Спорный вопрос, лорд-дракон!

Глава 1.1

Как же сложно отыскать любовь!.. Настоящую любовь, тем более. Еще сложнее понять, как это сделать?! Который день бьюсь над поставленной задачей, а решение никак не находится. Нет ответа в древних текстах, вот досада!

Оглянулась на длинные ряды книг на полках библиотеки, отметив идеальную и строгую расстановку. Благодаря чему можно найти практически что угодно, не прибегая к посторонней помощи. Чего мне крайне не хотелось делать. Тему исследования я выбрала, мягко говоря, провокационную.

Магчасы на столе библиотекаря коротко дзынкнули и над ними четко проявилась раздражающая цифра в шестьдесят минут. Это подстегнуло искать активнее.

Перелистнула очередную тяжелую страницу и замерла, впившись глазами в мелкие ровные буквы старинного текста. Неужели удача?! Не может быть!

- Силь, кажется, я нашла что-то крайне интересное! - нетерпеливо позвала своего маленького помощника.

Сама же склонилась над старинной рукописью и стала внимательно изучать текст. Так и есть. Наконец-то, поиски увенчались успехом!

- Инструкция для будущих невест. Вот это да!

Золотое писчее перо мягко спланировало на стол передо мной и вопросительно запищало, привлекая внимание. Я лишь отмахнулась. Силь вечно ревновал, если мне удавалось опередить его в чем-то. Хотя он и был простым магическим пером, но гордо именовал себя моим главным наставником. А еще хранителем девичьей добродетели. Причем, всегда не к месту.

В этот послеполуденный час в библиотеке было тихо и спокойно. Первые лекции уже завершились, дальше гимназистки получали свободные часы для обеда и отдыха. Во второй половине дня в расписании обычно стояли индивидуальные или групповые занятия.

Я же предпочитала каждую свободную минуту посвящать делу. Вот и сейчас, вместо прогулки или пустой болтовни, занималась поисками в архивах. Не первый день, честно говоря. Поэтому долгожданная находка принесла облегчение. Я уже отчаялась выполнить задание к сроку!

Вернувшись к найденному тексту, удобнее развернула рукопись, аккуратно зафиксировала края на деревянной столешнице и принялась диктовать Силю заинтересовавшее меня древнеинглийское наставление по поиску жениха.

Кончик пера так и летал по поверхности бумаги. Мы всегда работали слаженно, одной командой. Поэтому удалось выписать инструкцию до конца рабочей смены господина Аппрекота. Он один позволял гимназисткам засиживаться за старинными манускриптами без специального разрешения от преподавателя. И часто закрывал глаза на наши маленькие хитрости при подготовке домашних заданий.

Из библиотеки я выходила крайне взволнованная своей находкой. Впереди замаячила надежда сдать зачет по магическим заклинаниям древности на «отлично». Нужно всего-то доказать подлинность одной маленькой инструкции. Каких-то пяти несчастных пунктов. Мелочь!

Неважно, что жених мне нужен, как третья нога. Главное, убедить профессора Ставроса в истинности выведенной мной ранее теории: что любовь — это лишь иллюзия, эмоция, которую влюбленный придумывает себе сам. И что это возвеличенное всеми чувство можно взрастить умышленно. Не говоря уж про существование разного рода любовных заклинаний, запрещенных в нашей благословенной стране, но, по словам знающей служанки, активно применяемых всеми и везде.

Я летела в наше крыло общежития, прокручивая в голове этапы реализации дипломного проекта в целом и инструкции в частности, совсем не смотря по сторонам. Силь успел только предупредительно пискнуть, как я со всей силы врезалась в чью-то мощную и весьма крепкую мужскую грудь в щегольском костюме.

Упасть мне не дали, мягко придержав за плечи. Зато ученическая сумка не удержалась и громко шлепнулась на паркетный пол. А из нее посыпались вещи. Куча моих вещей!..

Листы с записями стаей разлетелись по всему холлу. Я с трудом подавила горестный вздох. Силь же, не сдерживаясь, тоненько взвыл и раздраженно запульсировал, намекая на чью-то торопливость и бестолковость.

- Полегче, молодой ученый. Так кости не соберешь однажды, - насмешливо прозвучало над ухом.

Поправив сползшие на нос окуляры, я встретилась взглядом с моим самым ненавистным насмешником — Габриэлем Сторнбрейком. Прошу не любить и не жаловать!

