Эрфит

Глава 1

Давным-давно…

Нет, надо не так.

Хотя столько событий произошло за последнее время, что кажется, будто все действительно случилось давным-давно. Сейчас, думая о тех временах, я улыбаюсь, как люди, вспоминающие эпизоды из далекого детства. Такое загадочное чувство счастья и грусти одновременно. То время, когда все было просто и обыденно. И я отчетливо помню момент, когда все изменилось.

Я ехала домой на обшарпанном автобусе и смотрела в окно. Но пейзаж за стеклом мало волновал. Мои мысли занимала стая собак, которых я встретила по пути на остановку. Те, что поменьше, тявкали на мужчину, гуляющего со своим питомцем. Парочка других спокойно преследовала женщину, обнюхивая пакет в ее руке. Для города это не редкость. Да и эти бродяжки показались безобидными.

Я бы, возможно, и не обратила на них внимания, если бы не пес, преградивший мне дорогу, словно перед автомобилем вдруг упало дерево. Казалось бы, можно спокойно объехать, но от неожиданности и испуга жмешь на тормоз. Огромный и лохматый, с желтой биркой в ухе, пес мне сразу не понравился. Пытаясь побороть неприятное чувство в животе, я осторожно обошла животное, стараясь не смотреть ему в глаза. Он точно почувствовал, что я его избегаю и, обогнав меня, снова встал поперек пути.

Электрический разряд на мгновение пронзил мое тело, и волосы встали дыбом. Я поняла, что вариант «не показывать свой страх» уже не сработает. Зверь настороженно уставился на меня. Казалось, он смотрит не то что в глаза, а в саму мою душу. Словно пытается подчеркнуть свое превосходство надо мной.

В руках появилась неприятная дрожь. Посетила мысль позвать на помощь, но я боялась отвести взгляд от монстра, готового в любой момент напасть. В тот миг, когда пес протяжно завыл, мои ноги чуть не подкосились. Когда я уже решила, что мне придется отбиваться от стаи собак, которые явятся на зов своего собрата, пес, еще ненадолго задержав на мне взгляд, спокойно направился своей дорогой, бодро повиливая грязным хвостом.

Какое-то время я не шевелилась, приводя себя в чувство. Наверняка вся стая столпилась у меня за спиной, ожидая, когда я побегу. Чего мне и хотелось, но здравый смысл запротестовал. Или оцепенение еще не прошло. Терпеть не могу в себе эту черту: малейший толчок прочь из зоны комфорта превращает меня в истукана. Оглянуться мне хватило духу, только когда я, стараясь не споткнуться на ровном месте, кое-как доковыляла до остановки. Собак уже не было видно. Да и сердцебиение пришло в норму. Но вой, который я услышала пару мгновений назад, до сих пор звучал в голове. Было в нем что-то зловещее.

Войдя в автобус, я попыталась успокоиться, но фантазия уже бурно работала, добавляя происшествию еще больше ужасающих деталей. Это ведь был не просто пес? Не может обычная собака быть таких размеров! А глаза — черные, как квадрат Малевича... Это я видела? Острые желтые зубы в оскаленной пасти? Вздыбившаяся от ярости шерсть? Кажется, было такое — или нет? В моей голове возник монстр, напоминающий оборотня из фантастического ужастика. Только чумазого и с биркой в ухе. Да уж, у страха все-таки и впрямь глаза велики.

Резкая боль в груди заставила отбросить все эти мысли. Пытаясь вернуть в норму сбившееся дыхание, я инстинктивно ухватилась руками за поручень перед собой. Но, как бы ни цеплялась, мое тело уносило куда-то в сторону. Руки не выдержали, и я по инерции, чуть ли не кубарем, покатилась к противоположному окну. У меня не было возможности сориентироваться, понять, что произошло, когда последовал новый удар. Кругом все грохотало, но где-то вдалеке, словно в ушах у меня были затычки. Боли не было, только страх. И чудовищное чувство беспомощности. В какой-то момент я ощутила себя будто внутри стиральной машины. Было сложно понять, где верх, а где низ. Предметы проносились передо мной так быстро, что пришлось закрыть глаза. К счастью, перед этим я успела ухватиться за что-то. Сгруппировавшись, насколько это было возможно, я изо всех сил старалась не выпустить то, что не давало мне летать по всему автобусу вместе с разбросанными вещами. Длилось это недолго, всего несколько секунд, но, видимо, с адреналином в крови такие моменты кажутся дольше, чем на самом деле. Однако моих сил не хватило даже на эти несколько мгновений, и при последнем толчке я потеряла свою опору. Грохот, до этого доносившийся отовсюду, прекратился. До меня не сразу дошло, что все закончилось.

