- -
- 100%
- +
Так-то он мне даром не сдался, но желание бросить на прощание ещё пару ласковых оказалось сильнее.
Я шустро вернулась, сбагрила сундук под мышку и, поймав его злобный взгляд, не менее злобным тоном выкрикнула:
— Хам!
И как можно скорее убежала из библиотеки, надеясь, что лорду Дарлину не взбредёт в голову гоняться за мной по особняку.
• ✤ •
Моя первая сознательная ночёвка в этом зловещем местечке. И, разумеется, не спалось.
Я ворочалась под тихое тиканье часов на прикроватном столике, рассматривала тень от дрожащего пламени свечи на потолке и пыталась переварить произошедшее со мной здесь всего за один день!
Проснулась после отравления, потеряла сознание от побоев, встретилась с прежней хозяйкой тела, столкнулась с мерзким пауком, чуть не сгорела от стыда, а после вновь столкнулась — уже с мужским безразличием.
И за этого неадекватного человека мне предстояло завтра выйти замуж! По собственной воле! Просто невероятно!
Впрочем, если получше подумать, то у него есть некоторое основание так себя вести. Был проклят из-за женщины, почти десять лет страдал, но до сих пор так и не нашёл подходящую, разочаровался, разучился доверять и чувствовать…
Тут же я поняла, что насчёт «чувствовать» погорячилась. Может, и не как остальные мужчины, но всё же что-то он способен был испытывать.
Об этом говорило то, как он вёл себя в ванной и в библиотеке. Как шептал, как взялся своими грубыми руками, как пожирающе глядел на меня из-под своей проклятой маски. Ох…
Оставалось надеяться, что лорд смотрел на меня так не потому что действительно хотел сожрать.
Я посмеялась над этим, но развеять тяжёлые мысли так и не смогла. Завтра предстояло выйти замуж в совершенно непонятном, безумном мире, полном опасностей. В реальности-то за столько лет не вышла, а тут сразу на тебе…
Умеет случай подбрасывать абсурдные ситуации!
Если выберусь отсюда живой и полностью здоровой, то всерьёз присмотрюсь к женихам, с которыми меня пытались свести Ира и мама. Их варианты уж точно получше этого ненормального лорда Дарлина! По нему же психотерапия крокодильими слезами плачет!
Только я так подумала, как услышала за дверью комнаты всхлипы. Совсем тихие, сдерживаемые. Напряглась, приподнялась, прислушалась. Но, кажется, тишина.
Да уж, в этом особняке и не такое начнёт казаться!
Я отвернулась от двери и крепко закрыла глаза, надеясь, что, возможно, если усну здесь поскорее, то проснусь в реальности. Но с моим точным, как швейцарские часы, планом пришлось подождать.
Под дверью опять кто-то заплакал. На сей раз громче, протяжнее.
— У-ааа-у… Хнык-ха-а…
Я повела плечами, будто стряхивая с них выступившие мурашки, и попыталась отбросить страх. Понять, кто это плакал. Но голос был слишком неразборчивым. Девочка? Мальчик? Какого возраста?
— Хны-ны-хык… Уа-а-ак…
Чёрт. Я знала, что лучше оставаться на месте и не высовываться. Но по законам малобюджетного ужастика эта чертовщина, чем бы она ни была, в покое не оставит до тех пор, пока не выйду и не проверю.
С Тасселирой уже пообщалась, так что призраками меня больше не пронять.
А у меня свадьба завтра с утра, надо бы разобраться поскорее и лечь спать. Сестра как-то раз говорила, что хуже голодной невесты может быть только невыспавшаяся невеста! Особенно с утра. Пострашнее любого монстра!
Под участившийся стук сердца я поправила плечо бежевой ночной сорочки, что оказалась мне великовата. Поднялась с кровати и взяла подсвечник в руки. Надеюсь, серебряный. Хотя кого я обманывала?
Мельком увидев своё отражение в зеркале, поняла, что в таком наряде я и сама чем-то походила на призрака. Вполне могла и за свою сойти.
Так что расслабила плечи, напрягла ягодицы — а они у меня уже научены опытом за сегодня — и направилась на разведку в зловещий коридор.
На крайний случай закричу, ведь в запасе имелся неоспоримый козырь. Самое главное чудище. Мой будущий муж.
