- -
- 100%
- +
НЕОЖИДАННАЯ ВСТРЕЧА
Танцпол напоминал чёрную дыру, засасывающую в себя всех мимо проходящих. Тонкие яркие лучи светомузыки выхватывали лица, руки, силуэты. Затеряться в такой кутерьме было легче простого.
Но не мне.
– Верка! Паскудница мелкая… Втащила меня в эту передрягу и сбежала.
Моя подруга, мило прощебетав со мной больше получаса, направилась чистить пёрышки, а заодно и принести нам по бокалу шампанского. И исчезла.
– Вера… Голову тебе откручу! Я же как бельмо на глазу на этом танцполе, – поджав губы хмуро оглядывалась. Ощущение горячей ладони на моём плече взвинтило меня до предела. Подпрыгнув на месте, обернулась и стала вглядываться в безликую толпу, пестрящую разномастными масками. – Кто…
Никого.
Но я чувствовала, что кто-то упорно меня разглядывает, буквально ощущала кожей прожигающий взгляд. Как он скользит по моему лицу, опускается, прощупывает тонкое платье на бретельках, оценивает нужные изгибы тела.
– Какого чёрта… – перепугавшись, попятилась назад. Теперь каждый казался мне незримым преследователем. – Да пошла ты, Вера. Не буду я тебя здесь ждать.
Пытаясь выйти с танцпола, я будто навесила на себя мишень: любопытных взглядов становилось всё больше.
Я оступилась возле какой-то колонны и прижалась к ней, чтобы поправить ремешок туфельки.
– Точно что чёрт меня дёрнул сунуться в это место. Острых ощущений захотелось. Как же! Бог троицу любит. В первые два раза не свезло, так может в третий получится. Дур… – бормоча себе под нос, изумлённо застыла. Знакомый жгучий взгляд будто проткнул меня насквозь. Только в этот раз я точно знала, где стоит мой преследователь.
Он так же как и я не участвовал в танцевальной лихорадке. Его фигура резко выделялась среди двигающихся людей. Мужчина внимательно смотрел на меня, не отводя глаз. Маска Баута хорошо скрывала его лицо, делая при этом незнакомца пугающе дерзким.
Моё сердце на мгновение замерло. Судорожно вздохнув, я вцепилась руками в холодный металл колонны и замерла, будто кролик перед удавом. Мысли в голове лихорадочно роились, но самой навязчивой была одна: это он!
Необычная вечеринка в необычном клубе, уже третья по счёту, на которую я пришла. В первый же день я столкнулась с этим самым мужчиной в маске, пусть каждый раз он и менял свою личину. Тогда мне не хватило смелости остаться с ним наедине. Каждый раз, пересекаясь с ним взглядами, я исчезала во тьме, будто Золушка, спешащая с бала домой. Но сегодня… Что-то мне подсказывало, что уйти не удастся.
Скользнув руками по колонне, я сделала шаг влево. Загнанно дыша, отступала назад. Игра в кошки-мышки неожиданно стала меня увлекать. Смогу ли я сегодня уйти от тайного преследователя?
Идя спиной вперёд, я не сводила глаз с мужчины, нервно покусывая нижнюю губу. Шарила руками, натыкаясь на столы, стулья, затем и вовсе вышла к барной стойке. Мимо неё я уже буквально бежала, потому что мужчина резво покинул танцпол и теперь быстрым шагом приближался ко мне.
Заскочив за какую-то тяжёлую портьеру, я думала, что выйду к лестнице, но ошиблась. Это была кабинка. Стол, три стула, массивные светильники, дарящие мягкий жёлтый свет. Я отступала назад, пока не уткнулась спиной во что-то твёрдое, замерев, слышала лишь басы танцпола и бешеный стук своего сердца.
Темно-вишнёвая портьера заколыхалась, когда мимо неё кто-то прошёл. Я даже дыхание затаила, надеясь, что и в этот раз ускользну незамеченной.
