Больше, чем друг

Alex Clare – Too close

1

Самое идиотское сообщение, которое я могла получить от моей подруги Долорес, пришло в пятницу утром. Я посмотрела на телефон и рассмеялась.

«Мы должны лишиться девственности одновременно».

Только Долли могла придумать такую чушь и прислать мне это в восемь утра перед школой. Она уже месяц строила планы на то, как лишится своей Д-карты. Все было придумано гораздо раньше, только вот Долорес не учла важного фактора для дефлорации: наличие парня. А у нее с этим было туго последние полгода. После расставания с Джастином Долли не обзавелась постоянным парнем и теперь ее активный поиск перешел в стадию одержимости. Потому что она вбила себе в голову, что мы не можем ехать в колледж девственницами. Жизнь Долли обрела новый смысл.

Я даже не пыталась искать кандидата на почетную роль, потому что не собиралась следовать по пятам подруги. Она же вздыхала и говорила:

– Тебе хорошо, у тебя есть Адам. На случай, если никого не найдешь, ты можешь использовать этого красавчика.

Я скривилась, вспоминая ее слова. Адам был моим лучшим другом с пеленок. Наши мамы родили нас практически в один день. Мы всегда жили по соседству, а потому, как говорила моя бабушка, выросли в одном подгузнике. Я знала каждое пятнышко на теле Адама. Ну, знала. До момента, пока мы не стали слишком большими, чтобы заглядывать друг другу в такие места, куда друзьям путь заказан.

В тринадцать мы предприняли попытку поцеловаться, потому что немного иначе трактовали нашу дружескую любовь. После минут двадцать плевались и решили, что лучше останемся друзьями. Больше мы не сделали ни единого шага в этом направлении. Мы слишком сильно дорожили нашей дружбой.

И когда Долли каждый раз заводила разговор о том, что у меня якобы есть Адам, к горлу снова подкатывала тошнота от осознания того, что подруга практически толкает меня в объятия моего почти-брата.

– Триш! Готова? – услышала я голос своего друга.

Оторвавшись от телефона, я выглянула в окно и прямо передо мной в тридцати сантиметрах оказались удивительно зеленые глаза Адама. Я подскочила от неожиданности, и положила ладонь на грудь.

– Господи, ну, ты и псих.

Красивое лицо парня, обретающее мужественные черты, окрасила улыбка, от которой проститься с Д-картой хотят все выпускницы нашей школы. Они даже готовы поделиться и выстроиться в очередь. Адам был воплощением крутого парня-выпускника старшей школы: блондин с пронзительными зелеными глазами, высокий, накаченный, квотербек основного состава школы… Говорить о своем друге и восхвалять его внешность и качества я готова сутки напролет. Люди, которые с ним знакомятся, тут же влюбляются в парня, его харизму, чувство юмора… Хм, меня опять занесло.

– Ну так что? Едем? – спросил Адам, глядя на меня с широченной улыбкой.

– Ты пойдешь в школу в разорванной футболке?

На самом деле я знала, что небольшие дырочки на плечах его выцветшей футболки – это дизайнерский ход и вещицу он получил в подарок от сестры, которая ездила в Милан по работе. Но поддеть парня – это как отдельный вид спорта, которым я занимаюсь каждое утро.

Адам не отстает. Никогда.

– Это лучше, чем одеваться как монашка.

– Эй, я не монашка! – возмутилась я, и вернулась к зеркалу. Футболка с V-образным вырезом, не слишком глубоким, но и не чересчур скромным. Джинсы в обтяжку и кеды. Что еще?

Когда я повернулась от зеркала, пристально себя рассмотрев, Адам хохотал от души и показывал на меня пальцем.

– Ты всегда покупаешься на эту чушь.

– Я еще сравняю счет, – буркнула я, и крикнула в сторону двери: – Мама, я поехала в школу!

– Через двери! – отозвалась мама, когда я уже перекинула ноги через подоконник.

Адам вытянул руки, чтобы, как всегда, подхватить меня и не дать выпасть из окна. Здесь было совсем невысоко. Окно начиналось на уровне чуть ниже груди Адама, но учитывая мой рост в 167 сантиметров и его в почти два метра, у нас с другом были немного разные мерила понятия «не высоко». И все же я так и не отказалась от привычки выпрыгивать в окно, когда собиралась ехать в школу.

