Эрфит

Глава 3

Чем дольше я пребывала в коме, тем меньше чувств испытывала. Больше не радовалась визиту родных. Мне было все равно. И вообще пропал интерес к окружающей реальности. Способность проходить сквозь стены не будоражила, как раньше. Все казалось серым и унылым.

Я уже не сидела возле тела часами напролет. Это занятие еще больше удручало. Но далеко все же не отлучалась. Гуляя, я могла уйти на пару этажей или даже в другое крыло или корпус. Подняться на крышу и смотреть на звезды. Или выйти во двор и разглядывать насекомых у фонаря. Время тянулось медленно. Хотелось, чтобы это прекратилось. Неважно, как.

Но весь мой нынешний мир перевернулся, когда я забрела в такую же палату, как и у меня. Здесь лежал молодой человек. Он выглядел так, словно на войне побывал. Лицо частично опухшее, все в ссадинах и синяках. На голове какая-то белая повязка, а нога полностью забинтована. Наверняка это были еще не все ранения, а только то, что бросилось в глаза. Но и они повергли в шок. Страшно было даже представить, что чувствует этот бедолага. Первым моим желанием было поскорей улетучиться отсюда, не видеть больше этой жуткой картины. А вторым — хоть как-то поддержать его, пожалеть. Да, он не увидит меня, но сделать хоть что-то я должна была. Это было нужнее мне, чем ему.

И я сделала шаг к кровати.

Сосредоточившись на парне, не сразу заметила, что в палате находится и врач. Наклонившись над лицом молодого человека, я попыталась выяснить, чем там занят доктор. Мне, наверное, показалось, но парень как будто озадаченно посмотрел на меня не заплывшим глазом. Я показала ему язык, понимая, что могу делать все, что захочу.

Проделав какие-то манипуляции, мужчина в белом халате ушел. Побродив по комнате, я снова приблизилась к парню и принялась внимательно разглядывать гипс на его ноге. На все остальное было жалко смотреть.

— Хм, здесь бы нарисовать что-нибудь, — произнесла я вслух сама себе. — Что же с тобой случилось? — обратилась уже к молодому человеку, взгляд которого как будто был направлен в мою сторону. Я инстинктивно обернулась, но потом отбросила едва не зародившуюся надежду быть замеченной. Наверняка он просто на стену таращился, задумавшись.

На глаза попалась блестящая вещица на тумбочке у изголовья кровати. Подойдя ближе, я поняла, что это какое-то украшение, лежащее сверху на красной книге. Хотелось его повертеть, рассмотреть внимательней. Ах, да! Я же не могу сделать даже этого!

— Мой талисман, — произнес хрипло парень.

— Талисман, — повторила я машинально. И меня словно обухом по голове шарахнуло. Резко повернув голову в сторону юноши, я заметила, что он и правда смотрит в моем направлении. Но все еще не хотелось себя тешить надеждой. Поэтому я сделала пару шагов влево. Парень проследил за мной. Затем отошла вправо.

— Что ты делаешь? — спросил он вяло, но удивленно.

— Ты это мне? — опешила я, озираясь по сторонам, почти уверенная, что он бредит.

— А тут есть кто-то еще? — проговорил парень, прочищая горло. Поморщившись, он крепко вцепился в одеяло, словно оно могло ему как-то помочь.

— Ты что, меня видишь?

Парень только недоуменно моргнул в знак согласия.

Мне казалось, это все сон. Окрыленная внезапной переменой, я тут же подлетела к зеркалу, но так и не увидела своего отражения. Еще раз обернувшись к нежданному собеседнику, я убедилась в том, что он по-прежнему меня созерцает.

— Странно, меня никто больше не видит, — произнесла я задумчиво, зачем-то посмотрев на свои руки. — И не слышит.

— П… почему? — хрипло выговорил парень, немного поморщившись.

— Я в коме, мое тело лежит в третьей палате от тебя. Впервые говорю это вслух. Но почему меня видишь только ты? — Посмотрев на его усталое лицо, покрытое ссадинами, я уже пожалела, что задала этот вопрос, подвергая его новым пыткам. Дураку понятно, что он лежит здесь не просто так. Наверняка ему очень больно.

