Жатва

ПЕРВАЯ ГЛАВА, в которой никто никому не рад

В купе пахло сдобой, корицей и жженым сахаром.

Йормэ сидел на расстеленной постели, опустив голову на плечо Вейи, и притворялся спящим. Мажена, которой пришлось занять кресло напротив, раздраженно постукивала ноготками по деревянному резному столику, заваленному бумажными свертками с разнообразными десертами.

Мажена теряла терпение.

– Неужели тебе правда так удобно? – спросила она, изнемогая от тишины.

Вейя безучастно смотрела в окно на однообразный лесной пейзаж. Когда она и Мажена проснулись чуть меньше получаса назад, к поезду со всех сторон уже подступил густой и влажный еловый лес. Время шло, но ничего особенно не менялось.

Йормэ лениво приоткрыл один глаз.

– Ты меня спрашиваешь? – Дождавшись подтверждения, он с удовольствием потерся щекой о плечо Вейи. Грубая ткань форменного жилета царапала кожу, и это странным образом доставляло ему удовольствие. – Не очень удобно, у пирожочка слишком узкое плечо. Но я готов с этим мириться.

– Не хочешь вернуться в свое купе и отдохнуть там? – с намеком протянула Мажена.

Во-первых, ее раздражали запахи выпечки, которую Йормэ притащил с последней остановки поезда.

Несмотря на то, что Мажена была ведьмой, мясо она любила больше многих оборотней. Особенно по утрам. Она верила, что нет ничего важнее завтрака, и категорически отказывалась перебиваться сладким тестом.

Йормэ же, несмотря на свою лисью суть, предпочитал сладкое и есть его мог круглосуточно.

И раздобыв где-то десерты, радостный, он пробрался в купе к девушкам. Разбудил их… И это было второе, что раздражало Мажену.

Она ненавидела просыпаться раньше необходимого.

Хотя это была не единственная причина, по которой Мажена пыталась выставить Йормэ из купе. Слишком сильно ее злило то, как бесцеремонно он вторгался в личное пространство Вейи, игнорируя посторонних. И как та спокойно все это воспринимала, позволяя наглому лису слишком много.

И это всё на глазах у Мажены, надежды которой на счастливое будущее с любовью всей ее жизни были уничтожены дурацким заданием от командора. А ведь сержант только-только начал открыто проявлять знаки внимания…

– Мое купе тоже двухместное. – напомнил Йормэ. Если он и заметил терзания пылкой ведьминской души, то никак этого не показал. – И со мной едет какой-то нервный парень. Дергается от каждого моего движения.

– Интересно, почему же? – ехидно спросила Мажена, выразительно глядя на пушистый, серебристый лисий хвост Йормэ. Тот свисал с постели и едва заметно подергивался, выдавая хорошее настроение своего хозяина.

Врожденные особенности у оборотней, как хвост, звериные уши или когти вместо ногтей, считались проклятой меткой. Обладателей подобных меток называли ярыми, верили, что такие оборотни больше подобны зверям, чем людям, и боялись их.

Несмотря на то, что оборотни уже давно стали частью общества, а случаев нападений ярых оборотней было не больше, чем таких же нападений обычных оборотней или даже людей, к ним все еще относились настороженно.

Вейя протяжно вздохнула.

– Если опять собираетесь ссориться, делайте это в каком-нибудь другом месте.

Полноценным констеблем из простого стажера она стала совсем недавно и очень гордилась тем, что ей доверили это задание. Не омрачало радость Вейи даже понимание, что отправили ее по настоянию Мажены. Ехать на границу государства в одиночку ведьма отказалась и вытребовала себе право взять помощницу.

Йормэ же, узнав, кого именно Мажена планирует выбрать, добился права поехать с ними, как бывший куратор Вейи, просто сильный оборотень и талантливый маг. Виной ли всему было лисье обаяние, или капитан просто решил ухватиться за шанс и избавиться сразу от всех проблемных подчиненных, пусть и на короткое время, но разрешение Йормэ получил неожиданно легко и быстро.

Вейя радовалась сложившейся ситуации ровно до прошлого утра, когда они сели на поезд и эти двое начали ссориться из-за любой мелочи. Мажена срывалась, потому что скучать по сержанту, оставшемуся в управлении, начала раньше, чем поезд покинул столицу. А Йормэ отказывался понимать ее чувства и терпеть придирки.

