Мастерская одинокой смерти

© Ю. Овсянникова, перевод на русский язык, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Ореховая помадка

Wavy Gravy

Карамельное мороженое с кешью, бразильским орехом и шоколадно-ореховой помадкой с кусочками жареного миндаля.

1993–2001

Инструкция

Кон Тэгю, беркширская порода свиней

Даже одинокая смерть стоит денег. Что ж, это закономерно. И жизнь, и смерть стоят денег. Чёртовы деньги.

«Сперва нужно снять комнату. Срок – от трёх дней до двух недель. Умирать в мотеле, гостевом доме или каком-то шибко модном месте не хочется. Тогда смерть не будет одинокой. Если умрёшь на чьей-то работе, тебя ещё долго будут возмущённо вспоминать и поливать грязью. Выслушивать всё это после смерти, конечно, не хочется. Нужно что-то простое и малозатратное, а для съёма комнаты с ежемесячной арендой необходим залог – минимум три миллиона вон[2]».

Таковы были моральные представления об одинокой смерти Тэгю, который жил в одном доме со своей младшей сестрой, тремя её детьми и мужем. В подобной ситуации об одинокой смерти остаётся только мечтать.

«Как же так…» – говорили все, кто узнавал о нынешнем положении Тэгю. «Как же так… ему уже за сорок, а он живёт в доме своей младшей сестры и подрабатывает бесплатной нянькой». Когда-то у Тэгю всё было нормально, по крайней мере по его собственным представлениям. Именно эти воспоминания о давно прошедшей хорошей жизни и изолировали его от общества.

Довольно бурный роман с только что устроившейся в авиакомпанию стюардессой обернулся для девушки травмой лодыжки, а для Тэгю – разочарованием в любви и последующим увольнением. Первое время он сам не горел желанием с кем-либо общаться, однако три месяца спустя уже никто не горел желанием общаться с ним. Тогда вместе с бывшим коллегой они решили открыть туристическую фирму, и Тэгю попросил арендодателя изменить условия аренды жилья, чтобы перейти на помесячную оплату и вернуть крупный первоначальный залог, который он вносил по системе чонсэ[3].

Через восемь месяцев началась пандемия. Шесть месяцев они решили подождать. Шесть месяцев они работали бесплатно. Потом прошло ещё шесть месяцев, и ещё шесть месяцев. Вот и вся история.

Спасибо младшей сестре Тэгю, Джингён, которая приютила его у себя, а взамен попросила приглядывать за детьми, которые не ходили в детский сад. Так Тэгю и переехал к ней. А офистель[4], который он до этого снимал, занял его бывший коллега. После трёх месяцев общения с племянниками Тэгю разучился разговаривать со взрослыми людьми. Родители мужа Джингён, которые сперва лишь один раз в неделю, а потом и все три неожиданно наведывались в гости, чтобы проведать внуков, говорили: «Что же делать? Что же ему делать?»

Таким образом, чтобы описать нынешнюю жизнь Тэгю, хватило бы трёх хештегов: #какойужас #чтожеделать #какжетак. Именно их он указал в заявке на участие в «Мастерской одинокой смерти» от «Полуночной прачечной».

Джингён, её муж и вся их семья в целом очень доброжелательно и уважительно относились к Тэгю. Однажды за обедом, заметив, как сильно он устал, Джингён сказала: «Пойди приляг, я посижу с детьми». Тэгю направился в комнату своих племянников и улёгся на кровать. Вскоре в детскую пришёл младший ребёнок и уснул на матрасе у кровати – ему нравилось спать на полу. Через некоторое время в гости снова заглянули родители мужа Джингён. Заглянув в детскую, они стали перешёптываться, видимо, надеясь на то, что Тэгю спит и не слышит их разговор: «Да уж! Ребёнка на пол положил, а сам на кровать улёгся». В этих словах не было ничего такого, но они сильно задели Тэгю.

В ту же ночь Джингён решила поговорить с ним:

– Почему не спишь? О чём-то думаешь?

– Да нет.

– У тебя что-то болит? Ты выглядишь жутко уставшим. Я за тебя очень переживаю.

