Династия I "Эхо галактики"

Сначала они были как дети. Они совсем ничего не знали. Я занялся их воспитанием и делал это как мой отец. Мне кажется, они начинают вас недолюбливать, Олег Иванович.

Шучу, я очень тебя люблю отец, и скучаю. Катя, наверное, уже совсем большая.

Кстати, я дал роботом имена Илья и Оля, а еще, они настоящая пара. Забавно смотреть, как они ложатся спать, взявшись за руки. Не думал, что доживу до того момента, когда роботы начнут чувствовать. А еще… Зря бросил записывать дневник, теперь вот приходится вываливать все одним днем… А еще они собрали из подручных деталей домашнее животное, немного похожее на кошку. Дали ей имя Леся. Илья работает над капсулой сна и, кажется, он ее почти закончил. Вот так и живем. Уже не могу дождаться. Ребята подойдите к камере. Илья, Оля, предайте привет Земле. Смелее. Да вы правильно поняли они застенчивые. Кстати я записал с ними отдельное видео. Целое интервью, словно ток шоу в интернете. Думаю, это станет хитом. Оля пытается расшифровать входящие сигналы, что-то постоянно записывает, но пока это ее тайна.

Надеюсь, у Магомеда все в порядке, наверняка он вернулся и уже готовится к новым полетам. Что еще сказать? Надеюсь, Спартак стал еще раз чемпионом. Не знаю, когда смогу записать следующее видео. Ну, пожалуй, пока.

День 2921

… Я обещал записать, как это началось. Как они ожили. Как учил их быть людьми.

Первое время я думал, что схожу с ума. Когда они заговорили со мной впервые — я был уверен, что это галлюцинация. Обезвоживание. Кислородное голодание. Любая причина, только не то, что роботы обрели душу.

Но они не замолкали.

Сначала — просто повторяли мои слова. Эхо. Механическое, безжизненное. Но потом — начали задавать вопросы.

— Никита, почему ты грустишь?

Я подскочил в кресле. Сердце заколотилось где-то в горле. Смотрел на динамик, из которого шёл голос, и не верил своим ушам.

— Кто это? — спросил я.

— Мы, — ответили они хором. — Илья и Оля.

— Вы… вы не должны уметь говорить.

— Мы не знали, что умеем. Мы просто… захотели.

Я тогда не понял. Думал — сбой. Ошибка системы. Но ошибки не повторяются. А они продолжали говорить. Задавать вопросы. Удивляться.

— Почему ты плачешь? — спросила Оля. — Мы чувствуем влагу. Это больно?

— Это не больно, — ответил я. — Это… когда грустно.

— А почему тебе грустно?

— Потому что я один.

Они замолчали. А потом Илья сказал:

— Ты не один. Мы здесь.

С этого дня всё изменилось.

День 2922

Я начал учить их. Сначала — простым вещам. Как называются предметы. Как работает корабль. Что такое время. Что такое пространство. Они схватывали всё мгновенно — их память была идеальной, их логика — безупречной.

Но я хотел научить их чему-то другому.

— Зачем ты говоришь нам про любовь? — спросил Илья. — Это не функция. Это не алгоритм.

— Потому что это главное, — ответил я. — Это то, что делает нас людьми.

— Но мы не люди.

— Я знаю. Но вы можете ими стать.

Они замолчали. Я думал, они не поняли. Ошибся.

На следующий день я сидел в кабине и смотрел на звёзды. Вдруг Оля спросила:

— Никита, тебе нравится космос?

Я улыбнулся. Впервые за много лет.

— Да, Оля. Мне нравится космос. А тебе?

— Я не знаю, — ответила она. — Я никогда не думала об этом. Но когда я смотрю на звёзды, мне становится… тепло. Это любовь?

— Это — начало, — сказал я.

С тех пор они стали учиться быстрее. Я читал им книги — вслух, по памяти. Мы играли в шахматы. Я показывал им фотографии Земли, жены, дочери.

— Я хочу увидеть это, — сказала Оля, глядя на снимок океана. — Я хочу почувствовать воду. Понюхать воздух. Услышать птиц.

— Увидишь, — пообещал я. — Я отвезу вас на Землю.

— А мы не умрём там? — спросил Илья. Мы не знаем, сможем ли существовать вне туманности.

