Мой Допинг

ГЛАВА ПЕРВАЯ

НОЯБРЬ 2017

Машина мягко и плавно ехала по ночным улицам города. Я по-королевски вальяжно развалилась, заняв всё заднее сиденье. Коньяк определённо был лишним, в голове немного шумело.

Сергей молча вёл автомобиль, внимательно наблюдая за дорогой. Яркие всполохи фонарей подсвечивали его излишне строгий профиль.

Я никогда не смогу забыть этот вечер. Есть такие моменты, которые выворачивают тебя наизнанку, заставляя всеми донельзя обнажёнными нервами болезненно воспринимать настоящее. Вот и я, сплошной комок нервов. Кажется, что каждое прикосновение приносит дискомфорт. В кармане лежит клочок бумаги, открывающий для меня совершенно другой мир.

Закрыв глаза, проматывала перед собой весь вечер.

Это хрупкое тело с белоснежной кожей, испещрённой алыми следами. Что скрывалось на самом деле за этой сценой? Почему она согласилась на это? Какие проблемы, какая боль? Что примирило её с тёмным миром непонятных мне наслаждений?

Я себя сейчас чувствовала адвокатом дьявола. Оправдывала Тему в своём лице перед самой собой и целым миром.

Уж не специально ли это Ирка подстроила?

Выдохнув, отбросила прочь все мрачные мысли. Слишком уж близко я восприняла всё. Сейчас нужно отдохнуть. А мыслить и вникать буду на свежую, трезвую голову.

Машина резко повернула, взвизгнув шинами. Нехотя открыла глаза.

Сергей повернулся ко мне, на этот раз его глаза показались мне очень тёплыми.

– Тебе плохо?

– Душевно и немного физически. Кажется, я выпила лишнего.

– Скорее недостаточно.

– Хм… Можно проверить. Правда, у меня только остатки Иркиного рома… – сощурившись, смотрела на мужчину.

– Тебе нужна компания?

Нужна ли мне компания? Тяжёлый вопрос. Я привыкла пить одна и совершенно не смущалась этого. Мой график работы редко совпадал с графиком друзей. Было бы странно звать в четыре утра пропустить по бокальчику Каберне. Или чего покрепче.

– Ты же за рулём. Или ты так, мимокрокодил. Только нюхать будешь? – слабо улыбнувшись, закрыла руками лицо.

Нет, к такому я не готова: недостаточно выпила. А вот когда дойду до кондиции… Бр-р-р!

Вздрогнув, продолжила лежать на сидении, хотя машина давным-давно остановилась возле моего дома.

– От тебя зависит.

Не то хмыкнув, не то хрюкнув, потёрла пальцами глаза.

Замечательно.

– Вечер уже закончился. Ты больше не мой сопровождающий, так что… У меня есть только ром и больше дюжины вопросов к тебе. Тебе это надо? – отвела один палец в сторону и украдкой смотрела на Сергея: что он будет делать.

Мужчина посмотрел на приборную панель, на часы. Я проследила за его взглядом. Ярко-синие цифры говорили мне, что сейчас ещё детское время. В половину третьего ночи я только начинала жить.

– Пока я не довёз тебя до дома и не проводил до квартиры, вечер не окончен.

Какой тонкий намёк! Ему нравится это игра. Ладно, продолжим эти кошки-мышки.

Лениво встала и потянулась, сбрасывая с себя его куртку. Одёрнув чересчур большую для меня рубашку, вцепилась пальцами в мягкую обивку сидения.

Я вымокла как мышь, было бы неразумно отказываться от помощи. Как назло, у Сергея была только ношеная рубашка, от которой ощутимо разило табаком и уже ставшим таким привычным ментолом. Но это лучше, чем сидеть во всём мокром.

Облизав губы, посмотрела на мужчину. Тот не сводил с меня глаз, смотря в зеркало заднего вида, ожидая моего ответа. Я лишь задорно улыбнулась и спросила, как бы между прочим:

– То есть, если, чисто теоретически, это не моя квартира, ты останешься?