Ибо этот бессовестный гад - он же князь Оршанский собственной персоной, он же любимец всех женщин светского общества Ирнистада, он же старший брат моей лучшей подруги — с самого детства насмехался надо мной и моими научными экспериментами!

- Что Оршанский, распугал всех светских дам и решил перекинуться на гимназисток?

Ярко-зеленые глаза блеснули озорством в ответ. Молодой мужчина мягко выпустил мои плечи, отстранился и сунул руки в карманы брюк. На утонченном, не лишенном мужественности, лице расплылась ненавистная мне ухмылка. Небрежным движением Гэб поправил упавшую на широкий лоб прядь каштановых волос и тихо рассмеялся.

- Да брось, Аддингтон. Я пришел с миром! - он показательно выставил ладони вперед. - А, вообще-то, матушка просила передать послание для Джинни. Но раз я встретил тебя, думаю, сестрицу искать не нужно.

Я только демонстративно закатила глаза, наклонилась и стала собирать разбросанные вещи.

- Повидаться с единственной сестрой, по всей вероятности, ты не жаждешь, - не удержалась я от шпильки.

Впрочем, надо отдать Габриэлю должное, он задержался лишь на пару секунд, но тут же молча присел и стал помогать. Хотя лучше бы он этого не делал, честное слово.

- Инструкция для будущих невест? Серьезно?!

Конечно же, в руках моего главного идейного врага должна была оказаться именно эта запись. Что за везение с утра пораньше!

На холеном лице отразилась вся гамма чувств - от удивления до недоумения, если не шока.

- С каких это пор в Институте благородных девиц стали давать уроки по соблазнению? Или я что-то пропустил?!

Я немедленно попыталась вырвать несчастный листок из рук Сторнбрейка. Ожидаемо, попытка не увенчалась успехом.

Щеки горели от смущения. Еще никогда в жизни я не попадала в такое неловкое положение. Надо же было именно главному ловесалу столицы поймать меня за подобным исследованием. Теперь он вечность будем напоминать мне об этом инциденте и задушит своими издёвками!

Пока я собиралась с мыслями, Силь решительно встал на мою защиту. Магическое перо стремительно спланировало перед изрядно опешившим Сторнбрейком и стало грозно высказывать ему свое недовольство.

К сожалению, это произвело обратный эффект. Габриэль просиял предвкушающей улыбкой победителя.

- Я не понимаю, что ты там грозно пищишь, малыш! Но уверяю, хозяйке твоей это никак не поможет.

Он потряс уже ненавистным мне листком. Мы с Силем одновременно предприняли очередную попытку его вернуть. Увы, безуспешно.

- А-а-а, - рука с листком мгновенно оказалась за спиной у Гэба, - попрошу не хитрить, господа исследователи. Разберемся во всем по порядку.

- Брось, Гэб, тебе бы с собственным гаремом разобраться. Оставь науку мне, а сам иди, куда шел, - постаралась перевести все в шутку, пока еще не было поздно.

Одновременно я предприняла обманный маневр в попытке обойти этого наглеца и забрать краденное. Но ко мне ожидаемо поворачивались лицом или ловко уворачивались. В итоге этот гад, подвид благородный, поднял злосчастный листок над собой, прокашлялся и... стал зачитывать пункты инструкции вслух! Прямо посреди холла института!

- Благородные леди, позвольте познакомить вас с первым правилом будущих успешных невест. Важно с первой встречи привлечь и удержать внимание вашего потенциального жениха…

Слова, произносимые мощным баритоном с явно издевательскими интонациями, эхом разносились по всему учреждению.

Несколько гимназисток из нашего и параллельных потоков, а также парочка преподавателей в недоумении остановились неподалеку и невольно прислушались.

- О-оу! - отчетливо пропищал Силь.

Кто знает, какие слухи вскоре поползут по столице! А кроме того, я не намерена терять шанс на успешный зачет. Это надо прекращать немедленно!

Решение пришло мгновенно. Магическими потоками я резко подняла и со всей силы опустила свою тяжелую ученическую сумку на голову Сторнбрейка.

Лучше пусть сплетничают о покушении на убийство, чем — не дай боги! — о вероятном любовном интересе между Беатрис Аддингтон и молодым князем Оршанским.