43
Но то, что увидела, выйдя из комнаты, поразило все мыслимые и немыслимые границы моего воображения! Коридор изменился до неузнаваемости!
Трещины, пыль и кусочки настенного покрытия, что валялись по углам, бесследно исчезли. Тёмный налёт с картин, дверей и мебели пропал, ровно, как и все царапины.
Как по волшебству комнатные растения в горшках ожили и теперь слегка шевелили своими экзотическими листьями разных форм, цветов и размеров.
Пол под моими босыми ногами скрипел уже не от старости, а от чистоты, он блестел! Глазам не верилось настолько, что свободной рукой потёрла их, а потом ещё и ущипнула себя. В этом месте было легко запутаться, где реальность, а где галлюцинация.
Огонь свечей горел намного ярче, освещая почти весь коридор. Я видела позолоченные узоры на бархатной шторе в самом конце!
Я решила проверить себя и вернуться в комнату. Но и она преобразилась! Хотя ещё пару минут назад была запущенной! Постель стала белоснежной, ковёр — пушистым, а из камина пропала копоть, и сейчас там горел уютный огонь. Рисунок на потолке и стенах восстановился, являя роскошную роспись насыщенными красками.
Что происходит?!
Я вернула свечу на новенький прикроватный столик, подошла к камину. Подольше подержав щипцы для угля в огне, решила, что они станут неплохим оружием. Главное самой не обжечься в процессе самообороны.
И раз уж всё стало прекрасно видно, отправилась на поиски хозяина куда более уверенным шагом.
Он должен знать, что тут творится, и объяснить! Иначе точно сойду с ума!
Разглядывая шикарный интерьер совершенно новыми глазами, я почти и забыла о причине, которая заставила меня выбраться из постели. Поэтому вздрогнула, когда опять услышала плач.
— Уа-а-аы-а-аг!
Какая жуть! Оно прозвучало прямо со стороны выхода на каменную лестницу, куда я и направлялась.
Собрав волю в кучу, я подошла к тем самым деревянным арочным дверям. Декор на них стал ещё объёмнее и чуть поблёскивал от свежей обработки лаком. Вновь раздавшийся зловещий плач оторвал меня от любования.
Решила — пора. Если злой дух действительно хотел напасть, то всё равно сделает это. В одной руке аккуратно держа горячие щипцы, другой открыла дверь. Яркий свет больших люстр вынудил прищуриться.
Поэтому я не сразу разглядела, что в шикарной, похорошевшей гостиной, на мягких диванах сидели… монстры.
Худощавое, низенькое, лохматое существо с вывернутыми наружу костями грудной клетки, окружёнными пульсирующими чёрными венами, читало книгу в кресле, деловито комментируя заезженность сюжета.
Недалеко с каким-то зомби сплетничала полная бледная дама с длинными, как ножи, ногтями, и с дырой в груди. Из этой дыры тянулись длинные, вымазанные в крови артерии и уходили в перепачканную маленькую сумочку, что она держала. Сумочка в её когтистых руках… издавала пульсации, похожие на сердечный ритм.
Обезглавленный джентльмен держал под мышкой свою покрытую трещинами голову и помогал ей прикуривать трубку. Впрочем, довольно скверно помогал. Трубка не сразу добралась до нужного отверстия, попадала то в ухо, то в глаз.
Кругом летали бесплотные духи с голубоватым свечением внутри, принимая формы предметов, животных и частей тела, а прекрасные девушки с костяными шипами, торчащими из спин, угадывали эти шарады.
Гостиная просто кишела отмеченными мной и ещё несколькими жуткими чудищами, которых даже не получалось нормально описать словами! От контраста роскоши обстановки и ауры смерти, источаемой от существ, закружилась голова, потемнело в глазах.
Я пошатнулась, но устояла.
Каминные щипцы вылетели из рук и, грохоча на всю гостиную, полетели по идеальным каменным ступенькам. Человекоподобные твари дружно обратили на меня внимание, оторвавшись от своих светских дел.
А я во весь голос закричала:
— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!
Та самая дама с бьющимся сердцем в сумочке усмехнулась и сказала:
— Кажется, у твоего сына появилась очередная жена, Иннария!
