Банда Воробьёвского верховья

В повести описаны тревожные и опасные события конца минувшего века. Возможно, ничего подобного и не происходило в окрестностях, конкретно, этого, одного из таёжных сибирских городов. Но преступников с избытком хватало всюду… Наверное, и поныне живы многие из тех господ и дам, которые намерены считать всё происходящее в те времена досужим вымыслом или явной гиперболизацией события тех, не таких уж и давних времён. А напрасно. В человеческой памяти сохраняется если не всё, то многое. Она устроена так, что самые опасные и счастливые в жизни моменты забыть не даёт.

Подобных событий в конце минувшего века происходило немало, и юноши и девушки тех времён давно стали взрослыми людьми, устроили свою жизнь. Хочется надеяться на то, что судьба у каждого из них сложилась удачно. В этой истории нет смысла что-либо приукрашивать. Целый ряд сложившихся ситуаций и сделал её остросюжетной.

К гребням высоких сибирских гор на западной стороне медленно опускалось июньское солнце. Даже отсюда, из города, было видно, что хребты, заросшие кедрачом и сосняком, тянутся на многие тысячи километров. Высокогорье. Край угрюмых туч. Увидеть то, что находится за горизонтом, конечно же, невозможно. Но сознанием чувствовалось, ощущалось, в конце концов, справедливо предполагалась, что там… за гранью, тоже горы, а за тайгою – тайга. И казалось, что предела несравненному величию и красоте нет. Его просто не может быть!

В лучах заходящего светила розовели заснеженные гольцы высоких вершин. Солнце, медленно падающее за горизонт, особо не старалось, оно, как и обычно, в летние дни ярко и щедро окрасило десятилетиями не тающий снег. Очень редко он полностью сходит с гольцов. Хотя случается и такое, и тогда происходят самые свирепые наводнения, с такими страшными последствиями, о коих и говорить-то неприятно.

Тайга готовилась ко сну, но щебет птиц был ещё слышен. Изредка хохотала сова. Неторопливо ступая по узкой горной тропе, лось спускался с вершины. Близорукий медведь нетерпеливо рвал жилистые и вьющиеся корни и стебли бадана, а дикий козёл гордо возвышался на огромном валуне, наблюдая за закатом солнца. Красные лучи терялись в хвойных прядях, густых пучках иголок высоких кедров.

Торжественно и величаво уходила в царство Сна, во владения Морфея, сибирская тайга, могучая и непостижимая человеческим разумом. Великое таинство заключено здесь порой, на первый взгляд, в малом и незаметном; даже в том, как укладывается на ночлег в своей норке полосатый бурундук или, как впадает в дрёму исполинская ель.

Но и людей тут хватает, конечно же, не в самих гольцах, а чуть пониже, поближе к основаниям гор. Там больше солнца и тепла, а значит – зверья и растительности. Мыслящие двуногие существа ночуют и днюют здесь в прочно обустроенных богатых зимовьях или захудалых сторожках, землянках и шалашах. Им круглый год что-то надо от тайги: кому-соболя, кому – белку, а кто и на медведя петли ставит… Прочные стальные тросы. Да мало ли. Грибы, ягоды, кедровые орехи, лекарственные травы.

Встречаются здесь и люди с чёрными душами, не желающие зачастую и выходить из дремучих чащоб, и спускаться с высоких сопок на свет божий. Тайга, хоть и сурова, но и щедра и даёт приют всем без разбора. Порой она и наказывает нерадивых. Правда, попадают, что называется, под её горячую руку и безвинные люди. Но тут ничего не поделаешь. Жизнь.

Ведь даже самому доброму и трудолюбивому человеку, если точнее сказать, невозможно отделить черные песчинки от белых, рассортировать вручную кучу песка. На такое пустое занятие ни годы, а многие столетия уйдут. А жить-то когда и радоваться своему существованию?

Несмотря на очень поздние вечерние часы, сравнительно большой сибирский город, расположенный в предгорной долине, пока не спал. Во дворах ещё шумно. Незатейливые детские игры, футбол на спортплощадке, гонки на велосипедах, велосипедиках и роликовых коньках. Да и многие раскатывают на досках этих… с колёсами. Показывают чудеса ловкости и мастерства.

Правда, ребятишек, то и дело с балконов домов зовут домой беспокойные мамаши и бабушки. Однозначно: «Пора спать!». Но почему же не понимают взрослые, что очень трудно оторваться от игр и усидеть дома, даже поздно вечером? Ведь каникулы же и лето!

