Хроники Элирия. Сага о Сильвасах т. 3-5

Глава 7

В последующие несколько дней осквернённый дух леса не возвращался, хотя в глубине леса всё ещё был слышен его рёв. За это время Самеан очистил двор, стал строить забор, а Звёздочка под присмотром его фамильяра уходила гулять.

Звёздочка шла и разглядывала то, что осталось от домов, которые поглотил и слил воедино с собой лес. С одной стороны, это красиво, словно ты оказываешься в мрачной сказке, где нет ни души. Это волнует так сильно, что сердце готово в пятки уйти. А с другой…

Она вдруг увидала лежащего старика, который явно был не в себе. Он бился в агонии дурмана того, к чему пристрастился, хрипел, разрывал землю руками.

– Омерзительное зрелище. – прокомментировал Имхотеп, сидя на плече Звёздочки.

– Надо ему помочь.

– Нет! Посмотри на него. Он не жилец. Предсмертное состояние ничем не вылечишь.

Звёздочка всё равно направилась к старику, который к этому моменту замер на земле. Она присела, протянула руку над ним, вздрогнула.

– Что такое? – поинтересовался Имхотеп.

– Он отравлен ядом из космоса. Прямо как Астралы.

Она сконцентрировала в ладони энергию, которая начала вытягивать из тощего старика, похожего на ходячий труп, яд, что мучает его. Звёздочка, схватилась левой рукой за правую, ощущая, как нечто сопротивляется. Она стала отходить, словно вытаскивая наружу то, что паразитом живёт в теле несчастного. Из старика и вправду появился паразит, который отчаянно хватался за него фантомными щупальцами. Звёздочка с криком махнула рукой, ворон слетел с её плеча, а существо, похожее на морского гада, обрело материальный облик и рухнуло рядом со стариком.

– Т… ыы-ыыы! – захрипело существо. – Как ты посмело!

Оно щупальцами оттолкнулось от земли, взлетело и понеслось прямо на Звёздочку. Рот этого нечто во всё лицо без глаз (если можно это назвать лицом) широко раскрылся, обнажая четыре ряда острых зубов. Имхотеп спикировал, стал клевать и царапать когтями. Звёздочка лишь несколько секунд спустя сообразила, что фамильяр даёт ей время убежать. Но вдруг существо хватает ворона и целиком уходит в него, как в нового своего носителя.

Ворон упал.

– Имхотеп! – Звёздочка зажала рот от ужаса и подбежала к нему, подобрала.

Из его клюва потекла неприятная слизь, а на уголках глаз вместе со слезами появились мелкие крупицы кристаллов, которые Самеан видел на осквернённом духе леса – медведе.

Старик приоткрыл один глаз, увидел лишь чей-то силуэт, женский, который что-то поднял с земли и помчался на окраину деревни.

Звёздочка забежала домой и со второго раза дозвалась Самеана. Она ему обо всём рассказала, её руки сильно тряслись, по ним стекала жуткая слизь, которая сочилась из-под перьев фамильяра.

– А что я-то сделаю? Я не орнитолог и не ветеринар! Имхотеп никогда так плохо не выглядел. Я не знаю, что нам делать.

– Прости, меня, Имхотепик, мне стоило тебя послушать! – заливалась слезами Звёздочка.

В их дом без стука вошёл старик, которого обвивали корни, став похожим на экзоскелет, чтобы он мог передвигаться без труда после одержимости. Старик своим появлением вызвал неоднозначные чувства у Самеана. Он ещё не забыл их первую встречу.

– Есть одно спасение для вашего духа – избавление от физического воплощения. – сказал старик.

– Нет! Его нельзя убивать, он наш друг! – тут же ответила Звёздочка.

– Если этого не сделать, то паразит отравит всю его истинную сущность, и тогда ваш «друг» не сможет никогда обрести покоя!

– Ни за что!

– Звёздочка, передай ему моего фамильяра, пожалуйста. – спокойно сказал Самеан. – Пусть Имхотеп освободится и вернётся домой. Когда он поправится, то мы встретимся с ним снова.

