Легенда Валишева

Линия крови

Скоро моя повесть подойдёт к концу. Я надеюсь, что догадливый читатель смог разобраться в этой запутанной истории и понять, кто есть кто.В ней, пришедшей из глубины веков, мне хотелось красной нитью обозначить связь поколений как сакральную ценность — факел жизни, передающийся из рук в руки потомкам, бегущим свой марафон…Впрочем, эта книга ещё не закончена. Ещё осталось несколько глав, в которых тебе, читатель, предоставится возможность самому сложить недостающие пазлы в незаконченную мозаику этого грандиозного панно.

В заснеженном февральском Санкт-Петербурге поздним вечером Александр Зизулевич и Валентина письмом, пришедшим из Варшавы, были оповещены о том, что в Европейской части земного шара живёт их родственница Барбара Новак, которая рада тому, что нашла их.

- Да, это было бы увлекательно — совершить путешествие в прошлое, — согласилась с мужем Валентина. — Только не сейчас. Знаешь, я так устала… Хочу просто отдохнуть от всех забот. Ни о чём не думать и сидеть у телевизора, смотреть сериалы, даже если совсем не буду понимать, что происходит на экране и какую серию показывают.— Ну что ж, — хлопнул себя по коленям Александр, — я тебя понял и предоставляю полную свободу.Зизулевич поднял руки, словно сдаваясь, и посмотрел на стоящую над ним жену снизу вверх. Валя нагнулась к мужу и обхватила его шею.— Только не засиживайся допоздна, ладно? — целуя мужа, проговорила она и ушла. Повернувшись к экрану монитора, Александр нашёл письмо куратора, открыл вложенный файл и принялся изучать материал. Из головы никак не шло это письмо из Варшавы. Польская кровь взыграла в жилах, и Зизулевич вновь щёлкнул по нему мышкой. Он снова прочитал его, затем перевёл взгляд на скан генеалогического древа и начал внимательно вглядываться в каждого члена родового древа. О ком-то он знал или слышал. Чьё-то имя было для него совершенно чужим.«Виктор Зизулевич, — полушёпотом читал Александр, скользя пальцем по схеме. — От него произошли два сына: старший остался в Польше, а младший перебрался в Россию. Его внук — Михаил. Служил в ведомстве путей сообщения, занимал должность бригадира пути. Во как! Вот почему меня потянуло в эту сферу. Мой прапрапрадед, похоже…» Александр повёл глазами вверх, к общему предку Виктору, что бы посмотреть линию ведущую к Барбаре Новак." Станислав, Евгений…"- В глазах от света экрана зарябило. Он откинулся на спинку кресла. За окном падал крупный февральский снег, укрывая шпили спящего Санкт-Петербурга белой ватой. Александр смотрел на город, пытаясь сопоставить даты на древе с историей империи, но мысли путались. Тогда он решил отправить архив себе на почту, чтобы распечатать документы завтра прямо на работе.