Парень хотел что-то ответить, но заметив, что он борется со сном: веки тяжелеют, голова то и дело клонится вниз, он встряхивает ею, пытаясь собраться. Я решила подождать до утра. Несмотря на то, что мне уже так давно хотелось хоть с кем-то поговорить.

— Спи, я позже зайду к тебе, если ты не против, — пообещала я, наблюдая за тем, как уцелевший глаз собеседника постепенно закрывается.

Зевнув, парень поуютнее пристроил голову и уснул. Как же мне хотелось оказаться на его месте. Проверить, насколько мягкая и удобная подушка. Расслабиться, ощутив тяжесть собственного тела на прохладной кровати. Закрыть глаза и провалиться в сон, забыв обо всем.

Зависть шевельнулась где-то внутри – для него время пролетит быстро. Не то что для меня. Посидев немного у кровати, я отправилась дальше бродить по больнице. Не знаю, как он умудрился уснуть после разговора со мной. Я бы не смогла. Может быть, ему дали снотворное? Это бы все объяснило.

Сначала хотела подняться на крышу, но остановилась в коридоре, пытаясь запомнить расположение палаты. Это было необязательно, поскольку я уже неплохо освоилась в здешней обстановке, но потерять что-то настолько важное не хотелось. Запомнив номер, красующийся на двери, я повернулась в сторону лестницы и чуть не заорала от неожиданности: в тени виднелся нечеткий, застывший на месте силуэт. Я не первую ночь проводила, бродя по коридорам, но такое видела впервые. Самой жуткой в этой картине была именно неподвижность неизвестного объекта. Хоть он и не мог меня увидеть, я все же решила двинуться в противоположном направлении. Встряхнула головой, пытаясь отбросить ненужные мысли, пока фантазия не разыгралась. Наверняка мне встретился засыпающий на ходу интерн. Эти ребята и без того временами зомби напоминали, а в темноте наверняка и подавно.

Вернувшись к своему телу, я разочарованно отметила, что ничего не изменилось. Где-то в глубине души таилась надежда, что мое состояние стало улучшаться, раз уж меня увидели. Но это было не так. В итоге просидела на подоконнике до самого рассвета, наблюдая за звездами. Утром отправилась к необычному молодому человеку, опасаясь, что мне лишь причудился наш разговор.

Парень изобразил на лице что-то вроде улыбки. Значит, не показалось — он действительно меня видел.

— Ты здесь. — Он сделал небольшую паузу, слегка прищурив здоровый глаз. — Кем бы ты там ни была.

— Меня зовут Аня.

— Иван.

Видимо, он хотел приподняться или лечь поудобнее, из-за чего вновь зажмурился. Забывшись на мгновение, я рефлекторно потянулась, чтобы придержать его, но, не встретив сопротивления при прикосновении к телу, просто плюхнулась на кровать.

— Занятно, — озадаченно протянул Иван, таращась на свою грудь, в недрах которой потерялись мои руки.

Странно — почему я чувствую предметы, но не могу ощутить людей?

Хотела приподняться, но остановилась, уловив что-то новое. Необычное чуть ощутимое покалывание в тех местах, где я касалась парня.

— Эй, — привлек мое внимание собеседник. Когда я подняла голову, почувствовала покалывание на кончике носа. Лицо Ивана было неприлично близко.

— Ой, — спохватилась я, молниеносно выпрямившись и попытавшись резко сменить тему. — А что это?

На комоде стояла фотография мальчика с такой же растрепанной прической, что и у Ивана. На заднем фоне виднелась вывеска или указатель в виде облака, из которого выглядывал полумесяц.

— Фотография, — усмехнулся он и сразу поморщился. — Это я у бабушки в деревне. Поэтому и приехал сюда — хотел отыскать это место. Но… — Он с досадой посмотрел на гипс, вновь попытавшись поудобнее улечься. — Как видишь, не судьба…

— А что с тобой случилось? В смысле, почему ты здесь?

