Ласточка Джейн-Тилоу

Глава 2: Старый друг и новая жизнь

Старый заброшенный сарай на краю города, куда голубь подбросил Джейн, являлась домом для небольшой колонии ласточек, которые не могли ясно выразить свою радость или недовольство по отношению к их гостье. По крайней мере, так, чтобы человеку было понятно. Сама Джейн считала, что ей тут не рады.

Она была совершенно против такого исхода событий. Она и в своем привычном размере не стала бы жить в незнакомом месте, вдали от своей семьи, в окружении птиц, которые раньше поместились бы у нее на ладони, но сейчас были почти в два раза больше, и язык которых она не понимала.

Прошло всего несколько часов с тех пор, как Джейн оставили здесь. У нее не было ни планов побега, ни единой мысли о том, как можно общаться с этими птицами, чтобы попросить их перестать кружить вокруг нее и пытаться засовывать в гнездо. Спрятаться или сбежать оказалось невозможно. Ее поставили на досках прямо под крышей сарая, а спуститься можно было только с помощью крыльев, либо свалившись насмерть.

Джейн сидела на одной из досок, как можно дальше от края, ссутулившись. Ее локти покоились на коленях, а лоб – на ладони. Дневной свет постепенно тускнел. Голод, усталость и страх начали пробирать. Она медленно подняла взгляд на приблизившуюся ласточку с мертвым сверчком, сжатым в клюве. Ласточка подпрыгнула к ней, протягивая добычу. Джейн живо вскочила с места и покачала головой.

– Нет, спасибо. Оставьте лучше себе.

Ей уже предлагали еду до этого, а она никак не могла объяснить им, что не питается насекомыми.

Ласточка наклонила голову набок.

– Нечего волноваться, я не голодна, – сказала Джейн и показательно попятилась назад, подальше от «подарка». Ласточка выглядела удивленной. Наверняка это случалось в первый раз, когда птенец отказывался от еды, если птенец – это именно то, что они в ней видели.

После еще одного показательного шага назад и качания головой, птица, к ее облегчению (и ужасу), сама проглотила сверчка целиком.

– За что мне приходиться видеть это вблизи? – пробормотала Джейн.

Она ожидала, что ласточка улетит, как и все остальные до нее, но та продолжала стоять там, будто о чем-то раздумывая. Спустя несколько секунд она издала чирикающий звук, который для Джейн прозвучал как вопрос.

– Простите, я не понимаю ни слова, – сказала она. Ласточка не поняла ее в ответ.

Еще некоторое время прошло в молчании, затем ласточка подпрыгнула назад, заставив Джейн вздрогнуть. Прежде чем она начала думать, что как-то обидела ее, птица помахала головой в сторону, а потом прыгнула еще раз, чирикая.

– Вы хотите, чтобы я следовала за вами? – спросила Джейн, указывая сначала на себя, потом на нее, затем сделав шаг вперед.

Ласточка кивнула.

– Что ж, надеюсь, это значит, что я свободна, – пробормотала Джейн. – Хотя, скорее всего, нет.

Они направились к дыре под крышей сарая.

Для ласточек появление девочки было неожиданным.

– Вот вам новый птенец, – сказал голубь по имени Тутс, утром притащив к ним человеческого ребенка. – Спас ее в городском парке. Подумать только, что могло бы случиться, если бы меня не было рядом! Она родом не из пернатых, но я уверен, под вашим воспитанием обязательно обрастет перьями. Сейчас для вас еще не время для появления птенцов, я в курсе. Я бы взял ее к себе… если бы она была чуть больше размером, и… если бы я знал, что она все время пищит.

С этими словами Тутс улетел.

Большинство птиц не умеют говорить на человеческом языке, однако ласточка по имени Флита думала, что знает решение. Она поймала небольшого сверчка, чтобы показать свой дружеский настрой, и полетела искать их нового человеко-птенца, которого они временно прозвали Тилоу.

Найти ее не составило труда.

Несмотря на то, что птенец Тилоу отказалась от дара, Флита могла видеть, что она больше не боится быть рядом с ней, хотя общение все еще являлось проблемой. Так что она попыталась жестами показать, что хочет отвести ее кое-куда.

К счастью, Тилоу оказалась довольно умной. Быстро поняв, что от нее просят, она последовала за ней, бормоча себе что-то под нос.