Каждый день мама кричала мне одну и туже фразу. И каждый день я слышала ее, уже практически выпрыгнув в окно. Это была настолько уютная рутина, на которую обычно не обращаешь внимания, но которой все равно наслаждаешься.

Я почувствовала на талии горячие ладони Адама, и он во мгновение ока поставил меня на ноги. Я потянула с подоконника сумку, ручка которой зацепилась за что-то. Адам молча вытянул ее и понес к своей машине, а я поплелась следом.

– Мы заезжаем за Ритой? – рассеянно спросила я, копаясь в телефоне.

Дорогу от моего окна до машины Адама я знала наощупь и могла пройти ее с закрытыми глазами. Мне казалось иногда, что если я выгляну и посмотрю в том направлении, то увижу небольшие траншеи, которые мы вытоптали за эти годы. Как у дяди Скруджа в кабинете.

Я быстро отправила ответ Долли:

«Ты ненормальная. Встретимся в школе»

Я села в «Сивик» Адама, и мы отъехали от дома.

– Так за Ритой мы заезжаем или нет? – переспросила я.

– Нет. Ты так долго втягивала свою задницу в джинсы, что мы и так уже опаздываем в школу. Рита доедет с подругой.

Я показала ему язык и Адам рассмеялся.

– Где твоя бейсболка? – спросила я, заметив, что кепки, которую он носит практически не снимая, сегодня не было у него на голове.

– Дал Рите.

– О, – произнесла я с придыханием и потрепала его по щеке. – Какие же вы милые.

– Отвали, – ответил Адам с улыбкой, откинув мою руку.

В машине парня, как всегда, пахло его туалетной водой, аромат которой за последние пару лет стал родным и напоминал о доме. Я поглубже вдохнула и посмотрела в окно. В нашем городке все было как всегда: миссис Лотнер ругалась с соседом, который стоял на своем участке. Мими бежала за школьным автобусом, а парни из нашего класса с гоготом запрыгивали в машину Брэда. Я улыбнулась. Эти ежедневные наблюдения за людьми из окна автомобиля Адама дарили мне ощущение комфорта и веру в то, что так будет всегда.

Первые несколько уроков прошли под дружные зевки учеников и строгие замечания учителей. Обычно все просыпались уже к третьему уроку, потому что после него нас ждал обед в кругу друзей. Сегодня погода способствовала тому, чтобы сесть на лужайке на заднем дворе школы.

Мы с Долли заняли место под деревом. Достав сэндвич, я повернулась к подруге, которая жевала яблоко.

– Что за новая идея тебе сегодня утром прилетела в голову? —спросила я.

– Она не новая. – Подруга уставилась на меня так, как будто я с Луны упала, не меньше. – Только сельские глупышки приезжают в колледж девственницами. К тому же мы уже совершеннолетние и нам пора это сделать.

Я засмеялась.

– Где ты такое вычитала?

– Я вчера зарегистрировалась на студенческом форуме нашего колледжа. Так вот там парни из братства пишут, что с девственницами не хотят связываться. Даже опрос сделали. И знаешь что? – Она выдержала драматическую паузу, глядя как я ем, потом продолжила. – Восемьдесят семь процентов из них не хотят связываться с девственницами.

Я хмыкнула и пренебрежительно дернула плечом.

– Ну и пусть. Остаются еще тринадцать процентов…

– Ага, те, которым интересно попробовать это ради ощущений. Но ни один из них не написал о том, чтобы состоять в отношениях. Все только ради ощущений, понимаешь? Это говорит только о том…

– Как много в мире придурков, – закончила я за нее. – Слушай, просто нормальные парни не пишут на форумах. Они в это время ходят на свидания со своими девушками.

– Ага, тешь себя надеждой, подруга. А я, пожалуй, займусь поисками достойного кандидата.

Я закатила глаза и покачала головой.

– О, любовь всей твоей жизни идет к нам, – сказала она, глядя в сторону здания школы.

– Дин? – встрепенулась я.

Долли рассмеялась.

– Господи, ты еще помнишь этого придурка?

– Тогда о ком ты? – спросила я, выглядывая из-за дерева.

К нам приближались несколько человек. Впереди всех шел Адам, обнимая Риту. Она была в его кепке, а на плечи девушки была наброшена спортивная куртка Адама.

– Интересно, ей не жарко в куртке? – спросила Долли у моего уха.

Я повернулась к подруге и пожала плечами.

– Наверное, нет, если она ее носит.

– Привет, – поздоровались ребята, и сели возле нас.

