Технарь для Хозяйки медной горы

Ух… и куда это меня опять занесло? Но лес, вокруг был, как обычный лес, не отнять и не прибавить. Один в один, как наш уральский ельник на пополам с сухостоем. И если бы не заросли, в которых я утопал по шею, то точно решил бы, что бабушки перемудрили. А так, остаётся проверить все ли осталось при мне, и улыбнувшись, прошептать:

– Ну, поехали.

Услышав невнятное в ответ из рюкзака:

–Тпру-тпру Ванечка…

Глава 1

Поехали

Виктор Степанович Гребенников. Эх сколько тайн и свершений сокрыто, в, казалось бы, не громком имени советского ученого. А уж сколько последователей и времени, что складывается в жизни, оно отняло и возвело, и того больше. К своему ужасу и к ужасу, бестолково, опрометчиво, а для кого и вовсе не позволительно потраченных лет, это имя коснулось и меня. Коснулось незначительно, мимолётно и как это часто бывает, в последствии сбило с ног и увлекло за собой. И наверное, даже не самой тайной, а её близостью, словно ребёнка, желающего, разобрать машинку и увидеть её нутро. Меня погребло в силу возможностей, паренька двадцати пяти лет и чем дальше – тем беспощаднее. Ибо принципы статики ограничены для понимания человека, а принципы теории струн и всего мира безграничны. Но в основе всего и итоге, есть просто энергия. Она безгранична велика, как вселенная, и мала, как фотон или атом. Но даже те не так просты, а быть может даже наоборот. Ведь из самой маленькой крупицы или знания о ней появились, не самое совершенное, но одно из самых устрашающих оружий. А из простого, казалось бы, луча света, появился кубит, Квантовый компьютер, и маленькая надежда на то, что человечество соприкоснулось или нашло вычислительную систему вселенной. А быть может и её создателя, что нашедшие её бояться произнести даже шёпотом. Но это все преждевременно, пока не открыли, что-то в стократ или в миллион раз, меньше, что ляжет в новую основу мира. Меня же немного ни мало, а заинтересовал иной тип сохранения и возникновения энергии. В принципе не такой уж и тайный, ведь все мы в повседневности сталкиваемся с магнитами и лепим их на холодильник, доску, да кому куда удобно и не задумываемся, что магниты применяют даже в телефоне. И не просто на чехол или застежку, а делают из ставшего повсеместным аппарата, всеми позабытый компас, без GPS и прочих новомодных систем, стоит только скачать приложение. Да чего там, магнитные поля окружают весь земной шар и действуют на каждого из нас. Ну, а самое главное в том, что у магнитов или статики есть свои тайны и мистификации. И одна из них приводит нас, как и все перечисленное, к подчистую не замечаемым свойствам, у игнорируемых нами насекомых. А ведь они получили свою способность из рук матушки природы, и как минимум за это требуют к себе внимания, а за частую, и трепетного отношения. Правда со временем, у меня выработалась теория и для этого, не расходясь с общим принципом «чего мы не понимаем – то нас пугает», жуков же мы попросту игнорируем. Но если перебороть себя, то можно увидеть много нового. Я же больше относился к первым или тем, у кого не возникали вопросы с первого взгляда. Но мне хватило любопытства, интереса или простой случайности, чтобы, плутая по интернету, забрести на не такой уж популярный канал, на одном из самых узнаваемых сайтов. И, как следствие присмотреться к человеку, с упоением втолковывающему ересь. Иного слова не подобрал бы не один корпорант, банкир или просто здравомыслящий человек, откинувший за ежедневными заботами весь шлак из головы. Но этого только и надо было пареньку, как губка впитывающему все то, что кричали в этой части интернета с таблоидов. А царила там атмосфера заговоров, тайного правительства и магнатов. Что не были безучастны и из тени давили все начинания перспективных учёных, как минимум со становления мира таким каким мы его понимаем. Чтобы те, не могли облегчить и без того их "рассохшиеся кошельки". И без сомнений, где-то правда была. Но узнаем ли мы о ней на земле, да и надо ли? Было писано на двое. С другой стороны, автор рассказывал, как историю изобретателя, так и его изобретений, столь же простых и непостижимых, как русский дух. И не стоит обижаться на свою собственную наивность и любознательность. Что с каждым новым роликом отдалялась все дальше и дальше от такой понравившейся теории, а кому -то и просто сказки. А после нескольких прожитых лет, всё это и вовсе уступило место другим не менее животрепещущим для юноши тайнам. И в отличие от прошлых, тут меня интересовали совсем не те заговоры. Да и были ли на них способны, мои друзья и товарищи, большой вопрос? А вот, что меня интересовало или кто, так это:

