Дети трущоб

Пролог

В тёмном безлюдном переулке слетела с петель старая дверь. Громкий звук эхом разнёсся по пустынному пространству, отскакивая от деревянных стен и заколоченных окон близстоящих домов. Щепки медленно осели, кружившая в танце пыль исчезла, и всё в округе замерло, будто ничего и не было – лишь старый фонарь поскрипывал на ветру. Из-за угла показался человек. Чёрные, как смоль, одежды растворяли его в полумраке улицы, делая незримой тенью. Он двигался медленно, словно призрак, парящий над землёй. Острый, как шпиль, взгляд блуждал по пространству. Наконец, человек остановился и посмотрел на ту самую слетевшую с петель дверь. Вернее, на то, что от неё осталось. Он что-то пробормотал себе под нос и ухмыльнулся.

– Скоро всё изменится, – прозвучал мужской голос. – Этот город принадлежит нам, так же как и остальным гражданам.

Маленький паучок с механическими лапками проскользнул между ботинок незнакомца. Тот наклонился, поднял членистоногое за округлое туловище, с любопытством рассматривая находку. Паучок задёргался в нервных конвульсиях, словно почувствовал скорую кончину. Лицо человека исказилось, однако довольно трудно было понять, что он испытывал: отвращение, либо неподдельный интерес. Подул сильный ветер, фонарь замигал, будто передавая тайное послание – того и гляди лопнет плафон, оставив невзрачный закоулок совсем в темноте. Человек оглянулся, опустил паучка обратно на землю и зашагал по улице, исчезая в предрассветном мареве.

Глава 1

– Успокойся, Дэвиан! – Ноа не поспевал за быстро удаляющейся фигурой. – Да подожди же ты!

Дэвиан остановился и резко развернулся в сторону Ноа. Его руки, сжатые в кулаки, подрагивали, на лице читалась неукротимая ярость.

– Чего тебе? – рявкнул он.

Ноа внимательно осмотрел некогда белую рубашку Дэвиана. Теперь этот идеальный вид портили маленькие красные брызги и следы грязи.

– Ты не должен был ввязываться в драку, – Ноа покачал головой. В его взгляде сквозило неподдельное беспокойство. – Что с тобой происходит?

– Они посмели противиться аресту, – чеканя каждое слово, ответил Дэвиан. – Ты забыл, кто здесь Закон? Я. Здесь. Закон.

Сказав последнюю фразу, Дэвиан рукой пригладил растрепавшиеся волосы и, толкнув Ноа плечом, направился в противоположную сторону.

После случившегося с Гэвином прошло две недели. Так до конца не восстановившись от полученных травм, Дэвиан вышел на службу, поскольку ему необходимо было отвлечься, забыться и не думать. Лучше всего это получалось делать, полностью отдаваясь работе и долгу. Джейкоб же, словно незримая тень, постоянно следовал за Дэвианом, всячески пытаясь поддерживать. Однако толку от заботы, когда оппонент не желал её принимать.

Джейкоб остановился рядом с Ноа. Некоторое время они молча стояли около окна, из щели которого дул прохладный воздух. По длинному коридору то и дело сновали Хранители, не обращая на две фигуры, словно вылепленные из глины, никакого внимания.

– Снова убежал от разговора? – спросил Джейкоб.

– Сам как думаешь? – взмахнул руками Ноа. – Лофтен просто рвёт и мечет.

– Я прикрою Дэвиана. Скажу, что не было другого выхода. Он всего лишь защищался.

– Действительно ли это было именно так? – В глазах Ноа читался вызов и искреннее беспокойство.

– Наверное, – замялся Джейкоб. – Не знаю.

– Тогда не нужно, – парировал Ноа. – Он должен отвечать за свои действия.

– Серьёзно? Он скорбит! – возмущённо воскликнул Джейкоб.