Рядом с сараем росло ореховое дерево внушительных размеров, с просторным дуплом, в котором обитал тот, кто знал о людях больше, чем кто-либо другой. От дерева к сараю росла толстая ветка, да и расстояние было совсем небольшое, так что Тилоу могла пройти даже без крыльев. Но когда Флита показала ей эту ветку, она отчего-то застыла на месте. Она сказала что-то неразборчивое на своем языке, что ласточка не расслышала, хотя было нетрудно догадаться, что ей страшно.

– Не волнуйся, – сказала Флита, – я тебя придержу.

Она взяла Тилоу за воротник и поставила на ветку, услышав короткий вскрик. Тилоу уставилась на нее широко открытыми глазами.

– Ну? Давай, все будет в порядке.

Флита подтолкнула ее вперед. Спустя некоторое время Тилоу наконец набралась смелости, быстро перебежала всю ветку, и крепко прижалась к стволу.

– Молодец, – похвалила Флита. – Видишь, я же говорила – ничего страшного не случилось.

Она снова помахала головой, на этот раз в сторону дупла.

– Надеюсь, он там еще не уснул.

Тилоу не ответила. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя, прежде чем она снова была готова следовать за ласточкой.

– Поспеши, Тилоу! Лучше сделать это перед закатом.

Они начали взбираться наверх по веткам. Тилоу постоянно нуждалась в помощи. Флита терпеливо подталкивала ее вперед. Через несколько минут двое стояли перед дуплом. Тилоу сказала что-то, или, быть может, спросила. Чтобы придать ей больше уверенности, Флита решила ответить:

– Здесь тебе помогут, я знаю.

Джейн все еще не была уверена, насколько это было разумно – следовать за незнакомой птицей в гнездо другой незнакомой птицы, но когда она увидела громаду ярко-желтых перьев, стало ясно, что этот пернатый ей все же знаком.

Теперь, стоя на так называемом пороге, Джейн чувствовала, как радость и облегчение наполняют ее, несмотря на то, насколько огромными теперь были клюв и когти ее друга, а он сам стал для нее выше жирафа.

Наконец, хоть кто-то в помощь!

– Фириот! – позвала Флита. – Ты не спишь? Фириот, только взгляни, кого я принесла!

– Что? – попугай в дупле с трудом открыл глаза и тут же вскочил, увидев девочку. – Джейн?! О Боже! Джейн, это ты? – он подошел к ней, осматривая внимательно.

– Джейн? Это ее имя? – задалась вопросом Флита. – Как по мне, «Тилоу» было более подходящим по значению.

Убедившись, что это именно она, попугай Фириот немедленно заключил ее в объятья своими крыльями. Она обняла его в ответ.

– Это мой друг Джейн!

Ласточка подпрыгнула от удивления.

– Правда? Это та человеческая девочка-птенец, о которой ты рассказывал? Я бы принесла ее раньше, если бы знала.

– Как ты тут оказалась?

Фириот отпустил ее и отошел на пару шагов, чтобы увидеть получше. Она смотрела на нее слегка растерянно, но все еще радостно.

– Джейн? Ты ведь узнаешь меня, да? Это я, твой друг…

– Она не понимает нашего языка, – сказала Флита. – Я тоже пыталась с ней поговорить.

Тогда Фириот решил попробовать произнести свое имя на человеческом, прямо как она научила его. После этого Джейн стала чуть увереннее и закивала.

– Ты не можешь поговорить с ней? – спросила Флита.

– Мне жаль, я знаю всего несколько слов, не больше. А что именно случилось? Она раньше не была настолько маленькой…

Флита коротко рассказала ему все, что случилось за последний день. Джейн-Тилоу отошла в сторону, тихо наблюдая за их беседой.

– Поэтому я и решила показать ее тебе, – закончила ласточка. – Ты должен знать о людях больше. Что они обычно едят?

– Фрукты, овощи, молоко… – перечислил Фириот. – Может, в таком случае ей лучше остаться со мной? Я мог бы проследить за ней.

– Ты уверен? Ей было сказано остаться у нас.

– Что? Это из-за окраса одежды? – попугай внимательно осмотрел девочку с ног до головы. – Да, кстати, и вправду похоже.

– «Одежды»?

Фириот попытался объяснить как можно яснее.

– Это как перья у людей, только они могут ее убрать со своего тела и заменить, когда им этого хочется.

– Звучит замечательно!

