- -
- 100%
- +
— Подскажи, добрая женщина, где здесь можно переночевать? — осведомился Яр.
Торговка радостно всплеснула руками: — Владелец местного трактира берется принять гостей на ночь, хотя удобства там весьма скромные, но отдохнуть вполне можно. За углом найдёте небольшой домишко с вывеской «Щедрый кабатчик». А ежели денег маловато, можете договориться поработать денёк-другой взамен ночлега. Не откажут ведь добрые люди нуждающимся странникам.
— Спасибо большое, — поблагодарил Яр, поспешно добавив: — Деньги у нас есть, не беспокойтесь.
Элла двинулась к выходу, а парень задержался и снова обратился к хозяйке: — Извините, уважаемая, а какого рода событие сегодня произошло? Кажется, к вам в селение прибыли Тёмные всадники. Говорят, их приезд означает неизбежное несчастье, но сегодня, я слышал, они только что-то передали.
— Ах, да, это поистине удивительная история, — оживлённо начала свой рассказ торговка. — Предупредил нас староста заранее о приближении мрачных посланцев, дабы народ не встревожил себя зря и случайно не разгневал прислужников тьмы. Люди трепетали конечно, оно и понятно, многие и вовсе покинули поселение, однако визитеры даже порог города не переступили, лишь вручили свиток и скрылись восвояси. Теперь бродят по округе тревожащие слухи, что говорить и думать начали совершенно иначе, мол, колесит черный маг по землям провинции и ищет союза с местным людом, обещая защиту и несчетные богатства каждому, кто поведает тайну о месте пребывания королевской наследницы. Гонцы разъезжают по городам и сёлам королевства, распространяя предложение, от которого нелегко отказаться: огромные награды и надежная охрана за любую подсказку относительно пропавшей девушки. Откуда же такое зло над дочерью монаршей? А все потому, что люди, утомленные нескончаемой борьбой за выживание, алчно ловят каждое слово подобных толков. Все меньше стесняются признаться вслух о своем намерении присоединиться к поиску юной девицы, забывая о прежних законах чести и морали.
Яромир был изрядно поражён услышанным, тогда как Элла, тихо прильнув к дверному косяку, обернулась и сосредоточенно внимала повествованию женщины.
— Но как такое возможно? Неужели король сам не ведает о подобном заговоре против собственной дочери? — искренне недоумевал парень.
Торговка грустно качнула головой: — Нет нужды надеяться на спасенье от короны ныне. Что толку искать девочку, коли страна наша разрушена врагами и государь утратил силу защитить собственные владения? Взгляните на наше село – жалкое зрелище, лишь торговля с окрестными деревнями помогает нам держаться на плаву, благо товары у нас в избытке. А монарху какое дело до детей своих, когда судьба королевства нависла грозою?
Яромир презрительно поморщился, поражённый цинизмом происходящего. Когда-то горожане испытывали животный страх при одном упоминании Темных Всадников. Сейчас ситуация изменилась кардинально: люди готовы сами пойти навстречу захватчикам, привлечённые перспективой лёгкой наживы и иллюзией безопасности, которой так долго не хватало. Любой клочок информации, будь он истинным или вымышленным, способен разжечь аппетит Тёмных господ, привлечь их внимание и заставить действовать стремительно и жестоко.
— Нам нужны лошади, — вновь обратился к женщине Яр, вытирая засохшее пятно с нового уцененного плаща. — Я видел конюшню на заднем дворе.
— Нет покамест лошадей, — откликнулась хозяйка. — Мужчины на охоту уехали, в стойле только жеребчики и беременная кобыла. Вас не утащит, — она с ухмылкой окинула взглядом могучую фигуру парня.
— Обойдемся без скакунов, — с лёгкой улыбкой ответил Яромир.
Трактир расположился значительно ниже уровня центральной улицы, уютно спрятавшись в глубине тихого бокового переулка, дабы шум весёлых гостей не нарушал покой почтенных горожан.
Внешне здание выглядело весьма примечательно: фасад, сооружённый из тяжёлых серых каменных блоков, увенчивали массивные деревянные балки грубой обработки. Местами на стенах вился ярко-зелёный плющ, оттеняющий участки недавно выбелённой штукатурки. На нижнем этаже дома располагалась харчевня, на верхнем – комнаты.