– Мы все скорбим. Гэвин был и моим другом тоже. Но это не повод вредить себе. Потакая его выходкам, ты, Джейкоб, вовсе не помогаешь, а лишь усугубляешь ситуацию. Подумай об этом, – Ноа, словно строгий старший брат, сделал Джейкобу выговор.

– Хорошо, – смирился он. – Возможно, ты прав.

***

После вскрытия – будто гнойных наростов – секрета появления рэйхоров Дэвиан ходил мрачнее туч, что накрывали Манче. Тяжело поверить в то, что он генетически выведенный искусственный материал, предназначенный исключительно для службы на Государство. Дэвиан всегда считал, что быть Хранителем Закона – его судьба. Полагал, что это его искренний выбор, а не навязанная кем-то воля.

Сомнения, сплошные сомнения, словно ядовитые растения, заползли под кожу, пустили корни и дали первые ростки.

Сегодня Дэвиан сорвался на каком-то бандите, имя которого он даже не запомнил. Впрочем, он не особо запомнил, с чего началась драка и чем закончилась. И, конечно же, столь эмоциональный всплеск не принёс ни толики успокоения. Всё стало лишь сложнее, а скорый выговор и наказание замаячили на горизонте, как маленькие ночные прогулочные дирижабли.

Дэвиан переоделся, умылся ледяной водой и вернулся в свой кабинет писать отчёт. Возле двери, прислонившись к косяку, ожидаемо стоял Джейкоб.

Дэвиан фыркнул. Он так и знал, что тот придёт читать лекцию – словами, которые услужливо вложил ему в голову Ноа.

– Я не намерен выслушивать твои претензии.

– Ну, извини, Дэв. Придётся тебя разочаровать.

– Соблюдай субординацию.

– Ты накинулся на человека. Ударил его. О субординации думать нужно было раньше.

– У него в рукаве был спрятан нож, – нахмурился Дэвиан.

– Да ладно? Почему тогда я не видел?

– Он сопротивлялся при аресте. Тот человек заслужил хорошую взбучку.

– Может, и заслужил. Но ты сорвался.

Джейкоб тяжело вздохнул, достал из лежащей на столе аптечки мазь и выдавил немного холодной вязкой жидкости себе на пальцы.

– И он дал тебе сдачу.

На скуле Дэвиана красовался небольшой кровоподтёк.

Осторожным движением Джейкоб едва успел коснуться синяка.

– Я сам, – дёрнулся Дэвиан и передал Джейкобу белый платок.

– Обратись к Марте, иначе Лофтен тебя отстранит.

Джейкоб вытер руки и положил запачканную тряпку на край стола. Затем, немного подумав, снова забрал её и спрятал в карман.

– Не хочу. – Дэвиан устремил взгляд в пол, будто там написаны ответы на мучившие вопросы. Он не мог спать, не мог спокойно есть. Мысли кружились, а наутро рассеивались, словно ядовитый дым в воздухе Манче.

– Ведёшь себя как маленький ребёнок, – цокнул Джейкоб.

– Мне нужно докопаться до истины. Вдруг Гэвин был прав, и мы с ним действительно лишь генетическая ошибка. Александр Рэйхор плюнул природе в лицо. Боги! Кого я обманываю? Конечно, Гэвин был прав. Но мне необходимо в этом убедиться.

Джейкоб сел в кресло и закинул ногу на ногу, а пальцами стал отбивать по подлокотнику ритм старой детской песни, звучавшей лишь в его голове.

– Иногда тайны лучше оставлять нетронутыми. Не стоит вскрывать давно заколоченный сундук. Мало ли какие секреты он в себе таит.

– Почему ты так думаешь? Знания помогают выстроить лучшее будущее.

– Они свели Гэвина с ума. Я боюсь… – Джейкоб прикусил язык.

– Чего же? – Дэвиан сверкнул грозным взглядом.

– Что с тобой произойдёт то же самое, – устало вздохнул он.

– Этого не случится.

– Ты так уверен? Я немного завидую твоей категоричности.

– Конечно, уверен. Потому что, в отличие от Гэвина, рядом со мной будет друг. Он не даст мне слететь с катушек.