Вот шаги стихли, портьера замерла, а я смогла дышать спокойно и размеренно. Выждав едва ли не минуту, решилась выйти из кабинки.
Всё произошло неожиданно. Внутрь будто вихрь ворвался. Меня закрутило, качнуло и мир едва ли не перевернулся. Мужчина прижал меня к стене, упираясь в неё руками. Я оказалась в ловушке. Попыталась вырваться, но незнакомец покачал головой. Всё верно. По условиям странного соглашения, которое я подписала, уйти я не могла. Мы все должны были найти себе пару, а найдя её, не могли уйти в одиночку.
– Ты слишком долго от меня бегаешь… – хриплый завораживающий голос, искажённый маской. – Но сегодня я тебя никуда не отпущу.
Приятная близость мужчины неожиданно меня завела. Этот настырный незнакомец всё-таки добился своего.
Облизав губы, подняла взгляд: некто в белой маске Баута был гораздо выше меня, имел тёмные волосы и ярко-голубые глаза.
Руки вспотели и неожиданно сильно покраснела, когда мужчина склонился ко мне, и я услышала тяжёлое, немного возбуждённое дыхание.
– Кто вы?
Мой вопрос остался без ответа. Только теперь мужчина потянул вниз лиф платья и довольно грубо коснулся моей груди. Испуганно застонав, прикусила губу.
Зря я Веру послушалась и надела это платье! Это какая-то шелковая ночная рубашка, если не пеньюар. Высокие каблуки и вовсе делали меня безоружной. Лицо горело огнём, горло будто льдом сковало. Шумно выдохнув, я посмотрела мужчине в глаза. Я будто в ледяную бездну смотрела, от этого ноги совсем подкосились.
Горячая мужская рука не дала мне сползти по стене. Мужчина нахально перехватил меня за плечо, позволяя себе отлепить меня от спасительной тверди и прижать к себе. Я вцепилась в лацканы пиджака, продолжая играть в гляделки. Теперь обжигающе горячая ладонь скользнула по моим обнажённым лопаткам, опускаясь ниже. Будто перебирая струны, незнакомец чувственной дробью изучал мою спину пальцами, прошибая каждым касанием как током.
– Кто я? Это так важно? Моя Коломбина, разве ты не ради смеха надела маску? Здесь мы все никто… – мужской голос пробирал до дрожи своими вибрирующими нотками.
– А вы, стало быть, тот самый Казанова? Герой-любовник?
Незнакомец замер. Готова была поклясться, что услышала смешок. Ну да, я немного почитала про маски.
– Именно… Тебе сегодня будет очень хорошо. Этот вечер ты запомнишь надолго.
Ткань платья поползла вверх, если можно было куда ползти. Я было открыла рот, чтобы остановить мужчину, но магия его касаний окончательно одурманила меня.
Перехватив меня сзади за шею, мужчина рывком развернул меня и толкнул в сторону стола. Покачнувшись на каблуках, я сделала два шага назад и легла навзничь на холодную столешницу.
– Разве не этого ты хотела?
Мужчина с рыком перехватил мои руки и прижал их к прохладной поверхности стола прямо над моей головой. Дышать стало резко тяжело, губы пересохли. Я делала жадные вдохи, продолжая смотреть незнакомцу в глаза. От него будто странные удушающие волны исходили, потому что я поплыла…
Очнулась лишь тогда, когда жёсткие пальцы уверенно забрались мне за кружевной край трусиков. Я попыталась взбрыкнуть, но вышло вяло.
Как-то не так я себе представляла развлечения в подобном клубе. Вера обещала мне острые ощущения, адреналиновые качели, а я получила… что-то другое.
Моя маска Коломбина скрывала только верхнюю часть лица, а вот мужчина хранил полное инкогнито. Чтобы поцеловать меня, он убрал руку из-под платья и потянулся к своему затылку, ослабляя завязки.
