Время не знает жалости
- -
- 100%
- +
Нужная дверь нашлась слишком быстро. Массивная, железная. Нажала кнопку звонка, и из-за двери зазвучала трель. Никто не открывал. Позвонила снова. И снова. Уже собиралась уходить, когда лязгнул замок, и в проеме замер хозяин квартиры. Он явно весело проводил вечер, потому что запах перегара ударил в нос.
– Ты кто? – смерил меня Павел недовольным взглядом.
– Служба доставки, – соврала я.
– Ты не ошиблась? Что доставляешь-то?
Он отступил, и я протиснулась в квартиру. Почему-то Павел не вызывал у меня жалости. Было в нем нечто отталкивающее. Хотя я и не могла объяснить – что.
– Послания. Нужно передать, что время платить по счетам. Мой наниматель, – ну не могла я, как Ян, называть Эда хозяином, – поручил спросить, довольны ли вы итогами сделанного выбора или хотите что-то изменить.
Павел смотрел на меня, как на сумасшедшую, а я не могла подобрать слова. А потом он вспомнил.
– Тот парнишка! – Недюжинный кулак врезался в стену у моего плеча, и я попятилась. – Помню-помню. Думал, он подшутил надо мной. А вот оно как! Пойдем, красотка. Выпьем за новую жизнь.
Павел схватил меня за руку и потащил в глубь квартиры. Втолкнул в двери, и я очутилась на кухне. Здесь царил хаос: грязная посуда, бутылки, запах портящейся еды и полного мусорного ведра. К горлу подкатила тошнота.
– Что морщишься, милая? – хохотнул Павел. – Вот как выглядит квартира счастливого семьянина. А ведь он предлагал мне! Предлагал роли, славу. А я: Катька, Катька. Заладил, как попугай. И где теперь Катька? Загорает с очередным хахалем?
Что ответить? Мне повезло – ни родители, ни близкие родственники не употребляли алкоголь. Но вот среди дворовых подружек имелись дочки подобных типов. Я бывала у них в гостях и иногда видела, в каком состоянии отцы или матери приходили домой. Неудивительно, что Катька сбежала от такого мужа. На фото Павел был куда приятнее, а в жизни оказался беспробудным пьяницей.
– Выпьем!
Передо мной опустился стакан с водкой.
Павел пил из горла, закусывая соленым огурцом. Тошнота усилилась. Я попыталась поскорее справиться с заданием.
– Мне нужно спросить, каков ваш выбор теперь.
– Катька – шалава, – продолжил Павел, не слушая меня. – То «Пашенька, Пашенька»… А только Пашенька без работы остался, так что? Руки в ноги – и тю-тю. Дочка, Машка, тоже хороша. Уехала в столицу, в институт, и носа не кажет. Такая же дрянь, как и ее мать.
Я поняла, что пора пробираться к выходу, но Павел схватил меня за руку:
– Вот у тебя муж есть, красотка?
– Есть, – на всякий случай заверила я.
– Ты ему изменяешь? – Пьяный взгляд впился в лицо.
– Нет.
– Молодец. А Катька всегда гуляла. Вот я и пошел к нему. За помощью. Он прямо сказал: «Не противься судьбе». А я: «Жить без нее не могу». Что ты думаешь? Вернулась, загульная. А парень тот сказал, что у нас есть несколько лет. И потом снова спросит. И плату возьмет – заберет то, от чего откажусь. Карьеру или жену. Я не поверил. Но вот ты пришла, девонька. Передай ему знаешь что? Передай, что эта шлюха мне не нужна. Пусть валит к своим кавалерам. И Машку забирает. Я отказываюсь от нее.
– Постойте! – Мне вдруг стало не по себе, вспомнился муж Карины. – Ваша жена, конечно, неправа, но она может погибнуть…
– Да пусть катится! – гаркнул Павел. – Хоть в лепешку расшибется! Провалится сквозь землю! Ненавижу эту тварь!
