Эра единства

— Интересная выходит картина: я, значит, буду за тебя всю работу делать, а ты тут будешь весь такой красивый расхаживать и зарплату получать просто так. Вы маги совсем обнаглели, прикрываете один другого. Сидите на наших шеях и карьеры себе строите, — он широко развёл руки, продолжая приближаться. — Думаете, мы всё стерпим? А вот не тут-то было. Начищу сейчас тебе рыло, и твой друг тебя не прикроет!

— А не слишком ли громкие слова для простого человека? — Легрон подошёл к коллеге и склонил голову, приближая рот к его уху. — Угомонись, бестолочь, не-то выкину тебя сейчас в окно. Я сегодня не в духе.

— А ну, давай, рискни здоровьем, — задиристый полицейский сжал ладони в кулаки и несколько раз попрыгал на месте, как это делают боксёры, только что взойдя на ринг.

Мимолётная вспышка, и полицейского, словно сдуло. Никто не успел заметить, что произошло, но все схватились за голову, вытаращили глаза и переглядывались, пытаясь найти ответ в источающих ужас взглядах коллег.

Легрон пошёл дальше, будто ничего не случилось. Он не видел, что происходило за его спиной, но слышал топот и суетливые возгласы полицейских, бегущих оказать помощь поверженному приятелю.

Никто больше не посмел ему ничего высказать или встать на пути, и Легрон уже через пару секунд дёрнул ручку двери и без всякого стука вошёл в кабинет Ролина.

Тот сидел за столом, склонив голову, и читал протокол в планшете, даже не удостоив вошедшего хотя бы беглым взором:

— Я слышал звон стекла. Ты опять выкинул Ласуна в окно?

— Неееет, — вздымая брови чуть ли не до самой вершины лба, Легрон широко раскрыл глаза и быстро, выдавая узкую амплитуду, помотал головой. — Нет.

Он закрыл за собой дверь и присел на ближайший к правой руке начальства стул.

— Как там родители Лисмы? Не довёл их до сердечного приступа своими речами? — уперев локти в столешницу, он поднял планшет перед лицом, продолжая выгрызать взглядом оттуда информацию.

— Нет. Всё с ними в порядке. Я был предельно вежлив, — он опустил голову, складывая ладони на столе и переплетая пальцы. — Сам поражаюсь своей тактичности.

— Вот и хорошо, — растягивая слова, начальник полиции и дальше шерстил текст отчётов. — Вот, читаю доклад вашего со спецагентом «приключения» в заброшках и ничего понять не могу: на лицо явное сокрытие большого количества информации. Что у вас там случилось?

— Если вкратце, — Легрон вздохнул, повернув голову затылком к начальству и посмотрев в белую чистую стену, — один старый знакомый испугался прихода чёрной луны и решил для борьбы с ней набраться сил путём пожирания иных разумных существ.

— Опять эти бредни… — Ролин отложил планшет и, сложив руки на столе, посмотрел на Легрона, не моргающим наивным взглядом.

— Я видел скрижали, Ролин. Держал их в руках, — переведя взгляд на часть столешницы между своих локтей, Легрон потёр лоб кончиками пальцев левой ладони: виски пульсировали, притупляя слух; в черепной коробке, будто катался чугунный шар от стенке к стенке, со звоном в них врезаясь. — Они были созданы ещё до зарождения человечества. До появления динозавров: эти таблички столь древние, что впору процитировать Данте.

— Кто же их тогда создал? И как ты их прочитал, если они созданы ещё до появления людей, на каком языке они были? — начальник полиции усмехнулся, дёрнув плечами и помотав головой.

— На языке магии. Стоило любому существу обладающему магией прикоснуться к скрижалям, как он тут же понимал всё написанное. Знаешь, это как когда книги читаешь: ты букв не видишь, а сразу картинку в голове представляешь. Вот на это похоже. Всё моментально представляется в голове. Вся суть, — Легрон медленно потёр ладони, крепко прижимая их друг к другу, будто хотел что-то растереть между ними. И хмурился. С каждым мгновением его брови опускались всё ниже.

— В это ещё можно поверить, но создал-то их кто? Ещё до людей, как ты говоришь, — Ролин нервно несколько раз погладил подбородок, боясь верить словам друга.

— Каждая скрижаль была подписана именем «Дирас», однако мне это ни о чём не говорит, — Легрон повернулся и посмотрел в глаза другу. — Рассказы о разрушителях миров не вымысел, поверь мне.

— Сложно в такое поверить, — Ролин отвёл взгляд влево, повернув туда же голову, и поводил языком по внутренним сторонам щёк. — Может и поверил бы, увидь я эти манускрипты. Зачем вы их уничтожили? — Резко повернувшись к другу, он кивнул в его сторону, прищуриваясь.

