Раб. Книга 2. Вкус свободы

– Если и влетит, то не тебе, – пожимаю плечами. Почему я так убеждён, что Тали не будет возмущаться? Может, потому, что вспоминаю, как мы эту схему делали, двигали туда-сюда, сколько вариантов перебрали. Смеялись…

А может, просто не хочу, чтобы она к ним выходила.

– Или всё-таки позвать? – снова Давлер.

– Зови, – отвечаю.

– Ты что, не элитный? – с подозрением интересуется Донам.

– Неа, – жму плечами. Ничего себе, уже на элитного раба стал похож, что ли? Раньше не путали как-то. С чего бы? Злюсь.

Донам поворачивается к дому.

– Ладно, – говорю, – сам схожу. Лучше знаю, как с ней разговаривать.

К моему облегчению, сразу же соглашается. Побаивается всё-таки. Вот и не лезь.

Иду искать Тали. Встречает на лестнице – наверное, увидела из окна.

– Что там такое? – интересуется.

– Хотят услышать от тебя, что одобряешь схему.

Кивает, радуюсь, что она не в любимом пеньюаре, а в лёгком спортивном костюме. Хотя даже в нём так и хочется притронуться, провести рукой…

Похоже, не только мне.

– Ладно, сейчас скажу, – соглашается. Смотрит внимательно: – Всё в порядке?

И как вот ей удаётся замечать? Киваю:

– Конечно, госпожа.

По-моему, не слишком верит, но не настаивает. Выходит во дворик, иду за ней, рабы тут же как по команде опускаются на колени. Кажется, Тали это не нравится.

– Ну что, как продвигается? – спрашивает, подходя. – Вы поднимайтесь, продолжайте.

Не поднимаются, ждут, напряжение прямо вибрирует вокруг.

– Они интересуются, – решаю отвлечь внимание на себя на всякий случай, – не передумали ли вы, продолжать ли ориентироваться на эту схему, – указываю на окошко на столе.

– Конечно, – отвечает прохладно.

Обходит вокруг яму.

– Немного глубже. Слушайте Антера, он всё знает, – сообщает Донаму. Тот кивает, Тали молча, не оглядываясь уходит. В такие моменты отчётливо осознаю, что она всё-таки госпожа. Почему-то хочется взвыть.

Возвращаюсь на диван. Парни вздыхают с облегчением, только сейчас встают. Вспоминаю, как бесилась Амира при попытках подняться с колен, смотрю Тали вслед.

– Странная, – заявляет Донам.

– Почему? – не совсем понимаю, о чём он.

– Спокойная.

Да уж, с этим сложно не согласиться. Лучшая.

Тамалия

Господи, какие же они тут все запуганные и издёрганные. Уже несколько часов работают, я прямо по Антеру соскучилась. Олинка в гости набивалась, посмотреть на новый бассейн, ведь придётся же приглашать. Как не хочется.

Антер по-прежнему на диване, кажется, ему и самому нравится следить за тем, как идёт работа. Иногда что-то помогает, подаёт. Объясняет постоянно. Вот почему я не поинтересовалась, как фирма производит установку? Никогда к этому Тарину не привыкну. По умолчанию уверена, что автоматическим путём, в лучшем случае оператор, который роботом управляет. Нет же, всё вручную, какое удовольствие мальчиков мучить? Видимо, чтобы была возможность «попользоваться». Пора бы покормить, к вечеру идёт.

– Антер, – зову, делаю голос порезче и похолоднее. Подозрительно быстро появляется, глаза настороженные, откладывает сетевик на стол.

– Что-нибудь случилось, госпожа?

Улыбаюсь помягче.

– Так, переживаю, что не признают во мне аристократку, – смеюсь. – Вдруг их кто-нибудь расспросит. Слушай, ммм… ребята работали несколько часов, нужно их покормить, наверное. Никаких ограничений на этот случай нет?

– Не знаю, – пожимает плечами. – У Амиры приходил один как-то что-то починить. Она его водила в комнату… с кольцами… Долго кричал. А вот чтобы кормила – не заметил.

