Граничник. Апокалипсис на Церере

– Очухались! Бегут!

Он мог этого не делать, я и без подсказок следил за происходящим за спиной. Ошеломленные гибелью своего лидера, рядовые церерцы пустились в погоню. Но мы получили хорошую фору на старте, так что, если удастся быстро справиться с дверью, им нас уже не догнать.

«Я вижу пластину на двери, – сообщил я Стефану. – Похоже… нет, я уверен, что там стоит биометрический замок. Открывается, только если считает отпечатки пальцев на руке конкретного человека».

«Ага», – неопределенно хмыкнул подопечный, но пояснять свою мысль не стал.

Именно этот момент спасенный нами мужчина решил выбрать для того, чтобы прийти в себя. Сперва он вздрогнул, открыл глаза, довольно быстро сообразил, что уже не лежит на алтаре, а ковром ручной работы висит на плече у незнакомого человека. Что-то промычал – Стеф не удосужился избавить его от кляпа, когда прерывал ритуал Благодарного Подношения – и принялся вырываться.

Страж, не желая отвлекаться, подбросил его на плече. Так, что он подлетел на несколько сантиметров, а потом рухнул обратно – животом. Ему и так несладко приходилось, а после того, как граничник его «поправил», еще и дыхание потерял.

Рядом тут же оказался Гринь. Зло сверкнул на пленника глазами и выдал на неплохом, с моей точки зрения, английском:

– Лежи смирно, нигга! Мы тебя спасаем вообще-то!

Тот, наоборот, заерзал на плече Стефа еще сильнее, отчего моему подопечному явно не стало легче бежать. Он уже собрался повторить свой маневр с подбрасыванием слишком уж активного куля, когда нехристь его остановил.

– Погодь! Он что-то сказать хочет!

Как бы быстро ни бежал Стеф, толпа приближалась – между жаждущими крови церерцами и нами было всего пятьдесят метров. Нечего сказать, отличный момент выбрал маг, чтобы поговорить с пленником. Стефу тоже это не понравилось, но он не успел ничего сделать, даже ответить, а Гринь уже вырвал изо рта пленника кляп.

– Что?

– Фофь фта фефи!

Отлично, этот даже по-английски не разговаривает! Прекрасная идея, Гринь! Теперь он не только дергается, мешая бежать, но еще и несет всякую околесицу!

Лишь с секундной задержкой до меня дошло, что спасенный с жертвенника мужчина просто не может управлять языком – слишком долго кляп находился во рту. Да он и сам это понимал, безостановочно повторяя одну и ту же фразу. И с каждым разом речь его становилась четче.

Наконец, стало понятно, что он твердит три слова: «ноль два беги!», правда, ясности это не прибавило. Но когда камера дрона в очередной раз сосредоточилась на двери нашего потенциального убежища, я еще раз увидел номер – ТА-8901, и все сразу стало на места.

Не спрашивая разрешения у граничника, я задал пленнику вопрос:

– Ноль два где?

Тот, радостно оскалившись, мотнул головой в правую от будки сторону, добавив почти внятно: «Метров четыреста!»

Я тут же скомандовал Стефу.

«Забирай правее!»

Подопечный не стал даже на кивок силы тратить, но приказ выполнил. Только неслышно для всех сообщил:

«Ты что-то мной как лошадью понукаешь!»«Обстоятельства», – насколько это было возможно, извиняющимся тоном ответил я.

Толпа бежала медленнее, чем мы – люди мешали друг другу. Да еще и прохожие, которые непонимающе смотрели на странную погоню: некоторые успевали отскочить с пути человеческой массы, другие же замирали столбами, задерживая ее. Но некоторые преследующие нас демонопоклонники вырвались вперед и теперь стремительно приближались. Один даже подобрался настолько близко, что я слышал его частое яростное дыхание. Как выяснилось, не только я.

– Щас! – зло выдохнул Гринь.

Он на миг остановился, натянул тетиву до уха и подстрелил ближайшего преследователя. Не насмерть – в ногу. Ругаясь, несчастный упал, а остальные спринтеры слегка поотстали, не желая становиться мишенью для стрел нехристя. Это дало нам возможность беспрепятственно пересечь улицу, разделяющую две группы зданий, и продолжить бег в указанном несостоявшейся жертвой направлении. Еще несколько минут, и я заметил искомую будку.

