Умница для принца. Академия Даркайна

Глава 7

Кара заинтересованно приподняла брови и чуть подалась вперёд. В широко распахнутых глазах плескалось жгучее любопытство.

– В принципе ничего особенного, – заговорила я, невольно понизив голос. Будто Эверран каким-то чудом мог меня услышать. – Пошла во двор искать выброшенный подарок и случайно столкнулась с королём Иль Каном и его младшим сыном. Они всегда тренировалась в стрельбе из лука по вечерам. Не знаю, что на меня нашло, я же не стукачка, но… – мой голос предательски дрогнул. – Я не выдержала и нажаловалась ему, мол, ваш сын с друзьями решили улизнуть из дворца. На подпольные бои в такой-то таверне.

– Ла-а-а-али, – удивлённо протянула Кара, едва сдерживая смех. – Вот уж от тебя не ожидала.

– Думаю, младший рассказал старшему кто его сдал. Потому что с тех пор Эверран делал вид, что меня не замечает. Сегодня первый раз, когда он со мной заговорил спустя пять лет. А Его Величество… – во рту пересохло, и я нервно облизнула губы. – На следующий день он взглянул мне в глаза вот так проникновенно.

Я попыталась передать тот взгляд, и судя по тому, как вытянулось лицо подруги, вышло весьма похоже.

– Аж до косточек пробрало! И спросил так вполголоса, но до ужаса серьёзно: “Лали, Эвер обидел тебя?”

– А ты?

– А что я? – вздохнула, ощущая странное жжение в груди. Как-будто совесть проснулась с запозданием в пять лет. – Я уже тысячу раз пожалела о своей болтливости и больше ничего ему не рассказала. Артефакт, кстати, нашла. Он слегка погнулся, но не сломался.

Исповедавшись, наконец, подруге, я отвела взгляд, умолчав, что привезла этот артефакт с собой среди безделушек. Не как память о вредном наследнике дружественного Кэррей.

Скорее, как возможность улучшить его, применяя новые знания.

– Вообще не переживай, – тёплые пальцы Кары легонько сжали моё запястье. – Ну прибыл сюда, ну будет куратором. Он же куратор первокурсников, а не личный надзиратель Лали Орхард. Уверена, у него и без того будет масса проблем. А мы будем учиться.

– Угу, – промычала я, поднимаясь на ноги.

Потянулась, разминая косточки и неторопливо подошла к окну, сдвинув в сторону занавеску. Во дворе было людно. По тропинкам как муравьи сновали нагруженные книгами студенты, а некоторые сбились в стайки и заняли скамейки, весело переговариваясь.

Кара задумчиво молчала, но я лопатками чувствовала её долгий, взгляд. Будто она что-то хотела сказать, но не решалась.

– Извини за прямоту, но твоя месть дурацкая, – подруга всё же нарушила молчание. – Нет, я понимаю, тринадцать лет, сложный возраст и захлёстывают эмоции. И знаешь, наверное… – я обернулась и увидела, как она рассматривает потолок, задумчивая постукивая пальцами по подбородку. – Наверное, я бы поступила также, поэтому ни капельки тебя не осуждаю. Но не позволяй этому прошлому тянуть тебя в прошлое, уж извини за каламбур.

Я набрала воздуха в грудь и медленно выдохнула, представив, будто на самом деле отпускаю прошлые обиды. Правда, легче ни капельки не стало. Может, дело было не только в подростковых эмоциях?

Только я сама не могла себе в этом признаться. Даже сейчас.

– Самая лучшая месть будет такая, что ты выучишься, станешь блестящим, известным на весь материк артефактором, даже переплюнешь твою бабушку, – продолжила Кара, и её карие глаза вспыхнули азартным блеском. – И Эверран сгрызёт себя от досады, что такая умная, красивая девушка ему не достанется. Пускай устраивает отборы невест, как было в старину!

В голове мгновенно возникла красочная картинка: Эвер с кислой и скучающей физиономией стоит по правую руку от отца, восседающего на троне. Плечи наследника опущены, взгляд изучает по очереди пол, стены и потолок. Что угодно, но только не претенденток.

А перед ними выстроились в ряд разномастные девицы с вычурными причёсками, все в розовых платьях с пышными юбками. И все в один голос утверждают, что сделают Его Высочество счастливейшим из мужчин.