– На что уставился, нравится?

Посмотрев на Светку, притащившую в нашу компанию приезжего паренька, года на три меня старше, и не отрывавшуюся от него весь вечер. Только и смог хмыкнуть, не понимая, что он нашёл в дерзкой девчонке, а более того не понимал, что в ней нашёл и я? Но то и дело, ловил себя на том, что смотрел на одноклассницу, не в силах разобрать на кого злится или более того ненавидеть. И искренне не понимал, к чему были все эти ответные взгляды, когда она ластилась к другому. Наверное, она думала, что становится взрослее, самостоятельнее и выше всех остальных, как и я, изредка посматривающий на неё. Хоть и знал, что не пройдет недели и исчезнет, как этот вечер – так и парнишка. Но пока, сидя у костра, мне хотелось шипеть и чертыхаться. И тем чаще, чем на меня падал ещё один её взгляд. А магнитола из старенького жигули, едва выводя рулады и подвывая старый мотивчик, резала по живому. У бывшего её хозяина был неплохой вкус. По крайней мере мне так думалось, как и о том, чем закончится этот вечер, когда аккумулятор распрощается с оставшейся жизнью. Ну, а пока, можно погреться у костра и присмотреть за тем, чтобы все сложилось не вопреки моим ожиданиям…

Лето промчалось быстро, оно вообще недолговечное, стоило только найти чем заняться. А я уже знал свое главное отличие от, как и ожидалось, исчезнувшего паренька. Причем, пропал он на следующее утро, стоило дяде Паше встретить подпитого кавалера в обществе своей дочери, и макнуть того пару раз в бочку с водой. Над чем пришлось потрудиться и переступить через себя, написав сообщение давнему другу отца. Но кто же виноват, что у нас с парнем одинаковые вкусы, точно не я. Зато от понявшей, что произошло Светки, я удостоился презрительного:

– Это все равно нечего не изменит. Посмотри на него и на себя, у тебя даже машины нет, – и это прежде, чем её затолкали в дом.

Что-же до меня, да машины не было, правда, я и не задумывался о ней. Ну к чему она в селе три на три улицы? Но сегодня нет, а завтра будет. Благо друзья есть, а теперь и к чему стремится. С этими мыслями, довольным, я и отправился домой. Однако, не зря говорят, "утро вечера мудренее". Правда в моем случае, решение осталось, но к нему прибавилась и головная боль. Одного упроси, другого подними и всем останься обязан. Будто оно мне одному надо, в самом деле? Но все-таки или вопреки ожиданиям, самым большим делом было найти, где подработать. Хорошо хоть мы уже знали, что нам по силам и сразу взялись за колуны. Только вот, деревенька пусть и не большая, а молодежи в ней хватало, а с ними и желающих подработать. Так что надолго дрова нас не задержали. Тем более, что большая часть работодателей, подкармливали знакомую ребятню из соседних домов. Но на пару дней нам хватило, а там уже пришлось повозиться, натаскать, выкосить, прополоть или просто, наломать веток и навязать веников. Дело – это долгое, нудное и копеечное. Так что немудрено и то, что мы едва накопили к концу лета на старенького и от того многое повидавшего жигуленка, под наименованием Ваз 2101 или просто "Копейка". Неожиданно ударившую по рукам трех мальчишек, лишь одним единственным вопросом, у развернутой страницы Рекламного вестника:

– А владельцем из нас, кто будет?