– Пойдем, поедим. – предложила Мажена. Она потянулась к Вейе, взяла за руку и нахмурилась, когда Йормэ перехватил ее кисть, пытаясь отцепить.

– Зачем куда-то идти? Я все принес.

– Мы впервые в жизни путешествуем вместе, и ты предлагаешь есть вокзальную еду?

Йормэ обиделся. Ему, как профессиональному сладкоежке, было неприятно слышать такое.

– За кого ты меня принимаешь? Я купил всё это в кондитерской. – Нехотя, с заминкой и едва слышно, он добавил: – Недалеко от вокзала.

– И как же ты узнал об этой кондитерской? – с сомнением спросила Мажена. – Уже бывал раньше в этих местах?

Они были в пути уже сутки и на всех парах приближались к границе государства. Поезд давно проехал оживленные и густо заселенные территории. С каждым часом вокруг становилось всё меньше городов или деревень и всё больше лесов.

– Мне подсказало сердце. – патетично провозгласил Йормэ.

Ведьма фыркнула.

– Рассказывай. Небось учуял сладкое и пошел на запах.

Вейя не стала ничего говорить, хотя верила, что Йормэ сказал правду. Порой ей и самой казалось, что выпечку лис чувствует сердцем. Кондитерские и пекарни он мог найти везде. Не сложно было поверить, что к сладкому Йормэ ведет его чистая и искренняя любовь.

Бывали моменты, когда Вейя ловила себя на мысли, что начинает ревновать к пирожным с сезонными ягодами или недавно появившемуся в кондитерской у дома новому виду тортов, которые могли привести лиса в восторг одним своим существованием.

– Я хочу позавтракать в вагоне-ресторане. – Мажена настойчиво потянула Вейю за руку. – Пойдем поедим нормальной еды. А Йормэ пусть заказывает себе чай и приближает встречу с сахарным диабетом.

– Не недооценивай здоровье оборотней. – проворчал Йормэ.

До прибытия в город, из которого в столицу пришел запрос на ведьму, оставалось всего несколько часов. К обеду они уже должны были прибыть в пункт назначения.

✧ ✧ ✧

Дорха был маленьким городом, зажатым между густых еловых лесов, полных нечисти и монстров, название которых можно было найти только в древних бестиариях, и гористой местностью, где пролегала граница государства.

Официальное население Дорхи составляло чуть больше десяти тысяч жителей, в действительности же людей в городе было куда больше. В поисках лучшей жизни или просто желая немного подзаработать, в город стекалось множество людей. Работа в шахтах никогда не останавливалась, и рабочие руки нужны были всегда.

Но несмотря на постоянное присутствие в Дорхе посторонних людей, больших преступлений местному управлению городской стражи как-то удавалось избегать долгое время.

Пока на исходе лета не начали пропадать люди.

Сколько именно было пропавших, никто точно не знал. Работники из шахт редко устраивались официально, предпочитая верить нанимателю на слово и получать бóльшее жалование. Из-за этого нельзя было точно сказать, пропал человек. Уехал. Провалился в одну из расщелин, нередко встречавшихся в туннелях – пробивали туннели маги, это было быстро, дешево, но небезопасно. Или стал обедом диких зверей, потому что перебрал и забрел туда, куда не следовало бы.

Местные боялись леса и старались не злить его без сильной необходимости, но приезжие, как правило, были беспечны или просто глупы и нередко исчезали.

Стража привыкла игнорировать такие исчезновения, а Дорха долгое время оставался просто небольшим тихим городком на границе государства.

Пока не начали исчезать местные.

Сначала пропал сторож с кладбища. Старик он был ворчливый и неприятный, в городе его никто не любил, поэтому никого не заинтересовало исчезновение сторожа. Его пропажу даже не сразу заметили.

Но после этого исчезла улыбчивая и добрая помощница школьного учителя, направленная в Дорху на практику. Девушка была симпатичная и милая, умела ладить с детьми и нравилась многим родителям. Горожане надеялись, что после практики она останется в городе.

Когда она пропала, ее сразу же стали искать.

А через несколько дней после этого пропал сын молочника. Подросток, тихий и послушный, он отлично управлялся с коровами, без напоминаний убирал коровник и не отказывался помогать с младшими детьми. И отец, и мать отзывались о нем как о примерном сыне, они не верили, что парень мог просто сбежать.