После этих слов Тэгю рассмеялся. А ведь Джингён ни в коем случае не пыталась его обидеть. «Почему он воспринимает моё беспокойство о нём и слова поддержки как насмешку?» – подумала она, и в ту же секунду её внезапно осенило: несколько дней назад Тэгю зашёл на кухню, чтобы перекусить, и случайно услышал, как её муж сказал: «В последнее время траты на еду сильно выросли». Эта фраза не несла в себе никакого дурного смысла и не относилась напрямую к Тэгю, но он, конечно, воспринял её на свой счёт. «Хватит жрать. Ты же не поросёнок» – так в его голове прозвучали слова мужа Джингён. С другой стороны, стоило ли соглашаться жить в доме своей младшей сестры, присматривать за её детьми, а взамен получать от зятя деньги на карманные расходы, будучи таким ранимым и эмоциональным человеком?

На самом деле основная проблема состояла в том, что старшей племяннице Тэгю недавно исполнилось шесть лет. И если с двумя младшими сыновьями Джингён он спокойно мог проводить много времени и даже купать их, то старшая дочь уже должна была сама ухаживать за собой, как бы сильно она ни уставала в школе и как бы поздно ни возвращалась оттуда. И это, конечно, правильно. В современном-то мире. И, конечно, правильно, что Тэгю вёл себя с племянницей максимально осторожно. Однако родственники мужа Джингён, которые не могли следить за младшенькими из-за болей в спине, в последнее время объясняли свои участившиеся визиты именно заботой о старшей внучке. И, конечно, Тэгю осознавал, что это всё происходит, потому что его боятся оставлять с племянницей на целый день.

Так, Тэгю стал понимать, что из-за его присутствия в доме младшей сестры обстановка в её семье всё больше накаляется, а значит, ему пора съезжать. Он же не мог просто сказать им: «Не переживайте. Я добропорядочный мужчина». Или начать высказывать своё недовольство их отношением, потому что в таком случае его бы оградили не только от старшей племянницы, но и от младших. Вскоре ему стало известно и то, что семья мужа Джингён уже подыскала для троих внуков новую няню из числа своих дальних родственниц, и единственное, чего они ждут, чтобы Тэгю поскорее съехал.

В поисках квартиры на короткий срок Тэгю зашёл на «Эйрбиэнби». Ему всегда нравилось гостить на новом месте несколько дней, ну, или максимум недельку. Уезжать далеко он не хотел, поэтому рассматривал ближайшие станции: Сусэк, Сонсу и Чхонпхён. Тэгю надеялся на то, что, оказавшись в малознакомом районе, в чужом пространстве, обустроенном под вкусы и привычки какого-то незнакомца, он сам впитает всё это и станет новым человеком. И после недолгих поисков он обнаружил его: старенький, тесный двухэтажный домик на одну семью с плоской крышей, расположенный возле закрытого зоопарка.

Стоимость аренды этого дома на три месяца была просто смешной, а в качестве единственного требования к проживанию хозяин указал уход за своим котом. Когда Тэгю позвонил владельцу дома, чтобы ещё немного скинуть цену, ему ответили, что за возможность сидеть с милым котиком он должен платить даже больше, чем указано в объявлении. «Невероятная наглость и бесстыдство. Какой нормальный человек ради путешествия оставит своего “милого котика” с незнакомцем на три месяца?» – подумал Тэгю и спросил, такой ли милый это котик, если хозяин не берёт его с собой? Человек на другом конце провода ответил, что стал участником «Мастерской одинокой смерти» и поэтому вынужден оставить своего питомца. Так Тэгю впервые услышал о «Мастерской одинокой смерти» и «Полуночной прачечной».

«Я собираюсь за границу на трёхмесячный мастер-класс», – сказал Тэгю сестре, специально упомянув заграницу, чтобы оправдать последующее отсутствие звонков. Впрочем, подобное путешествие в условиях пандемии могло бы вызвать у Джингён ещё больше подозрений, однако она не задала никаких вопросов. Тэгю начал объяснять, что компания прачечных самообслуживания собирается открывать филиал за рубежом и наняла его в качестве консультанта по франчайзингу. Но и то, как его взяли на такую вакансию, Джингён также не уточнила. Видимо, она решила, что не стоит расспрашивать о подробностях, чтобы лишний раз не усугублять ситуацию.