Но этот бессовестный негодяй даже не почувствовал удара! Многострадальная сумка, как шарик, отскочила от магического защитного поля Сторбрейка, совершила головокружительный кульбит в воздухе и коричневой лужицей снова растянулась на паркете.

Не совсем тот эффект, на который я рассчитывала. По крайней мере, Габриэль замолчал. Плохо, что глаза горят лукавством. Явно задумал очередную пакость, негодник! И за что мне все это?!

- Прекрати меня позорить! - прошипела я.

Потом грозно подступилась к мужчине и вырвала, наконец, листок с записями из его рук.

- Нравится из себя клоуна изображать, милости прошу в императорский цирк. Думаю, там тебе подберут и костюм, и соответствующий реквизит.

Габриэль лишь довольно хмыкнул и развел руками.

Я не стала ждать продолжения концерта, подхватила сумку, пыхтя покидала в нее раскиданные вещи. Благо, Силь активно помогал. Не прощаясь, пулей ринулась в сторону комнаты, чтобы поскорее скрыться от посторонних глаз и не убить одного наглого аристократа.

Но меня и не думали оставлять в покое.Сторнбрейк не только последовал за мной в женское общежитие в разгар дня, так еще и зашел внутрь девичьих апартаментов, дав пищу многочисленным домыслам и сплетням.

- Ты что творишь? Совсем стыд потерял?! - накинулась на него.

Силь что-то грозно пропищал, поддерживая хозяйку, и ощерился всеми своими пушистыми бородками. Габриэль же мягко отодвинул перо в сторону и мы замерли, стоя нос к носу. Хотя для этого ему пришлось наклониться, а мне — выпрямиться во весь свой скромный рост. Ведь кое-кто был практически на голову выше хрупкой гимназистки.

- Нет, это я спрошу: что ты творишь, Беатрис?! Что за ерунду я там прочел?

Стоит и смотрит тут на меня! Грудь колесом, застегнутый на все пуговицы, пиджак и брюки сидят как влитые, а под рукавами явственно угадываются тугие рельефные мускулы. Широкий разворот плеч, красивый мужественный силуэт и пронзительный прищур ярко-зеленых глаз. Такой насыщенный цвет радужки бывает только у представителей древних драконьих династий.

Вот ведь счастье привалило. И все мне одной!

- О какой инструкции идет речь?

Глава 1.2

- Далась тебе моя инструкция! - раздраженно всплеснула руками и поспешно отстранилась. - Что ты прицепился, как лист ехидны к открытой ране?!

На мой выпад Габриэль лишь приподнял вопросительно бровь и скрестил руки на груди, давая понять, что не отвяжется, пока не получит объяснение. Вот ведь приставучка!

И Джинни как всегда нет на месте, чтобы отвлечь братца от замученной его вниманием подруги. Хоть бы Мардж раньше времени с практического занятия вернулась.

Мы постояли пару минут, буравя друг друга недовольными взглядами. И я поняла, что спасение не придет. И тяжко вздохнула. Придется как-то выкручиваться самой.

Зачем только я схватилась за этот проект?! Нужно было выбрать другую, более серьезную тему для исследования. Но девочки вечно подшучивают надо мной и моим неверием в любые искренние чувства между мужчиной и женщиной.

Я настаиваю, что чувства — переменчивы, как прогноз погоды. И если Мардж еще готова частично разделить мою точку зрения, хотя и с оговорками. То Вирджиния выступает за любовь и отношения, считая брак и семью — верхом женского счастья.

Б-р-р-р, аж передергивает от одной только мысли, что какой-то мужчина может стать центром моей жизни. Ну уж нет! Наука и только наука — вот главная моя мечта!

Очередной раз наткнувшись на любопытный взгляд, я сдалась и жестом предложила Габриэлю сесть за стол переговоров. Вернее, попытаться. Потому что мой письменный стол был буквально заставлен-завален разными колбочками, скляночками, рукописями, фолиантами и другими рабочими инструментами будущего архивариуса.

С трудом нам удалось приткнуться с краю. Я достала лист со староинглийскими наставлениями по поиску жениха и развернула его перед Сторнбрейком.

- Понимаешь, это мой дипломный проект. Я собираюсь доказать, что чувства поддаются контролю и мы способны решить: уступать любовным чарам или нет.

Теперь брови Гэба удивленно поползли вверх.