В этот момент Фириот заметил, как Джейн начинает идти в сторону выхода, зациклив взгляд на чем-то вдалеке. Он быстро схватил ее за воротник и усадил на место.

– Куда это ты собираешься? Уже слишком поздно, чтобы выходить из гнезда! Ты ведь маленькая.

Джейн уставилась на него вопросительным взглядом, потом указала на выход из дупла. Фириот заметил снаружи пару ворон, летающих недалеко от сарая.

– Ты видишь тех птиц? Они могут быть очень опасными, особенно для нелетающих птенцов вроде тебя. Поэтому не надо сбегать из дупла. Особенно вечером.

Флита тоже посмотрела наружу.

– Мне пора идти, – сказала она, – уже почти стемнело. Оставить ее у тебя?

– Да, можешь не волноваться. Я знаю, что делать.

Две птицы попрощались, после чего ласточка улетела назад в сарай. Фириот одарил непонимающую Джейн птичьим подобием улыбки в виде поднятого хохолка и прищуренных глаз.

– Знаешь, я очень скучал по тебе, – сказал он. – Прости, что улетел без предупреждения… Или я предупреждал? Думаю, предупреждал… Я просто хотел узнать, каково это быть свободным.

Джейн нахмурилась, но не от злости, а от попытки сосредоточиться и понять его слова – безуспешно.

Фириот вздохнул.

– Ладно, не время грустить. Ты быстро научишься нашему языку, в этом я не сомневаюсь. Я обязательно помогу. Тебе тут понравиться. Ты раньше заботилась обо мне, а теперь это моя очередь позаботиться о тебе.

Джейн бросила последний взгляд в сторону выхода.

– Прямо сейчас уже поздно. Нам пора ложиться спать. Ты, должно быть, очень устала?

Фириот занял свое место в углу.

Небо медленно темнело. Джейн посмотрела на заснувшего попугая. Она пока не знала, как рассказать ему, что случилось и как попросить у него помощи, но решила сделать это завтра.

– Завтра все это обязательно закончится, – прошептала она.

Попугай пошевелился. Как бы ей не хотелось просто разбудить его и пытаться поговорить, Джейн подумала, что с ее стороны это было бы грубо. У него вполне мог быть тяжелый день, учитывая, что он теперь стал диким. У диких птиц жизнь нелегкая.

Джейн обнаружила, что не чувствует огорчения по этому поводу. Она была лишь рада иметь его на своей стороне. Его уход заставил ее решить, будто он обиделся на нее, или даже ненавидит.

Фириот снова пошевелился и на сей раз открыл глаза. Если бы Джейн чуть лучше умела читать птичьи выражения, она бы сказала, что он удивлен.

– Надеюсь, это не я тебя разбудила?

Беспокойно посвистывая, попугай подошел к ней и коснулся клювом ее лица.

– Все в порядке? – спросила Джейн.

Фириот продолжал свистеть, по всей видимости, пытаясь что-то сказать.

– Извини, я не понимаю.

Ее неожиданно подняли за воротник.

– Эй!

Попугай поставил ее на место, где он сам спал стоя несколько мгновений назад.

– Для меня сейчас рановато спать, – проговорила Джейн. – Видишь, небо даже не потемнело полностью. Люди обычно спят позже.

Фириот наклонил голову набок. Девочка повторила его движение.

– Раз уж ты теперь тоже не спишь… не знаю, понимаешь ли ты меня… но мне нужна твоя помощь. Мне нужно вернуться домой. Ты не мог бы помочь?

Попугай слушал ее, не пытаясь сказать что-либо в ответ.

– Значит, не понимаешь? – спросила Джейн. Ее охватило нетерпение. – Слушай, Фириот, ты же помнишь, где мы жили раньше? Ты помнишь, что у меня были семья, родители? Мне надо возвращаться к ним. Ты ведь сможешь помочь мне, когда наступит утро?

Фириот тихо присвистнул. Джейн вздохнула.

– Я попытаюсь объяснить все утром, – решила она. – Хотя, ты разве не должен знать сам? Я не могу тут остаться. Мне здесь не место.

Никакого ответа не было. Фириот накрыл ее крылом, словно одеяло, и снова закрыл глаза. Джейн постаралась отогнать мысли о худшем.

– Ладно, мы не понимаем друг друга, – пробормотала она. – Хорошо. Отлично. Это исправимо. Я объясню все жестами. Или рисунками. Может, мне даже не придется объяснять. Ты же сам знаешь, дома меня будут ждать.