От чего признаться смещался, услышав недопонимание и в голосе Шурика:

– Стёп, ты чего? Ванька придумал, ему владельцем и быть. Тем более, что он Светку хочет впечатлить, забыл?

– Не, – покачал он головой, – не забыл, как и то, что я за Светкой не бегаю. Так с чего мне-то напрягаться? Я вот чего думаю, давайте возьмём чего по проще, и никто не в обиде будет. Плохонькое, зато свое.

Подумав, я согласился с друзьями, но на меньшее чем мы нашли по первой и о чем мечтали, не были согласны уже родители. И слова отца звучали более чем весомо:

– Нечего к дому металлолом тащить, мало что ли его на улице? Не сейчас, так позже купишь, до восемнадцати все равно никуда кроме поля и не выбраться будет.

И я был с ним согласен, но самому себе этого не объяснишь или по крайней мере сразу не прислушаешься. Так что переболевал я долго, как отказ родителей, так и появления у Стёпки старого Ушастого запорожца. Шурик же наоборот был готов отдать мне свои сбережения, но взять, рука не поднималась. Своё, своё оно и есть. Наверное, слова Степана повлияли на меня сильнее чем думалось. Но я даже рад, что подобных вопросов не возникло позже. Так что оставалось подождать, а время, как говорят, лечит. И я старательно отрешился от засевшей идеи, аж до Нового года. На который к моему удивлению, надо мной сжалился не только отец, но и дядя Паша, оказавшийся в курсе всего происходящего. И даже более того, чем мне бы хотелось, если вспомнить с чего все началось. Но он не видом не делом не показал отцу, из-за кого или почему у меня появилась одержимость машинами. А просто помог другу приобрести её для крестника, о чем я не раз выслушал за новогодний вечер. Но несмотря на подарок, мучения мои не то – что не закончились, а только начались. Доставшаяся мне жигули требовала времени и заботы. И чем дальше в неё закапывался отец, тем больше требовалось понимания и от меня, что машина это не просто игрушка. И создана она не для единственного выезда из двора, грозившего окончится за околицей. Так что мне пришлось тысячу раз подумать, а надо ли оно? Но к началу очередного лета, во дворе у нас стояла не "Ведро", а исключительно Ласточка и за неё брала некая гордость. Но время беспощадно и несмотря на мои успехи, за тот год, что потребовался мне, многое изменилось. Светка уже не была той взбалмошной девчонкой. Или, наверное, не так. В характере- то у неё изменений не было, даже наоборот он укрепился. Но то, как она стала выглядеть за этот год и преподносить себя, изменилось кардинально. И самое главное, она знала, чего ждать и ожидать от уделявших ей внимания кавалеров. Иного, наверное, слова и не подберёшь, глядя на то, как за ней ухаживали. И я, со всеми своими нелепыми взглядами и устремлениями, не входил даже во второй десяток, о чем она мне прямо и сказала:

– Вань, ты так и не понял, что я имела в виду с машиной. А я тогда не могла сказать по-другому. Не в ней дело, а в тебе. Ты не горишь, не тянешься выше, и я это заметила давно, ещё с первых твоих взглядов. Тебе всегда нужна поддержка, да такая, чтобы тебя взметнуло на пьедестал. Друзья или мой отец, чтобы заговорить со мной, раньше. А теперь вот, машина. Только люди смотрят на людей. И быть может, я и притягиваю тебя к себе сейчас, и даже заставляю подняться. Но что будет, если я окунусь в твой омут? А машина, – улыбнулась она, – ну, по крайней мере, ты можешь довести меня до дома. И не надо будет звонить папе, чтобы он встречал меня и очередного непонравившегося тебе парня, и макал того в бочку…

Эти слова глубоко засели в моей голове. Странно, однако или вопреки, я даже понимал, о чем она говорила и больше не приставал к ней со своими чувствами. По крайней мере, пока я не найду сам себя. А это, как оказалось, не так уж и легко. Особенно в первые полгода. Но занятия нашлось и мне, так как отец терпеть мою хандру был не намерен:

– Ты так и будешь, в потолок смотреть, да головой о стену биться?

