Исчезнувший остров. Зов Белой Крови

– Да сейчас я! ― отозвался парень через дверь. ― Господи, не дают в свой законный выходной выспаться нормально…

– Оуэн, ну скорее! А то уйдём без тебя! Ты же без нас здесь заблудишься. ― Ник с трудом подавил смешок.

– Да? А ты сам-то не боишься без меня уходить? Вдруг девчонка какая-нибудь на тебя нападёт, а меня рядом не будет, чтоб защитить.

– Друг, да я же пошутил!

В этот момент дверь наконец открылась, и в проёме появился Оуэн, скрестив руки на груди. В своём плаще и в такой позе, благодаря своему атлетическому телосложению, он походил на супергероя.

– А я НЕ пошутил, ― воинственно сказал Оуэн.

– Ладно уже вам! Прекращайте этот спектакль и пойдёмте, наконец! ― не выдержала Джо, и все пошли по пустынной тёмной улице на запад деревни, и лишь мерцающие фонари освещали им путь.

Зайдя по пути в конюшню, они забрали своих лошадей и, подкараулив момент, чтобы их не увидели, покинули пределы Санд-Гри.

Эмили очень радовалась тому, что они наконец выбрались из деревни и теперь свободно прогуливались по холмистым просторам Рэтхима. Риэль рассказывала что-то о свойствах различных камней и минералов, но, что именно, Эмили так и не запомнила, поскольку её рассказ действовал как-то усыпляюще. И похоже не только на неё: Оуэн впереди чуть не упал с лошади, на мгновение уснув. «Риэль, что же ты делаешь, ты же так совсем отпугнёшь Ника…» ― подумала девушка. Но взглянув на парня, с удивлением обнаружила, что он действительно заинтересовался и внимал каждому её слову. «Надо же! Так держать, подруга!» ― воодушевлённо подумала Эмили и улыбнулась.

– В этом и есть главное отличие гранита от мрамора, ― продолжала свой убивающий рассказ эльфийка, ― но если рассматривать все подвиды мрамора…

– Умоляю тебя! ― не выдержала Джо. ― Всё, я больше не могу это слушать! Если ты ещё слово скажешь про горный аметист, белый мрамор или ещё про какой-нибудь чёртов камень, клянусь, я скину тебя с лошади!

«А она внимательно слушала!» ― удивилась Эмили.

– Поняла, поняла… И незачем так кричать, ― обиженно вздёрнула носик Риэль. ― Я просто хотела рассказать вам про священный камень латенефрит, из которого я делала фонтан-русалку…

– РИЭЛЬ! ― одновременно прорычали Джо и Оуэн.

– Ладно-ладно…

– А мне было очень интересно! ― без малейшей иронии сказал Ник. ― Обязательно расскажи потом про латенефрит! Только когда не будет рядом этой психованной истерички…

Эмили испытывала чувство истинного счастья и спокойствия, ощущая рядом с собой друзей, которые веселились и подшучивали друг над другом. Девушка понимала, что нашла в Рэтхиме свой дом, нашла здесь всё, чего у неё не было раньше, и искренне надеялась, что не потеряет этого никогда.

Скоро наступило время рассвета, но небо по-прежнему оставалось тёмным из-за нависших чёрных туч. Ученики уже приблизились к лесу, который пугал своей непроглядной чернотой, и вот наконец на его кромке показался древесный живой дом Риэль. На этот раз он казался тёмным и мрачным: ни в одном окошке не горел свет. Когда они подъехали к нему, начал накрапывать мелкий неприятный дождик и подниматься порывистый ветер, раскидывающий эльфийские плащи. Ребята быстро завели лошадей в конюшню и побежали в дом, пока постепенно усиливающийся дождь не превратился в ливень. Риэль разожгла камин, включила марцилловые светильники, а затем приготовила свои фирменные ридинги. Все расселись за столом и приступили к завтраку, словно настоящая семья.

– Ну, так что ты хочешь нам показать, Риэль? ― спросил Оуэн, разглядывая необычную кухню. Он самый первый доел свой завтрак и теперь сидел, развалившись на стуле.

– Скоро сами всё увидите.

– Кстати, ты обещала показать мне свои фигурки и рассказать про латенефрит! ― напомнил Ник, и Риэль тут же оживилась.

– Конечно, покажу! Вот позавтракаем, и покажу!

– Я надеюсь, мы не из-за вашей самодеятельности сюда приехали? ― вставила Джо.

– Нет, обещаю, тебе и всем остальным очень понравится этот сюрприз.

– Надеюсь, нам не придётся на улицу идти? ― испуганно спросил Оуэн, глядя на стену дождя за окном.

– Именно! Нам придётся выйти из дома.

– О не-ет, ― проныл Ник. ― А у тебя нет зонтика хотя бы?

– Зачем? Ваши плащи сделаны из особого материала, они не пропускают влагу и не намокают. Да и к тому же там, куда мы пойдём, дождя не будет. Ну что! Пойдёмте на второй этаж, я покажу мои фигурки? ― спросила Риэль, когда все опустошили свои чаши.

– Конечно! ― с энтузиазмом согласился Ник.

– Лично я их уже видела, ― сказала Эмили. ― Я всё-таки здесь уже ночевала.

– А меня народное творчество как-то не прельщает, ― холодно отозвалась Джо, и Оуэн её поддержал.

У Риэль радостно загорелись глаза, и они с Ником поднялись одни на второй этаж. Пока они рассматривали статуэтки, остальные ребята перешли в гостиную. Эмили грела руки у камина, Оуэн развалился на кресле и тут же задремал, а Джо принялась изучать домашнюю библиотеку.

– Джо… ― тихо начала Эмили. ― Ты замечаешь, как Риэль смотрит на Ника?– По-моему, только слепой этого не заметит. И судя по всему, мой брат ― слепой…

– Может, с ним поговорить?

– О, в этом нет абсолютно никакого смысла. Я знаю моего брата, как себя: если он не заметил девушку, то она может хоть об стенку биться, но всё бессмысленно. Видишь ли, Эмили… Риэль ― эльфийка, и это перечёркивает для Ника то, что она ещё и девушка. Он видит перед собой только сказочное невероятное существо, возможно, даже друга, но не девушку. По-моему, надо поговорить как раз с Риэль и не разжигать в ней понапрасну надежду. Поверь, она мне нравится! Из всех, с кем Ник когда-либо встречался, и кто когда-либо бегал за ним, к ней единственной я испытываю симпатию. Но… Таков мой брат, с этим ничего не поделаешь.

Эмили задумалась над этими словами, и ей стало невообразимо жалко свою эльфийскую подругу. И когда Риэль спускалась с Ником, такая счастливая и лучезарная, чувство разрывающей тоски, которое так давно не посещало девушку, вернулось вновь. Невероятно настолько дорога стала ей эта эльфийская девушка за такой короткий промежуток времени. Эмили хотелось защитить её от всего, и она твёрдо решила бороться за её счастье. Да, она обязательно поговорит с Ником, как только представится возможность.

– У неё настоящий талант! ― восхитился бразилец, находясь под явным впечатлением. ― Нет, такого я никогда не видел! Риэль, возьмёшь меня в ученики?

– К-к-конечно! ― от волнения эльфийка даже начала заикаться. ― Но сначала сходим в то место, которое я хотела вам показать.

По совету Риэль друзья плотно укутались в свои плащи, надвинув капюшон, и вышли из дома. То, что творилось на улице, трудно было назвать дождём ― скорее это был небесный водопад. Водопад, за которым не было видно абсолютно ничего, и ребята слепо шли цепочкой, следуя за силуэтом друг друга, ибо ничего больше видно не было. Где-то далеко раздавались раскаты грома. Эмили тихо надеялась, что всё это скоро закончится, но ливень не ослабевал свой напор ни на секунду. Надо отдать должное эльфийским плащам: они действительно не пропускали ни капельки!

Наконец ребята вошли в лес, здесь сила и мощь небесного плача уже не так ощущалась, лишь ручьями вода стекала с деревьев, а под ногами было жидкое грязное месиво, засасывающее ноги, будто в болоте. Сделав очередной шаг, ботинок Эмили остался в грязи, и она по инерции сделала ещё один шаг вперёд, наступив прямо в грязную жижу босой ногой. В это же мгновение впереди послышался смех Оуэна, показывающего пальцем на неё. Но недолго же он смеялся, поскольку практически в ту же секунду с ним произошло ровно то же самое, что и с девушкой, которая не смогла сдержать улыбку. Ребята быстро допрыгали на одной ноге до своей обуви, но вода уже успела доверху наполнить ботинки. Грустно вздыхая, Оуэн и Эмили вылили содержимое и надели сапоги вновь, вот только теперь там было очень мокро, и так, хлюпая, они угрюмо поспешили за остальными.

Хоть никакой тропинки видно не было, но Риэль уверенно шла зигзагами, и скоро сквозь дождь ребята увидели перед собой очень необычный водопад. Это была высокая водяная стена, поблёскивающая радужными переливами, но вода не стекала вниз. Вопреки всем законам физики, она лишь недвижимо покоилась на вертикальной стороне скалы, словно гладь озера в безветренную погоду. Друзья, раскрыв рты, смотрели на это чудо, не веря своим глазам.

– Это Маэллира́н! Зеркало Вирхима. Вашего Старого мира, ― объявила Риэль и подошла к нему. ― Не бойтесь, можете подходить! Смелее!

Ребята ступили под дождь и подошли к невероятной водяной стене.

– Кажется, кто-то явился без приглашения, ― послышался задумчивый голос Хранителя врат.

Страж стоял позади и внимательно всматривался в Зеркало. На этот раз он был облачён в красивые необычные бронзовые латы и царственный плащ, а голову украшало подобие диадемы из того же материала, что и его доспехи. В правой руке он держал бронзовый посох, на конце которого сиял центрилл.

– Отец, я очень соскучилась по тебе, по дому! ― Риэль радостно подбежала к нему, ожидая объятий, но он ни на миг не перевёл на неё даже взгляда.

– Знаю, Риэль. Но решение уйти было твоим и только твоим. Я до сих пор против твоей тяги к путешествиям. Твоё место ― у врат. ― Вдруг лицо его потемнело. ― Смотрю, ты привела друзей, которым запрещено здесь появляться?

Ребята тут же неловко поздоровались со Стражем, неуверенно поклонившись, и он поздоровался в ответ.

– Да… только, отец, прошу, пусть это будет наш маленький секрет… И можно им посмотреть в Зеркало?

– Конечно, можно, Риэль. Всё-таки Вирхим ― дом, в котором они родились.

– Спасибо! Через это зеркало отец следит за вратами в Старый мир и наблюдает за ним, ― пояснила эльфийка. ― Только ему не надо для этого прикасаться к зеркалу. Ему достаточно просто посмотреть на него. Так, похоже, надо поубавить дождь.

Она подошла к рядом стоящему старому дереву, прикоснулась к его кроне и что-то прошептала, закрыв глаза. Дерево тут же ожило! Листья встряхнулись, ствол весь изогнулся, навесив свою крону над ребятами, будто зонт. Теперь они были спасены от дождя и скинули капюшоны. Эльфийка говорила, что она обладает лёгкими магическими способностями, но друзья впервые встретились с этим воочию и сопровождали это тихими восхищёнными возгласами. Затем Риэль подошла к волшебной стене и дотронулась ладонью до водной поверхности. С её прикосновением на ней образовалась рябь, кольцами расползающаяся по сторонам. Через мгновение рябь ушла, оставив после себя невероятную картину: во всю стену теперь красовался Лондонский пейзаж!

– Это… Это что, Биг-Бен?! ― в шоке спросила Эмили, глядя на старинную часовую башню, которую лишь однажды видела вживую.

– Да. Можно увидеть абсолютно любое место Старого мира. Достаточно лишь подумать о нём, прикоснувшись к зеркалу.

– Это типа веб-камеры в режиме реального времени? ― поинтересовался Оуэн.

– Что?

– Идиот хотел узнать: зеркало показывает то, что происходит сейчас? ― разъяснила Джо.

– Да, параллельное настоящее. Ну что, кто-нибудь хочет попробовать?

– Риэль, ― обратился к ней её отец, ― твоим друзьям, скорее всего, хочется увидеть родные места наедине с самими собой. Думаю, стоит подходить к зеркалу по одному, а остальные могут подождать в лесу и подходить по очереди.

– Да… ― подумав, сказала Риэль, убрав руку от заколдованного водопада, и изображение пропало. ― Ты, как всегда, мудр! Кто первый?

– Давай, я! ― загорелся Оуэн и подошёл к заколдованной стене.

– Просто подумай о том месте, которое хочешь увидеть, и прикоснись к зеркалу, ― напомнила напоследок эльфийка. ― А мы подождём неподалёку.

– Ну что ж, попробую… ― тихо проговорил он, и остальные ребята скрылись в лесу.

Друзья распределили порядок следующим образом: после Оуэна пойдёт Джо, затем Ник, и замкнёт очередь Эмили. Неподалёку они нашли поваленное бревно и расселись на нём, ожидая свою очередь в молчании и нервном возбуждении. Оуэна не было уже пятнадцать минут, и поскольку Эмили должна была идти последней, она решила прогуляться по лесу, вспоминая свою прошлую жизнь.

Воспоминания лезли в голову одно за другим, и девушка с грустью подытожила, как же мало было приятных и светлых моментов в её старой жизни. Но она ясно поняла, что хочет увидеть. Ферма. Её старенький дом… Интересно, что с имением сейчас? Эмили с ужасом подумала, что, возможно, его снесли или разобрали, но с этим она уже ничего не могла поделать. И виновата была лишь одна она. Ведь именно она покинула свой дом, не позаботившись о нём и оставив на произвол судьбы. Внезапно девушке стало очень стыдно… Почему-то только сейчас она ясно осознала, что её поступок был детским и инфантильным. Она просто сбежала от проблем и, в конце концов, могла подвергнуть опасности Лайта! Но уже всё позади, ничего не вернуть и не изменить. И остаётся лишь надеяться на то, что с фермой всё в порядке.

Остальные ребята тоже были сиротами ― это было единственным схожим у них. Отсутствие семьи было неким негласным критерием отбора в Рэтхим, какой-то неведомой высшей силой. Насколько Эмили известно, лишь у одного человека за всю историю Нового мира осталась семья в Вирхиме. Но этот человек настолько полюбил Новый мир, что отказался возвращаться и пожертвовал связью со своей семьёй, как бы сильно ни скучал по своим любимым. Хотя, как бы там ни было, круглые ли вы сироты или же люди с большой семьёй, но всем есть, что терять в Старом мире. Дом, друзья, любимые места, вещи, к которым мы привязаны и, наконец, воспоминания. Единственный вопрос в том, сможете ли вы пожертвовать всем, что у вас было в мире, в котором вы прожили неизвестно сколько времени ради чего-то нового. И в некотором смысле вы жертвуете собой, ведь вы стираете себя, свой след, своё будущее из родного мира ради чего-то неизвестного. Как сделать правильный выбор? Вероятно, не разум, а сердце подскажет…

– Эми? ― вытянула девушку из раздумий Риэль. ― Ты готова?

– Да, ― уверенно ответила она, и Риэль повела её к Зеркалу.

Когда девушки проходили мимо того бревна, на котором расположились их друзья, Эмили заметила, что ребята находятся в подавленном состоянии. Неужели на них так подействовало зеркало?

– Представить и прикоснуться? ― повторила девушка, когда они подошли к недвижимому водопаду. Риэль кивнула, тепло улыбнувшись, и удалилась.

Вот Эмили и осталась один на один с волшебным зеркалом. Несколько секунд она молча смотрела на него и потом прикоснулась к ледяной водной глади. Тут же девушка почувствовала, как холод пробирает её руку. Дрожь прошла через всё тело, словно электрический разряд. И она увидела. Это было не просто изображение на заколдованной стене ― это была картинка в голове девушки. Всё было так реально… Она словно наяву находилась на своей родной ферме. Эмили посмотрела назад: мутными тёмными силуэтами виднелись деревья Рэтхима и сам Страж. Два мира перемешались. Но это было позади. А впереди привычный утренний туман обволакивал до боли знакомый дом. Небо, как всегда, серое, но такое родное, такое любимое… Слёзы навернулись на глаза и душили горло. Только девушка подумала о том, чтобы подойти ближе, как мгновенно, без малейших усилий, переместилась к самому дому. И Эмили не поверила своим глазам. Дом свежевыкрашен, забор подлатан, конюшня облагорожена. Имение выглядело ухоженно и просто прекрасно!

Затем девушка, словно по волшебству, перелетела в сам дом. Здесь, похоже, полным ходом идёт ремонт! Вот мисс Хендриксон только что прошла прямо сквозь Эмили к рабочему, и они что-то стали обсуждать, но, что именно, совершенно не было слышно, впрочем, как и других звуков. Но лицо старой приятельницы бабушки было светлым и радостным, и это очень осчастливило девушку. Она знает, что мисс Хендриксон очень грустила по бабушке после её смерти, и было просто замечательно то, что именно она поднимает ферму. Похоже, дом действительно в хороших руках!

Эмили не спеша рассматривала знакомые вещи, которые сейчас были скрыты под прозрачной плёнкой, защищающей от ремонтных работ. Но в остальном ничего не изменилось. Волна воспоминаний накрыла девушку… но вдруг она заметила новый предмет. На каминной полке, на почётном видном месте стояла фотография в красивой рамке, обложенная цветами. На этой фотографии, обнимаясь и улыбаясь, стояли Эмили и её бабушка на фоне цветущего сада. Слёзы хлынули рекой, но это были лёгкие слёзы счастья. Всё было хорошо. Угрызения совести, мучившие её до сих пор, ушли, не оставив и следа. Теперь всё будет хорошо! Она уверена в этом, как никогда!