Многолюдно и перед центральным входом городского Дворца Культуры. В большом его зале шёл концерт. На сцене солировала в сопровождении музыкантов и певцов популярной группы «Солнечный поток» из Москвы шестнадцатилетняя звезда российской эстрады Лена Балантьева. Синеглазая, белокурая, в ярком цветистом платье… Зал переполнен. Люди всех возрастов пришли сюда посмотреть и послушать очередную концертную программу молодых дарований, приехавших сюда из самых разных регионов большой страны.

Проходил здесь традиционный ежегодный конкурс-фестиваль юных артистов «Сибирский круг». Держа обеими руками микрофон, Лена непринуждённо и довольно профессионально пела… о любви непосредственной, но детской, а уже юношеской. Это песни о светлом и добром чувстве людей, которые, как говорится, почти в начале своего жизненного пути.

Разумеется, Лена волновалась во время своего выступления. Но по тому, как она свободно двигалась по сцене, держалась на ней, её волнение было совершенно не заметно. Раскована и… уверена в себе, в своих возможностях.

Правда, во время такого конкурса уверенным в конечном результате может быть только тот, за которого уже «проголосовали» большие деньги. Но там… международные конкурсы. А здесь самое нормальное и справедливое соперничество для того и созданное, чтобы искать, выявлять настоящие таланты среди совсем ещё молодых вокалистов, поддерживать их. Всё в руках юных исполнителей, строгого, но объективного жюри и элементарного… везения.

Конечно же, в тайне Лена мечтала завоевать Гран-при на престижном конкурсе юных вокалистов, эстрадных певцов. Балантьева приехала сюда, в этот симпатичный сибирский город, со своей популярной эстрадной группой «Солнечный поток» не за тем, чтобы просто принять участие в нём… Если не Гран-при, то ей нужны были первая или вторая премия, на крайний случай, какой-нибудь солидный специальный приз. С пустыми руками, как говорится, возвращаться в Москву ей не хотелось.

Премии здесь присуждались так же и за лучшие концертные программы в целом, с которыми выступали на сцене центрального Дворца Культуры замечательного сибирского города детские и молодёжные музыкальные коллективы или группы. Тут тоже присуждалось и Гран-при, и три премии, и специальные призы.

Поэтому надежды на самый лучший исход в душе лелеял каждый участник большого музыкального фестиваля-конкурса.

Юным артистам приходилось тщательно взвешивать все «за» и «против». Ведь число участников солидного вокального состязания солидное – двадцать две музыкально-вокальные команды, причём каждой надо выступить с небольшим концертом, состоящим из пяти-шести номеров.

Балантьева начала выступать со сцены с одиннадцати лет. Она довольно быстро, за полтора-два последних года, фактически стала маленькой поп-звездой. Но старшие товарищи, наставники, руководители таких музыкальных коллективов, спонсоры, менеджеры, продюсеры, просто и постоянно объясняли своим подопечным, что «звёздность» присуща только настоящим звёздам. Конечно же, тем самым, что находятся в небе. А здесь, перед юными артистами поставлена очень важная задача, стать по-настоящему талантливыми, популярными, востребованными, самобытными… Вот и вся «звёздность».

Неутомимая, порой изнурительная работа и великая любовь к пению и музыке полностью перекрывает понятие «звёздность». Настоящее искусство не нуждается в рекламных изысках и трюках. Кто по-настоящему талантлив и трудолюбив, будет замечен. Правда, не всегда так случается. Но должно быть только так, а не иначе…

Без ложной скромности стоит сказать, что Елене повезло. Удача оказалась на её стороне. За очень короткий отрезок своей пока ещё мизерной творческой биографии ей посчастливилось побывать с «Солнечным потоком», благодаря спонсорской помощи, и в зарубежных городах. Балантьева стала обладателем нескольких премий, может быть, не таких желанных и значительных, как хотелось бы, но, всё же, наград. Что ни говори, а это уже признание её таланта или творческих способностей и возможностей.

Некоторые подруги в школе, где она училась, ей открыто завидовали и даже утверждали, что всю славу Лене сделал её папа, довольно известный композитор и аранжировщик. Да и мама известный аккомпаниатор, концертмейстер – не из последних. Но подобные утверждения были не справедливы.

