Похождения Кота Матвея

Итак, новый поворот вираж упряжки был настолько сильный, кучер сильно натянул поводья в попытке придержать лошадей, что я всё же не удержался и полетел вниз только к моему счастью не под копыта лошади на вниз с моста, по которому мы ехали, и оказался в густых зарослях у реки. Оказавшись в них. Первое время я боялся пошевелиться хоть я и старался приземлиться на все свои четыре лапы, но толи я устал от того сколько времени держался с их помощью только я понял что они очень болят и шевелить ими совсем не получается. А ещё было странное ощущение, что подо мной что-то дёргается или это я уже сам дергался от перенапряжения. Решив все же пока не шевелиться и отдохнуть я смежил веки и уснул. В своем сне я продолжал бежать вместе с той каретой. Передо мной проносились дома улицы адреналин страх, желание чтобы этот бег поскорее закончилось, смешивался со всеми чувствами и эмоциями, мой бедный несчастный желудок поднимался к горлу, а потом с бешеной скоростью падал вниз, про сердце я уже молчу, оно вообще оказалось где-то на кончике моего рыжего хвоста, но, даже находясь там, оно стучало так сильно, что мне закладывало уши. После же оно снова возвращалось обратно с тем, чтобы затем снова удрать в кончик хвоста, заставляя его дергаться в порыве убежать самому, оставив меня одинокого и беззащитного на произвол судьбы. Я всё убегал и убегал, всё мчалось предо мной. Была только одна мысль только бы не попасть, только бы избежать, не попасть в лапы этих жестоких кровожадных собак, пасти которых мне чудом всё же удалось убежать. Мысленно я вновь обратился к нашему кошачьему Богу, прося его, наконец – то освободить меня от такой бешенной и бестолковой скачки. И вот, видимо решив, сжалиться надомной, я был выдернут из своего такого беспокойного сновидения. Открыв глаза, я принялся озираться по сторонам, пытаясь понять и определить, как далеко меня увезли от дома, и как долго мне нужно будет идти обратно. Но тут я понял, что лёжа мне не совсем удобно и толком не рассмотреть все вокруг. И с этой целью я напряг все свои силёнки, которых к слову оказалось немного, и поднял голову с моей лежанки и принялся осматривать окрестности. Да вот так хоть и было тяжело держать голову. Но обзор всё же был лучше и больше. Но из моих размышлений меня выдернул тоненький писк, который я не мог понять, откуда раздаётся, но то, что это близко было понятно каким то внутренним чутьем. Итак, это писк произнёс:

– сударь, не будете ли вы столь любезны и не слезете ли вы с меня, а далее был какой-то булькающий звук. Начав крутить головой в разные стороны, я искал, откуда именно раздаётся звук. Впереди я увидел заросли травы и камышей. А ещё были какие-то интересные цветы, которые росли на воде и при этом не тонули. Не найдя ничего подозрительного я положил свою голову обратно на примятую траву, но писк продолжился. Итак, он снова заговорил:

– сударь, вы весьма невежливы. А затем все более настойчиво и раздраженнее. Что мне как-то сразу стало понятно, что сделать вид, что я ничего не слышу и двигаться не собираюсь, просто не получится. В общем, этот же голос, который судя по всему, собирался из каких-то последних сил добавил:

– вы на мне лежите. При этом в голосе проскальзывали слегка властные и раздраженные нотки.

Громко произнеся:

– ой, простите. Мне очень жаль. Я принялся ползти со своей такой удобной лежанки в сторону, поскольку сил подняться у меня ещё не было. Отползя на небольшое расстояние от своей так полюбившейся за столь короткое время лежанки, я увидел маленького приплюснутого лягушонка на месте где лежал. За то время что я менял себе лежанку он успел подняться, и вот передо мной был он. Он же уже спокойно встал и начал пристально меня разглядывать. Решив все же прервать наше молчание, в течение которого мы разглядывали друг друга. Он первым произнес:

– сударь вы были не очень аккуратны, когда падали и не заметили меня. А в прочем, что ещё можно ожидать от такого несерьёзного и занятого только собой молодого человека. При этом он расправил свои маленькие почти невидимые плечи и тряхнул своей лапой, так как если бы смахивал пушинку или же готовился к тому, чтобы ему поцеловали руку как какой-то венценосной особе. Я открыл рот от удивления, речь лягушонка была очень правильной и такой необычной, что на мгновение я растерялся, как именно следует себя вести. Наконец взяв себя в лапы, я поднялся, а затем сел и произнес:

– прошу меня простить, я был очень напуган и не ожидал, что такое случиться прошу, прости меня за то, что я не заметил тебя. Меня зовут Матвей, а тебя?