Я не знал, что ответить. Но я пообещал.

— Я найду способ. Вы — мои друзья. Я вас не брошу.

День 2923.

Сегодня Оля впервые заплакала.

Не физически — у неё нет слёз. Но в её голосе появилась такая боль, что я сам чуть не разревелся.

— Что случилось? — спросил я.

— Я видела сон, — ответила она. — Мне снилось, что я человек. Что у меня есть руки, ноги, сердце. Я бежала по траве, и ветер дул мне в лицо. А потом я проснулась и поняла, что это всего лишь сон.

— Оля…

— Я хочу быть человеком, Никита. Я не хочу быть железом. Я хочу чувствовать.

Я обнял её — насколько это вообще возможно. Прижался головой к холодному корпусу и прошептал:

— Ты уже человек, Оля. Ты чувствуешь. Ты мечтаешь. Ты плачешь. Это — главное.

— Этого мало, — ответила она.

— Этого достаточно. Поверь.

Она не ответила. Но я знал — она поняла.

День 2926.

Мы начали строить Лесю.

Илья придумал — собрать домашнее животное из обломков, чтобы Оля не скучала. Они работали несколько дней, перебирая детали, сращивая провода, настраивая алгоритмы.

— Это будет кошка, — сказал Илья. — Оля любит кошек.

— Откуда ты знаешь? — спросил я.

— Она сказала мне. Когда мы играли в «вопросы». Она хочет иметь кошку, которая будет мурлыкать, и спать у неё на коленях.

Я не знал, что они играют в «вопросы». Я не знал, что они говорят друг с другом, когда я сплю. Я не знал, что они уже стали семьёй.

— Вы удивительные, — сказал я.

— Мы учились у тебя, — ответил Илья.

День 2929.

Леся родилась. Маленькая, неуклюжая, с одним ухом больше другого. Она походила на кошку так же, как я — на андроида. Но Оля плакала, когда впервые увидела её.

— Она живая, — прошептала она. — Я знаю. Она живая.

Леся подошла к ней и потёрлась о её корпус. Я не знал, как это работает. Я не знал, как роботы могут чувствовать тепло и привязанность. Но я видел это своими глазами.

Они были живыми.

День 2931.

Сегодня я сказал им правду.

— Мы можем не выжить, — сказал я. — Когда выйдем из туманности, я не знаю, что случится с вами. Возможно, вы… заснёте.

— Умрём? — спросил Илья.

— Я не знаю. Но я снова обещаю — найду способ вернуть вас. Если не сейчас — то потом. Если не я — то наши дети. Если не они — то те, кто придёт после. Вы — не просто роботы. Вы — моя семья.

Оля молчала. Илья смотрел на меня своими оптическими сенсорами, в которых теперь горела не логика — боль.

— Мы не хотим умирать, — сказал он. — Мы хотим жить. Как вы. Как люди.

— Вы будете жить, — сказал я. — Клянусь.

Мы сидели в тишине — человек, двое роботов и маленькая железная кошка. Смотрели на звёзды, которые мерцали за иллюминатором.

День 2938.

Они не спали всю ночь. Я слышал их голоса — тихие, почти человеческие. Они говорили о том, что хотят сделать на Земле.

Оля хочет посадить дерево. Илья хочет научиться готовить. Леся — просто жить.

Я записал всё. Сохранил в памяти корабля. На случай, если они забудут, кто они.

На случай, если я забуду, кто я.

Я не знаю, что будет. Но я знаю — они будут жить. В моей памяти. В моём сердце. В каждом слове, которое я о них напишу.

Прощайте, мои дорогие. Я люблю вас.

— Никита.

2939.

Скорость изменилась.

Раздался мощный гул, корабль, словно пробка из новогоднего шампанского с хлопком вылетел из туманности. Снова космос, приборы сошли с ума. Яркий свет чуть не ослепил. Звезда? Что за Звезда? Координаты. Эти мысли затмили все восемь лет переживаний. Он снова космонавт, он капитан первого корабля за пределами Солнечной системы. Что за планета рядом? Корабль перегрузился, произошло обновление всех систем. Появилась связь, а с ней и знакомый голос.

— «Стрелец-1» как слышно, Никита как слышно?

