NOVUS ORDO. Неофеодальный апокалипсис. Часть Первая

Новая информационная революция и социально-политическая революция произойдет прямо на наших глазах в ближайшие пять лет: как ожидается, к 2030–2032 годам стоимость производящей единицы человеческого ресурса в среднем классе – создание и эксплуатация – сравняется со стоимостью разработки, создания и эксплуатации единицы искусственного интеллекта – менеджера процессов в сфере услуг, логистике и промышленности, сельском хозяйстве и государственной администрации. Так называемый AGI (Artificial general intelligence) – общий искусственный интеллект – будет способен заменить человека со средними когнитивными способностями. Даже приближение к решению задачи появления AGI существенного влияет на все процессы современного человечества.

Отказ от человека как пролетария или управленца нижнего и среднего звена, то есть 80 % населения – начнется в ближайшие пять лет и к 2040–2050 годам охватит всю планету.

Это социальная трансформация означает абсолютную смену эпох в человеческой истории. Восемь миллиардов человеческих особей окажутся просто не нужны. Но не только. Восемь миллиардов человек неумолимо будут превращаться в недовольную массу людей, лишенную будущего в капиталистической системе, ориентированной только на показатели прибылей корпораций. Разумеется, существующая модель мирового устройства не даст восеми миллиардам права на размножение – и будет делать все, чтобы сократить эту огромную массу – источник нестабильности системы. Миллиарды людей, лишенных будущего – это целый вулкан под существующей мировой системой.

Такая информационная трансформация уже началась после появления интернета в конец 1990-х годов и первым местом, где она проявилась стала сама информационная сфера и ближайшая к ней сфера услуг – если раньше для печати городской газеты для города с населением 150 тысяч человек требовалось ежедневного пару десятков тонн бумаги, полиграфическая фабрика с 50 сотрудниками, несколько единиц автомобильной техники, десятки курьеров, десять корреспондентов и тройка редакторов, три-четыре руководителя, утилизация бумаги требовала отдельной логистики и производства. Сегодня эту функцию может выполнять команда из 2-х человек и вполне сносно из одного, вооруженного только одним смартфоном. Персонал и затраты энергии и материалов сократились примерно в 100 раз, если пренебречь сервером и инфраструктурой интернета у всех пользователей. Но тогда для СМИ прошлого можно было бы посчитать себестоимость дорог и бумажных комбинатов, автомобильных заводов. Это и было предтечей мировой революции в производстве. Для появления ИИ в качестве замены человеческого труда требовалась коммуникационно-цифровая и электроэнергетическая инфраструктура – она была создана за последние четверть века.

В ближайшие 10 лет в сфере услуг и транспорта ИИ почти полностью вытеснит человека, то есть его применение возрастет на порядок к 2035 году – будет полностью роботизированы и автоматизированы логистика, торговля, медиа. В производстве произойдет тоже самое, что и в сфере медиа за последние 10 лет (2014–2024) – персонал промышленности и сельского хозяйства сократится в 10 раз – то есть число людей без права на работу, достаток и детей возрастет в развитых и развивающихся странах в 10 раз в ближайшие 10 лет. Роботизация затронет вооруженные силы и военно-промышленный комплекс – третья мировая война 2029–2039 года будет проходить с широким применением автоматизированных систем для роев наземных, воздушных и водных беспилотников, дополненной виртуальной реальностью для управления штурмовыми отрядами, эвакуацией раненных и мирного насления, разминирования и строительных работ.

Эти процессы не просто затронут жизнь масс, они произведут переворот в существующей социально-экономической формации – капитализме – заменив ее на нечто абсолютно другое, где себестоимость труда, основа капитала, является вторичным фактором. Капитализм или «рыночная либеральная система» окончательно прекратит свое существование как историческая формация.

В первую очередь разительная трансформация общества и государства произойдет в странах, где производство играет ключевую роль в экономике – Китай, Южная Корея, Япония, США, Германия и других странах – то есть трансформация в первую очередь произойдет в ядре капиталистической системы.