Джейкоб вздрогнул и еле заметно улыбнулся.

– Никогда бы не подумал, что чопорный полковник так искусно умеет подлизываться. У тебя уже есть план?

– Хочу пробраться в медицинский блок. Должны же были остаться хоть какие-то архивные записи.

– Почему бы не поступить проще?

– И как же, о мудрейший Джейкоб Освальд? – с явным сарказмом произнёс Дэвиан.

– Не нужно давить на меня своим авторитетом. Никто не займёт твоё место мудрейшего, не переживай.

– Опять слишком много болтовни и мало дела.

– Спроси у своих родителей.

– Ты сейчас серьёзно? – Дэвиан издал ехидный смешок. – Если всё то, что сказал Гэвин, – правда, то они напрямую к этому причастны.

– Я не подумал, – озабоченно почесал голову Джейкоб.

– Как я всегда и говорил: думать не твоя сильная сторона.

– Когда-нибудь я обижусь.

– И, наконец, отстанешь от меня?

– Даже не мечтай. Особенно после того, как ты признал, что мы друзья.

– Я могу забрать свои слова обратно?

– Нет, – рассмеялся Джейкоб. – А теперь иди и поговори с Ноа. Он переживает за тебя.

Дэвиан кивком указал на разбросанные бумаги.

– Сначала доделаю отчёт для Лофтена.

Глава 2

Городские стены Манче постепенно окутывало зимним холодом. Дэвиан стоял возле широкого окна в кабинете Фрэнка Лофтена и наблюдал, как маленькие кристаллики снега падали на ровную поверхность земли. Вдалеке виднелось поле для тренировок, на котором заледеневшая трава покрылась инеем.

В помещение вернулся Фрэнк. Дэвиан вытянулся по стойке смирно.

– Сэр, вы хотели меня видеть? – поинтересовался он. – Если это по поводу инцидента с дракой, то я могу всё объяснить.

Фрэнк вскинул руку, заставляя Дэвиана резко замолчать.

– Сынок, я понимаю, как тебе тяжело. Ты устал. И ты совсем недавно узнал, что человек, с которым ты вырос, оказался убийцей. Но пора бы взять под контроль свой разум. Скоро пройдёт съезд правления, и мне нужны твои силы.

То, как холодно он произносил слова, повергло Дэвиана в шок. Будто Гэвин не был личностью, а лишь неким отработанным материалом, которого можно выкинуть и забыть за ненадобностью. Впрочем, тело так и не нашли, и Дэвиан не знал, что должен по этому поводу чувствовать. Надежду, что его друг всё ещё жив? Или же страх, что Гэвин вновь возьмётся за идею о мести? Раненый зверь – самый опасный хищник.

– Этого больше не повторится, сэр. Я готов принять любое наказание.

Фрэнк крутил в руках ключ. Он наклонился, открыл ящик и достал баночку, в которой плавали белые пилюли. Дэвиан непонимающе покосился на него. Ему показалось, что внутри стеклянной тары кишели упитанные слизни. Он неосознанно отступил ближе к выходу.

– Возьми, прими таблетки и отдохни немного.

– Протак? – уточнил Дэвиан.

– Да. Вчера привезли новую партию.

– Мне не нужно сначала обратиться к врачу? – Холодок пробежался по телу Дэвиана, однако он отбросил тревожность подальше от своих мыслей.

Фрэнк отмахнулся.

– Потом сходишь к Марте, заодно получишь допуск к работе.

– Спасибо, – слегка опешил Дэвиан. Он не привык получать заботу, тем более от такого чёрствого человека, как Фрэнк Лофтен. Несомненно, тому что-то от него потребуется в будущем, и за это беспокойство Дэвиану придётся отплатить сполна.

***

Дэвиан подкараулил Ноа возле столовой. Сам он есть не хотел, особенно после тех странных, пропитанных отравой иллюзий таблеток. Даже доносившийся пряный аромат не заставил его передумать.

