На заре Хаоса

Пролог. Дикая орда

***

Задолго до рождения человечества, тем более задолго до Первой Эпохи людей в мире, известном как Орадоло, свои первые шаги делало примитивное племя брудугаров. Варвары, полузвери с покатыми лбами, широкими выдающимися челюстями, кривыми, но мощными ногами и грубой шершавой кожей. Они не были людьми и не были близки к ним. Их разум слаб, а тело сильно. Такое распределение сил начертало путь маленькой поначалу общины дикарей, завоевавших впоследствии десятки миров. Но настоящая история этого народа, посвятившего себя войне, начинается с одного ночного видения.

К тому времени брудугары расселились по долине Ревалли, устраивая стойбища по несколько сотен жителей в каждом. Большая земля за Чёрными горами оставалась для дикарских племён далёким краем богов и подземных духов, которых боялись и старались избегать встречи с ними. Но Ревалли быстро пустела, ибо неотёсанные варвары не умели пахать землю и разводить скот. Охота служила единственным средством для выживания. Чуть позже к ней прибавился каннибализм. Однако и этого становилось недостаточно. И тогда началась Война. Не решаясь переступать через Горы, брудугары распространились за окружающие равнину леса, где повстречали первые жертвы для своей безжалостной косы. Именно там предопределилась судьба яростного народа. Прожорливая толпа осела в прежних владениях на Ревалли, совершая ожесточенные нападки на сёла за лесами, доходя до берегов раздваивающейся реки. Межречье превратилось в их постоянные охотничьи угодья.

***

Вождь Гер-Гар вошел в военный шатёр, проворно переставляя кривоватые ноги. В руке он держал окровавленный топор с несколькими выемками вдоль лезвия, а в другой зажал сеть с отрубленными продолговатыми головами, на которых краснел один глаз. Он не знал имени этого племени, он убивал их просто потому, что не умел общаться иначе. А ещё он хотел есть. Топор не был изобретением зверей-брудугаров, они не умели ничего создавать, воюя и охотясь камнями и обломанными палками. Зато они умели хорошо присваивать чужие достижения, такие как оружие или шатры. Два похожих на ожившие пни воина втащили в палатку трупы – хрупкие бледные тела без голов, – и свалили их у огня. У кого же они украли огонь? Нет, Гер-Гар не запомнил этого. Женщины с шерстью вдоль позвоночников подползли к кровавой жатве воинов, в руках их блеснули маленькие треугольные ножики. Снимать шкуры с добычи они научились давно, но нашли нужный для этого инструмент всего четыре деревни назад. Не дожидаясь разделки, вождь отрубил у одного трупа ногу и кинул её в большой костер. Брудугары-охотники раззявили пасти, унюхав жареное мясо (оно понравилось им больше сырого), по толстым губам потекли мутные слюни. Вождь оскалился, давая им понять – он здесь вкушает первым.

После трапезы Гер-Гар сел на уродливый трон из деревяшек и костей, скрепленных большими чугунными гвоздями, он видел трон в городке за рекой Аверран (как звали её местные жители), Большой вождь того народа занимал его. Тогда Гер-Гар захотел трон себе. Кости Большого вождя пошли на его основание. Аверран – единственная река, которую племя преодолело по мосту, открытую же воду они опасались и не видели ни одно живое существо, способное перебираться через неё. Рядом с троном коптили два факела, воняющих жиром диких шерстистых буйволов, на улице ревела орда. Каждое племя, разрастаясь, создавало орду – войско безрассудных варваров, ходящих разорять деревни и города «прямых ног». А бывало, в жестокой битве сходились две орды разных племён, тогда начиналось нечто жуткое, подобное стихийному бедствию. Проигравшее племя входило в состав победившего и отдавало вождю все знания, украденные у «прямых ног». Под бой барабанов из лопаток и черепов павших врагов Гер-Гару спалось особенно сладко. Его племя разбило три орды и стало большим и сильным, не мудрено, что этот сон приснился именно ему.