Улыбнулась ещё шире, когда Сергей, вытащив ключи из замка-зажигания и, сжав что-то в кулаке, обернулся ко мне.

– Тогда я останусь с тобой ещё на сутки. Не могу же я бросить тебя чёрт знает где. Сейчас такое опасное время. Ты же понимаешь о чём я?

Не выдержав, склонилась ближе к нему, опершись руками на водительское и соседнее пассажирское сидение.

– Да? А ты не опасен? После твоего рассказа, я поняла, что ты серьёзный малый, способный на многое. Мне не опасно оставаться рядом с тобой?

Сергей придвинулся совсем близко, настолько, что наши лица почти соприкоснулись. Он заботливо убрал за ухо самую длинную прядь моих волос, едва задев щеку. Аккуратно надел на меня мои же очки, про которые я совсем забыла.

Покраснев, смотрела ему в глаза, не в силах отвести взгляд.

– Ты что, соблазняешь меня? – только и смогла просипеть.

– Что? Я? – Сергей сделал удивлённое лицо. – Даже и не думал. Ты же говорила про ром и вопросы. Пойдём, у нас с тобой осталось ровно двадцать один час.

Щёлкнув меня по носу, застегнул три верхних пуговицы на рубашке. Я опустила взгляд и покраснела ещё сильнее.

– К тому же мне будет нужна моя рубашка. Если что, она рабочая.

– Что ж, – с ехидной усмешкой вцепилась в его руку, – я могу сделать это прямо сейчас.

– Теперь ты соблазняешь меня?

– Что ты! Вовсе нет. Я говорила только про ром и вопросы.

Схватив свою куртку и рюкзак, вышла из машины. Всё так же улыбаясь, подбежала к подъезду. Пикнув домофоном, открыла дверь и обернулась: Сергей уже поставил авто на сигнализацию и, сжимая свою куртку в руках, торопливо шёл ко мне.

Сначала ром и вопросы. А потом всё остальное…

Хмыкнув, забежала в тёплый подъезд.

Двадцать один час – это чертовски мало.

***

В квартире царил настоящий бедлам. Днём я перерыла здесь всё, ища очки. Теперь же сконфуженно краснела, отводя взгляд: мне было стыдно впускать Сергея. Что он скажет на это?

Но мужчине явно было плевать на всё. Он кинул куртку на вешалку и склонился, чтобы расшнуровать тяжёлые сапоги.

Затаив дыхание, просочилась мимо него в спальню. Одним движением сдёрнула одеяло, накрыв им кровать. Бросив рюкзак в угол, взъерошила ещё влажные волосы и протёрла запотевшие очки. Сырые джинсы липли к ногам, снять их оказалось настоящей проблемой. Они словно превратились во вторую кожу. Пытаясь подцепить пальцами край, едва не сложилась в три погибели. Ноги мгновенно покрылись мурашками, когда влажная ткань поддалась и сползла вниз.

Помогая себе пальцем, уже избавилась от левой штанины, как вдруг заметила что-то странное. Между своих ног видела мужские. Они маячили в районе двери и идти никуда не собирались.

Жгучий румянец залил щёки.

И давно он наблюдает за мной?

Сделав вид, что ничего такого не произошло, окончательно расправилась с джинсами, скомкав их, отправила в угол к рюкзаку.

Разогнувшись, блаженно потянулась вверх. Край рубашки неумолимо задрался до крайне неприличного предела.

Природная стеснительность рванула в кусты, когда на изготовку выкатил коньяк с воспоминаниями о том, что было в клубе. Сергею же не нравится подобное. Он же этот, как его там… Тематик! Точно. Голые ляжки его точно не возбудят. Ему скорее просто интересно, как и мне, к чему приведёт этот вечер. Даже слепому видно, насколько мы разные, и в то же время – противоположности притягиваются.