Она почти ничем не отличалась от той, к которой мы направлялись сначала. Такой же пенал, вмурованный в стену, с такой же точно стеклянной дверью. Только номер отличался, здесь последние цифры были «ноль два». А еще следы крови на чистой поверхности, словно кого-то по ней лицом возили.

Стеф скинул пленника с плеча, точнее, попытался поставить его на ноги, но тот не удержался и рухнул на землю.

– Ну? – требовательно произнес он, не вполне четко адресуя вопрос. То ли голого мужика спрашивал, то ли меня.

– Помоги встать, – прохрипел пленник.

Гринь, опережая стража, шагнул к мужчине и рывком поставил его на ноги. Придержал, когда тот опять качнулся, намереваясь завалиться.

– Руки…

Они до сих пор были связаны спереди. Стянуты одна с другой и вытянуты к паху, где еще одной веревкой соединялись с ногами. Стеф, освобождая его, не стал со всем этим возиться, обрезал только те путы, которые держали жертву на алтаре.

Пока Гринь пилил веревки на руках у пленника, я наблюдал за преследователями. Они замедлились, но теперь двигались не как людское море, а более организованно. Я заметил, что у толпы появились лидеры, которые отдавали приказы и управляли ею. Это были полицейские, вроде того глупца, которого мы совсем недавно допрашивали. Форменные комбинезоны, шоковые дубинки и забавные шлемы – оранжевого цвета и прозрачные.

Я отметил, что, когда мы добрались до будки, местные стражи порядка приказали толпе остановиться. И теперь наши преследователи, гудя, как гнездо лесных пчел, сброшенное с дерева на землю, наблюдали за нами.

Нехристь закончил освобождать пленника, и он сразу впечатал правую ладонь в пластину биометрического замка. Та моргнула светом, и дверь будки довольно быстро поползла вниз.

– Сюда! – освобожденный не стал дожидаться, пока она окончательно скроется под землей, перешагнул через препятствие и скрылся внутри. Откуда крикнул еще раз: – Скорее!

Мы не стали заставлять себя упрашивать и вошли в будку.

Стеф тут же застонал от разочарования – мы оказались на скудно освещенном пятачке, со всех сторон ограниченном стенами. Дверь за нашими спинами, дойдя до нижней точки, начала ползти вверх.

– Эй! – воскликнул Гринь возмущенно. – Что еще за дела?

Спасенный нами мужчина, напротив, облегченно выдохнул, когда полупрозрачная панель скрыла нас от взглядов толпы. Даже пробормотал что-то под нос, видать демону помолился, которого своим богом считал.

– Сюда они не сунутся, – сообщил он. – Боятся, твари!

– А мы-то что тут делать будем? – уточнил Стеф, когда услышал перевод его слов.

– Отправимся домой, – ухмыльнулся окровавленным ртом мужчина.

Тут же пол под нашими ногами дернулся и пришел в движение. Лифт, сообразил я. Мы оказались в лифте.

Двигалась кабина недолго, пару минут. Все это время люди стояли молча, только бывшая жертва демонопоклонников радостно скалился. Когда же лифт остановился, он снова приложил ладонь к пластине замка, и дверь скользнула вниз.

– Дома! – с наслаждением втянув воздух подземелья, произнес пленник.

Мы оказались в коридоре, который был уменьшенной копией такого же на Земле – в здании орбитального лифта. Тот же материал – черный не то камень, не то металл, такие же, разве что ярче горящие, осветительные плафоны на стенах и потолке, даже складывающиеся в стрелки под ногами огоньки были похожими.

– Прежде чем мы куда-то отправимся, давай-ка выясним, кто ты такой и куда нас притащил, – Гринь положил мужчине руку на плечо. – Ну и хотелось бы понять, почему тебя на алтаре разложили? Вдруг мы преступника от заслуженного наказания освободили.

Последнюю фразу нехристь произнес, укоризненно глядя на моего подопечного. Мол, а сам ты не думал о таком варианте, когда в драку с толпой вмешивался?

– Жалеешь, что спас меня? – без обиды отозвался пленник демонопоклонников. – Не беспокойся, я не злодей. Просто из Темной империи. А когда есть выбор, кого принести в жертву Астероту, верхнего или нижнего человека, выбора, на самом деле, нет.

