Вспомнить босса. Наше краденое счастье

Глава 5

(Вита)

Возвращаюсь к мужу и пока не говорю, что меня уволили. Иначе как я буду объяснять, что мне завтра на работу? А выдавать подробности как-то ни к чему. Он точно не одобрит, а я не хочу подводить Киру. Да и если никто не узнает, что в этом плохого? Теоретически мы никого не обманываем.

Мы хорошо проводим вечер, забираем сына из сада и возвращаемся домой в хорошем настроении. Я читаю Максиму сказку перед сном, принимаю ванну с ромашкой и, окончательно успокоившись, ложусь спать.

Несвязная череда мыслей и картинок в голове вдруг обрывается тем, что я снова оказываюсь в тумане, густом настолько, что я не вижу перед собой ничего. Дышать тяжело, но мне не холодно. Я стою в какой-то длинной хлопковой рубашке с вышитыми на ней шелковыми нитями буквами, которые не могу разглядеть.

Уже подсознательно понимаю, что сейчас снова пойду на тот голос, что все время зовет меня. Но не в этот раз. Сейчас он появляется совсем близко. Я пугаюсь и крепко обнимаю себя за плечи. В панике, пытаюсь найти источник, но он вокруг меня, слишком близко, шепчет.

Подскакиваю на кровати и часто дышу. Это сон, всего лишь сон. Не нужно его бояться. Но почему снова? Раньше никогда не снилось такое чаще пары раз за год. А сейчас второй день подряд.

Убедившись, что Саша спит, тихо опускаю ноги с кровати и бесшумно крадусь из комнаты. В ванной достаю из шкафчика таблетки, что назначила мне Зайцева, и выпиваю капсулу. Умываюсь теплой водой.

Время почти семь, поэтому я иду на кухню и ставлю чайник. Завариваю себе любимый чай с мелиссой и завтракаю.

Жаль, что с работой ничего не вышло, мне кажется, она помогла бы мне отвлечься, я бы уставала и спала крепче. Обязательно продолжу поиски подходящей. Или не подходящей. Уже не могу так, согласна даже дворы мести, честное слово. Точно, попрошу мужа пристроить меня к нему на завод хоть кем-нибудь, он там не последний человек, пойдут навстречу. Зря я сразу не согласилась.

— Ты чего так рано встала? — зевая, заходит в кухню Саша и целует меня в щеку.

— Выспалась, — выдавливаю из себя улыбку. Не хочу его расстраивать.

— Пойдешь на свою эту работу? Не передумала?

— Пойду сегодня, а там видно будет.

Вот, скажу, что не понравилось, да и все. Не буду же я ему объяснять, что там директор не в себе. Зачем ему эта информация? Тем более, что больше я этого Трофимова вряд ли еще когда встречу, надеюсь.

Снимаю офис с охраны даже на десять минут раньше рабочего времени, иду в кабинет, включаю компьютер и раздеваюсь. Эх, жаль, что ничего не вышло, этот офис лучший, что мне приходилось видеть. Работать здесь было бы одно удовольствие.

Записи клиентов на сегодня нет, Кира перенесла всех на завтра, поэтому мне остается только разобраться с документами и, в случае случайно забредших клиентов, провести консультацию.

— Ох, Кира, вот где ты накосячила, — улыбаюсь, исправляя документы. Все исправления отмечаю в ее блокноте, чтобы она была в курсе.

Закончив с договорами, помогаю подруге разобрать свалку документов с прошлого месяца. Не сидеть же без дела.

Ближе к обеду мне отписывается Кира, что уже освободилась и через час будет в офисе. Ну, вот, осталось дождаться подругу и можно ехать домой.

Но в холле вдруг хлопает входная дверь, оповещая золотым колокольчиком, что кто-то вошел. По коридору раздаются быстрые тяжелые шаги.

— Усольцева, через десять минут жду документы на своем рабочем столе, — бросает Трофимов, проходя мимо моей открытой двери. А меня чуть ли не током прошибает.

Останавливается.