Открыв глаза, я увидела осколки стекла, измазанные кровью. Не могу сказать, что ее было много, но выглядело все равно устрашающе. Голова кружилась. Это первое, что я ощутила, пока не заметила кусок стекла, торчащий из моей руки. Неприятное осознание, что в твоем организме находится инородный предмет, — это было второе чувство. Затем боль.

Где-то далеко слышались голоса других пассажиров, крики. И все это сквозь отвратительный приглушенный гул в ушах. Я огляделась: похоже, автобус перевернулся, потому что сидения оказались на потолке. Кругом царил хаос — кто-то лежал не шевелясь, кто-то кричал, а те, кто меньше всего пострадали, старались оказать первую медицинскую помощь другим.

Я еще раз осмотрела свою руку. Страшно было даже подумать, из-за чего болит нога. Попытавшись пошевелиться, я поняла, что в силах подняться, но странный приглушенный голос за спиной остановил. Услышав свое имя, я почти физически ощутила адреналин, снова хлынувший у меня в крови. Забыв о боли, резко обернулась, но никого не увидела. По спине пробежал холодок. Я вспомнила вой зверя, преградившего мне дорогу. Он снова зазвучал в ушах, словно пес находился рядом.

И вдруг в одно мгновение все прекратилось.

Ослепляющая боль в голове заглушила все, что я чувствовала до этого. Меня словно скинули в темную пропасть. Я потихоньку падала, все больше погружаясь во тьму. Но чем дальше оказывалась — тем меньше оставалось боли. Появилось чувство легкости, которое мне очень понравилось. И совсем не важно, какая будет посадка.

Где-то в стороне слышались звуки сирены, чьи-то голоса отдавались слабым эхом. А потом наступила тишина. Как только в моей голове возникла мысль — «И что дальше?», — послышался хлопок. А за ним появилась маленькая светящаяся точка где-то вдалеке. Приглядевшись, я поняла, что она стремительно увеличивается в размерах, будто приближается. Бороться с этим не было смысла. Я понятия не имела, как противиться той силе, что клещами тянула меня к свету. Хотелось спрятаться, и я зажмурилась, как маленький ребенок, в тот момент, когда тьма отступила назад.

Легкость в теле исчезла. Подо мной оказалось что-то мягкое, неравномерное. Точно не матрац. Светило яркое солнышко, но вместе с ним на небе висела и луна, причем громадных размеров, а вокруг нее почему-то красовался обруч, как у Сатурна.

Какое-то время я молча таращилась в небо, пытаясь осознать — реальность это или галлюцинация. Вспомнила, как в детстве смотрела на Луну в телескоп и то чувство, которое испытывала при этом. Благоговение, восторг и ничтожность собственного «я» в масштабах Вселенной. Сейчас же этого чувства не было. Как и страха. Меня переполняло любопытство. Даже если это и была лишь галлюцинация.

Поднявшись на ноги, я огляделась. Кругом росли пышные деревья. Самое интересное, что не зеленого, как полагается, цвета, а синего. Всюду сияли цветы — я таких никогда в жизни не видела. Яркие, переливающиеся разными оттенками, они прятали свои соцветия, как только я приближалась. Под ногами расстилалась мягкая трава, по крайней мере, мне показалось, что это трава. Синего цвета, как и другая растительность, она почти не гнулась под моим весом. В душе появилось чувство, словно я вернулась домой после долгого рабочего дня. Мне было знакомо это место. Но откуда? Затянувшееся дежавю, которое все равно не давало ответа на этот вопрос. Стало неуютно.

Никак не удавалось избавиться от чувства, что здесь есть кто-то еще. Я чуть ли не физически ощущала на себе пристальный взгляд. Послышался какой-то шорох. Я украдкой пригладила вставшие дыбом волоски на руке. Здесь действительно присутствовал чужак.

— Есть кто? — неуверенно спросила я.

Меня окружил неясный шепот, разом налетевший со всех сторон.

— Где вы?

Хотелось спросить громко, но получилось почему-то неуверенно и пискляво.