Ноа был не один. Грир снова прилетел в штаб Государственных Хранителей Манче. Видимо, город вовсю готовился к началу съезда правителей, что задействовал войска аж из самого Пулвиля.

– Грир, – подал голос Дэвиан.

– Полковник! Давно не виделись, – Грир похлопал его по плечу и, заметив синяк, поморщился. – А ты, как всегда, времени зря не теряешь, а? С кем успел сцепиться?

Ноа кашлянул в кулак. Щёки Дэвиана приобрели пунцовый оттенок.

– Не оставишь нас? – Дэвиан кивнул в сторону Ноа.

– Конечно, – широко улыбнулся Грир. – Если понадоблюсь, я буду снаружи – выслушивать уговоры твоего новичка.

– Он и тебя успел достать? – насмешливо произнёс Дэвиан.

– Вообще, Джейкоб хороший парень. Не будь с ним слишком строг.

Дэвиан удивлённо вздёрнул брови.

– Что? Он на меня пожаловался?

– Нет, он говорил только хорошее. Ладно, не буду вам мешать. – Грир подмигнул и оставил друзей разбираться с насущными проблемами.

Они стояли молча, слушая громкие разговоры коллег, доносившиеся из-за закрытых дверей столовой.

– Привет, – первым не выдержал Дэвиан.

– Сэр, – сухо ответил Ноа. Дэвиан поморщился, будто формальное обращение обожгло ему кожу.

– Извини, что нагрубил, – еле слышно пробубнил он.

– Всё нормально, Дэв. Я просто переживаю. И вижу, насколько тебе трудно даётся признание своей ошибки.

– Не нужно за меня переживать, капитан Руст.

– Не желаешь поговорить о случившемся?

Дэвиан пожал плечами.

– Мне нечего сказать. Я просто хочу докопаться до истины. Что сподвигло Гэвина начать думать так, как стал мыслить он. Был ли у него брат, либо больное воображение сыграло с ним злую шутку. Я хочу найти ответы.

– Хм, я практически уверен, что Гэвин думал так же. А теперь оглянись и посмотри, чем всё закончилось. Иногда нужно закрыть страницу надоевшей книги и открыть для себя новую историю. Ты сам всегда говорил, что прошлое не имеет значения. Мы Хранители, обязаны защищать спокойствие мирных граждан.

– Конечно, – он согласился лишь на словах. Нет смысла втягивать в прогнившие параноидальные мысли ещё и Ноа. Он родился рэйхором в полной и любящей семье. Нельзя рушить его хрупкий мир.

– Чем собираешься заняться?

– Лофтен дал мне выходной. Пойду выпью протак и потеряюсь в лабиринтах своего разума.

– Звучит как-то не очень оптимистично, – хмыкнул Ноа. – Может, добудем пропуск и пойдём в город? Развеешься, отвлечёшься.

– Ты когда-нибудь видел меня веселящимся как, например, Джейкоб?

– Твоя правда, – искренне улыбнулся Ноа. – Впрочем, никогда не поздно начать.

– Ладно, – сдался Дэвиан. – Но никаких пабов.

Ноа разочарованно вздохнул.

– А я уже нашёл такое хорошее местечко.

Дэвиан сунул руки в карманы брюк. Мимо прошёл совсем юный Хранитель и чуть не задел его плечом, спохватился, испугался и заикаясь начал просить прощения. Так и стоял бедняга, пока Дэвиан не заверил, что всё нормально.

Однако планам не было суждено сбыться. После разговора с Ноа Дэвиан вернулся в комнату, выпил сразу две таблетки и уснул. А разбудили его звуки вскрываемого замка.

Глава 3

Он резко открыл глаза и тотчас зажмурился. Несколько раз моргнул, силясь сориентироваться в пространстве. Жгучая боль, словно остриём клинка, пронзила тело. Ещё не до конца очнувшись, мозг старался разобраться в произошедшем и почему же так мучительно плохо.