Понятие искусственного интеллекта

Понятие искусственный интеллект может вводить и уже вводит значительное число людей в заблуждение – это не аналог мозга человека, это набор алгоритмов, подчас очень сложный и мощный, который создает и регулирует сам человек. Этот набор алгоритмов не имеет биологической задачи выжить и победить другие виды. Хотя его использование, без сомнения, трансформирует человеческую жизнь и принесет свои риски – как принесло риски появление скотоводства – приручение диких животных.

Тем не менее некоторый оттенок трансгуманизма и религиозное основание содержится в этом термине из англосферы – многие люди стали воспринимать информацию ИИ как истину в последней инстанции, что не соответствует действительности. Однако заменить человека в повторяющихся действиях в огромном числе рабочих и бытовых задач ИИ сможет.

Заменить же уникальный человеческий талант, гениальность – нет, скорее, он станет ей на службу, избавив исследователей и творцов от муки рутины.

Если автоматизация – это процесс, который подразумевает управление человеком неживыми механизмами, то ИИ – это автоматизация в управлении машиной жизнью человека и общества. Поэтому нельзя отождествлять автоматизацию и ИИ. В широком смысле автоматизация и ИИ с точки зрения науки об организации и управлении – должна изучать наука кибернетика – от древнегреческого «искусство управления», которая изучает процессы в живых и неживых системах, процессах на их стыках.

Мы коснемся этого вопроса в другой главе, посвященной неофеодальному праву, но работа с ИИ очень напоминает приручение домашних животных – от лошадей и кошек до слонов и куриц. В каком-то смысле прав трансгуманист Харари, называя ИИ небиологической формой жизни, с которой раньше не сталкивалось человечество. Понимание ИИ расширяет понимание отличия живого – от неживого.

В каком-то смысле вся Вселенная – живой организм, хотя и не биологический, и живет по собственным законам управления (например, принцип всеобщего устройства дао 道 «путь»). Также, теологи Средневековья назовут вам и еще одну небиологическую форму жизни, обладающих интеллектом, но лишенных свободы воли – это духовные сущности – ангелы и демоны – ими тоже пытались управлять.

Условия для создания автоматизированных государств нового типа

ИИ-государство – это государство, которое может позволить себе создание автоматизированных производств, себестоимость продукции которых равна или меньше стоимости производств, услуг и армии с использованием человеческого персонала. Базовыми условиями для таких государств является: наличие источников собственной энергии, развитая микрочиповая и аккумуляторная промышленность, развитый сектор инженеров, разрабатывающих технологии ИИ и автоматизации объектов промышленности, а также автоматизированных кластеров промышленности.

Единственное современное государство, которое частично удовлетворяет вышеописанным критериям – это США. Китай создал базу микроэлектроники и аккумуляторной промышленности, но его «Ахиллесова пята» – это энергоснабжение, хотя уже сегодня Китай производит и потребляет энергии в два раза больше, чем США.

Для замены человека на автоматизированные системы ему может понадобиться удвоение нынешних электрических мощностей до 2042 года. Китаю не обойтись одним суперпроектом гидроэлектростанции в Тибете, в три раза превосходящем «Три ущелья»[3] и вырабатывающим 160 миллиардов кВт·ч[4].

Вряд ли Китай сможет провести масштабную «роботизацию» промышленности на ветряках и солнечных батареях – единственный выход это за две пятилетки увеличить число атомных реакторов в четыре раза: 2025–2030 и 2035 году достичь доли выработки атомной энергетикой 20–25 % от суммарного объема выработки электроэнергии в стране. Конечно, продолжится строительство ГЭС, солнечных электростанций, ветряных, геотермальных и иных, но именно АЭС – малые, средние и большие будут строиться невероятными темпами. Это также будет соответствовать задачам кратного увеличения ядерного арсенала НОАК, который составит 2–2,5 тысячи ядерных боеголовок к 2035 году, а также задачам создания систем противоракетной обороны с широким использованием лазерного оружия.