Он дернул меня на себя. Я вырвалась и понеслась к двери. Вслед летела пьяная ругань. Что делать? Поехать к Эду, попытаться поговорить? Я должна знать, что будет с Павлом дальше. Не могу вот так просто выйти из квартиры и забыть!
И зачем отпустила Яна? Достала из сумки телефон и набрала знакомый номер.
– Да, – после первого гудка ответил Эд.
– Надо пообщаться. Пришли Яна, – попросила я. – Жду у дома Павла.
– Хорошо.
Я замерла. Холодный ветер забирался под куртку. Скоро придут настоящие морозы. Лучше думать об этом, чем о недавнем разговоре. Но как бы ни хотелось, мысли плохо поддавались контролю. Надо что-то решать. Я так не смогу.
Рядом остановился автомобиль. Ян помахал рукой, и я нырнула на заднее сиденье.
– Выглядишь скверно, – поделился наблюдениями охранник.
– И чувствую себя так же.
– Не дрейфь, привыкнешь.
Это «привыкнешь» прозвучало как колокол. Разве можно привыкнуть? Это живые люди, со своими эмоциями и судьбами. Разве так просто отставить на второй план чью-то жизнь? Захотелось разреветься. И чем ближе мы подъезжали к клубу, тем сильнее становилось это желание. Поэтому в кабинет Эда я внеслась, взвинченная до предела.
Начальник, как всегда, сидел за столом и разбирал бумаги. Можно было подумать, что он – служащий какой-то затрапезной конторы, а не владелец пусть и не особо популярного, но заведения. Пишет, пишет, пишет.
Похоже, мое состояние Эд оценил с первого взгляда, потому что отодвинул листы и молча ждал, пока решу высказаться. И меня как прорвало.
– Что с ними будет? – уперлась я руками в стол и нависла над Эдом. – Отвечай! С дочерью и женой Павла?
– Несчастный случай. После него Павел круто переменит свою жизнь, бросит пить и еще успеет сделать карьеру, пусть и не на сцене.
– Так просто? Ты говоришь, словно это ничего не значит – потерять семью! А представляешь, каково ему придется?
Эд улыбнулся. По коже пробежали мурашки.
– Он не один кого-то потеряет. – Эд поднялся из-за стола. – Каждый день чей-то жизненный путь обрывается. Почему меня должно это заботить? Я – не смерть. Не мне провожать их души в загробный мир. Я всего лишь предоставляю шанс. Кто-то им пользуется, кто-то – нет. Ты ведь не один раз в жизни делала выбор. Какую куклу купить, с кем пойти на выпускной, куда поступить учиться, в кого влюбиться. Я всего лишь сделал выбор осязаемым, ощутимым. А если бы я сказал, что, не пойди ты на свидание с Лешкой Трофимовым в восьмом классе, он бы встретился в подворотне с бандой отморозков и стал инвалидом? Что тогда?
Я удивленно заморгала. Никогда и в мыслях такого не было.
– Что, правда? – переспросила, надеясь, что Эд шутит.
– Правда. Шел бы с тренировки, очутился не в то время не в том месте. Всего лишь выбор, да? И если бы ты отказалась с ним пойти, разве потом связывала бы себя с тем, что произошло?
– Нет, – призналась честно.
– То-то же. Вот и мне все равно. Я всего лишь сделал выбор для этих людей более понятным и ощутимым. Почему? Стало скучно. Год за годом, век за веком наблюдать за никчемными краткими жизнями. Надо как-то развлекаться.
– Но они же… умирают, – привела я последний аргумент.
– Так суждено. – Эд безразлично повел плечами. – Каждый свою судьбу выбирает сам. Просто не всегда задумывается, как именно.
– Не хочу! – взвыла я. – Не хочу толкать людей в пропасть. Отпусти меня.
Эд скрестил руки на груди:
– И не подумаю. Если не хочешь, разорви контракт. Артем умрет, ты обретешь свободу. Вижу, твоя любовь стремительно тает, но совесть не позволит желать ему смерти. Подумай, что для тебя важнее – свобода или чужая жизнь. А теперь иди. Я от тебя устал.