Лена очень много и самостоятельно работала над собой. Правда, музыку для некоторых песен она просила написать своего отца.

Чего скрывать, Балантьевой нравится соло-гитарист из «Солнечного потока» Гриша Столетов, и он был рядом с ней, на сцене, со своим музыкальным инструментом. Конечно же, волновался за неё. Но старался не проявлять лишних эмоций, которые никак не вписываются в концертную программу.

К счастью, исполнение песни завершилось громкими овациями зала. Выкрики однозначные, но приятные, ласкающие слух молодого дарования, уже имеющего определённые амбиции: «Лена, бис!», «Круто, Балантьева!», «Ура!», «Молодец, «Солнечный поток»!»…

Некоторые от восторга свистели, топали ногами. Не очень, конечно, культурное выражение эмоций, но, что поделаешь, дети и подростки – зрители впечатлительные, и выражают свой восторг так, как считают нужным. Взрослые умильно улыбались. Солистка долго раскланивалась, изредка ловила руками летящие к ней цветы. Она была довольна собой. Это успех!

Но, понятное дело, ещё неизвестно, какими будут конечные оценки и результаты. Ведь уже до появления Лены на сцене прекрасно спели Регина из Барнаула, Аня из Воронежа и Дима из Владивостока. Кроме того, все основные концерты других музыкальных групп были ещё впереди.

А «Солнечный поток» завершил, свой небольшой концерт, состоящий из шести песен, две из которых исполнила Балантьева. Остальные прозвучали и довольно на неплохом уровне в исполнении других солистов… не только при музыкальной, но и голосовой поддержке всего «Солнечного потока». Их группа, кроме того, сыграла, профессионально выразиться, показала две небольших эстрадно-инструментальных пьесы. Старания их творческого коллектива были оценены громкими и продолжительными аплодисментами.

Но что касается лично самой Балантьевой, то Лена чувствовала, что исполнение конкурсной песни ей удалось. Даже она сумела сделать то, чего и не ожидала от себя – вложить душу в исполнение маленького сюжетного спектакля на сцене. Но с большим смыслом. Именно такой и должна быть песня. В противном случае – это только набор слов и звуков. Ни уму, ни сердцу. Так считал её папа, и она разделяла мнение отца.

На сцене появился руководитель вокально-музыкальной группы, ведущий концертной программы «Солнечного потока» Игорь Савельевич Назаров. Юные артисты из столицы души в нём не чаяли. Справедливый, добрый, сильный, умный, высокорослый, с приятной внешностью… В общем, самый замечательный во всех отношениях. Да и возраст, всего лишь, чуть больше тридцати лет.

– Дорогие сибиряки, мне очень приятно как ведущему нашего небольшого концерта и руководителю детской вокально-инструментальной группы «Солнечный поток»,– обратился он к зрителям,– будет передать жителям Москвы, что вам пришлось по душе наше выступление! Значит, мы старались не зря. Это уже огромный успех!

Потом он откровенно признался перед зрителями, что, конечно же, ему хочется, чтобы их «Солнечный поток» была в числе не самых последних на этом замечательном, престижном конкурсном российском фестивале «Сибирский круг».

Он сделал паузу только для того, чтобы переждать время шумных аплодисментов. Зрители единодушно подтверждали, что юные москвичи умеют своими талантами покорять сердца людей… всех возрастов.

– А сейчас мы уступаем на этой замечательной сцене место другим,– продолжал Назаров. – Мы завершаем свой небольшой концерт в великолепном зале центрального городского Дворца Культуры и на всю предыдущую неделю переходим в зрительный зал! Добрых каникул вам, друзья, и побед на эстраде и в жизни! И ещё раз я передаю вам всем горячий привет из Москвы!

Юные артисты из столицы, простившись со зрителями, уступили место своим сверстникам из других регионов России.

За кулисы к улыбающейся Лене Балантьевой направлялись двое элегантно одетых мужчин в чёрных очках. Слегка кланяясь ей, один, с небольшими бурыми усами, обратился к руководителю группы Игорю Савельевичу:

– Господин Назаров, дорогой, мы хотели бы минут тридцать-сорок побеседовать с вашей юной московской звёздочкой Леночкой. Мы корреспонденты регионального информационного агентства «Маяк».

– Вот удостоверение,– второй мужчина, поменьше ростом, извлёк из кармана пиджака красную книжечку. – Моя… красная книжечка. Документы всегда при нас.