Стеф и Гринь шагали по коридору, подсвеченному плафонами и бегущими по полу огоньками, и слушали рассказ Крюса – так назвался спасенный нами мужчина. Он, к слову, совершенно не стеснялся своей наготы и, активно жестикулируя руками, вводил нас в курс взаимоотношений верхнего и нижнего мира станции Церера-Сортировочная.

Только здесь мы и смогли его разглядеть – раньше как-то не до того было. Мужчина оказался довольно молодым, невысоким и тонкокостным. А еще, как выяснилось, чернокожим. По первости-то я думал, что это его в честь принесения в жертву черной краской разрисовали, но когда появилось время и я смог внимательно его разглядеть, сразу стало ясно, что цвет кожи у него темный от рождения.

В остальном он был совершенно обычным. Каким-то даже слишком обычным. Как любой из общинников, которые живут подобно траве полевой и кланяются в ту сторону, куда ветер дует. Только вот рассказывал он не вполне обычные вещи.

– Это корпы придумали название – Подземная империя, – говорил он. – Наворотили там со своей религией – как живут только с этим? Они, значит, избранная богами раса, которая во взаимных сражениях должна закалиться, чтобы обрести какую-то благодать, а мы, получается, – антиподы. В том смысле, что живем в технических помещениях, света не видим – он, как они говорят, нас обжигает.

Тут он выразительно обвел руками свое черное тело. Мол, доказательства налицо. Из чего я сделал заключение, что и прочие обитатели нижних этажей станции, по крайней мере, большинство – темнокожие.

– Ну и прилипло, знаете же, как это бывает? Когда один дурак скажет – его не послушают. А если вся кодла, да постоянно… Вот и повелось. Да и логично, в общем-то – мы внизу живем.

Болтал Крюс как заведенный. То ли от природы такой был, то ли прятал за трескотней пережитый страх. Ни Стеф, ни Гринь прерывать его не спешили – несмотря на кажущуюся легкомысленность и какую-то обыденность его болтовни, полезных сведений он уже сообщил больше, чем полицейский в верхнем парке на допросе.

Тот-то лишь и выдал, что все жители Цереры служат демонам да что корпорации друг с другом грызутся, как государства древней, еще докосмической Земли. Про подземников же ни словом не обмолвился. Зато Крюс уже успел поведать про верхний и нижний мир, про особенности «религии» демонопоклонников, а также про то, что подземники демонам не служат.

– Пришельцы и нас хотели подчинить, – продолжал болтать чернокожий. – Давно, когда только появились. Бороться с ними никто не мог, магия, хер ли! Но потом оказалось, что демоны вообще с техникой не дружат. А у нас тут что?

Здесь он остановился и выразительно ткнул пальцем в потолок. Выглядело это в исполнении голого и изрядно избитого мужчины до того потешно, что Гринь не выдержал и кашлянул, скрывая смешок. Крюс, впрочем, этого не заметил, сам же на свой вопрос и ответив:

– Правильно! У нас тут космическая станция! То есть сложный технический объект, который к хренам перестанет работать, если за ним не ухаживать. Так что отстали они от нас.

– Демоны? – не поверил Стеф. – Отстали?

Гринь тоже сморщился. Несмотря на разницу во взглядах со стражем, он тоже не особо верил в то, что адские твари способны по доброй воле отступить.

– Предки наши из обслуживающего персонала станции были, они заключили с ними договор, – Крюс отмахнулся от недоверия, словно оно было мухой, надоедливо жужжащей у самого уха. – Мы живем внизу, не пытаемся сменить установленные ими порядки наверху. Демоны не лезут к нам, а мы обеспечиваем работу всех систем станции. Понимали же твари, что просто запугать не получится, если в страхе держать, то через пару поколений ни одного компетентного техника на станции не останется. А Астерот своим кукольным мирком дорожит…

– Договор с демонами?

Мой подопечный даже остановился. Я зафиксировал скачок давления – страж был не на шутку разгневан. А Крюс, как и в прошлый раз, никакого внимания на реакцию спутника не обратил. Вновь махнул рукой:

– А что было делать? Жить все хотят, а наши предки видели, чем все на Земле закончилось. Да и я тоже – то еще месиво. Один раз посмотришь такой видос, так пару ночей спать не сможешь.

Стеф никогда дипломатом не был. Ухватил подземника за шею, поднял в воздух и с силой впечатал в стену.

– Это ж сколько поколений людей вы на гибель души обрекли?