– Хм, а я-то думал, что ты набьёшь мне лицо, когда я предложу помощь. – с усмешкой произнёс старик. – Давай его мне. Быстро! Пока паразит не осквернил его, надо прекратить его дальнейшую жизнь.

Звёздочка отвернулась, протянула беднягу-ворона тощему старику. Он выхватил птицу и ушёл. Самеан обнял Звёздочку, поджимая губы от великой тоски по другу, которого уже через мгновения не станет. Ещё чуть-чуть и Имхотеп отправится покорять бесконечность.

Некоторое время спустя Самеан вышел наружу, старик сидел на траве рядом с чёрной пернатой тушкой ворона. Земля после скорбных слов поглотила птицу. Старик поглядел на Самеана.

– Старый приятель медведь ошибся. Он не послушал лес, который говорил ему, что вы иные. Ты. Ты сын почивших хозяев этого дома, да?

– Верно.

– Медведь больше не тронет вас, он ошибся, перепутал. Надеюсь, вы простите этого дуралея.

– Ты друид этой деревни? Где остальные жители?

– Я хранитель этой деревни, Гардар, и до вашего появления единственный житель. Вода. Странная твёрдая вода с неба обрушилась однажды. Все сбежали, а я остался. Заразился. Мучился. Эта девушка, что сейчас в доме, меня излечила. Вытащила твёрдую воду. Спасибо ей.

– Когда ты говоришь о медведе, то подразумеваешь себя? Твой второй облик – медвежий?

Старик странно заулыбался.

– Ты умный, как и тот добряк, которому я помог убить его врагов. К старине медведю перестали приходить за просьбой о помощи, когда тот ангел навсегда исчез. Ну ладно. Мне пора в свою хижину.

***

Деревенское кладбище было не узнать, всё поросло травой. Гардар провёл за собой Самеана к могилам его родителей.

– Почему ты ухаживал за надгробиями?

– Лес хотел этого. Раз я хранитель, воля леса – моя работа.

– Спасибо. Мне казалось, я уже навещал их совсем недавно. Странно.

– Твои родители ушли рано. Внезапно. Слышал от жителей в то время, что их сын был всему виной. «Глупцы», – говорил мне лес. Ты был там. Что произошло?

– Мой настоящий отец пришёл избавиться от меня, но потом изменил план и убил родителей, внушив, чтобы я жил одной лишь жаждой мести. И недавно я победил его.

– О-о. Победа – всегда радость. И ты пришёл, чтобы возродить родной дом?

– Не знаю. Но пока я хочу остаться здесь, заняться земледелием. Если в деревню потянутся другие, я не против, но становиться старостой точно не намерен.

– Бремя власти испытывает душу извращениями. Чую, ты знаешь, что такое власть.

– Увы, да. Оставь меня ненадолго.

Гардар по его просьбе ушёл. Самеан смотрел на надгробия и понимал, что ничего не чувствует. Вся боль ушла, когда он одолел Ларго. Он заметил свежий холмик земли, наверное, здесь теперь лежит физическое проявление его фамильяра. Сам Имхотеп вряд ли умер, просто отправился в Мир Духов.

***

Звёздочка проснулась раньше обычного, из головы не уходили воспоминания, как она каким-то образом смогла «вытащить» из Гардара того паразита. Тем более она почувствовала какую-то связь между собой и тем нечто. Страшно даже думать об этом. Надо как-то понять свои силы и возможности. Возможно, Самеан что-нибудь подскажет. Когда проснётся, конечно же. Звёздочка улыбнулась ему, пускай он и не видит этого. Эти дни сильно его вымотали. Она тихонько взяла его мозолистую руку, поднесла к себе и поцеловала с тыльной стороны, а затем скрепила ладони в замок, погружаясь в накатившую дрёму.

Птицы на крыше громко щебетали, то прилетали, то улетали стайкой. Звёздочка сидела на ступеньках на заднем дворе, смотрела как муж выкорчёвывает жгучие растения и кустарники, чтобы потом перекопать землю для небольшого огорода. Он не разрешил ей помогать, беспокоился, что ядовитый сок испортит её изумительные ручки. Случись чего нехорошее, то придётся обращаться к Гардару.

