Раб. Книга 2. Вкус свободы

– Ну что, куда хотите поехать? – интересуюсь.

– С вами куда угодно, прекрасная госпожа, – чуть кланяется. Ну раз куда угодно… Гм.

– Мммм, Клим… может, на «ты»?

– С радостью!

– Замечательно, – смеюсь. – Так вот… скажи, ты разбираешься в оружии?

Ох и глаза у мальчика, сейчас не сдержусь, хохотать начну.

– Ну… – мнётся, – слегка.

– Просто хочу себе какой-нибудь парализатор купить, поможешь выбрать?

– Зачем? – изумляется. Пожимаю плечами, вздыхаю грустно:

– Не знаю. Не могу избавиться от страха. Когда летела на Тарин, думала, буду ощущать себя тут в безопасности. А не получается…

– Никто не посмеет тебя здесь тронуть! – восклицает горячо.

– Умом понимаю, – соглашаюсь, – но ничего не в силах с собой поделать. Вот устанавливали бассейн, вроде бы пульт в руках держу, осознаю, что они все в моей власти… Но слишком их много, целый день расслабиться не удавалось, сказала Антеру приглядывать, понимаешь, они вели себя безупречно, а я всё равно не могла избавиться от мысли, что в доме полно чужих.

Доверчиво жалуюсь, надеюсь, ты не любишь ноющих девиц и не станешь на меня планы строить, а с другой стороны, отказать тоже вроде не способен.

– А ты стрелять-то хоть умеешь? – интересуется.

– А обязательно стрелять? – задаю дурацкий вопрос.

В принципе, я уже выбрала, что мне подходит, конечно, бесконтактный. Однако нужно же обставить получше, на случай, если вдруг Клима кто расспросить решит.

– Или стрелять издалека, или подходить и давать разряд вплотную.

– Подходить?! – пугаюсь. – Ой нет, я лучше стрелять поучусь. А ты умеешь?

– Откуда? – пожимает плечами. – Нас такому не учат.

Слава богу.

– Ну, найду где поучиться. Так поможешь выбрать?

– Ну я не специалист…

– Так мне и не нужно профессиональное. Ладно, у консультанта спрошу, – отмахиваюсь беспечно.

– У моего раба статус телохранителя. Только он им почти не пользуется. нужды нет.

– А подсказать что-нибудь сможет? – с любопытством смотрю на симпатичного парня, из тех, что не похожи на любимых собачонок.

– Конечно, – соглашается Клим. – Поможешь госпоже выбрать, что она захочет, – это уже рабу.

– Как прикажете, господин, – отзывается тот. Похоже, нормально к мальчику относятся, без излишних перегибов. Всё-таки Клим симпатичный.

Подъезжаем к облюбованному мной магазину, проверка не хилая, скан ладони, наличия оружия, пугаюсь, не засекут ли мой дес-шокер и микросетевик, но проносит. Выдыхаю незаметно.

Стою растерянно, Клим демонстрирует, что мальчишки всегда остаются мальчишками, даже при матриархате – моментально идёт к лучшим образцам из выставленных на витрине.

– Туда даже не смотри, – указывает в сторону ерунды, в которой дизайн преобладает над функциональностью. – Вот здесь наверняка найдётся что-нибудь.

– Что посоветуешь?

Смотрит на раба, за прилавком загорается виртуальный консультант. Какая прелесть. Очередного раба, ожидающего, не решу ли я им воспользоваться, наверное, не выдержала бы.

Виртуальный консультант замечательной прошивки, не навязывается, не расхваливает – нейтрально описывает модель, о которой расспрашиваем, отвечает на вопросы, не перебивает даже раба.

Хватаюсь за всё подряд, выражаю восторги то по поводу внешнего вида, то цвета, то размера, беру в руку, даже пробую неуклюже стрелять. Постепенно подвожу к выбранной модели.

– Преимущества рассматриваемого экземпляра в том, – рассказывает виртуальный консультант, – что можно регулировать ширину луча, как в случае точечного, прицельного поражения, так и для широкой площади воздействия.

– Переключается легко, – соглашается раб, – идёт настройка на хозяина, чтобы мысленно регулировать ширину. А также интенсивность.

– Зачем? – хмурюсь.