Думая и думая над способами общения на случай, если Фириот не осознает ее проблему, Джейн в конце концов заснула.

Утром Фириот проснулся в отличном настроении. У него теперь была ответственность. Он собирался помочь другу освоиться в мире птиц, и ему не терпелось поскорее приступить к делу.

– О, Джейн, – протянул он, легонько толкая спящую девочку. – Пора вставать. У нас новый день. Ты же хочешь стать птицей?

Джейн неохотно подняла голову и посмотрела на него удивленно, будто забыла все произошедшее вчера.

– Ты теперь наш птенец! – сказал Фириот. – Не терпится увидеть твои первые перышки! Давай, начнем освоение.

Девочка, к его удивлению, со вздохом опустилась обратно.

– Джейн? Ты что? Тебе плохо? Сейчас рассвет – время вставать.

Он не получил ответа.

– Я, должно быть, слишком спешу. Возможно, нам стоит пока подождать с освоением и вместо этого дать тебе возможность увидеть, к чему именно тебе нужно освоиться? Скорее всего, так будет лучше. Тем более, ты выглядишь уставшей, даже после сна. Наверняка плохой знак.

Джейн снова взглянула на него со слепляющимися глазами.

– Ты точно не больна? О, я помню, как поздно ты вставала, будучи человеческим птенцом. Может, это из-за этого? Тогда тебе стоит избавиться от прошлых привычек.

Фириот прищурил глаза.

– Обожаю утренний воздух, – выдохнул он. – Если не встанешь сейчас, то пропустишь лучшую часть дня. Пойдем! Джейн? Ты слышишь меня?

Она, казалось, снова заснула.

– Хм… ладно. Лучше поздно, чем никогда. Я дам тебе полежать, но только сегодня. Завтра тебе придется начать жить и встречать день, как птица. Уверяю тебя, все не так сложно. Я сам думал, что это немного трудно, когда впервые прилетел к ласточкам. Я не умел ловить еду прямо в воздухе, как они. Но я освоился. И ты освоишься.

В дупле на несколько мгновений опустилась тишина.

– Ты не хочешь поесть? – спросил Фириот. – Думаю, хочешь. У меня подозрение, будто ты не ела ничего с тех пор, как Тутс принес тебя сюда. Я пойду, схожу за едой.

Он направился к выходу из дупла, но прежде чем успел вылететь, Джейн резко вскочила с места и бегом подошла к нему.

– О, ты уже встала, – сказал Фириот, высоко поднимая хохолок. – Теперь ты готова начать день?

Джейн начала говорить что-то на беспокойном тоне.

– Что-то не так? Или ты очень рада? Я не понимаю…

Фириот наклонил голову набок. Джейн умолкла и принялась махать руками и делать странные движения.

– Ты пытаешься сказать мне что-то жестами? Хорошо, я наблюдаю.

Подняв руки над собой, Джейн совместила их кончиками пальцев, создавая треугольник.

– Гриб? – попытался Фириот. – Ты хочешь гриб? Ну, видишь ли, они не появляются без дождя. И не все из них съедобные, ты же в курсе? А зачем тебе понадобился гриб?

Джейн затем помахала руками, как крыльями.

– Полетать? Хочешь полетать? – Фириот снова прищурился. – Джейн, тебе еще рановато, но я горжусь твоей решительностью. Так держать!

Девочка не переставала махать руками, иногда прерывая движение, делая треугольник над головой.

– Что-то большое и летающее? Ты имеешь в виду Тутса?

Фириот теперь крепко прижал хохолок к затылку, щелкая клювом. Он и до этого недолюбливал самодовольного голубя, но сейчас чувствовал, как в груди копится раздражение и злость.

– Я вижу, он тебя сильно напугал, – сказал Фириот. – Ничего страшного, Джейн, я с ним поговорю. Тебе больше не придется встретиться с ним.

Джейн уставилась на него с широко открытыми глазами. Фириот попробовал утешить ее.

– Не нужно пугаться, он всего лишь голубь. Голуби, к счастью, не едят птенцов. Они просто очень большие, поэтому выглядят страшно.

Покачав головой, Джейн повторила жесты, добавляя странные человеческие слова, которые Фириот не понимал.