Шепот звучал совсем близко, возле моих ушей, но в зоне видимости никого не было. Я трусливо вытягивала руки вперед и в стороны, надеясь нащупать кого-нибудь. Ничего, только воздух.

— Ты сможешь вернуться, — шепнул кто-то рядом с моим ухом. В этот момент я чуть инфаркт не заработала.

— Но сначала ты должна сделать кое-что, — послышалось с другой стороны. Но рядом по-прежнему было пусто. В груди забарабанило с такой силой, что конечности затряслись в такт бешеному ритму. Закрыв уши руками, я стала оседать на землю, желая свернуться в клубочек, стать невидимкой, избавиться от этих жутких голосов. Перед глазами все поплыло, но я отчетливо уловила медленно приближающийся ко мне размытый силуэт. Такого страха я еще никогда не испытывала, поэтому зажмурилась.

В какой-то момент наступила тишина. Я боязливо открыла одно ухо, затем второе, потом только посмотрела по сторонам.

Мимо пронеслась машина. Инстинктивно увернувшись от столкновения, я распласталась на земле. К счастью, ничего не ушибла. Руки тряслись, зуб на зуб не попадал, а в голове чувствовалась пульсация. Я что, плакала? Почему я плакала?

Совершенно не понимая собственных эмоций, я поднялась на ноги и обнаружила, что нахожусь на обочине дороги. С одной ее стороны виднелась лишь бурая растительность, а с другой — деревянные дачные постройки. Самая окраина города. Мне было знакомо это место. Но как я здесь очутилась? Помню, что ехала на автобусе. А дальше? Придя к выводу, что вышла на предыдущей остановке, я зашагала вдоль дороги по направлению к центру города. Только вот я никак не могла вспомнить того момента, когда покинула автобус. И как он так быстро уехал? Почему я это сделала? И что это за провал в памяти такой? Попутку поймать не получилось, да и телефон куда-то улетучился, поэтому я решила так и идти пешком. Несколько километров пути, казалось, пронеслись за пару мгновений. Только что я проходила дачи, как вот уже шагаю по одной из центральных улиц. Видимо, задумалась.

В какой-то момент я замедлила шаг. Странное чувство — словно забыла о чем-то важном. Покрутившись на месте в поиске непонятно чего, я остановила взгляд на больнице. Это был огромный комплекс, состоящий из нескольких зданий. Я каждый день проходила мимо него. И сейчас бы прошла, если бы не заметила знакомых мне людей у центрального входа.

— Давай в магазин заедем. Дома шаром покати, — предложил мой брат маме.

— А вы что тут забыли? — спросила я, приблизившись.

Никто даже не посмотрел в мою сторону.

— Ау!

Я помахала руками перед лицом матери, но она не отреагировала.

— Игнорируете? Что я сделала-то?

Артем прошел в сантиметре от меня, не подавая и виду, что меня услышал.

— Да ты прям талантище! — с сарказмом произнесла я, стараясь всем видом показать, что они перегибают палку в своем розыгрыше.

Молча сев в машину, родственнички попросту уехали. Я же, мысленно ругая их, пыталась придумать, что делать дальше. Это должна быть изощренная месть. Артем частенько, чисто по-братски, разыгрывал меня. Но мама… От нее я подобного не ожидала. И как этому приколисту удалось подговорить ее? Решив, что, для начала, тоже буду их игнорировать, я собралась идти домой, но, сделав пару шагов, все же остановилась. Интересно, что они здесь все-таки забыли? Кого-то из знакомых навещали? Или случилось чего? Задумавшись над этим, я вошла на территорию комплекса.

На ней был небольшой парк — жухлая прошлогодняя трава, куча тропинок, скамеек и редко посаженных деревьев. Кое-где гуляли люди. Не заметив никого из знакомых, я все-таки решила отправиться домой. Справа от меня на мгновение мелькнул свет проблесковых маячков. В тот же миг послышалась сирена. Она напомнила мне о чем-то, только воспоминание все никак не удавалось уловить. Как завороженная, я начала двигаться навстречу звуку, пока не уткнулась в одно из зданий. Оно отличалось от других. Только вот чем именно, сложно было понять.

Центральный вход так и манил к себе. Странное чувство. И что мне там могло понадобиться?