— Попал в аварию на мотоцикле. Чудом выжил. — Новый знакомый сделал паузу, слегка зажмурив глаз. — Мне, наверное, помог мой талисман, на тумбочке лежит, видишь, в виде полумесяца. Он всегда меня выручал.

Я посмотрела на амулет, который заметила еще вчера. Только сегодня он располагался иначе, и мне удалось его рассмотреть более детально. Обычная серебряная цепочка, а на ней небольшой полумесяц с синим камушком посередине, украшенный ажурными узорами. Красивая, конечно, вещь, но мне почему-то показалось в тот момент, что это всего лишь обыкновенная безделушка.

— Что за книга? — поинтересовалась я, кивнув в сторону красного предмета под украшением.

— Не читал еще — буквы расплываются перед глазами. Хочешь почитать? Ой, ты же не можешь.

Должно быть, мой взгляд все сказал за меня.

— Извини, не привык еще. Я, наверное, с ума схожу, — усмехнулся Иван. — Веду беседу с призраком.

— Я не призрак!

— А кто тогда? — иронично спросил он.

— Я… это я, — гордо вырвалось у меня. Не могла найти нужное слово. В голове проносились различные варианты, но ничего конкретного уловить не удалось. — Не знаю…

— Вот-вот, — подытожил Иван, разочарованно наблюдая, как открывается дверь в палату.

Его речь была немного невнятной из-за отека правой стороны лица. Как бы я ни старалась отбросить мысли об аварии, в которую попал мой единственный собеседник, воображение все равно иногда рисовало страшные картинки. И наблюдать за процедурами не хотелось, поэтому я ушла.

У себя в палате я увидела Игоря с близнецами. Уложенные волосы, идеально отглаженное поло темно-синего цвета, классические брюки и мокасины без единого пятнышка. Как будто по воздуху летел, а не по слякоти на улице топал. Все это говорило о том, что он готовился к встрече, а не просто нацепил первые попавшиеся вещи. Не то что я: лохматая, бледная, в какой-то странной сорочке непонятного цвета и с тупым выражением лица.

Братья, наоборот, выглядели так, словно в магазин за хлебом вышли. Но их внешний вид понравился мне больше. Они напомнили мне моего брата, который никогда особо-то и не заморачивался по поводу одежды. Я и сама не была чистюлей, если честно.

— Ого! — проговорил один из близнецов, видимо, Максим, подходя вразвалочку ближе к моему телу.

Мой внешний вид уже не особо меня волновал, только постоянно приоткрытый рот вызывал недовольство. Еще бы слюну пустила для большего впечатления.

— Вы меня слышите? — спросила я громко. Реакции не последовало. Никто не переспросил ничего, не стал озираться по сторонам. А я считала, что в братьях есть что-то особенное. Близнецы, в принципе, всегда казались мне чем-то сверхъестественным.

— Жутковато здесь, — поежился Тимур.

— Так-с, — перебил его брат. — Я еще верю в теорию, что Аня нас слышит. Так что…

— Даже не начинай, — закатил глаза Игорь, остановив друга.

— А что? — оживился Максим, оставив в покое фотографию моей семьи на тумбочке. Странно, что я не заметила ее раньше. Должно быть, мама принесла. Ей всегда нравился этот снимок. — Вы только представьте, что она просто спит. Или стоит где-нибудь рядом с нами и слушает. Просто не может отреагировать, потому что тело не слушается. — Парень уверенно указал руками в воздух, как бы намекая, что я нахожусь в том направлении. Я наблюдала со стороны, слегка усмехаясь и воодушевленно кивая головой в знак согласия.

— Ага, а еще сквозь стены проходит и с духами разговаривает, — иронично отозвался Тимур, даже не предполагая, насколько его брат близок к разгадке.

Мне очень хотелось, чтобы Максим продолжал развивать свою идею, поэтому я встала на то место, куда он указывал. Но момент был упущен: парень уже пристально разглядывал мое физическое лицо, зачем-то тыкая в щеку пальцем.

— Что ты делаешь? — осуждающе вздохнул Тимур.

— Устроим спиритический сеанс? — воодушевился Макс, потерев ладони и игнорируя вопрос близнеца.

