VOGUE. История журнала, ставшего «библией моды»
- -
- 100%
- +
Хотя он никогда не был крупным игроком на бирже, его соблазнили какие-то кудесники с Уолл-стрит, и, когда ценность его активов начала резко падать, он понял, что поступил опрометчиво[227]. Но было уже поздно. Наст был вынужден несколько раз обращаться за займами, чтобы попытаться спасти свой тонущий корабль. Должно быть, это показалось невероятным тем, кто его знал, но все признаки были налицо: он оказался на грани банкротства. Наст всегда был прагматиком. Он спокойно вернулся в офис. Как сказал его коллега, «он просто отказался от dolce vita и вернулся к работе»[228].
Как только о грозящем банкротстве стало известно, начали слетаться стервятники. Капиталистические хищники всех мастей собрались, чтобы посмотреть, смогут ли они что-нибудь урвать.
К счастью, перемена участи британского издания означала, что Brogue оказался в состоянии частично помочь американскому Vogue. Позднее Йоксолл с гордостью заметил, что с тех пор в британском издании «финансовые отчеты выглядели столь же прекрасно, как и страницы отдела красоты»[229]. Когда понадобились еще средства, в США инвесторов найти не удалось, а кредиторы были готовы съесть его живьем, Наст снова обратился к Великобритании за помощью.
Его спас лорд Кэмроуз, английский медиамагнат. Оставив Насту редакционный контроль, лорд Кэмроуз втайне стал самым крупным акционером. Этот факт держался в секрете даже на Флит-стрит, чтобы это не повредило репутации Vogue. Хотя Кэмроуз был доброжелательным человеком и в конечном итоге даже получил прибыль от этого предприятия, он не любил американские журналы за их экстравагантность[230].
Британская пресса, которая по объему существенно уступала американской, давала хорошую маржу, приносившую наличность[231]. Для лорда Кэмроуза только это имело значение. Придуманные позднее термины «бесприбыльное процветание» и «дефицитное издательское дело» резко контрастировали с личным мнением Наста: «Вы должны потратить деньги, чтобы заработать деньги». Но тем не менее они адекватно определяют судьбу любимой компании Наста на этом нерадостном этапе развития[232].
Молния сверкнула, но гром пока не грянул. Еще в 1921 году Эдна Вулмен Чейз взяла себе в помощницы Кармел Сноу, молодую ирландку. Компания тогда покоряла новые вершины каждую неделю. У Сноу было чувство юмора и чувство стиля, огромный клан танцующих и выпивающих ирландских родственников и куча амбиций.
Сноу пользовалась особым расположением Вулмен Чейз, которая брала ее с собой на важные встречи, учила и писать статьи, и создавать образ, показывала, как вести редколлегии и деловую переписку[233]. Никто не сомневался, что Сноу готовят на смену Вулмен Чейз, когда та выйдет в отставку. Конде Наст, который уже давно уговаривал Вулмен Чейз задуматься о преемнике, был более чем доволен этой выращенной в Vogue кандидатурой.
Однако в 1929 году Том Уайт, один из любимых братьев Сноу, получил место генерального менеджера в издательской компании Hearst, которая тогда владела Harper’s Bazaar. В мозгу Наста прозвучал тревожный звоночек. Он сказал об этом Вулмен Чейз и предложил Сноу подписать контракт с Vogue[234]. Сноу такое предложение возмутило, и этот вопрос больше не поднимали.
К тому моменту Сноу занимала самый высокий пост в американском офисе – редактор американского Vogue. Хотя Вулмен Чейз оставалась главным редактором всех изданий журнала, она часто бывала за границей, решая проблемы парижского и лондонского отделений. Поэтому Сноу руководила американским изданием. Как и все остальные сотрудницы Vogue, Сноу была настроена против Harper’s Bazaar и изо всех сил старалась переиграть его. Никто не ожидал, что она может перейти на другую сторону.
И все же в 1932 году, в черные годы Великой депрессии, случился еще один неожиданный поворот событий. Наст только что начал обсуждать дела компании с лордом Кэмроузом и путешествовал по Европе, чтобы урегулировать детали сделки. Перед самым отъездом он навестил Кармел Сноу в больнице, где та только что родила четвертого ребенка.