После того как пропала учительница, в этом сомневались и многие горожане. На стражников, не умевших разыскивать людей, началось давление.

И оно лишь усилилось, когда один за другим пропали еще трое.

А потом нашли первый труп. Безобразный, обескровленный скелет, обтянутый кожей. Единственной уликой был странный знак, выжженный на запястье трупа. Его смысл не знали ни коронер*, осматривавший тело, ни стражники.

⤝ ⤞

Коронеры* – обычно избираемые общиной лица, часто из числа непрофессионалов. Их обучение – понятие весьма относительное, достаточно поверхностное. Коронерская служба существует параллельно с судебно-медицинской, так как услуги профессионала – судебного медика – достаточно дорогие.

⤝ ⤞

К тому моменту, как нашли еще два тела с такими же отметками, в городе пропало уже больше десяти человек.

И только после того, как об этом знаке напечатали в местной газете – единственной, выходившей раз в неделю из-за нехватки новостей, – кто-то из приезжих работников отметил, что в символе чувствуется что-то ведьмовское.

Городская стража, не привыкшая справляться с такими делами, недолго думая, отправила запрос в столицу, в центральное управление, с просьбой направить к ним ведьму для расследования этого во всех смыслах мистического дела.

Они очень удивились, когда пришел ответ, в котором им пообещали прислать не только ведьму, но еще и двух опытных стражников.

Прибытие помощи все управление Дорхи ждало с нетерпением.

А в это время в городе пропало еще два человека.

Большие ожидания принесли городским стражникам лишь большие разочарования.

Когда на перрон маленького вокзала вывалились две рыжих девушки, по возрасту ненамного старше пропавшей помощницы учителя, и странный парень с лисьим хвостом, который с нежностью прижимал к груди какие-то свертки, капитан, лично прибывший встречать гостей, почувствовал себя обманутым.

– Столичные шишки решили над нами посмеяться? – глухо вопросил возвышавшийся над капитаном парень. Ума ему не доставало, зато силы было с избытком. За это в стражу он и попал. И даже сумел получить звание констебля. – Кэп, может, просто избавимся от них?

– В столицу об этом ты будешь отчитываться? У нас и без того много проблем. – огрызнулся капитан. Он был уже немолод, прожил тихую и спокойную жизнь, и за всю свою карьеру не сталкивался с серьезными преступлениями. Поэтому, когда начали пропадать люди, пришел в ужас. Но центральное управление пообещало помощь, и он приободрился, уверенный, что сможет свалить всю работу на них, чтобы вернуться к своей простой жизни. И сейчас, видя совершенно несерьезных и оскорбительно молодых стражников, не мог отделаться от чувства, что его одурачили.

Спокойная жизнь ему и не светила. Теперь он должен будет не только расследовать исчезновение людей, но и следить, чтобы прибывшие столичные стражники не натворили в его городе дел.

– Капитан, – невысокая, полноватая девушка в простом платье блеклого зеленого цвета подбежала к нему, держа перед собой чашку. – Ваш кофе, как вы и просили. Хозяйка кафетерия просила вернуть чашку.

Девушка мотнула головой назад, в сторону низкого одноэтажного здания вокзала. Когда-то оно было выкрашено в розовый цвет, чтобы выделяться на фоне елового леса, но краска под солнцем поблекла и выгорела. Хотя неказистое здание было все так же хорошо заметно среди деревьев.

Капитан пробормотал что-то под нос и кивнул вперед, туда, где стояли три человека в форме столичной городской стражи – от местной формы она отличалась тканью лучшего качества, более чистым серым цветом и блестящими нашивками на воротниках. Осмотрев полупустой перрон, они заметили внушительную фигуру констебля и уже направлялись в их сторону.

– Давай, поприветствуй наших коллег, как полагается.

Девушка кивнула и ринулась вперед. К новоприбывшим.

✧ ✧ ✧

Замерзшая, взволнованная девушка бежала на них с нервным и одновременно торжественным видом. И Вейя, решившая, что они стоят у нее на пути, отступила в сторону и оттащила замешкавшегося Йормэ.