- Что значит, поддаются контролю? Ты подразумеваешь… любовь? Мы про нее сейчас говорим?

- И про любовь, и про влюбленность… - уточнила я. - Все чувства можно отследить. Работая, по определенным схемам, подстраивая обстоятельства должным образом, правильно выбирая место и время, есть шанс вызвать определенные эмоции у кого-угодно, понимаешь? Такие как, например, пресловутая любовь или жгучая ненависть.

Незаметно я увлеклась и углубилась в детали, разумно рассудив, что мужская точка зрения мне не помешает, но добавит результатам авторитетности.

Мой собеседник задумался, стал слушать внимательнее. Вот только на его лице с каждым словом проступало все большее недоумение.

- Гэб, любовь - это та же эмоциональная реакция, просто более мощная, нежели остальные. Ее можно сравнить с ненавистью, только она прямо противоположна, верно?

Сторнбрейк ожидаемо кивнул и я с еще большим жаром продолжила:

- Давай представим ситуацию, когда сначала объект оказывается в неловком положении. Потом, словами или действиями, вызываем у него ответную негативную реакцию. К примеру, агрессивными поступками добиваемся, скажем, неприязни! Просто нужно хорошо изучить объект и, как говорит мой папа, «бить точно в цель». Ту же схему можно применить, чтобы спровоцировать чувство любви и привязанности! - Я щелкнула пальцами, словно в подтверждение. - Все просто!

Несколько минут в комнате стояла оглушительная тишина. Все это время Габриэль испытывающе изучал меня, чем смущал несказанно. Я даже пару раз поерзала на стуле и нервным жестом поправила начавшие съезжать окуляры.

Силь тоже притих. Лишь пушистая часть магического пера едва заметно колыхалась. Если бы у него была голова, он бы ей неодобрительно покачал.

- Не знал бы тебя с детства, решил, что ты надо мной издеваешься, Беа… - нарушил молчание Габриэль. - Но так даже страшнее. Ведь ты, по-видимому, искренне веришь в свою теорию.

Я возмущенно засопела. Кому я только доверилась? Это же светский ловелас и кутила Сторнбрейк!

- Ты понятия не имеешь, как проходит настоящий эксперимент. - Ринулась в свою защиту. - Да и о настоящей любви тебе, вероятно, известно лишь с чужих слов.

Не обращая внимания на потемневшее лицо Габриэля, ехидно продолжила:

- И тебе ли не знать, как вызывать… хмм… разного рода непотребные чувства у женщин всех мастей, не так ли?

Габриэль посмотрел как-то слишком по-мужски, оценивающе и тихо хмыкнул. Немного потерев подбородок в раздумьях, уже через минуту он протянул руку для рукопожатия.

Я же — невольно! - не могла не отметить, какие у него длинные крепкие пальцы, а движения рук — плавные и точные, словно у искусного музыканта, ловко играющего на инструменте.

Но произведенный эффект тут же испортила издевательская усмешка, что расцвела на губах мужчины. Я сглотнула, сбитая с толку странной реакцией.

- Спорим, твой эксперимент провалится? - тихо проговорил этот насмешник.

При этом его лицо оказалось непозволительно близко, так что я смогла рассмотреть золотистые искорки в посветлевших глазах. Следующую фразу Гэб практически выдохнул мне в губы.

- Ведь чувства контролю не поддаются, Беатрис.

Несколько секунд мы неотрывно смотрели друг на друга. Два взгляда сцепились: его — прямой и заинтересованный, мой — напряженный и решительный. Словно между нами протянулась невидимая нить...

Дальше, стараясь быть ненавязчивым, взгляд Габриэля быстро пробежался от моего лица к сжатым в кулаки рукам, мягко скользнул по фигуре, затем вернулся к глазам. А у меня неожиданно сбилось дыхание и я ощутила, как к щекам приливает кровь.

В смущении я первая разорвала зрительный контакт. Но через несколько секунд бросила короткий любопытный взгляд на Сторнбрейка — он продолжал неотрывно смотреть: зрачки расширены, брови слегка приподняты, ироничная улыбка играет на губах, а в глазах едва заметно, но отчетливо мелькает лукавый огонёк. Да он насмехается надо мной!