Кажется, всё дело в азарте.

Коньяк напомнил о себе гадким послевкусием и нудной болью в висках. Нужно как-то расслабиться… Что я там про ром говорила?

Расстегнув верхние пуговицы, одёрнула вниз рукава и закатала их до самого локтя. Повернувшись на носочках, резко наткнулась на ледяной взгляд. У него точно не глаза, а два куска льда. Хоть бери нож и откалывай себе куски для стакана с ромом.

– Ты прости, что здесь такой бардак. Днём я не знала, что у меня будут гости, – подошла к Сергею, заведя руки за спину. Смотреть на него было немного страшно. Но азарт и бурлящая от всего произошедшего кровь толкали на самые безрассудные вещи. Я склонилась к нему и жарко прошептала, вдыхая пряную смесь запахов табака и ментола. – Ты ром будешь?

– Раз я здесь стою, то буду, – мужчина скрестил руки на груди и склонился в ответ. От его жаркого дыхания мурашки по коже пошли.

– Тогда пойдём на кухню или будем пить стоя, как боевые лошади?

– Да хоть лёжа… – Сергей склонился ещё ближе, я не выдержала и подняла голову, едва не столкнувшись с ним лбами. – Позиция значения не имеет.

Ох-хо-хо… Скулы будто онемели от жара. Едва держалась, чтобы не потереть их и снять это противное чувство.

На кухне было относительно чисто. Я махнула рукой в сторону стула, стоявшего возле окна, приглашая своего гостя присаживаться. Сама же взяла табуретку и полезла в верхний шкаф, за стаканами и ромом. Гремя посудой, потянула на себя объёмную бутылку.

– Давай помогу.

От этой фразы пошатнулась, судорожно вцепившись в дверцу шкафа, чтобы не упасть. Горячая ладонь легла на живот, удерживая меня на табуретке.

Сердце сделало сальто-мортале и едва не выбило мне зубы, так скакануло вверх. Поперхнувшись, закашлялась. Другая рука Сергея была слишком близко к моему лицу, но он всего лишь забрал стаканы и замер, ожидая чего-то.

Такая близость просто испепеляла. Мне было страшно и интересно, а ещё немного жутко. Обычных парней я не боялась. С ними было легко и весело, но как-то быстро всё приедалось. Слишком большая заноза у меня в заднице. Но Сергей другой. От него буквально исходили волны сухого, едкого жара. Обдавая мою кожу, они вызывали целый град мурашек. Горло предательски пересыхало, а ноги подкашивались от одной мысли, что он так близко.

Его рука была слишком грубой и жгучей на ощупь, буквально прожигала тонкую ткань рубашки насквозь. Ещё секунда и я почувствую его пальцы на своей коже.

С трудом сглотнув, поймала себя на мысли, что была бы совсем не против, если бы это произошло на самом деле.

Рука Сергея скользнула вниз и удобно устроилась на моём бедре. На этот раз не было рубашки, и я всласть ощутила грубость и жёсткость его ладони. Мурашки были такими болезненными, что аж в зубах засвербело, а хриплый выдох, был похож скорее на возбуждённый стон. Безудержно краснея, скинула его руку со своей ноги и молча слезла.

– Спасибо!

Избегая его взгляда, умело проскользнула мимо мужчины и уверенно поставила бутылку на стол. Опасаясь, что он зайдёт с тыла, трусливо бросилась к холодильнику. Лимон. А ещё лёд. Открыв морозилку, с наслаждением подставила лицо приятной прохладе. Какого же было желание просто выдвинуть ящик и зарыться в его содержимое, чтобы остудиться. Мозги плавились, дойдя до точки кипения. Зная себя, я сейчас начну очень глупо себя вести. А непонятное возбуждение и вовсе сделает из меня ненормальную.

Я достала лёд и с сожалением закрыла дверцу холодильника.

Сергей сидел за столом, разливая ром по пузатым, излишне грубо сделанным стаканам.