Сквозь тьму Гер-Гар видел город с большими стенами, каких не строили в Межречье, видел высокие статуи из желтого железного камня, словно сам пришёл в те места. Идя по длинной галерее, дикарь лицом к лицу встретил Его. Великий Бог войн, могучий, как тысяча брудугаров, с четырьмя рогами и железным лицом. Он говорил, а Гер-Гар понимал. У ног статуи бога-воителя стоял большой жертвенный камень, на каких брудугары режут врагов, предназначенных духам. Но этот был больше и красивее любых камней, которые находили воины Гер-Гара. Бог велел пролить кровь вождя того города на алтарь, взамен обещая привести племя к вершине славы. Гер-Гар не мечтал о славе, даже не знал такого слова, но он любил проливать кровь и воевать. Тогда он не знал, что именно это обратило на него взор грозного Владыки без лица. Сон дикаря не был ярок, зато запомнился ему до деталей, каждое слово Железнолицего сидело в его тесной голове. Пробудившись под утро, вождь скорчился от жуткой боли, разламывавшей череп, он бился и трясся, а мозг его впитывал новые образы извне, разум прояснялся, толкаемый неведомой силой вопреки естественному развитию. Гер-Гар, поднявшийся с земляного пола походного шатра, не был тем самым полузверем, которым упал на него, хотя пока и не стал слишком от него отличен. И всё-таки первая его трансформация свершилась.

***

Всё племя, состоящее уже из нескольких тысяч брудугаров, собралось по зову вождя к Кургану. Здесь, на горе из костей павших соплеменников, присыпанной землёй, встал Гер-Гар, высоко подняв руки, и племя склонилось перед его властной фигурой. Три говорящих с камнями вышли вперёд остальных, опираясь на корявые посохи, измазанные засохшей кровью. Вождь полнился волнением, видя своё племя совсем другими глазами, но этот дар загадочного бога подтверждал реальность его существования. Раньше ни духи, ни боги, вызывавшие один только страх, не делали брудугарам подарков.

– Мы пойдем в Чёрные горы! – прокричал Гер-Гар. – Бог войны говорил со мной!

Брудугары стояли, дрожа на перекошенных ногах, кряжистые, с кожей шершавой, словно рога буйволов, волосатые и дикие. Слова дерзкого вождя напугали этих примитивных существ. В царство духов идти боялись пуще смерти.

– Нельзя ходить в Горы, – заговорил один из общающихся с камнями, обиталищами духов. Его голос звучал так, словно ему перебили глотку. – Духи рассказали мне о народе с железной кожей, живущем за Горами.

– Злой народ, – подхватил второй. – Они убивают лучше брудугаров, у них длинные железные руки и большие шатры из камня.

– Страшный бог без лица защищает их, – добавил третий. – Здесь много пищи и места, останемся.

Гер-Гар обвёл троих говорящих суровым взглядом, образ безликого бога с рогами на голове вновь всплыл перед ним.

– Их бог больше не защищает загорный народ. Он защищает нас. Если мы прольём кровь слепого жреца на алтарь Хаоса, он изберёт нас. Но мы должны доказать, что стоим его ожиданий.

Многие слова были новы для брудугаров, Гер-Гар не знал их прежде и произносил на том языке, на котором говорил Безликий. Но смысл становился ясен вождю. Получив от неожиданного покровителя умственное превосходство над соплеменниками, он стал видеть мир по-другому, узнал странные вещи, почувствовал влекущее чувство дикой свободы от условностей реальности, какой не испытывал доселе, будучи при этом самым что ни на есть дикарем. В той свободе было нечто отличное, первозданное. Во что бы то ни стало, он собрался овладеть ею, принеся жертву Повелителю всех войн. Кому как не брудугарам оспаривать место любимцев Хаоса? Считаться с трусостью слабаков сейчас было вовсе нельзя.

– Мы пойдем через Горы, – твёрдо процедил вождь. – И мы сокрушим каменные шатры. Эти железные шкуры считают себя злом, просто они ещё не видели брудугара в ярости! Великий Разрушитель выбирает себе верных слуг, нет другого способа выяснить, кто из нас достоин силы, а кто – смерти, кроме битвы. Он испытывает нас! Лишь отобрав жизнь у его прежнего избранника, мы займём его место, я займу! Брудугары сами станут богами! Хватит нам копошиться в мелких сварах с червями на земле, нас ждет путь в бесконечность! – Он поднял перст, указуя в бледную россыпь звёзд на голубом ещё небе.

Племя поднялось с колен, на которые они попадали, слыша устрашающую речь Гер-Гара. Огонь в обезумевших глазах предводителя заставил их повиноваться. Поднимая оружие – сначала один, затем все воины, – брудугары огласили долину Ревалли, где стоял шатёр вождя самого большого рода, гавканьем и уханьем.