— Надо же… и вполне себе человеческая, — с любопытством произнёс обезглавленный. — Кхе… Не местная, что ли?
— Нет! Боже! Боже! Боже-боже-боже-боже! — Я в панике подлетела к двери, ведущей обратно в коридор, и начала дёргать на себя. Хотя надо было толкать от себя. — Нет-нет-нет! Нет, пожалуйста, не ешьте меня! Боже, нет! Нет-нет! Я не хочу умирать, не хочу умирать, не хочу!
Охваченная ужасом, я смотрела полными слёз глазами то на дверь, за которую никак не могла попасть, то на устрашающих гостей особняка. Кажется, те были удивлены не меньше и по каким-то причинам не торопились нападать, чтобы порвать меня на куски.
Я думала, что так и продолжу биться в истерике, как обречённая, но цепляющаяся за жизнь зверушка в окружении стервятников, но вдруг услышала в толпе существ знакомый, успокаивающий голос.
— Миледи, успокойтесь, пожалуйста. Уверяю вас, вы в безопасности.
Голос Улисса.
44
💙БОНУС ДЛЯ ТЕХ, КТО КУПИЛ КНИГУ! 💙
В платной части спрятаны промо на сиквел. Успейте забрать до 29.06!
Я начала отчаянно искать его лицо в череде уродливых, но всё никак не находила. Сердце разогналось, подкидывая вместе с адреналином мне в голову дичайшие мысли.
Например, что с самого начала и не было никакого Улисса, это — всего лишь коварная галлюцинация, созданная лордом Дарлином, чтобы обмануть, расположить меня к себе и затащить в своё логово.
Однако скоро Улисс нашёлся. Поднялся на самую нижнюю ступеньку, но выше подниматься не торопился. И если бы не костюм дворецкого и не такие же очки на носу, я бы его не узнала!
Улисс и сам пугающе изменился. Вместо мужчины предпреклонного возраста на меня смотрел старый гоблин с седой взъерошенной гривой и синей, сморщенной кожей. Тот самый костюм почти трещал на нём по швам, а белые перчатки — наоборот болтались на пальцах.
Для протокола. Старый гоблин — не оскорбление, а вполне буквальное описание!
— У… Ул-лисс?! — выдавила я, заикаясь и не веря глазам. Так и знала, что маленьким голубым баклажанам в салате не следовало доверять!
— Да, миледи, это я… — Он слегка улыбнулся, но из-за клыков вышло жутковато.
— Что… что с вами случилось? И это… кто все эти… люди?
— Мы — ваши родственники, дорогуша. Хе-хе-хе! — ответила голова джентльмена и выпустила чёрный дым из беззубого рта. — Точнее, родственники вашего мужа.
Я еле удержалась, чтобы не схватиться за перила и не начать истерически смеяться, как известный английский актёр в фильме «Грязь».
Вот это ни фига себе смотрины! Оставалось лишь радоваться тому, что столь жуткая деталь из биографии лорда Дарлина вскрылась до свадьбы, а не после.
С другой стороны, а чего ещё я ждала? Он сам выглядел, как сбежавший экспонат из комнаты страха!
Кстати, где он?
А, впрочем, неважно. Я больше не собиралась находиться здесь!
— Улисс… Улисс, пожалуйста… — Аккуратно спускаясь, я глядела то на одного, то на другого монстра и попутно продумывала кратчайший путь до выхода, так, чтобы при побеге ещё и не попасться. — Какое-то безумие! Это ненормально! Я не могу оставаться в этом доме!
— Поверьте, вам нечего бояться, эти почтенные господа не тронут вас.
Легко говорить! А я вот смотрела на одного, у которого черви лезли из дыр вместо глаз, затем на другого — с челюстями как у пираньи, и понимала, что мне хана, если поскорее не выберусь отсюда.
Даже если эти твари не оставят меня без конечностей, то моей менталке после месяца жизни в таких условиях точно придётся потом письма писать.
А если это заразно, и к концу брака я тоже превращусь в какую-нибудь неведомую хе… абракадабру?!
Продолжая потихоньку продвигаться вниз по лестнице, я вдруг замерла, когда услышала женский голос, и посмотрела на ту, кому он принадлежал — на даму ужасающего вида.