Оглушающий поцелуй взорвал моё сознание. Я буквально багровела от смущения и удовольствия, наслаждаясь мягкостью и горячностью мужских губ. Они ловили каждый мой вздох, каждый стон. Зажмурившись, просто наслаждалась этим моментом. А когда открыла глаза, то тут же застыла от ужаса.
Быть этого не может! Нет! Это… это невозможно!
Улучив момент, ужом выскользнула из объятий, едва не грохнувшись на пол. Убегать на каблуках было сложно, но возможно. Пошатываясь, с трудом увернулась от мужчины и выбежала из кабинки.
Я нарушила договор! Теперь всё будет совсем плохо! Особенно, если мужчина знает, кто я. Оставалась одна надежда: маска.
Сзади послышался шум. Мужчина кинулся за мной, но запутался в портьере и с ругательствами оборвал её.
– Леся! Леся, стой!
Сердце рухнуло в пятки. Самые страшные предположения оправдались.
Что могло быть хуже, чем встреча с собственным преподавателем в клубе с нестандартными утехами? Понимать, что этот самый преподаватель намеренно за мной охотился, зная, кто скрывается за маской?
Завтра будет весёлый день в университете.
Я, нарушенный договор и наш новый преподаватель – Игорь Александрович, который точно захочет получить своё.
ИГОРЬ АЛЕКСАНДРОВИЧ
Месяцем ранее
Иногда я чувствовала себя мартышкой, играющей с гранатой. Наверное, это мой стиль жизни: ругаться отцом каждый раз, когда встречаемся. Сегодняшний вызов на ковёр не был исключением.
Все на нашем курсе мечтали оказаться на моём месте: как же, дочка декана! Никаких проблем. Никаких проблем, если живёшь по указке отца-тирана. Шаг влево, шаг вправо – расстрел. И я в очередной раз встала на дыбы и отказалась ехать на какую-то очень важную молодёжную конференцию и защищать честь университета.
Отец, хмуро разглядывая меня поверх своих очков-половинок, демонстративно кинул на рабочий стол очередной выпуск наших Фрейдовских чтений и расстегнул темно-серый пиджак. Ослабил галстук, выдохнул и принялся читать нотации:
– Ты должна была поехать… Я специально оставил тебе место! – грохнул кулаком по столу. – Почему ты даже не позвонила?
– Почему? – вспыхнула и поправила тяжёлую сумку на плече. Задохнувшись от возмущения, развела руками. – Ты ещё спрашиваешь?! Потому что моё мнение не учитываешь! Боже!
– Какое у тебя может быть мнение, если ты ещё ничего не знаешь?
– Так может дашь мне возможность самой опыта набраться?
– Господи, Олеся, я делаю для тебя всё…
Ну вот, началась привычная песня. Конечно, я – неблагодарная дочь, не стараюсь и прочее бла-бла-бла.
– Ты делаешь это для себя, а не для меня! – сцепив зубы, зло процедила. – Я тебе уже сказала, что в аспирантуру не пойду! Я не хочу преподавать! Я хочу практиковать, а не заниматься теорией!
Наш разгорающийся спор прервала трель сигнала: начало первой лекции, на которую я, конечно же, благополучно опоздала. Спасибо тебе, папа!
Дослушивать нравоучения не стала, просто вышла из кабинета, едва не сбив вешалку и фикус в тяжёлом глиняном горшке. Секретарь проводила меня изумлённым взглядом.
– Олеся, я не закончил! – отец разъяренно дышал, стоя в дверном проёме. – Мы не договорили!
– Лекция началась. Или ты мне справку дашь? Нет? – ехидно ухмыльнулась. – Тогда я пошла.
Так хлопнула дверью, что стёкла задрожали. Они едва не вылетели мелкими осколками, а позади раздался гневный окрик отца. Теперь я точно довела родителя до белого каления.