Все-таки войдя внутрь, я увидела, что на входе всем измеряют температуру. Но меня почему-то пропустили просто так. Движимая добропорядочностью, я хотела сама подойти, но отвлеклась, заметив неподалеку Игоря. Он шел куда-то в сопровождении врача. Высокий темноволосый мужчина в белом халате смутно мне кого-то напомнил.

Я догнала их. Никто не имел ничего против. Честно сказать, я была разочарована. Всегда считала, что в таких местах более строгие правила.

— Привет! Что ты тут делаешь? — спросила я удивленно.

Но и мой парень меня проигнорировал. Я попыталась его остановить, схватив за руку, но ничего не вышло. До меня не сразу дошло, почему. Попробовав еще раз, я с ужасом заметила, что моя рука проходит сквозь его тело. Просачивается, не встретив никакого сопротивления. Внимательно вглядевшись в свои пальцы, я судорожно осмотрелась по сторонам, надеясь найти объяснение происходящему: зеркало, камеру, какой‑то трюк… Но вокруг всё выглядело обычным. Мысли путались. Я пыталась ухватиться за какую-то логичную мысль, но они ускользали, как вода сквозь пальцы. В ушах послышалось сердцебиение, словно на мне та штука, с помощью которой врачи обычно детишек на приеме слушают. Не помню название.

Заметив, что Игорь со спутником остановились у одной из палат, я побрела следом. С каждым шагом звук сердца в голове становился громче. Руки затряслись.

— Только недолго, — предупредил мужчина, открывая дверь и пропуская Игоря. Кое-как справившись с паникой, я прошла следом. Но от увиденной картины впала в ступор. Парень стоял рядом с кроватью, а на ней лежала… я.

Пульс в голове участился и стал еще громче.

Боже.

Ноги подкосились, но мне каким-то невероятным образом удалось не упасть. С раскрытым ртом и замершим дыханием я в ужасе уставилась на себя. В комнате словно никого больше не было. Только я — и она.

Душераздирающий стук в голове немного привел меня в чувство. Подойдя на ватных ногах почти вплотную к кровати, я остановилась. Пульс стремительно нарастал. Казалось, кто-то с усердием барабанит прямо по моей голове. Я понимала, кто лежит на кровати. Не сестра-близнец, взявшаяся непонятно откуда, не девушка, очень похожая на меня. Это точно была я.

Кое-как заставив себя шевельнуться, я прикоснулась к своей руке. Ничего не почувствовала. Но сердцебиение, от которого чуть не пострадали мои барабанные перепонки, тут же прекратилось. Я вспомнила автобус, темноту, шепот, путь, проделанный сюда. Все встало на свои места. Но это все равно не внесло ясности.

Игорь что-то сказал, но я не расслышала. Как будто находилась в соседней комнате. Он взял меня за руку — ту меня, что лежала на кровати. Я же, стоящая рядом, не ощутила его прикосновения.

Мне хотелось что-нибудь ему сказать, но оцепенение еще не прошло. Да и сомневаюсь, что он услышал бы.

— Пойдемте, — произнес врач. До этого я и не осознавала его присутствия.

Это немного привело меня в чувство. Я впервые оглянулась, мельком заметив различные электрические приборы и капельницы. По крайней мере, я решила, что это они. Что-то похожее видела в фильмах. Но могла и ошибаться — вся эта больничная тема для меня в новинку. Руки дрожали. Мне требовались ответы. Я не понимала, что делать дальше.

Вспомнив о враче, я поспешила в коридор, надеясь, что он еще там.

— Подождите! — окрикнула я его. Никакой реакции. Обогнав мужчин, я преградила им дорогу.

— Что со мной? Игорь!

Парень прошел мимо.

— Да стой же ты! — крикнула я, толкнув его в спину. Не встретив сопротивления, я по инерции полетела вперед. Пока выплясывала понятный только мне танец, в попытке удержать равновесие, в разговоре уходящих мужчин уловила одно слово, которое, с одной стороны, частично давало ответы, а с другой — наводило ужас. Оно прозвучало так отчётливо, будто было сказано прямо мне в ухо:

«Кома».

Но как так-то? Я же ещё здесь. Чувствую биение своего сердца, слышу, как ветер шевелит ветки за окном, вижу, как солнечный луч пробивается сквозь облака. Я существую — так почему они говорят обо мне так, будто я уже где‑то в другом месте? Такого ведь не бывает!