— Не думаю, что это поможет, — засомневалась я, никогда не верившая в подобные вещи.

— Он снова смотрел «Битву экстрасенсов»? — поинтересовался Игорь у Тима.

— Всю ночь, — кивнул тот почему-то с упреком.

— Так, пошли. — Хлопнув Тима по плечу, Игорь направился к выходу. — Пока он тут зелье варить не начал.

— Или чесноком ее всю не измазал.

— Ты совсем что ли! — возмутился Игорь. — Не подавай ему идеи!

— Ха-ха! Очень смешно! — пробурчал Максим, догоняя парней. — Но что я такого сказал? Почему бы не попробовать?

Я не стала их преследовать. Максим натолкнул меня на идею, о которой я и не задумывалась. Есть же люди с экстрасенсорными способностями? Вдруг мне повезет, и я найду одного из них? Если это будет какая-нибудь опытная ведьма, которая сообщит мне, что я напрасно заморачиваюсь — надо лишь кувыркнуться, к примеру, раза три против часовой стрелки, сказать пару волшебных фраз, и все придет в норму.

А где искать-то таких людей? Выходить из больницы до сих пор было страшно. Бегать по всему зданию? Позвонить в «Битву экстрасенсов»? Ивана что ли попросить о помощи?

Глава 4

Чтобы ненароком еще больше не сойти с ума, я придумывала себе различные занятия. Временами просто стояла у прохода, вытянув руку в надежде, что почувствую кого-то. Но люди проходили сквозь мою конечность, ничего не чувствуя. Где же вы, экстрасенсы? Я даже входила в кабинет с людьми, которые мне казались интересными, и наблюдала. Сначала было неловко, но вскоре я отбросила это чувство. Меня-то никто не видел. Пыталась угадывать диагнозы, но пока что не особо получалось. Особенно любопытно оказалось в отделении неотложной помощи. Даже интересно стало видеть вещи, от которых меня раньше могло запросто стошнить.

Отметила для себя несколько вызывающих любопытство пациентов, за которыми решила наблюдать. Некоторые из них стали для меня соломинкой, не дающей утонуть в трясине собственного самоедства. Например — пожилой мужчина с проблемами пищеварительной системы. Точное название его недуга я не выговорю, поэтому и не стану пытаться. Но интересно в этом человеке было то, что он говорил о себе в третьем лице, называя себя Петром Сергеевичем. Он напоминал моего дедушку, такой же пузатенький и временами саркастичный, с копной седых волос и длинными размашистыми бровями. В его лексиконе присутствовали фразы, которые было непривычно слышать. Например, «мое почтение» как приветствие или «честь имею» вместо прощания. А вставая с кровати, он всегда покачивался и говорил: «Раз-два, взяли!»

Мужчина периодически рассказывал что-то своим товарищам по палате. Чаще всего — забавные истории. Его соседи тоже не отставали и пытались шутить, но у них получалось не так живо. Иногда они придумывали разные приколы друг над другом. Как маленькие дети — то под подушку что-нибудь положат, то издадут пукающий звук в присутствии симпатичной медсестры. Я любила проводить время в их обществе. Точнее, наблюдать за ними со стороны, пока история со «спящим интерном» не повторилась.

Возвращаясь из юморной палаты, я снова наткнулась на неподвижный силуэт. Не могу сказать, что было темно, но детали одежды или общие черты лица разглядеть не удалось. Словно передо мной стоял человек, полностью облаченный во что-то темное. Мимо него прошел доктор, чью внешность я отчетливо рассмотрела. Силуэт не шелохнулся. Зато у меня внутри все перевернулось. Тряхнув головой, я вновь посмотрела в ту же сторону — тень стала ближе. Я сделала шаг назад. Это точно был не интерн. Я хотела было спросить, кто это, потом засомневалась. Может, лучше сделать вид, что ничего не видела?

Развернувшись, на ватных ногах зашагала дальше. Неважно, куда, лишь бы подальше от этого темного жуткого создания. Перед тем, как повернуть направо, зачем-то обернулась. Тень маячила неподалеку. Все так же неподвижно стояла и таращилась на меня невидимыми глазами. Ускорив шаг, я помчала в сторону лестницы, перепрыгнула через несколько ступенек, очень быстро минуя пролеты. Это было легко, да и страх придавал скорости. Обернувшись, облегченно выдохнула, не заметив преследования.