Посмотрела на часы: на пару я уже конкретно опаздывала. Почти на десять минут. А сегодня основы клиники с этой старой грымзой Маргаритой, которая драла с меня сто шкур только лишь потому, что мой отец – декан факультета, да ещё и учебник по одной из наших учебных дисциплин написал.
По коридору я неслась со скоростью пули, на ходу доставая конспекты и отключая телефон. В аудиторию заскочила с видом зайца, убегающего от погони. Тяжело дыша и отбрасывая с лица выбившиеся прядки светлых волос, удивлённо таращилась на место преподавателя.
Старой грымзы не было, вместо неё оказался высокий молодой мужчина. Он, сняв пиджак, вальяжно расселся на столе и теперь знатно веселил весь наш поток своим рассказом. Моё появление вызвало взрыв хохота у студентов и внимательный взгляд преподавателя. Меня будто к стене пригвоздили. Замявшись, я было двинулась в сторону парт, но преподаватель меня остановил:
– И куда вы собрались, мадам? – в его голосе было море ехидства.
– На своё место, – резонно возразила.
– Ваше место в коридоре.
Тихий ропот пронёсся по аудитории. От такого заявления я даже опешила. Непонимающе посмотрела на наглеца, заливаясь краской.
Мужчина слёз с парты, скрестил руки на груди и медленным шагом приближался ко мне. А я, почему-то, от такого внимания съёживалась и мечтала слиться со стеной.
Когда новый преподаватель подошёл ко мне почти вплотную, я только и смогла, что поджать губы и недовольно хмыкнуть.
Я уже успела оценить мужчину. Высокий, подтянутый, как бы сказали девчонки, со «смазливой мордашкой». Не так чтобы смазливый, но внешность приятная. Тёмные волосы, которые отливали синевой. Вид портили глаза. Холодные, колючие и очень неприятные. Буравя меня взглядом, мужчина будто забирался мне в голову.
– Манеры у вас, мадам…
– Мадемуазель тогда уж, – вставила ремарку. – Я не мадам.
– Ещё лучше! Для юной леди у вас очень скверные манеры, – мужчина цокнул языком, а я вздрогнула как от выстрела. – Ни здравствуйте, ни до свидания. Даже не извинились. И как же ваша фамилия, мадемуазель? – преподаватель чуть склонился ко мне и я услышала терпкий запах мужского парфюма, отдающий нагретым деревом.
– Самойлова, – проглотила ком и спокойно ответила, выпрямляясь вдоль стенки.
Я никогда не пользовалась отцовской фамилией и нашим родством, но сегодня был тот самый случай, когда не грех.
– Отлично, мадемуазель Самойлова. Эту лекцию вы будете слушать из коридора. А вот после неё мы с вами поговорим о вашей отработке. Свободны! – мужчина сделал шаг и открыл дверь. – Впредь попрошу не опаздывать, – эта фраза уже относилась ко всем.
Я нехотя вышла в коридор. Хотела было объясниться, но преподаватель, мило улыбнувшись, захлопнул дверь прямо перед моим носом. От сквозняка мои волосы разлетелись и теперь лезли в рот и в глаза. Фыркая и плюясь, я тяжко выдохнула и мрачно обвела взглядом большое светлое окно.
Остаток лекции я провела в коридоре, сидя на подоконнике и дожидаясь перерыва. При этом обдумывала, что и как скажу преподавателю, какие аргументы подберу. Жаловаться отцу я и не собиралась.
Когда мои одногруппники стали выходить на первую пятиминутку, я, протолкнувшись через толпу, зашла в аудиторию. Кто-то успел шуточку отпустить, кто-то одобряюще похлопать по плечу, а подруга Вера покачала головой и буркнула: «Ну ты, Леська, даёшь!».
Поправив сумку, твёрдым шагом подошла к преподавательскому столу. Кашлянула, привлекая внимание мужчины, и открыла рот, чтобы выдать заготовленную речь, но, наткнувшись на пронзительный взгляд глаз-ледышек, запнулась и спросила невпопад:
– Что с Маргаритой Рудольфовной?