Спустя несколько дней Сноу отправила сообщение Вулмен Чейз с настоятельной просьбой немедленно приехать к ней в больницу. Опасаясь, что с ее правой рукой или с новорожденным что-то случилось, Вулмен Чейз в тревоге помчалась к ней[235]. Мать и дитя прекрасно себя чувствовали, чего нельзя было сказать о Вулмен Чейз, когда Сноу объявила ей, что уходит в Harper’s Bazaar. Это предательство нанесло новый удар по американскому офису, разбило сердце Насту и поставило на паузу планы Вулмен Чейз выйти в отставку.
У американского Vogue и так уже были финансовые проблемы, а теперь пришлось справляться с потерей самого важного члена команды после Вулмен Чейз. Сноу не только ушла сама, но и увела с собой весь свой отдел, а также забрала все контакты и тот опыт, который она приобрела за десять лет работы в Vogue. Горечь разочарования Вулмен Чейз явно сквозит в ответе, который она отправила Кармел Сноу, пригласившей ее на ужин несколько лет спустя:
Мне бы хотелось принять приглашение, но прежние отношения, существовавшие между нами, слишком связаны с долгими годами совместной работы и отдыха. Когда вы переступили через них, чтобы работать на человека, бывшего нашим злейшим врагом, вы убили в моем сердце привязанность и веру, уничтожить которые было под силу лишь вашим собственным словам[236].
Так как Вулмен Чейз ни в коем случае не могла оставить Наста одного справляться с этими бедами, она отложила выход в отставку еще на 20 лет и решила дальше вести Vogue по тернистому пути, что бы ни случилось.
Глава 6. Французский Vogue (Frogue). Запуск французского издания в столице моды
Семейное дело
Ах эта маленькая парижанка! Как легко себе ее представить! Полосатая матроска и кокетливый берет. Стрижка боб на темных волосах, популяризированная Коко Шанель. Французский непринужденный уличный стиль, который мы замечаем на парижских бульварах, когда-то создавали такие дизайнеры, как Пуаре и Пату. Парижанка – это культурная икона, и она восседает на историческом модном троне.
Франция. Медиамагнат Конде Наст хотел связать имя модного журнала с ее наследием. А как человек, одержимый приобретением активов, он понимал, что «зацепиться» в Париже было бы стратегически верно. Это увеличило бы авторитет Vogue в глазах читателей в Британии и Америке.
Парижский офис смог бы упрочить права на название журнала, популяризировал бы имя Vogue и, что самое важное, позволил бы сотрудникам установить отношения с ведущими дизайнерами на их территории. Доступ на сезонные показы был необходим, и наличие надежных местных лоббистов своих интересов, которым платит Наст, стало бы большим подспорьем. Переговоры с дизайнерами редко проходили легко, и если бы Vogue попал в черный список, то он рисковал остаться без материала для номера.
Французское издание также дало бы ему преимущество перед Harper’s Bazaar. К тому же Наст очень хотел удержать парижских модных иллюстраторов. В высшей степени профессиональные и пользующиеся огромным спросом, они были жизненно необходимы для успеха любого модного журнала, и Наст не собирался делить лучших из них с Harper’s Bazaar. Ему хотелось завоевать эту новую столицу, использовать потенциал образа идеальной парижанки и контролировать влияние французского дизайна на стильных женщин по всему миру. Его мечтой было установить монополию, и чем скорее, тем лучше.
Фиаско Brogue было свежо в памяти Эдны Вулмен Чейз (скандал с Доди еще не случился, но само создание британской версии журнала уже было головной болью). Поэтому она только обреченно вздохнула, услышав планы Наста по расширению[237]. Она понимала, что бóльшая часть работы ляжет на ее плечи. Вот только она не рассчитывала на ловкость французов, которым удалось убедить Наста купить больше журналов, чем тот предполагал.
Во время Первой мировой войны Париж, как и бóльшая часть Европы, страдал от спада во многих отраслях промышленности, включая и моду. Это означало, что, несмотря на по-прежнему господствующий пиетет к французской культуре, нью-йоркский дизайн процветал.
У Америки были дополнительный бонус в виде здоровой экономики и все преимущества машинного производства. Там уже развивался массмаркет для одежды. Если Париж хотел остаться в игре, он должен был сохранять контроль над высокой модой, и кутюрье много трудились, чтобы не утратить свою нишу.