— Чтобы люди до них не добрались и не поняли, что мир куда сложнее, чем им кажется. Не стоит нагонять панику. Есть знания, которые лучше оставлять среди посвящённых и не нести в массы, — Легрон криво улыбнулся, отворачиваясь от друга. Он был уверен, что тогда, почти шесть тысяч лет назад, они правильно поступили, уничтожив даже малейшие намёки на существование разумной жизни на земле до появления человека. Но взгляд Ролина заставил в этом на секунду усомниться.

Ролин перестал сверлить взором товарища, согнул правую руку, поставив локоть на стол, и упёрся в кулак нижней губой и кончиком носа:

— Я уже полвека начальник полиции всего города и не хуже тебя знаю, что не всё стоит предавать огласке, но уничтожать улики… — Слова, по большей части, улетали в кулак, тем не менее Ролина всё равно хорошо было слышно.

— Нет такого места, в котором можно было бы надёжно что-то спрятать на многие тысячи лет, — вздыхая и хлопая ресницами, Легрон потёр левым большим пальцем костяшки правого кулака, словно сжимал в нём ещё какие-то тайны.

— Тебе виднее. Что ж, ты со мной информацией поделился, теперь моя очередь. Ты же не думал, что я тебя только ради отчёта вызвал, — начальник полиции взял со стола планшет, несколько раз провёл по экрану пальцем и передал устройство подчинённому.

Легрон принял пластиковый прямоугольник от босса, и брови у древнего волшебника подскочили тут же, едва он взглянул на экран:

— Это та девушка, убитая прошлым утром. Наконец-то, информация по ней. Миралин Ариш, тридцать два года, медсестра-акушер, работала в перинатальном центре номер восемь. Как и тот мужчина. Надо наведаться туда. Последний звонок был Севильду Грумбусу. Сперва опрошу его. А что насчёт оборотня, которому я перевёл деньги? — оторвавшись от планшета, Легрон поднял голову, вопросительно смотря на начальника.

— Ничего, — Ролин отклонился на спинку кресла, разводя руки в стороны и пожимая плечами. — Ты перевёл деньги неизвестному пользователю.

— Это шутка, что ли, какая-то? — Легрон сдавил планшет, до скрипа сжал зубы, а в его глазах вспыхнуло гневное пламя. — Мы на деньги налогоплательщиков создали пять нейросетей, дабы следить за всеми действиями граждан. Они могут очень сильно не понять, если система даст сбой. Скажут, сегодня вы отказываетесь следить за каждым нашим шагом, а завтра, что, перестанете бить нас дубинками за проявления свободомыслия? Так не пойдёт: мы на такое не согласны. И перестанут после этого платить налоги. На что мы с тобой тогда будем жить?

— Не паясничай! Сам удивлён, — цокнув языком, Ролин посмотрел на ножки стола, не зная, куда девать взгляд под напором Легрона. — Но ты перевёл деньги неизвестно куда.

— Да как такое возможно?! Нейросеть “Диоген” отслеживает все финансовые переводы в городе! Она занимает четыре этажа в башне городской администрации! Если из её серверов буквы выкладывать, роман написать можно! И ты говоришь мне, что она не справилась?! — Легрон вскочил и, смотря прямо на Ролина, указал рукой в стену позади себя, в направлении, где по его предположению во многих километрах вдалеке находилась администрация.

— Представь себе! — Ролин тоже закричал, растрясывая перед собой руками. — Думали, следим за всем, а, оказывается, есть лазейки. И твой перевод тому типу отследить невозможно, мы не можем установить, кто это был.

— Ой, бред!!! — Легрон грохнулся на стул и закрыл лицо ладонью. Секундное затишье, и он повёл ладонь вниз, словно вытирал с лица разочарование. — Ладно, а что насчёт камер? У Сократа серверов раз в пять больше, чем у Диогена, уж отследить перемещения того бомжа-оборотня он должен был. Все камеры города подключены к этой нейронке.

— Ни-че-го… — Начальник полиции сложил ладони на затылке, долго и протяжно выдыхая, будто внутри него кипел чайник, и надо было выпустить пар.

— Вот не смешно сейчас, — лицо Легрона краснело всё сильней, ноздри раздувались всё больше, а глаза практически не моргали (он едва не кипел от злости).

— Никто и не шутит, — Ролин помрачнел. Кривя лицо, он смотрел по сторонам, не желая пересекаться взглядом с Легроном. — Сам знаешь, обладая магией несложно пройти незамеченным для камер. А оборотни, это вымирающий вид: они помешаны на скрытности, это основа их выживания. В связи с этим, у них законодательные поблажки есть, позволяющие им обходить некоторые системы слежения. В особенности, касающиеся их денежных переводов, ибо по ним легче всего установить личность.