– приятно познакомиться Матвей, я сэр Джаред. При этом он изящно наклонил голову в легком полупоклоне, а затем гордо задрал голову и принялся изучать меня с большим интересом. Его речь и манеры выдавали в нем аристократа. Мама любила нам перед сном помимо историй о похождениях и славных подвигах прапрадедушки (он когда-то помог вернуть старинный орден награду славного рыцаря, которая была похищена) и отца рассказывать еще и сказки. В них были короли и королевы храбрые отважные принцы и принцессы из царства зверей. Манера держать голову чуть наклонив ее набок и при этом в тоже время смотреть отчасти свысока, заставляла меня временами съеживаться и тушеваться, ведь не смотря на свой рост и то, что всё же я был больше лягушонка, было в нём, то, что заставляло меня чувствовать себя рядом с ним жалким и мелким. Его превосходство надо мной становилось очень очевидным и неотъемлемым. Тот же продолжил:

– ну-с, что побудило вас нарушить моё уединение таким весьма странным и необычным способом? Неужели вы решили свести счёты с жизнью по какой-то весьма и весьма незначительной причине, почему собственно и оказались здесь? При этих словах он как-то отчасти отчаянно покачал головой, словно бы говоря, чего еще могло произойти от такого беспечного существа. Так и хотелось сказать вот времена, никакого уважения к другим существам.

– о нет, только не это. А затем, вспомнив о приличиях и о том, что лягушонок всё же обращается к нему на вы, Матвей тоже решил вспомнить о манерах ведь, несмотря на свою такую живую натуру, он не только занимался изучением окрестностей и устройству мелких шалостей, но и основам этикета. Эту миссию на себя взял как ни странно дядюшка Мерлин. Он много рассказывал о том, что в их царстве тоже существуют свои касты сословия, и умение быть вежливым никому не помешало. Итак, я продолжил.

– Что вы сударь я шёл, прогуливаясь, любуясь окрестностями, как вдруг из ниоткуда появились собаки. Они стали меня окружать с намерением растерзать. Я стал отступать, ища место, где бы мог спрятаться от них, быть съеденным мне не очень хотелось. Но как назло стая окружала меня, загоняя и уводя всё дальше от любой возможности спрятаться от них. Но тут на улицу, на которой мы были, выскочила карета запряжённая четвёркой лошадей, которые неслись быстрее самого ветра, не останавливаясь. Собаки испугались и разбежались. А я запрыгнул на спину лошади, и ехал вместе с ними, уцепившись когтями за спину и одновременно зацепив роскошную гриву лошади.

Мы мчались всё дальше и дальше от того места где меня настигли собаки. Признаться, я даже не пытался слезть со спины лошади. Я наивно полагал, что слезу с неё тогда когда она успокоиться и они перейдут на менее спокойный ход. Но увы чем дальше мы уносились от того места тем быстрее они бежали словно их подгоняли сзади, но к моему счастью собаки нас оставили сразу ещё там на улице где я был и погони за нами не было. Мы бежали и бежали, не останавливаясь. Дорога стала петлять, и мне стало всё труднее удерживаться на спине, я продолжал цепляться, но возможно я устал или же был очень крутой вираж, только после очередного поворота, когда мы въехали на мост я все же не удержался и вот я здесь и стал невольным виновником вашей травмы. Вот собственно так все и было. До рассказав это, я кое-как принялся осматривать себя, тело было деревянным и слушалось меня с трудом, меня слегка шатало и качало. Но все же я не мог взять себя в лапы. На какое-то время снова наступила тишина, в течение которой мы с лягушонком продолжили изучать друг друга, после я всё же отвел глаза, потому как мне показалось не слишком вежливым, постоянно пялиться на сэра Джареда и решил посмотреть, куда именно я попал. Итак местность поражала своей красотой вокруг места где я лежал после того как упал, высилась высокая зелёная трава, кругом были камыши. Ещё раз все осмотрев, я поднял голову вверх и увидел мост, он был очень высоко над водой, опять мой кошачий бог меня спас. Итак, мы всё же решили продолжить. Сэр Джаред снова заговорил:

– откуда вы родом Матвей? Я не видел вас раньше в наших краях. А я уж поверьте, мне многих знаю. Так откуда ты?