Помогая себе топором, Самеан едва сумел вытащить высокое сорное растение, разрубил на небольшие части и кинул в тележку, чтобы вывезти за территорию дома.

– На сегодня придётся закончить. – выдохнул он, прошёл к Звёздочке и разлёгся рядом в тени.

– Как ты? Не поранился?

– Руки сильно жжёт. Уже покраснели.

Пролетевшая птица что-то выпустила из когтей и на землю упал будто бы кусок ткани. Звёздочка спустилась, подняла то, что уронила птица. Это больше похоже на длинную бороду мха. Самеан прошёл в дом, помыл руки, насухо вытер и обмотал их мхом.

– Верь или нет, но лес действительно помогает. – произнёс он, вернувшись к Звёздочке. – Вряд ли этой птице нужен был мох для обустройства гнезда.

Через несколько дней жжение от ядовитого сока растений прошло, после этого Самеан снял повязку из мха. Когда он начал ставить забор у дома, то увидел странствующих торговцев с вооружёнными до зубов наёмниками. Среди них оказалась женщина из рода Сильвасов, сопровождавшая набитые доверху телеги с грузом.

– О, не думал, что здесь кто-то осмелится поселиться. Эй, приятель! – закричал Самеану один из торговцев. – У тебя воды не найдётся? Наш запас только этим утром иссяк.

Оставив работу, Самеан подошёл к ним.

– Вода есть, но её надо фильтровать и кипятить.

– Ай, почему так не везёт…

– Я могу сходить к знакомому, узнаю, есть ли источники питьевой воды поблизости. И я всё же настаиваю взять ту, что у меня имеется, сами очистите её.

Торговцы посовещались и решили поступить так, как сказал Самеан. Путники набрали из недавно очищенного колодца мутную, но приемлемую после дополнительной очистки, воду.

– Странное вы место выбрали для жизни. – сказал один из наёмников Самеану. – Одни лешие, да дикое зверьё бродит. Того глядишь ночью в дом проберутся. Брр!

– Мне некого здесь бояться, кроме чужаков. – Самеан скрестил руки на груди.

– Не хотите ли чего приобрести? – вдруг обратился к нему бородатый торговец с хитрым лицом и потёр пальцы.

– Он нам воду дал, а вы и тут хотите подзаработать. – недовольно отпихнула его торговка. – За помощь я бесплатно дам всё, что пожелаешь.

Гардар в облике медведя сопроводил Звёздочку до дома, учуял чужаков и пошёл по их следу. Она зашла в дом с двумя полными корзинами ягод, спелых плодов, овощами. Нигде не обнаружив мужа, она тогда принялась готовить что-нибудь к ужину. В погребе взяла две тушки небольших животных, думая потушить их с овощами.

– Медведь! – крикнул кто-то.

Огромный медведь встал на задние лапы и грозно зарычал. Торговцы побежали, наёмники сосредоточились за ними, чтобы если что дать бой могучему зверю. Они так спешили, что не стали подбирать с земли упавшие товары с телег. И совсем скоро торговцев не стало, убежали.

Самеан магией подобрал упавшие вещи, повернулся, пошёл домой. Всё полетело за ним следом, переворачиваясь в воздухе.

– Дружелюбие тебе явно не знакомо. – обратился он к Гардару, проходя мимо.

Медведь тихо рыкнул и продолжил медленно преследовать чужаков.

Глава 8

По прошествии восьми месяцев заброшенная деревня преобразилась. Были случайные путешественники, которые осмелились поселиться в отстроенных заново домах и остались здесь подольше, чем планировали. Они настаивали, чтобы Самеан стал старостой деревни, но он отвечал, что не желает брать на себя лишнюю ответственность. Ему и так хорошо. Деревня постепенно возрождалась.

Бродячие торговцы разносили слухи по разным мирам, что некогда исчезнувшая с карты деревня вновь наполнилась жизнью. Об этом узнал добросердечный лекарь и тайком, пока лесной дух Гардар его не учуял, проскочил в деревню.