Устал он! Моя истерика переросла в бешенство. Готова была на кусочки разорвать этого гада! Но Эд сделал знак, и в комнате появился Ян. Охранник сгреб меня в охапку и вытащил в коридор. Я упиралась как могла. Кричала, царапалась, пиналась. Ничего не подействовало. Посадили в машину и отвезли домой.
Полвечера проплакала в прихожей – не было сил дойти до комнаты. Хотелось рвать волосы. Так легко и просто распоряжаться чужими судьбами?! Не выдержу. Просто не выдержу!
А ближе к полуночи в кармане запиликал телефон с очередным сообщением: «Жду послезавтра в восемь».
Глава 5
Проснулась от надоедливого звонка в дверь. Захотелось выйти и раннего гостя об эту самую дверь побить. Хотя разве раннего? Перевела взгляд на часы. Начало одиннадцатого. Давно пора встать. Побоище отменяется.
Выползла из кровати, провела расческой по волосам – мало ли кто там, еще испугается сонную меня. Накинула халат и поползла к двери. Глянула в дверной глазок. Тимка! Где бы встретила – не узнала. Вытянулся, повзрослел. Поспешно провернула ключ в замке и упала в объятия. Сколько лет, сколько зим!
– Привет, Верховина.
Тимка глянул на меня, и я почувствовала, как алеют щеки. Не лучший вид – после истерики, неумытая, в халате.
– Привет-привет, – пробормотала в ответ. – Проходи, я сейчас.
И помчалась в глубь квартиры приводить себя в порядок. Быстро поплескала в лицо водой, переоделась… Вроде стала похожа на человека. Тим терпеливо дожидался в гостиной.
– Разбудил? – спросил, когда появилась на пороге.
– Слегка. – Я плюхнулась рядом на диван. – Поздно легла, бывает. А как ты узнал, где я живу?
– Обижаешь, Алька. Чтоб я – да не знал? – рассмеялся нежданный гость. – А комп на что? Еще не разучился пользоваться. Извини, что свалился как снег на голову. Просто ты позвонила, и я вспомнил, что мне срочно нужен тот, кто хоть немного разбирается в английском. Инструкцию прислали к программуле, переводчик не берет. Поможешь?
Хотелось сказать, что мог бы и позвонить. Но я правда была рада его видеть. Хотя и удивительно – с чего это он вдруг решил меня навестить?
– Помогу, конечно, – ответила я, разглядывая знакомого-незнакомого одноклассника. Помнила Тимошу низеньким полноватым юмористом с забавно оттопыренными ушами. Теперь уши скрылись за копной темно-русых волос, от полноты ничего не осталось, да и вытянулся, как шпала. Только зеленые глазищи еще напоминали моего друга Тимошку.
Тим извлек из сумки ноутбук и водрузил на стол. В ближайшие полчаса я переводила длинную нудную инструкцию к программе, а он мешал. То анекдоты рассказывал, то одноклассников вспоминал. И работа, которая могла занять десять минут от силы, растянулась надолго.
Наконец с инструкцией было покончено. Тимоша успел сгонять на кухню и поставить чайник, так что можно было сесть и расслабиться с чашкой ароматного напитка.
– Ну, выкладывай, – неожиданно сказал Тим.
– Что? – замерла я.
– Во что впуталась. У тебя в телефоне такой голос был, что я даже испугался. Заболел, что ли, кто?
– Нет, с чего ты взял?
Я глотнула обжигающий чай, закашлялась, зашипела. Вот так Тимка! Инструкцию ему перевести надо. А с другой стороны – даже приятно, что побеспокоился.
– Ты же медсестру искала какую-то, вот я и подумал, – ответил Тим. – Так что такое, Верховина? Отчисление? Несчастливая любовь? Мафия?