– Орда, поднимись! Мы идём в поход длинною в жизнь! И пусть враги трепещут, слыша нашу поступь!

Всё племя рассыпалось по посёлку из сотни шатров, собирая припасы, которые грузились в лоскуты мешковины. Эту поклажу взваливали себе на могучие спины бруд-до – родящиеся от межродственных связей брудугаров уродцы, выродки, особенно чахлые умом, зато невероятно сильные физически. Они вырастали вдвое или даже втрое больше остальных, лица их были исковерканы, покрыты шишками и наростами, но их мощь и отвратительный вид помогали при завоеваниях. Четыре с половиной тысячи брудугаров выступили тем же вечером в сторону Чёрных Гор, словно когти подземного чудовища, впившиеся в горизонт. Некоторые из этого числа присоединились к Гер-Гару и его орде из ближайших племён, соседи не препятствовали им, зная силу Гер-Гара. Всю ночь огромная орда ползла по равнине, поднимая стену пыли. Все окрестные селения, ещё уцелевшие в боях с брудугарами, затихли, в домах погас свет, а испуганный люд с косами и вилами вышел на улицы. Но ярость брудугаров обошла их стороной, пока…

***

У подножия Гор Орда столкнулась с городами, о существовании коих раньше не могла и догадываться. Бог явился Гер-Гару накануне атаки небольших фортификаций, защищающих город с тысячей жителей и ворота горного прохода. Он научил вождя брать рабов, полезных для работ, а Гер-Гар понял, что таким образом можно запастись и пищей. Существа, обитавшие здесь, имели два лица, ходили на выломанных коленями назад ногах, кожа их была почти прозрачной. Воевали они пакостно. Орда (две тысячи и пять сотен свирепых воинов) рванулась на укрепления, воем сотрясая стены. По совету Бога варвары добыли огонь, Он научил Гер-Гара, а тот поведал секрет народу. Подходящие для высекания искр камни валялись на каждом шагу, а сухая трава предгорий и поля местных жителей горели очень весело! Брудугаров воодушевил вид буйного пламени, хлопающего на полях, словно крылья огненной птицы Рагга, восходящей на небосклон, которой они поклонялись прежде, в те незапамятные времена своего зарождения. Теперь же у них был новый могущественный покровитель.

Но в крепости не все были слабыми и трусливыми. Впервые Гер-Гар увидел тех воинов с железной кожей. Они были могучими, высокими, тело их блестело на солнце. На головах они носили клетки, на груди их было выбито лицо Бога с кожистыми крыльями по сторонам. В руках они держали оружие – длинное одностороннее лезвие на ручке, очень широкое и острое. На мгновение Гер-Гар замедлился, понимая, что против него идут верные слуги древнего божества, явившегося ему той странной ночью. Но он помнил завет этого божества: сокрушить прежних воинов Хаоса и занять их место, звери всегда доказывают превосходство в драке, Хаос всегда лишён спокойствия, в войне всегда один победитель. Ревущая орда бросилась на стены, у брудугаров не было даже лестниц, карабкались они, цепляясь длинными, похожими на когти медведя ногтями, срывая их. Неистовый приступ варваров поразил рабов и носителей Хаоса, они-то считали себя воплощением разрушительной силы в этом мире, однако порядок вклинился в их жизнь, отворотив от них Заступника. Владыка Хаос не терпит порядок. И тогда пришли настоящие звери.

Кожа воинов Хаоса была железной, но брудугары не ведали боли, ярость битвы с врагом, заслуживающим уважения (ведь таких раньше не встречалось), бурлила в их крови, превращая их в машины войны. Гер-Гар рубился в первых рядах, его руки покрыла кровь воинов и жителей, не успевших уйти с улиц, оставив топор в голове врага, вождь поднял его тяжёлый меч. Рукоять горела жаром тёмной силы, кожа брудугара полопалась, чёрная кровь густым потоком хлынула на землю, но быстро высохла, раны закрылись. Новые силы прилили к сердцу живодёра, всякий разум утихал под её действием.

– Бел дарует тебе свободу, – произнес голос в голове Гер-Гара. – У Морагода теперь новые рабы. Племя Хаоса пришло в этот мир, чтобы не исчезнуть никогда!