– Ладно, – вздыхаю. – Я приготовила. Отнесёшь им, а то мне как-то совсем не к лицу.

– Да уж, – хмыкает.

– Антер… А о чём вы там говорили?

Интересно же.

Смущается неожиданно.

Антер

– М-м… надеются, что вы воспользоваться захотите.

– Я?! – удивляется. – Что, мазохисты собрались?

– Нет, – говорю, сам не знаю, зачем. Наверное, хочется удостовериться, что тебе это не нужно. – Просто ты такая… Сама же знаешь, как мужчины на тебя смотрят. А они… ну… они же элитные со специальностью, к таким, как Амира, попадают нечасто и ненадолго.

Замолкаю, Тали подозрительно розовеет, не замечал за ней такого, глядит грустно. На секунду пугаюсь, что зря сказал, а вдруг госпоже захочется попробовать нормального раба, который не будет дёргаться от прикосновений, забирать руки и вообще… про таблетки специальные рассказывать. Стараюсь не покраснеть.

Тали вдруг приближается, обнимает, не могу понять почему. Как же приятно. Закрываю глаза. Не отпускает, сжимаю руки в кулаки. Когда-нибудь разрешишь обнять тебя в ответ?

– Надеюсь, это не обязательно? – отходит, спрашивает спокойно, но голос не соответствует глазам. О чём думаешь, Тали?

– У аристократов вообще мало обязанностей, – отвечаю. Внезапно пугаюсь совсем другого, что это я такое несу, как на неё мужчины смотрят, а вдруг напомнил страшные события? Тоже четверо…

– Извини, – бормочу, – не подумав сказал.

– Всё ты правильно сказал, – отвечает, будто и не поняла, за что извинился, даже не подумала о тех мужчинах. Если всё-таки не напомнил, глупо было бы напоминать теперь. Не знаю, что добавить. Молчим.

– А что ты им ответил? – вдруг спрашивает.

– Ничего не говорил, – бурчу. – Я же не могу за тебя решать.

– Хорошо, – соглашается. Что хорошего? Может, снова жду того, чего на самом деле нет? – Покорми их, пожалуйста. Я на нас не готовила, но если ты голодный…

– Нет, я потом с тобой, – говорю. Улыбается. – Что-нибудь передать? – рискую спросить.

– Не надо, я сама, – отвечает. Сама так сама. Если прикажешь, я, конечно, ничего не поделаю.

Тамалия

Антер уходит в кухню. Оставил сетевик, тянет как магнитом, буквально заставляю себя не лезть, не смотреть, чем он там занят. Хм, ему тоже так же интересно, что делаю я, или это только моё глупое неуёмное любопытство?

На днях получила сообщение сети, что поменял ком-номер. Моя сеть и так скрывает исходящие номера, он этого, конечно, не знает. Да и на выходе из таринского узла в гиперсеть наверняка тоже фильтры стоят.

Интересно, для чего изменил? Не хочет, чтобы друзья, которым звонил, нашли? Или наоборот, оставил им новый номер? Или рассчитывает таким способом спрятаться от возможной прослушки? Впрочем, менял до того, как я предупредила. Надеюсь, не пытается скрыться от меня. Должен же понимать, что полностью слежу за сетью. Хотя, откуда ему знать, насколько во всём этом разбираюсь?

Верю тебе, Антер, пожалуйста, не делай глупостей. Не стану расспрашивать о том, о чём сам не хочешь рассказать, только пожалуйста, ты же у меня умный, пусть тобой не руководит страх.

Ладно, останавливаю себя, не буду акцентировать внимание на ерунде, понаблюдаю, что к чему.

Антер

– Хозяйка поесть разрешила, – ставлю гравинос на стол. Хм, Тали ничего не сказала, а им, наверное, нельзя за стол.

Благодарят с некоторым удивлением, берут тарелки, рассаживаются на траве. Только сейчас доходит, что и я, наверное, должен был сидеть не на диване всё это время. Но если вдруг начну пересаживаться, ещё хуже будет. Точно что элитный, самому противно.

– Надо же, редкость какая, – хмыкает Донам, смотрю на него мрачно. И чего я так завёлся?