Я рассмеялась. Давно не смеялась так искреннее. Хотя давно ли? С первой встречи с Эдом прошло не так много времени. При воспоминании об Эде сразу стало сложнее дышать. И Тим это заметил, придвинулся ближе, забрал из рук норовившую выскользнуть чашку. Нет, я не могла ему сказать. Хотела, но не могла. Опасно. Эд – не человек. Доберется до кого угодно.
– Да так, пустяки, – отмахнулась, пытаясь по-быстрому сменить тему. – Возникли кое-какие проблемы, но уже все решилось, правда. Ты лучше о себе расскажи. Что ты, как ты. А то все обо мне да обо мне.
– Ну… – задумчиво протянул Тим, – что я? Все тружусь на благо родины. Или не совсем на благо. Когда как. Ничего интересного. Недавно пошел на повышение, уже начальник отдела компьютерных технологий.
– Поздравляю!
– Спасибо. Слушай, мне пора, – придвинул Тим сумку с ноутбуком. – А вот назначение хотелось бы отметить. Сходишь со мной завтра в ресторан?
– Завтра? – Я вспомнила, что у меня другие, куда менее приятные, планы. – С радостью бы, но…
Тим ущипнул меня за локоть, как в школе.
– Отказ не принимается. Завтра в семь за тобой заеду. Готовься, Верховина.
Можно было отговориться, убедить его, что смертельно занята, но вдруг решила – с чего я взяла, что Эд всесилен? Да, один раз он повернул время вспять. Утверждает, что бессмертен. Но могут же у меня быть свои дела, чтоб он провалился! Решено. Иду в ресторан. Хочет – пусть ищет меня весь вечер. И телефон не возьму.
Глупое решение, но в тот момент оно казалось совершенно правильным. Сомневаться я начала только на следующий день, когда до прихода Тима оставалось часа два.
В ресторане не была давным-давно, поэтому к выходу готовилась основательно. Достала любимое коралловое платье, заколола волосы, подкрасила глаза и губы. На каблуках после привычных устойчивых ботинок было не совсем удобно, но плевала я на удобства! Вот только в груди ворочался противный червячок, напоминавший, что я связалась с опасной силой. И она не относится к числу особо терпеливых.
Раздавшийся звонок в дверь прервал мои метания. Улыбающийся Тим с букетом роз – что может быть приятнее? Забрала цветы, поставила в вазу и вместе с Тимкой спустилась во двор. У подъезда ждал черный «ауди». Надо же, Тимоша успел заработать на свою машину… Хотя недаром до начальника дослужился? Нырнула на переднее сиденье – в салоне пахло освежителем воздуха. Кажется, можжевельник.
Автомобиль понесся по улочкам в центр города. Хотелось расслабиться, но тугой комок в горле становился все ощутимее. В четверть восьмого мы вошли в ресторан «Олимп». Нас ждал уютный столик в углу. Приветливая официантка принесла меню. Тим рассказывал о поездке в Питер на какой-то там слет компьютерных гениев. А я дрожала от страха.
Бокал красного вина помог расслабиться. Эд ничего нам не сделает. Руки коротки. А Тим устроил прекрасный вечер. Не стоит его портить. Когда еще выпадет случай просто отдохнуть? Безумно хотелось рассказать Тиму правду, но понимала – нельзя. Не поверит, посчитает сумасшедшей – в лучшем случае. В худшем – вмешается, и я не смогу его защитить.
Постаралась забыть о ходе времени, но то и дело поглядывала на настенные часы. Без пяти восемь. Подали мясное блюдо с труднопроизносимым названием – я и не пыталась его запомнить, Тим насоветовал. Вкусно. Без двух минут… Наконец-то восемь… Точка невозврата пройдена. Сразу стало легче, захотелось смеяться. Тим, кажется, заметил перемену в моем настроении, но спрашивать ни о чем не стал. И это радовало. Не хотелось портить момент.