И не дождавшись ответа, отправил учится на права. По первой на легковые, а после и на грузовой транспорт. И если бы не мама, то, судя по всему, я добрался бы и до вертолета. Но этому я оказался очень рад, после. Ведь время странная штука, оно одно знает когда притормозить, а когда ускориться. И не успел я обернуться, как закончилась школа и за своё взялась армия. К моему счастью, водители были нужны и там, и более того разноплановые. Так что мне удалось заполнить некоторые прорехи в стремлении отца научить меня хоть чему-то, а там наступила и обычная жизнь. Жизнь, как и у большинства, без плана по покорению мира, и с точно такой же работой по перевозке или закупке продуктов на старой оптовке, для не менее почтенных в этом плане магазинчиков. В один из таких рейсов мне и вспомнился давний ученый или его изыскания. Ну, как вспомнились, влетели прямо в лобовое стекло у служебной газели, да так смачно, что оставили внушительный скол. В который, как и происшествие, я не мог поверить, а уж что скажу об этом и подавно. Хотя наметки были и высказал я их все жуку в лицо. Благо отыскать орясину в половину моего кулака было не сложно:

– Кто-то сегодня попал на лобовое стекло, а Петров? – передразнил я Николая Семёновича, поднимая жука. – Понимаю отвечать никому не хочется, но порой приходится брать ответственность в свои руки или лапы, раз уж природа ничем другим не наградила.

Посмотрев так и не ответившему жуку в глаза, почувствовал с ним, что-то родное, братское. Наверное, и я так же ошарашенно уставился на начальство во время первого выговора. А сейчас, ошибкой больше или меньше уже не важно, замажем и ещё поездим. Но жука, наверное, стоит взять, чтоб представить к ответственности, о чем братишка стал подозревать и вяло заводил лапами, а после и жвалами. Так что пришлось подумать дважды и скрепя сердцем отпустить его восвояси, уж очень он мне понравился. Хотя бы тем, что при своих исполинских габаритах, как для жука, он собрался с силами и улетел, оставив после себя некую недоговоренность. Что только к утру, обрела себя в воспоминании о былом видео и в оставленном им вопросе:

– Как?

Конечно, ответ я уже знал или догадки по этому поводу. Но ведь, не это было важно, мне просто было интересно. Я наконец-то вернулся туда – откуда когда-то и начал, совсем не ожидая к чему это меня приведет…