Резня утихла лишь к темноте, в стенах заставы не осталось никого, кроме орды. Славно пировали брудугары на пепелище, плоть недругов оказалась вкусна. Их черепа насаживали на палки, оружие забирали лучшие бойцы орды, доспехам они так и не придумали применения. На ночь племя осталось на руинах. Во тьме к Гер-Гару явился посланец Хаоса, с железной головой птицы и четырьмя руками, в длинных одеждах и с саблями за спиной. Демон представился вождю Шекрушем, посланцем страны Морагод, Ядовитым клинком Владыки. Вещая от имени своего господина Хаоса, он ещё раз напомнил о пользе пленения врагов, подговорил учиться у них войне, рассказал о боевых машинах, ведь крепость Слепого Жреца окружала мощная стена, с которой самые острые когти не помогут управиться. Он показал, как делать смертоносное оружие, как у прежних слуг, и железную шкуру, пусть пока это были лишь фрагменты брони, скрывающие малую часть тела, крепящиеся на кожаных ремнях.

Орда миновала Горы и вышла на простор незнакомой брудугаром страны. Жители её лишь частью принадлежали к культу Хаоса, но это только способствовало успеху Гер-Гара. Вторжение было столь беспощадно, что в первый же месяц все предгорные города были спалены, а сотни их обитателей уведены в рабство. Шекруш снова являлся к вождю во сне, веля использовать женщин захваченных народов. Они могли дать потомство от приспособленных и выносливых брудугаров, причём их дети получались ещё сильнее. Ноги их были более прямы, равно как и спины. Они были ловкими и могучими, а бруд-до не рождалось вовсе. Но их легко заменяли машины, которые умели изготавливать жители предгорья. Уже на первом году жизни детёныш брудугаров становился способным воевать, размножались они активно, их звериной похоти не было предела, подобно их гневу. Орда лютовала на землях страны Хош, два года, разорив её до предела. Брудугары несли потери в боях, но потомство росло так быстро, что к исходу второго года воинство насчитывало уже десять тысяч бойцов, ещё много женщин и детёнышей. Подобного войска не видали в здешних краях. Гер-Гар готов был идти на храм Хаоса. Шекруш перестал приходить, хотя посылал злых духов, которые называли себя ифритами, огненными джиннами из Земли горящего песка, и те доносили повеления хаотических богов, даровали знания и силу крепнущему племени.

– Безликие пойдут за тобой после того, как ты возложишь сердце слабого на алтарь, – говорил чернолицый дух с огненными крыльями. – Тебя будут звать первым длагатом, полубогом и предводителем проклятых Морагода. Если же ты умрёшь, твоё племя погибнет, а твоя душа пропадёт в Колодце. Проигравшие не служат Белу.

***

Он походил на человека, но ещё не был человеком – их время пока не настало. На глазах его покоилась повязка, поскольку никаких глаз там уже давно не было. Слепой Жрец вышел на башню в храме, шепча молитвы безликому богу. Владыка молчал, он дал понять, что приготовил испытание своим слугам, а это значит, что кто-то один должен уйти в небытие. Орден хранителей Хаоса долгое время правил в землях Хоша, начиная, как воинственное племя дикарей, теперь пришло новое племя, чья сила и ярость во много раз превзошли предшественников. Только право идти за Белом они не получат просто, Орден будет биться до последнего стража. Их превосходство очевидно!

Орда приближалась, приближался час испытания. Жрец вынул из ножен меч из белёсого металла с выемками по обеим сторонам лезвия и пошёл вниз. Какие-то обезьяны не одолеют лучших последователей Морагода, пусть даже ифриты покинули их на время проверки. В битве Жрец не знал равных, глаза не нужны тому, кто видит разумом, вечный Хаос – его зрение. Стальные колонны хранителей выстроились перед стеной, топот орды гремел подобно взрывающемуся вулкану. Стены треснули под ударами тяжёлых камней, брошенных машинами, но машины были и в храме. Заряженные россыпью металлических шариков с шипами, они выкашивали брудугаров десятками. Огонь лился со стен струями, обжигая дикарей, копья били точно и смертельно. Однако стены стояли недолго, а Орда числом своим вшестеро превосходила силы Хаоса. Меч Гер-Гара отлично справлялся с железной кожей, оставляя позади вождя искалеченные груды плоти и металла. Брудугары по-прежнему с воем и улюлюканьем кидались на врагов, отдавая жизнь без малейших сожалений и раздумий, а Гер-Гар отныне сражался особым способом. Тайну движений в бою передали ему ифриты одной ночью.