Сплетение ветвей

На кухне плавал густой дух яблочного пирога и свежезаваренного чая. Софья Михайловна, закончив хлопотать у плиты, опустилась на стул с высокой резной спинкой — Ян и Барбара уже сидели за столом, отдавая должное её выпечке.— Софья Михайловна, прекратите это священнодействие хотя бы на полчаса, — мягко улыбнулась Барбара. — Вы так суетитесь вокруг нас, что мы начинаем чувствовать себя незваными гостями в чужом доме.— Присоединяйся к нам, бабуль, — подхватил Ян, разливая чай по тонкостенным чашкам фарфора. — А то я скоро начну испытывать классовую неловкость. Чувствую себя не в родовом гнезде, а на дегустации в мишленовском ресторане.Софья Михайловна лишь качнула головой, вымыла руки и тщательно обтёрла их старым вафельным полотенцем. Усевшись во главе стола, она потянулась за заварочным чайником, но пальцы предательски дрогнули, пролив несколько янтарных капель на скатерть .Барбара подхватила чайник и со словами" позвольте поухаживать ", налила ароматный чай с запахом бергамота в чашечку старинного фарфорового сервиза. Настенные часы с маятником мерно отсекали секунды тишины.Барбара сделала глоток, поставила чашку на блюдце и надолго замолчала, водя пальцем по его золочёному ободку. Её плечи подобрались, взгляд утратил недавнюю расслабленность, став острым и сосредоточенным. Она больше не играла с посудой; девушка положила ладони на стол — сухие и твёрдые, как у пианистки перед сложным пассажем.— Помнишь, Ян, о твоём далёком предке? Я обещала найти документальные следы этой истории.— Ты упоминаешь об этом чаще, чем о погоде. Я понял, дорогая. И?— Я перерыла всё доступное. Писала запросы в областные архивы, прошла все круги бюрократического ада в бюро переводов для легализации иностранных свидетельств. Зарегистрировалась на платформе ДНК-генеалогии, загрузила туда профили всех известных твоих и моих родственников… включая ваши данные, Софья Михайловна. Девушка виновато покосилась на старушку. В её глазах она ожидала прочесть холодность или скрытое осуждение за подобное вторжение в частную жизнь, но встретила лишь живой, почти исследовательский интерес Софьи Михайловны.Изящно размешивая сахар в чашке,и стараясь сохранять тактичность сдерживая легкий добродушный смех она спросила:— Неужели ты откопала личное дело следователя или его собственноручные автографы на протоколах? Живот Софьи Михайловны тихо заколыхался. Барбару ничуть не задела эта снисходительная ирония — напротив, она стала идеальным контрапунктом к тому, что девушке предстояло произнести. Они даже не подозревали, какую лавину информации она обрушит на них сейчас, подкреплённую сканами архивных справок с синими печатями.— Первое, что разрушит вашу картину мира: у нас с вами есть общие предки. По прямой линии. Жившие в России. В Санкт-Петербурге. В тысяча восемьсот сороковом году…— Что? — выдохнули Ян и Софья Михайловна в унисон.— Да. Более того, их потомки живы до сих пор, — утвердительно кивнула Барбара. — Там же, в Петербурге. Я нашла их прямые контакты, но об этом чуть позже... Просто я немножко русская. Во мне течёт русская кровь, Но это ещё не всё-.Барбара намеренно оборвала фразу, выдерживая театральную паузу.— Говори уже.— подаваясь вперёд за конфетой сказал Ян.- Ну русская,и что? — Катарина, — ровно произнесла Барбара. — Та самая травница, которая вылечила твоего предка. -Племянника епископского комиссара, — добавила Софья Михайловна,поддерживая Барбару.— Да, — подтвердила та. — Я... Вобщем мы Зизулевичи.— Кто такие Зизулевичи ?— мягко спросила Софья Михайловна.— Состоятельные торговцы сукном из Вильно. Их единственный сын женился на дочери Катарины. Я их прямой потомок.— Где ты взяла эти сведенья?- удивился Ян.- Когда занималась информацией о твоем предке,вышла на них.У меня на руках метрики, ревизские сказки и нотариально заверенный перевод генеалогического древа. Если хотите, могу предоставить хоть завтра. Или вам интереснее само повествование?— Деточка, чтобы задать такой вопрос, нужно совсем не знать нашу семью, — усмехнулась Софья Михайловна.Конечно интересно !