Похождения Кота Матвея

Итак, они стояли друг напротив друга Матвей довольный и гордый тем, что у него получилось, и он наконец-то сделал что обещал. Восторг от успеха пьянил его и в тоже время он старался не забывать главного, зачем он здесь собственно. Уняв всё же эмоции, я двинулся к соловью, который, несмотря на мое присутствие, продолжил также весело распевать свои песни. Подобравшись ближе, я распластал свое тельце, по ветке плотно прижав уши к голове, и стал потихоньку медленно придвигаться к нему, не делая резких движений. Соловей же видел, что я приближаюсь, но всё равно продолжал делать вид, что меня здесь нет. Я медленно продвигался, даже дышать перестал. Наша дуэль с соловьем была не гласная мы, словно пытались выяснить кто все же смелее. Он пел и иногда поглядывал на меня. А я придвигаясь к нему делал одновременно вид что я здесь для того чтобы лучше слышать то о чем он поёт и именно это меня волнует. Соловей же в свою очередь игнорировал меня, словно провоцируя, чтобы я на него напал. Итак, он периодически замолкал, я приближался, и так продолжалось довольно таки долго.

Взяв в очередной раз высокую ноту, соловей замер, а я, изготовился к прыжку и прыгнул вперёд, и тут случилось большое разочарование. Я прыгнул в никуда, поскольку как только я рванулся вперёд, соловей тут же взлетел вверх. Я стал прыгать вверх и махать лапой, пытаясь хоть так зацепить эту противную наглую птицу, что вовсю смеялась и издевалась надо мной. Соловей кружил у меня над головой, я же продолжал прыгать, вверх пытаясь до него дотянуться, но, к сожалению, моя лапа хватала только воздух, поскольку соловей поднимался все выше у меня над головой, но при этом он не улетал, а продолжал летать надо мной, громко смеясь при этом в очередной раз, прыгая и пытаясь дотянуться до этого наглеца, я чуть не упал с ветки и, только чудом вцепившись за неё, я снова подтянулся наверх и перевел дух. Соловей улетел. Я же остался сам по себе обсмеянным и опозоренным. Мне было стыдно и обидно, что ничего у меня не вышло. Но тут я был прерван громким уханьем. Подняв голову вверх, я увидел большую красивую птицу, которая смотрела на меня с интересом и изумлением. Мы играли с ней в гляделки. Большие жёлтые глаза смотрели на меня, не мигая, но вот что было странным выражение глаз. Птица смотрела на меня с интересом, во взгляде не было издёвки или насмешки, наоборот этот взгляд отчасти напоминал то, как смотрела мама. Было что-то такое, так смотрят только взрослые в их глазах столько мудрости и снисхождения к бесконечным детским проделкам и шалостям. Поиграв так ещё какое-то время, незнакомая птица сначала чихнула, а потом отчасти грозно и пристально ещё раз окинула его взглядом, а потом, наконец, заговорила.

– ну, здравствуй маленький непоседа. При этом внимательные глаза филина пытливо и пристрастно рассматривали котёнка. Ты как всегда небрежен и неаккуратен. Говоря так, он больше напоминал матушку, и в тоже время были какие-то другие ранее не слышанные нотки. Он снова громко ухнул, а затем продолжил, – юный путешественник не печалься, что не получилось, ты ещё подрастешь. А на соловья не обижайся он глупый и напыщенный юнец. Будь выше его и тогда ты действительно сможешь справиться с любыми неудачами. А сейчас прими это как опыт. Противника нужно всегда оценивать. Волнение и лёгкое оцепенение, которое меня сковали, словно это были крепкие сильные сети, отпустили меня. Постаравшись взять себя в лапы и успокоить сердце, которое бешено, стучало в предвкушении нового и неизведанного, я произнёс:

– скажи мне кто ты? Почему ты решил мне помочь, ты же тоже птица?