– Может, ты хочешь вылететь из дупла? – предположил он. – Что ж, как я уже сказал, тебе еще рановато, но я тебе с радостью помогу. Давай…

Попугай приблизился к Джейн, чтобы поднять ее, но та немедленно отскочила назад.

– Что не так? – спросил Фириот. – Ты не хочешь наружу? Брось, погода сегодня прекрасная! Чего ты боишься? Мы можем прогуляться.

Джейн раскинула руками в стороны с забавным выражением на лице. Фириот кивнул.

– Вот, ты начинаешь меня понимать. Или тебе все еще страшно?

Джейн опустила руки со вздохом. Фириот вдруг осознал кое-что.

– А, точно, ты голодна! Я видел, как вы сначала находите еду, и лишь потом покидаете свои гнезда. Ну, это привычка, о которой тебе придется забыть. У птиц все немного по-другому. Но раз уж ты у нас только начинаешь, хорошо. Я пойду, принесу что-нибудь. А ты никуда не уходи.

С этими словами Фириот покинул дупло, оставив ошарашенную девочку одну.

Рядом с сараем находился небольшой пруд, из которого местные птицы часто пили воду. Джейн пока не могла пойти туда самостоятельно, но Фириот видел, как люди пьют воду из своих маленьких прудиков, которые можно было держать на руках. Так что он решил отнести ей воду похожим способом. Он отыскал маленькую блестящую штучку, вроде той, которую Джейн надевала на палец, когда играла с иглой (очень, кстати, плохая привычка для птенца), после чего направился к водоему.

Там Фириот встретил голубя Тутса. Тутс был городской птицей, но, тем не менее, прилетал на поляну очень часто, чтобы немного порезвиться.

– Доброе утро, Фириот, – поприветствовал он, затем хмыкнул, смотря на блестящую штучку в лапах попугай. – Вижу, не удалось стать ласточкой, решил стать сорокой? Почему бы и нет, да? Ты так и не рассказал, что ты за птица.

Фириот медленно повернулся к нему, распушив перья. Тутс поерзал на месте.

– Что за взгляд? Я тебя как-то расстроил?

– Уважаемый голубь Тутс, – попугай почти зашипел, – нам с тобой надо поговорить, если ты не против, конечно же.

– Ладно…

Когда Фириот улетел и не вернулся через полчаса, Джейн всерьез забеспокоилась. Вдруг он опять обиделся на нее? Она выглянула наружу. Можно было попытаться спуститься с помощью веток, или добраться до сарая, как вчера, однако это было бы очень опасно.

Внезапно попугай показался летящим в дупло. Джейн в последний момент успела отойти.

– Джейн, я пока не нашел еду, но принес воду. Она пролилась немного во время полета, но я уверен, там осталась хотя бы одна капля.

Он положил наперсток перед девочкой.

– Э… спасибо! – ответила Джейн после короткой растерянности.

– Я пойду за едой, – попугай направился к выходу.

– Подожди!

Фириот улетел. Джейн уставилась на наперсток озадаченным взглядом, словно там скрывались все ответы.

Весь день прошел примерно так. Фириот возвращался с едой или водой, а Джейн в эти моменты делала все возможное, чтобы попросить у него помощи понятным способом. Тот не понимал ни один из ее жестов, и просто улетал за следующей находкой, весело посвистывая.

– Слушай, друг, – начала Джейн, когда попугай вернулся с последнего похода за едой, – я благодарна тебе за все, честное слово. Но ты же знаешь, что мне нужно домой, да? Ты должен…

Фириот продолжал петь на своем непонятном языке.

– Жаль что ты не увидела того жука, которого поймала одна ласточка. Он прямо таки блестел под лучами солнца. Красивое зрелище. Я бы не решился такое съесть, если бы питался насекомыми. Ты же выйдешь из дупла завтра? Поверь мне, это будет весело. Там столько всего снаружи…

Он болтал и болтал без конца.

– Я тебя не понимаю, – сказала Джейн в конце концов. – Ладно, значит, жесты не работают. Нужно попробовать другой способ…

– Что? Слишком много болтаю? Да, я заметил. Прости. Сейчас время спать. Обычно ласточки летают допоздна, но мы же с тобой хотим проснуться с рассветом, правда ведь?

Фириот взял девочку за воротник и поставил на кучу перьев. Джейн подняла брови.

– Что, собираешься спать? Уже? Нельзя ли немного подождать, я пытаюсь придумать…

Попугай накрыл ее крылом, как в прошлый раз.