А привело меня по первой к давно позабытому каналу с десятками, сотнями записей об экспериментах, потерявшегося в своих изысканиях мужика. Давно перегоревшего или забывшего с чего все начиналось. Но окончилось, как и у большинства разочарованных людей, а точнее он просто продавал все свои старые находки или проекты целиком. Не много не мало, а захламившие, забитый под завязку гараж и обширную часть приусадебной территории. С которой он и вещал, делясь пройденным путём, своими ошибками, и годами, что потребовались для осознания за частую простой истины… Что послужит отправной точкой, не для одного нового владельца у почти построенных аппаратов. Так что мне пришлось пересмотреть много, прежде чем добрался до старого видео, а заодно и отследить хронологию развития. Что для меня, казалось, ещё предстоит. Но начало всего этого, это то трепетное время, когда горит душа и зажигаются огни. И пусть я нашёл куда больше, остановился на обыкновенных подкрылках Сибирской Златки. Даже и не зная, что больше меня сподвигло, желание соприкоснуться с истоками в ожидании озарения или не желания тратить в пустую деньги? Но номер был набран в тот же вечер, и через неделю ко мне пришли наборы подкрылков и не одного выбранного жука. Мужик не поскупился и отослал пробники десятков, если не сотен насекомых. Закинув до кучи и собственные выкладки, конечно, ничего сверх того, что было на канале. Но было приятно и нутро не жгло из-за собственной дурости. Так что, не долго мучаясь со всем перечисленным, я схватился за заказанные мной подкрылки, чтобы испытать трепет от соприкосновения с ними. Но ничего не произошло. Нет, подкрылки разлетелись отталкиваясь друг от друга, как и должно быть. Однако не было озарения и восторга, я это все видел и жаждал большего от себя. Но для большего надо и стараться больше, так и понеслись мои дни. Хотелось, что бы железная "кастрюля" взлетела и она летит, стоит только повторить все, что показывал автор и потратить на то полгода. Хочешь смастерить, катушку Тесла, соприкоснуться с без проводным электричество, всё есть в интернете. Даже вечный двигатель на основе магнитной тяги, маленький некому ненужный, как и компьютерный куллер, что будет крутится не переставая. Одно, но, чем больше я мастерил аппараты и тратил на них время, а порой и просто натыкаясь на обман, тем отчетливей становилось какое-то внутреннее раздражение. Я потерялся во всем этом барахле, как и тот, за кем я повторял, думая, как и он – "что иду правильным путём". А может раздражало и то, что я так и не придумал ничего своего или не соприкоснулся с желаемым и не полетел? Вопросов было уйма, а ответ все так же лежал в гараже. Так что, откинув свои увлечение, я ссыпал все имеющиеся подкрылки на стол, по вечерам рассматривая их структуры и особенности, месяц за месяцем наталкиваясь на пустоту. Так как повторить вручную, то – что природа вывела за тысячелетия в виде полостей и полосных структур, я не мог. Ну, а у тех, что были, попросту не хватало мощности, и ответ напросился сам собой:

– Если не могу взять силой и разумом, возьму количеством.

И взял десятки тысяч подкрылок, благо желающих продать те было много, и они нашлись там же в комментариях у автора. Кто, как и он, отчаялся, а кто паразитировал на сообществе единомышленников. И надо сказать у них хорошо получалось. Так что не много не мало, а к концу года у меня накопилась не малых размеров коробка, можно даже сказать сундук. А также появились и кое-какие мысли, или скорее, постоянно попадавшаяся на глаза, "чешуя", дала свои результаты. А стоило то всего на всего зарыться во все это по локоть, чтобы увидеть одно маленькое, но не мало важное свойство. Чешуя далеко не одинаковая и одни и те же подкрылки, то складываются без сопротивления, а то взлетали, показывая своего рода рекорды. Так и начался отбор, и я долгими вечерами закапывался во все это измеряя и отбирая наилучших. Чтобы в конце концов уложить или скорее увязать те в пластины при помощи мельчайшей сетки и эпоксидной смолы, давшей наконец-то первый результат. А именно платформы задерживались друг против друга перед падением, причиной которого было смещение или изворот плоскостей с чешуйками, что не стало тайной. Ведь еще при первых пробах, купленные мной подкрылки отталкиваясь изворачивались. А значит, настало время для корпуса, мастерить который я и побежал, наконец-то добившись своего, давно уже не чувствуя крыльев за спиной, что сейчас тащили за собой. И не замечая усталости, я сляпал короб, чтобы затаив дыхание, уложить пластины в подготовленные выемки. Но захватившему душу трепету не суждено было оправдаться, так как пластина не вылетела и уж тем более, не откинула прижавшего от греха подальше конструкцию меня. Уж очень не хотелось потеря свою первую наработку. От чего пришлось смущенно охнуть и слезая с коробки прихватить крышку, чтобы уставится на то, что творилось внутри. А внутри как не странно было все спокойно, да на столько, что я сразу не сообразил в чем причина провала. И только прикоснувшись к верхней пластине, задумавшись о том, "а не мог ли я перепутать стороны?", ощутил едва уловимую дрожь под пальцами. А после и некое усилие или сопротивление при нажатии, с которым до меня начало доходить произошедшее и глупость от спешки в таком деле. Но все же ей ещё не пришёл конец и недолго думая я уставился на коробку с улыбкой безумца, чтобы в следующую секунду забраться в коробку с ногами. Аккуратно становясь на площадку, чувствовал, как замирает сердце, чтобы ухнуть в пятки, когда я вместе со всей коробкой зависнув в воздухе на несколько секунд счастья. Счастья, обернувшегося падением и где-то даже истеричным смехом. Но я был доволен, и не волновали будто исчерпавшие себя пластины, как бы я их не крутил, не сколоченный на скорую руку и так же развалившийся ящик. Усталость, накатившая после всего пережитого за вечер, была важнее, а с остальным я уже знал, что делать, разве что одним вечером все это не обойдется…

