объект, то есть установить сходство его, совпадение признаков природы объекта, отождествление его – с тем, что указано о его природе в формулировке понятия.

В ранее приведенных в этой главе примерах «галька – это камень» согласно основе одной формулировки и «галька – это обломки горных пород» соответственно другой формулировке признаки природы названы по-разному: косвенно и прямо.

Итак, выяснено, что идентификация устанавливается между значением имени понятия («это», «есть», «все равно, что») и значением имени использованной логической категории. Поскольку же названные в бинарной паре логического тождества объекты познания не идентичны, то дополнениями, связываемыми с логической категорией логической связью присущности (или ее отрицания) корректируется (исправляется, уточняется) смысл имени названной «логической категории».

При этом презумируется (предполагается достоверным), что достигается корреляция (соответствие) смыслов имен, входящих в бинарную пару созданного логического тождества.

В этих отношениях смыслов имен логических тождеств все понятия (дефиниции) имеют признаки естественно-логических аксиом.

Однако, вернемся к сочетанию смыслов имен бинарной пары. В нем имя объекта познания полагается тождественным по смыслу (подвергшемуся корреляции) смыслу имен использованной логической категории и ее дополнений.

При таких условиях определение понятия (предикат понятия), то есть использованная логическая категория (имя) и ее дополнения (имена), являются выражением сложного имени, которым называется «сущность объекта», то это – сущность даваемой оценки его природы (признаков природы), выраженная в логической форме утверждения.