Всё её тело ниже лица с аристократическими чертами было сделано из красного стекла. По крайней мере, мне хотелось, чтобы это было стекло! А внутри светились переплетения белых вен, складываясь в кровеносную систему. Некогда шикарное, пышное платье из красного бархата висело на ней лохмотьями.
Но, надо признать, в её виде было даже что-то завораживающее. Или я уже просто начала с катушек слетать.
— Если ты и правда жена моего сына, значит вы с ним подписали брачный контракт кровью, тут уже так просто не отвертеться. Ты должна помочь ему снять проклятие.
Ох… Её сына?! Передо мной стояла во всей своей мрачной красе мать лорда Дарлина — та самая Иннария. Моя свекровь. И, если честно, что-то я пока не горела желанием лезть обниматься и называть её мамой.
— Послушайте, мне по-человечески вас жаль, правда! Никто из вас не заслуживает такого чудовищного наказания. И лорд Дарлин тоже. Но я не смогу вам помочь. Произошла какая-то фатальная ошибка!
— Ошибки быть не может, — ответил Улисс. — Рубиновая заколка выбрала вас! Вы сами видели, как она сверкала, Тасселира!
— Ах, Тасселира, какое милое имя! — воскликнула одна из девиц с шипастой спиной. — Как же нам называть вас, когда мы подружимся? Тася или Лира?
— Да хоть гитара… — ответила я тихо, нервно улыбаясь. И почти криком добавила: — Да, я видела эту чёртову заколку, но я совершенно не подхожу вашему сыну, леди. Я… я… просто дочка бедного торговца, а он — аристократ с большим, роскошным родовым особняком…
…И кучей родни, восставшей из мёртвых, в придачу!
— Поверьте, в нашем положении поздно плеваться из-за мезальянса, — с улыбкой ответила Иннария, и вены в её теле засветились чуть ярче. — Если вы поможете Миркуриилу, он одарит вас так, что многие вельможи Ориона ещё позавидуют. И опять же, вы подписали нерушимый брачный контракт.
— Да, но в этом контракте не было ни слова о проклятии, а уж тем более… — Я обвела руками потустороннюю публику. — Тем более, о вас! Простите, но я не могу, Иннария.
Чудовища почти в один голос ахнули и зашептались, а я вся напряглась, понимая, что ляпнула лишнее. Кажется, оскорбила их чувства, и теперь оставалось молиться, чтоб они не кинулись убивать или превращать меня в себе подобную.
Прикрыла глаза, чуть ли не плача, и ожидала дальнейших слов матери лорда как приговора.
Однако высказался Улисс. И немало удивил своими словами.
— Но это проклятие висит над поселением Ист-Дарлин уже почти десять лет. Неужели вы не знаете?
У меня сердце ускакало не то что в пятки, а, кажется, под землю. Прямо в том месте, где стояла.
И тут же, словно решив добить меня, раздался громкий грохот двери со стороны библиотеки.
Как и все присутствующие, я посмотрела на источник звука. В комнату, тяжело ступая, вошёл лорд Дарлин. И он был единственным во всём этом мракобесии, кто ни капли не изменился. Всё та же мешковатая одежда, обмотанные тряпицами огромные руки. И глаза, пылающие белым пламенем из-под металла маски.
Честно, я даже немного расстроилась. Где-то совсем глубоко в душе теплилась надежда, что и он в лучшую сторону преобразился вместе со своим домом. А получается, он был заложником своего проклятия постоянно.
Как грустно.
Однако ещё грустнее стало, когда он вдруг заявил своим хриплым басом:
— Она не знает. Потому что она не отсюда, я прав?!
Я приоткрыла рот и застыла от новой волны страха. Даже Иннария со своим телом, состоящим из красной затвердевшей массы, выглядела подвижной, словно прима-балерина, на моём фоне.
Лорд Дарлин ринулся через всю гостиную ко мне, а я не могла и шелохнуться. Совсем скоро нас отделял друг от друга лишь недоумевающий дворецкий, который даже будто пытался закрыть меня.
Из-под маски Маркуриила, как удар в гонг, раздался вопрос, которого я избегала и больше всего боялась услышать:
— Кто вы такая, Тасселира?
45
Лорд больше не приближался, ожидал. Да и монстры стояли неподвижно, с внимательными выражениями своих обезображенных лиц.