– Она сломала шейку бедра и теперь на длительном больничном, – мужчина, вернулся к конспекту лекции. – Теперь основы клинической психологии у вас буду вести я. Меня зовут Игорь Александрович.
– Игорь Александрович, я…
– Вы дочь декана, я это прекрасно знаю, – преподаватель грубо меня перебил, даже не давая мне слова вставить. – И если вы считаете, что это даёт вам право…
– Ничего я не считаю, – спокойно возразила. Теперь меня будто ледяной водой окатили, взгляд был просто… вымораживающим. – Я задержалась у отца, и прошу меня извинить, больше этого не повторится.
Мужчина посмотрел на меня исподлобья, взял лист чистой бумаги и стал на нём что-то писать:
– Вот три темы для рефератов. Выберите любую, работу лучше сдать до конца следующей недели.
– Но…
– Постарайтесь сделать её хорошо, вы же дочь декана, – эти слова прозвучали издёвкой.
Я покраснела и раздражённо схватила листок с темами. Даже не прочитав его, сунула в сумку.
– Теперь я могу присутствовать на лекции, Игорь Александрович?
Мужчина пространно махнул рукой, продолжая что-то сосредоточенно высматривать в конспекте. Покраснев от стыда, я прошла на своё место и села за парту. Раскладываясь, чувствовала, что меня продолжают пристально разглядывать. Похоже, что я стала мишенью, а ещё хотела сдать зачёт по-лёгкому. Подняв глаза, я пересеклась взглядом с Игорем Александровичем и замерла.
Наша дуэль была недолгой и закончилась моей капитуляцией.
– Отработка… Тоже мне, диктатор, – бубня под нос, недовольно рассматривала список тем. – Ничего, не таких обламывали. Мы ещё посмотрим, кто кого.
ПРИГЛАШЕНИЕ
Швырнув сумку на пол, я нервно сняла куртку, чувствуя, что закипаю. Ещё чуть-чуть, и у меня из ушей пар пойдёт.
Этот новый преподаватель, Игорь Александрович, просто невыносим! Выть готова была от него. Дотошный зануда! Не удивлюсь, если у него очень серьёзные проблемы с женщинами. Это просто читалась по его лицу. У-у-у!
Сжимая кулаки, быстрым шагом зашла на кухню. С ходу выпила стакан воды и немного успокоилась.
– Что на этот раз? Папочка в очередной раз учудил?
От хриплого мужского голоса я подпрыгнула на месте и чуть не выронила стакан. Схватившись за холодильник, обернулась и облегчённо выдохнула. Я была так зла, что не заметила своего старшего брата, сидящего за столом и со скучающим видом читающего какой-то учебник. В отличие от меня, Женя выбрал специальность, никак не связанную с психологией. Он уже заканчивал исторический факультет и сейчас интенсивно готовился к государственным экзаменам.
– Если бы… Впрочем, папа тоже даёт жару! – мотнула головой и щедро плеснула воды из графина в свой стакан. – Такое ощущение, что меня в мясорубку засунули. Знаешь, всё, что я говорила про Рудольфовну, – сделала жадный глоток, – это всё ерунда. Забудь! Это вовсе не старая грымза с климактерическим синдромом… Вовсе нет! Милейшая женщина с тонкой душевной организацией.
– Это всё этот новый преподаватель? – Женя нехотя отвлёкся от учебника и поднял свою взъерошенную голову. Стёкла очков задорно блеснули, мой брат смотрел на меня с нескрываемым ехидством. – Я тебя предупреждал, не иди к отцу. Но ты как баран, рогом упёрлась, и всё. Вот теперь расхлёбывай.