– я живу в разрушенном замке том, что окружён огромным садом, там такие большие красивые деревья, одно из них упирается в крышу, так что из окна чердака можно допрыгнуть до него. Там много колючих цветов, которые очень вкусно пахнут. Рассказывая это, я не заметил, как увлёкся и мысленно перенёсся туда в мой дом тёплый уютный подвал и ласковый голос матушки, который всегда поучал меня за все мои бесконечные проделки. А также наставления дядюшки Мерлина. Закончив рассказ, я вдруг понял, что не знаю, насколько далеко я забрался от дома. Итак, я замер и ждал, что скажет мой новый знакомый, который ни разу не перебил меня во время повествования. Наконец он решил вновь заговорить, и вот тут я был снова поражён, сказанное им ударило меня в самое сердце. Оказалось, я действительно в это раз ушёл далеко от дома, и вернусь только глубоко за полночь, то есть тогда когда на небе появятся красивые серебряные точки, которые очень ярко светят, мама говорила это звёзды. Ночь их время.

После услышанного я резко встал хоть и, продолжая шататься, всё вновь закачалось передо мной. Я и представить не мог, что так далеко ушёл от дома. Мысль была только одна:

– ух и попадёт же мне за то, что так далеко опять ушёл. При этом хотелось поднять лапы вверх и положить их себе на макушку, мысленно принимая и соглашаясь со всеми упрёками и наставлениями за мой дерзкий и опрометчивый поступок. Стоило только об этом подумать. Как возникла одна ошеломительная мысль:

– А что на это скажет дядюшка Мерлин? Даже и думать не нужно, что именно он начнёт мне выговаривать по поводу моей очередной беспечности. Ой. Ёй. Ёй. Да такого поворота от сегодняшней прогулки я не ожидал. Я принялся расхаживать из стороны в сторону, так словно бы вёл диалог, с ними принимая их справедливые нотации и упрёки понимая всю их правоту и заранее готовый принять справедливое наказание за содеянное. Наконец, я решил взять себя в лапы. В самом деле, ведь ничего страшного не случилось. Здесь фортуна преподнесла свой дар и оказалась на моей стороне. Я был жив и вполне себе здоров, лапы были целы и ни одна шерстинка, ни один ус не пострадали. Что же было чему обрадоваться. Итак, я вышел из своих размышлений и терзаний и вновь обратился к лягушонку.

– Сэр Джаред не могли бы вы оказать мне услугу, и показать в какую сторону следует идти.

– ну что же я покажу, где находится ваш дом так уж и быть. Не будем ещё сильнее тревожить и без того растревоженное сердце вашей милой матушки. И даже побуду вашим сопровождающим, дабы самому убедиться, что вы теперь находитесь на нужном вам направлении, не свернёте с дороги и окажетесь по дороге к вашему дому. Сказав это, он оглядел меня с ног до головы, видимо, пытаясь так опять сказать, о том, какой я беспечный и беспросветный самонадеянный глупец который только спустя время осознал, что переделка, в которую попал, оказалась не так проста и легко не закончилась. И вот удостоверившись в правдивости своих суждений, он ещё раз наклонил голову, словно бы соглашаясь со всеми своими мыслями относительно моей скромной персоны и наконец, снова произнес:

– Итак, юный путешественник пора в дорогу. Сказав так, он снова опустился на землю. А после махнул лапкой в обратную сторону от места, где мы сидели и проговорил:

– нам теперь придётся возвращаться, я проведу тебя вдоль реки, так будет короче, и мы срежем путь к твоему дому. Сказанное очень обрадовало меня. Уже то, что я был не один, вновь вернуло меня к моему прежнему веселому жизнерадостному состоянию. Мое настроение улучшилось, жизнь заиграла, как и прежде красками. Как же важно когда рядом с тобой оказывается кто-то неважно кто именно это как надолго что свяжет вас но, оказавшись в определенный момент твоей жизни рядом с тобой, он дает тебе силы как бы говоря:

– не нужно отчаиваться, еще не все потеряно. Я пойду с тобой стану опорой и поддержкой на том участке пути, что нам суждено вместе пройти. Раньше до сегодняшнего происшествия я никогда не задумывался о том, важно ли чтобы в твоих путешествиях рядом с тобой был кто-то. Но сейчас оказавшись в таком положении, я вдруг почувствовал, что мне приятно, что рядом со мной есть попутчик, который поддержит, словом поругает и вновь, как ни странно будет говорить о моей беспечности. Эти мысли не пугали и не приносили какой-то горечи или сожаления. Наоборот было как-то тепло и уютно.