Ветер качнул прядь волос. Такого раньше не было. Или это был не ветер? Я медленно обернулась. Тень была передо мной. Единственное, что я смогла сделать — заорать. А после — бросилась со всех ног по коридору, не сразу сообразив, что стены мне не страшны. Куда бы ни приносили панические попытки сбежать, силуэт снова меня находил. Я верещала как ненормальная, носясь по больнице. Ни меня, ни жуткое нечто никто не видел. Значит, этот монстр пришел за мной. И мне совсем не хотелось с ним здороваться.

— Что случилось? — услышала я, уже не понимая, куда забежала. В комнате находился лишь один человек — заспанный, но явно обеспокоенный Ванька.

Я обернулась, оглядела каждый угол комнаты — тень отстала.

— Эй! — возмутился парень, поежившись. — Что ты там высматриваешь?

— Ничего, — ответила я, решив не пугать друга еще сильнее.

— Поэтому орала как при конце света?

— Просто, это, эм-м… — начала я, еще раз оглянувшись, — решила, что меня так может услышать еще кто-нибудь.

— А меня тебе мало?

Сначала я хотела рассказать ему о произошедшем, но решила не произносить этого вслух. Как с кошмаром, который лучше не рассказывать — а то еще сбудется.

С тех пор я еще пару раз оказывалась в подобной ситуации, но каждый раз, когда в поле моего зрения оказывался Ванька — тень исчезала. Новый друг стал для меня убежищем, сам того не подозревая, поэтому я частенько проводила время в его обществе. С ним чувствовала себя под защитой.

Ваня часто забывал о том, что я лишь видение. Пытался схватить за руку, когда я уходила, или похлопать по плечу, надеясь привлечь внимание. Когда это случилось впервые, парень попросил прощения. После перестал, делая вид, что ничего не произошло. Не хотел, чтобы я расстраивалась. Наверное. Вообще мне было сложно понять, что творилось в его голове. Его образ мыслей, манера речи да и вообще мировоззрение несколько отличались от моих.

Ваня поправлялся — я видела это уже тогда. В его глазах появилась какая-то искорка, жизненная энергия. Казалось, что и меня парень заряжал позитивом.

Как-то раз в палату вошел врач. Ваня сразу замолчал, задерживая дыхание, чтобы не рассмеяться, потому что я как раз рассказывала историю, подслушанную в юморной палате.

— Что смешного? — спросил доктор серьезно.

Видимо, он решил, что Ванин смех связан с ним. У меня такое случалось. В такие моменты хочется найти зеркало, чтобы убедиться в том, что во внешности нет ничего смешного. Собственно, что и сделал мужчина.

— Видео смешное посмотрел, — пояснил парень, пытаясь побороть смех, но, как показывает практика, от этого стало только смешнее. Особенно когда рядом хихикала невидимая другими девушка.

— Хм. Вы удивительно быстро идете на поправку. В чем секрет? — спросил мужчина, пролистывая медицинскую карту Вани.

— Стимул появился, — ответил молодой человек, хитро улыбнувшись. Мне казалось, что он вот-вот подмигнет, слишком уж озорным был взгляд.

— М-м-м, как интересно, — мужчина посмотрел на Ваню поверх очков. — И кто же она? — заинтересованно спросил он, убирая бумаги в сторону.

— А с чего вы взяли, что...

— Все в этом мире крутится вокруг женщин, — пояснил свою мысль мужчина, потеребив обручальное кольцо на пальце.

— И не говорите, — задумчиво улыбнулся Ваня, посмотрев в мою сторону. — Иногда как закружит! Жуть!

Мужчина понимающе кивнул головой, что-то записав в Ванькиной карте.

— Стимул, значит? — улыбнулась я парню, когда вышел врач.

— Тебя это удивляет? — спросил Ваня уже более серьезно, потеребив левое ухо. Он всегда так делал, когда задумывался о чем-то.