Глаза Крюса полезли из орбит, но страж уже ослабил хватку, а затем и вовсе брезгливо отбросил парня. Несколько секунд тот надсадно кашлял, с силой втягивая воздух изрядно помятой глоткой, а после обиженно прохрипел:

– Кого там обрекать было, мужик! Это же корпы! Они нас за людей не считали, до того, как демоны явились! Мне дед рассказывал, а ему его дед – над законом ходили, что хотели, то и делали! Верхние – они из богатеев все. Под солнцем могли жить только главы корпораций, акционеры, служащие и прочая шелупонь. Ну и обслуга из нижних, понятно! Кто-то же должен был там убираться, напитки подавать и толчки чистить. Сейчас-то они сами научились справляться, а раньше мои предки наверх могли попасть, только как слуги в частные владения и офисы корпораций. Так что не надо всего этого, мужик, они это заслужили!

Стеф прикрыл глаза, гася гнев.

– Да и что они, херово живут сейчас, что ли? – продолжал уже не оправдываться, а в ответ обвинять Крюс. – На всем готовом, как и раньше! Жратва от пуза, воды хоть залейся, и ты думаешь, хоть кто-то из них задумывается, откуда все это берется? Кто управляет синетезаторами пищи, кто принимает и обслуживает автоматические дроны, которые лед на Церере добывают? Или ты думаешь, они знают что-то про гидропонику? Хера с два, мужик! Это мы все делаем! Черные, мать твою, антиподы! Как чинили их гребаные толчки три века назад, так это и делаем до сих пор!

«Помолчи! – шикнул я на открывшего было рот подопечного. – Чужой монастырь, не лезь со своим уставом. Помнишь: не суди, да не судим будешь».

Гринь будто услышал безмолвный выговор стражу, положил ему руку на плечо.

– Ты чего на него-то взъелся, Стефан? Он, что ли, с демонами договаривался? И вообще, стоило парня спасать, чтобы тут теперь придушить? Я, кстати, согласен – хотят верхние резать друг дружку во славу этого, как там его…

– Астерота! – с готовностью подсказал Крюс.

– Вот его, да – ну и пусть режут! Ты-то, малый, сам как туда попал?

Гринь намеренно сменил тему – и я, и чернокожий наш проводник это поняли прекрасно. Но последний с благодарностью принял протянутую руку нехристя, поднялся и как ни в чем не бывало зашагал по коридору дальше.

– Да по дурости… – через некоторое время продолжил он говорить. Все еще хрипловато – крепко ему Стеф горло помял. – У корпов много чего осталось, чем они даже пользоваться не умеют, а нам пригодится. Я в прошлый раз приметил одни апартаменты, там хозяева давно не появлялись. А меня безы с камер срисовали, приняли сразу у дверей лифта. Хотел же пойти через вентиляцию, блин!

И он с досадой стукнул кулаком по стене.

– Воришка, выходит? – хохотнул нехристь.

– Эй! Это вопрос выживания станции! – скорее демонстративно, чем искренне, обиделся Крюс. – Вещи должны работать, а не стоять для красоты в квартирах этих откормленных уродов! Слушай, а вы точно с Земли? Или для понту сказали? Просто там же нахрен всех убили!

Информацию о том, что мы прилетели на станцию с планеты, Крюсу сообщил Стеф. Считай, в самом начале нашего знакомства, едва только стало понятно, что в лице спасенного мы обрели союзника.

– Правда, – отозвался Гринь.

Страж по-прежнему шел молча, в разговоры с нашим проводником предпочитая не вступать. Тот, кстати, на информацию о том, что мы не местные, отреагировал удивительно спокойно. Нет, поохал, конечно, сказал, что это «бомба вообще» и что некая Манта «кипятком ссать будет, когда узнает», но не счел наш рассказ враньем. Что лично меня очень радовало, так как давало надежду, что выбраться со станции мы все-таки сможем. Ведь если подземник не исключал возможность прилета людей с Земли, значит, и с отбытием что-то можно будет придумать.

– Долго нам еще идти до твоих? – уточнил нехристь через несколько минут ходьбы.

– Да, считай, пришли уже. Сейчас поворот будет, потом два уровня вниз – и на месте.

Описывая дорогу, наш проводник не соврал. Лишь умолчал о том, что «на месте» нас встретят вооруженные люди. Едва мы спустились по короткой лестнице в коридор, бывший близнецом верхнего, как нас окружило не меньше десятка вооруженных подземников.