«Похоже, этим животным Бел подарил не только веру!», – негодовал Жрец, выйдя на охваченный огнём двор. – «Пусть же увидят, на что способны мы! Он хочет, чтобы мы стали животными тоже, так пусть!»

Чёрной птицей слетел Безглазый в толпу варваров и бился с ними так, что они отступали, чего делать не умели никогда. Сталь его диковинного клинка разбрасывала пламя при каждом ударе, оружие это преподнес ему некогда ифрит Шашмга, такими мечами, отлитыми из метала, названного просто хаотитом, безликие Морагода повергали своих врагов. Хаос пришёл на землю забрать то, что принадлежало ему, огонь и железо отныне диктовали правила, судьба мира решалась в тот день и судьба при любом раскладе не могла явиться доброй. В королевстве Кшемам об этом узнают лишь несколько лет спустя, а пока свирепый вождь брудугаров Гер-Гар сцепился в смертельном поединке со Слепым Жрецом Хаоса. Зло пожирало само себя, чтобы изрыгнуть в итоге идеальное Зло.

Жрец оказался более умелым бойцом, меч вождя вонзился в мягкую от крови землю, но Гер-Гар ринулся на него с небывалой злобой. Острие демонического клинка пропороло дикарю бок, он взревел, перехватил руки Жреца и выломал их из плечевых суставов. Ударом головы он пробил Безглазому череп, острые зубы впились в горло. Руками Гер-Гар раздробил грудную клетку поверженного соперника, содрав с него защиту, и вырвал ещё теплое и трепещущее сердце. Храм стоял прямо перед ним, тяжёлые ворота с барельефами чудищ с масками вместо лиц и тёмных богов отворились победителю. Битва не окончилась, рана в боку полузверя сильно кровоточила, однако он направился к Храму, неся сердце на вытянутых руках. Ни один воин не остановил его тогда.

Длинный пустой зал, заполненный дымкой и слабым запахом гари, был уставлен целым пантеоном уродливых, жутких тварей с подобиями исковерканных лиц, под ногами трещал тёмный обожженный песок. Боги Хаоса молчаливой процессией «сопроводили» вождя к высокому золотому алтарю, прикрытому красной материей. В центре святилища зияло круглое отверстие шириной чуть больше руки, унизанное шипами. Гер-Гар уже знал, что должен сделать. Оторвав зубами кусок сердца, он выжал из него кровь в дыру, источающую вонь и холод, затем бросил его туда же. Окровавленной ладонью он прикоснулся к золоченой ноге Владыки. Какое-то неведомое чувство заставило его глянуть налево: там на высокой подставке покоилась чаша с бурлящим в ней хаотитом. Гер-Гар не зависимо от себя понял, что надо делать…

Брудугары быстро и легко расправились с хранителями Хаоса, они почти не сопротивлялись после падения их предводителя, гурьбой они обступили выход из Храма, из которого доносилось завывание ветра и крики их вождя. Варвары боялись переступить обитель тёмных богов даже ради спасения вожака. Крики продолжались недолго, вскоре гробовая тишина задушила их. Орда отшатнулась, готовая бежать, но в высоком зале за воротами раздались шаги. Вышел к своему племени уже не брудугар. Лицо его сковала железная маска с решёткой, она впилась в плоть и стала неотделима от неё – у слуг Владыки Хаоса нет лиц. Тело его было больше, крупнее, сильнее, ноги выпрямились полностью, кожа стала рыжеватого цвета. Меч в руке был сделан из того же металла и имел тот же вид, что и оружие Слепого Жреца. Первый длагат поднял клинок над головой, заря Хаоса окровавила небосклон первыми лучами…