– А ты мне взяла бутерброд? – спросил Адам и я посмотрела на него как на умалишенного.

– А должна была? – отозвалась я.

Пока я отвечала, он наклонился и откусил от моего.

– Эй! – Я убрала руку с сэндвичем в другую сторону, но там сидел Дрю – лучший друг Адама – и тоже откусил. – Дрю!

Я затолкала остатки сэндвича себе в рот и под дружный хохот хмуро пыталась его прожевать. Любимая подруга Долли протянула мне банку содовой и я запила огромный кусок. Все достали свои перекусы и началось обсуждения планов на выпускной. До него оставалось еще три месяца, но все уже заботились о своих нарядах и парах.

У нас с Долли пары пока не было, но мы не унывали. Если бы нам так и не нашлось с кем пойти, мы бы отправились вместе. Звонок на урок прозвенел как раз тогда, когда Долли затеяла разговор о том, кто куда поступал. И я знала, что рано или поздно беседа скатится к ее маниакальному желанию проститься с Д-картой. Я облегченно выдохнула и вместе со всеми пошла на уроки.

Глава 2

Я уже крепко спала, когда в окно моей спальни постучали. Я подскочила на кровати и положила руку на грудь, чтобы хоть немного унять колотящееся сердце. Головой я понимала, что это никто иной, как Адам, но все равно испугалась. Я на цыпочках подкралась к окну и увидела тень его огромной фигуры.

– Триш, – шепотом позвал он, и снова тихонько постучал. – Триш, проснись.

Я стояла за занавеской, так что он меня не видел. Я решила отплатить ему его же монетой. Резко выскочила из-за занавески, расставила руки, сделала бешеные глаза и рявкнула. Ну и что, что он не видел моих глаз в темноте, а за закрытым окном почти не слышал моего страшного звериного рыка? Моя комната была под впечатлением от своей хозяйки.

Тем не менее, Адам не ожидал, что я так резко выпрыгну, а потому матернулся и потер грудь в районе сердца. Значит, цель была достигнута. Я подошла и открыла окно.

– Ты больная, в курсе? – спросил он.

– Не буди меня по ночам и не обделаешься.

– Прозвучало как мотивационный афоризм.

– Запиши, дарю. Ты что здесь делаешь ночью? – спросила я, скрещивая руки на груди. Из окна дул прохладный ветерок, а на мне была только тонкая длинная футболка.

Адам заглянул в комнату и осмотрел меня.

– Тебе пора сменить футболку, эта уже потрепанная.

– Она выглядит лучше, чем твоя с дырками.

Парень рассмеялся. Футболку, в которой спала, я выклянчила у него. Как-то, поехав с родителями и сестрой отдыхать, Адам привез футболку с большим листом марихуаны на ней. От листа расходились радужные линии. Мне она так понравилась, что друг подарил мне ее. Но не просто подарил. Адам, как всегда, подошел к процессу творчески. На Рождество, вместо того, чтобы положить ее под елку в моем или своем доме, парень вывез меня в лес и заставил искать ее под самым большим деревом. Я около часа блуждала по лесу, пока не нашла свой подарок. Он объяснил эти сложности тем, что давно звал меня на прогулку в лес, а я не соглашалась. Ему пришлось спровоцировать эту прогулку. В этом был весь Адам. Если ему чего-то хотелось, но он не мог уговорить меня стать его сообщником, друг выдумывал способы, при которых у меня не оставалось выбора, кроме как пойти с ним.

– Нужно подарить тебе другую.

– А это можно, – улыбнулась я. – Так зачем ты пришел?

– Хочу отвезти тебя кое-куда.

– Что? Сейчас? – Он кивнул. – А завтра днем нельзя?

– Нет. Не будет нужного эффекта.

– Господи, Адам, – простонала я. Парень смотрел на меня с умоляющей улыбкой. – Почему ты не повезешь туда Риту?

Адам перестал улыбаться.

– Если бы я хотел отвезти туда Риту, то не пришел бы к тебе.

Это была еще одна черта Адама. Если он принимал какое-то решение, то должен был достигнуть результата только теми способами, которые сам выбрал. И если он хотел куда-то пойти именно со мной, то не сделает этого ни с кем другим. По этой же причине на музыкальный фестиваль в прошлом году Адам меня не взял. Он ехал с парнями и как бы я ни просилась, друг был непреклонен. Он извинился и сказал, что это была чисто мужская поездка, и девчонкам там не место. Было обидно? Чертовски. Но за все эти годы я привыкла к тому, что друг мог быть непреклонным. Адам редко менял свое мнение, потому что перед принятием решения всегда скрупулёзно взвешивал все «за» и «против».