Поль Пуаре был первым портным, который объявил себя художником. Для того времени это было серьезное заявление, так как дизайнеры котировались на одном уровне с ремесленниками или искусными торговцами. Чтобы изменить это отношение, Пуаре объединился с хорошо известным французским издателем Люсьеном Фогелем. Вместе они создали объемный, изысканно оформленный, дорогой журнал Gazette du Bon Ton. Роскошное издание было заполнено нарядами, призванными убедить читателей, что мода – это намного больше, чем просто ткань.
Фогелю удалось уговорить группу художников работать на него, пообещав им часть прибыли, если журнал будет успешным[238]. Это были восемь молодых щеголей из хороших семей, которые вместе росли и учились… Они стали первым поколением по-настоящему состоявшихся модных иллюстраторов в Париже перед Первой мировой войной[239]. Они хранили верность Фогелю, который оставался для них наставником на протяжении всей их карьеры.
Наст заполучил их, купив контрольный пакет акций Gazette, снова заблокировав Херста. Это означало, что после окончания войны, когда американские акции высоко котировались на континенте, лучшие иллюстраторы были в Vogue благодаря ассоциации Наста с Фогелем. Пришло время запустить французское издание Vogue.
Оно появилось в 1920 году, и американцы прозвали его Frogue по аналогии с британским Brogue. Даже в Париже, среди лучших иллюстраторов и дизайнеров, Вулмен Чейз, настроенная как всегда критически, сочла, что начало работы издания было хаотичным и неправильным, не вполне соответствующим глянцевому образцу, который она создавала в Нью-Йорке[240]. Хотя истинный конфликт в начале пути французского Vogue не имел никакого отношения к его содержанию.
Заключившему выгодный союз с Конде Настом Фогелю не терпелось всучить американскому миллионеру еще один журнал. Уже несколько лет Фогель и его жена Козетта издавали модное приложение, предназначенное для среднего класса, – l’Illustration des Modes. Вулмен Чейз задумала переманить Козетту Фогель и сделать ее первым главным редактором французского Vogue[241]. У мадам Фогель были отличные связи и опыт, она идеально подходила для этой должности, но она любила l’Illustration des Modes. Она даже отправилась в Нью-Йорк, чтобы убедить Наста купить ее приложение. Напор мадам Фогель был таким, что ей удалось убедить Наста и Вулмен Чейз принять ее планы[242].
Наст купил l’Illustration des Modes, переименовал в Jardin des Modes, и журнал продолжал с успехом информировать о моде читателей со средним доходом. Vogue считал себя выше этого. В конце концов Козетта Фогель приняла пост первого главного редактора французского Vogue, управляя им и журналами Фогеля – Наста с помощью членов семьи.
Приложение Козетты Фогель регулярно приносило деньги для Наста, тогда как французский Vogue принялся их терять. Стандартная модель Vogue, основанная на рекламе, не слишком хорошо работала во Франции, так как портные предпочитали рекламировать созданную ими одежду напрямую. Они выбирали светскую даму или аристократку, хорошо известную в модных кругах Парижа, и превращали ее в свою музу[243]
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
E. Woolman Chase & I. Chase, Always in Vogue, Doubleday & Company, Inc., United States of America, 1954, p. 16
2
L. Borrelli-Persson, «Vogue Fun Facts by the Numbers», Vogue [.com], Culture, 7 March 2017, accessed 1 February 2020
3
ibid.
4
Woolman Chase & Chase, op. cit., p. 16
5
E. Wharton, The Age of Innocence, The Modern Library, New York, 1920, p. 69
6
C. Seebohm, The Man Who Was Vogue: The Life and Times of Conde Nast, The Viking Press, New York, 1982, p. 40
7
Vogue, «VOGUE», Vogue, vol. 1, issue 1, 17 December 1892, p. 1
8
ibid.
9
T. Peterson, Magazines in the Twentieth Century, 2nd edn, University of Illinois Press, Urbana, 1975, p. 2
10
ibid.