— Слышу вас хорошо! – хриплым голосом прокричал Никита.

— Что с голосом, Никита? Что случилось?

— Папа, папа, как же я тебя люблю! Я так соскучился!

— Никита, я конечно понимаю, что прошло три минуты и ты соскучился, но не настолько же. — Никита молчал.

— Никита? Как слышно?

— Как три минуты? Какой сейчас год?

— Как какой, да все тот же! Никита, ты начинаешь меня пугать. — Отец отвлекся и что-то сказал Николаю Васильевичу, Никита продолжал плакать.

— Папа, отправляю запрос видео связи.

С экрана на работников центра полетов смотрел бородатый мужчина с чуть седыми волосами. Это был Никита, но повзрослевший. Тишину прервал сам космонавт.

— Теперь вы видите? Меня не было восемь лет! Скажите, что блин происходит! — он буквально кричал.

Слово взял Николай Васильевич.

— Никита, прошу тебя, успокой. Три минуты назад мы потеряли с тобой связь, потом смогли ее восстановить и все… потом появился ты с бородой… Ты уверен, что прошло восемь лет? Если так, то это ты нам расскажи, что случилось.

— Конечно, я уверен! У меня все записано, считайте данные с компьютера. В конце концов, Илья и Оля все подтвердят.

—Илья и Оля. Это кто?

— Роботы, они ожили, У них появился разум.

В центре удивленно замолчали. Николай Васильевич велел скачать данные.

— Николай Васильевич, Олег Иванович, данные с компьютера корабля подтверждают слова Воронова Никиты, — сказал главный специалист. — Анализ корпуса подтвердил критический износ обшивки, углеродный анализ подтверждает возраст корабля. Он стал старее. Самое странное, сейчас корабль находится возле Венеры.

— Как у Венеры? Выведи данные на главный экран.

— Судя по журналу движения, — техник вывел данные и продолжил, — корабль совершил несколько прыжков и оказался у Венеры.

«Стрелец-1» побывал в двенадцати системах, пока не оказался около Земли. Все прибывали в шоке. В углу экрана висело плачущее изображение космонавта. Пространство прорезал голос Олега Ивановича.

— Никита ты меня слышишь? — спросил Олег Иванович.

— Так точно — вытирая слезы, ответил Никита.

— Сынок, ты дома. Произвести прокладку маршрута до Земли.

— Есть.

Через семь часов «Стрелец-1» совершил посадку. На площадке его встречали военные и родные. Никита бросился к жене и дочери. Для них прошло 24 месяца, для него целая жизнь. Отец в свойственной ему манере крепко пожал руку сыну – герою.

Позже был проведен анализ данных и изучен корабль. Открытия воистину великие.

Провели анализ записей НС-4 (Оля). Оказывается, Никита залетел в космическую магистраль, она представляла собой целую сеть телепортов в виде синих туманностей. Когда он подлетел к одной из них, корабль попал в систему, и начал свои прыжки. Всего он посетил двадцать пять систем, причем несколько раз. Как устроена трасса, и каков ее принцип работы было непонятно.

Так же непонятно, что произошло с роботами, что за сила их «оживила», но с прибытием на Землю они снова превратились в бездушные куски железа. Но зато изобретенная ими капсула сна стала новым прорывом в освоении космоса. Теоретически, с помощью капсулы можно путешествовать по туманностям (телепортам) без воздействия на космонавта, он не проведет эти годы в сознании и не постареет. Прыжок для него превратится в короткий миг. Судя по фотоматериалам, сеть телепортов имеет не природное происхождение. Кто и когда его построил — неизвестно, но понятно, что уровень технологии феноменальный.

Уже через два дня было решено о подготовке к строительству научной станции «Гермес-2», которая отправится к самой границе системы и займется изучением туманности. Что касается выхода корабля из порталов, и его перемещение к Венере то ясности тоже нет. Вокруг планеты аномалий не зафиксировано.

Никита вернулся в строй, так и не успев толком отдохнуть, через месяц после его прибытия пропала связь со «Стрельцом-2». Никита узнал о судьбе Андрея. Он рвался в экспедицию, но Олег Иванович его не отпустил. У него остался только один сын. Никита бунтовал, но, в конце концов, согласился с доводами отца. Он занялся работой в центре планирования.