Невысокий, слегка полноватый мужчина, заметно охмелевший, оказался владельцем этого заведения. Он быстро передал гостям ключ от комнаты и отправил заказ на кухню. Голод давал о себе знать – животы едва ли не рокотали, ведь последний приём пищи состоялся ещё утром: скромный завтрак из остатков хлеба и воды.
Ребята устроились на ужин прямо на улице возле трактира, подальше от шума и суеты завсегдатаев заведения. Несколько простых деревянных столиков стояли здесь, окружённые уютной зелёной рощицей, точно отдельным островком спокойствия среди провинциальной тишины.
Вскоре приступили к трапезе, состоящей из двух ломтей простого колотого хлеба, похлёбки на ароматном бульоне с отваренными овощами и пары чашек горячего чая. На столе красовались два чайника: большой – наполненный кипящей водой из пузатого самовара, и чуть меньше – с горячим свежезаваренным чаем. Яр, достав из своей дорожной сумки шматок свежего сала, приобретённого ранее на местном рынке, стараясь сделать трапезу чуть богаче и сытнее.
Между тем на улице заметно потеплело, несмотря на сгущающиеся сумерки. Воздух, пропитанный влажной прохладой, стал мягче и приятнее. По всей видимости, массивные каменные стены города служили надежным укрытием от порывистого ветра.
Вороны непрерывно сновали туда-сюда – их тут собралось немало. Они дерзко подлетали ближе, пытаясь стащить лакомства прямо из рук обедающих гостей, поэтому желающих устраиваться за уличными столиками практически не оставалось.
Особенно настырная птица теперь упорно кружила поблизости, усевшись прямо на край стола. Она нервно подергивалась, то приближаясь, то снова отпрыгивая назад – боялась попасться людям и вместе с тем страшилась умереть голодной смертью.
Элла сочувственно посмотрела на неё: иссиня-чёрная, величественная и одновременно беспомощная от голода, воронья красавица словно заглядывала ей прямо в душу своими выразительными глазами. Девушка бросила взгляд на Яра, и тот едва заметно кивнул, уловив в глазах подруги тихую, беззвучную просьбу проявить сострадание к голодной птице.
Элла осторожно отломила небольшой кусочек сала, а Яр протянул свежего хлеба. Оба аккуратно положили угощение чуть подальше от себя, позволяя птице спокойно приблизиться и утолить голод. Ворона в один укус проглотила огромный для её размеров кусок сала, даже не задумываясь. Тут же набив рот куском хлеба, она едва ли не мурлыкала от удовольствия. Закончив трапезу, птица неторопливо приблизилась к путникам, внимательно огляделась и вскоре упорхнула прочь. Яр аккуратно собрал остатки провизии обратно в дорожную сумку, отметив необходимость пополнить запасы провианта.
Между тем первые яркие звёзды робко засветились на тёмном небе, и друзья, неспешно допивая горячий чай, зачарованно наблюдали за открывшимся перед ними ночным великолепием.
— Все меньше остаётся тех, кто хранит верность короне, и всё больше появляется охотников за обещанной наградой, — удрученно вздохнул Яр.
Действительно, времена стремительно менялись. Теперь каждый незнакомец, будь то случайный путник или простой деревенский житель, мог оказаться лазутчиком Тёмного мага или алчным охотником за головами, готовым продать любого за звонкую монету. Жители деревень отныне с опаской, а порой и с любопытством косились на каждого чужака, проходившего мимо.
— Это настолько странно, что волей-неволей закрадывается мысль: а вдруг нынешний правитель вовсе не настоящий государь? — боязливо осведомилась Элла. — Ты не находишь?
— Проверить это весьма нетрудно, — пояснил Яр, подробно рассказывая обо всём. — Вскоре после смерти нашей государыни держава подверглась множеству нападений конницы, под руководством Тёмного мага. В одной из битв Его Величество король Вильгельм получил тяжёлое ранение, а на его груди отныне зияет обширный шрам, оставленный стрелой Асрафеля – вечное напоминание об их последней встрече. Кстати сказать, с тех пор жители Идриума начали строительство массивных крепостных укреплений, которые хоть и недостаточно прочны, чтобы одолеть силы мракобесия, но способны затормозить врага и позволить людям предпринять попытки к спасению. Ходят слухи, что монарх мужественно защищал жизнь многих людей, заплатив свою кровь в качестве цены спасения.