– Да, что вы! Я вам верю,– мягко запротестовал Игорь Савельевич,– не надо показывать никаких документов. Но давайте перенесём интервью на завтра. Сейчас поздний вечер, практически ночь, конец концертного дня. Через пятнадцать минут нам подадут автобус. Гостиница в другом конце города. Поздно уже. Детям пора спать. Сами понимаете.

– Э-э,– пояснил тот, что с усиками,– нам тоже необходимо спешить. Это срочное редакционное задание. Понимаете, Игорь Савельевич?

– Трое суток не спать, трое не спать, как пелось в старой песне о журналистах,– пытаясь пошутить, поддержал коллегу второй.– Репортёра ноги кормят. Я понимаю.

– Проблемы, дорогой Игорь Савельевич, вполне, разрешимы,– улыбнулся усатый корреспондент. – Мы Леночку берём в свою машину. По дороге до гостиницы «Заря» всю беседу с ней записываем на диктофон и доставляем нашу прекрасную вокалистку до самого места, даже сопроводим её в сто сорок седьмой номер. Профессия у нас такая. Вы видите, мы уже всё знаем. Ведь совсем не сложно навести необходимые справки.

– Доставим нашу звёздочку в целости и сохранности, – отвесил поклон тот, что поменьше ростом и без усов. – Ну, как, Леночка, вы согласны?

– Я согласна, – засмущалась Балантьева. – Немного можно рассказать о себе… Если Игорь Савельевич не возражает, то я могла бы поехать с вами.

– Что же, – развёл руками Назаров, – давайте договоримся так. Сильно уж в своей публикации Леночку не расхваливайте. Не губите талант. А он, бесспорно, у Балантьевой есть. Поверьте!

Назаров выразил желание и готовность ехать в машине журналистов вместе Леной. Но передумал. Понимал, что при руководителе группы «Солнечный поток» она не будет так откровенна с представителями прессы. Да и ехать тут всего-то пятнадцать-двадцать минут. Не больше. Он повторил, что с готовностью будет сопровождать Лену. На это журналисты ответили, что их, вполне, устраивает такой вариант.

Но Балантьева так просительно посмотрела на Игоря Савельевича, что тот окончательно согласился на неожиданное и не совсем предвиденное в столь поздний час интервью. Что ж, пусть немного побудет самостоятельной. Чего опасаться? Кругом свои, радушные люди… Журналисты поговорят с ней и довезут до самой гостиницы.

Да и девочке, в её годы, конечно же, хочется лишний раз прославиться… на большой сибирский регион. Не плохо ведь, если о ней что-то доброе будет написано и опубликовано за неделю до подведения итогов конкурса-фестиваля.

Прежде, чем выйти вместе с Леной из здания Дворца Культуры, назойливо-вежливые журналисты, достав диктофоны, задали несколько вопросов и Назарову. Он отвечал коротко, обстоятельно, с достоинством.

Беседовали недолго, но за десять-пятнадцать минут Игорь Савельевич успел рассказать корреспондентам информационного агентства многое – и о себе, и о «Солнечном потоке», и о ребятах, которые играют и поют в вокально-музыкальном ансамбле или группе, как сейчас принято, называть такие коллективы. «Что ж,– решил Назаров,– лишняя реклама нашей команде не повредит».

Игорь Савельевич, отвечая на заданные вопросы, выразил надежду на то, что «Солнечный поток» уедет отсюда не с пустыми руками. Возможно, повезёт и Балантьевой, как солистке. Весь их коллектив надеется на успех.

Пока господа из «Маяка» любезно благодарили Назарова за предоставленную возможность побеседовать с ним и его подопечной, раскланивались и пожимали ему руки, Леночка переоделась из концертной в повседневную одежду и уже была готова отправиться в гостиницу с представителями прессы, в их машине.

Она, повесив на плечо сумочку, с улыбкой на прощанье помахала рукой в фойе Дворца Культуры своим подругам из вокального и танцевального состава группы. Быстро сбежала по ступенькам к шикарной чёрной «Тойоте». Шофёр услужливо открыл перед ней дверцу. Один из её провожатых, корреспондентов, сел рядом с водителем, другой, что с короткими усами, – с Леной.

Иномарка резко сорвалась с места и на большой скорости выехала на пустынную автостраду. Первой нарушила молчание Лена:

– Я готова! Пожалуйста, задавайте свои вопросы.