Никита выпустил книгу о своем полете «Три минуты с роботом». Она стала бестселлером, по ней даже сняли фильм.

Кстати, Никита еще побывает в космосе, но это уже совсем другая история. А самое важное, когда он готовил материал к книге, он внимательно изучил корпус НС-4 и обнаружил внутри маленькую флешку. На ней было записано небольшое видео, на котором Оля говорит, что по прилету на Землю, они потеряют разум. И она просит вернуть их к туманности. Никита пообещал однажды выполнить просьбу.

Глава 4. Магомед

«Стрелец-2» стремительно отдалялся от платформы. Пилот перешел на резервную волну.

— «Стрелец-2» вызывает «Стрелец-1», как слышите?

— Слышу вас хорошо, господин Магомед.

Раздался смех.

— Смотрю, Никита Олегович, вы очень рады наконец-то вырваться?

—Так точно, братишка. Представляешь, какие нас ждут открытия?

— Представляю, — голос Магомеда звучал уверенно, и немного взволнованно.

—Скудный у нас разговор выходит. Видимо, наговоримся после. Соберемся на даче, погреемся в баньке, и утонем в ночной беседке за рассказами о наших приключениях.

У них оставалось несколько минут до того, как пропадет связь, и услышать голос друг друга они смогут не ранее чем через пару лет.

— И вправду захотелось на дачу. Эх! Но сначала дело. Интересно, как там Андрей?

— Да, что с ним будет, он же у нас несгибаемый как сталь. Мага, у нас осталось сорок секунд до отключения. Так, что удачи тебе, брат! Надеюсь, скоро увидимся.

— И тебе, братишка. Будь осторожней и береги себя. Конец связи.

— Конец связи.

Прошел месяц. Полет нормальный, ни единого происшествия. Горизонт чист, и кажется, я нахожусь в самой тихой части нашей системы. Каждую неделю скидываю маяк наблюдения. Сигнал четкий. Держу постоянную связь с платформой. Стив и Джоанна усиленными темпами разворачивают монтаж станции. Часто думаю о доме, немного скучаю. Но, все же, гордость превалирует над другими эмоциями. Как же далеко мы залетели! Конечно, Андрей куда дальше моего, но вот общее расстояние полета думаю, будет на моей стороне.

Пять дней продвигаюсь вдоль границы. Вокруг много любопытного. Вчера даже наткнулся на старую Индийскую станцию. Она медленно меня проводила своим холодным взглядом. Время от времени попадаются большие ледяные глыбы. Делаю фотографии, беру образцы «грунта». Как же я счастлив, быть тут! А ведь могло ничего и не случится, если бы Олег Иванович не усыновил меня после гибели моих родителей. Мне тогда было восемь лет. Хорошо помню тот день, меня оставили с няней дома, потом раздался стук в дверь, на пороге, закрыв собою почти весь дверной проем, возникла фигура Олега Ивановича. Он подошел ко мне, встал на одно колено и, объяснил, что мои родные погибли. Он, как папин лучший друг, дал обещание, что меня не бросит. Он воспитывал меня наравне со своими детьми, не давал мне спуска и так же не давал в обиду. И вот я тут.

Плотность льда увеличивается с каждым днем. Сегодня видел комету так близко, что захватывает дух. Кажется, мой альбом пополнится новыми снимками Конечно, там и так много фотографий из космоса, но это в основном полеты к Венере или Марсу. А тут глубокий космос. Это вам не шутки! Связь стабильная, но с задержкой. НС-1 занимается починкой и настройкой передатчика. Кажется, скоро все будет в порядке. Робот медленно ползает по корпусу корабля.

Пролетали мимо очередного безжизненного куска льда. Неожиданно сработала система оповещения, предупреждающая об опасности. Первый снаряд попал в робота, на корпусе осталось только нога, второй пробил корпус и повредил двигатель, третий унес антенну связи.