– Ладно. Погоди, дай одеться.

Адам отошел от окна, а я взяла со стула свои вещи и быстро переоделась, бросая взгляд на улицу. Он вряд ли подсматривал бы за мной, но меня не покидало чувство, что за мной наблюдают. Как только натянула джинсы и толстовку, я завязала волосы в хвост и обула кеды. Бросив телефон в передний карман кофты, я забралась на подоконник и к окну тут же подоспел Адам. Он подхватил меня, и поставил на землю.

– Поехали.

Мы прошли между нашими домами и я посмотрела на его подъездную дорожку.

– Где твоя машина? – прошептала я.

– Дальше по улице, я переставил ее раньше. Не отставай, коротышка.

Адам взял меня за руку и повел мимо своего дома. Несмотря на темноту мне не было страшно. С Адамом я никогда ничего не боялась. Без него я вряд ли бы решилась сама выйти на улицу в это время суток. Его теплая ладонь согревала мою руку и дарила чувство безопасности.

– Куда мы едем?

– Увидишь, – коротко ответил он, показывая на свою машину. – Забирайся, Триш. Поехали, иначе пропустим все самое интересное.

Садясь в машину, я достала телефон и посмотрела на время. Четыре утра. Как по сигналу, мой рот открылся и я зевнула.

– Далеко ехать? – спросила я Адама, когда тот выворачивал от бордюра.

– Нет. Триш, тебе понравится, обещаю.

– Ладно, – отозвалась я, откидывая голову на сидение.

– Так ты расскажешь, почему не захотел отвести туда Риту?

– Может быть. Не знаю. Пока нет, – ответил Адам, не сводя взгляда с дороги.

– Ты вообще спал?

– Вообще да, – улыбнулся он, бросил на меня быстрый взгляд, и подмигнул.

– А сегодня?

– Немного.

Я выразительно на него посмотрела.

– Триш, не дрейфь, мы нормально доедем, я не хочу спать. И ехать совсем недалеко, – ответил он, и свернул на дорогу, ведущую в сторону района со старыми заводами.

– Ого, мы едем в Город-призрак? – спросила я.

Район старых заводов был практически пуст. Осталось только две небольшие действующие фабрики, остальные оказались заброшены. Поговаривали, что их выкупил некий магнат и собирался возобновлять. Но с момента этих слухов прошел уже год, а ничего не изменилось. Мы называли его «Город-призрак», потому что по размерам он не уступал маленькому городку и с него началось то, что мы теперь именуем родным городом. Немного дальше от самих заводов возвели жилые и офисные районы, обеспечив промышленный район рабочей силой.

Я никогда не была в заброшенном районе, и сейчас практически прилипла к окну, рассматривая тени больших зданий, которые угрожающе нависали над дорогой. По коже пробежали мурашки. Это место можно было описать одним словом: жутко. Но чертовски интересно.

Мы проехали по главной дороге района, и в самом конце свернули влево, проехав еще немного. Примерно через пять минут мы остановились у водонапорной башни, и Адам вышел из машины. Когда моя дверца открылась и друг протянул мне руку, я все еще пялилась на высокое строение.

– Идем, покажу кое-что.

Я вышла из машины и поежилась от прохладного предрассветного воздуха. Адам достал из багажника две куртки. Одну передал мне, вторую надел сам.

– Пошли, нам туда.

Как только я натянула куртку, Адам указал рукой на лестницу, ведущую на вершину башни, и потянул за руку.

– Ты с ума сошел? Я не полезу наверх.

– Идем, трусишка, здесь невысоко.

– О, господи. Нужно хотя бы сказать родителям, где мы.

– Чтобы они знали, где искать наши тела на случай, если мы разобьемся?

– Ты придурок! – воскликнула я, и ударила его свободной рукой по плечу.

Хотя Адам был прав. Башня и правда была не такой уж высокой. Но упав с нее, можно было спокойно свернуть шею, если столкнуться с бетоном, который ее окружает.

– А лестница не ржавая? – спросила я, когда мы подошли.

– Не знаю, – спокойно ответил Адам. – Там и проверим.

– Адам, я не полезу.

– Давай, девушки, вперед, – сказал он, как будто не слышал моей последней фразы.

– Я тебе сказала, что не полезу, – резко ответила я, отойдя на пару шагов назад.