Странно, что я не заметил их, ведь один из дронов постоянно шел впереди в паре десятков метров от нашей группы. Но их появление я все равно пропустил – в конце концов, это были владения подземных жителей, и они знали здесь каждый уголок.

Все они, как и наш проводник, были чернокожими мужчинами, только, в отличие от него, одетыми. У кого-то кожа была посветлее, у кого-то – темнее, и каждый держал в руках оружие, которое я опознал как станнер. Ничего серьезнее у них не имелось, хотя нам и стреляющих шоковыми зарядами пистолетов хватит. Особенно когда их целый десяток.

– Кто это, Крюс? – хмуро уточнил один из них, здоровяк, скорее смуглый, чем черный, с непропорционально маленькой для такого крупного тела головой. Станнер он сжимал так крепко, что, казалось, вот-вот выстрелит в Стефана. – Ты на кой сюда корпов привел?

Я поставил на каждом подземнике метку для стража – на всякий случай. Это ему поможет, если дело не решится миром и придется драться. Пока мои дроны целы, он будет знать, где находится каждый из его противников, даже если повернется к ним спиной.

– Это не корпы, Слай! – откликнулся Крюс, без стеснения выходя вперед и, что меня обнадежило, заслоняя Стефа собой. – Они говорят, что с Земли прилетели.

– А ангелов, парень, ты там не видел? – хохотнул один из засадников за спиной.

– Ага! – поддержал его еще один. – Говорят, летают тут по коридорам, крыльями на стенах письмена оставляют!

– Они сами так говорят! – обиженно крикнул наш проводник. – Хорош уже ржать! Они меня спасли с алтаря корпов.

Тот, кого наш Крюс назвал Слаем, шагнул вперед и влепил ему затрещину. Стеф не шелохнулся, давая местным самим между собой разобраться. Гринь тоже выглядел спокойно и даже расслабленно.

– Сколько раз тебе, идиоту, говорили не лазить к верхним? Про договор забыл? А если тебя специально освободили, чтобы про убежища наши выведать?

Крюс, судя по всему, был не особенно умен. После слов Слая лицо его сразу перекосило, он со страхом оглянулся на нас и на всякий случай шагнул в сторону.

– Мы и правда с Земли, – Стеф развел руки, показывая мирные намерения. – Там не все погибли. Пострадали, конечно, но нашли способ бороться с демонами. Без…

В этот момент я стукнул его током, и завершить фразу страж не сумел. Понятно же, что он хотел сказать – мол, и без договоров с врагами рода человеческого справились. Этого я позволить не мог. Наставитель должен всеми силами защищать своего подопечного. Даже от него самого.

А он любитель копать себе ямы, из которых мы потом с превозмоганием выбираемся. Вот зачем, спрашивается, раздражать необдуманными высказываниями вооруженных людей?

Лица подземников, почти всех, за кем я наблюдал, выразили смешанный с недоверием интерес. Только Слай, видимо, старший в этой команде, скептически сморщился.

– Даже если так – что дальше? – выплюнул он фразу. – Вы прибыли, чтобы и нас от них освободить? Впрочем, мне насрать! Сейчас вас в карцер определим, а потом пусть Манта разбирается. Я не собираюсь мозги морщить над вопросом, что с вами делать.

Остальные подземники согласно загудели, поддерживая решение своего командира. Крюс повернулся к Стефу, с виноватым видом развел руками, мол, такой порядок.

«Я сдаваться не собираюсь!» – решительно уведомил меня Стеф, сжимая кулаки.

«Если не вяжут сразу, можно и посидеть немного в карцере, – успокоил я его. – Что нам, впервой? Попробуй их понять, Стеф. Со стороны врага приходят двое непонятных – белых, на минуточку! – мужика. И говорят, что они прибыли прямиком с Земли, с которой уже триста лет никакого сообщения нет».

«Но если будут вязать…»

«Если будут, ты с ними справишься!»

– Идите за мной, – сказал Слай и, развернувшись на пятке, довольно быстро пошел по коридору.

Его бойцы взяли нас в коробочку, и нам ничего не осталось, кроме как принять это любезное приглашение. Я с усмешкой шепнул стражу:

«Видишь, обошлось!»