11
M. Beetham, A Magazine of Her Own? Domesticity and Desire in the Women’s Magazine 1800–1914, Routledge, London, 1996, p. 5
12
Vogue, «COMING EVENTS», Vogue, Vogue Society Supplement, vol. 1, issue 1, 17 December 1892, p. S2
13
ibid.
14
ibid.
15
ibid.
16
ibid., p. 3
17
Vogue, «FLORAL GARNITURE», Vogue, Vogue Society Supplement, vol. 1, issue 1, 17 December 1892, p. 12
18
Vogue, «SLIPPERS», Vogue, Vogue Society Supplement, vol. 1, issue 1, 17 December 1892., p. S4
19
ibid.
20
Vogue, «LONDON», Vogue, Vogue Society Supplement, vol. 1, issue 1, 17 December 1892, p. S2
21
Woolman Chase & Chase, op. cit., p. 19
22
Vogue, «BOTH KINDS», Vogue, vol. 1, issue 1, 17 December 1892, p. 16
23
Vogue, «LONDON», Vogue, Vogue Society Supplement, vol. 1, issue 1, 17 December 1892, p. S2
24
ibid., p. 21
25
ibid.
26
ibid., p. 22
27
Always in Vogue by Woolman Chase, p. 32
28
ibid., p. 43
29
C. Seebohm, The Man Who Was Vogue: The Life and Times of Conde Nast, The Viking Press, New York, 1982, p. 38
30
ibid.
31
E. Woolman Chase & I. Chase, Always in Vogue, Doubleday & Company, Inc., United States of America, 1954, p. 58
32
ibid., p. 49
33
ibid.
34
ibid., pp. 28–9
35
Woolman Chase & Chase, op. cit., p. 46
36
Seebohm, op. cit., p. 30
37
ibid.
38
ibid.
39
Woolman Chase & Chase, op. cit., p. 46
40
ibid.
41
ibid., p. 47
42
Vogue, «Announcement», Vogue, vol. 35, issue 7, 12 February 1910, p. 7
43
ibid.
44
Woolman Chase & Chase, op. cit., pp. 54–5
45
ibid., p. 81
46
ibid., p. 26–7
47
ibid., p. 80
48
ibid., p. 78
49
ibid., p. 79
50
ibid.
51
ibid., p. 109
52
ibid., p. 53
53
ibid., pp. 129–31
54
ibid., pp. 140–1
55
Seebohm, op. cit., p. 88
56
ibid., p. 86
57
ibid., p. 88
58
Woolman Chase & Chase, op. cit., p. 53
59
Seebohm, op. cit., p. 86
60
Seebohm, op. cit., p.88
61
ibid.
62
B. Ballard, In My Fashion, 1st edn 1960, V&A Publishing, London, 2017, [Apple Books e-book] pp. 12–13
63
Seebohm, op. cit., pp. 156–7
64
ibid., p. 41
65
ibid.
66
Woolman Chase & Chase, op. cit., p. 54
67
Ballard, op. cit., p. 13
68
ibid., p. 14
69
Woolman Chase & Chase, op. cit., pp. 109–10
70
ibid.
71
ibid.
72
ibid.
73
Seebohm, op. cit., p. 60
74
Woolman Chase & Chase, op. cit., p. 106
75
ibid., p. 282
76
Woolman Chase & Chase, op. cit., pp. 190–1
77
Ibid.
78
Seebohm, op. cit., p. 61
79
Woolman Chase & Chase, op. cit., p. 61
80
ibid., p. 71
81
ibid.
82
ibid.
83
Condé Nast, «What We Do», Condé Nast, accessed 20 June 2020
84
Yoxall, H., A Fashion of Life, Taplinger Publishing Co., Inc., New York, 1967, p. 80
85
ibid., p. 81
86
C. Seebohm, The Man Who Was Vogue: The Life and Times of Conde Nast, The Viking Press, New York, 1982, p. 76
87
D. Friend, «Vanity Fair: The One-Click History», Vanity Fair, Vintage V.F., 14 January 2008, accessed 5 February 2019
88
Seebohm, op. cit., pp. 260–1
89
ibid.
90
E. Woolman Chase & I. Chase, Always in Vogue, Doubleday & Company, Inc., United States of America, 1954, pp. 116–17
91
ibid.
92
Seebohm, op. cit., p. 123
93
ibid.