И тут меня разбирает азарт. Хотя я, в целом, склонна к спорам и состязаниям, но умею контролировать свои порывы. Это же было нечто другое. Это был вызов, который я, Беатрис Аддингтон - без пяти минут великий архивариус, попрошу заметить! - не могла не принять.

- Спорим! - Я решительно пожала протянутую руку и повторила. - Спорим, что мне удастся не только вызвать любовь в изучаемом объекте, но и получить… предложение руки и сердца! Так-то, Сторнбрейк!

Боги, и кто меня за язык тянет?! Что за чушь я несу!..

Показалось или в небе что-то подозрительно громыхнуло?! Гроза что ли назревает…

Так, соберись, Беатрис. Не это сейчас важно. А то, что меня — серьезного ученого! - развели на дурацкий спор!

Но сердце уже пропустило удар и забилось вновь пичужкой. Причем непонятно, по причине ли неожиданного спора или из-за невероятно волнующего ощущения моей руки в горячей мужской ладони?

Габриэль не отпустил руку сразу, когда я аккуратно потянула. Вместо этого — мягко сомкнул пальцы вокруг моей ладони, задержав на полпути. Ни давления, ни спешки: только легкое, почти невесомое прикосновение, в котором чувствовалась невысказанная важность этого мгновения. Его ладонь была теплой, а рукопожатие — крепким. Но мне оно показалось чересчур нежным.

Силь все это время обеспокоенно метался между нами, выказывая недовольство и пытаясь призвать нас к порядку. Напряжение нарастало.

- Принято! - нарушил Габриэль томительную тишину и нехотя разжал пальцы. Мы выпрямились на стульях, как готовые стреляться дуэлянты.

- Ставкой для тебя будет… бал дебютанток. Я желаю, чтобы после твоего скорого и оглушительного провала в глупом эксперименте, Аддингтон, ты дебютировала в этом году! На этот раз ты не отвертишься, Беа.

У меня брови полезли на лоб от возмущения. Я подскочила со стула и стала наматывать круги по комнате. Значит так, да?! Решил подловить меня, хитрый интриган!

Вот уже третий год мне удается успешно избегать этой великосветской экзекуции. Что, думаешь уже выиграл?! Ну нет! Теперь у меня просто нет ни единого шанса на провал. Ноги моей не будет на бале дебютанток!

- Ни о каком выходе в свет и речи быть не может! Зная, как я отношусь ко всем этим глупым увеселениям, ты не мог предложить ничего более унизительного?!

Я остановилась прямо перед его наглым носом, уперев руки в бока. А он даже не думал встать - прям, истинный джентльмен, как же! - и продолжал сидеть, в то время, как леди приходилось буквально нависать над ним. Поэтому моя обвинительная тирада превращалась в какой-то фарс.

- Ты сама это начала. И теперь победа уже у меня в кармане, - расплылся этот каверзник в ехидной улыбке. - Думаю, тебе пойдет золотой цвет. И перья разных расцветок. Говорят, они станут писком предстоящего светского сезона.

Он откровенно издевается надо мной!..

Наконец, Сторнбрейк соизволил медленно встать. Он прошел мимо к выходу, успев потрепать меня по щеке, как расшалившегося ребенка, и почти вышел, когда я опомнилась.

- Стоять! Мы не договорили!

Габриэль обернулся и глянул вопросительно. Вот ведь наглец! Хотел обвести меня вокруг пальца, заговорив мне зубы. Но меня не так просто сбить с толку.

- Ты ничего не забыл? - в нетерпении я пару раз постучала носком туфли. - Свою ставку я принимаю. А что насчет твоей, Габриэль?!

- Разве не я благородно помогаю тебе - можно сказать трачу свое бесценное время! - в важном научном эксперименте?!

И такое невинно-оскорбленное выражение на лице, что диву даешься! Но я-то выросла рядом с этим родовитым пронырой. Не ты один знаешь слабые места противника, князь!.. Как тебе такой ход?

- Примешь участие в императорской регате! - сказала и чуть не прикусила себе язык.

Глава 1.3

Габриэль отпустил ручку двери и медленно повернулся. Я нервно сглотнула.

Засунув руки в карманы и сверля меня нечитаемым взглядом, он стал плавно приближаться бесшумной походкой хищника. Так что Силь, опасаясь за сохранность глупой хозяйки, отрывисто взвизгнул, метнулся и завис между нами. Маленький мой защитник.