А я не дышу.

Да, я длинноволосая брюнетка, а не пепельная блондинка под каре, как Кира. И, кажется, он это замечает.

Делает два шага назад.

Выразительно изогнув бровь, сверлит меня удивленным взглядом.

— Что ты здесь делаешь? — странно, но спрашивает вполне спокойно.

А я врать вот вообще не люблю. Недоговорить могу, да, но врать – нет.

— Я здесь на пару часов всего. Не волнуйтесь, я помню, что вы меня уволили. Просто доделала работу, которую начала вчера и исправила отчет по Египту. Кира скоро будет на месте, я сдам ей все и уйду.

— Документы мне на стол, — бросает и уходит в свой кабинет.

Черт, главное, чтобы еще и Кире теперь не пришлось искать новую работу. Засада, блин.

Как и было велено, несу отчет боссу. А у самой все конечности ходуном ходят. Вот с чего бы? Ну, в конце-концов, он же не съест меня, не возьмет в заложники, не отрубит ноги, из-за того, что посмела ступить ими в его офис. А работу можно и новую найти. Кире тоже. Блин.

Захожу в кабинет и кладу папку ему на стол. А сердце все равно ухает по ребрам только так, сколько не уговаривай себя успокоиться.

— Дату исправлений поставила? — смотрит на меня уже не как вчера, более спокойно.

Он открывает папку и пробегается взглядом по строчкам.

А я понимаю, что действительно забыла поставить чертову дату.

Возвращает мне документы и рядом кладет ручку. Как он узнал, что я забыла проставить дату исправлений? И почему, когда его голос спокоен, он еще больше похож на голос из сна? Что происходит? Может, это не босс со странностями, а мне в дурку пора?

Переборов в себе волнение, ставлю дату и подпись. Он забирает документы и внимательно смотрит на мой росчерк.

— Извините, а можно вопрос? — зачем-то снова пытаюсь разобраться в происходящем. Это он не в себе или все же я? Или мы оба? Тогда есть шансы все же понять друг друга. Хотя зачем мне это, я не понимаю.

— Слушаю, — хоть и спокоен, но дергающиеся желваки все же выдают его негодование.

— Я все же хотела бы разобраться в нашем недопонимании.

— Мне кажется, я вчера куда более чем понятно изъяснился.

— Для меня это не так. Я понимаю, вы не обязаны, но все же. Просто меня еще ни разу не увольняли в первый же день. Хочу понять, что сделала не так.

— Вит, — устало сжимает переносицу. — Ладно. Хорошо, я погорячился. Мне не следовало так реагировать. Мы взрослые люди и должны держать себя в руках. Ты права, оставим все в прошлом. Если хочешь, можешь остаться работать. Я не буду относиться к тебе хуже, чем к остальным, — отвечает, но тут же морщится, словно жалеет о своем решении.

— Спасибо, — киваю.

Нам действительно стоит оставить в прошлом вчерашнее недоразумение, раз мы оба признаем, что были не в себе. Что ж, со всеми бывает. И я, если честно, рада, что все так, что могу остаться и попытаться сработаться с ним. Ведь главное, это признавать свои ошибки, а он это сделал, значит, человек все же не плохой.

— А можно еще один вопрос?

— Нет. Свободна.

Глава 6

(Захар)

— Ты, блин, чертов мазохист, Трофимов. И что? Вот так просто оставил ее у себя в офисе?

— Мне просто сейчас очень необходимы хорошие сотрудники.

— Да, давай, заливай, — усмехается Полянский, вальяжно закинув ногу на ногу и отхлебывая черный кофе из крошечной фарфоровой чашки.

А мне кусок в горло не лезет, даже в любимом ресторане на мягком диване чувствую себя, как на гвоздях. Павел прав, я поддался какой-то дурости. Просто какая-то дикость переборола все разумное во мне.

— А она что? Вот так просто пришла к тебе?

— Нет, упорно делает вид, что мы не знакомы. Просто игнорирует, держится, как чужая.