Глава 2

Мысль о том, что мне придётся попотеть оказалась вещей или даже пророческой. Ибо чтобы узнать, что именно случилось, мне потребовалось время. И все для такой малости, как статика жуков, трущих подкрылки о мохнатое брюшко. Но это ничего, совсем другое дело, как запитать подкрылки электричеством. Однако и с этим мне повезло, ячейки в эпоксидке которые я укреплял сеткой из проволоки, подходили более чем полностью. Оставалось одно, но. Подкрылки попросту не терпели больших зарядов, сбрасывая напряжение или перегорая. А к маленьким у меня не то, что не было доверия, они просто не могли обеспечить столько энергии, чтобы удержать семидесяти с лишним килограммового меня. И максимумом, что я смог найти и добиться от обычной батарейки, это несколько секунд. Тогда-то и началась настоящая работа, ведь принципа, "чем больше – тем лучше" никто не отменял. И за пару месяцев, я смог-таки наляпать с десяток с лишним пар пластин. И боле того увязать их все в цепь, добившись не только укрепления с точки зрения невесомости или поддержания друг друга, но общей прожорливости. Чему был не сказано рад, посмеиваясь над иронией, как не как весь мир старался уменьшить энергопотребление, но это если не смотреть в корень. Я же нашёл применение вечному и никому не нужному двигателю на магнитах, что крутился теперь на благо сотни батарей. И мог не бояться сверзнуться с небес забравшись на шайтан машине, скажем метра этак на два-три, а то и выше. Но все это ещё нужно было запечатать в железный корпус, а кроме того, придумать, как управлять машиной и не только по вертикали. На лифтах я, как говорится и в гостях покатаюсь. Так что пришлось придумывать хитроумную систему рычагов, что делили и направляли мой аппарат посегментно. Благо казавшийся самым важным вопрос, " а как взлетать?", решился сам собой стоило только увеличить давление одной из сторон с чем прекрасно справлялись тросики. В итоге всё это уместилось в небольшую коробку или сравнительно небольшую в метр шириной. Что же до высоты, я искренне считал, что капитану, а не кем другим я уже не мог быть, нужны не только удобства в виде прибитой табуретки, но и управляющая рубка. Так что метр-полтора они у меня украли. Но зато я чувствовал себя в безопасности. Ну или по крайней мере, мне будет где укрыться. Тем более что предпосылки того, что я впечатлю, несколько сотен людей, а с ними и вроде бы не существовавших у нас охотников на ведьм, были. О чем меня упредил Сеня, как-то раз, заглянувший к совсем потерянному другу. И отсмеявшись узнав, что я творю, сравнившего кораблик трубадура со ступой. Меня же волновало другое, когда я смогу опробовать свое творение. И, собственно, из-за этого и того, что у друга был УАЗ с прицепом, и заставило меня показать Сене то, чем я занимался на протяжении последних лет. Убедив его в том, что выхода, нежели отвести нас на поле и желательно подальше от нашей деревушки, у друга просто нет. На что он, посомневавшись согласился, при условии, что, если аппарат не заработает он самолично сожжёт всю ту дрянь, что я на покупал и изжарит на том шашлык. Отказаться от чего уже не мог я, зная то, как Сеня бывает уперт. А с другой стороны и не нужно было. Ведь у меня было чем его удивить и осталось только дождаться выходных… Два дня и две ночи, как это невыносимо много для мечтателя, ученого, да любого находившегося перед финишной прямой, и чем ближе, тем чаще приходится возвращаться к истокам. А зачастую и ко всему пройденному пути. И я как оказалось был не исключением, практически не сомкнув глаз за эти дни. Ведь еще так много всего нужно было сделать, замариновать мясо и купить пива, не отправлять же корабль в первое плаванье на сухую? А в итоге, я перетряхнул всё, о чем помнил и догадывался, едва не вывихнув мозг, лишь бы не чувствовать нарастающей дрожи. Но в конце концов усталость подкосила и меня, чему я был только рад, очухавшись к субботнему вечеру не без настойчиво пиликавшего под окнами Сени. И вот уже пыльная дорога и свежо скошенные поля, отделяют нас от деревни. А по пути, едва слышное ворчание и набиравшие оборот догадки друга:

– Чё за хрень ты понапихал в свою коробку и почему она бурчит, как старый холодильник? – с подозрением покосился он на свой груз, продолжая. – Никогда не знаешь, чем оно обернется, проквашенными Щами, санкциями или просто бзданет, чем-то до боли знакомым, – но не став углубляться, чем и от кого, и так зная, что я его бурчания слушаю от части, переспросил. – Мы там, кстати ничего не повредили, пока грузились и отдавливали мои пальцы? Скажешь чего-нибудь или так и будешь по идиотский лыбится и молчать?

На что был только один ответ, что он сам все скоро увидит. Но Остапа, как говорится, понесло. Да и чего взять с крайне увлекающейся личности, как Сеня. Он и раньше готов был пожертвовать всем, чтобы посмотреть, как развернуться наши со Светой отношения и сделать выводы для себя. Уж я-то помню, на кого и как он заглядывался. А повзрослев и изжив дурную привычку собирать на подвиги друзей, не мог порой остановится в другом. Вот и сейчас он засыпал меня вопросами от дома и до старой рыболовной заимки. Выбранную с его слов самой подходящей, как для обычного, так и для воздуха-плаванья, пока сам он будет рыбачить. Ну не терять же в самом деле выходной? Чему я был совсем не против, где и как подняться в воздух было совершенно безразлично, а вот падать нет. Так что оставалось потерпеть пару часов тряски по разбитой дороге, перемежавшейся редко пересыхавшими лужами в диком, влажном лесу. А там выбраться и к небольшому перевалу для отчаявшихся поймать, хоть что-то близь деревушки и отправлявшихся дальше. На что ни у меня не у Сени не хватило терпения, и недолго думая, мы организовали стоянку. Конечно, я попытался сразу взяться за свой кораблик, но увильнуть от общих обязанностей по обустройству лагеря мне не позволил Сеня. Отыгравшись за мое молчание по полной, то дров мало – то палатка криво стоит, то комаров куча, и в этом тоже был виноват я. Как, собственно, и подбиравшемся к другу ревматизме, ибо не подъемную фиговину, что я смастерил так просто и вдвоем не снимешь. Но помариновав меня с полчаса Сеня взялся за дело, и мы-таки стащили мой аппарат на землю. И наконец-то пришло моё время. Но от чего-же так страшно? Вроде все в порядке и я на всякий случай перепроверил, ничего ли не стряслось с корабликом за наше маленькое путешествие. Да и легкий подъем на полметра не больше, за последние пару дней был проделан не раз и даже не десяток раз в гараже. Но вот так смотря на ошарашенное лицо друга, сердце замирало от страха и радости, в осознании того, что я это сделал! Как будто, не понимая или не веря до конца, настолько, что все пережитое вылилось в неудержимом хохоте, поддержанном причитающим другом: