- -
- 100%
- +
— Мне показалось, или ваши соседи вам досаждают?
— Думала, вы уже не подойдете.
— Это поезд, тут… пространство настолько сжато, что не всегда чувствуешь себя комфортно. Я тоже не могу уснуть.
— Сочувствую вам.
— И ладно бы день, но когда вам не дают спокойно ехать ночью, это, конечно, никуда не годится.
— Не знаю, куда деваться до утра…
— Вы до Москвы?
— Да.
— Я тоже… Пригласил бы вас к себе, но у меня в купе на обеих нижних полках спят женщины.
— Ваши жены?
— Что?
— Шучу.
— Ах, нет, просто попутчицы… А что проводница? Никак не может угомонить ребят? Можно ведь вызвать начальника поезда.
— Да нет, они славные солдатики, только выпили. Не хочу их обламывать. Мне просто не повезло. Не в то купе взяла билет. Со мной всю жизнь так.
— У нас с вами похожие ситуации. Я также не хочу возвращаться к своим «женам».
Девушка мило заулыбалась:
— А вы юморной. Я Анна.
Она протянула руку, Венедикт ее пожал.
— Очень приятно, Венедикт.
— Как?
— Венедикт.
— Ну ничего себе.
— Мне кажется, Анна, что вариант у нас в вами только один…
— Снять СВ на двоих?
— А это мысль… Я могу себе такое позволить… ради такой прекрасной…
— О нет, я вас совсем не знаю. А с этими милыми ребятами все прозрачно.
— Милыми ребятами?
— Ну да, они классные.
— В таком случае я тут лишний.
— Нет-нет, перестаньте. А какая у вас идея была?
— Вагон-ресторан.
— О, круто! Там можно часик посидеть поболтать, и как раз за это время все уснут.
— Так вы не против?
— Против? Вы — мой спаситель. Только мастерку накину, а то про нас че-нибудь не то подумают.
…— Дайте угадаю, вы — модель…
В вагоне-ресторане было немноголюдно и тихо, играла музыка, салфетки на столике были немятые, скатерти чистые. Смущал немного только запах. Венедикт попросил для себя вина, а Анна заказала два больших чебурека. Она уточнила, что два самых больших и хорошенько поджаренных.
— Я? — громко удивилась красотка. — Модель? С чего вы так решили?
— Ну как с чего, с того, что у вас невероятные глаза.
— Так, стоп. Мне уже про глаза парни в тельняшках наговорили, и в их устах эти комплименты звучали довольно двусмысленно.
«Похоже, она туповата, — подумал Венедикт. — Но, может, это и к лучшему, так даже веселей».
— Но в любом случае ваша профессия, уверен, связана с индустрией красоты…
— Ой, вот уж нет.
— Тогда вы для меня загадка.
— Я биолог. Ничего загадочного, все прозаично.
— Что вы говорите. Но вы сели в Липецке. Не слышал, что там есть исследовательский институт, или что-то подобное…
— Есть.
— И что изучаете?
— Довольно занятный вид живых организмов. Довольно хитрый и неуловимый.
— Ого, и к какой классификации он относится?
— К малоизученной пока.
— Чубакабра?
— Ну нет! — засмеялась девушка.
— И какие в нем качества?
— По стойкости к врагам — как медоед: почти ничего не боится и довольно неуязвим, а вот мозг имеет некоторые интересные особенности.
— Какие?
— Импульсивные. Если его спровоцировать, то может распсиховаться и кого угодно убить. И не может остановиться, пока не убьет. — Анна глупо засмеялась.
Венедикт откинулся на стуле:
— Ничего себе… Завидую вам.
— Почему?
— Каждый день узнаете что-то новое.
— Не каждый, но да.
Официант принес чебуреки:
— Пожалуйста.
— Спасибо, — обворожительно улыбнулась ему Анна.
Венедикт остановил жестом официанта, чтобы тот не уходил.
— Может, все-таки вина? — спросил он девушку. — Уж очень оно здесь приличное.
— Не. Мне еще возвращаться к парням. Лучше трезвой.
— И правда, — Венедикт показал официанту на бокал. — Мне можно повторить. Праздника хочется.
— Конечно, — кивнул официант.
Анна жадно налегала на чебурек.
— Ого, — вырвалось у Венедикта.
Девушка смутилась и проговорила с набитым ртом:
— Могу представить, что вы обо мне думаете. Но они такие вкуснющие… Как же давно я мечтала о чебуреках в поезде.
— Не переживайте. Можем себе позволить все, что захотим, пока никто не видит.
— Прям все? — с нескрываемым кокетством бросила негодница.
Зачем она так сказала? Венедикт почувствовал легкое возбуждение.
— Так, это я вообще-то тут пью вино, и это у меня язык должен разлива… развязываться, — Венедикт от волнения заговорился.
— Разливаться? — захохотала девушка. — Это как?
— Ну все, начинается…
— Да вы сами меня смешите.
— Ешьте ваш здоровенный чебурек, прошу вас.
Анна еще больше засмеялась.
— Перестаньте! Теперь он в меня не лезет.
Венедикт решил, что это успех. Да, в его годы… он легко может вскружить голову любой красотке. И почему он раньше так не считал? Мужчина грациозно поднял бокал и серьезно сказал:
— За вас, Анна.
Девушка оставила в покое развороченный до ужаса чебурек.
— Как многозначительно…
Венедикт рассмотрел в насмешливом взгляде оттенок похоти. Биолог поймалась на крючок. Ее зрачки расширились, взгляд стал беззащитным и долгим.
— Пойду руки помою, — сказала Анна, вставая.
— Вот же салфетки…
— Не, вдруг че, а у меня руки жирнющие.
«Вдруг че» Венедикт расценил как зеленый сигнал семафора. Он едва сдержался, чтобы не хлопнуть в ладоши под столом.
Анна сняла куртку, бросила ее на стул. Оставшись в майке, она пошла в сторону уборной. Официант не мог оторвать взгляда, когда девушка проходила мимо него. Венедикт почувствовал себя снова на девятнадцать, ведь именно у него была возможность проводить время с этой шикарной чудачкой. Ночь обещала быть лучше, чем он мог себе представить. Да даже если они просто проговорят до утра. Но если произойдет нечто большее, запоминающееся и жгучее, то он точно не против.
…Анна вернулась из уборной с каким-то принятым решением. Это читалось в глазах. В ее серых бескрайних невероятных глазах.
— Как насчет небольшого путешествия? — спросила она.
— Ого, прозвучало так серьезно…
— А я серьезно.
И действительно, девушка стояла, полная решимости. Венедикт слегка оторопел, но как он мог ей отказать?
— Хорошо. Куда пойдем?
— Есть идейка…
Анна накинула куртку, взяла Венедикта за руку и потащила за собой к выходу в тамбур.
Двое высоких мужчин поднялись из-за столика и последовали за ними.
…Они прошли несколько вагонов насквозь. Все это время Анна не отпускала руку Венедикта. Мужчина не мог до конца ее понять, но не каждый день ведь знакомишься в поезде с такой потрясающей авантюристкой. Нужно идти до конца, вдруг там ждет приз, о котором и не мечтал.
Предпоследний вагон закончился.
— Пришли, — сказала Анна.
— Нам туда?
— Да, в почтовый.
— Нам пришла посылка?
— Вроде того.
— Анна, скажу честно: я слегка захмелел, и мне совершенно невдомек, что у вас на уме…
— Да просто посидим поболтаем.
— А как мы попадем в почтовый вагон? Он же закрыт. Вы собираетесь отомкнуть его заколкой?
Анна прошла через тамбур и подергала ручку. Затем что-то щелкнуло. Девушка обернулась, на ее лице был написан восторг.
— Открыла.
— Серьезно?
— Да! Тут простецкая задвижка.
Анна толкнула железную дверь и прошла внутрь.
— Вот черт. Черт.
Венедикт опасливо глянул через плечо в маленькое окошко, убедился, что никто их не видел, и покорно пошел вслед за Анной.
…Свет от проносящихся снаружи фонарей в дуэте со стуком колес придавал мистическое настроение почти пустому пространству внутри этого нелепого вагона. Кое-где валялись коробки, причем так, будто их кто-то набросал невпопад. У дальней стены стояло нечто наподобие железного шкафа или сейфа в человеческий рост.
— Странный вагон. — Венедикт остановился в нерешительности.
Анна подошла к шкафу, открыла его.
— Ну что, там наша посылка? — спросил Венедикт.
— Да, кое-что прислали.
Мужчина скептически хмыкнул.
— В ресторане как-то поуютнее, вам не кажется? — сказал он.
— Ага, тут жутковато.
— Не бойтесь.
— Ладно. Вы же тут со мной.
— Давайте договоримся: мы тут ненадолго.
— Да, конечно.
— О чем поболтаем?
Анна забралась с ногами на одну из коробок. Венедикт последовал ее примеру, и сел напротив.
— О двух вещах. Первое, это почему вы отказали вашим новым клиентам в аренде складов?
— Что?
Венедикт не поверил своим ушам. Романтическая атмосфера мгновенно испарилась.
— Вы не ослышались.
— Откуда у вас такая информация? Вы что, от них?
— Нет, я не от них, но мне необходимо знать. Я хочу помочь.
— Да кто вы такая?
Инстинкт самосохранения подсказывал Венедикту, что нужно убираться из этого места, отныне напоминавшего ловушку.
— Разведка, спецотдел. Вам они показались странными, не так ли, мужчины, которые к вам приходили?
Венедикт захлопал глазами. Те люди и правда показались ему таковыми. А вот Анне очень хотелось доверять.
— Зачем вам знать? Это касается бизнеса, а я не привык обсуждать с посторонними такие темы. Вы мне даже удостоверение не показали.
— Нет времени. У меня информация, что они захотят вас устранить.
— Устранить? То есть убить?
— Да. Похоже, им очень нужны эти склады. С вашим замом им будет легче договориться. В чем преимущество ваших складов?
— Они новые, по логистике удобные, дешевая аренда, так как расположены за городом, отапливаются, вентилируются хорошо. По правде сказать, особо ни в чем. Они такие же, как и любые другие, соответствующие нормам.
— Хорошо. Так почему вы им отказали?
— Те люди и правда были странными.
— Как вы пришли к такому выводу?
— Ощущение от них было, как от… медоедов.
За дверью что-то мелькнуло. Анна насторожилась. Она встала, подошла к шкафу, протянула руку, вытащила из темной бездны пистолет и передернула затвор.
Венедикт похолодел.
— Вторая вещь, о которой мы поболтаем, — сказала Анна, — это как нам выжить.
— Не понял…
— Если я уловила ваш настрой правильно, вы хотели запоминающихся впечатлений от этой ночи. А самые сильные впечатления остаются, когда ты выживаешь в безнадежной ситуации.
За дверью вагона стало отчетливым чье-то присутствие.
Голос Анны отныне звучал так уверенно и без провинциального говора, что у Венедикта не осталось сомнений в том, что она пришла ему на помощь.
Анна встала, и мужчина тоже поднялся.
— Вы и правда спасете меня? — спросил он.
— Если будете выполнять мои инструкции.
— Я готов.
— Отлично. Полезайте в шкаф-сейф.
— Что?
— Что слышали.
Анна взяла мужчину за грудки и буквально впихнула в железный шкаф. Как только она захлопнула одну створку, в вагон вошли двое. Их темные, стройные, почти одинаковые по комплекции фигуры контрастировали с сияющими желтизной глазами.
— Мы ищем Венедикта Савина, — сказал тот, что стоял справа, и его тембр голоса ничем не отличался о человеческого.
Второй ждал неподвижно.
— Вы нашли его, — ответила Анна.
— Он что, прячется там?
— Да, услышал, как вы крадетесь, и решил, что это муж за мной следит. Вот — залез в шкаф. Сама, если честно, не ожидала.
Оба мецца стояли без движений, но в головах их происходил мыслительный процесс.
— Вы, должно быть, Анна? — сказал левый.
— С чего вы решили? — спросила девушка.
— Наслышаны о ваших глупых шуточках.
— И у вас светлые глаза и волосы.
— Нет, правда, это не я. В восьмом купе блондинка глупо шутила, кажется, ее звать Анна. Могу показать.
— Замолчите!
— Вы много на себя берете, Анна. Не преследуйте нас и не вмешивайтесь в наши дела.
— А кто тогда будет вас ловить? Дедушка Мороз?
Незнакомцы издали отвратительный шипящий звук, подобие бульканья.
— Наш вам дружеский совет: отойдите в сторону…
Анна сняла «Глок» с предохранителя:
— Не отойду.
Пришельцы стали расходиться полукругом и делать вкрадчивые выпады по направлению к девушке.
— Пока вы будете стрелять в одного из нас, второй доберется до вашей милой головки и скрутит вам шейку.
— Не слишком ли дерзкий план? — ответила Анна, отходя к шкафу и переводя оружие то на одного, то на второго. — Могу и укусить.
— Храбритесь? Делаете вид, что вам не страшно?
— Да как же. Жути нагнать вы умеете. Вот только вы у меня такие не первые.
Меццы были уже готовы напасть. Анна вплотную приблизилась к шкафу-сейфу.
— Закрывай! — крикнула девушка.
Мужчины обернулись, но было поздно. Кто-то захлопнул дверь и надежно заблокировал ее снаружи. Меццы рванулись к выходу и с силой ударили плечами по двери. Та не поддалась. Оба издали оглушающий писк. Анна прикрыла уши, пистолет чуть не вывалился у нее из руки. Мужчины взялись бить ладонями по двери, она стала прогибаться вместе со стеной вагона.
Меццы обернулись на Анну, их глаза светились смертельной угрозой.
Анна юркнула в шкаф-сейф и с силой потянула на себя тяжелую бронированную створку. Венедикт, перепуганный до смерти и доселе не участвовавший в происходящем, лихорадочно вцепился в ручку и стал помогать Анне. Вдвоем они справились как раз вовремя: оба убийцы успели подскочить и попытались просунуть в щель руки, чтобы придержать дверцу. Но пластина грозилась отрезать пальцы, и в конце концов им пришлось ее бросить.
Анна опустила внутреннюю задвижку, шкаф-сейф стал неприступен.
— Порядок, — сообщила девушка.
…Творилось жуткое. Неведомые звуки заполнили пространство вагона: стук в стены, недовольное сопение, удары в створки шкафа, шипение и нечто схожее с кошачьим боевым завыванием… Потом шкаф-сейф опрокинули на пол, попытались поднять, очевидно, для того, чтобы бросить в стену и проломить ее. Но с этой затеей у злодеев не выгорело, уж очень тяжелым оказался сейф. Тогда меццы взялись выламывать решетку на маленьком окошке в стене.
Венедикт стонал от боли: когда их уронили, он ударился лбом о сталь. Анна перевернулась в удобное положение.
— Живы? — спросила она.
— Да.
— Простите, тут нет подушек безопасности.
Венедикт тяжело дышал.
— Мне страшно, — сказал он.
— Немудрено, ведь эти парни в нескольких сантиметрах от нас и хотят прикончить.
— Это ведь не люди?
— Да, они с другой планеты.
— Что нам теперь делать?
— Поймать их.
— Что?!
— Мы выжили, как и планировали. Что ж нам теперь без дела тут сидеть?
Анна пошарила рукой, нащупала рюкзак и достала два противогаза.
— Вот, наденьте.
— Зачем?
— Сейчас мои ребята отцепят вагон и наполнят его усыпляющим газом.
— Ваши ребята?
— Те парни в тельняшках из первого купе. Они спецы, сотрудничают с моим отделом.
— А этот вагон, он…
— Вроде мышеловки. Его не я придумала и, по правде сказать, не люблю им пользоваться. А вам как тут — нравится?
— Анна, когда это закончится?
— С меццами никогда не знаешь наверняка. Надевайте давайте резинку, Венедикт, если не хотите проспать все веселье.
В шкафу-сейфе было темно, но довольно просторно, и, лежа на боку, Анна и Венедикт натянули на головы по противогазу.
Звуки стали приглушенными. Анна тряхнула рукой, на браслете высветилось время. Она нашла пальцем нужную функцию и включила таймер на десять минут.
Вагон немного тряхнуло. Анна пожала Венедикта за запястье в знак того, что все идет по плану.
…Анна достала из рюкзака ключ и отвинтила большие гайки на крыше сейфа. Вместе с Венедиктом они вытолкнули тяжелую пластину и вылезли из стального укрытия.
Анна сняла противогаз, вдохнула, затем дала знак Венедикту, что все в порядке. Мужчина снял свой.
— Я с дежурным конструктором даже поспорила, что нас опрокинут створками вниз. Если бы я слушала лентяев из технического отдела, мы бы так и лежали припертыми к полу до скончания времен.
Венедикт не был готов к комментариям.
Вагон успел достаточно выветриться. Дверь была открыта, сквозь туман в ее проеме виднелись фонари станции. Стояла гнетущая тишина.
Анна, держа наготове «Глок», пошла первой. Венедикт последовал за ней.
Вагон стоял отцепленный, трое парней в тельняшках лежали на шпалах без сознания на главном пути.
— Боже мой… — произнес Венедикт.
К вагону бежал железнодорожный работник. До этого он прятался в служебном домике.
— Это что вообще? Почему он оторвался от поезда? И как, черт возьми, оказался на запасном пути? — Мужчина безумными глазами смотрел на Анну.
Девушка спрыгнула на гравий и, подскочив к спецам, проверила у каждого пульс.
— Живые… Но в отключке. Злодеи осторожничают, не стали их убивать. Знают, что им потом плохо придется.
Она обратилась к смотрителю станции:
— Вы видели, что случилось с солдатиками?
Мужчина покосился на пистолет в руке Анны:
— Да.
— И что же?
— Когда вагон остановился, с крыши спрыгнули эти ребята. Они открыли дверь, и пошел дым. Тогда уже выскочили другие двое, вырубили этих и ушли.
— Чем вырубили? — спросила Анна.
— Волновой пушкой? — зачем-то спросил Венедикт.
Смотритель глянул на него, как на полоумного.
— Да просто… руками… в основном. А ушли… в чащу.
Анна посмотрела в сторону, куда указал мужчина. Там чернел густой неприветливый ночной лес.
— Прямо туда?
— Да.
— А что там в лесу?
— В каком смысле?
— Есть где спрятаться?
— Ну, тропы там есть… грибники вытоптали.
Ламкина поразмыслила:
— На станции еще есть кто-нибудь?
Смотритель занервничал:
— Жена моя. Но она спит.
Анна подбодрила остальных требовательным хлопком:
— Так, мужики, поднимаем парней со шпал и выносим на перрон.
— Да, давайте, а то на этом пути электричка скоро! — в панике вспомнил дежурный.
И действительно, из-за деревьев доносился гудок.
Все принялись дружно работать и по одному вытащили ребят в тельняшках. Делом это оказалось довольно хлопотным, так что все изрядно запыхались. Парней усадили на лавку, и они неестественно полусидели-полулежали, придавая станции зловещий вид.
Электричка не заставила себя ждать. Здесь у нее остановки не было, так что состав промчался мимо станции с хорошенькой скоростью.
— Жуть, — сказала на это Анна. — Теперь поступим так: мы с Венедиктом пойдем за преступниками по горячим следам, а вы вызовите скорую.
— Скорую?
— Да, она же есть тут у вас?
— Скорая приедет нескоро. Поверьте. Однако есть медпункт. Но врач спит.
— Будите скорее. Пусть окажет первую помощь пострадавшим.
— Ладно. А кто вы такая?
— Секретная служба, спецотдел, — сказал Венедикт. — Удостоверение потом покажет, некогда ей.
Анна уже ступала по тропе в кромешную тьму.
Венедикт еще не отошел от шока, и ему не хотелось идти ни в какой лес. Но теперь у него не осталось сомнений, что только с помощью Анны ему удастся выбраться из этой передряги. Девушка тут единственная, кто знала, что делать.
…Оставив дежурного по станции в недоумении, Венедикт поспешил за Анной. Та куда-то пропала.