– Она влияет на время, которое жертва будет парализована, – сообщает раб, откуда у него хватает выдержки не смотреть на меня, как на идиотку!

– Эти парализаторы являются безопасными как для хозяина, так и для того, на кого направлено воздействие, – вставляет консультант.

– Класс! – восхищаюсь. – Беру!

– Подожди, – останавливает Клим, – посмотри ещё что-то, может, лучше будет…

– Не хочу! – отмахиваюсь. – Зачем мне лучше, мне этот нравится! Надеюсь, не придётся им пользоваться, так, для уверенности.

– Ну если для уверенности…

– А что лучше? – на всякий случай интересуюсь, не выпуская выбранный трофей из рук. Клим переводит взгляд на раба.

– Для ваших целей, наверное, этот наиболее подходит, – отвечает раб. Предлагает ещё пару вариантов, делаю глупые придирки.

Смотрю на него, размышляю о том, как же нужно быть уверенными в проводимой аттестации и сертификации, чтобы позволять рабам разбираться в оружии и применять его. А с другой стороны, если их с детства правильно ломают, направляют психику определённым образом… Да уж, Антеру ни за что бы не пройти.

Беру, пытаюсь поторговаться с виртуальным консультантом, как ни странно, он соглашается снизить цену. Внешне всё быстро, надеюсь, никто не догадается, как долго я перед этим модель выбирала. В прекраснейшем настроении выходим из магазина, достаю свой трофей прямо в гравикаре, рассматриваю, направляю по очереди на обоих парней. Раб бесстрастен, Клим слегка зеленеет и просит отвернуть дуло.

Глупо хихикаю, прячу парализатор в сумочку, буду теперь пулять направо и налево, пусть только кто решит ко мне подкатить. Или к Антеру.

– Ну что, – спрашиваю, – куда дальше? Голодный?

– Да не очень, – отвечает Клим. – Как пожелаешь.

– А знаешь что… покажешь мне свой корабль?

– Зачем? – удивляется. Демонстрирую лёгкое возбуждение:

– Ну это же классно! У меня маленький, на общей стоянке стоит, а у тебя отдельная.

– Так у меня старый…

– Ну как хочешь, – сдаюсь, – тогда сам предлагай, куда идти.

– Ну что ты, – смущается, – я вовсе не против. Далековато только: ближе к пассажирскому космопорту те, кто познатнее, наша полоса посередине; ещё немного – и грузовые начинаются. Ехать долго.

– Да я никуда не спешу, – улыбаюсь, с тоской раздумывая, что там сейчас делает Антер. Интересно, нашёл ли оставленные мной плавки? Приеду – заманю в бассейн, чего бы мне это ни стоило. Чёрт, кажется, улыбаюсь, ладно, пускай Клим думает, что ему. Направляю гравикар к выезду за стены.

– Я решил подать заявку на остров Далгнеров, – находит тему для беседы.

– Будешь участвовать в состязаниях?

– Нет, на проживание и зрительские места. Не хочешь присоединиться?

– А обязательно подавать?

– Не обязательно, но так тебя разместят и всё организуют, а иначе может просто не хватить мест.

– Понятно… – тяну. – Ну, я ещё подумаю. Может, и правда съездить развеяться? А то всё на одном месте сижу.

Кивает, замолкает – не настаивает.

– Ну, расскажи о себе, – предлагаю. – Чем твоя семья занимается.

– У матери была доля в «Зейти», это производитель сетевиков.

Ох, Клим, со всех сторон нужный мальчик. Никак мне с тобой не распрощаться.

– Но отцу в наследстве отказали, фактически, всем заправляет её троюродная сестра, нам выдаёт нашу долю прибыли на содержание, но к управлению не подпускает.

– Тебе это неприятно? – спрашиваю. Пожимает плечами:

– На Тарине мужчины почти никогда не подпускаются к высоким должностям. Исключения, как господин Корнель, очень редки.

– Тебе ведь нравится возиться с сетевиками?

– Нравится, – соглашается. – Но даже мать не хотела меня обучать. Это уже папа, после её смерти… Сказал: что выберу сам, тем и буду заниматься.

– Так ты… где-то учился? – уточняю. Наведаться бы в библиотеку какого-нибудь компьютерного вуза. А то попасть туда извне, как и во все прочие местные локальные сети, не удается. Эх, как бы так раскрутить Клима на сведения, чтобы он ничего не заподозрил?

– Да, в нашем Институте Компьютерных Технологий. Только работу всё равно найти не смог. Получатся, для себя отучился.

– Классно! – говорю. – Покажешь как-нибудь, где учился?

– Покажу, – пожимает плечами. Надеюсь, туда не так сложно пройти, запасусь микросетевиком.

– Мне всегда было интересно, – продолжаю, – каким образом удалось ввести Тарин в общегалактическую систему связи, ведь он развивался по своему собственному пути!

– А ты в этом разбираешься? – удивляется.

– Неа! – смеюсь. – На уровне пользователя. Просто понимаю, что за столько веков технологии наверняка разбежались в разные стороны, даже если начинались с одной и той же земной.

В этот миг подаёт позывной мой коммуникатор. Достаю.

Господи, Антер, и как я ему отвечу?! Что стряслось?! Не успеваю ничего придумать, как звонок прерывается и приходит совсем иное сообщение: охранная сеть разомкнута.

– Что случилось? – пугается Клим. Видимо, на лице много чего отразилось. Возьми себя в руки, агент Там!

– Сигнализация! – восклицаю, разворачивая гравикар. – В мой дом кто-то проник! Ты простишь, если я тебя не завезу?

Чёрт, глупо как, высаживать его, что ли? Не за собой же тащить.

– А полиция?

– Им тоже сообщение должно было поступить.

– А у тебя как…

– У меня сигнализация связана с коммуникатором.

Хотя, пришло вовсе не то сообщение, которое должно было бы прийти, а по иным, скрытым каналам – благодаря тому, что сигнализация не совсем обычная. Вот чёрт, кто-то хочет, чтобы я не узнала о взломе. В полицию тоже, наверное, ничего не поступило. Если бы не Антер, переждала бы и понаблюдала. Но вспоминая поход в музей…

– Пусть полиция и разбирается, – отвечает Клим.

– Пусть, – соглашаюсь, – но ты же понимаешь, что мне нужно как можно скорее туда попасть! А вдруг вооружённое ограбление?

– Какое ограбление на территории стен? Сигнализация забарахлила.

– Мало ли? – настаиваю. – Я же далеко от культурного центра.

– Тогда тебе точно туда не надо! Что ты сможешь сделать?

– У меня теперь есть парализатор! А ты говорил, зачем!

Может, и правда вызвать полицию. Но для начала неплохо бы узнать, что там стряслось. Набираю Антера, не отвечает. Ускоряюсь. Далеко уже успели отъехать, эти стены ещё пока пройдёшь, что ж у них такие сканеры медленные, никогда не замечала!

– Лита… может, мы с тобой? Мой раб всё-таки имеет статус, – предлагает Клим. Знал бы, как не хочу, чтобы ты со мной ехал! Что Антер обо мне подумает?

А с другой стороны, Ямалита не стала бы отказываться. Неразумно. Высаживать – некрасиво, не просто некрасиво, подозрительно. Будто скрываю что.

– Ты можешь так не гнать? – просит Клим. Сейчас и не скажешь, что мальчишка.

– Не могу! – рявкаю. – Пока медлить буду, у меня полдома вынесут!

– А раб твой там?

– Конечно, где ему быть. Но я же не знаю, сколько их, сможет ли он их остановить.

– Как это? Ему нельзя на свободных руку поднимать, он не элитный.

– Тем более! – возмущаюсь. – Хотя я разрешила ему защищаться, если без моего разрешения кто-нибудь нападает. А то много желающих почему-то. Вот скажи¸ чем их всех так мой раб привлекает? Своих мало?

– Не знаю, – пожимает плечами. – Наглостью?

– Антер?!

– Он иногда смотрит слишком… вызывающе. Не должны рабы так смотреть, если не хотят, чтобы к ним цеплялись.

– Не замечала, – пожимаю плечами.

– Ты просто не привыкла замечать такие вещи, думаю. Не видишь ничего необычного. А я тебе говорю, как человек, с детства умеющий различать рабов и господ, даже если они в одинаковой одежде и без отличительных особенностей вроде ошейника.

– Ну может, – соглашаюсь. – Но он же абсолютно послушный. Никогда ничего не делает без разрешения!

– Не знаю, – пожимает плечами.

Вот уже и дом, как вовремя я парализатор купила. Выхватываю.

– Лита… – начинает Клим.

– Если боишься, жди здесь! – отвечаю. Ещё не хватало, чтобы предлагал отдать оружие своему рабу. Иногда матриархат очень кстати.

Выскакиваю. Возле дома два гравикара без опознавательных знаков. Вроде Уиллиного не видно. Хотя, это ни о чём не говорит. Бросаюсь внутрь.

Антер

Когда голова начинает пухнуть от избытка незнакомых слов, решаю сделать перерыв. Долго как-то Тали нет. Впрочем, смотрю на часы, не так уж долго. Просто слишком пусто без неё.

Не рассердится же, если я первый в бассейн залезу? Даже может и не узнать, если не спросит напрямую. Но почему-то не хочется одному.

Отгоняю мысли о том, что вдруг всё-таки отправилась на свидание… Ведь сказала бы, наверное. Какой смысл от меня скрывать? Я всего лишь раб, никаких прав на неё у меня нет. Даже права голоса нет. И отчитываться передо мной она не обязана. Узнать бы, но как?

Пока решаю, чего хочу больше – то ли что-нибудь съесть, то ли пойти в подвал размяться – вдруг обнаруживаю, что защитный купол странно мерцает.

Доступа к мысленной системе управления у меня, конечно, нет, поэтому захожу в кухню, туда, где находится интерфейс ручного управления. Вроде всё в порядке, индикаторы горят. Нет, снова мигают, вспоминаю, где инструкция, – под лестницей наверное.

Замечаю, как над куполом пролетает гравикар. Не нравится мне это, бросаюсь к входной двери. На улице ещё два, раздумываю, набрать ли Тали. Возле машин несколько человек, похоже, рабы, жду, что будут делать. Что-то решают, переговариваются. Наконец, приближаются к двери.

– Есть! – из гравикаров выходят три женщины, видимо, хозяйки. Не могу понять, о чём они, на всякий случай проверяю охранку – работает.

Нет! Не знаю, что они там сделали, как взломали, однако дверь открывается, хотя индикаторы и здесь продолжают гореть, как если бы система работала. Всё-таки набираю Тали, бросаюсь назад. Не успеваю: врываются в дом, двое рабов хватают, заламывают руки, замечаю у одной из тёток полицейское устройство для воздействия на пульт.

Выхватывают коммуникатор, выключают, отшвыривают.

Никого из них раньше не видел, никакой формы – обычная гражданская брючная одежда. Не определишь, к кому относятся. Лучше бы не Тали звонил, а в полицию, идиот, наверняка же сигнала не поступило, обошли. Мне бы вряд ли полиция помогла, но ведь проникновение скорее всего незаконно. Следили за домом, что ли, ждали, когда уйдёт надолго?

В саду тоже шевеление, острое мгновенное сожаление об оставленном на столе сетевике – напоминаю себе, что он всё равно не мой, что мог бы лишиться его в любой момент. Почему-то не помогает.

– Монстры морские, – рычит одна из тёток с зализанными волосами и толстым, некрасивым носом. Нажимает на какие-то сенсоры прибора, оборачивается ко мне: – Где твой пульт?

Пожимаю плечами:

– Не знаю. У госпожи.

Если сейф Тали так хорошо экранирует…

– Попробуй к сети подключиться, управление наверняка выведено, – говорит вторая. Пугаюсь: что будет, если узнают, что не выведено.

– Не получается! – досадливо сообщает первая.

– Что вам надо? – спрашиваю.

– Заткнись, раб! – шипит, достает кнут, тварь! Но форму я уже немного вернул, да хоть какие-то приемы вспомнил, спасибо, Тали. Пока рабы не ожидают, бью одного в колено, тот взвывает, отпускает мою руку. Резко отталкивая, выкручиваю другую руку из захвата у второго.

– Ах ты… – возмущается толстоносая, ругается непечатными словами, даёт знак рабам. Много их, конечно, долго не продержусь, но вдруг Тали увидит, что звонил, вдруг… демон, не бросится же она сюда, Тали, пожалуйста, вызови полицию! Ты же внимательная, должна заметить, что возле дома много машин.