Она очень удивилась, когда девушка не пробежала мимо, спеша к кому-то из редких пассажиров, покинувших поезд на этой станции, а притормозила рядом и запыхавшаяся, но энергичная торопливо произнесла:

– Я Эдна Хьюз, очень рада приветствовать вас в Дорхе. – Она порывисто качнулась вперед, протянув руки к чемодану Вейи. – Позвольте помочь вам с багажом.

– Не… стоит. – Растерянно отозвалась Вейя. Не привыкшая к настолько радостным и деятельным людям, она опешила от такого напора.

Ей, как саламандре, помимо таких недостатков, как неполноценная огненная сущность, в качестве утешения досталось драконье долголетие и некоторая часть их мощи. Поэтому тяжелый чемодан для Вейи проблемой не был, но это замерзшее и хрупкое создание, смотревшее на нее снизу вверх, испытало бы множество трудностей.

– Вы совсем замёрзли. – заметил Йормэ.

Эдна беспечно отмахнулась.

– Не успела накинуть ничего поверх. Не проблема. Я крепкая, перетерплю.

– Не успела, – одними губами повторил Йормэ. Он был снежным лисом, но, несмотря на свою морозную суть, холод совсем не любил. И всё же осеннюю, влажную прохладу переносил куда лучше этой дрожащей и уже начинавшей синеть девушки.

Обернувшись к Вейя, желая попросить её ненадолго присмотреть за его сладкими сокровищами, чтобы освободить руки и одолжить Эдне тёплый китель, Йормэ увидел, что Вейя уже стягивала свой.

– Вам стоит больше заботиться о себе. – наставляла девушку Вейя, накинув китель на подрагивающие плечи.

Эдна смущённо пыталась отказаться, но когда Вейя настояла, с облегчением и благодарностью закуталась в ткань, ещё хранившую чужое тепло.

– Спасибо, госпожа ведьма.

– А… ведьма не я. – Вейя указала на Мажену, со скучающим видом топтавшуюся рядом. На Эдну она внимания почти не обращала, устремив взгляд на капитана. Тот медленно и с демонстративным отвращением потягивал что-то горячее из приметной красной чашки.

Окончательно смущённая Эдна тихо извинилась и больше не смела сказать ни слова.

Хотя её ошибка была понятна. В последнее время на ведьму Мажена походила мало.

На летние праздники в столицу приезжали родители её дражайшего сержанта Астела, и Мажена имела радость пообедать с ними. На этом обеде госпожа Астел – уважаемая мать сержанта, невзначай заметила, что у Мажены прекрасные волосы, но её лицо ещё прелестней. И высказала сожаления от того, что Мажена скрывает свою красоту за буйными, огненно-рыжими кудрями.

С того самого дня никто в управлении больше не видел её с распущенными волосами. Мажена научилась собирать пучки разной степени сложности и заплетать различные косы.

И сейчас она убрала волосы в низкий, тугой пучок, на свободе осталось лишь несколько непослушных прядей, справиться с которыми ей никогда не удавалось. Бледная, с россыпью блеклых, выцветавших вместе с остывавшим солнцем, веснушек на носу, заспанная и хмурая, она меньше всего походила на ведьму.

В отличие от Вейи, которая пусть и приняла свою неполноценную суть саламандры, но все еще старалась скрывать волосами мягкие, переливающиеся золотом чешуйки на висках.

Поэтому Эдна из двух рыжих девушек в ведьмы записала самую яркую.

Йормэ, заметивший, что Мажена не в духе, взял все в свои руки и пришел смущенной Эдне на помощь.

– Это Мажена Берге – она та самая ведьма, которую ваше управление запросило из столицы. – Он указал на хмурую Мажену, после чего перешел к саламандре. – А это Вейя Крейц. Меня зовут Йормэ Рэйтан. Мы здесь, чтобы оказать посильную помощь.

– Приятно познакомиться. – Волнение немного улеглось, Эдна успокоилась, убаюканная мягким голосом лиса, и заметила то, на что раньше не обращала внимания – пушистый белый хвост.

Йормэ поймал ее взгляд. Обычно в такой ситуации он слышал что-то вроде очевидного «Вы оборотень» или еще более очевидного «У вас хвост».

Но Эдна промолчала.

– Давайте я представлю вас капитану. – Предложила она вместо того, чтобы говорить глупости.

Капитан смотрел на приближающихся столичных стражников как на бесполезный груз. И они это заметили.