Они прожили в одном доме пять месяцев, и за это время Джингён заработала в глазах Тэгю, в первую очередь благодаря своей терпеливости, награду «Младшая сестра года». Однажды, очень поздно вернувшись домой с работы, он увидел смертельно уставшую Джингён, которая сидела на кухне и вместо ужина ела чипсы нори, запивая их пивом. Тем человеком, кто на самом деле нуждался в «Мастерской одинокой смерти», была именно она.

– Куда поедешь?

– В Великобританию. Беркшир.

– Там всё спокойно?

Тэгю хотел ответить «да», но побоялся себя выдать:

– Там неспокойно, но сейчас везде так.

Люди делятся на два типа: тех, кто с трепетом ждёт, что им на голову свалится счастье, и тех, кто со спокойным лицом принимает все злоключения судьбы. Тэгю, конечно, относил себя ко вторым. Кроме прочего, он считал, что подобное отношение к жизни могло бы помочь ему стать отличным куратором одинокой смерти.

N-количество людей, подавших заявку на участие в «Мастерскую одинокой смерти», становились кураторами. Таким образом, они получали денежные средства на свою одинокую смерть, а также возможность умереть в желаемом месте. Кон Тэгю очень хотел занять эту лидерскую позицию, во-первых, чтобы главенствовать над другими участниками, а во-вторых, чтобы бесплатно участвовать в «Мастерской». При этом он не верил, что его выберут куратором, потому что история, описанная Тэгю в заявке на участие, была весьма обыденной. Однако его всё-таки отобрали. Некоторое время он не понимал, что чувствует по этому поводу – радость или сожаление. Ведь из большого числа пропащих людей его посчитали одним из самых пропащих. Как бы то ни было, теперь перед Тэгю встал другой вопрос: какое место выбрать для одинокой смерти? Не будучи уверенным на сто процентов и не имея конкретных на то причин, он написал «Беркшир».

За несколько дней до оформления заявки они всей семьёй пошли в кафе, в честь дня рождения мужа Джингён. Там Тэгю попробовал мясо беркширской породы свиней. И это было так вкусно, что он еле сдерживал себя, чтобы не съесть всё.

– Вкусно, да. Это особый вид свинины, выведенной в Беркшире и доработанной в Корее. Говорят, что он даже вкуснее «иберико», – отметил, посмеявшись, зять и заказал ещё две порции. Тэгю, испытывая чувство вины, съел больше всех. Ему показалось, что муж Джингён специально сказал «вкусно» в утвердительной форме, а не в вопросительной, чтобы указать Тэгю на то, как он бесстыдно поглощает мясо. В любом случае, именно тогда, в кафе, он подумал, что город, в котором выращивают таких вкусных свиней, – это отличное место для одинокой смерти.

Вероятно, на выбор повлиял и сон, который приснился Тэгю накануне. В нём он сделал татуировку на запястье. Почерк мастера был неразборчивым, поэтому Тэгю пришлось прищуриться, чтобы рассмотреть надпись. «Твой последний обед» – было написано у него на запястье. «Почему именно эта фраза? Откуда она взялась?» – думал Тэгю во сне, продолжая раз за разом перечитывать её вслух, чтобы не забыть эти слова даже после пробуждения.

За день до начала «Мастерской одинокой смерти» Тэгю пошёл в тату-салон на Хондэ. Делать настоящую татуировку он побоялся, поэтому выбрал хну. Теперь на его левом запястье красовалась надпись: «Твой последний обед». Теперь Тэгю был готов умереть одинокой смертью, умереть как благородная свинья.