Продолжая рассказ! Барбара провела их сквозь полтора столетия. Она говорила о Михаиле — скромном смотрителе путей Николаевской железной дороги, который жил в далёком 1840-м и носил в своих жилах кровь Катарины. И о Вере, чьим прадедом был беглый сын опального ксёндза — потомок сына Анны, сестры того самого Анджея Бжезинского, служившего следователем при епископе Самуэле.— Михаил и Вера — это звено, которое включило меня и тебя, Ян, в единое родовое поле. Сплело две нити, которые веками существовали на разных континентах..Ян смотрел на свою возлюбленную сморщив лицо от проникшего через окно яркого солнечного света.Конечно он был восхищён масштабом открытий,которые где-то нарыла Барбара.Он даже не ожидал,что его девушка настолько серьёзно занималась всеми этими поисками ,и теперь в его голове возник лишь один сугубо практичный вопросос, который он тут же не задумываясь высказал:— Так что теперь со свадьбой? Нам аннулируют регистрацию или разрешат пожениться, просто запретив иметь детей? Будем жить как брат с сестрой?— Можете спокойно подавать заявление, — успокоила его Софья Михайловна, возвращая себе привычный тон семейного хрониста. — Ваши ветви слишком давно разошлись, общих локусов в ДНК недостаточно для генетических рисков. Кровосмешения нет. Но история действительно поражает воображение. То, что ваши пути пересеклись в большом городе, да ещё и обернулись любовью — это математическая погрешность. Как будто кто-то нарочно стягивал концы этой петли.-Спустя два поколения после Михаила и Веры родилась Галина. Попав медсестрой в польский пехотный полк. Весной сорок пятого она вышла замуж за своего батальонного командира,и увезла нашу северную ветвь в Варшаву. Через три поколения на свет появилась Барбара Новак, которая сидит сейчас перед вами. Девушка развела руками, словно демонстрируя саму себя как итог долгого уравнения.— Я правильно реконструирую схему? — задумчиво протянула Софья Михайловна. — Эта твоя прабабушка Галина… Она оказывается точкой пересечения. Потомок одновременно и Катарины-знахарки, и племянника епископского следователя? Значит, она принадлежит обеим родовым системам, замыкая цепь на себе.— Здесь нет места теории вероятностей, — голос Барбары стал тише, в нём зазвенела сталь убеждённости. Она посмотрела прямо в тёмные глаза старой женщины. — Однозначно. Чем глубже я копаю, тем яснее вижу почерк. Всё это устроила Катарина. Она лично сплела наши ветви в один неразрывный узел, привела нас через века в одно родовое поле. Это была её воля. Софья Михайловна медленно качала головой, отрицая и одновременно принимая открывшуюся бездну. Мягкая ирония окончательно сошла с её лица, уступив место тяжёлой задумчивости. Глаза, обычно искрившиеся умом, вдруг стали непроницаемо-тёмными.— Сплела... — повторила она одними губами, глядя сквозь стену куда-то в пространство восемнадцатого века. — Девочка моя, пока ты раскладывала перед нами этот пасьянс, я поняла одну вещь. Мы ошибались в определениях. Катарина не была простой знахаркой или сельской травницей. Она была матерью вашего совместного родового древа. И вот что мне ещё пришло на ум. Наш предок и эта знахарка они любили друг друга. И соединились в своих потомках. Вам понятно?...-Но ведь наш предок давал обет безбрачия. И полюбить женщину, даже захотеть её это было нарушением целебата, бабуль.- возрозил Ян.- Ты думаешь что любовь это только физическое притяжение ? Между ними была настоящая любовь. И именно эта сила согнула ветви двух династий.Чтобы они проросли друг в друге спустя десятилетия и сотни лет. Они создали семью на более высоком духовном уровне. И у них появились дети. Это похоже на мистику, да?- Вообще-то больше чем.- закивал головой Ян. Софья Михайловна , хоть и была во многом человеком приземленным, тем ни менее она была умна и набожна. Поэтому разбиралась в религиозных и духовных темах достаточно хорошо.- Как я понимаю- продолжала она- Катарина была связана с тонким миром. И была не простой травницей, а своего рода даже служителем в храме природы. А природа это храм Божий, не так ли? Тому же самому Богу служил и монах, только по другую сторону Его необьемлемого алтаря. Они оба познали тайны высших сфер и именно пред тем алтарём и сочитались. Существуют духовные законы, просто многие из нас настолько примитивные,что не могут их осознать..