Наступило минутное молчание, и, воспользовавшись этим, Элла сменила тягостную тему разговора и, как бы мельком взглянув на Яра, спросила:— Сколько нам еще предстоит идти?
— Путь впереди непростой, — ответил друг, задумчиво барабаня пальцами по деревянной поверхности стола. — Нам бы раздобыть пару лошадей...
Разыгрался ветер. Серые тучи застилали небо, и дождь мелкими каплями взялся падать на все еще сухую поверхность земли, оставаясь едва различимым в тусклом свете фонарей трактира. Но очень скоро он усилился и сделался проливным, образовывая за собой лужи и оставляя мелкие круги на поверхности воды.
В полной тишине, нарушаемой лишь карканьем ворон да мелкими каплями, внезапно раздались громкие голоса, постепенно нарастающие по мере приближения. Сквозь эту побледневшую темноту, к которой друзья пригляделись, вырастали близ них массивные силуэты мужчин. Густой туман клубился у ног группы людей, пробирающихся через густые лесные заросли.
Рядом едва перебирал ногами старик, которого грубо тянули за собой. Ветви деревьев беспощадно хлестали его по лицу, оставляя на старческой коже тонкие алые полоски крови. Ветер бил в спину, проникая сквозь тонкую ткань жилета и заставляя тело дрожать от озноба.
За поселением стояла небольшая роща, деревья которой образовывали естественный барьер, прикрывая брешь в стене – импровизированный потайной выход на случай нападения всадников. Этим путем можно было незаметно покинуть деревню. Дальше начинался густой кустарник, а еще поодаль тянулся хвойник, а уже за ним шел пролесок. Широкими решительными шагами мужчины быстро сокращали расстояние до ельника.
— Давай, шевелись! — прорычал хриплый голос, резко толкнув пленного старика сзади, отчего тот едва удержался на ногах, чудом избежав падения в глубокую грязевую лужу.
Он отчаянно силился освободиться от грубых верёвок, чувствуя, как кожа на запястьях болезненно натягивалась и саднила от постоянного трения.
Встревоженное, измождённое лицо пожилого мужчины задело сердце девушки. Элла слегка толкнула Яра локтем, привлекая внимание к странному происшествию впереди.
— Ты долго будешь плетись? Давай без глупостей, — вновь прозвучала команда, и пленника подтолкнули прямо к густой роще, скрывающий выход из поселения.
Молчаливые наблюдатели в лице Эллы и Яра, которые все это время оставались незамеченными остальными, терпеливо ждали, спрятавшись под широкими раскидистым деревом. Они притаились в нескольких шагах от разбойников и терпеливо наблюдали.
— Яр, ты это видишь? — шёпотом спросила девушка. — Этот старик совершенно беспомощен, а те, кто его ведёт, похожи на обычных грабителей.
Она нахмурилась, задумчиво глядя вслед удалявшейся группе.
— Знаешь, звучит как отличная возможность для захватывающей авантюры по спасению старика, — ответил Яр с лёгкой искрой азарта в глазах. — Нужно бы незаметно последовать за ними и выяснить, что там происходит.
Ребята двинулись к группе бандитов, но сухие листья предательски шелестели под ногами, и поэтому время от времени им приходилось останавливаться, прислушиваясь – не выдали ли они себя.
Роса обильно покрывала траву и листья деревьев, сверкала капельками на кустах и даже на нижних ветках. Едва молодые люди углубились в лесную чащу, их лица тут же ощутили прикосновение влаги, и одежда быстро пропиталась прохладными осадками. Ветер изменился, стал влажнее и прохладнее, с еще большим беспокойством заметался вокруг ребят.
Разбойники грубо толкнули старца, вынуждая опуститься на землю. Сами же извлекли хлеб и воду, устроившись на короткий отдых. Руки пожилого мужчины оставались крепко стянутыми за спиной, да и верёвка никуда не исчезла. Подняться на ноги без усилий не представлялось возможным, поэтому пленник оставался сидеть неподвижно.