«Он мне нравится, – сказал директор Чо, увидев заявку Кон Тэгю. – Жил ничем не примечательной жизнью и хочет умереть как благородная свинья. Разве не очаровательно? Люди, которые не скрывают своей жадности, никогда себя не ограничивают и бесконечно испытывают презрение к себе, в итоге и умирают в одиночестве. Одинокая смерть происходит именно тогда, когда достоинство и благородство человека перестают существовать». Сказав это, директор Чо внезапно замолчал, сел и начал печатать. По неизвестным причинам он имел привычку в бешенстве буквально извергать слова как рвоту, а потом резко замолкать. Такая манера общения присуща людям, которые много времени проводят в одиночестве и редко общаются с другими. В действительности именно поэтому шутки и ворчание директора Чо, который сначала сам задавал вопросы, а потом вдруг заканчивал разговор длинным монологом, не нравились менеджеру О. Глядя на директора Чо, можно было сразу понять, какие именно люди умирают одинокой смертью: люди, рядом с которыми можно почувствовать некое грустное умиротворение, как от запаха старой выцветшей книги из тех, что никто никогда не читал. Такие люди ощущаются как половина человека. Такие люди создают подозрительные сайты для совершеннолетних под названием «Полуночная прачечная» и проводят там «Мастерскую одинокой смерти».

Работу в «Полуночной прачечной» менеджеру О предложила продюсер Со, с которой они одно время делали передачу на радио. Двумя годами ранее программу закрыли, и с тех пор менеджер О видел продюсера Со лишь однажды – полгода назад.

Письмо с предложением работы начиналось со следующей фразы:

☑ Полуночная прачечная: как складывается твоя одинокая жизнь?

Так как в письме был не указан почтовый адрес, менеджер О сперва решил, что это спам, и удалил бессмысленное сообщение. Когда же он узнал, что это письмо отправила ему продюсер Со, он понадеялся, что сможет снова с ней встретиться, и неделю спустя пришёл в офис, где целыми днями шумела старая стиральная машинка, а за рабочим столом сидел директор Чо.

– «Мастерская одинокой смерти». Ну, что думаешь? Как тебе такая идея? – абсолютно неискренне спрашивал директор Чо во время собеседования.

А менеджер О абсолютно неискренне отвечал:

– Ну, пойдёт…

– Хорошо.

В результате его взяли на эту работу. Позже директор Чо сказал, что ответ: «Ну, пойдёт…» – идеально сочетается с обязанностями координатора одинокой смерти. Хотя на самом деле, и менеджер О это прекрасно понимал, его бы взяли в любом случае, какой бы ответ он ни дал. Каким-то образом менеджер О догадался, что бывшей коллегой директора Чо была продюсер Со, и работу над «Мастерской одинокой смерти» они начинали вместе. «Каким-то образом догадался»…

Эта фраза идеально описывала всю жизнь тридцатичетырёхлетнего менеджера О. Каким-то образом он догадался, что надо устроиться сценаристом радиопередачи, каким-то образом догадался, что надо подняться по карьерной лестнице до главного сценариста, каким-то образом догадался, что для продвижения радиопередачи надо нанять плачущую панду, и в конечном итоге каким-то образом передача закрылась, а все её участники стали безработными преступниками. Нет. После передачи ещё и человек умер. Один человек. Его дядя. Каким-то образом у менеджера О получалось спокойно говорить об этом. И каким-то образом у менеджера О получалось быть полным трусом. Поэтому-то он и стал работать над проектом «Мастерской одинокой смерти», созданным для таких же трусов, как он сам. Каким-то образом вышло так, что трусы всегда умирают. Менеджер О прекрасно это понимал. Поэтому он стал ещё бо́льшим трусом.

«Живые люди должны жить», – однажды сказала ему бабушка, чем взбесила его сильнее обычного. Однажды она сказала, что ей нужно помыться, и заставила его поехать в баню вместе с ней, однажды она сказала, что хочет вместе с ним купить пирожок с соевой пастой именно на станции Самгакчи, однажды она сказала, что хочет вместе с ним поесть холодную лапшу с рыбой в районе Оджандон. Так бабушка менеджера О вела себя в те дни, когда он не хотел выходить из дома. «Живые люди живут» – менеджер О терпеть не мог эти слова. Они казались ему просто отвратительными. Он всегда отвечал: «Бывает, что живые люди умирают, бабушка. Ты когда-нибудь видела, чтобы мёртвые умирали? Живые умирают». Кто же знал, что вскоре менеджер О сам будет помогать умирать живым людям.

После первого рабочего дня в «Полуночной прачечной» менеджер О спросил у бабушки:

– Ты видишь, как я изо всех сил пытаюсь выжить. Неужели я такой ужасный человек?