В голове как назло шуршало перекати-поле. Даже если бы я смогла придумать правдоподобную ложь, не было гарантий, что она понравится обитателям особняка, или что меня не раскусят позже.
Значит, оставалось два варианта: говорить правду, либо бежать. И паника сделала этот сложный выбор за меня.
Я бросилась к первой двери, попавшей на глаза. Попутно стараясь не врезаться в нежелательных родственничков и не наступить босой ногой в тёмную слизистую массу, которую оставлял на полу кто-то из них.
Ну и гадость!
Маркуриил спохватился и побежал следом, грубо ругаясь. Я боялась оборачиваться, но слышала грозный топот. Впрочем, была меньше и подвижнее, а значит, ловчее и быстрее. Поэтому практически без проблем добежала до выхода. Только царапины на ногах немного загудели.
Остервенело дёрнула за ручку, а там… Каменная терраса с видом на тёмные холмы.
Резкий порыв ночного ветра ударил в лицо холодом и запахом влажной зелени, заставив громко поперхнуться. В спину прилетел гневный оклик лорда Дарлина. Он приближался.
— Стойте! Не делайте глупостей, Тасселира!
Ага. Если под «не делайте глупостей» подразумевалось «сдавайся, и умрёшь без мучений», то он сильно ошибался! Я была готова на глупости, и ещё как! Эта новая жизнь, хоть и ненормальна, но мне дорога.
Вылетев на террасу, тут же столкнулась с новой проблемой. Камень был настолько ледяным, что почти раздирал кожу стоп. Я старалась наступать лишь на кончики пальцев, но ощущения были, будто по стёклам шла.
— Ай-ай… Чёрт!.. С-с-с… Ай…
Но крик лорда подбил ускориться.
— Тасселира!!!
И я бежала от него как от чумы, подбирая сорочку пальцами. Несмотря на свою длину, та совсем не спасала от холода. Клацая зубами и пытаясь стряхнуть волосы с глаз, скоро поняла, что зря бежала сюда.
Терраса кончалась бездонным обрывом, от которого отделяла лишь резная перегородка из грубого камня. Она доходила мне до пояса.
И никакого обходного пути. Тупик.
Я аккуратно наклонила голову, чтобы попытаться разглядеть на дне хоть что-нибудь, но без толку. Всё свободное пространство захватили бескрайняя тьма, туман и ветер.
— Твою мать! — Не сдержалась я. Но мой тихий возглас затерялся между холмов.
— Нет! Тасселира!
А вот басистый голос лорда я расслышала чётко. В нём таилась сверхъестественная сила, с которой даже силы природы не решались тягаться.
Я вздрогнула, когда развернулась и прижалась спиной к такой же холодной ограде. Прижалась до того сильно, что не удивилась бы, если бы её узор отпечатался на коже. И с боязнью разглядела медленно ступающего по террасе будущего супруга.
Только вот, судя по изменившемуся взгляду белёсых глаз, тот и сам чего-то испугался.
— Вам необязательно это делать! Можно обойтись без крайних мер. Прошу, отойдите от обрыва.
Неужели он решил, что я собиралась прыгать туда? Ну нет, я не чокнутая. Хотя, как способ добиться желаемого, можно использовать. Дрожа и переступая с ноги на ногу, я обхватила себя за плечи и потребовала:
Точнее, попыталась.
— Ес-сли я отойду… т-то… вы нем-медлен-но разорв-вёте контрак-кт и… отп-пустите мен-ня!
Лорд продолжал не спеша приближаться, но не потому что не мог быстрее, а осторожничал. Будто покрытие террасы сделано из тонкого льда, и от любого неаккуратного движения пошла бы трещина.
— Нет… Я понимаю, вы напуганы, но не могу. Не сейчас.
— П-почему?
— Вы нужны, чтобы помочь разрушить проклятье! — Ну да, логично. — Но, как только вы это сделайте, я обещаю… нет, клянусь, что отпущу вас. Мы оба станем свободны.
— Ч-что именно я должна делат-ть?
— Я не могу вам объяснить, физически не могу, но мы найдём способ, как решить эту проблему. Когда вы всё расскажете.
— Ч-что — всё?