— Бедный старик, и что нам делать? — озадаченно огляделась Элла, совершенно позабыв о магических талантах своего спутника.
Между тем Яр сосредоточился и выпустил маленькую искорку света, которая, незаметно обойдя поглощённых едой разбойников, приземлилась на обоз и вспыхнув, подожгла сено, лежащее поверх брички. Судя по реакции грабителей, оно скрывало нечто ценное. Разбойники тут же отвлеклись от еды и поспешили тушить огонь.
Воспользовавшись суматохой, Элла и Яр обошли густые деревья и бесшумно подошли к старцу. Они быстро освободили заложника от веревок, но ослабевшие ноги едва ли слушались мужчину – силы покинули тело. Яр осторожно поднял несчастного себе на плечи, удерживая бессильного старца руками. Правый бок раненого темнел свежей кровью – видно, что нож глубоко вошел в плоть, постепенно пропитывая одежду старика багровым цветом крови.
Чистая случайность, граничащая с невероятной удачей, позволила троице беглецов остаться незамеченными разбойниками: пока первые торопливо пятились прочь, последние спасали ценный товар от остервенелого огня. Лишь погасив пламя окончательно, бандиты вдруг обернулись и заметили незнакомцев, стремительно скрывающихся среди зарослей кустарника вместе с похищенным ими стариком.
Бегать с погруженным на себя мужчиной не имело смысла, Яр понял это сразу же. Тогда он передал пожилого человека подруге и развёл барьер из пламени, который пожирал траву, не позволяя грабителям приблизиться. Старец оперся на плечи Эллы настолько крепко, насколько мог, и едва не терял сознание. Девушка опустилась на землю, прислонила мужчину к дереву и поспешила на помощь другу.
Пока рыжеволосый возился с огнём, разбойники, равнодушные к пламени, стремительно подступали. Огонь вспыхивал, но бандиты тут же затаптывали его ногами. Когда Яр усиливал жар, они прорывали преграду, игнорируя обожженную одежду и раны на телах.
— Какая удача, это маг! Хватайте его! — раздавалось эхом распоряжение одного из грабителей, и остальные бросились вперёд, не обращая внимания на расставляемые Яромиром препятствия.
— Придумай что-нибудь другое! Огонь их не задерживает, нужно изменить тактику, — крикнула Элла, тревожно глазея на приближающихся врагов.
Тем всё было нипочём: они равнодушно огибали языки пламени и наступали с удвоенной силой. Тогда Яр стремительно извлек из ножен изящный клинок и, исполненный неукротимой решимости, ринулся навстречу опасности; Элла последовала примеру отважного друга.
Силы действительно выглядели неравными: двое друзей противостояли троим вооружённым разбойникам, каждый из которых держал по два меча, тогда как у Яра и Эллы было лишь по одному.
По инерции парень ринулся вперёд, вложив всю силу в удар, отчего слегка потерял равновесие. Кинжал сорвался вниз, рыжеволосый наклонился вслед за клинком и прокатился по влажной траве. Оружие выскользнуло из рук и воткнулось в землю прямо под повозкой.
Подоспевший сзади бандит почти настиг Яра, когда тот сумел развернуться навстречу атакующему. Грабитель замахнулся своим кинжалом сверху, но изворотливый парнишка левой рукой перехватил противника, а правой резко отвёл удар, приложившись крестовиной ножа прямо по зубам врага. Он мог бы легко ранить или даже искалечить бандита ударом лезвия, оставив глубокий шрам на лице, но специально травмировать его не хотел – ведь ещё предстояло допросить всех троих.
Элла вначале сражалась ничуть не хуже Яра, храбро и искусно отражая атаки подступающих к ней недругов. Однако вскоре её положение осложнилось, когда двое противников одновременно окружили девушку, заставляя её лихорадочно маневрировать между ними, защищаясь одним лишь единственным оружием – маленьким клинком.
Нападающий теперь вынудил длинную саблю, бросившись на девушку. Нога Эллы скользнула по грязному грунту, и она, потеряв равновесие, упала спиной назад, больно приложившись затылком. Грабитель поднял оружие высоко над головой, готовясь нанести сокрушительный удар, а девушка зажмурила глаза, беспомощно закрывшись голыми руками от неотвратимого нападения.