Не отрывая глаза от телевизора, где показывали дораму, и жуя мандарин, бабушка ответила:

– Да, ты ужасный человек. И весь мир ужасный. Он испорчен и воняет экскрементами. Поэтому ты можешь быть настолько ужасным человеком, насколько сам себе можешь позволить.

После того письма с предложением работы продюсер Со больше ни разу не выходила на связь. «Где же она?» – спрашивал сам себя менеджер О. Его даже посетила мысль, что директор Чо специально использовал почту продюсера Со, чтобы сблизиться с ним и продолжить работу над проектом «Мастерской одинокой смерти» хоть с кем-то. «У него точно были какие-то мотивы», – размышлял менеджер О, но вскоре работа, которая поначалу казалась ему ничем не примечательной, стала потихоньку завоевывать его интерес.

Говорят, перед тем как открыть «Мастерскую одинокой смерти», директор Чо владел фирмой под названием «Полуночный экспресс», организующей разноплановые переезды. В основном они занимались ночными переездами, побегами и внезапными исчезновениями.

По словам директора Чо, компания «Полуночный экспресс» изначально была очень маленькой и предоставляла лишь небольшие однотонные грузовички единоличным домохозяйствам. Однако вскоре они решили сузить свою специализацию, дабы выделяться на фоне кучи других организаций, помогающих с переездами, и «Полуночный экспресс» стал работать только с теми клиентами, которые хотят держать свои перемещения в секрете. После нескольких подобных заказов компания директора Чо стала также осуществлять услуги по упаковке и транспортировке вещей для тех, кто хочет пропасть без вести. Помимо помощи в «исчезновении», директор Чо подумывал оказывать услуги по поиску «исчезнувших», однако он быстро понял, что многие люди, которые решают пропасть без вести, не стоят того, чтобы их искали. Таким образом, «Полуночный экспресс» стал заниматься лишь добровольными исчезновениями с целью залечь на дно и/или приобрести статус «пропавших без вести». Директор Чо рассказывал, что система не пропускала преступников, и они не занимались их укрытием, однако менеджер О не верил ему, ведь бизнес так и так был нелегальным.

Позже он попытался найти в интернете либо саму компанию «Полуночный экспресс», либо информацию о месте, куда направлялись пропавшие люди, которое директор Чо называл «Землей красной луны», но не нашёл ничего, кроме сервиса в Японии, оказывающего такие же услуги. Спрос людей на добровольное исчезновение рождает подобные предложения, и неважно, в каком месте и в какое время это происходит. Ведь даже для того, чтобы исчезло что-то одно, должно появиться что-то другое.

Менеджер О никогда не слыл продуктивным и деятельным человеком, но он думал, что сможет таковым стать, работая в «Полуночной прачечной». «Мастерская одинокой смерти» искала людей, которые хотят временно пропасть или полностью исчезнуть, а в роли её одинокого координатора и единственного сотрудника выступил менеджер О.

Сразу же после начала работы он задумался о том, как ему следует представляться клиентам. Он даже спросил у директора Чо, почему тот так себя называет, ведь на самом деле все давным-давно зовут его просто по имени. Директор Чо ответил, что считает себя директором только потому, что всё время отпускает шуточки, которые обычно травят директора. Звания «представитель» или «исполнительный директор» менеджеру О не нравились, и он решил, что «менеджер» – это наиболее подходящая должность для того, кто выполняет обязанности координатора «Мастерской одинокой смерти». Так он и стал менеджером О.

– Как ни удивительно, нашими основными клиентами являются не одинокие пожилые люди 70–90 лет, которые действительно испытывают проблемы с физическим здоровьем и экономическим благосостоянием, а мужчины и женщины от тридцати до пятидесяти лет, которые не могут принять себя и находятся в глубочайшем состоянии тревоги из-за возможной смерти в одиночестве, не видя никаких альтернатив для своей жизни. И так как смерть в одиночестве для них неизбежна, им стоит заранее привыкнуть к одиночеству и получше познакомиться с самими собой. Если они хотят, чтобы их чистая, не запятнанная грехами, одинокая смерть не принесла никому горя, им необходимо понять всю важность подготовки пути к ней, ведь одинокая смерть – это не про отсутствие ответственности, социальной солидарности и серьёзности. Одинокая смерть – это про скрапбукинг, украшательство своего дневника. Так что давайте позволим этим людям самим стать творцами своей одинокой смерти, давайте позволим им самим украсить свою смерть и провести время в одиночестве.