– да я птица. Меня зовут Мерлин. Но ты можешь называть меня дядюшка Мерлин все же я уже в почтенном возрасте, сказав так, он закряхтел, заухал, а потом снова продолжил. Я не люблю несправедливость и подлость. При этом он тяжело вздохнул. Соловей же поступил с тобой очень нагло. Он видел тебя и продолжил издеваться, зная о том, что ты можешь погибнуть ведь ты был уже на самом краю и сорвался. Я уже стар и не признаю подобных вещей. Ты забавный мой юный друг и слишком непоседлив, это не есть хорошо. И всё – таки молодой человек вы мне слишком симпатичны. При этом филин покачал головой так, словно бы сам сомневался и не мог поверить тому, что говорит.

– правда?

– да юноша. Сказав это, он покинул свое дупло и спустился на ветку к Матвею.

Не мигая, Матвей смотрел за своим новым знакомым, пытаясь ничего не упустить. Дождавшись того что филин сел на веку Матвей подошёл поближе и не дыша принялся рассматривать его. Мерлин же пока молчал, позволяя во всю себя рассматривать. Этот маленький пострелёнок был в восторге от него, это было видно по этим блестевшим жёлтым глазам, и тому, как смешно топорщились усы, поскольку он вовсю обнюхивал меня. Но делал это он так потешно, что Мерлин с трудом себя сдерживал, чтобы не засмеяться, ведь Матвей пытался тщательно скрыть это и хмурил нос, чем ещё больше выдавал себя. Наконец оторвавшись от лицезрения птицы, Матвей все же подал голос. Дядюшка Мерлин ты очень красивый. А что ты за птица?

– Я филин и ночная птица. Я охочусь ночью, а днём я отдыхаю.

– Дядюшка Мерлин, и при этом глаза его просто искрились от того сколько вопросов породило то что он услышал а что ты видишь там наверху когда летаешь мне всегда было это интересно. Что там наверху?

– ну, пострелёнок, сколько всего вопросов сразу, при этом он негромко рассмеялся. А затем опять громко пару раз ухнул, после чего произнёс ты такой нетерпеливый и любопытный. При этом он поднял глаза к небу, после чего таинственно улыбнулся одному ему ведомым мыслям, после же снова продолжил. Там наверху облака они похожи на туман, на молоко только более плотный. А ещё ветер, ты не видишь его, а только чувствуешь. Он позволяет тебе парить в небе он сильный сильнее тебя намного, но чтобы подружиться с ним приходиться ему подчиняться и тогда ты действительно паришь в облаках. Он подхватывает тебя своими невидимыми руками, и ты начинаешь парить. А что касается того что я вижу когда летаю. Я вижу целый мир ведь облака наверху, они представляются снежными пустынями, прекрасными сказочными замками, морями и океанами. А внизу, совершенно другой мир, в котором я вижу даже то, что делают муравьи. Я хищная птица ночью выслеживаю свою добычу, охочусь.

– вот здорово, я бы тоже хотел полетать.

– э нет пострелёнок каждому своё.

– как это?

– видишь ли, всё в мире устроено, так что у каждого есть своё место. Я наблюдаю за миром сверху и подмечаю все детали, ты же живешь на земле и видишь всё, что тебя окружает. Я только с высоты могу смотреть на то, что находится внизу так сказать внешнюю оболочку, тебе же дано гораздо больше, чем ты пока можешь видеть. Ты можешь увидеть суть вещей то, что у каждого внутри почувствовать это нечто.

– как это дядюшка Мерлин, о чём ты? При этом жёлтые глазёнки искрились любопытством и смотрели не отрываясь.

– ты поймёшь это когда станешь старше. У тебя будет возможность проникнуть в самое сердце в самую суть. Ты пока ещё слишком мал чтобы это понять но потом со временем тебе очень пригодится твоё зрение ведь то что ты будешь видеть гораздо ценнее того что вижу я сам. Открывшееся знание с одной стороны может помочь тебе, а с другой возможно принесет много трудностей, но об этом пока еще рано говорить. Пройдет много времени, прежде чем эти знания обретут для тебя форму и вид.