Вернувшись в палату, я снова прикоснулась к себе. Точнее — попыталась. Сколько бы ни пробовала, рука проходила сквозь тело. Оно совершенно не чувствовалось, словно было иллюзией. Когда до меня, наконец, дошло, что дотронуться до себя невозможно, я села рядом с собой на стул. Хотелось плакать, но слез не было, поэтому все, что я могла — закрыть голову руками и судорожно раздумывать, что же делать дальше. Он говорил мне, что я вернусь, тот шепот, но сначала требуется что-то еще. Что? Хоть бы какие-то мысли были в голове, хоть бы какая зацепка! Меня терзала неизвестность. Я понятия не имела, что делать дальше.

В палату вошла женщина, видимо, медицинская сестра.

— Помогите, — взмолилась я. — Пожалуйста, помогите мне.

Женщина, нахмурив брови, внимательно разглядывала монитор, постоянно что-то чиркая в своем блокноте.

—Здесь я, здесь! Разбудите меня! Что мне делать?

Как бы я ни старалась, даже на миг мне не удалось привлечь внимание медсестры. Тогда я совершила глупость — выбежала в коридор на поиски того, кто сможет помочь. Носилась по этажам, пыталась заставить людей увидеть меня. Но когда в который раз столкнулась с тем, что люди проходят сквозь меня, упала на пол и начала орать. Зачем? Сама не знаю. Никто не реагировал. Меня не было. Окружающие могли видеть мое тело, но не то, чем я являлась теперь.

А после вновь началось метание по коридорам в поиске ниточки, связывающей меня с реальным миром. Куча разных отделений, коридоров, лестниц, а я так и не поняла, где именно лежит мое тело. С каждой минутой паника усиливалась. В голову лезли полные отчаяния мысли. И когда я решила, что это конец, наткнулась на знакомую медсестру. Снова послышался пульс в ушах. Тело было где-то рядом. У одной из дверей звук казался ярче. Я, почти уверенная в том, что нашла нужное место, дернула за ручку. Точнее, попыталась. Рука прошла насквозь.

Сначала я испугалась, а после — задумалась. Если рука проходит сквозь предметы, может же быть так, что и вся я, кем бы сейчас ни являлась, смогу пройти?

Неуверенно попыталась просунуть руку через деревянное полотно, зажмурив глаза на всякий случай. Когда ничего не почувствовала, подумала, что это ребячество, и огляделась. Каково же было мое удивление, когда взору открылось только полруки, остальная часть, как я поняла, находилась по другую сторону препятствия. Никогда бы не поверила, что миллион раз виденное в фильмах окажется правдой. Еще раз зажмурив глаза, сама не знаю зачем, я сделала большой шаг вперед и, как следовало ожидать, оказалась за дверью, то есть в палате. Тело меня уже мало волновало. Лишь мельком заметив его, я сразу успокоилась.

Вернулась в коридор, потом снова в комнату. И так несколько раз. При этом дверное полотно не чувствовалось совершенно. Словно иллюзия.

— Вы это видели? — воскликнула я, обращаясь к людям, проходящим мимо. Естественно, они меня не услышали, чем испортили восторг. Обладание суперспособностью без возможности похвастаться ею ущемляло мое самолюбие. Подлетев к женщине в белом халате, я изо всех сил попыталась привлечь ее внимание. Прыгала перед ней, кричала. Даже поколотить пыталась. Безрезультатно. То же вышло и с остальными встретившимися мне на пути людьми.

Но желание проверить, на что я теперь способна, только возрастало. Быстренько проверив свое тело и постаравшись запомнить его местоположение, я решилась от него отойти. Еще раз. Стало жутко интересно взглянуть, что же творится за другими дверьми. Эта идея мне понравилась. Я и правда была как супергерой, неуловимая и невидимая. Страх сменился любопытством. А вдруг я провалюсь сквозь пол? Или как я смогу сидеть на стуле, если прохожу сквозь стены? Но, как оказалось, эти вопросы были напрасны.

Немного поэкспериментировав, обнаружила, что могу просунуть руку сквозь сиденье стула, но не проваливаюсь, когда присаживаюсь на него. То же самое с кроватью или другими предметами в комнате. Отражения в зеркале не было. Это оказалось одно из самых жутких открытий. Сама не знаю, почему. Но вот на мониторе появлялась небольшая рябь, когда я к нему прикасалась. Это вселило в меня надежду, что еще не все потеряно. Оставалось только понять — как вернуться.