Кажется, что сейчас его вывернет наизнанку, кости рассыплются в прах, а голова взорвётся. Гэвин попытался пошевелиться, но жуткая слабость с каждым вздохом вновь утаскивала с собой в забытье. Поскольку невозможно было сопротивляться навалившейся усталости, он снова вернулся в мир грёз.

Гэвину снился Дэвиан и их детство, проведённое вместе в серых и неприглядных стенах штаба. Он не понимал, почему в иллюзиях вернулся именно в то сложное время, полное сомнений и страхов. Впрочем, объяснение возникло будто из ниоткуда: тогда Гэвин обрёл первого и единственного друга.

В следующий раз Гэвин пришёл в себя ровно через сутки. В глазах всё так же рябило, однако он смог различить стройную фигуру, которая стояла возле окна, словно немая тень. Вопреки длинным каштановым волосам незнакомца, Гэвин понял, что силуэт принадлежал именно мужчине.

– Ты очнулся! – радостно воскликнул тот. Обернулся и в два шага приблизился к Гэвину. – Признаться, я не ожидал, что после таких травм ты сможешь выжить.

– Где я? – прохрипел Гэвин. Его горло саднило, словно он наелся песка, говорить было тяжело. – Что случилось?

– Малыш Джинджер нашёл тебя возле канализаций. Как оправишься, ты должен как следует поблагодарить его. Джинджер любит кексики, – весело подмигнул мужчина.

Тело Гэвина покрылось мелкой дрожью. Он не понимал, как оказался в столь странном месте. Кажется, последнее его воспоминание было о том, как они вместе с Дэвианом отмечали появление новичка Джейкоба в команде. А дальше всё будто в тумане: эмоции, чувства, иллюзии. Разрозненные вспышки взрывов…

Гэвин окинул взглядом помещение. Он подметил холодные бетонные стены серого цвета. Открытую прогнившую дверь; проход внутрь закрывала пёстрая тряпка. Пахло сыростью и лекарственными травами. Гэвин не мог сделать вдох полной грудью.

– Ты помнишь, как тебя зовут? – спросил незнакомец.

– Да. Я Гэвин. – Он сморщился от острой боли в районе шеи. – Где я?

– О, прости. Хочешь воды?

Гэвин угукгул.

– Я не врач, – продолжил незнакомец. – Тобой занимался старик Тобиас. А я просто приглядываю на случай… – Он задумался. – Возникновения опасности, наверное.

Мужчина поднёс стакан. Гэвин сделал живительный глоток и откинулся на твёрдые подушки.

– Как мне к тебе обращаться? Должен же я знать, кого благодарить перед Земными Богами, – устало промямлил Гэвин.

Мужчина снова принял задумчивый вид. Гэвин насторожился и испугался: вдруг он сказал что-то лишнее. Но затем незнакомец обворожительно ухмыльнулся. Гэвину не понравилась эта улыбка – слишком дружелюбная, слишком нежная.

– Боги давно покинули это место, Гэвин, – с горечью ответил он. – Впрочем, ты можешь называть меня Ингри.

Глава 4

Дэвиан вскочил с кровати и встретился взглядом с глазами Джейкоба. Повисла неловкая тишина. Лишь грустное завывание ветра за окном прерывало затянувшееся молчание.

На Дэвиане – впрочем, как и на Джейкобе, – была классическая серая пижама, которую выдавали вместе с формой Хранителей.

– Дьявол! Ты что творишь, Освальд? Решил попрощаться с жизнью?

Застигнутый врасплох, Джейкоб отпрыгнул и вжался в стену. Дэвиан подошёл к столу и зажёг грушевидную лампу. Нежное голубое свечение озарило небольшую комнату. Джейкоб мазнул взглядом по убранству и от внезапно нахлынувшего смущения покраснел.

– Ты хоть знаешь, сколько сейчас времени? – гневно прорычал он.

Дэвиан посмотрел в окно. Непроглядная тьма окутала общежитие.