— Но это не касается полиции, — Легрон всем телом повернулся к боссу, закинув левый локоть на спинку стула.

— Это касается всех мелких переводов. Вот что ты ему так мало перевёл? Отправил бы ему миллион, мы бы его сразу отследили. А так… — Ролин отразил наглое поведение подчинённого укоризненной шуткой в его адрес.

— Не платят мне миллионы, — забросив ногу на ногу, он покачал головой, картинно изображая досаду. — Ладно, если для меня больше информации нет, то я заскочу домой на минуточку, а потом примусь за расследование.

— Не торопись, — Ролин нажал в мониторе на зелёный ярлык с изображением белой телефонной трубки и наклонился к компьютеру. — Пусть зайдёт.

Не теряя время на переглядки с боссом, Легрон перевёл внимание на входную дверь, тихонько разворачиваясь на стуле.

Пару секунд спустя в кабинет вошла невысокая молодая девушка. Кончики её белых прямых волос свисали на пару сантиметров ниже лопаток. Её округлое лицо с пухлыми щеками выражало тревогу. Загорелые нежные плечи растерянно вжимались в тело. Пышная, как булка хлеба, грудь пятого размера часто вздымалась и опускалась, обтянутая белой майкой с дюжиной пуговиц. Узкая, подобно гитарной струне, талия и рифлёный, как кирпичная кладка, живот, полностью лишённые одежды, также повторяли движения за грудью. Лишь таз шире плеч и мускулистые крепкие ноги, одетые в тугие узкие джинсы, не выдавали никаких эмоций хозяйки.

По форме и фигуре вошедшей девушки сразу становилось ясно, что в зал она ходила не ради красивых фото и миллионов поклонников, а для поддержания своего тела ростом сто шестьдесят шесть сантиметров в полной боевой готовности. И далеко не каждый бы мужчина, глядя на её мышцы, рискнул бы вступить с ней в драку.

Висевший в кобуре под левой подмышкой пистолет, лишь дополнял боевой образ.

— Простите, — она аккуратно прикрыла дверь, держась за ручку обеими руками, — там кого-то выбросили в окно, пришлось оказывать помощь.

Ролин пристально вцепился взглядом в Легрона, медленно поднимая правую бровь и наклоняя голову на левый бок. В ответ он получил лишь безразличное пожимание плечами и пустой стеклянный взгляд, идеально обозначающий, куда все окружающие могут идти со всеми своими претензиями. (Там даже чёткий маршрут прослеживался.)

— Ничего страшного. Присаживайтесь! — он указал ладонью на противоположный Легрону стул. — Знакомьтесь: это капитан Легрон, один из лучших детективов города, невероятно сильный маг и с сегодняшнего дня ваш куратор. А это, мой старый друг, твоя новая стажёрка Ятира, выпускница полицейской академии, тоже маг.

— Выпускница?! — Легрон резко повернулся к другу и поднял брови. — Ну спасибо, что в этот раз не недоучку прислал.

— Кто ж знал, что твоё расследование окажется таким опасным. Я думал, там бытовое убийство, и девушке рядом с тобой ничего не угрожает. А тут стычка с великими магами и такая трагичная гибель, — начальник полиции опустил голову и посмотрел вниз, водя по столешнице указательным пальцем правой руки.

— Может, не стоит перед стажёркой про всё это, а-то ещё обосрётся раньше времени, — Легрон нагло кивнул в сторону девушки, не скрывая хамоватой улыбки.

— Ничего я не обосрусь! Я знала, на какую работу шла! — Ятира, сверкая гневом и раздражением, посмотрела на Легрона, словно взглядом можно было поставить кого-то на место, — статистика смертности среди полицейских в нашем городе мне хорошо известна, как и уровень преступности, поэтому я и здесь.

— Поверь, Легрон, она перспективная стажёрка. Абы кого я бы к тебе не послал, — Ролин посмотрел в глаза товарищу, чтобы тот видел его уверенность.

— Ладно, храбрая перцем, застегни памперсы покрепче, приступаем к работе. Только сперва заедем ко мне: пусть поспать мне не удаётся, но вот душ мне необходимо принять и переодеться. А-то нам с тобой свидетелей опрашивать, а от меня воняет трупами и псиной, — он вскочил со стула, где-то больше демонстративно показывая недовольство, чем на самом деле испытывая его, и пошёл к выходу.

— Удачи! — Ролин посмотрел на девушку и улыбнулся ей: желая удачи конкретно Ятире. То, что с Легроном ничего не случится, он прекрасно понимал, а вот за неё волновался. Волновался, что ещё одного подчинённого отправляет на смерть.