— Конечно же, правду! — Лорд Дарлин повысил голос, но тут же смягчился. — Поверьте, я быстро догадался, что с вами что-то не так, но… что?
46
Я чуть окончательно не потеряла контроль над ногами и не осела на ледяной камень от такого заявления. Быстро же он раскусил меня! Умный чёрт попался. Или это я так бездарно притворялась местной.
Осторожно сделав шаг ему навстречу, я уточнила:
— Вы правда мне нич-чего не сделаете, если я рас-сскажу?
— Да. — Он уверенно кивнул своей огромной головой. — Мне наплевать, кто вы такая. Гораздо важнее, что мы можем сделать друг для друга. Помните, как договаривались? Вы поможете с проклятьем, а я за это организую для вас лучшие условия в Ист-Дарлине. Без нищеты, без мачехи.
Кажется, он говорил правду, и снятие страшного проклятия было для него главной задачей. Я посмотрела на силуэты пугающей нечисти, столпившейся у распахнутой двери. Оно и понятно! Такой участи я бы и врагу не пожелала.
Вот только слух зацепился за слово — наплевать.
Ему действительно всё равно кто я. И непонятно, чего от этого мне хотелось больше, вздохнуть с облегчением или снова сокрушаться от проявленного безразличия.
Ладно, позже об этом подумаю. Желательно в месте, где температура выше двадцати градусов тепла. От этой холодины язык совсем не слушался.
Из-за холода я пошла к нему, обнимая себя, на полусогнутых, чуть склонившись. С надеждой, что такая поза позволит моему телу удержать остатки тепла. А когда отошла на безопасное расстояние от края террасы, Маркуриил поспешил ко мне и резко прижал к себе. Укрыл полами своей мантии.
Я охнула, чуть не потеряв равновесие. Но удивилась, когда поняла, что от его близости мне в прямом смысле ни жарко, ни холодно.
— Ох… Лорд Д-Дарлин… Что вы…
— Не спорьте! — пресёк он. — Вы очень замёрзли, будет крайне некстати, если заболеете. Не хочу снова переносить свадьбу.
Вдруг я покраснела и улыбнулась дрожащими губами. Убрала волосы с глаз. Ну, если дело только в свадьбе, то конечно! Да.
И пусть я дрожала, как покрытый инеем осиновый лист, но, как ни странно, рядом с ним мне было почти не страшно возвращаться в логово чудищ. Хотя я понимала, что он — один из них.
Или нет? Где же они все были днём? В подвале от солнечного света, как вампиры… то есть носферату, прятались? Ещё одна странность, в которой предстояло разобраться.
Когда мы оказались в гостиной, Маркуриил подвёл к растопленному камину и проследил, чтобы я забралась на кресло с ногами. Кто-то тут же набросил на мои трясущиеся плечи плед из пушистого, мягкого меха. Я вздрогнула и удивилась, увидев, что это Иннария. Жутко и неожиданно.
— Принесите девочке горячий напиток, Улисс, — тут же сказала она.
— Конечно, госпожа, — ответил тот, поклонившись, и огибая мрачных гостей, ушёл в сторону столовой и кухни.
— Ну, рассказывайте, — торопливо бросил мне лорд Дарлин. — Кто вы?
Глаза его матери тут же налились красным огнём, вены внутри потемнели. Ох, ничего себе… После увиденного у меня ещё лет пять уснуть не получилось бы как минимум.
— Где твои манеры, Марк? Весь в отца, такой нетерпеливый!
— Ну конечно! Чуть что, сразу отец виноват! — раздалось неподалёку.
Я повернула голову в сторону шипящего голоса и побледнела. Это почти двухметровое мужеподобное создание было разрезано на кусочки и сшито заново перепачканными в крови нитками. Только некоторые части тела будто специально перепутали в процессе «починки».
Например, правое ухо было на месте левого, а левого я вообще не наблюдала. Пальцы на его руках тоже перепутались в случайном порядке. Взлохмаченные каштановые усы переехали на щёку, выцветшие карие глаза косили в разные стороны.
Глядя на лорда Дарлина-старшего — а я уверена, что это был он, судя по росту — хотелось одновременно и смеяться и плакать. Нет, пять лет бессонницы для такого маловато. Восемь!
— Грегоринд, ты её напугал! — упрекнула того Иннария.