– Ночь, – строго констатировал тот.

– Да ты просто сама очевидность. И как я раньше не замечал, что на улице ночь? – Джейкоб слишком громко и театрально фыркнул. – Хорошо. Спрошу иначе. Ты хоть понимаешь, какой сегодня день?

– Конкретнее. Я не переношу, когда ты юлишь. А весь этот разговор, – он жестом указал сначала на себя, а после на Джейкоба, – слишком странный. Как ты вообще очутился в моей комнате?

– Прошло почти двое суток! Ты не явился на завтрак, – Джейкоб загнул указательный палец, – пропустил все тренировки, – следом средний, – не открывал дверь, – и в конце безымянный. – У меня с сердцем чуть плохо не стало. Я думал, ты отправился в центр без меня.

Его голос звучал с нотками обиды и искреннего беспокойства. И это вовсе не то напускное волнение, что транслировал Фрэнк Лофтен. И как бы Джейкоб ни пытался скрыть истинные эмоции, Дэвиан видел их чётко и ясно.

– Двое суток? Столько я проспал?

– Ты хорошо себя чувствуешь? Что-нибудь болит?

Джейкоб протянул руку, поскольку хотел дотронуться до лба Дэвиана, чтобы проверить температуру его тела.

– Вроде бы. То есть нет. Ничего не болит, – нахмурившись, пробормотал Дэвиан и отступил на шаг. Затем налил воды и одним глотком осушил стакан.

Джейкоб неловко отвернулся.

– Ты переутомился, – будто в знак согласия с самим собой кивнул он. – Теперь больше нет повода для беспокойства. Ты в курсе, что Лофтен временно отстранил нас от любых дел и отправил на патрулирование?

– Ну, теперь, видимо, в курсе, – Дэвиан устало потёр переносицу.

– Будешь готов к утру?

– Конечно.

– Тогда я пойду. Извини, если напугал.

– «Если?» – фыркнул Дэвиан.

– А я-то думал, что великого полковника высшего ранга нельзя застать врасплох.

– Иди спать, Освальд.

Джейкоб, хихикая, прикрыл за собой дверь и направился в комнату. Однако странные мысли о нетипичном поведении Дэвиана не желали так легко покидать его. Что-то явно было не так.

На следующее утро Дэвиан ждал Джейкоба на крыльце штаба. На нём была неизменная форма Хранителя и излюбленный им тёмный плащ. На фоне серого безжизненного пейзажа Дэвиан походил на крылатого ворона из древних преданий, предвестника беды. А мрачный, острый и цепкий взгляд только подтверждал это сравнение.

Дэвиан вместе с Джейкобом незамедлительно отправились на северную сторону Манче. Узкие улочки утопали в бесконечном потоке людей. Тем не менее, завидя Хранителей Закона, толпа мигом расходилась, будто два столкнувшихся течения.

– Я уже не уверен, что стоит пытаться проникнуть в центр. Возможно, мне действительно нужно сосредоточиться на реальных задачах, а не гоняться за призраками прошлого.

Они шли вдоль знаменитой улицы ремесленников, на которой располагались частные магазинчики, торгующие разными видами механических игрушек. У одной из витрин, на небольшом помосте, сидели заводные солдатики. Рядом – железный музыкант: его шарманка при проигрыше мелодии выпускала тучные клубы дыма, как маленькие грозовые облака. Красивые заводные куклы приглашали согреться чашечкой имитации чая.

– Допустим, – ответил Джейкоб, кладя в рот последний кусок сэндвича. – И тебя больше не волнует… то, что ты, возможно, рождён от суррогата?

– Ты сам говорил, что это не имеет особого значения. Во мне течёт такая же алая кровь, как и у тебя. Верно?

– Да? – недоверчиво переспросил он. – То есть да. Конечно.

– Хочешь перед возвращением в штаб зайти куда-нибудь поесть?

– Вообще-то, я не был особо голоден.