Он неизвестно как попал в дом Самеана, ровно в тот момент, когда рожала его супруга.

– Ты ещё кто такой? И что ты делаешь в моём доме? – Самеан не мог отпустить руку Звёздочки, чтобы хоть как-то морально поддержать её.

– Я самый простой аптекарь, который странствует в поисках редких целебных трав. Дверь была не заперта – вот я и вошёл. – тепло ответил парень двадцати пяти лет, пряча своё лицо под капюшоном. – Сейчас дам снадобье, которое убережёт от беды. И вам, и вашей жене необходимо его принять прямо сейчас. Если вы думаете, что я замыслил что-то дурное, то пусть это увидит бог и мгновенно меня покарает.

Через полчаса потуг комнату наполнил плач новорождённого.

– Какое счастье, – тихонько проговорил про себя этот молодой, неизвестно откуда пришедший, аптекарь. – Мои поздравления. Счастья и мира вашему дому.

– Постой, – окликнул его Самеан, когда аптекарь стал уходить. – Не знаю, зачем ты на самом деле дал нам своё снадобье, но позволь узнать твоё имя.

– Моё имя…

Ни Самеан, ни Звёздочка не смогли точно услышать, кем он назвался. Словно в этот момент их уши и их разум по отдельности погрузили глубоко под воду, а где-то на поверхности прошептали тайну имени. То, что они услышали было искажено намеренно, хотя секретом особым не являлось.

Поморгав недолго, чтобы прийти в себя, Самеан никого не обнаружил. Странное чувство въелось в разум и не давало покоя, точно они с этим лекарем уже встречались.

Первенец пары получил два имени: настоящее, о нём будут знать лишь они, как родители; для всех остальных, с кем их сыну придётся иметь дело, он будет зваться Амалиэлем. По старому поверию, в которое убеждённо верил Самеан, кто ведает истинное имя – может подчинить волю его обладателя, а для ангелов это крайне опасно называться кому-либо настоящими именами. Столь жуткие заклинания давно уж стали чем-то наподобие легенды. Когда-то они действительно позволяли управлять любым ангелом против его воли, если заклинатель знает истинное ангельское имя своей цели. Так вот и происходили мятежи и кровавые перевороты в Пантеонах. И это показательно на примере истории Пантеона Рассвета, который поныне пребывает в хаосе и внутреннем раздрае.

Помимо Амалиэля у Самеана и Звёздочки спустя года родилась дочурка Лаэль и сынок-богатырь Руфус. Мальчуган появился на свет крупным, более развитым, чем старшие брат и сестра, а вот его аппетит на удивление был ненасытным.

***

Гардар издалека смотрел на шумную деревню, он не понимал своих чувств. Лес успокаивал его.

– Если ты так говоришь… – недовольно произнёс Гардар. – Ладно, я снова буду защищать эту деревню, как в былые времена. Я просто боюсь, что всё повторится и деревня опустеет.

– Так однажды действительно будет, но ты уже не застанешь этого. – весьма спокойно сказал парнишка, который несколько лет назад застал рождение первенца Самеана.

По телу Гардара расползлась густая шерсть. Лес зашумел, его дух-хранитель через короткий промежуток времени усмирился.

– Природа куда мудрее такого ответственного духа, как ты. – улыбнулся аптекарь.

– Что ты здесь делаешь?

– Просто пришёл увидеть, как тут поживает дядюшка Самеан. Уже скоро я его призову на войну, которая неизбежна.

Гардар проворчал.

– Никак вы, боги, не можете жить в мире. Из-за вас это место запустело. Вы забыли обо всех.

– В этот раз войну объявили богам народы, что скованны единой ложью Каларатри. Я не могу допустить вновь, чтобы вся эта красота, все эти миры, все живущие в них цивилизации одномоментно сгорели навсегда без возможности возродиться. Я не могу допустить вновь гибель этого измерения.

– «Допустить вновь»? Ты пришёл из будущего?