– Пф! Я пошла туда, куда хотела, – поправила тапки и плюхнулась на сиденье мягкого уголка. – Этот мужик явно какой-то ненормальный. Причём все его считают душкой и таким весёлым! Мол, такой милый мужчина… Наверное, так маньяки и выглядят. Сначала тебе глазки строят, а потом…
– Опять пластинка про дочку декана? – Женя подпёр подбородок рукой.
– Госпожа Самойлова, – передразнивая манеру Игоря Александровича говорить, начала свою речь, – у вас хорошие задатки. Вы же дочь своего отца! – раздражённо фыркнула и продолжила нормальным голосом. – Так и сказал… И не принял мой реферат в третий раз. Господи, я уже не знаю, что ему нужно! То источники не те, то теорию не с того аспекта рассматриваю, то вообще обвинения в том, что я скачала реферат с интернета. Я уже убить его готова!
Стоило начать говорить о преподавателе, как картинка нашего разговора чётко встала перед моими глазами. Почему-то рядом с мужчиной я ощущала себя маленькой мышкой. А эти глаза… Стоило Игорю Александровичу немного нахмуриться, посмотреть на меня своим пронзительным взглядом ледяных глаз, как на меня нападало странное оцепенение. Я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. А в голове начинала твориться такая каша, что я даже на самый простой вопрос ответить не могла и выглядела полнейшей идиоткой.
– Отцу расскажи.
– Ага, делать мне нечего. Заведу себе смертного врага в лице преподавателя и дам отцу тему для вечного тыканья носом.
– Тогда, делать нечего, терпи, сестра моя, и будет тебе счастье! – Женя улыбнулся и вернулся к чтению, показывая всем видом, что разговор окончен.
Я нахмурилась и легла грудью на стол.
Мне совершенно не нравилось то, что сейчас происходило. До зачёта не больше месяца. Если так пойдёт и дальше, я могу остаться без стипендии. А то и без красного диплома, потому что зачёт с оценкой. В случае с Рудольфовной я была уверена, что четыре балла точно получу. Тут же мне грозил реальный «банан».
Задумавшись, не услышала, как зазвонил телефон. Женя тактично мне об этом напомнил, пнув меня ногой под столом. Зашипев от боли, потёрла ушибленное место и пошла отвечать на настойчивый звонок.
На другом конце телефона висела Вера. Она просто захлёбывалась от радости. Новости у неё были самые расчудесные. Мою подругу просто распирало от гордости и самодовольства.
– Леся! Пакуй чемоданы! Я выбила тебе приглашение, слышишь?
Вера так громко кричала в трубку, что я испугалась, что наш разговор может услышать Женя. Ретировавшись в свою комнату, закрыла дверь и зашикала:
– Ты чего так кричишь?
– Ты не представляешь, как это было сложно! Спасибо моему Мурзику, помог. Ты же хотела с такими личностями пообщаться, так давай. Дерзай!
Меня давно интересовала тема гендера. Сейчас появлялось много научных теорий и движений, связанных именно с этим. Но норму нельзя изучать отдельно от патологий. И мои интересы были… немного чудными. Вера же знала место, где этой «чудности» полным-полно.
– И когда?
– Завтра, в субботу. Только тебе понадобятся деньги. Приглашение приглашением, но нужно внести залог. Это своего рода подстраховка.
– Сколько?
Вера озвучила сумму, а я только и смогла, что присвистнуть. Где же мне взять столько денег? Это… Жуть.
– Вера… Ты… Ты не смогла бы мне занять, я верну!
– Леся, я же не Рокфеллер. За меня Мурзик платил.
– Когда ты так Максима называешь, я его представляю рыжим котом, который гадит в тапки… – передёрнулась. – Я… Я не знаю, где мне взять столько денег.
– Послушай, тебе залог нужен только для входа. Потом можно его забрать. Тебе эти деньги нужны буквально на день. Что, неужели никого нет, кто бы мог помочь?