— Она и так чужая, посмею тебе напомнить, дружище. Она выбрала не тебя.

— Хорош, Паш, вот давай не жми мне по нервам, — вспыхиваю, стоит ему снова надавить на больное.

— Захар, четыре года прошло, а тебя все дергает? Это не нормально. Тебе давно пора жениться и завести ребенка, а лучше сразу двух. Тогда и времени на страдания по этой Царевой не останется.

— Пахомова. Она теперь Пахомова, — отвечаю, смотря в одну точку.

— А ты уже и документы ее вдоль и поперек перечитал, да?

— Да. Зато я теперь знаю причину, по которой она сделала выбор не в мою пользу.

— Захар, ты больной. Какая разница? Выбрала баба другого, все, пошли подальше и живи. Нет, ты снова и снова ворошишь прошлое, тыкаешь в бездыханную кучку палкой. Зачем оно тебе? Что от этого изменится? Думаешь, она передумает через столько лет?

— Я вообще стараюсь о ней не думать. Тем более, у нее уже семья, ребенок, — опрокидываю остывший горький кофе залпом.

— Лучше уволь ее. Поверь, тебе будет от этого только лучше. И женись. У тебя же в офисе полно красоток, одна лучше другой. Любую выбери и вперед.

— Может, ты и прав, — задумчиво кручу чашку в руках.

А у самого мысли все равно летят куда-то не туда. Снова возвращаюсь в прошлое, где до безумия был в нее влюблен. Где был счастлив и уверен, что все это взаимно. Но как же все хрупко в этом мире. И с каким звоном может разбиться самое дорогое, оставив в плоти лишь острые осколки, которые теперь все не дают спокойно жить. Как бы их повыковыривать из себя? Вот также просто переключиться и жить дальше, как это делает она.

Следующим утром приезжаю в офис и сразу понимаю, что она здесь. В легкие болезненно проникает запах ее духов с нотами лаванды. Я узнаю их сразу, ведь она пользуется все теми же, что и раньше. Не поменялись не только духи, она все так же укладывает свои темные волосы, носит все тот же едва заметный макияж, и с прежним достоинством смотрит в глаза.

Прохожу мимо ее кабинета, даже не повернув в ту сторону голову. Пора перебороть себя и отпустить прошлое. Может, она именно для этого здесь?

— Захар Романович, доброе утро! Я по поводу страховок, можно? — откидывает свои вьющиеся волосы за плечо Шилова и стучит шпильками в мою сторону.

Стою, жду. Открываю перед ней дверь своего кабинета и жестом приглашаю внутрь.

Ну, вот же, красивая, эффектная девушка, не замужем, детей нет. Явно проявляет интерес. Что с тобой не так, Трофимов?

Она занимает место напротив меня и, изящно выгнув спину, наклоняется над столом, толкая папки в мою сторону. Садится на стул и поправляет декольте.

И я честно пытаюсь представить ее в своей постели, но… В паху тяжелеет от того, что мозг отказывается подчиняться и швыряет в меня неприличными слайдами с Витой в главной роли, еще и в разных позах. И все это со звуками, запахами, вкусами. Я помню все в мельчайших подробностях.

Какого черта?

— Вы сейчас взглянете или…

— Да, Шилова, останьтесь, — по имени язык не поворачивается называть сотрудников. Не знаю, почему, бзик какой-то. Только по фамилии, так уж повелось.

Но только не Виту. Что за Пахомова? Ей совершенно не идет новая фамилия. Даже слух режет, абсолютно чужеродно.

И все-таки вариант с Шиловой нужно бы рассмотреть.

— Виктория Игоревна, — взглянув на часы, перебарываю себя. — Обсудим дела за чашкой кофе, внизу, в кафе? Не против?

— Нет, — оживляется она, растягивая слишком широкую улыбку. — Конечно не против, Захар Романович!

Выходим вместе из офиса и устраиваемся в кофейне. Заказ оплачиваю, естественно, сам. Встреча хоть и деловая, но должна перетечь во что-то большее с моей подачи.