Мажена, у которой настроение испортилось сразу же, как они ступили на перрон, помрачнела еще больше.

– У него такая кислая рожа… Так и просит о каком-нибудь сглазе.

– Обязательно расскажу Дэрри, как ты помогала нашим приграничным коллегам. – Пригрозил Йормэ.

Одно только упоминание сержанта Астела сделало Мажену послушной и тихой. Если бы Дэрвин только знал, какое имеет влияние на громкую и проблемную ведьму, то изрядно бы удивился.

Пока Эдна беседовала с прибывшими стражниками, перрон опустел и погрузился в тишину, нарушаемую взволнованным и громким дыханием Эдны и перестуком ее каблучков по каменным плитам.

Перестук резко оборвался.

– Разрешите представить! – звонкий голос Эдны разнесся над платформой. В отдалении ей вторил вороний грай.

Капитан поморщился. Он часто демонстрировал так свое недовольство перед подчиненными.

– Здесь нет глухих, Эдна.

– Простите. – Она кашлянула и повторила уже тише: – Разрешите представить, капитан Ангус Лоркан. И констебль Бэрри Шос.

– Как вы понимаете, – начал капитан, снисходительно разглядывая стоявших перед ним стражников. Они были молоды, на его взгляд, даже слишком молоды для того, чтобы иметь право работать в одиночку, без присмотра старших, – нянчиться с вами у меня нет ни времени, ни людей. Поэтому, давайте договоримся, вы не доставляете проблем моему городу, а я позволю вам немного отдохнуть здесь. Вам здесь понравится, если вы будете соблюдать некоторые правила. В Дорхе отличная природа.

– Отличная, – поддакнул Бэрри, по примеру начальства пытаясь изобразить на лице снисхождение и легкое разочарование. – Если ее не провоцировать.

– Провоцировать, – повторил Йормэ. Он стремительно терял хорошее настроение. – А ты умный, здоровяк. Знаешь такие интересные слова.

Вейя с тревогой покосилась на него. Йормэ был не единственным снежным лисом, с которым она была знакома, но первым, который совсем не вписывался в ее представление о снежных лисах. Слишком вспыльчивым, импульсивным и эмоциональным он был для того, кто повелевает стужей. Порой ей казалось, что внутри него не ледяная пустыня, а дикое, бушующее пламя.

– Разве не вы просили прислать ведьму? – спросила Вейя, решив взять переговоры на себя. – Пока мы были в пути, что-то изменилось? Дело раскрыто?

– Нам нужен профессионал.

Вейя поджала губы, чтобы не сказать какую-нибудь гадость. С настолько откровенным пренебрежением она не сталкивалась уже очень давно.

Но если Вейя смогла смолчать, то Мажена сделать этого даже не попыталась:

– Мне вас проклясть или вашего мерзко ухмыляющегося дружка, – она кивнула на Бэрри, который прекратил очередные безуспешные попытки подражать капитану и вернул на лицо привычное выражение – кривую, неприятную усмешку и легкий прищур. Он считал, что так выглядит крутым, – чтобы вы убедились в моем профессионализме?

Обстановка накалялась. Эдна, до этого стоявшая между двумя враждующими сторонами, незаметно отошла за спину Йормэ.

Лис это заметил и оценил удивительное умение девушки верно выбирать сторону.

– Предлагаю продолжить беседу в управлении, – дружелюбно сказал Йормэ. – Вам все равно придется ввести нас в курс дела, а нам – ознакомиться со всей имеющейся информацией. Потому что нам по возвращению в столицу придется рапорт писать. И не хотелось бы, чтобы он превратился в жалобу, согласитесь.

Капитану пришлось проглотить уже крутившиеся на языке ругательства и кивнуть.

ВТОРАЯ ГЛАВА, в которой появилась первая поклонница

Местное управление городской стражи напомнило Вейе старый склад. Низкое, с маленькими окнами и покосившейся дверью. Деревянная табличка, объяснявшая, что это за здание и кому принадлежит, обветшала, краска на ней давно выцвела.

Проезжая на разбитой повозке по улицам Дорхи, Вейя заметила, что в городе преобладали низкие, основательные строения. За всю дорогу от вокзала на глаза ей попалось лишь несколько двухэтажных зданий.