94
ibid., pp. 116–17
95
ibid.
96
L. Cohen, All We Know: Three Lives, Farrar, Straus and Giroux, United States of America, 2012, p. 231
97
Woolman Chase & Chase, op. cit., p. 116
98
D. Gilbert, «The Looks of Austerity: Fashions for Hard Times», Fashion Theory, vol. 21, issue 4, 2017, pp. 477–99
99
A. de Warenne, Vogue (British), cover, Late January 1918
100
A. de Warenne, Vogue (British), cover, Early July 1918
101
H. Dryden, Vogue (British), cover, Early December 1918
102
G. Lepape, Vogue (British), cover, November 1918
103
Vogue, Vogue (British), Editor’s Letter, Early October 1918
104
D. Edinger, Vogue, cover, vol. 51, no. 8, Late April 1918
105
J. R. Fernandez, «“IF YOU CAN’T be GAY be GALLANT» SAYS PARIS», Vogue, Fashion, vol. 52, issue 1, 1 July 1918, p. 38
106
Vogue, «THESE ARE THE DEFENCES OF PARIS AGAINST THE WAR», Vogue, Fashion, vol. 52, issue 10, 15 November 1918, p. 39
107
Vogue, «DRESSING ON A WAR INCOME», Vogue, Fashion, vol. 52, issue 1, 1 July 1918, p. 66
108
Clark’s Thinning Bath Salts, Vogue (British), advertisements, Early September 1924
109
Bovril – торговая марка густой и соленой пасты с мясным экстрактом. Разработана в 1870-е годы, автор Джон Лоусон Джонстон. Вторая волна популярности пришлась на Первую мировую войну. Продается в необычных банках с луковицами, а также в кубиках и гранулах (примечание переводчика).
110
Woolman Chase & Chase, op. cit., pp. 89–91
111
ibid.
112
ibid., pp. 29–30
113
ibid., p. 91
114
ibid., pp. 91–2
115
ibid.
116
PortableNYC, «Mamie Fish – the «Fun-Maker» of the Gilded Age», Portable NYC [blog], 9 May 2020, accessed 9 June 2020
117
Woolman Chase & Chase, op. cit., p.94
118
ibid., p. 94
119
ibid.
120
ibid., pp. 94–5
121
ibid.
122
ibid., p. 96
123
ibid., p. 97
124
ibid., p. 92
125
ibid., p. 83
126
ibid., p. 111
127
Woolman Chase & Chase, op. cit., p. 88
128
GREENWICHFREEPRESS, «Fun Times Working at Condé Nast in Greenwich!», Greenwich Free Press, 14 February 2016, Around Town, accessed 9 November 2019
129
ibid.
130
ibid.
131
Seebohm, op. cit., pp. 282–3
132
Woolman Chase & Chase, op. cit., p. 34
133
ibid., p. 109
134
Seebohm, op. cit., p. 261
135
ibid.
136
O. Pentelow, «Vogue Editors Through The Years», Vogue [.co.uk], News, 10 April 2017, accessed 1 February 2019
137
ibid.
138
E. Woolman Chase & I. Chase, Always in Vogue, Doubleday & Company, Inc., United States of America, 1954
139
L. Cohen, All We Know: Three Lives, Farrar, Straus and Giroux, United States of America, 2012, p. 235
140
P. Lewis, The Cambridge Introduction to Modernism, Cambridge University Press, New York, 2007, pp. xvii–3
141
Vanity Fair, «IN VANITY FAIR», Vanity Fair, In Vanity Fair, March 1914, p. 15
142
Vogue, «Early Paris Openings and Brides», Vogue (British), Contents, Early April 1925
143
Cohen, op. cit., pp. 242–3
144
ibid., p. 243
145
ibid.
146
ibid., p. 245
147
O. Todd, Year of the Crab, Aidan Ellis, London, 1975, p. 265
148
Cohen, op. cit., p. 254
149
Woolman Chase & Chase, op. cit., p. 118
150
Cohen, op. cit., pp. 230–1
151
ibid., p. 230
152
ibid., pp. 232–3
153
ibid.
154
ibid., p. 236
155
ibid., p. 237
156
M. Garland, conversation with Hilary Spurling, 29 March 1989, cited in Cohen, op. cit., p. 241