Парень промолчал, а лес хранил эту тайну даже от своего духа-защитника.

– Всё однажды повторяется.

С этими словами молодой аптекарь в мгновение ока исчез, а Гардар забыл об этом разговоре, продолжая глядеть на деревню, в которой раздавались радостные голоса, кипела жизнь и работа.

Глава 9

– Отдайте, это моё! – хныкал Руфус, стараясь вернуть сорванный фрукт, за которым лез так высоко.

Приятели, с которыми он играл, перекидывали друг другу фрукт, как кожаный мячик. Они весело хохотали, толкая полноватого для своего возраста Руфуса.

– А где написано, что это твоё? – лидер компании не рассчитал силу и бросил другу напротив.

Мальчик увернулся и фрукт смачно растёкся по дереву.

– Упс! Кидать научись, мазила! Мы же хотели его сами съесть. Кто теперь за ним полезет?

– Закрой пасть. Вот Руфуса и отправим за другим фруктом. Если и упадёт, то не пострадает. Посмотрите, какой он толстый! Что с ним сделается?

Руфуса схватили и потащили против его воли к высокому дереву, где среди листвы виднелись оранжево-красные спелые плоды. Мальчик хныкал, но при сопротивлении его больно колотили.

– Забирайся и достань нам ещё фруктов. Или ты нам больше не друг. – заявил лидер компании.

– Я не могу! Это слишком высоко! – стал отнекиваться Руфус.

– Слабак. Твой папка тоже такой же слабак и трус.

– Не говори так!

– Докажи, что достоин нашей дружбы, ну, и я возьму назад слова о твоём папаше.

Лидер шайки хитро подмигнул остальным, он явно не собирался этого делать и хотел продолжать издеваться над сыном земледельца. Руфус, весь дрожа, стал подниматься по стволу дерева, но собственный вес тяготил к земле. Его лицо покраснело от прилагаемых усилий, он цепко и медленно продвигался к цели.

– Ах, что-то скучно с ним. Вообще не падает. – прозевал кто-то из ребят. – Может оставим его и пойдём, а?

– Да. Зачем нам с этим свином-обжорой возиться? Сам забрался – сам и спуститься. – поддержал его приятель.

Недовольство в компании ребят нарастало.

– Заткнулись! Нам надо по-тихому уйти и вернуться в деревню другим путём. Если с этим жирдяем что-то случится, то будут винить нас, потому как могли видеть, как мы шли сюда. – ответил лидер компании, задумчиво почесав голову. – Разделяемся по двое. И если что, то этот жирдяй сам отстал, а мы и ни при чём. Уходим.

Ребята быстро разошлись, оставляя Руфуса одного. Мальчик не догадывался, какая подлость произошла внизу. Где-то на середине пути он ощутил, что не сможет достать хотя бы один фрукт, поглядел вниз, но никого не обнаружил. Руфус заплакал, он устал держать себя, руки расслабились, и он сорвался с дерева.

Мальчик широко распахнул серенькие глазки. Он сидел на колене отца, который тяжело дышал, будто после длительной пробежки, складывая за спиной чёрные крылья. Они замерцали и исчезли.

– Я заставлю их заплатить за это! – озлобленно проговорил Самеан, обнимая сына. – Если бы он меня не предупредил, что ты со странной компанией в лесу разгуливаешь, то я мог и не успеть спасти тебя. Ох, Руфус, как же я рад, что ты жив.

– Папа, почему друзья такие злые? – пуще прежнего заплакал сынишка.

– Они тебе не друзья. Мерзавцы.

Самеан поставил сына на ноги, осмотрел, цел ли он, взял за руку и повёл домой.

– Будь осторожен при выборе друзей, ты должен уметь постоять за себя, когда начинают обижать.

– Они, – заикаясь стал отвечать сын, – сказали, что я слабый, они хотели, чтобы я доказал нашу дружбу.

– Какая глупость. Скажи, с кем ты сюда приходил? Я хочу поговорить с их родителями.