Сначала мы действительно обсуждаем рабочие моменты. Но позже я понимаю, что либо мне пора заканчивать эту встречу, либо дать девушке большее. Но как заставить себя? Нет, с девушками я не робок, не застопорен, знаю, как вести себя, умею быть настойчивым и добиваюсь поставленных целей в девяносто девяти процентах случаев. Тот один процент пришелся на Виту.

А тут даже делать ничего не нужно, Шилова сама дает понять, что на все согласна. Осталось только взять то, что предлагают. И можно даже не возвращаться в офис, а наслаждаться горячим продолжением у меня, либо у нее, не важно. Ну, давай, Трофимов, первый раз что ли, девушек без любви иметь.

— Так что теперь мы можем работать и с этой страховой фирмой, — подытоживает Шилова.

— Хорошо, тогда составляйте договор, и мне на подпись, — зачем-то бросаю взгляд на часы. — На этом, думаю, можно заканчивать.

— Да, я все сделаю к концу рабочего дня, — спешно собирает документы.

Ну, вот, снова бортую даму. Ну что за хрень?

В кафе вдруг вваливается Полянский. Любопытным взглядом провожает Шилову и плюхается на ее место.

— Классная куколка. Выбор одобряю.

— А я нет.

— А чего так? Я думал ты наконец-то решился на что-то большее, чем одноразовый секс, потащил девушку в кафе.

— Не то.

— А что для тебя то, Трофимов? Дай угадаю, брюнетки с аппетитными формами? Я уже давно заметил, как ты выбираешь один и тот же типаж уже который год подряд. Угадывать, почему, надо?

— Нет, — отвечаю с недовольством. Уже знаю, что он скажет. — А ты здесь какими ветрами? Еще и на какой-то развалюхе.

— Да так, мимо проезжал, дай, думаю, заскочу к лучшему другу. А его и нет на рабочем месте. Сюда заглянул чисто за дозой кофеина, — достает из внутреннего кармана дорогие часы и возвращает их на руку.

— Не причесывай, Полянский. Я знаю, что ты к моей сотруднице клинья подбиваешь.

— Что, даже знаешь, к какой именно? — с азартом растягивает улыбку. На чеширского кота похож, ей богу.

— К Усольцевой.

— Про тачку сам догадаешься?

— Ага, строишь из себя средний класс?

— И все-то ты, Захар, видишь и понимаешь, везде знаешь ходы и выходы, на все-то у тебя готовы ответы. А вот с собой никак не разберешься. Ты посмотри на себя в зеркало, что у тебя с лицом?

— А что у меня с лицом? — устало вздыхаю, как-то все равно, если честно. Обычное лицо, обремененное кучей рабочих задач.

— Странно, что от тебя девушки еще не шарахаются. У тебя ж на лбу написано “я вечно недоволен”. И побрился бы хоть, прежде, чем девушек по кафе водить.

— Паш, дружище… иди нахрен, а?

А тот только смеется в ответ, советчик хренов.

— Ладно, ладно, слушай, возьми к себе в штат еще одну сотрудницу.

— Зачем? У меня уже полный штат.

— А затем, Трофимов, что в ближайшем будущем одна из твоих сотрудниц уйдет в декрет.

— Чего? Полянский, ты совсем охренел?

— Да, я серьезно настроен. Потом не говори, что я не предупреждал.

— Ясно, Усольцева все же сдалась и согласилась на свидание?

— В точку!

— Тогда скажи мне спасибо, что я еще не уволил твою зазнобу за прогулы.

— Спасибо, друг. Потерпи еще с полгодика, и обещаю, ты нам просто будешь отстегивать бабки ближайшие… сколько там декретные платят, полтора года?

Вздохнув, качаю головой. Все-то у него просто. Девушка только на свидание согласилась, а он уже грандиозные планы на ее счет строит, наивный. Хотя не мне теперь судить о таком.

— Смотри, Ромео, не прогадай.