Вспоминаю реакцию Тали, прикосновение, хочу улыбаться. Разбаловала ты меня, даже мысли не возникло, а если действительно кому-нибудь расскажут?

– А ты что не ешь? – интересуется Давлер.

– Ему, видимо, как любимчику, с барского стола, – отвечает Донам. Заставляю себя не реагировать.

– Завидно? – спрашиваю.

– Ага, – соглашается. – На диване сидишь, сетевиком пользуешься. Или отобрала уже?

Пожимаю плечами:

– Сделал, что велела, – говорю.

– А на гамаке тебе тоже можно?

Не то слово, знал бы ты, как я люблю этот гамак.

– Как госпожа прикажет.

Смотрит на меня, бросает взгляд туда, где находится Амирина надпись, видимо, раздумывая, завидовать ли, или всё же не стоит. Не собираюсь помогать ему с выводами.

Демон, Тали всё-таки решила выйти.

Тамалия

Чёрт… все сидят на траве, только мы с Антером не подумали об этом. Хоть бы снова не ожидал наказаний!

Донам поднимается, отставляя тарелку, намеревается шагнуть ко мне, Антер вдруг почти неуловимым движением оказывается между нами, пытаюсь не показать удивления, что бы это значило?

– К моей госпоже нельзя приближаться без её непосредственного разрешения, – предупреждает. Хм, защитник мой.

Донам останавливается.

– Я вас поблагодарить хотел, госпожа, – отвечает, опустив голову. Киваю благосклонно.

– Сегодня успеете? – спрашиваю.

– Только подключить осталось. Самопрокладывающиеся трубы уже запустили. Если вам не надоело ещё наше присутствие…

– Заканчивайте, – говорю, опускаюсь на диван.

Антер садится на траву, выбирает место так, что и не у ног, а будто напротив, поодаль от стола, заодно и рабов видит.

Донам доедает, ставит пустую тарелку на гравинос, благодарит с колен.

– Госпожа желает ещё как-нибудь нами воспользоваться? – интересуется.

Приподнимаю бровь с некоторым удивлением:

– Разве я могу пользоваться чужими рабами без разрешения хозяев? Я тут человек новый, в местных привычках не слишком разбираюсь, но правила изучила. Без разрешения вашей хозяйки могу пользоваться вами только в том, что связано с обустройством бассейна.

– Госпожа предоставила нас в полное ваше распоряжение, – убеждает осторожно. Изображаю сложный мыслительный процесс. – Вы можете наказать любого из нас или всех вместе, или использовать любым другим способом, даже как постельных. Господа всегда так делают. Ваш раб вам не объяснял разве?

– Я странная инопланетянка, – отвечаю. – Честь обладания мною ещё нужно заслужить.

Бросает взгляд на Антера, вот спроси, заслужил ли он. Но нет, молчит, всё-таки вбитая с детства рабская психология меняет, наверное, даже эмоции. Госпоже перечить нельзя, а если хочется – желание неправильное, за ним следует наказание. Только мне бы обойтись без наказаний.

Боже, как Антер смотрит, на секунду показалось, не будь здесь посторонних – наконец-то обнял бы. Не удерживаюсь, добавляю:

– А вообще, могу только посочувствовать несчастным хозяйкам, которых не устраивают их собственные рабы.

– Простите, госпожа, мне не встречались ещё хозяйки, которые были бы полностью довольны своими рабами. Нас всегда есть за что наказать.

– Считай, что встретилась, – хмыкаю.

Антер

Зачем ты, Тали? Ведь когда-нибудь не сдержусь же. Сумасшедшее желание прижать тебя к себе. Ненавижу, когда меня хорошим рабом называют, но твои слова… Будто с заботой, не просто нахала на место поставила в обычной мягкой манере, но и умудрилась повернуть так, словно это моя заслуга. Приятно.

Хотел бы я тебя устраивать, Тали. Но не как раб. Добиться этой чести.

– Что до прочего использования и телесных повреждений, – добавляет с едва брезгливым выражением лица, – лучше воздержусь. Не знаю, что здесь принято меж госпожами, но я предпочитаю придерживаться правил, они же не просто так писаны.