– Что ж, это все усложняет, – пробормотала Джейн.

– Спокойной ночи.

– Фириот, сейчас слишком рано ложиться. По крайней мере, для меня. Ты не мог бы…

Она попыталась подняться, но тяжелое перо не дало ей этого сделать.

– Фириот, клянусь, если…

– Что, тебе не спится? Хочешь, спою колыбельную?

Попугай принялся тихо посвистывать. Джейн глубоко вздохнула.

– Ладно, жаловаться бесполезно…

Глава 3: Птенец захватывает участок

Фириот знал, насколько поздно людские дети могли ложиться спать, и какими недовольными это делало их родителей. Джейн всегда ложилась в одно и то же время, вроде не слишком поздно, чтобы огорчить своих взрослых. Но это только потому, что они не были птицами. Он твердо решил исправить ее странный сонный порядок.

– Тебе стоит закрыть глаза – так будет проще, – сказал он одним вечером.

Никакого ответа, кроме непонимающего взгляда он, конечно же, не получил. Возможно, это и было рановато для людей, хотя небо уже стемнело, и Фириот не видел причины пытаться продолжать день. У всего должно быть свое время.

Утром выяснилось, что без той ужасающе громкой, звенящей на весь дом штуковины Джейн еще и просыпается очень поздно. Так что Фириоту снова пришлось взять все в свои лапы.

– Ну, давай, пташка! Солнце уже проснулось, не стоит заставлять его ждать. У нас сегодня куча дел… помимо добывания еды. А добывание еды требует очень много сил и времени.

Вместо того чтобы делать, как говорят, Джейн молча перевернулась на другой бок.

– Ты же в прошлый раз вставала самостоятельно, – сказал Фирио. – Шевелись, работа сама себя не сделает.

В конце концов, попугай взял ее за воротник и поставил на ноги.

– Что ж, это будет труднее, чем я думал, – выдохнул он. – Но ничего, я воспитаю из тебя такую птицу, что сами птицы начнут учиться у тебя, как быть птицей! Пошли, начнем обучение.

Он взял ее за локти. Пока они спускались с дерева, Фирио выяснил, что у Джейн страх полетов.

– Мне раньше почему-то казалось, что ты ничего не боишься, – сказал он, видя, как она хватается за все на земле, тяжело дыша и жмуря глаза. – Кроме, наверное, своего брата.

Трудности на этом не заканчивались. Из-за языкового барьера Джейн вечно понимала все не так, то убегая, то просто бездействуя, когда, например, от нее просили попытаться поймать бабочку. Любая другая птица, обучая своего птенца, могла бы с легкостью отругать его за подобное, но Фирио не мог винить саму Джейн, а если бы и решил это сделать, то она все равно не поняла бы.

Попугай решил попробовать жесты.

– Ладно, смотри, – сказал он, подойдя к грибу, выросшему после позавчерашнего дождя, – мы говорили о грибах, помнишь? С этим тебе лучше не рисковать. Грибы бывают разные. Не все они съедобные, понимаешь? – Он указал на гриб клювом, затем покачал головой. Джейн сделала то же самое в ответ, затем пожала плечами. – Как же мне хотелось бы, чтобы у меня были руки, как у тебя. Все стало бы намного проще.

Джейн часто жестикулировала руками, когда учила его говорить по человечески, чтобы объяснить смысл слов, или когда пыталась сообщить что-то. Это не всегда помогало, но Фириот точно знал, как произноситься его собственное имя, и как должно звучать слово «Привет». Не зная зачем, он решил повторить это слово. На лице Джейн показалась улыбка, когда она повторила за ним «Привет». Тут Фириота осенило.

– Точно! – воскликнул он. – Как я раньше об этом не подумал! Нужно научить тебя говорить по-птичьи!

На это Джейн нахмурилась.

– Что за взгляд? Да, я знаю, пока что все идет не совсем гладко, но должен быть какой-нибудь способ…

– Доброе утро! – к ним подлетела Флита. – Фириот, Тилоу, как ваши дела?

– Доброе утро, Флита, – ответил Фириот.

Джейн повторила свой человеческий «Привет», что попугай помог перевести.

– Уже чувствуешь, как растут перья? – улыбнулась ласточка.

– Пока нет, к сожалению.

Фириот рассказал ей обо всем, что беспокоило его, и о том, что хочет найти способ, как научить Джейн говорить по-птичьи.