– У нас впереди ещё много времени для бесед, мадмуазель,– ответил бесстрастным и холодным голосом человек с бурыми усами.– Наговориться успеем. Пусть с тобой теперь беседует Баба Яга.

– Кто? – удивилась Лена, чувствуя недоброе. – Яга?

– Да, – подтвердил второй. – Именно, так мы и зовём эту разбойную старуху.

Он мгновенно зажал её нос маленьким ситцевым платочком, смоченным в эфире. Балантьева потеряла сознание.

В небольшом, но уютном номере гостиницы «Заря» на время гастролей в одном номере поселились два неразлучных шестнадцатилетних друга, юноши из группы «Солнечный поток»: соло-гитарист Гриша Столетов и клавишник Витя Ерёмин, то есть он был музыкантом, который играл на электронном клавишном инструменте, который можно назвать электрическим пианино.

Сейчас юноши, после окончания концерта, обсуждали события сегодняшнего вечера, пили лимонный напиток вприкуску с печеньем. Как говорится, подводили предварительные итоги.

– Наверное, наш «Солнечный поток», Гриша, четвёртое или пятое место займёт на конкурсе,– деловито выразил своё предположение Виктор, – играли мы классно. Ты пел нормально, играл на соло-гитаре ничего. Я тоже, вроде, на клавиши электрооргана не так плохо давил.

– А Лена?

– Ленке Балантьевой обеспечено Гран-при. Никто за оставшуюся неделю лучше её не споёт. Невозможно. Конкретная вокалистка. За счёт её нам будут обеспечены интересные гастроли по России и всякое такое. Тебе, Гриша, за ней не угнаться.

– Я не согласен быть на вторых ролях. Придётся мне от Балантьевой не отставать, Витёк. Дело принципа. Сам понимаешь.

– Это в тебе чувство самолюбия задето. Причём, говорю о том, что есть. Без всяких там приколов. Все мы знаем, Григорий, что ты в неё по уши влюблён. Только без обиды.

– Брось, какая там обида. Я и не скрываю, она мне очень нравится, – Гриша сделал глоток напитка из стакана. – Мы в школе с ней в одном классе учимся, сейчас уже в одиннадцатый, выпускной перешли. Одиннадцатый «г». В одном доме живём, даже наши квартиры находятся в одном подъезде. У нас давно уже всё с ней решено. Когда образование получим, скорей всего, поженимся.

– Вот это любовь! Но извини, такого почти не бывает. Школьники – одно, а взрослые люди – совсем другое. Это элементарно.

– Но я уверен, что у нас с Леной всё произойдёт, сложится нормально, Витёк. Думаю, что мы с ней всегда и везде будем вместе. Мне кажется, что желание моё исполнится…

– Значит, всё-таки, потом поженитесь?

– Странный ты, Витёк. А как же иначе?

– Впрочем, да. По-другому не бывает,– как бы, согласился с ним Ерёмин.– Ну, вообще, вру. По-разному в жизни случается…

– Не хочу с тобой спорить, – Столетов немного занервничал. – Просто мне хотелось бы видеть её рядом с собой и всегда. Неужели ты этого не понимаешь?

– Но я много разных книжек прочитал… В кино всякие ситуации про это видел. Ты знаешь, получатся, конкретно, в детстве, вроде бы, все влюбляются, а потом начинается другая жизнь, другая любовь,– Витя аппетитно захрустел печеньем.– Да ты и сам знаешь.

– Конечно. Но зачем ты мне об этом рассказываешь?

– Только без обиды за мои прямые слова, без прикола, Гриша, и не лезь в драку. Балантьева совсем скоро станет известной певицей, а ты… нет. Да и я тоже – ни туда, ни сюда. Я на полном серьёзе говорю.

– Я не понимаю тебя, Витя.

– Что тут понимать? Я реально рассуждаю. Она запросто может разлюбить тебя, выбрать какую-нибудь знаменитость… на время, из той же рок-группы «Бешеная перепёлка». К примеру, Сергея Коржова или Олега Иванищева из «Зелёного зайчика». Или продюсер под руку… подвернётся. Я не романтик, я реальный человек. Поэтому…

– Да, ну! Такого не может быть. Серёга поёт классно, здорово, но он совсем… как сказать, худой, щуплый. Лене такой не понравится. Или Олег Ивани…

– Больно ты знаешь, кто ей понравится, а кто – нет. Ты об этом ничего не можешь знать.