– Знаешь, Аля, здорово, что ты мне тогда позвонила, – признался он. – Сам давно не ужинал в дружеской компании. А на работе – одни акулы. В универе на заочку перевелся, с одногруппниками почти не общаюсь. Как-то душит все это. И тут ты со своей медсестрой. Я сначала ушам не поверил. Ты – и с просьбой. Потом испугался. А теперь правда…
Речь Тима оборвалась на полуслове. Он замер с раскрытым ртом. И не только он. Официанты, посетители, даже вино, льющееся в бокал соседа по столику, – все замерло. Я медленно обернулась, холодея от ужаса. Эд шел от двери, похожий на черно-белую картинку: бледная кожа, темные, почти черные, волосы, серебристо-серые глаза, тонкие бескровные губы, черная удлиненная распахнутая куртка, черная рубашка, брюки, ботинки. Я даже не слышала звука шагов, словно он двигался по воздуху. Слишком быстро. Что делать?
Эд замер передо мной, презрительно взглянул на Тима и холодно сказал:
– Опаздываешь.
– Я не твоя игрушка. У меня есть своя жизнь, – произнесла я заготовленную фразу. Единственное, что пришло на ум.
– Да? – Кажется, он удивился. – Помнится, ты заключила со мной сделку. Жизнь на жизнь. Или отменить?
Я подумала об Артеме. Если сейчас разорву сделку – стану убийцей. Он умрет по моей вине. Нет, нельзя.
– Чего ты хочешь? – спросила, ожидая чего угодно.
На стол опустилась папка.
– Задание. К утру нужен ответ. Так что заканчивай ужин и отправляйся работать. Ян будет ждать тебя, отвезет куда надо.
Я выдохнула. Всего-то. Очередное задание. Ожидала как минимум бури.
– И еще, – продолжил Эд. – В следующий раз, когда решишь отвлечь меня от дел и заставить гоняться за тобой по городу, помни, что у этого желторотого парнишки, – он холодно взглянул на Тиму, и мне стало жутко, – тоже есть несколько вариантов судьбы. И я могу сделать так, чтобы он оказался в ненужное время в ненужном месте. Приезжать лично не стоит, можешь позвонить. О следующей встрече сообщу. Надеюсь, не захочется проверять мое терпение еще раз.
Он развернулся и пошел к выходу. Стоило двери закрыться, как меня оглушили звуки голосов, смех, музыка.
– Аля? Что не так? – заволновался Тим.
– Все так! – Я схватила папку, надеясь, что приятель не станет задавать вопросов. – Прости, Тимош. Что-то плохо стало. Пойду, ладно? Спасибо за вечер, все замечательно. Звони, если что!
Не дожидаясь ответа, я помчалась к выходу.
Ян уже ждал, как и обещал Эд. Не поздоровавшись, забралась на сиденье, открыла папку. Студенческое общежитие. Плевать. На все и всех. Потому что перед глазами стояло лицо Эда с жутким потусторонним выражением.
Пролистала страницы досье. Двадцатилетний парнишка. Хотел успешной карьеры. Выбор между нею и семьей. Банально и трагично. Повторяла себе: «Все равно. Все равно». Необходимо что-то сделать. Если не сейчас, то когда? Но страх сковывал руки, ноги. Как же надоело! Я даже темноты в детстве не боялась. Тогда почему теперь не могу справиться? Не рохля ведь. Да, Эд – не человек. Но должен же найтись способ разорвать сделку!
Я вылетела из авто и понеслась к пропускной. К моему удивлению, там было пусто. Дежурный словно испарился. Уверена, дело рук Эда. Каким-то образом он мог задержать ненужных свидетелей. Комната номер сто двенадцать.
Ступеньки замелькали под ногами. Если верить досье, Кононов Иван проживал с соседом. Только почему-то я была уверена, что никакого соседа в комнате не окажется. Поэтому громко постучала и замерла. Абсолютно пустой коридор. Запах побелки и пригоревшей пищи. В общежитиях – вечный гомон и веселье. Только не здесь. Словно время замерло. Проклятый Эд!