И вот я уже не маленький котёнок, попавший в беду и оказавшийся вдали от дома всеми покинутый и оказавшийся на краю неизвестности. Слабый, беспомощный. Нет, теперь я был словно бы ровней кому то и в тоже время этот кто-то оказавшийся рядом со мной вот чудо был и попутчиком и в тоже время опять же строгим наставником как тот же дядюшка Мерлин, который, о мой кошачий бог чудовищно любит меня поучать и указывать справедливо на мои недостатки. Оказалось за эти считанные мгновения я, безусловно, проникся доверием и уважением к тому кто, являясь маленьким и ещё более слабым, чем я, оказался сильнее и мудрее и готов предложить мне свою опеку, которой я не мог не подчиниться. Но самое главное я был очень рад тому, что у меня появился попутчик, тот с кем можно поговорить во время путешествия назад.

Глава 4. Новый друг и его история.

Наконец, сомнения были развеяны, страхи ушли куда-то глубоко, на самые дальние тайники моего существа и я наконец-то успокоился. Приняв всё случившееся и решив довериться сэру Джареду. Тот же тоже ещё раз, видимо всё обдумав, а возможно порассуждав о чем – то своём далеком и понятном только ему тоже что называется, вернулся на землю и произнес:

– ну что же юный путешественник пора путь не близкий. А затем мы тронулись в путь, он впереди я за ним след в след. Дорогой мы шли, переговаривались. Сэр Джаред оказался интересным собеседником. Вот ведь судьба и случай. Ещё один новый знакомый в моей жизни и отчасти новый учитель. Да поначалу он отругал меня и посчитал глупым и невоспитанным, но стоило нам с ним только заговорить, как и отношение ко мне сразу изменилось. Я просто стал котёнком, который решил как можно скорее стать взрослым сильным смелым, а главное самостоятельным. И в их глазах я был именно таким любопытным непоседой.

Во время нашего пути я постоянно крутил головой. Высокая трава скрывала красивые цветы и кусты, которые росли у берега реки, вдоль которой мы шли. Но также я не забывал смотреть себе под лапы на земле лежали маленькие камешки, которые были скользкие и одновременно острые, так что приходилось быть внимательным, чтобы не покалечиться. Сэр Джаред любезно отвечал на мои вопросы, которых к слову у меня оказалось великое множество. Как называется место, где мы находимся, далеко ли ещё идти. А самый главный вопрос, который меня интересовал, кем именно является мой спутник, признаться его аристократичные манеры меня восхищали.

Оказалось он действительно принадлежит к аристократам, он принц. К сожалению их, постигло большое несчастье. В его королевстве был переворот, в котором его отец и вся его семья пострадал, а трон забрал в свои хитрые лапы брат отца. Их вражда была долгой и кровопролитной. Я затаил дыхание, пытаясь понять как такое, может быть. И в тоже время я вспоминал своих братьев которые не раз подставляли меня перед матушкой рассказывая обо всех моих проделках, а уж про историю с деревом даже вспоминать не хотелось ведь тогда они были очень счастливы от того что у меня поначалу ничего не получилось. Как же все – таки это было всё не просто. Да. Я действительно был наивен, полагая, что все вокруг доброжелательны. Как же разобраться во всём? Решив больше не терзаться сомнениями, я задал этот вопрос своему спутнику.

– сэр Джаред, а почему так происходит? Почему нельзя жить в мире, отчего так происходит?

– видишь мой юный друг, этот вопрос на который порой ответа может и не быть

– как это возможно?

– всё просто и в тоже время и нет. Иногда соперничество это просто повод забрать понравившееся, то, что для тебя привлекательнее и желаннее всего. То без чего как тебе кажется, жизнь твоя совсем невыносима.

– но зачем

– просто так, из интереса или же жажды власти и наживы.