Капитан вошел в управление первым, сразу за ним брел Бэрри. Эдна придержала дверь, пропуская внутрь прибывших стражников. Китель Вейе она отдала еще в повозке, когда поймала на себе тяжелый взгляд капитана. И теперь вновь выглядела замерзшей и печальной. Хотя во время поездки была в хорошем настроении и охотно приняла от Йормэ угощение. Он предлагал остатки выпечки всем желающим, но оценили его щедрость только Эдна, которая очень любила сладкое, и Вейя, которая просто привыкла принимать от Йормэ все, что он готов был ей дать…

В просторном помещении без стен и перегородок островками хаоса возвышались над полом столы, составленные по двое и заваленные папками, помятыми бумагами, старыми газетами и обертками из пекарни по соседству.

Этот беспорядок сильно контрастировал с чистым полом, блестящими окнами и убранной зоной кухни, которая состояла из недлинного стола, двух шкафчиков над ним и раковины. Располагалось все это в дальнем углу. Картотека и стоявший рядом шкаф со стеклянными дверцами, за которыми на полках аккуратно стояли подписанные папки, тоже выглядели опрятно.

Но это Вейя отметила намного позже. В первое мгновение она видела лишь мусор и не могла понять, как местная стража работает в таких условиях.

– Побеседуем в допросной, – сказал капитан. – Там будет удобнее.

– Да где угодно будет удобнее, чем здесь, – проворчала Мажена.

И Вейя была с ней полностью согласна, хотя осуждающим взглядом все же одарила. Их отношения с местным капитаном не задались с самого начала, и усугублять ситуацию не стоило.

Проигнорировав это замечание, капитан велел Эдне принести всю имеющуюся информацию и повел столичных стражей к неприметному проходу, скрытому за темно-серой, под цвет стен, хлопковой шторкой. Чистой, со старательно проглаженными складками.

На ходу капитан скомкано представил сидевших за столами сотрудников.

– Это капрал Алти, – он указал на тощего парня в больших очках, с коротко подстриженными волосами неопределенного мышиного оттенка и восхитительно-малиновыми ушами.

– Просто Алти? – уточнила Вейя.

Парень сложил газету, которую читал до появления новеньких, и неожиданно низким голосом ответил:

– Просто Алти. Мой батя был конченным ублюдком, не хочу иметь с ним ничего общего.

Капитан притормозил посреди помещения, между двумя островками: один был относительно расчищен и структурирован. На втором, поверх папок с делами, лежал потрепанный, засаленный множеством рук, журнал с непристойными картинками.

– Это констебль Руперт Вáди, – капитан указал на хозяина стола и журнала – угрюмого мужчину неопределенного возраста. Нашивок, подтверждавших звание, на кителе констебля не было. Вместо них красовались вышитые обереги против сглаза и порчи. На Йормэ Вáди смотрел враждебно, зато присутствие двух девушек его откровенно радовало.

– Работа так и кипит, – проворчал лис. Проходя мимо, он будто невзначай махнул хвостом, и часть стола вместе с журналом в мгновение ока оказались покрыты корочкой льда. Констебль выругался. Капитан покосился на это безобразие и проигнорировал.

За соседним столом, напротив констебля Вáди, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди, дремала немолодая женщина. Волосы ее были собраны в тугой пучок. Среди светло-русых прядей пряталась щедрая седина.

– Это капрал Джина Кампи. Но она любит, когда ее зовут тетушка Джина.

Капитан, как и все в городе, звали ее не иначе как тетушкой. Потому что злить женщину, способную одним ударом переломить хребет медведю, было настоящим безумием.

– Сержант сейчас в патруле. Познакомитесь с ним позже.

Завершив представление, капитан скрылся за занавеской.

Переглянувшись, Йормэ и Вейя последовали за ним.

За шторкой шел короткий коридор, упиравшийся в две камеры и уводивший вдоль них вправо, к еще одному маленькому коридору, завершавшемуся стальной дверью.

Допросной оказалась маленькая комната с заложенным окном. Единственным источником света был сиротливый светильник, низко свисавший над железным столом. Углы комнаты тонули в темноте.

Вейе здесь не нравилось. Она понимала, что такая неуютная обстановка в допросной была создана намеренно, чтобы подозреваемый не чувствовал себя комфортно. О видах психологического давления им рассказывали на подготовительных курсах.