Дверь не открывали. Пришлось дернуть ручку на себя. К моему удивлению, та поддалась, и я с криком ринулась в комнату. Мой «клиент» стоял на подоконнике и явно раздумывал над тем, а не прыгнуть ли с пятого этажа. Завидев меня, парнишка покачнулся, как в дешевых фильмах, чуть не полетел вниз, уже вопреки своей воле, но удержался за створку окна.
– Ты кто такая?! – гаркнул он.
Я затормозила, хватая его за футболку и очень надеясь, что не придется учиться летать вместе с ним.
– Кононов Иван? – спросила, чтобы сгладить момент.
– Да, – растерянно произнес тот.
– Я от Эда… Тьфу ты. В общем, по делу. Слезай с подоконника, поговорим.
– Слезу, если ты меня отпустишь.
Парень по-прежнему держался за створку, а я – за него.
– Прыгать не будешь? – решила уточнить я.
– Теперь нет, – вздохнул он, и я все-таки отпустила футболку.
Иван действительно спустился на пол и уставился на меня.
– Ты по поводу сделки, я так понимаю? – спросил он.
Я кивнула.
– Хорошо. – Он прошелся по комнате. – Передай хозяину, что я передумал. Мне не нужна карьера. Да, у меня паршивая семья, но я не такой, как они. И не предам своих близких. Что теперь с нами будет?
– Откуда мне знать? – пожала плечами. – Эд не посвящает меня в свои планы. Хочешь, позвоню ему прямо сейчас? Если пообещаешь не думать о прыжках с высоты. Могу тебя разочаровать – Эду и мертвые служат. Он никого так просто не отпускает.
Парень вытер вспотевший лоб. Он выглядел растерянным, подавленным, но больше не походил на смертника.
– Хорошо, звони. Передай, что мне все равно, что будет со мной, но семью пусть не трогает.
Я набрала знакомый номер. Трубку взяли сразу.
– Да.
Холодный, безучастный голос.
– Эд, я тут у Ивана. Он отказывается от того, что ты предлагал, и выбирает семью.
Повисло молчание, словно Эд что-то обдумывал. Я начала беспокоиться, когда мобильник снова ожил:
– Передай Ивану: выбор достоин уважения. И я его принимаю. Дальше он сделает нужный поворот сам.
Эд отсоединился.
– Что? – встревоженно спросил Иван.
– Ты свободен! – Я улыбнулась, даже легче стало. – Эд сказал, что ты свободен!
Напряжение исчезло из глаз парня. Он тоже улыбнулся:
– Спасибо.
– Да не за что, – махнула я рукой. – Хоть один нормальный человек попался. Ух и напугал ты меня, Иван Кононов.
– А ты – меня. – Он сел он в кресло. – Как тебя зовут, спасительница?
Чувствуя, что ноги отказываются служить верой и правдой, я заняла соседний стул.
– Александрина. Можно Аля. Ты зачем прыгнуть решил?
– Я еще не решил, только думал. – В голубых глазах Кононова сверкнули смешинки. – Решил: если умру, он маме и сестре ничего не сделает. Хорошо, что ты пришла. Теперь понимаю, как это было глупо. Надо уметь отвечать за свои поступки, Аля.
Он прав. Надо уметь отвечать за свои поступки. Связалась с Эдом – нужно найти способ выпутаться. Только где его искать? Где?
– Ты тоже заключила с ним сделку, да? – догадался Ваня.
Я обреченно кивнула.
– Понятно. Слушай, Аля, я тут в оставшееся до часа «икс» время посетил одну дамочку. В известных кругах слывет хорошим специалистом в области черной магии. Думал, наш товарищ – демон. Так вот, не знаю, поможет тебе это или нет, но Эд – не демон. Дамочка не нашла в нем ни света, ни тьмы. Но и разорвать мою с ним связь не смогла, сказала – сил не хватит. Ты бы поискала. Может, кто и возьмется.