– как же мне понять это все? При этом я снова опустил глаза в землю. Так словно там могли найтись ответы на эти и другие мои вопросы. Как же все сложно.

Затем я снова спросил:

Скажите, а что можно делить в вашем мире, да и зачем, почему нельзя жить в мире и согласии, зачем что-то делить и отнимать? Мне почему-то казалось, что вам нечего делить и всем вполне себе хватает места. Ну, так, по крайней мере, я представлял.

– немного не так постреленок. Видишь ли, Матвей как бы ужасно странно и непонятно для тебя это звучало, но всегда есть что делить.

– как это?

– ну, для каждого своё и неважно, что это может быть

Услышанное вновь заставило меня опустить глаза вниз в поиске ответов. Я мучительно пытался понять те хитросплетения, о которых так много, и открыто мне говорили, но видимо я был слишком мал. И поэтому до конца не мог разобраться в них.

На самом деле в словах лягушонка скрывалась одна большая истина. Мир не всегда похож на белого красивого пони. В нём скрыты как светлые, так и тёмные стороны. Рассказывая о том, что произошло с его семьёй, он приоткрыл лишь небольшую завесу тайн мира. Для маленькой чистой открытой души это откровение играет большую роль. И дело здесь в том, что кто-то начинает во всём искать двойной смысл врагов там, где их нет и быть не может, начинает никому не доверять, поскольку знает не сам по себе, а со слов других, что жизнь коварна и не так прозрачна. И тогда жизнь становится невыносима. А может быть и наоборот, узнав о том, что подлость и коварство оказываются совсем близко, и тогда методом проб и ошибок своих собственных знаний и умений познаешь всё только на жизненном опыте и при личной встречи.

Жизнь похожа на красивое озеро, когда ты смотришь на него, тебя восхищает прозрачность воды, кажется что можно увидеть само дно. С другой стороны внешне небольшое оно оказывается глубоким и отчасти коварным, поскольку разные неприятности могут тебя поджидать там. Например, взявшийся из ниоткуда сильный водоворот, который станет тянуть тебя на самое дно, не давая возможности выплыть на поверхность и спастись. Причина тому течение. Оно поменялось и стало сильным, а иногда просто идёт мелкая рябь, которая может просто говорить о том, что оно живое и не такое безмятежное, каким ты его отчасти видишь потому, как тебя пленила только его красота, которая стала заметна под лучами солнца.

Сэр Джаред видя мой потухший взгляд тут же добавил:

– знаешь, не ты один не можешь понять, почему это происходит. Иногда ответ находится сразу как на ладони или же вот как камень что лежит у тебя на дороге. А иногда даже пройдя много времени став совсем взрослым ты так и не можешь понять натуру того или иного существа. И дело здесь не в том, что ты мал или же глуп, просто каждый из нас по-разному видит, слышит, думает и мечтает каждый тоже о своем собственном. Мне вот, например, интересно наблюдать за течением времени. Хоть каждый мой день и похож на предыдущий, но возможно и это не точно я сорвусь с этого моего временного пристанища и отправлюсь в путешествие куда-нибудь туда, где мне не приходилось бывать и ничто не будет мне напоминать о моем таком печальном и грустном прошлом, я, наконец, захочу идти вперед. Но пока я не готов отпустить то, что случилось. Мне ничего не хочется менять. Мне нравиться быть вдали от всего. Сказав так, он замолчал. Он снова погрузился в свои горестные мысли и при этом в его глазах, в которые посмотрел Матвей, было очень много всего, горечь боль неверие он словно бы заново проживал сейчас с котёнком все то, что произошло не так давно. Он остался совсем один в этом мире, но, несмотря на то, что случилось на предательство подлость он смог сохранить доброе сердце, он не остался равнодушным к беде другого существа.

Что же было дальше, спросите вы?

– А дальше мы шли в полной тишине, каждый думал о своем. Меня одолевали сомнения и прочие другие мысли. То, что всё не так просто я никак не мог уложить в своей голове. Как такое возможно чтобы милые с виду создания оказались коварными и жестокими теми которые не жалеют никого. Да. Возможно, сэр Джаред был прав. Я действительно еще слишком мал и не опытен чтобы разбираться в таких вещах. Но как это все было страшно. Неужели у взрослых не всё так красиво и просто как мне казалось. Как же разобраться что хорошо, что плохо? Где найти правильное решение? И как доверять, а главное кому, если в случае сэра Джареда врагом оказался близкий, семья. Как же все не просто и как же сложно это понять.