– Спасибо, госпожа, как вам будет угодно, – кланяется Донам. Похоже, он один имеет право заговаривать с ней, даже вместо соратников благодарит за угощение.

Тамалия

Фух, сделала всё, чтобы слова не звучали как оправдания, но в случае необходимости были переданы владелице.

Звонок Олинки заставляет подняться и уйти в дом, вот нетерпеливая. Отвечаю с улыбкой, у девочки глаза горят, губы языком обводит, чуть не задыхается:

– Ну как? – спрашивает. – Поставили?

– Нет ещё, – пожимаю плечами. – Я же сказала, позову.

– А рабы как? Ты не представляешь, как тебе повезло, у меня всё отец делает, сам наблюдает, не слишком-то воспользуешься. Симпатичные? Ну, других обычно и не ставят к аристократкам. Попробовала уже?

– Олинка, – кривлюсь. – Ты не помнишь, почему я на Тарине? Мне пока и Антера хватает, никаких других мужчин видеть не могу!

– А, – тянет разочарованно. – Ну не обязательно же в постели, можно же и по-другому использовать. А пульты у них какие?

– Обычные, – уверяю. – Ничего особенного.

– Может… приехать к тебе? Вдвоём повеселимся.

– Олинка, я-то не против, но после нашего веселья когда они бассейн закончат? И без того на несколько дней затянется, наверное.

– А тебе плохо? – недоумевает. Поворачиваю сетевик, чтобы ей виден был через окно распаханный дворик:

– Конечно, плохо, куча земли, грязь в доме, все цветы в саду наново пересаживать.

– Накажешь их за это? – радуется. Смотрю с недоумением:

– Олинка, это входит в их работу, боюсь, хозяйка меня не поймёт.

– Да? – девочка ещё больше расстроена, усиленно думает. – Может, я просто с хозяйкой договорюсь, одолжу их на денёк?

Бедные мальчики, надеюсь, вас просто так не одалживают. Стараюсь не вздохнуть – не в этом обществе. Тут все всех одалживают.

– По-моему, это… ммм… дурной тон, что ли. Лучше закажи у неё что-нибудь.

– Да мне бассейны не нужны.

Очень на это рассчитываю!

– Даже не знаю, что и посоветовать. Поговори с папой?

– Вот ещё, не собираюсь я ему ничего рассказывать.

Ну да, папаня уверен, что дочка у него почти святая. Эти мне слепые отцы. Может, чуть приоткрыть ему глазки-то? Нужно будет обдумать.

– Извини, не могу говорить, слежу за работой, ты же знаешь, только отвернёшься – и что-нибудь не так сделают.

– Понимаю, – облизывает губы. – Без наказаний никак!

– Корнель с Уиллой вернулись-то?

– Ага, вчера прилетел, вроде нормально всё. Привет тебе передавал.

– Спасибо, ему тоже, – киваю, не успеваю отключиться – спрашивает:

– А где Антер?

– Да я тут решила поэкспериментировать, – отвечаю.

– Да? – глаза горят, смотрит предвкушающе. – А как?

– Ну, сказала ему, чтобы пришёл ко мне, когда сам захочет. Теперь вот жду. Так… волнительно.

– Да? – удивляется.

– Угу, – подтверждаю. – Ведь интересно же, да и приятно точно знать.

– А почему ты уверена, что он не просто переждёт?

– Пообещала, что не буду наказывать. Сколько бы ни прошло времени.

– И поверил? – хмыкает.

– Госпожа Ямалита Станянская всегда держит слово! – делаю оскорблённое лицо, Олинка удивляется:

– А ты ему слово дала?

– Конечно, он же не дурак, иначе не поверил бы.

Задумывается. Надеюсь, мальчикам маньячки перепадёт хоть немного отдыха, если ей тоже захочется поэкспериментировать.

– И долго ждёшь?

– Да пару часов пока.

Вижу, как через кухню входит один из рабов, решаю, что направляется в гостевой туалет – им Антер показывал, чтобы пользовались. Самый молчаливый из всех, тёмненький – редкость для Тарина. Видит меня на диване гостинной, замирает, опускается в позу покорности.