1. Царство Золотого Змея

Мир Орадоло. Древний, пронизанный магией давно ушедших богов, покрытый множеством пустынь, гор, каменистых долин. И полный сильных, гордых народов. Но ни один из них не может сравниться с гордыми ксити-па, народом людей-змеев, властителями земли, коими они сами себя провозгласили. У них были на то значительные причины. Их владения – Царство Золотого Змея, именуемое Кшемамом, занимало целый континент Боджа, и никто более не смел противостоять их воле. Могущественные наследники высших предков и прародителей-драконов, владея сильными чарами и совершенными технологиями, повергли всех, обратив в рабов или покорных миньонов. И вскоре сами возомнили себя богами. Повелитель Кшемама, великий змей, Яган-ната («Владыка мира») тысячелетний Деврадж, его четыре сына-принца и величественный первожрец-аргиянатх Болдева, воздающий жертвы многоглавому Шеше, чтимому больше на словах, нежели на деле, возглавили этот новоявленный «пантеон». Однако, наступили времена, когда миропорядок ксити-па оказался под угрозой. Некогда изгнанный с жестокими боями из Кшемама Царями-драконами и их отпрысками драконидами акача Хаос, уже пытавшийся завладеть этим миром, поднимался над горизонтом огненным заревом. Тёмные разрушители пришли за реваншем…

***

– Абхей! Ух, проклятые ленивые рабы, – раздражённо пыхтя змее-человек с тонким гибким хвостом, отливающим зелёной медью, и узкими плечами, не достойными воина, каковыми должны бы быть сыны властелина, выполз на ступенчатый балкон дворца города Абхры, столицы страны Кшемам, родины змей ксити-па. – Абхей, ты куда опять провалился?! Яган-ната… то есть отец уже собирает совет. Махина на удивление шустро первым приполз, хочет вперёд нас выставиться, не иначе!

Несколько девик, как называли своих женщин ксити-па, покосились на крикливого принца и с тихим шипением расползлись, либо нырнули в один из нескольких бассейнов, украшающих балконы дворца так же, как и густая зелень.

– Пропустишь церемонию, тебя не отправят в поход, – язвительно прибавил змей, лукаво сощурившись. – Ты же хотел увенчать себя славой, а?

Рядом громко плеснула вода, из бассейна, соединённого с другими внутренними каналами, вынырнула голова змее-люда с красным рисунком, напоминающим стрелу, на голове. Хлопнув руками о край так, что заставил брата вздрогнуть, Абхей рассмеялся, что у ксити-па всегда выходило немного пугающе, и вытянул своё длинное лоснящееся тело на нагретые от солнца жемчужные плиты. Довольно потянувшись мускулистыми руками, он расправил капюшон на голове, позволив жарким лучам просушить его.

Использование Кристаллов энергии открывало перед народом Кшемама бесконечные возможности, в частности в обработке минералов и металлов, в чём они преуспели. Они давали им свет и тепло, но ничто, никакие самые мощные технологии, не могло сравниться для змея с приятной солнечной ванной.

– Я всё думал, кто это так орёт, Иша или Ракеш, – подставляясь знойному сиянию, проговорил он. – Никому не перекричать Ишу!

– Хватит дурачится, – возмутился Иша, у которого день явно не заладился с начала, а выходить из себя он умел лучше всего прочего. Рабы, как всегда, раздражали, дурные вести с Севера – и того пуще. Хотя они сулили славу и почести, ценимые среди высших сословий не меньше золота, Иша не любил холодные северные ветра больше остальных братьев, да ещё его и могли не отправить с войском. Деврадж, Яган-ната Кшемама и отец четырёх принцев-воинов слишком дорожил младшим сыном, прямо-таки трясся над ним. Правда дурные языки поговаривали, будто он ему скорее не доверяет и считает незрелым. Во всяком случае, Иша им не верил. Опасаясь за него, он с лёгкостью запретит проявить себя на бранном поле, не то, что этим наглым Абхею и Махине, которого уже назначили махаратхой над всеми армиями.

Абхей примиряюще улыбнулся, высунув кончик раздвоенного языка, подобрал золочёное одеяние и важно пополз в портал дворца. Принц гордо двинулся по начищенному до блеска золотому коридору, подданные вежливо расступались при его приближении, а рабы из народа угба, забивались в углы и прикрывали головы. Эти крепкие горбатые существа с закрытыми бурой кожей глазами, еле выглядывающими из её складок, были крупными и сильными, однако они не смогли противостоять более могучим завоевателям, их сломили и придавили как физически, так и морально. Всем пригнанным угба беспощадные и безразличные к «малым» народам ксити-па отрубали ступни, дабы те даже не пытались бежать, так что всю жизнь им приходилось ползать на коленях, для чего змеи изобрели специальные наколенники. Но среди рабов встречались и иные существа, ибо многие пали под натиском Золотого Змея. Поглядывая через плечо, ползёт ли за ним брат, Абхей усмехался про себя и фантазировал о будущем походе на Север. Должно быть он будет славным! А как иначе?