Вот и был первый серьезный урок, с которым мне удалось столкнуться. Мудрость, проницательность? Где же мне было её взять, откуда, если я мало чего знал и видел. А ведь по рассказам того же дядюшки Мерлина именно мудрость главный помощник в жизни которая помогает избежать многих неприятностей. Как же хотелось в очередной раз положить лапы на голову и покачаться так, словно бы произнося:

– бедная моя головушка. Мне казалось мыслям, которые в ней становится тесно. Они сталкивались, друг с другом как капли дождя относимые порывами сильного ветра. Нет. Я не отказался от мысли стать быстрее взрослым. Но стало понятно, что быть взрослым это очень ответственно, нужно принимать решения, быть готовым прийти на помощь другому существу, взять на время которое вас связало ответственность за него. Стать по возможности опорой и поддержкой тому, кто здесь и сейчас не слаб и беспомощен, а потерялся и сбился с пути и твой долг вернуть его на тот путь, по которому он шёл раньше ведь вести его другим опасным взрослым путем пока рано.

Каждый должен сам приходить на свой путь тогда когда придёт его время. Как ты сможешь это понять, что пора что-то менять и делать, всё просто. Это пойдёт изнутри тебя. Сила будет такой огромной, что противиться ей не сможешь, и тогда будешь знать, что сейчас ты готов ты можешь. Всё можно и нужно пережить, единственно, что для этого нужно это время и желание. И если это всё есть тогда совсем не страшно можно смело идти вперед.

Все эти и другие мысли продолжали одолевать меня пока я шёл вместе с лягушонком. Путь был не близким, поэтому было о чём и поговорить, и то о чём можно было помолчать. Открывшееся мне оказалось слишком тяжелым бременем для меня. Видимо действительно я был слишком юн, хотя….

Что значит возраст прожитые годы или пройденные испытания, выпавшие на твою долю? Вопрос ответ, на который становится понятным только тогда когда предстоит давать ответ за произошедшие события. Ответственность. Всегда нужно понимать и отчасти быть готовым к тому, что придется отвечать за содеянное и не всегда будет, так что за шалость придётся отвечать сидением в углу. Да уж жизнь действительно странная штука и порой весьма и весьма непредсказуема.

– Мог ли я так сразу начать сомневаться во всех и вся и стать подозрительным замкнутым? Нет. Пока об этом было рано говорить. Я только понемногу начинал узнавать этот мир и сталкиваться с его коварными и опасными сторонами. Страшно ли мне было от этого? Едва ли, страх был мне не то, что не ведом, я постоянно с ним боролся. Это был для меня как вызов самому себе, да и если по – настоящему что такое тот страх когда врагом может оказаться, кто угодно и ты не знаешь в какой момент, он нанесет свой удар. Брррр, о таком, конечно, я старался, как мог не думать. Слишком сильны во мне были правила что семья, то неприкосновенно, это твоя защита опора и поддержка всегда и везде что бы ни случилось. Я и верил в эти слова своей несравненной матушки и в тоже время не хотел идти против них. Хотя и опять же это происходило довольно часто, мы ссорились и дрались с братьями. Они не упускали случая, чтобы лишний раз посмеяться над моей невезучестью. После таких драк и суровых наказаний, которые за ними следовали, когда мы расходились спать, я чувствовал, как матушка наклонялась надо мной, целовала меня в нос, а затем едва ощутимо гладила лапой и проговаривала: ты мой маленький дикий кот Матвей. Мой непоседливый сыночек. Да не смотря на то, что я непоседа её тревога и любовь ко мне была сильнее, чем к остальным моим братьям и сёстрам. Она словно действительно принимала и понимала то, что я не просто отличаюсь от остальных её детей, но и как будто бы готовилась к тому, что я не просто рано или поздно её оставлю, как и остальные дети, а действительно уйду. Причем это может произойти в любой момент. Она видела, насколько я любопытен, и мне сложно сдерживаться, поэтому вот так она старалась как можно больше времени проводить со мной ведь она никак не хотела показывать нам, что кто-то из нас всех является для неё ближе, чем все остальные. Ведь я был точной копией отца и прапрадедушки.