Лёд и лимон. Пропустим по бокальчику и хватит. Напиваться не будем.

– Так сойдёт?

– Сойдёт… – внимательный взгляд пронзительно-голубых глаз чуть не вызвал у меня идиотскую улыбку.

– Ты всегда такой? – я примостилась на стул, поджав ноги и натянув на них рубашку.

– Какой такой? – Сергей бросил два кубика льда к себе в стакан и взял дольку лимона.

– Ты как будто из Йотунхейма пришёл.

– Откуда?

– Ну… – потянулась за льдом, жуя кусочек лимона. – Такое царство у скандинавов. Там ледяные великаны жили. Йотуны. Типа йети, только бритые и разговаривать умеют.

– Хм, то есть ты меня интеллектом всё же наградила, – Сергей ядовито ухмыльнулся, смотря на меня исподлобья.

Я поперхнулась. Торопливо бросила три кубика льда в ром и сделала глоток. Затем ещё один. Мне похорошело.

– Так о чём ты хотела поговорить?

Помешивая лимонной корочкой ром в стакане, в упор разглядывала щербатую, изрядно поцарапанную столешницу. В голове метались совсем не те мысли и желания, что были тогда в машине, когда Сергей вёз меня домой.

– Да так… Много всего сегодня было. В голове каша. Вот я и подумала, что ты мне разъяснишь кое-какие моменты.

– Валяй, – Сергей почти опустошил весь стакан. Я поджала губы, понимая, что одним разом мы не ограничимся и приговорим весь литр пряной жидкости. – Мне даже интересно, о чём ты будешь спрашивать.

Я хмыкнула, пожав плечами.

– Ирка давно в клубе работает?

– Ну… с год, наверное, – мужчина очень удивился, а взгляд его стал менее колючим.

– Вот сучка! – грохнув ладонью по столу, окончательно и бесповоротно озадачила Сергея. Он смотрел на меня с каким-то странным выражением лица, больше похожим на дикий восторг. – Зараза мелкая!

– Это что-то меняет?

– Просто у нас с ней пари было. На самую необычную фотографию. И до последнего момента я считала, что победа у меня в кармане, – сделав шумный глоток, поморщилась. – Теперь же эта мелкая пакостница сжульничала!

– Разве? – Сергей заинтересовано придвинулся вперёд.

– Конечно! Мы же показываем друг другу, что наработали. А она жульничает! Я и расслабилась… – уныло провела пальцем по запотевшему стакану. – Теперь точно проиграю.

– Ты забыла, что фотографии из клуба достаются только моему непосредственному начальству.

– Пф! – всплеснула руками и закатила глаза. – Кто ей мешает найти натуру в клубе и организовать встречу где-нибудь в другом месте.

Сергей замолчал, переваривая мою версию. Он вынужденно согласился, что такое вполне может быть.

– Какая у тебя фотография на это пари?

– Ха… Какая бы ни была, победы мне не видать, как собственных ушей, – я допила ром и требовательно подвинула стакан к Сергею, скорчив кислую мину. – Девушка была. Для мужа своего делала съёмку в стиле «ню».

– И что же здесь необычного?

– Муж у неё востоковед и тащится от театра Кабуки. Съёмка вышла очень странной. Настоящее… – я замолчала, подбирая слово.

– …извращение? – Сергей вскинул бровь и передёрнулся.

– Что-то наподобие. Надеюсь, дома он не заставляет её ублажать себя с подобной маской на лице. Это же Кондратий хватить может!

Мы ненадолго замолчали. Настроение у меня резко упало, и я даже обрадовалась, что рома хватит не на один стакан.

– Ты до сих пор работаешь на Егора Аркадьевича? – мой неожиданный вопрос удивил Сергея.

– Официально – да.

– А неофициально?

– Вплотную занимаюсь клубом. Только им.

– Потому что Маша туда ходит?