– Не выйдет. С ним так просто не справишься… – Я потерла виски. – Но спасибо за подсказку. Может, и правда пригодится. А ты в следующий раз думай, прежде чем соглашаться на бесплатный сыр. Пойду я.
Ваня не стал меня останавливать. Не уверена, что ему было приятно мое присутствие. Пока у него не появилось осознания, что смерть прошла стороной, но скоро появится. Вряд ли в этот момент он будет рад моему соседству.
Глава 6
Проснулась полная решимости. Нет, не сдамся. Что бы ни придумал мой противник – не сдамся. Ваня прав – надо искать способ. Кононову не повезло, но мне-то может повезти? Ради такого случая решила опять прогулять универ. Позвонила куратору, покашляла в трубку и получила отгул. То же самое проделала с подругами, чтобы не начали меня искать. Свободна как ветер!
Быстро умылась, позавтракала и села за компьютер. Что искать? «Магическая помощь». Представляю, сколько шарлатанов бродит на просторах Сети. Но если соврут, я сразу пойму. Мою ситуацию с Эдом так просто не угадаешь.
Почитала отзывы, выписала несколько номеров. Мне всегда твердили, что настоящие «бабки» в Интернете не сидят. Что ж, вот она, возможность проверить.
Зазвонил мобильный. Я даже испугалась, что это снова Эд, но звонил Тимка.
– Привет, – постаралась прохрипеть как можно убедительнее.
– Алька, что с голосом? – забеспокоился Тим.
– Простыла. Лечусь.
– Помощь нужна? Лекарства привезти?
Вот уж этот Тим!
– Нет, уже все купили, привезли. – Одна ложь цеплялась за другую. – Не переживай, всего лишь простуда. Давай вечером созвонимся, ладно?
Тим попытался сопротивляться, но я быстро завершила разговор. Нет уж! Сегодня мне не до друзей и душещипательных бесед. Каждая минута на вес золота.
Посмотрела на номера. И кому позвонить? Взгляд остановился на одном – наверное, потому, что нашла его не на личном сайте экстрасенса, а в комментарии одной девушки. Девушка утверждала, что некая Олеся спасла ее от родового проклятия. И жила Олеся не в нашем городе, а в соседней деревушке. С нее и начну.
Трубку долго не брали. Уже не надеялась на ответ, когда услышала усталое «алло».
– Простите, вы Олеся?
– Да.
– Олеся, тут такое дело… Очень нужна ваша помощь. Можем встретиться?
– Ближайшие дни расписаны, могу принять только сегодня в четыре.
– Отлично! – обрадовалась я.
– Тогда пишите адрес.
Итак, повезет ли с первого раза? Посмотрела на часы – всего лишь начало одиннадцатого. До деревушки ехать час. Как раз есть время собраться и обдумать, что говорить знахарке. Сразу вываливать все про Эда не стану. Скажу, что жизнь не ладится, парень на любовь не отвечает – это же правда! Хотя стоит признать: об Артеме вспоминала только тогда, когда Эд угрожал его жизни. Если Олеся и правда что-то умеет, сама поймет, зачем я пришла.
Час протряслась в старенькой маршрутке и вышла на остановке «Бродиловка». Когда-то здесь находилась ферма, а при ней – небольшой зоопарк. Нас с классом возили туда на экскурсию. Затем ферма опустела, и теперь деревушка Бродиловка представляла собой одну улицу с рядом домишек – как старых, покосившихся от времени, так и новых, глядящих на мир тарелками спутниковых антенн.
Зато найти дом Олеси оказалось проще простого. Надо было всего лишь отойти от остановки метров на сто. У калитки на лавочке сидели несколько женщин. Увидав меня, поздоровались и снова вернулись к прерванному разговору. До назначенного времени оставалась еще четверть часа, поэтому я тоже примостилась на скамейку.
– Помогла Олеся куме, – вполголоса говорила грузная женщина в цветастой куртке. – Та пять лет забеременеть не могла, а тут и забеременела, и родила. Мальчишка такой хорошенький. Вот и я надумала.