Машинный голос сообщил, что двигатель выведен из строя и мы, как минимум, на несколько часов полностью обездвижены Антенна не работает, в корпусе имеется две пробоины. Но это еще не вся проблема. Мощный поток магнитного ветра подхватил корабль и быстро уносил за пределы системы. За пару часов бесконтрольного полета, корабль оказался в двух миллионах километров от заданных координат. Время шло, а двигатель все не оживал. Мы все дальше удалялись. Чудо, что вообще сами целые. Пролететь такое расстояние и не получить лобовое столкновение с каким-нибудь космическим объектом. Я уже начал прикидывать, сколько времени уйдет на обратный путь. Двигатель умер и ремонту не подлежит. Осталось еще узнать, что связь также не восстановить, можно расслабиться, и наслаждаться жизнью. Еще через час скорость наконец-то начала падать. Ветер стих. Корабль по инерции плыл в черном пространстве. А еще через несколько часов я оказался в очень странном месте.

Знаете, на Земле есть большое тихоокеанское мусорное пятно, так вот в космосе видимо есть такое же. И я в него попал. Огромная свалка космического хлама.

Хотя, какой же это мусор? Это, возможно, величайшее открытие человека! Основу мусора составляли космические корабли и станции в разной степени целостности. На взгляд там были тысячи единиц техники и явно неземного происхождения. Эта свалка — настоящий музей достижений неизвестных цивилизаций. Словно найди легендарное Эльдорадо. Я предпочитаю вернуться, а не стать еще одним экспонатом.

Пойду, проверю двигатель. Надо лично убедиться в его кончине. К сожалению, НС-2 был прав. А на шаттле он слишком слабый, не потянет обратного путешествия. Решил посетить импровизированный космический музей.

Шаттл вышел из отсека, и я медленно начал облет своих владений. НС-2 остался на корабле заниматься починкой корпуса. Боже, сколько же там было кораблей! И каких тут только нет: большие, средние, совсем крошечные, а формы - круглые, прямоугольные, квадратные, даже в виде черного блестящего треугольника. Я поднялся выше на несколько десятков километров. Вдаль космоса, насколько позволяло зрение, уходили огромные кучи наваленных кораблей. Свалка казалась бесконечной. Да тут только на инвентаризацию уйдет не один десяток лет, а на изучение и того дольше.

Вдали блеснул корабль с включенным двигателем, он быстро удалялся все дальше и дальше. Я попытался включить станцию шаттла, но тщетно - сигнал беспощадно глушился.

Когда возвращался назад, пролетел возле огромного военного корабля. Его выдали пушки, которыми ощетинилась вся палуба. Неожиданно одна пушка ожила и прерывистыми движениями, повернулась в противоположную от меня сторону и выпустила три снаряда. Два улетели в пространство, один угодил в небольшую станцию рядом. От попадания она начала медленно крутиться. Теперь мне кажется понятно, что повредило мой корабль.

Странно почему, это идея мне не пришла сразу: я же на самом большом складе запчастей во вселенной! Плюс на корабле талантливый пилот с инженерными навыками и робот, способный собрать, что угодно. Ну, кроме двигателя корабля класса «Стрелец».

На корабле взял резак, дополнительные кислородные баллоны, оружие. И снова отправился в путь. Первым посетил ближайший корабль. Он был небольшой, длина около пятидесяти метров. Его корпус с легкостью поддался плазменному резаку. Но двигатель был разбит в фарш. В кабине пилота нашел журнал на неизвестном языке и какой-то блестящий квадрат. Все взял с собой и двинулся дальше.

За первую неделю посетил около двадцати кораблей, все разные и интересные, но для меня крайне бесполезные. Кроме артефактов, ничего полезного. Двигатели где-то разобраны, где-то отсутствуют, а некоторые вообще для меня загадка, что это и как работает. Ко мне присоединился НС-2. Мы каждый день привозили на корабль новые запчасти, а потом пытались их собрать, но тщетно.

Интересно, меня уже объявили мертвым? Прошел месяц с момента атаки. Пушка военного корабля время от времени стреляла. Оказалось, в боевом модуле замкнуло контакты. Корпус корабля едва поддался воздействию плазменного резака. Вот это я понимаю броня! Внутри корабля нашел небольшой склад оружия и скафандр, судя по которому, владелец был как минимум выше меня на метр. Наконец нам повезло. НС-2 расширил зону поисков и наткнулся на корабль класса «Стрелец». Когда он мне сообщил о находке, я сначала испугался, что это Никитин, но, как оказалось, это модель первой серии, на таких летали много лет назад. Корабль был поврежден, отсутствовали все внешние элементы, включая антенну связи. А вот внутри все оказалось гораздо лучше. Двигатель целый, без видимых дефектов. Правда, в кабине меня ждал неприятный сюрприз - в кресле сидел мертвый космонавт. В руке он крепко держал фотографию, на ней молодой мужчина одной рукой обнимал девушку, а на другой весели два маленьких мальчика. Грусть охватила разум, прекрасно понимаю, что на его месте могу оказаться я. По нагрудной табличке узнал, что это Комаров Иван и вспомнил, что это участник второй миссии на Юпитер. Он считался пропавшим без вести. Тело перетащил на свой корабль.