– Конечно, у меня родственники сплошь миллионеры… – усмехнулась и поморщилась. – Ладно, что-нибудь придумаю.
Завтра… А сумма просто запредельная. Но цель была слишком заманчивой. Если рассматривать Веру и Максима мне этика не позволяла, то на других поглядывать никто не запрещал. Может, даже удастся поговорить, а это такой материал! Для той же курсовой, которая потом плавно перетечёт в диплом.
Отец откладывал на машину. Человек он старой закалки и деньги всегда любил в бумажном виде, а не электронном.
Мне действительно так это нужно, что я готова пойти на воровство. И ради чего? Ради клуба для повёрнутых на разных сексуальных утехах. Да, падать ниже некуда…
Почему-то образ клуба я представить себе никак не могла. Зажмурилась, чтобы хотя бы попытаться. Но стоило только закрыть глаза, как тут же почувствовала на себе ледяной взгляд Игоря Александровича. Встрепенувшись, осмотрелась.
Похоже, я начинаю сходить с ума, если мне везде только он и мерещится.
СТРАННЫЙ ПОМОЩНИК
– Вера? – облегчённо выдохнув, чуть не задушила подругу в объятиях. – Тут какой-то извращенец ко мне приставал…
– Пс! Леся, ты в клубе для извращенцев. Чего ты ждала? – она сняла маску и теперь ехидно мне улыбалась. – Что сделал этот злодей…
– Ничего особенного, – смущённо зардевшись, сердито отвернулась. – У тебя тут есть знакомые? Хочу поговорить с кем-то адекватным.
– А как же выборка? Чистота эксперимента? – Вера будто издевалась надо мной. – Или это уже неважно.
– Я… я передумала.
– Ладно, пойдём за наш столик. Так и знала, что тебя нельзя одну оставлять: вляпаешься во что-нибудь обязательно.
Выходила я с опаской, держась за руку Веры. Та повела меня в обход танцпола. Всё ещё краснея, то и дело склонялась к подруге и торопливо спрашивала:
– Ты их хорошо знаешь?
– Леся, выдохни, прошу. Ты должна расслабляться, а не зажиматься и заползать в раковину. Подходи к этому проще.
– Я бы и подходила, только я сюда пришла не за случайным секс-знакомством.
– Это тебе не помешало бы, кстати. Как только ты со своим Лёшей рассталась, то стала какой-то нервной. Знаешь, воздержание плохо сказывается на организме.
– Что же теперь, на первого встречного вешаться? – я всё краснела и краснела. Думала, что уже больше некуда, а нет.
– Он красивый был? Этот твой злодей?
– Меня его красота мало заботила, – выдавив эти слова, про себя вынужденно признала, что да, мужчина был неплох. Лица я не видела, но мне показалось, что он явно не урод. У подобных типов внешность обычно завлекательная. Те, у кого проблемы с лицом, действуют иначе. – Он в маске был.
– Тут все в масках, но её можно и снять. Если хочешь… Мало ли тебе кто-то приглянется.
– Вера, мне кажется, что ты меня сюда не ради моего эксперимента привела, а решила просто посводничать…
Мы подошли к столику, за которым сидело три пары. Только Максим скучал и ждал Веру. Я оказалась девятой. Притулилась с краю и постаралась быть более раскованной. Разговор зашёл о чём-то абстрактном, какие-то правила и необходимость их в играх. Слушала я вполуха, потому что не понимала ничего из сказанного. Потягивая домашний лимонад, то и дело беспокойно поглядывала на танцпол, на снующих людей, боясь, что снова встречусь с этим типом. Что-то мне подсказывало, что очень уж я ему понравилась.
– Олеся?
Сюрпнув лимонадом, я чуть не подавилась им и обернулась на голос. Вера активно меня расхваливала и теперь я стала центром общего внимания и главной темой для разговоров.
– Мы учимся вместе с ней. Леся просто решила… поэкспериментировать. Она никогда в таких местах не была.