– Не только… – Сергей помрачнел и подпёр голову рукой. – То, что тогда произошло, плохо на него повлияло. Мы с ним стали слишком разными. Тяжело работать вместе.

– Тебе тоже?

– Нет. Ему. Мне всё равно, я и не такое дерьмо в жизни видел, – Сергей долил себе рома и посмотрел на меня так, будто призрака увидел. Почти одним глотком осушил стакан, даже не поморщившись. – Но если ему в тягость, то такое плохо сказывается на работе. Так что я, вроде как, пошёл на повышение.

– Тебя Егор Аркадьевич привёл в клуб?

– Он, – взгляд стал более плотоядным и заинтересованным. Словно мужчина очнулся от чего-то и теперь увидел во мне нечто удивительное.

– И… что ты любишь? – опустив взгляд в стол, замерла, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло.

– Ну, это на словах не объяснишь, – голос мужчины стал таким медовым, что я почувствовала дрожь в коленках. – Особенно такой, как ты. А показывать – желания нет.

– Ясно… Мозгов не хватит понять?

– Нет, опыта маловато.

Ха, он меня девочкой-ромашкой считает?

Я закусила лимоном и отпила чуток рома. Шум в голове улёгся. Прижимая холодный стакан к щеке, в упор смотрела на мужчину: он это сейчас специально сказал?

– Ты никогда не участвуешь в этих, как его… – я неопределённо махнула рукой. – Ну, ты понял.

– Нет. На работе я не развлекаюсь. Особенно если от моих действий зависит безопасность других людей.

Ответственный!

Я изобразила понимание и кивнула головой. Не думала, что он такой правильный. Хотя, наверное, это и верно. Мне в этом плане повезло: моя работа не может мешать личной жизни.

– И что, совсем никого из клуба… ну… того? – я покраснела ещё сильнее и перевела взгляд на стакан, словно он до смерти меня интересовал.

– Хм, я думал, ты Темой будешь интересоваться, а тебя мои сексуальные подвиги интересуют? – усмешка Сергея чувствительно ударила по моему самолюбию.

– Пф! Я тебя предупреждала, что будут вопросы. И всё… – очередной глоток, и жадно облизала губы. – А ещё ром. Не обманула.

Мне хотелось сказать, что его сексуальные подвиги меня совсем не интересуют, но я слукавила бы. Нет, не в плане того, что мне интересно с кем спал, скорее… Так ли уж он любвеобилен? Много ли сердец разбил? Стоит ли…

Чёрт! Точно не стоит.

Разговор заглох. Я выглядела сейчас как дура, подбивая клинья к нему. Это всё алкоголь, история Маши и клуб. Всё с ног на голову встало.

– Послушай… – осушила второй по счёту стакан и утёрла рот тыльной стороной ладони. – Я ещё в клубе заметила у тебя интересную татуировку. Ты не подумай, это не из-за пари. Просто у меня есть хобби: собираю всякие интересности. В смысле, фотографирую. Так вот, я хотела спросить: ты позволишь сфотографировать твою татуировку? Лица не будет видно. Только тату.

Сергей отодвинул от себя пустой стакан и откинулся на спинку стула. Он что-то обдумывал.

Затем встал и подошёл ко мне. Меня вновь обдало его терпким жаром. Вздрогнув, отвела взгляд.

– Фотографируй, – Сергей стянул футболку и бросил её на стул.

Я, было, заикнулась, что это можно было и не делать – татуировка на руке, но тут поняла, что видела только малую часть. Тату начиналась от банковской зоны, чуть выше запястья, шла вверх по предплечью, переходя на плечи и лопатки. Сложный многогранный рисунок, выполненный в странной технике. Геометрический узор плавно перетекал в какие-то странные, непонятные мне предметы, числа. Я даже была готова поклясться, что видела лицо девушки. Несмотря на такую кашу, всё так хитро переплетено, что создавался удивительный эффект единения.

– Ого… – я только и смогла, что выдохнуть. – Так, сядь сюда.