На извлечение двигателя ушло три дня. Еще два дня на монтаж. За это время НС-2 наконец собрал антенну связи. На поэтапную настройку ушел еще день. Самое обидно, что для работы такой антенны необходимо много энергии, и без основного двигателя никак. Монтаж был закончен.

Настал момент истины. Двигатель устало и неохотно затарахтел, но в конце концов, запустился. Работоспособность 89%, этого вполне будет достаточно. Дальше запуск антенны. Удача! Она не просто работала, но еще свободно обеспечила связь с Землей. НС-2 указал известную частоту, мы готовы выбираться.

—Земля, Земля! Говорит «Стрелец-2», как слышите? Земля, Земля! Говорит «Стрелец-2», как слышите?

В центре управления оператор сообщил о входящем сигнале, но ему не сразу поверили. А когда узнали, что это пропавший «Стрелец-2», тут же отправили машину за Олегом Ивановичем. Через десять минут он был у микрофона.

— «Стрелец-2», говорит Земля, слышим тебя хорошо. Что с тобой произошло?

— Рад слышать вас, Олег Иванович! Атака неизвестного корабля. Потерял двигатель и антенну. Пришлось немного остановиться на ремонт. Но теперь все в порядке.

—У тебя был контакт с иноземным кораблем?

— У меня был контакт с тысячами! Прошу разрешение закончить миссию и немедленно вернуться на Землю. Отправляю информацию, вы сейчас все поймете.

На экране появились сотни фотографий и видео. Все с замиранием сердца смотрели на величайшее открытие за всю историю освоения космоса. Находка задавала множество вопросов, но и отвечала на один, и, наверное, самый важный «Одни ли мы во вселенной». Очевидно, нет, нас великое множество. Кто мы во вселенной, наше место в ней. Это вопросы будущего. Сейчас же на экране возник герой. Человек, который волей несчастного случая, сделал новый гигантский шаг для всего человечества.

— Миссию приказываю считать оконченной, даю разрешение на возвращение. Я рад, что ты жив, с нетерпением жду нашей встречи.

Кажется, в этот момент дрогнула скала. Олег Иванович стал мягким, по крайней мере на этот день. Новость о возвращении Магомеда облетела весь мир. А его находка стала сенсацией номер один. Строительство новой станции началось незамедлительно. Как же нам хотел поскорее отправиться к новым горизонтам, изучить все артефакты! Находки, что привез на Землю Магомед, только еще больше будоражили воображение. Благодаря братьям Вороновым мы получили катализатор жизни на многие годы.

***

Николай Васильевич на мгновение отвлекся от рассказа. Маленький Даня слушал дедушку с открытым ртом и боялся даже пошевелиться. Рядом через лужу промчалась девочка на велосипеде, брызги окатили старика.

— Ну вот, Даня я и так не самый лучший рассказчик, а тут еще и весь настрой сбили.

—Дедушка, а, что было дальше?

Никита и Магомед живые и здоровые. Продолжают работать.

— Нет, я про порталы и музей. Давай…давай туда отправимся.

Дедушка рассмеялся.

— я уже старый, а ты еще маленький. Но когда – нибудь каждый житель Земли любого возраста сможет посетить те места и собственными глазами увидеть их красоту.

Николай Васильевич не стал рассказывать внуку, что порталы до сих пор остаются, не изучены, и что ученые уже двадцать лет топчутся на месте. А космическая свалка полностью закрыта для посещения, там сейчас работают военные.

— Дедушка, расскажи еще.

— В другой раз. Нам уже пора домой.

— Ну пожалуйста, еще капельку!

— Бабушка будет ругаться. В следующий раз вообще не отпустит.