– Ну, у тебя пока другие есть для развлечения, – Олинка заговорщически подмигивает, меня сейчас стошнит. Улыбаюсь:

– Ага, вот один из них появился, пойду займусь.

Отключаюсь наконец-то.

– Продолжай, – киваю рабу.

Вдруг распрямляется, начинает снимать рубаху с обречённым видом. Да уж, будь на моём месте другая аристократка, за одно выражение лица беднягу отходила бы. Впрочем, их, кажется, наоборот возбуждает сама мысль, что им должны подчиняться, несмотря на испытываемые эмоции.

– Ты что делаешь? – спрашиваю. Замирает.

– Вы сказали продолжать, – отвечает тихо.

– Продолжать то, что делал.

– Простите, госпожа… – не совсем понимающе.

– Иди куда шёл, я тебя не звала.

На пороге бесшумно появляется Антер, смотрит настороженно.

– Всё в порядке, госпожа? – интересуется. Киваю. Парень затравленно оглядывается, бросает взгляд на меня, на виднеющийся из кармана пульт, на Антера, тот ему едва уловимо кивает. Раб поскорее ретируется обратно в садик. Уйду к себе, а то даже в туалет сходить боятся.

– Антер! – зову. Подходит, смотрит вопросительно, поднимаюсь.

Может, нужно было бы поручить, чтобы рассказал рабам, почему я на Тарине? Уверена, сам и словом не обмолвился, не из болтливых. Только не хочется всем рассказывать да Антера очередной раз использовать, тем более, это не объясняет моих воздержаний от наказания. Лучше уж побуду для них странной инопланетянкой.

– Ты что-то хотел?

– Просто… – краснеет вдруг. – Проверить, всё ли у вас нормально.

– Конечно, – улыбаюсь. Гм, у меня, или у раба? Неужели до сих пор ждёшь, что я пульты испробовать захочу или воспылаю внезапной любовью к кнуту?

Антер

Уже поздним вечером работа окончена, не знаю, о чём Тали договаривалась с владелицей рабов, но та приехала. Напрягало, что они могут заночевать в доме.

Бассейн подключен, только на участке горы лишней земли.

Хозяйка фирмы проверяет – похоже, бассейн работает, но весь в грязище.

– Мои мальчики завтра всё вычистят и землю вынесут, – предлагает.

Лучше я сам его вычищу, забирай своих мальчиков подальше от Тали. Молчу, конечно.

– Не нужно, – отвечает Тали, с трудом сдерживаю улыбку. – Мои роботы справятся с этим.

– Роботы? – удивляется белобрысая.

– Ну да, – недоумевает Тали. – Во всей Галактике роботы давно уже заменили людей практически во всех сферах физического труда. Садовые роботы вывезут землю и приведут сад в порядок, а уборщик вычистит бассейн. Могу порекомендовать, где покупала.

– С удовольствием, – любезно отвечает владелица, хотя видно, что никакого удовольствия ей это не доставляет. Бизнес боится потерять. Не потеряешь, с таким контингентом хозяек, как здесь. Да и рабов правильно подобрала, Донам вон как смотрит на меня и на Тали. Конечно, не часто на Тарине такие аристократки встречаются.

Кто ты, Тали?

Тамалия

Наконец-то отправляю услужливую подрядчицу, заверив, что роботы дальше сами, и даже дав ей адресок интернет-магазина. А то ещё расспросит рабов, узнает причину, по которой я их не употребила не по назначению, и решит предельно чётко всё разъяснить. Дурацкая планета. Вместо того, чтобы объясняться, почему воспользовалась чужим имуществом, я должна придумывать причины, почему не сделала этого.

Донам и Антер обмениваются странным, слегка напряжённым взглядом, что там у них произошло? Ужасно хочу знать, но по-моему, это какие-то чисто мужские закидоны, не буду расспрашивать, сочтёт нужным – сам скажет. Надеюсь только, ничего снова не напридумывает.

Кажется, мой хороший хоть немного, но ощущал себя сегодня хозяином. Как же мне это нравится!