Толкнула табуретку в центр кухни, поставив её почти под люстрой. Судорожно облизнула губы и откинула выбившиеся пряди волос с лица. Вот это удача!

– Минутку, я за фотоаппаратом.

Никогда в жизни так быстро не бегала. Обернулась за мгновение. Лихорадочно кусая губы, подняла очки на лоб, прижимаясь к видоискателю.

Чёрт! Это великолепно!

Непрерывно щёлкала, постепенно переходя со спины к лицу. Оторвавшись от фотоаппарата, повесила его на шею и восхищённо посмотрела на Сергея:

– Можно? – аккуратно взялась за его руку. Сердце ёкнуло, а в ногах появилась предательская слабость.

– Можно.

Ведя пальцем вверх по его коже, разглядывала мельчайшие детали. Сколько лет он делал эту татуировку? Сколько сил ушло на её создание?

Поразительно…

Когда я дошла до плеча и шеи, то осторожно подняла взгляд и наткнулась на довольную усмешку.

Мда, товарищ нарциссизма не лишён. Хотя в этом случае – всё оправдано.

Я хотела было открыть рот, чтобы сказать что-то едкое и саркастическое, как тут случилось то, чего совсем не ожидала.

Наверное, это следовало назвать поцелуем. Но это явно им не было.

Просто накрыл мой рот своими губами. Поперхнувшись, запаниковала, но мужчина схватил меня рукой сзади за шею и прижал к себе. Уперевшись руками в его грудь, шалела от тех жадных и чувственных касаний. Он словно поедал мои губы, с каждой секундой всё сильнее подавляя любое сопротивление.

Сергей прервался всего лишь на секунду, чтобы снять с моей шеи фотоаппарат. Грохнув им об стол, встал и утянул меня за собой.

Любая моя попытка выбить небольшую передышку жёстко пресекалась. Его губы переключились на мою шею, отчего в голове совсем помутилось.

Он как зверь вгрызался в меня, даря то ласку, то страшные, мучительные ощущения чего-то дикого и безудержного: ощущение его зубов на моей коже. То нежное, то грубое. А частое, возбуждённое дыхание доводило меня до экстаза. Было в этом всем что-то манящее.

Я сама льнула к нему.

Это как попробовать экзотический фрукт. Он может выглядеть и пахнуть ужасно, а на вкус… Вот и я изучала такую манящую и непонятную для меня страсть. Словно сегодня последняя ночь и завтра никогда не наступит.

Всё так же держа меня рукой за шею, молча тянул за собой. Я шла за ним на цыпочках, закрыв глаза, отдаваясь странным и приятным ощущениям. Когда он впивался в меня своими пальцами, сердце просто замирало.

Так странно…

Свободной рукой он вцепился в рубашку. Рывками срывал одну пуговицу за другой, едва задевая пальцами мою кожу. Ткань жалобно трещала, с каждым таким рывком оголяя меня.

Пытка поцелуем продолжилась. А он и не думал останавливаться. Задыхаясь, упёрлась руками ему в грудь, но хватка не слабла. Прошёлся ладонью от самого низа живота к шее, будто проверял, настоящая я или нет. Неожиданно для себя разомлела. Он сделал это нежно и ненавязчиво, успокаивая меня.

Поэтому, когда мир резко перевернулся, и я очутилась на кровати, страшно не было. Скорее, интересно.

Ненадолго оставив меня в покое, раздражённо снял с меня рубашку. Горячая ладонь легла на грудь, вдавив меня с силой в кровать. Я резко выдохнула и непонятно как оказалась на боку. Мужчина остался позади.

Обернувшись, увидела, как он неторопливо расстёгивает ремень. Вспыхнув с новой силой, подняла взгляд. В полумраке было плохо видно его лицо.

Алкоголь сделал меня безрассудной.