Но удар не пришёл. Она открыла глаза и без малейшего испуга уставилась перед собой – лишь теперь смогла разглядеть замершую фигуру напавшего, в груди которого зияла глубокая рана от острого клинка, оставленного кем-то другим. Затем её внимание привлекло блестящее украшение боя – великолепный меч с инкрустированной драгоценными камнями рукоятью, сверкавший в отблесках пламени костра. Клинок снова взмыл вверх, сокрушая второго грабителя. Третий мгновенно исчез в темноте леса, спасаясь бегством от неотвратимой угрозы расправы.
Из лесного полумрака выступил спаситель – незнакомец, чьё лицо скрывал глубокий капюшон. Глаз его не было видно, и Элле на мгновение почудилось, что на неё смотрят две пустые глазницы.
Мужчина уверенно шагнул вперёд, освобождаясь от теней. Теперь его черты лица можно было различить отчётливее: благородные, спокойные и уверенные, подчёркивающие гордость его осанки. Тусклым серебряным светом отливал меч в его руках, совсем необычный, таких в их стране по пальцам пересчитать. Его оружие, снаряжение, да и сам незнакомец излучали торжественность; однако вся эта строгая роскошь подчёркивалась ещё и мерцанием золотых пуговиц на одежде, вышитым шёлком увесистым кошельком на поясе и массивным золотым перстнем с большим янтарём.
Яр растерянно потер глаза и внимательно посмотрел на появившегося из ниоткуда спасителя. Перед ним стоял крепкий, рослый молодой парень с мощными плечами, облачённый в добротный плащ тонкой работы – из мягкой ткани, местами отороченный мехом, безупречно подогнанный, с высоким воротом и узкими рукавами. Волосы чуть растрепаны, лицо усталое, черты резкие. Но взгляд – чистый, прямой, решительный. Глаза смотрели сдержанно, расчётливо, подчёркивая тонкий прищур. Чёрные волосы средней длины, тёмные глаза, бледное лицо, широкие скулы и идеально прямой нос создавали образ утончённый и благородный. Вся эта выдержанность, столь характерная для аристократии, ясно показывала, что перед нами не простой путник, случайно оказавшийся ночью в лесу.
Внешне незнакомец выглядел расслабленным – взгляд его не отражал последствий недавнего сражения, ни страха, ни усталости. Казалось, расправиться с разбойниками ему ничего не стоило.
— Всё нормально, дружище? — незнакомец первый нарушил тишину, подступив к рыжеволосому парню и одобряюще хлопнул того по плечу. — Старика нужно вернуть в деревню, как я понял, он местный, — сказал темноволосый юноша, указывая на пожилого мужчину, который тяжело дышал и морщился от боли, опершись на ствол дерева. — Я видел вооруженную банду, грабившую обозы ещё в поселении и проследил за ними.
Парень шумно выдохнул, и облачко пара вырвалось изо рта сквозь сжатые зубы. Задумчиво потер слегка заросшую щетиной щеку. Его волосы цвета вороньего крыла путал ветер, тёмное пальто и рубашка была идеально выглажены, нисколько не измявшись в процессе поединка.
Элла бросилась к старику, пытаясь поднять того на ноги. Мужчину погрузили в повозку, и тот осыпал спасителей благодарностями своим хриплым, обессиленным голосом – за спасение от верной гибели и возвращение обоза с товарами. Старик оказался странствующим купцом, а добычи для бандитов в повозке хватило бы сполна.
— Яромир, — наконец представился рыжий парень, пожимая руку незнакомцу. — Мы тоже хотели вызволить старца из рук разбойников, но твоя помощь оказалась как нельзя кстати, — вынужденно признал он.
— Элла, — улыбнулась девушка своей самой доброжелательной улыбкой.
— Моё имя Эльманд, — сказал парень, сунув руки в карманы пальто. — Элла, значит.
Он повторил ее имя еще раз, прежде чем девушка повернулась к нему и увидела изрядную долю стеснения на лице парня. Теперь взгляд его заметно потеплел, черты смягчились, а на губах появилась приятная, ответная улыбка.