Тот мир, который с подачи социологов и экономистов 20-ого века принято называть постиндустриальным на самом деле является сверхъиндустриальным – или супериндустриальным – скорость производства, логистики и потребления выросли за последние 100 лет не на десятки процентов, а в разы, а где-то и в десятки и сотни раз. Критический рост начался в период появления интернета – то есть полвека назад. Сверхъиндустриализацию легко проследить по объему возросшей «мобильности мира» – потребление нефти с начала 1960-х годов выросло с 20 млн баррелей в год до 103 млн баррелей в сутки в 2024 году. Уровень внедрения машин, предшествующий автоматизации, вырос за последние 60 лет в 2000 раз. Начало глобальной нефтяной эры совпало с рядом ближневосточных кризисов и цена нефти выросла с 1–2 долларов за баррель в 1950-х годах до 150 долларов в 2010-х годах.

Без сомнения, этот рост произошел не только из-за механизации сельского хозяйства, увеличения численности городского населения и пассажирской и промышленной логистики, но из-за революции использования авиации, а также перехода к «пластиковой эре» (индивидуальная упаковка и быстрое потребление – свойство заката эпохи индустриала) и эре использования фракций нефти в промышленно-гражданском строительстве и дорожном строительстве: даже дороги индустриала пропитаны нефтью, ведь асфальт производят из фракций нефти – битума. Нефть также стала и синонимом производства продовольствия – сегодня оно на 90 % зависит от работы сельхозтехники и использования минеральных удобрений, которые частично извлекаются из углеводородов.

Пики нефтяных цен – это пики индустриальной эпохи, которая, сегодня сходит на нет. «Вечность пахнет нефтью»[5] – эту фразу можно переиначить на «конец истории пахнет нефтью» – конец эпохи индустриала пришелся на столкновение финансовой аристократии (финансовый капитал) и углеводородным лобби (промышленным капиталом) – это столкновение, которое часто описывают как борьбу условных «Ротшильдов» с условными «Рокфеллерами», которые пытались забрать друг у друга ценность создаваемого капитала в глобальном масштабе. Разумеется, новая эпоха отменит и тех, и других.

Интересно, в этом контексте и сравнение замены лошадей на бензиновые машины – в первую очередь она произошла в армии, в результате войны, но по-истине космическую массовость эта замена затронула человечество уже после двух мировых войн – и достигла невероятных масштабов. Судя по всему, такая же этапная динамика будет и с появлением ИИ-«лошадей».

В 1900 году на долю нефти приходилось 3 % мирового энергопотребления, к 1914 году ее доля выросла до 5 %, в 1939 году – до 17 %, достигла 24 % в 1950 году, 41 % в 1972 году и примерно 65 % – в 2000 году.

Такой же переход от нефти к урану, гидроэнергетике и иным видам ВИЭ, скорее всего, будет наблюдаться в ближайшее время, что вызовет феномен урановой геополитики, атомной внутренней политики и урановых войн, чему будет посвящено отдельное повествование в книге. Капитализм пахнет нефтью и сталью, а неофеодализм будет иметь атомное свечение и электрический голос нейросетей.

Самая главная революция объемов и скорости производства, а также логистики – произойдет в 2025–2035 годах – но не на старых принципах, и не на старых материалах.

Одним из основных факторов такой смены эпох стало тотальное появление глобальной электрической инфраструктуры и увеличение возможностей человечества вырабатывать электричество в колоссальных объемах.

1890 году было произведено 9 млрд кВт·ч, в 2019 году – уже 27044 млрд кВт-ч – объем потребления электричества на жизни последних четырех поколений увеличился в 3000 раз. Причем пропорционально самый резкий рост объемов потребления пришелся на 2 мировые войны – увеличение составит до 30 раз (с 30 млрд до около 1000 млрд кВт·ч). Еще в 30 раз потребление увеличилось после окончания Второй Мировой войны до сегодняшнего дня. За период 2000–2019 годов потребление электричества удвоилось.