Дэвиан удивлённо посмотрел на Джейкоба.

– Но ты же только что слопал два сэндвича.

– Когда я волнуюсь, я всегда много ем, – он повёл плечами.

Дэвиан осмотрелся по сторонам, на его лице отразилось непонимание. Будто он впервые видел Манче.

– Сегодня прекрасная погода, не находишь? Джейкоб чуть не закашлялся из-за нелепого комментария Дэвиана. Он тоже оглянулся: грязные облака нависли над городом, заснеженные тротуары и жуткий холод, пробирающий до самых костей. Что Дэвиан нашёл в этом такого замечательного? Джейкоб понизил взор на свои покрасневшие пальцы и вздрогнул.

– Дэв?

– Чего тебе?

– Если прекратить дальнейшее расследование, то как тогда быть с Гэвином?

– А что с Гэвином? – как-то слишком безразлично сказал он.

– Ты же стойко намеревался раскрыть тайны, великие заговоры и всё в этом духе.

– Освальд, ты снова до утра читал «Хронику»? Я же предупреждал, что перед дежурствами нужно высыпаться, – он укоризненно покачал головой и уверенным шагом двинулся вперёд.

Джейкоб совсем растерялся.

– И что это было?

Дежурство проходило спокойно, без каких-либо значимых происшествий. За несколько часов они выписали пару штрафов за загрязнение и задержали мелкого воришку, который пытался снять браслет с руки преклонной дамы.

Дэвиан достал часы, подаренные Ноа.

– Наша смена подходит к концу.

– Наконец-то! – воскликнул Джейкоб. – Я уже все конечности отморозил.

В подтверждение своих слов он подул на ладони, выпуская изо рта прозрачный пар.

***

В последние несколько дней Джейкоб с трудом узнавал поведение своего друга: Дэвиан стал ещё более безразличным к окружающему миру, чем раньше. А про тайны, которые скрывали стены штаба Хранителей, кажется, и вовсе забыл. Будто его это не касалось, а истории с Гэвином не было.

Во время обеденного перерыва Джейкоб заметил, как Дэвиан снова принимал таблетки. И было в том действии что-то неправильное, нелогичное. Потухший вид Дэвиана только подтверждал страшные догадки Джейкоба.

– Что же с тобой происходит? – прошептал он.

Дэвиан неподвижно сидел за дальним столиком возле широкого окна. Еда его была не тронута.

Джейкоб придвинул стул, подсел рядом.

– Не голоден? – он кивком указал на полные тарелки.

Дэвиан вздрогнул.

– А, это ты.

– Ты надеялся увидеть кого-то другого?

– Кого? – хмыкнул он. – Все меня боятся, кроме тебя и Ноа. Возможно, ещё Грир входит в ваш круг.

– Не говори так. Люди тебя уважают, а не боятся.

– Да ладно? Ты же сам говорил, что я жуткий.

– Я так сказал? – нарочито ахнул Джейкоб. – Я имел в виду «жутко добрый». Кстати. – Он покрутил в руках бутылёк с таблетками. Дэвиан грозно нахмурил брови. – Что это?

– Протак.

Джейкоб почувствовал странный гул в ушах, сердце забилось чаще.

– У тебя участились головные боли? – он поддался вперёд, ближе к Дэвиану.

– Просто хочу немного отдохнуть от своих способностей.

– То есть сейчас ты не сможешь распознать ложь?

– Скорее всего, нет. Но таблетки действуют всего несколько часов.

Джейкоб не знал, как реагировать на происходящее с Дэвианом, а потому решил разрядить атмосферу неподражаемой – по его мнению – шуткой.

– Дэв. Помнишь, тебя как-то угостили настоящим шоколадом?

– Да, который потом пропал. Марта принесла плитку после всего, – он тяжело вздохнул, – случившегося. А что? Ты собираешься мне в чём-то признаться?

– Возможно, – вопреки словам, голос Джейкоба звучал уверенно, звонко. – Твой шоколад съел Ноа.