Корни проросшие сквозь столетия

Значит Катарина была ведьмой?- наконец напрямую спросил у Софьи Михайловны Ян.- и наш предок знал это? Софья Михайловна покачала головой:-. Искусных знахарок всегда были ведьмами. Только помешанные на религии считали этот дар печатью сатаны. Эти невежды всегда боялись, что, зная свойства растений, ведьмы обратят эти знания во вред и станут использовать травы для порчи, заговоров и изготовления ядивитого зелья. Поэтому всех подряд отправляли на костёр. Страх этих фанатиков — вот что по-настоящему ужаснее любого ведовства. Если разбраться, то инквизиторы и современных фармацевтов причислили бы к отступникам от Бога.-.Ян,Что именно ты вкладываешь в слово «ведьма»? — Спросила Барбара..— Когда речь заходит о ведьмах, мне всегда кажется что ты представляешь себе фольклорную бабку с чёрным котом и грязными котлами? — усмехнулась она, — Конечно нет. Катарину я уж точно не представляю такой. Уверен , она имела знания как работают эти духовные законы.. И чтобы наши потомки смогли соединиться друг с другом это скорее её покровительство. Катарина как будто передала племяннику монаха не просто травы. Это был символ завета. Это поразительно. Она не просто сохранила мой род — она сделала всё, чтобы он пророс сквозь её собственных детей. А мы с тобой, возможно, всего лишь необходимое звено, чтобы этот побег не засох. Если верить бабушке и её рассказам о помиловании, то поступок моего предка выглядит как признание её дара.Он всматривался в лицо Барбары, ловя перемену в её карих глазах — в них зажёгся странный, лихорадочный блеск. Словно он заново открывал для себя эту девушку. Этот взгляд…— Поэтому я и благодарен ей. За тебя.— Кстати, о корнях. Те русские, которых ты нашла… Кем они нам приходятся?— Нашими родственниками естественно! Я вышла на них через сообщество «Родовое древо». Три месяца электронных писем.Сначала они вежливо, с недоверием вели переписку,и мне казалось даже считали меня чуть ли не мошенницей- Барбара засмеялась- Упоминание семейной истории про следователя из епископской консистории и какую-то Катарину показалось им дешёвой беллетристикой, они собирались прекратить общение.Я выслала архив: сканы выписок и справок, подтверждающих легенду и наше кровное родство.Точка невозврата пройдена. Михаил Зизулевич — наш единый корень. Род Веры Николаевны тянется от Анны.. Представляешь их шок!- И что теперь?- Теперь кроны наших гениологических деревьев сплелись намертво. И я постоянно возвращаюсь к одной мысли, Ян. Их нужно привезти на нашу свадьбу. Два колена одного рода встретятся у алтаря. Как тебе такое эхо времени? Ян долго смотрел на сцепленные пальцы, собираясь с мыслями.— Справедливость тут ни при чём, Барбара. Задумайся. Представитель епископского суда. Фанатичный исполнитель закона, обязанный предавать таких, как Катарина строгой епетимии , а то и смерти,примеры которой известны из истории.Но он этого не сделал. Барбара, вовлекшая Яна и Софью Михайловну в такой важный для них разговор была возбуждена.Её щёки горели как два фонаря .— Потому что боялся её силы? В беседу вступила София Михайловна:— Думаю причина в том, что он боялся Богом. Он был верующим, а не функционером. Разглядев её суть, он понял: перед ним не пособница ада, а человек одаренный самим Господом такими способностями,которые невежды принимают за дар сатаны. Предать её строгому суду, для него значило бы объявить войну самому Провидению. Помиловать — подчиниться высшей воле. За это она отплатила ему любовью и он принял её дар, потому что сам любил её .Они не могли соединиться на физическом уровне, но они соединились через нас всех в одном родовом древе. Обязательно пригласи их. Мы должны познакомится не через интернет,а в живую.