– дядюшка Мерлин ты так странно говоришь, что это значит? Я не понимаю.

– это не беда мальчик мой, не грусти что тебе сложно понять, о чём говорит старый мудрый филин. Но главное что ты должен помнить всегда это не рискуй понапрасну. Быть сильным и смелым это хорошо, но иногда смелый поступок это вовремя отступить и отойти. Стоило ему это произнести, как снизу у подножия дерева раздалось требовательное призывное сердитое и в тоже время обречённое мяуканье. Переведя взгляд вниз, филин увидел Лайзу. Затем он повернул голову к Матвею который в этот момент смотрел только на него и совершенно не слушал того как его звала матушка. Филин ещё раз громко и призывно ухнул, а после произнёс

– ну что же мой мальчик мы договорим с тобой в следующий раз, а сейчас тебе пора ступай к матушке, она ждёт тебя внизу. Стоило ему это произнести, как Матвей тут же ответил

– ух и попадет же мне опять. Филин ещё раз покряхтел, заухал, а после произнёс:

– не грусти мой маленький друг ты мал поэтому не понимаешь и не чувствуешь опасность, не стоит быть таким безрассудным. А за наказание не беспокойся это долгий путь к твоему взрослению. Сейчас ты печалишься и думаешь, что это не справедливо, но со временем поймёшь, что есть те, кто за тебя беспокоиться и их покой тоже следует беречь.

– Дядюшка Мерлин, а мы же увидимся с тобой? Мне очень понравилось с тобой говорить

– конечно, мой пострелёнок теперь ты знаешь, где меня найти, а сейчас тебе пора не расстраивай матушку. Иди и ничего не бойся. Матвей подошел ближе к филину и легонько боднул его головой, как бы говоря – до свидания.

Перья птицы показались ему мягче пуха, прижавшись к нему, было ощущение, что потерялся в мягкой перине. Какая-то таинственная нить протянулась между нами, что-то родное близкое важное такое нужное было в том, как я стоял, уткнувшись в грудь дядюшки Мерлина, а он обнял меня при этом своими красивыми сильными крыльями, так словно прятал от всех бед и напастей. Как же здорово было оказаться в его объятиях так надежно как будто бы дома. Так словно говоря: ничего не бойся, мой маленький мальчик, все будет хорошо.

Попрощавшись, мы отступили друг от друга, и я пошёл домой. Развернувшись, я распластал своё тельце по стволу дерева и аккуратно стал спускаться вниз, где вовсю его продолжали звать. Задрав голову вверх и внимательно следя за движениями сына, Лайза терпеливо ждала, когда же он, наконец, спуститься. Она видела филина и то, как сын разговаривал с ним.

Страх, который поначалу, как только она увидела их двоих вместе, проник в сердце, отступил, стоило ей только внимательно приглядеться к этой парочке. Увидев же, что от большой птицы нет угрозы для её маленького сына, она успокоилась. Судя по всему, эти двое вели очень интересную и важную для них двоих беседу. Приняв для себя решение, дождаться, когда они закончат разговор, а после самой поговорить с Матвеем Лайза просто спокойно села под деревом и ждала, когда ее сынок окажется рядом с ней. Матвей же, в свою очередь, попрощавшись с филином, стал спускаться с дерева.

Как и говорил Мерлин, спускаясь, котёнок совсем не думал о том, что ожидает его за очередную проделку. Наоборот он всё больше размышлял о том, сколько всего он хотел бы узнать и расспросить об этом филина. Внутренне он даже урчал от удовольствия ведь то что, казалось бы, закончилось не очень хорошо, обернулось для него таким интересным знакомством.

В словах птицы было много неясного и туманного, но это то и было интересным и интригующим ведь ему не с кем было поговорить. Братья и сёстры ни о чём подобном не размышляли, для матушки он был просто несмышлёнышем. Но сегодня с филином так и хотелось сказать урра, меня слушают, я не совсем несмышлёныш. Все эти и другие мысли вертелись в моей голове.