Сначала было страшно отходить далеко от тела. Я изучала соседние помещения. В одном из них оказалась такая же палата, как и у меня. Только в ней никто не лежал. Но уборщица все равно исправно наводила там порядок. Другой комнатой оказался процедурный кабинет. С кучей шкафчиков, медикаментов, парой холодильников и кушеткой, занимающей его большую часть.

С фактом моего нынешнего состояния я свыклась достаточно быстро. Правда, до сих пор было жутковато находиться рядом со своим телом. Каменное, бледное лицо, не выражающее никаких эмоций, наводило на мысли, о которых и говорить не хочется. Но факт, что я могу делать то, что недоступно обычному человеку, окрылял. Я верила, что скоро очнусь и смогу рассказать о своих приключениях близким.

Глава 2

Несмотря на бессонные сутки, или сколько я тут уже, я совершенно не чувствовала усталости. Посмотрев на свое тело в кровати и разочарованно отметив, что ничего не изменилось, я захотела снова отправиться изучать окрестности. Но остановилась, заметив в своем лице черты, которых не видела раньше: кожа еще побледнела, глаза запали, а на носу появились жуткие черные точки. Это было видно даже в полумраке. Завершал картину слегка приоткрытый рот.

Интересно, я всегда так выгляжу, когда сплю?

Поддавшись желанию срочно исправить это безобразие, я попыталась хотя бы рот себе закрыть. Но как бы ни сосредотачивалась, мои руки проходили сквозь тело. Внутри все кипело от беспомощности. Нервно вздохнув и резко встав, я подошла к окну. Уже наступило утро. Солнце светило достаточно ярко, хоть и только выглянуло из-за горизонта. Мне нравилось наблюдать за его ласковыми лучами, проникающими сквозь ветки деревьев. Должен быть хороший день.

А я тут, сижу в четырех стенах!

Я стала вспоминать события последнего дня перед аварией. Ничего особенного. Кроме одного: в тот день я познакомилась с друзьями своего кавалера. Братьями-близнецами — Максимом и Тимуром. Эти одинаковые человечки запали мне в душу с первого взгляда. Как будто мы уже сто лет были знакомы. Может быть, в этом дело? Вдруг я должна увидеть братьев, чтобы очнуться? А что если я не просто так познакомилась с ними именно в этот день?

Вспомнив зловещий вой пса, я содрогнулась. Должно быть, он знал, что со мной случится несчастье. Словно чувствовал приближение беды и старался таким образом меня предупредить. А вдруг мне стоит найти этого зверя? Может быть, он поможет мне очнуться? Может, это был не просто пес, а какой-нибудь мистический страж потустороннего мира? Я уже во все готова была поверить.

Ход моих мыслей прервал звук открывающейся двери. Зашли незнакомые мне люди в белых халатах — предположительно, интерны. Я с ужасом представила, как они проделывают с моим телом свои врачебные штучки, а я ничего не чувствую. Не захотела оставаться в палате и вышла на улицу, ожидая, что там смогу расслабиться. Но меня ждало разочарование. Я ничего не чувствовала: ни дуновения ветерка, ни тепла солнышка, ничего. Это удручало. Я бродила по небольшому дворику больницы, занимаясь самоедством. В голову пришла мысль: сходить домой. Увидеть маму, ведь она всегда помогала мне в трудных ситуациях. Поговорить не смогу, но, может, хотя бы успокоюсь, увидев ее. Только вот почему-то страшно было отдаляться так сильно от своего тела. Вдруг что-нибудь случится, а я не узнаю. Но желание получить хоть какую-то поддержку одержало верх.

Мой дом располагался ближе к окраине города. Это была простая панельная многоэтажка. Мама, братья, сестра и я жили в трехкомнатной квартире на пятом этаже. Мне нравился сам район: не так уж и шумно и до центра пятнадцать минут на автобусе. А самое главное — недалеко питомник. Это огроменный участок живой природы прямо в городе. Там есть и озера, так что можно просто отдохнуть, гуляя по берегу, дыша свежим воздухом. Когда-то давно за этим местом ухаживали: сажали деревья и кустарники, собирали ягоды, убирали сорняки. Но, к сожалению, постепенно его забросили. Сейчас он похож на обычный дикий лес, только деревья и кустарники до сих пор растут рядами, создавая потрясающие пейзажи. Возможно, что туда я тоже загляну, побывав дома.