– Перестань, Триш, залезай. Я буду позади.

Адам протянул ко мне руки, но я сделала еще шаг назад.

– Если ты сама этого не сделаешь, я затащу тебя туда силой, – рыкнул Адам. Мне показалось, что это сказал кто-то другой.

Внутри меня все похолодело. Сердце вторило: «Это же Адам, твой друг Адам», а голова кричала, что нужно нажать кнопку 1 на быстром наборе телефона, лежащего в кармане, чтобы прокричать папе, где и с кем нахожусь. И если папа успеет, то меня, возможно, спасут.

Какая же я была дура, соглашаясь на эту поездку.

– Триш, – произнес вкрадчивым голосом Адам.– Иди сюда, малышка.

– Адам, ты меня пугаешь, – сипло произнесла я, и незаметно потянулась к карману, чтобы исполнить свой план.

Но в этот момент Адам бросился в мою сторону, и я побежала. Не успела сделать и нескольких шагов, как сильные руки подхватили меня, подняли в воздух, и под мой визг в заброшенном районе эхом от стен старых зданий отразился смех Адама.

– Ну ты и дурочка, – произнес он, пока нес к башне. – Неужели ты думаешь, что я бы подверг тебя такой опасности? – Адам поставил меня на землю, и я почувствовала, как сильно трясутся мои ноги. Парень положил руки мне на плечи и наклонился, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. – Триш, я был здесь днем.

– Зачем? – дрожащим голосом спросила я, почувствовав, как в глазах от страха скапливаются слезы.

– Чтобы проверить лестницу и осмотреться.

– Зачем ты привез меня сюда, Адам?

– Чтобы ты посмотрела на самый красивый рассвет, который можно увидеть в нашем городе.

– Ты меня напугал, – тихо ответила я, и почувствовала, как по щекам сбежали две дорожки слез.

– О, господи, малышка, – выдохнул Адам.

Он вытер большими пальцами слезы, и прижал меня к себе. Я уперлась лбом в его твердую грудь и судорожно вздохнула, борясь со слезами.

– Прости, Триш. Я не думал, что будет так страшно. Но эй, ты же должна мне доверять. Я никогда не обижу тебя. Ты же знаешь это? – спросил он и, слегка отстранившись, взял в ладони мое лицо.

Я подняла взгляд на друга, и он ласково улыбнулся.

– Знаешь ведь? – Я кивнула. Он вытер новые слезы и нежно поцеловал меня в кончик носа. Только тогда я почувствовала, что расслабляюсь. – Идем, светает.

Друг взял меня за руку, и мы вернулись к лестнице. На дрожащих ногах я поднималась наверх, а следом за мной был Адам. Несмотря на его идиотскую шутку, я все еще доверяла ему и знала, что он ценой своей жизни защитит меня от падения.

Когда мы оказались на вершине башни, я поняла, о чем он говорил. С нее открывался потрясающий вид на наш городок и на залив. Небо по большей части все еще было серым, но поднимающееся за горами солнце начинало озарять его и наполнять новыми красками. Адам подвел нас к выступу рядом с краем и усадил меня на него. Сам сел позади меня, приобнял и положил голову мне на плечо.

Я чувствовала у уха его дыхание, а спиной – биение сердца. Внутри меня зарождалось странное ощущение, которого я никогда не испытывала, когда Адам был рядом. Я слегка качнула головой, стряхивая непрошенные мысли, и сосредоточилась на закате.

Мы просидели молча около сорока минут. Когда небо стало светло-голубым с оранжевым, Адам вздохнул.

– Теперь это мое новое любимое место.

От его тихого низкого голоса в ухе я почувствовала как приподнялись волоски на затылке, и кожа покрылась мурашками. От Адама, как всегда, приятно пахло, и его теплое тело укрывало мое. Я закрыла глаза и подумала о том, что хочу, чтобы это никогда не заканчивалось.

– И мое, – прошептала я, когда осознала, что ничего не ответила.

Я попыталась отогнать от себя мысль о том, что любимое место не связано с башней и рассветом, но она назойливо возвращалась в мою голову. Я замерла, и Адам это почувствовал.

– Все нормально? – спросил он, убирая голову с моего плеча.

– А, да, – рассеянно ответила я, поднимаясь. – Просто, ну, кирпич холодный и у меня слегка замерзла попа.