– Как странно все оказалось две птицы два знакомства, но они такие разные как интересно устроен мир. Матушка говорила, что в мире полно чудес. Случаются порой такие вещи, которые невозможны и поэтому кажутся нереальными выдумкой.

Соловей с виду красивая птица с волшебным голосом, но из-за него и своей неосторожности я мог погибнуть, видя, что я пытаюсь на него охотиться, он специально делал вид, что меня не видит, а затем продолжал кружить у меня над головой. И в тоже время филин красивый сильный могучий с виду суровый и неприступный, грозная птица, но в тоже время он наделён мудростью, от него исходит доброта и что-то такое, что есть в родителях, он не ругает, но в тоже время заставляет задуматься, что действительно я порой излишне беспечен.

Вот с такими мыслями я спускался с дерева. Наконец оказавшись на земле, я еще раз задрал голову вверх туда, где была ветка, на которой мы с дядюшкой Мерлином разговаривали, но его там уже не было, ветка была пуста. Рассудив о том, что он все же ушёл спать, как и говорил, я решил все же ответить за то, что успел натворить. Как ни странно стоило мне только повернуть голову к матушке, как она не слова не говоря, посмотрев на меня внимательным взглядом и убедившись, что со мной всё в порядке пошла в сторону нашего дома.

Пока мы с ней шли, никто не произнес ни слова. Я признаться был весьма этому удивлен, ведь я настолько уже привык, что все мои проделки заканчиваются суровым наказанием, что когда мы всё же оказались в нашем подвале также молча направился в родной угол к милым паукам, но стоило мне только туда повернуть, как я был остановлен словами матушки о том, куда я собрался.

В этот раз, как ни странно наказания никакого не было. Наоборот мне даже слова не сказали, впервые я был удивлён, почему так получилось. Но что же это было здорово и неожиданно. Видя, что наказания мне не светит я лёг на свое место и принялся размышлять над словами филина.

Мне казалось, что взрослые это скучные нудные создания. Но сегодняшнее общение показало, что это далеко не так. Мое открытие стало для меня приятным сюрпризом. Если до этого все наставления я воспринимал в штыки, то сейчас наоборот мне стало интересно, ведь наконец-то я стал получать ответы на свои вопросы, никто не говорил мне о том, чтобы я не лез туда, куда не надо. Мне начали отвечать. От этого что-то внутри отзывалось приятным теплом и начало вибрировать, заставляя меня мурчать от удовольствия и приятного предвкушения от предстоящей встречи.

Итак, теперь каждого дня я ждал с нетерпением. Я просыпался, завтракал, а потом уходил на дерево общаться к дядюшке Мерлину. Я стал много времени проводить с ним. Он рассказывал мне о том, что происходит в большом мире, сколько всего чудесного тот хранит и сколько подводных камней существует. Иногда я боялся дышать, настолько меня захватывали разговоры о том, сколько всего интересного существует, как богат наш мир и разнообразен, сколько тайн и секретов он в себе таит. Поначалу я все переживал, что матушка может запретить мне встречаться с дядюшкой Мерлином, но видимо она поняла, что в этом нет ничего опасного и страшного, и она спокойно относилась к нашим беседам. Она не могла не радоваться тому, что невольно у меня появился наставник, тот, кто сможет меня вразумить и направить на нужный путь, слегка сгладит мое безрассудное бесстрашие. Единственное, что она делала, она забирала меня, вечером напоминая о том нужно спуститься к ужину. Для нее оставалось большой тайной то о чём велись наши беседы. И в этом была ещё одна ее мудрость, она давала мне право на свою собственную тайну и секрет. Так у меня появилось то, что касается только меня самого. Впервые не услышав от неё вопроса, я сначала был обескуражен, но постепенно стал привыкать. В моём новом друге она видела наставника и старшего товарища, поэтому темы наших бесед никогда ею не обсуждались. Так она давала понять, что я начинаю взрослеть.