Несколько рабов накидываются на меня, пока ухожу, но им не впервой, а у меня практики сто лет не было, да ещё эта сука замахивается кнутом. Уклоняюсь, слегка задевает кончиком, подоспевает вторая с плетью. Зачем вы здесь, твари?

Спину обжигает болью, ощущаю, как сдирается кожа на бедре под разодранной тканью брюк, сжимаю зубы. После пульта это ерунда, кричать не буду, хоть всего измолоти. Лишь бы чип не сработал. Рабы всё-таки хватают, опять заламывают руки. Дёргаться бесполезно, стою.

– На вот, – подходит третья, с длинной рыжей косищей, вся в веснушках, протягивает толстоносой прибор, та ещё раз от души хлещет кнутом. Вздрагиваю, режущая боль по груди. Молчу. Сквозь заливающий глаза пот пытаюсь рассмотреть. Демон, такой прибор, как у службы поимки рабов, из тех, что воздействуют на чип, минуя пульт. Дерьмо.

Они, как и на остальных планетах, где нет многофункциональных пультов, могут лишь менять интенсивность. Но этого вполне достаточно, чтобы не выдержать.

А как же законы, якобы запрещающие гражданским иметь что один, что другой? Те только у полиции, эти только у службы поимки, как раз недавно изучал. Схем работы, конечно, не найти, но чётко прописано: нельзя применять против чужих рабов, да и в свободной продаже не имеется.

– Спасибо, – улыбается толстоносая, даёт разряд, кажется, не самый сильный, всё равно выгибаюсь, рабы отпускают, падаю на пол.

Вскакиваю, зря, дурак, знаешь же, чем это чревато, получаю ещё разряд, снова оказываюсь на полу. Сжимаю зубы.

– А теперь говори давай.

– Что… – бормочу.

– Всё! – чеканит.

– Не понимаю… – бормочу. Во-первых, действительно не понимаю. Во-вторых, пока разговариваю, она не трогает кнопки.

Всё-таки нажимает, усиливает, сейчас закричу…

– Так понятнее? – спрашивает. Качаю головой. – Ты почему отбиваться посмел?

– А почему вы посмели вломиться в чужой дом?

– Где это видано?! – возмущается. – Дело раба маленькое – сидеть в сторонке и молчать! А сейчас ты расскажешь всё, что только сможешь вспомнить о госпоже Станянской. Или попадёшь к Амире Бевальской, знаешь такую? Уж она-то умеет добывать информацию.

Накрывает приступ ужаса, толстоносая подкрепляет нажатием на кнопку. В голове туман, не ляпнуть бы чего-нибудь! Молчу, сдавив зубы.

– Говори, – снова рычит, дополняет речь ядрёными словцами, сейчас меня стошнит. Разве это женщина?

– Ничего… не… знаю… – отвечаю, демон, что же делать. Выбить у неё из рук этот прибор, что ли? Всё равно хуже не будет.

– Рассказываешь нормально – не нажимаю. Было что-нибудь, что показалось тебе странным? – опять спрашивает, вдавливая кнопку, слова с трудом проходят в сознание, а сил на то, чтобы сообразить, как ответить, совсем не остаётся.

– Не-ет! – кричу, не отпускает, пытаюсь удержать в голове эту мысль.

Ничего, повторяю про себя, ничего странного. Тали меня наказывает.

– Наказывает… – произношу вслух. Поднимает брови, отпускает кнопку, заинтересованно слушает. Пытаюсь отдышаться.

– Ну? – поощряет. – Рассказывай. Исправно, значит, наказывает?

– Часто…

– Она с кем-то встречалась?

– Встречалась… – соглашаюсь.

– С кем? – интересуется.

– Госпожа Олинка Альвейская, госпожа Свелла… Мирайская, кажется… Господин… Клим… Линийский, господин… Халир…

Перечисляю все имена из высшего света, какие помню, толстоносая начинает нетерпеливо морщиться.

– А кроме аристократов? – перебивает. – Может, случайные встречи?

Вспоминаю Марка, не знаю фамилию. Случайное знакомство. Не хочу, чтобы они следили за Тали и пытались выяснить, кто он такой. Хотя, демон дери, похоже, она была права и за ней уже следят. Что их спровоцировало? Неужели Тали правильно сделала, когда решила сбежать из музея? А дальше что?