— Не все такие неудачники, как ты, Трофимов, — хмыкнув, проводит рукой по волосам.

— А, ну, спасибо, — грубо бросаю в ответ. Любит же он по ранам топтаться, гад. — Все, мне в офис пора.

Возвращаюсь на рабочее место и пытаюсь сосредоточиться на работе, выкинув из головы лишнее. И даже получается, отрываю голову от бумаг, когда на часах уже семь.

Выключаю технику, надеваю пиджак и выхожу из кабинета, проверяя в кармане ли ключи от машины. Останавливаюсь возле сто второго кабинета. Почему свет горит? Забыли выключить?

Толкаю дверь, а там Вита.

— Рабочее время закончилось.

— Простите, Захар Романович, я уже ухожу. Осталось работы на пару минут.

Да, она всегда отличалась тем, что любила свою работу.

— Домой, Царева, — повторяю приказным тоном.

Она резко замирает. Поднимает на меня испуганные глаза.

Что не так? Ах, да, ошибся. Она же теперь Пахомова. Но исправиться не успеваю.

— Откуда вы знаете эту фамилию? Я ее нигде не указывала, — округляются ее глаза.

Что за черт? Она явно переигрывает. Или… что происходит, мать вашу?

Глава 7

(Вита)

Трофимов сегодня, на удивление, спокоен, даже ни на кого не наорал с утра и никого не уволил.

— Честное слово, я думала, нам хана. Все, придется искать новую работу, — тараторит Кира. — А он вчера даже слова не сказал. Еще и тебя оставил. Обалдеть. Может, ты ему понравилась?

— Кира, что ты такое говоришь? — возмущаюсь, подняв на нее взгляд.

— А что, ты очень красивая, у тебя шикарный зад и грудь третьего размера. Мужикам такое нравится.

— Шилова другого мнения, — хихикаю я. — Да и вообще, ты забыла, что я замужем?

— Ну, не всем мужикам это мешает. Он же еще не в курсе, что ты ему сразу же отворот-поворот выпишешь, стоит ему только намекнуть на что-то большее, чем рабочие отношения.

— Это да, — безусловно киваю. Я никогда в жизни не предам мужа.

— Привет, девчонки! — заглядывает к нам в кабинет довольный мужик, похожий прямо-таки на чеширского кота.

Вполне симпатичный шатен с модной стрижкой. Одет в простой костюм, а на ногах довольно дорогие туфли. На вид ему около тридцати.

— Ты что тут делаешь? — шипит на него подруга.

— А может, я твой клиент? — протягивает ей скромный, но очень красивый букет цветов.

— Паш, вот дурной, — отвечает, но цветы все же принимает.

— Кир, пошли на свидание, а? Ты жуть, как мне нравишься. Хватит меня уже изводить.

— Ладно, — сдается Кира. — Только после работы мне домой надо, а там созвонимся.

— Ты точно не обманешь? Я ж к тебе со всем сердцем, — так смотрит на нее, ну прям кот мартовский. Замурчать осталось.

— Обещаю сходить с тобой на свидание. Такой ответ тебя устроит?

— Почти. Ты одно слово пропустила – “сегодня”.

— Хорошо, Паш, — хихикает, слегка покраснев. — Сегодня.

А тот, получив, что хотел, довольный ныряет обратно за дверь, тихо насвистывая какую-то мелодию.

— Все с тобой ясно, подруга, — улыбаюсь. — И кто этот Паша?

— Блин, я кажется и правда влюбилась. Витка, он такой классный, ты же его сама сейчас видела. Он в такси работает.

— В такси? — удивленно вскидываю бровями. — Что-то он не очень похож на таксиста.

— Ой, — отмахивается. — Из-за костюма? У них дресс-код ввели в бизнес-классе. Ему идет, да?

— Угу.

И туфли за полмиллиона у него тоже в дресс-код входят? Но об этом я решаю промолчать. Сейчас и реплики делают так, что спутать на раз-два.