Венедикт шел по тропе, освещенной луной, и вспоминал, как они с Анной мило сидели в вагоне-ресторане. Как там было чудесно и приятно просто выпивать и разговаривать. А теперь, даже если все закончится хорошо, он никогда больше не сможет доверять красивым девушкам.
— Анна! — не выдержал Венедикт.
— Сюда, — послышался шепот.
Мужчина обернулся на голос и быстро нашел девушку. Анна стояла у ствола дерева.
— Вот вы где. А вам не кажется, что идти в чащу глупо?
Анна вытащила из рюкзака очки с толстыми темными линзами.
— Тише, Венедикт. Вот, держите… — Она протянула очки ему.
— Это что? Для сварки?
— Нет, это специальные очки.
— Ночного видения?
— Наоборот. В нужный момент они уберегут ваши глаза.
— От чего?
— У меня для вас задание.
— Вы шутите? Я не такой крутой, как вы, если вы вдруг не заметили.
— Да вы классный, чего вы? На вашем месте не каждый бы остался, пережив такое, а вы мне помогаете. Задание простое, не переживайте.
Венедикт ускоренно задышал:
— Я гипертоник.
— Ничего. Отдышитесь минутку спокойно.
— Вы знаете, где эти…
— Судя по реакции железнодорожника, прячутся в его домике. Возможно, держат жену в заложниках. Сейчас вы вернетесь на станцию с криками: «Анна! Где вы?» и тому подобными. В общем, сделаете вид, что потеряли меня и ищете. Скорей всего, пришельцы захотят вас все-таки прикончить, и тут мы их заманим обратно в вагон и прищучим.
— Не думаю, что они настолько тупые.
— Они самоуверенные. А когда злые, неуклонно идут до конца. Это играет ключевую роль.
— Предположим, вернусь я в вагон, и что дальше?
— Кроме шкафа-сейфа в вагоне еще есть сюрпризы. Они помогут.
— Какие?
— На правой стене есть панель с кнопками. Вам нужна желтая с оранжевым треугольником. Как окажетесь в вагоне — найдите ее…
— Анна!.. Анна! — Венедикт вышел из леса.
Парни в тельняшках по-прежнему «отдыхали» на скамейке. Вагон черным прямоугольником угрюмо дополнял и без того унылый ночной пейзаж.
«Неужели это происходит со мной? — думал мужчина. — Кому расскажешь — не поверят».
Смотритель станции вышел из дома и замер на пороге, издали глядя на Венедикта.
— Анна не возвращалась?
— Нет.
Венедикт, как и просила девушка, сделал вид, что решил поискать ее в вагоне.
— Анна? Вы тут? — Он подошел к двери, заглянул туда, затем забрался внутрь.
В вагоне было достаточно светло, чтобы найти панель, о которой говорила девушка. Мужчина приблизился к ней, чтобы разглядеть, какого цвета были кнопки. Как только Венедикт вроде бы нашел, на какой-то из них треугольник, появились старые знакомые. Пришелец с желтоватыми глазами беззвучно проник внутрь, а второй стал в проеме, чтобы контролировать дверь.
— Что вы тут забыли, Венедикт? Анны тут нет.
— Свои очки. Вот они. — Венедикт показал то, что держал в дрожащей руке.
Мецц оценил очки взглядом и угрозы в них не нашел.
— Собираетесь заняться сваркой? Вы как-то слишком спокойны. Если что-то задумали, то у вас ничего не выйдет. К несчастью, вы просто не понимаете, как ваши человеческие способности ничтожны перед нашими.
— Зато я прекрасно понимаю, что я сыр.
— Что?
— Сыр для мышек…
Второй тоже посмотрел на Венедикта с интересом и попался. Венедикт одной рукой прислонил к глазам очки, а другой нажал на кнопку. Раздался гул генератора, и вагон озарился сверхярким светом. Мецц, что был ближе, упал на пол и схватился за глаза. Второй свалился на рельсы и производил сдавленные высокие звуки, корчась и извиваясь.
Спавшие на деревьях птицы взволновались и оживились. Где-то во дворах собаки устроили перекличку.