Тотальное внедрение процессов автоматизации «ИИ», роботизации промышленности, переход части процессов жизнедеятельности в дополненную реальность потребует как минимум удвоения существующих мощностей по выработке электричества.

Появление электрической инфраструктуры можно сравнить с первым добытым огнем – это позволило человечеству увеличить численность в тысячи раз, а продолжительность и качество жизни в несколько раз. Появление же «искусственного интеллекта» и компьютерных программ можно сравнить с появлением камня-резца для добычи и разделки животного, а также извлечения огня – такие революции происходят раз в сотни тысяч лет и определяют буквально все. 800 тысяч лет назад человек освоил огонь – вышел из теплой Африки и заселил всю землю. Так и человечество сегодня сможет освоить Солнечную систему, обуздав новый инструмент созидания.

Сегодня автоматизация и сложные программные алгоритмы стали главным инструментом в смене эпох: они приводят не только к огромному прогрессу в жизни человечества – небывалому росту его производительных сил, но и главному изменению за многотысячелетнюю историю человечества: отдельная рядовая человеческая особь, как стандартные рабочие руки и сила, производящая продукт, самая главная ценность капитализма – больше не так нужна как прежде, они перестают быть самоценностью.

С точки зрения управляющего класса это равноценно появлению двигателя внутреннего сгорания – теперь лошадиная сила – это лишь единица измерения мощности машины, а лошади уготовано медленное исчезновение из массового использования: конюшни для богатых любителей дрессировки животных, символы на дорогих машинах и гербах и забава для восточных эмиров и шейхов. Но от массового падежа лошадей содрогнуться лишь любители животных – экономика не встанет, государства не лишатся армий, а крестьяне не станут массово умирать от голода. Всех их заменили автомобили, электрические механизмы и двигатели – от дорог и пашни до заводов и армий с «новой кавалерией» – танками. Впрочем, отказ от лошадей шел довольно долго – еще в армии Гитлера гужевой транспорт составлял основу перевозок, и тотально исчез лишь к 1970-м годам.

В апогее индустриального периода 1970–1980 годов, когда появление искусственного интеллекта и роботизация в самые ближайшие десятилетия стало очевидным (в 1950-х вопрос уже замаячил в воздухе с появлением первого компьютера и глобальной электросетевой инфраструктуры), управляющий класс задался вопросом – что делать с 10 млрд «умных лошадиных сил», которые к 2035 году будут населять землю.

Всю историю человечества – с каждым изобретением – его численность находилась в поле значений от полумиллиарда до миллиарда человек. 2000 лет назад на весь мир приходилось порядка 100 млн человек – и половина из них жили в китайском государстве Хань 汉 и Римской империи Pax Romana. Увеличение численности населения в 10 раз произошло за 2000 лет. Следующее увеличение в 10 раз – с 1 млрд до 10 млрд человек потребовало всего 100 лет. Каждый новый миллиард человечество приобретает ровно за 10–15 лет – вместо 2000 лет как раньше.

С чем был связан этот рост? Индустрия без машинных алгоритмов и электрической инфраструктуры требовала «умных лошадиных сил», простите, рабочих рук. Миллионы, а затем и миллиарды.

В индустриале рядовой человек выполнял задачи общего интеллектуального характера, в подавляющем числе случаев не требующей высокой квалификации, выше навыков, приобретаемых в средней школе: коммуницировать текстом, выполнять несложные вычисления, совершать физическую работу руками, иногда требующую мелкой моторики и другие навыки, которые 100 % дублируются через автоматизацию производства и логистики. Если есть условная единица лошадиной силы, то можно ввести и условную единицу общего человеческого интеллекта, которая требуется ему в организации низкоквалифицированного трудового процесса. Собственного говоря, это и есть очень примитивное определение общего искусственного интеллект AGI.