— В общем, я решила дать ему шанс. Главное ведь не внешность и деньги, а отношение и целеустремленность. А этого у него не занимать. У тебя же Сашка тоже не сразу замом стал. Вот и у Паши все впереди. Я вообще считаю, что самые крепкие браки, это когда вместе с нуля. И почему мне раньше такие не попадались, как Пашка? Давно бы замуж выскочила.

— Может, потому что и ты не выглядишь, как та, которая готова начать с нуля? Ты же красотка, Кир. Вот мужики тебя и боятся не потянуть. А этот просто не из пугливых и, как ты говоришь, целеустремленный.

Довольно улыбнувшись, Кира утыкается носом в букет.

— Блин, я прихорошиться так не успею. Слушай, Вит, а доделаешь за меня, тут совсем немного? А я с Максиком посижу, когда тебе будет нужно!

— Что ж, признаться, хороший бартер, я согласна!

Хочется вытащить мужа куда-нибудь в кино.

— Ура! Витка, я тебя обожаю!

Вот поэтому я и задерживаюсь на работе. Прошу мужа забрать Максима из сада и остаюсь доделать бронь на гостиницу. Справляюсь быстро, опыт все равно помогает, хоть и практики давно не было. Эх, вот бы эксклюзивное направление сделать, тогда и клиентов было бы больше, и чем удивить постоянных клиентов. Надо бы как-нибудь предложить боссу.

О, а вот и он. Требует, чтобы я закруглялась.

— Домой, Царева, — повторяет, а я замираю.

Стоп. Как он меня назвал? Я этой фамилией уже четыре года не пользуюсь и не указываю нигде, откуда?

Это уже не совпадение, он не мог принять меня за кого-то другого. Он четко и ясно произнес мою девичью фамилию. На меня снова накатывает тревожность и, как там Зайцева говорит, навязчивое ощущение потери?

— Откуда вы знаете мою фамилию? — испуганно сглатываю густую слюну.

— Тебе не кажется, что это уже слишком? — раздражается он. — Ты переигрываешь.

— Захар Романович, я серьезно. Мы с вами были знакомы, да? И ваш голос мне знаком.

— Вит, это шутка? — недовольно хмурится.

— Знаете, мне не до шуток. Вы меня пугаете!

Нет, нет. Только не это! Чувствую, как начинаю задыхаться. Это похоже на приступ астмы, но это психологическое, что-то сродни панической атаке. У меня такое бывало и раньше, но давно уже прошло. А сейчас… а сейчас я снова не могу дышать.

— Вита, черт, — бросается ко мне Трофимов.

В сторону летит стул и коробка с архивными документами, которые преграждают ему путь. Захар Романович за пару секунд оказывается рядом. Вклинившись между моих коленей, обхватывает мое лицо ладонями и заставляет поднять голову. А я чувствую его запах, ощущаю его тепло. Все чувства обостряются, но мне не страшно, словно он знает, что делает. Или это действительно происходит не впервые? Я словно в тумане. Снова. И его голос он снова здесь, только уже не во сне, а наяву.

— Иди сюда, не бойся, все будет хорошо. Ты же веришь мне?

— Да, — в панике киваю. Мне и страшно, и кажется, что это вот-вот закончится. Словно это уже происходило со мной.

— Спокойно, это всегда помогало, — успокаивает. Гладит по волосам, так заботливо, так нежно… — Дыши, витаминка, дыши! Голову не опускай.

И вдруг касается моих губ своими!

Глава 8

(Вита)

— Что вы делаете? — в шоке отталкиваю от себя Трофимова.

Но он отступает назад, вскинув ладони вверх.

— Спокойно, без истерик, просто помог.

И я только сейчас понимаю, что действительно помог. Я хоть взволнованно и испуганно, но свободно дышу! Хотя обычно приступ так быстро не проходил.

— Кто вы такой?

— То есть ты действительно не помнишь? — настороженно и внимательно смотрит на меня. Больше не приближается. — Ладно. Тогда давай просто поговорим, хорошо? Мне в страховую нужно, поговорим по дороге?