Я встала у края башни и облокотилась на перила, глядя на рассвет и на город. Я почувствовала, как позади меня встал Адам. Он положил руки на перила по обеим сторонам от меня, заключая в ловушку своего тела. Я снова замерла. Почему он это делал? Адам снова прижался своей грудью к моей спине.

Минуту мы постояли молча. Потом меня одолел интерес, и я спросила, пытаясь придать своему тону легкости:

– Эй, я так не вижу твоих глаз. Почему ты все время становишься позади меня?

Адам передвинулся, и стал сбоку.

– Думал, что здесь наверху холоднее и решил тебя согреть, – небрежно ответил он.

Я была разочарована? Несомненно. Но вот вам вопрос века: почему?

Как только друг сказал это, я действительно почувствовала холод. То ли от того, что там было действительно прохладнее, чем внизу, то ли потому что Адам больше не обнимал меня. Сложно сказать, но разочарование вместе с холодом распространились по моему телу со скоростью ракеты.

– Да, здесь действительно холоднее. – Я предприняла жалкую попытку вернуть его на место, но Адам не обратил внимания на мои слова или сделал вид, что не услышал.

Спустя какое-то время друг повернулся ко мне лицом.

– Не жалеешь, что поехала со мной?

– Нет. Если бы ты еще не вел себя как придурок с этими своими шуточками.

Адам рассмеялся.

– Видела бы ты вначале свое лицо.

– Да уж, уверена, было забавно, – скривилась я.

– Эй, я же извинился, – попытался оправдаться он.

– Да, и я даже тебя простила. Заметил? Я все-таки поднялась наверх. Но убери это самодовольное выражение с лица, иначе получишь первоклассную истерику в моем исполнении.

Адам так широко улыбался, что мои губы невольно растянулись.

– Ты забрал бейсболку у Риты, – констатировала я факт, глядя на кепку, надетую на его голову козырьком назад.

– А, да, – рассеянно ответил он, и перевел взгляд в сторону города.

– У вас все нормально? – спросила я, пытаясь рассмотреть выражение лица друга.

– Да. А не должно быть? – с улыбкой спросил он.

– Просто спросила.

– Давай возвращаться, – сказал Адам, выпрямившись. – Теперь я буду спускаться первым. Готова?

– Да.

– Идем.

***

С помощью Адама я влезла назад в окно своей комнаты. Раздевшись, я легла в кровать, и только тогда почувствовала, что продрогла. Я закрыла глаза и представила себе, что Адам лежит позади меня и греет мое тело своим. Я почувствовала, как щеки заливает румянец, и мне стало гораздо теплее от мыслей, которые крутились в голове. Сама не понимая, откуда они взялись и к чему приведут, я почему-то смутилась. Как будто Адам мог услышать их и высмеять меня.

Я попыталась сама себя остановить от развития этих мыслей. Это же мой лучший друг, я не могла чувствовать к нему ничего, кроме братских чувств. Мне в голову почему-то пришли слова мамы Адама:

– Когда они поженятся, Лорен, и к одной из нас будут приезжать внуки, они будут как Адам с Триш бегать из дома в дом.

Тогда моя мама лишь ответила со вздохом:

– Главное, чтоб они ходили через двери, а не через окно, как эти двое.

Я до сих пор слышала звонкий смех мамы Адама. И чувствовала дыхание Адама на задней части своей шеи и на ухе. Закрыв глаза, я окунулась в сон, в котором мы с Адамом не просто сидели на вершине башни и наблюдали за рассветом. Даже во сне я почувствовала его теплые губы сначала на кончике своего носа, а потом и на своих губах. Теплый, влажный, нежный, жаркий поцелуй. Лучшего и одновременно худшего сна я никогда до этого не видела.

Глава 3

– Напомните мне больше не доверять парням выбор фильма, – простонала Долли, занимая свое место в кинотеатре.

Рич бросил в нее горсть попкорна, и тот застрял в волосах девушки. Под дружный хохот мы садились в свои кресла, когда выключили свет. Я оглянулась назад и увидела, что прямо за мной сидели Адам с Ритой. Девушка жалась к нему, пока он обнимал ее одной рукой в то время, как второй забрасывал в рот попкорн. Адам перевел на меня серьезный взгляд. Обычно я бы улыбнулась ему или спросила бы, как дела. Но в тот момент почему-то все слова покинули мою голову. Улыбки тоже не было. Я просто смотрела в его мерцающие глаза, цвет которых менялся в связи со сменой цвета на большом экране, и не могла отвести взгляда.