Шли мы довольно долго, не менее получаса. Еще дважды спускались по лестницам на нижние уровни, плутали по коридорам, не отличимым друг от друга. Не думаю, что пост подземников и в самом деле находился так далеко от поселения, куда нас вели, скорее всего, они просто хотели нас запутать, выбрав максимально длинный путь. Для меня это проблемой не было, я спокойно наносил на карту каждый новый поворот, но местные же про это не знали.

Кстати, я отметил, что они страшно нелюбопытные люди. Будь на их месте наши, земные общинники, нас бы засыпали вопросами: как мы сюда попали, что сейчас происходит на родной планете, как, наконец, нам удалось научиться давать демонам отпор и даже очищать территорию так, что ни одна адская тварь не могла открыть туда свой разлом.

Эти же шагали, будто вопросы появления двух людей, прилетевших на станцию с планеты, их не очень-то и интересовали. Только взгляды заинтересованные бросали, но и только. Видимо, с дисциплиной в Подземной империи все было в порядке – велел командир молча сопровождать пленников, вот они идут и молчат.

Даже наш провожатый Крюс и тот, хоть и сопел недовольно, но рта не раскрывал, а ведь раньше болтал без умолку. И кто такая Манта, которая должна была «мозги морщить» по нашему поводу? Местный глава?

Наконец, ведущий нас Слай решил, что запутал нас окончательно, и решил двигать к цели напрямую. Буквально через несколько минут коридор расширился, стал выше, и мы попали в достаточно просторное помещение, которое я бы назвал ангаром. Правда, никакой техники я тут не увидел, зато сразу заметил, что все пространство заполнено многоэтажными постройками довольно неказистого вида, между которыми по своеобразным улочкам сновало множество людей.

– Сюда, – Слай указал рукой налево.

Встал он прямо перед Стефом, намеренно заслоняя ему вид на этот подземный поселок. Откуда же подземнику было знать, что прямо сейчас страж спокойно изучает поселение с камер дронов.

– Сюда так сюда, – миролюбиво согласился мой подопечный и нырнул вслед за Слаем в узкий коридор. Закончился тот тупиком у стены с тремя опущенными пока стеклянными дверьми.

– По одному.

Стеф и тут спорить не стал, вошел в одну из камер. Гринь, тоже не проявляя беспокойства, занял соседнюю. Командир засадников приложил ладонь сперва к одному замку, затем к другому, двери поднялись и отрезали нас от подземников, которые не прощаясь ушли.

– Даже оружие не забрали, – с осуждением в голосе поделился с нами нехристь из-за стены. Слышимость тут была такая, словно перегородки из соломы делали. – Вообще тут в космосе мух не ловят. Сильные колдуны без защитных щитов, Подземная империя, в которой пленников даже не обыскивают. Даже то, что на виду – лук и тот не отняли.

– Да они, небось, и не знают, что такое лук, – ухмыльнулся Стеф. – Откуда тут луки? Они со станнерами ходят и шоковыми дубинками.

– Все равно! Нигга этот видел, как я из лука стрелял, мог бы и сказать своим. Непуганые какие-то. Даже обидно!

– В этом нет никакой необходимости, – раздался вдруг женский голос из-под потолка. – В случае вашего агрессивного поведения мы просто откачаем воздух из камер. Как видите, не такие уж мы и беспечные, какими вы нас считаете!

– Манта? – спросил Стеф, задрав лицо к потолку. Ну, правильно, кто же еще это мог быть, кроме загадочной Манты, которую пару раз упоминали подземники? Та самая, которая должна и «кипятком ссать», и «мозги морщить».

– Мое имя Кларисса. Но да, многие называют меня Мантой, – со смешком отозвался голос. – И смотреть лучше не на потолок, а на стену. Камеры находятся примерно на уровне ваших лиц.

Стефан тут же уставился на ровную поверхность перед собой, за что заслужил одобрительное покашливание со стороны голоса. После чего камера погрузилась в тишину – по крайней мере, со стороны так выглядело. На самом же деле мы со Стефом, пока невидимая Манта-Кларисса не приступила к допросу, вели довольно оживленный диалог.

«Они вроде вменяемые», – начал я не очень уверенно, прекрасно понимая, как на эту реплику отреагирует подопечный. Тот не подвел.

«Ага! С демонами договор заключили – вменяемые, аж пробы негде ставить!»

«Слушай, ну какой у них был выбор-то? Погоди, не начинай! Знаю я, что ты хочешь сказать! Конечно, они могли гордо отказаться от договора и погибнуть…»