– Что же я смогу поделать, если всё случится, именно, так, как ты говоришь,– вздохнул Гриша.– Мне очень плохо, если всё это произойдёт. Правда, мне трудно такое даже представить. Но если ей будет хорошо, значит, я не то, что бы стану счастливым человеком, но… Тебе, Витя, это трудно понять.

– Вот это да! – восторженно сказал Ерёмин.– Если бы мне сказали, что существует на свете такая сильная любовь, то я ни за какие ватрушки в такое бы не поверил. Факт. Молодец!

– Если хочешь знать, Виктор, – Столетов приподнялся с кресла,– я только из-за Лены стал петь и на гитаре играть. Ты не представляешь, Витя, сколько мне пришлось заниматься, чтобы попасть в группу «Солнечный поток», к нашему Игорю Савельевичу.

– А я никогда и не сомневался в этом.

– Но чувствую, всё равно, что наши с ней жизненные интересы разойдутся. Она будет певицей, она уже… певица. А я стану следователем. И нам с Леной в разных вузах учиться придётся. Но только ведь это дела не меняет. Мы любим друг друга, как ты говоришь, конкретно. Нам просто всегда хочется быть вместе. Мы оба своего желания ни от кого не скрываем. Это невозможно скрыть. Да и зачем?

– Ты сам себе противоречишь, Григорий. У вас никак не получится всегда быть вместе,– стоял на своём и никак не унимался Ерёмин.– Даже если вы и поженитесь потом, то вместе не всегда будете. У Лены папа – композитор, мама известный – аккомпаниатор, концертмейстер. Прекрасная, говорят, пианистка, одним словом, виртуоз… У них свой особенный круг. Понимаешь?

– Не понимаю. Глупости ты говоришь. У нас тоже свой круг и довольно неплохой, как я считаю. Мои папа и мама – юристы. Теперь занимаются частным сыском.

– То пропавшую собаку ищут, то чьего-нибудь загулявшего мужа, то украденный со стройки кирпич… Натурально. Или я совсем не то говорю?

– Случается и такое,– беззлобно ответил Григорий,– но иногда происходит и другое. Об этом, другом, они говорят мало. Они меня, Витёк, с пелёнок готовят к работе сыщика. Ты же знаешь, я занимаюсь стрелковым спортом, заглядываю и в секцию рукопашного боя – айкидо и каратэ. Кое-чему и сам учусь, да и папа с мамой помогают.

– Всё это, конечно, здорово. Но тогда зачем тебе гитара?

– Гитара нужна мне. Раньше я думал, что смогу обойтись без неё, теперь уже не получится. Никогда такого не произойдёт.

Григорий бережно взял с дивана шестиструнку. Пальцы левой руки плотно зажали гриф, под правой рукой, под пальцами, ударившими по струнам, мгновенно родился звук. Даже не звук, а вполне стройная мелодия. Экспромт.

Они долго ещё вели философские разговоры о будущей взрослой жизни – обо всём. Григорий с радостью осознавал, что, всё-таки, как здорово, что у него есть верный и надёжный друг, который, пусть иногда и с трудом, но понимает его, Столетова.

Их ничуть не удивило то, что к ним в номер, в гости никто из «Солнечного потока» не заглянул. Ясно, после концерта все устали и, наверняка, сидят у себя по номерам и тоже ведут беседы. Может быть, некоторые уже спят. Скорей всего, Лена Балантьева и её подруга из танцевальной группы Надя Решетова давно уже видят приятные сны. Это понятно. Лена сполна выложилась на концерте, да и Наде пришлось поработать.

Ведь она, где надо, с другими девочками и мальчиками, пластическим языком танца занималась своеобразной «аранжировкой» вокального исполнения. Танец – зримая душа песни. И бесподобный, и несравнимый ни с каким другим, голос Лены вдохновлял танцовщиков на работу с полной отдачей. Сцена – тяжёлый и порой изнурительный труд. С этим может спорить только некомпетентный и невежественный человек, уважающий только собственное мнение.

Но всё получилось у их вокально-инструментального коллектива, можно сказать, здорово, профессионально. Вот во многом потому сибиряки так восторженно встретили «Солнечный поток». Единство гармоний песни, музыки, танца, костюмов… Мастерству и стремлению понимать суть нелёгкого искусства учил их Назаров. Каждый из юных артистов их группы смог стать единым целым, одним коллективом, и при этом каждый остался индивидуальным.