Впрочем, я и сама поняла, что слегка переборщила в стремлении досадить ближнему моему, и виновато стушевалась.

Еще были свежи воспоминания о проходившей три года назад регате, ставшей для семьи Оршанских тяжелым испытанием. С тех пор молодой князь поклялся в гонках не участвовать.

Но тут я вспомнила про ненавистный бал дебютанток и приободрилась.

- Уравниваешь ставки, Беа? - правильно понял мой маневр Габриэль.

- Пи-пи — подтвердил Силь вместо меня.

Слава богам, звенящую тишину вдребезги разбили ворвавшиеся, как стремительный вихрь, Вирджиния и Марджери, мгновенно наполнив комнату звонким смехом и праздной болтовней.

Девочки, вы вовремя, как никогда!

Впечатлительная Джинни, всегда элегантная и свежая, даже в застегнутой наглухо форме гимназистки, и дерзкая и своенравная Мардж, которая может положить на лопатки нашего преподавателя по защитным искусствам. Мои лучшие подруги!

Одна — ослепительная блондинка с небесно-голубыми глазами, легкая на подъем и умеющая находить язык со всеми вокруг. Другая — честная и принципиальная брюнетка, импульсивная, как вспышка молнии, и упрямая, как тысяча мулов. Вечно попадает в неприятности, потому что говорит, что думает, и безрассудно бросается в любые авантюры.

Правда, Мардж — брюнетка с рождения. Недавно же, и крайне неожиданно для всех, ее длинные темно-каштановые волосы приобрели ярко-лиловый цвет из-за внезапно проявившейся магии Искателя. Результатом стала страшная семейная ссора и приглашение в Академию магии Рейна-Карр для дальнейшего обучения, после выпуска из Института благородных девиц.

- Брат, не ожидала тебя увидеть! Матушка прислала? - сразу перешла к делу Джинни. Она слишком хорошо знала своего старшего брата, чтобы не понять причину его внезапного появления в институте. - А мы спешим в столовую. Вот забежали по дороге…

Словно не замечая сгустившегося в помещении напряжения, девочки стали метаться по комнате, собираясь на факультативные занятия. У каждой из нас было довольно плотное расписание, ведь мы заканчивали учебу в этом году. Оставались только преддипломная практика, защита итогового проекта и долгожданный выпуск.

Феник и Мэй-Мэй, родовые фамильяры подруг, метались вместе с ними.

Если у Феника, детеныша котокрыла, хотя бы были лапы и крылья ему в помощь, то малышке Мэй, крохотному кустику, издалека напоминающему смешной пушистый шарик, постоянно приходилось цепляться корнями-лапками то за одежду, то за волосы Джинни, чтобы не упасть и не упустить деятельную хозяйку.

Мэй-Мэй относилась к семейству «кипариус» - подвиду миниатюрных магических растений. И досталась Джинни от ее далеких предков — выходцев с легендарных блуждающих Небесных островов, прародины истинных драконов.

Между тем Габриэль окинул меня пристальным взглядом напоследок и мгновенно преобразился, вернувшись в привычный образ насмешника и доброго старшего брата. Я незаметно перевела дух. Пронесло!

Так уж повелось, что мы втроем оказались у него под присмотром. Вирджиния — со дня рождения, как младшая сестра, я — с малых лет, когда родители купили дом рядом с городским особняком Оршанских, а Марджери — восемь лет назад, оказавшись в одной с нами комнате в общежитии.

- Так что хотела мама? - напомнила о себе Джинни.

- Ты же ее знаешь… - лениво пояснил Гэб. - Нервничает перед приездом родственников. День Равноденствия стремительно приближается, сестренка. Накидала тебе кучу важных поручений…

Он достал и передал сестре пухлый конверт. Джинни тяжко вздохнула, но вскрывать не стала, небрежно бросив тот на стол и продолжив сборы.

- А что вы тут замышляете? - резонный вопрос Мардж застал нас врасплох.

- Э-э… - только и смогла выдавить я. Глянула вопросительно на молчавшего Сторнбрейка, сомневаясь, стоит ли посвящать девочек в наш неожиданный спор.

Ситуацию спас Силь. Он спланировал на мой письменный стол, смешно выпятил пушистую грудь, явно изображая Гэба, даже пушистый кончик золотого пера стал подозрительно похож на прядь волос, и начал важно расхаживать из стороны в сторону.