Менеджер О задавался вопросом: можно ли так легко относиться к смерти и сравнивать её с мастер-классом по скрапбукингу? Однако вскоре он понял, что размышление об одинокой смерти доставляет удовольствие и ему самому.

– Как вы понимаете, мы живём в мире, в котором нельзя заниматься пропагандой одиночества. Мы слишком привязаны к нашему прошлому и будущему, к нашей семье и соседям. Осознав, что, остановившись лишь на пару минут, нам придётся снова возвращаться в реальность, мы не останавливаемся вовсе. Только груз ответственности и необходимость заботиться о тех, кто может остановиться вместе с нами, не дают нам исчезнуть. Мы боимся, что, остановившись, не сможем вновь догнать быстро меняющийся мир и навсегда застрянем в круговороте поиска новых достижений и соответствия стандартам. И пока мы продолжаем так жить, поторапливая друг друга, одни бесследно исчезают, а другие – умирают. Всё, что нам нужно, так это немного чуткости и трусости, чтобы уметь нажимать на кнопку принудительного завершения работы. Мы должны стать более чуткими и трусливыми, чтобы суметь не остановиться навеки. Для этого и нужна «Мастерская одинокой смерти». Не зря говорят: уникальное нечто, созданное своими руками, – это и есть чудо. Если вы на минуту остановитесь и исчезнете, ничего страшного не произойдёт, изоляция поможет осознать, что мы взаимозаменяемы и что незаменимых нет.

Позже менеджер О узнал, что всё это лукавство и истинные причины создания «Мастерской одинокой смерти» совсем иные. Так или иначе, директор Чо отправил менеджеру О следующий печатный документ. Его же отправляли всем участникам проекта после рассмотрения их кандидатур.

Перед началом мы бы хотели прояснить пару моментов: «Полуночная прачечная» действительно предоставляет своим клиентам двенадцать недель полноценного одиночества с учётом всех их пожеланий и предпочтений. Однако слухи, согласно которым наша компания берёт смерть в качестве залога, а именно требует предоставления права на распоряжение телами и органами клиентов после их смерти, а также использует их личные истории для создания деструктивного травмирующего контента с целью неосновательного обогащения, не соответствуют действительности.

Клиентами «Мастерской одинокой смерти» являются распространённые на сегодняшний день члены единоличных домохозяйств – люди, которые работают в одиночестве, проводят свой досуг в одиночестве, состоят в соло-отношениях и неизбежно приходят к смерти в одиночестве. Таким образом, «Мастерская одинокой смерти» предоставляет своим клиентам возможность выбора оптимальной формы одинокой смерти и составления собственного настольного руководства по одинокой смерти, вместо того чтобы дарить им безосновательную надежду на иной жизненный исход. Участники «Мастерской одинокой смерти» самостоятельно регистрируются в приложении «Полуночной прачечной», создают личные каналы, ежедневно загружают туда собственные некрологи и ведут дневники одинокой смерти с целью осознать, что хроника одинокой смерти одного человека – это хроника одинокой смерти целого сообщества.

Завершённая смерть не может быть неудачной. Однако наш проект призван помочь людям преодолеть все проблемы и трудности для того, чтобы их одинокая смерть была не случайным происшествием, а естественным и запланированным мероприятием. «Мастерская одинокой смерти» не гарантирует своим участникам достижение успеха, а информация о том, что наша компания предоставляет клиентам реальные услуги эвтаназии, является домыслом.

Вся обучающая информация распространяется в специальном приложении, где все желающие также могут каждое утро размещать свои некрологи. За бесполезными делами день проходит молниеносно, поэтому «Мастерская одинокой смерти» дарит участникам ощущение собственной незначительности посредством выполнения незначительных заданий трижды в сутки, в связи с чем у них появляется возможность спокойно покидать привычный семейный круг и всякий раз не испытывать от этого полное опустошение. Участники «Мастерской одинокой смерти» познают одну замечательную истину: единственное, что останется с вами навеки, – это ваше собственное одиночество. Так, их покидает страх одиночества, и они с распростёртыми объятиями принимают его.