Англия – лидер промышленной революции индустриальной эпохи 19 века: экспансия через самый ходовой промышленный товар в мире – ткань с более низкой себестоимостью (через разделение труда, позже воплощенное в идею конвейера) – стала конкурировать по миру с текстильной продукцией Китая и Индии, которые и были последние 200 лет центром глобальной индустрии – миллионы китайских рабочих рук, как и богатейшие княжества Индии – проиграли технологии конвейерного производства и паровых машин. Феодальный мир проиграл капиталистическому в глобальном масштабе.

Проигравшими оказались державы, следовавшие в хвосте индустриальных преобразований «огня»: машин угля и нефти, стальных орудий, рожденных из недр земли, а также «огня» английского пулемета Гатлинга и «огня» опиумных курилен, распространившихся по Китаю по прямому умыслу англичан. Все это случилось в 1840-е – 1860-е годы. И кажется, повторится вновь на новом витке, в 2024–2044 годы.

В 20 веке все больше выигрывали государства, «отменявшие лошадей» – вначале паровыми машинами, а потом двигателем внутреннего сгорания – Генри Форд, создатель конвейерной сборки автомобилей – символ промышленного величия США и ставший символом денег 20-ого века нефтяник Дэвид Рокфеллер, напоивший сотни тысяч стальных коней Форда горящей жидкостью – бензином, получаемым из нефти. Рокфеллер также начинал с «огня» – предтечей его глобальной нефтяной империи стала фирма по продаже керосина для ламп освещения, появившаяся в «эпоху огня» революций в Европе, Опиумных войн и Крымской войны.

Население Англии удвоилось за вторую половину 19 века – и достигло 30 млн. Оно все еще было ничтожным по сравнению с населением Китая, которое составляло 450 млн человек к началу 20 века. Но новые технологии «эпохи огня» сделали разницу в населении ничтожным фактором. К слову, скорость, которая присуща огню, была использована и в «оружии связи» – электрическом телеграфе, придуманном американцем Морзе, но усовершенствованном до известного нам типа с бумажной лентой англичанином Уитстоном также в «эпоху огня». Именно телеграф стал орудием управления своими обширными владениями Британской империей и орудием, которое позволило координировать посольствами Англии революции в странах конкурентах. В первую очередь в уже отстающих империях Востока.

Индустрия позволила существовать массовым армиям – чем больше население и чем больше объем промышленности, тем больше возможность иметь армию из «огня и стали» и расширять пределы своей империи. Массовая армия потребовала больше индустрии. Массовая армия потребовала больше технологий – большее применение технологий потребовала больше науки и образования, которые сформировались за последние 150 лет.

Все это определялось главным принципом эпохи – постоянное расширение применения человеческого труда, связанного с расширением объема банковского кредита, расширение потребления и расширение рынков, расширение необходимого объема ресурсов. Будущее трудовое время овеществленное в денежный кредит, процент по которому покрывала добавленная стоимость от произведенных и проданных товаров. Технологические новшества, понижающие себестоимость производства и охват все новых рынков, позволяли капитализму увеличивать свои объемы в космических масштабах.

Однако эти ключевые свойства формации капитализма перестают быть нужными с появлением «умной лошадиной силы» – силы ИИ, на «огне» дешевого электричества. Вначале диковинной, позже признанной всеми технологией, а в конце концов – обыденной и очевидной.

Реальное сокращение требуемой рабочей силы, задействованной в процессах прежней нецифровой и неэлектрической эпохи затронет 90–95 % занятых во всех массовых профессиях: от водителей до продавцов, от работников сельского хозяйства и промышленности – до армии. Реальные потребности в рабочих руках старого типа сделают необходимым существование в мире от 100 до 500 млн человек, превратив всех остальных 9,5 млрд или 9 из 10 «в ненужных людей» – а в терминальном варианте развитии технологий – 99 из 100 живущих на планете.