Глава 4
Терновое вино
Молодые люди благополучно добрались до посёлка, доставили старика именно туда, куда он просил, и получили весьма щедрое вознаграждение – несколько предметов вроде ювелирных изделий и украшений, выглядевших невзрачно, но обещавших хорошую выручку при удачной продаже. Ребята согласились охотно – голод не тётка, а украшения наверняка принесут хоть какую-то пользу. Как минимум, хватит на еду, а при удаче получится купить хорошего скакуна.
Выяснилось, что и Эльманд оказался здесь чужаком, правда, это стало известно вскользь, оставив за собой некую недоказанность. Узнав о возможном ночлеге в трактире, он решил присоединиться к ребятам. Элле новый спутник пришелся по душе, в отличие от Яра, который воспринял появление незнакомца скорее настороженно, чем воодушевленно.
Все трое решили остаться и провести вечер вместе – Эльманд предложил новой компании задержаться в небольшой ресторации, которая больше походила на захудалый кабачок на первом этаже. Шум посёлка, ровно как и трактира, стих: завсегдатаи пьяницы, перебравшие лишнего, давно покинули заведение, оттого ничто не мешало ребятам насладиться заслуженным отдыхом.
— Сладкого эля, будьте добры, — первым обратился к жене трактирщика Яр, когда та подоспела получить заказ от поздних гостей. — А девушке клюквенный морс, — добавил он, заметив замешательство Эллы, поскольку подруга беспомощно пожала плечами, не зная, какой напиток выбрать.
— Мне ледяного бренди или тернового вина, будьте любезны, — отозвался Эльманд каким-то излишне томным голосом.
Трактирщица уставилась на парня немигающими глазами и продолжала смотреть пустым взглядом, будто он говорила на непонятном ей языке.
Яр тихо рассмеялся и, развернувшись к подруге, негромко передразнил темноволосого гнусавым голосом. Услышав это, Элла и сама не выдержала, сдавленно хихикнув.
— Такого и в помине нет, уважаемый, — пожала плечами и развела руками трактирщица. — Если Вы, господин, ничего не имеете против, я мигом принесу портвейн, правда, и тот придется поискать.
— Тогда мне портвейна, — досадливо распорядился темноволосый.
Приняв заказ, смуглая хозяйка взяла свой небольшой поднос и, лавируя с ним между постояльцами, вернулась обратно на кухню.
Молодые люди некоторое время молча сидели друг напротив друга, чувствуя неловкость и не решаясь завязать непринужденную беседу. Лишь получив напитки, тема разговора сама собой возникла, однако вскоре обсуждение ушло далеко от непосредственной болтовни и начало приобретать неприятный оборот.
— Выходит, ты, Элла, пострадала от рук Тёмных Всадников, — глубоко призадумавшись, повторил Эльманд, выслушав историю путников. — Ты же, Яр, судя по всему, маг, но, похоже, из числа посвящённых, иначе говоря, обладаешь минимальным даром?
Внутри рыжеволосого парня все как-то странно стянулось, когда после этих слов он сперва напрягся, а затем застыл, растерянно переводя взгляд с Эллы на Эльманда и обратно, будто его взяли с поличным и теперь всё обречённо.
— Ничего подобного, я стихийник, — он прервался на секунду, а потом сделал вдох, словно пытаясь взять себя в руки, и продолжил, но теперь более уверенно, словно опустился на землю и твёрдо встал на неё ногами. — Послушай, это тебя не касается.
— Но стихийники умеют не только пускать огонь искрами, в них заложено намного большее, чем подпалить сухую траву или развести костёр, — не отступал Эльманд.
— Какая разница, кем я являюсь! — прорычал Яр сквозь плотно сжатые зубы, точно держался из последних сил, чтобы не удариться в слезы прямо тут, подобно ребёнку.
По правде сказать, терпение Яра было на исходе, поскольку этот нахал, Эльманд, постоянно пытался уязвить самолюбие молодого парня.
— Хорошо, хорошо. Я просто рассуждаю, — примирительно поднял руки Эльманд. — Если моё любопытство так тебя раздражает, прими мои извинения.
Элла плохо понимала весь подтекст происходящего спора, но отлично видела, что ситуация накаляется, а осведомлённость их новоявленного знакомого откровенно тревожила обоих.
— Он пытается специально поддеть меня, — гневался Яр, на что темноволосый тяжело вздохнул и выдавил примирительную улыбку.