Приведя Руфуса домой, Самеан наказал ему больше сегодня никуда не уходить. Он погладил сына по голове, извинился и ушёл. Руфус пожелал ему удачи, зашёл в дом и тут же пошёл умыться. Вскоре он вышел на задний двор, где хозяйничала мать вместе с сестрой.

– О, смотри, кто пришёл. – заметила его Лаэль и не в обиду предложила. – Нас так мало, а урожая так много. Поможешь всё съесть?

– Конечно. Я ещё не сошёл с ума, чтобы отказываться от вкусностей. – приободрился Руфус, взял из корзины, стоящей в тени, спелый помидор, обтёр о себя и надкусил, ярко-красный сок брызнул на него.

Он от удовольствия промычал.

– Вот это я понимаю – пища богов.

– Эй, поедатель божественной пищи, лучше помоги нам с мамой. Хотя бы корзины таскай.

Через пару часов домой вернулся Амалиэль и присоединился к родным. Звёздочка поблагодарила детей за помощь, только сейчас заметив, что у Руфуса синяки на руках и лице. Она проводила детей в дом, намочила чистую ткань холодной водой.

– Кто тебя побил? – обеспокоилась она и стала потихоньку прикладывать холод к синякам младшего сына.

– Друзья. Я встретился с ними случайно, пока гулял, а потом мне захотелось поесть.

– Больше не встречайся с ними. Понял?

– Да, папа мне это уже говорил.

– Очень хорошо, что он знает.

– Он сказал, что они «заплатят за это». Я не хочу, чтобы он отбирал у них деньги.

Амалиэль тихонечко посмеялся.

– Папа не это имел ввиду. Но проучить их стоит.

– Думаю, – произнесла Лаэль. – Папа призовёт к ответу родителей этих негодяев, что посмели побить нашего брата. Не понимаю, как можно издеваться над таким хорошеньким, как Руфус. Он же такая булочка!

Лаэль обняла братца и шепнула матери:

– Мам, сфотографируй, пока мы так хорошо сидим!

***

Уже вечером Самеан встретился с семьями хулиганов, чьи адреса узнал от старосты деревни. Многие родители, с которыми он говорил, не ожидали услышать, что их дети могут поступить так, как описывал земледелец.

– Если вы не примете мер по воспитанию ваших детей, тогда я их приму. И судить меня за это никто не посмеет, потому что за преступлением всегда следует наказание.

Самеан задумчиво сидел за обеденным кухонным столом, пока Звёздочка укладывала детей спать. Уж слишком вся эта жизнь похожа на воплощённую мечту, может, даже сон, чем на действительность. Такие мысли нагоняли ненужную грусть. Он повернул голову, услышав лёгкие шаги супруги. Звёздочка подошла, погладила его по плечу.

– Руфус мне рассказал о том, что случилось. – произнесла Звёздочка и села рядом. – Мне не нравится, что он водится с недостойными ребятами, для которых наш сын просто…

– Я предупредил их родителей. Если они вновь станут задирать Руфуса или жестоко шутить, то мне не останется ничего, как переломать все их кости. Дети они или нет, мне плевать. Совершил ошибку – извинись. Пошёл на преступление – прими наказание.

– Ты немного перебарщиваешь. Они ведь дети и многое себе позволяют от незнания.

Он хмыкнул, не веря этой отговорке.

– «Они ведь дети», конечно, а потом вырастают разные ублюдки, все как на подбор короли преступного мира. Если их не приструнить сейчас, потом они столько жизней сгубят. Эх, ладно, не хочу перед сном настроение себе больше портить.

– Могу легко вернуть тебе хорошее настроение.

– М, нет, мне не хочется этим заниматься. Прости.

– Не извиняйся, я просто хочу тебя немного развеселить. О, как сегодня Джошуа? Не отлынивал от работы?

– Когда вернулся, то увидел, что он, – ну надо же! – чистит скот. Сам. Произошло невероятное: рак на горе свистнул, что Джошуа немного поработал. Он напомнил меня самого в юношестве, когда я иногда прогуливал уроки в Академии. Джошуа славный парнишка и такой же ленивый.