Осилю ли я то, что он мне даст? Каждый шаг, как прогулка по тёмной территории. Облизнувшись, почувствовала вновь вкус его губ. Желание загорелось с новой силой, заставляя дрожать от возбуждения.

Вместо того, чтобы взять меня силой, одним порывом, смять и обезоружить, он медлил. Тишина давила на уши. Отлетевшие в сторону очки лишили возможности толком рассмотреть что-либо.

Я видела лишь смутные очертания, и от этого дышать становилось лишь тяжелее.

Он специально не торопится? Приподнявшись на локтях, хрипло и шумно вдыхала воздух, пытаясь справиться с собой. Выходило плохо, я дрожала как осиновый лист, едва не клацая зубами.

Когда чуть тёплые мужские пальцы дотронулись моей щеки, инстинктивно прижалась к грубой и горячей мужской ладони. Почему это терпкое и такое сладкое касание вызывает во мне желание? Разве раньше меня не трогали?

Нет, трогали.

Но не так.

Сложно сказать, что было по-другому. Но подвох точно был. Мне так хотелось большего…

Чувствуя его пальцы на своих губах, не смогла сдержать стона. Злость возникла из ниоткуда, кипя и бурля, подпитывала огонь возбуждения.

Чего добивается это самовлюблённый самец? Что я брошусь ему на шею?

Кровать тихо скрипнула, когда Сергей оперся рукой о край матраса, опасно приближаясь ко мне. Я приподнялась ещё выше, с вызовом смотря ему в лицо.

Знакомое касание к шее, перехватил ее сзади. На этот раз излишне грубо и жёстко. Оказывается, так легко контролировать человека одним движением. Крепко сжимая ладонь, сильнее привлекал меня к себе.

Я вцепилась в простыню, утягивая ее за собой. Хотя сейчас он и бы и горы свернул. Просто чувствовала, как напрягаются его мышцы. И это заводило ещё больше. Подхватив меня второй рукой за бедро, рывком прижал к себе.

Вот тут я запаниковала. Даже в моей пьяной башке хватило остатков сознания, чтобы понять: он слишком велик для меня.

Но было поздно.

Одно плавное, горячее движение, и стон, сорвавшийся с губ, оглушил нас обоих. Страстный укус в шею, и я впилась ногтями в его плечи, боясь, что буду раздавлена им. Каждый толчок вырывал из меня сдавленный хрип.

Ощущение, что я падаю в бездну. Чем сильнее хваталась за мужчину, тем неистовей он становился.

Казалось, что вместо моего тела лишь контур, оболочка, а всё внутри превратилось в адово варево.

Я не хотела продолжения, слишком всё было болезненно, несмотря на алкоголь, моё желание и возбуждение, и в то же время, остановись он хоть на секунду, убила бы от разочарования.

С каждым толчком я всем телом стремилась назад, пытаясь прекратить это всё, но вместо этого получалось наоборот: помогала ему сильнее проникать в меня.

Кровь прилила к лицу. Ещё секунда и голова просто взорвётся от крика и всех ощущений. Хотелось вопить, царапаться и кусаться, безудержно выть. А я лежала пластом под невероятно сексуальным мужчиной и тихонько постанывала.

Сама не заметила, как сопротивление переросло в наслаждение и желание получить всё.

Его пальцы запутались в моих волосах. Он рванул их назад так, что искры из глаз посыпались. Обнажённая и беззащитная шея привлекала его больше всего. Тягучие, влажные и такие чувственные покусывания доводили до безумства.

Тело отзывалось жаром и криком наслаждения.

Я сама себе не верила.

Застонав очередной раз, начала двигаться навстречу ему. Ненасытное чудовище неожиданно проснулось где-то внутри. Хотелось не просто большего, я страстно желала получить всё! Все, что он может мне дать.

Пот охлаждал разгорячённую кожу. Волосы липли ко лбу и лезли в глаза. Жмурясь и сладко постанывая, с такой силой впилась ногтями в плечи Сергея, что он зарычал от боли.