Не удержавшись, я прыснула со смеху и согнулась пополам, опираясь поясницей на широкий подоконник. Кое-как отсмеявшись, рассказала об этом Каре, и наш долгий хохот оборвал лишь грохот в дверь, от которого жалобно скрипнули петли.

Простонав вполголоса, мол, сейчас открою, я подскочила к двери, распахнула её и в комнату кое-как ввалился тот самый парень, которого Эвер заставил нам помогать.

На бедолагу было жалко смотреть! Он был со всех сторон обвешан свёртками и учебниками, так что напоминал ходячую гору канцелярии. Увесистые томики опасно покачивались над его головой, то и дело норовя сорваться и приземлиться на макушку. Однако неведомая сила держала их на месте как приклеенные.

– Извини, конечно, за бестактность, – я изумлённо уставилась на эту поражающую воображение конструкцию, – но как ты всё это донёс?

– Сначала помогите.

Вдвоём с Карой мы принялись шустро перекладывать свёртки и учебники на столы и кровати. Парень, избавившись от поклажи, шумно выдохнул, утирая пот со лба тыльной стороной ладони, и заговорщически улыбнулся.

А потом вдруг резко обернулся и покосился на полуоткрытую дверь, будто опасался, что его услышат. И тихо прошептал:

– Вам точно интересно?

– Ещё спрашиваешь! – заверила его я, ощущая небывалый интерес.

Тут явно не обошлось без вспомогательного артефакта. Вопрос, каков был принцип его действия? Я никогда с таким не сталкивалась.

Быстрым кивком парнишка указал на дверь, мимо которой проходили несколько девчонок, с любопытством поглядывающих на нашу троицу, и приказал:

– Заприте, и я покажу вам нечто невероятное!

Глава 8

Предупреждающий взгляд Кары ни капельки не помешал мне метнуться к двери и для верности щёлкнуть засовом.

Подруга картинно закатила глаза и качнула головой. Пара каштановых локонов выбились из причёски и скользнули вдоль лица, закрывая уши.

– Всё, Орхард, теперь не отвертишься, если он окажется маньяком, – трагично прошептала она, отступая на шаг. Правда, у самой в глазах искрились дерзкие чертенята.

Паренёк встал спиной к окошку и нырнул пальцами в карман помятых брюк. А через мгновение торжественно извлёк на свет небольшой жёлтый шарик, похожий на смятый комок жёваной бумаги.

– Мда, – вынесла свой вердикт Гримстон со скептическим выражением лица.

Не обращая на неё внимания, наш гость обхватил комок с двух сторон и аккуратно сжал его большим и указательным пальцами. И я едва не взвизгнула от неожиданности, увидев как на неровной поверхности проступили два круглых глаза с крохотными бусинками-зрачками!

– Это… – просипела я, округлив глаза так, что стало немного больно. – Это… оно живое?

Шарик застенчиво хлопнул глазками, будто моргнул, и чуть пониже проявилась горизонтальная полоска, до ужаса похожая на рот.

– Это Дерек-один! – с гордостью в голосе объявил паренёк, бросая на нас победный взгляд.

Да уж… впечатлил так впечатлил!

Кара осторожно приблизилась и наклонилась над ладонью, разглядывая оживший шарик. Тот замер почти неподвижно – не шевелился, лишь моргал.

– Чего-один? – переспросила она, и я невольно последовала её примеру. Склонилась над странным существом, едва не столкнувшись лбом с подругой.

– Дерек-один, – снисходительно повторил он. – Первый в своём роде умный артефакт. Пока секретный. Расскажете про него кому – наживёте во мне врага, а я, между прочим, будущая надежда Даркайна.

Кара фыркнула, зажав рот ладонью, чтобы сдержать рвущийся наружу смех. Шарик недовольно покосился на неё, но больше не реагировал.

– Нам и стараться не надо, ты сам всем расскажешь, – проговорила она сквозь тщательно сдерживаемую улыбку. – Мы даже не знаем, как тебя зовут, а ты уже всё разболтал. Кстати, почему Дерек?

Пока Кара обменивалась колкостями с парнем, я затаив дыхание разглядывала удивительный артефакт. Будучи прирождённым исследователем, меня тянуло к нему как к магнитом, аж руки чесались потрогать неведомое чудо!

Любопытство взяло верх, и я аккуратно поднесла указательный палец к макушке Дерека, но кроха заметила моё движение и настороженно откатилось почти к запястью паренька.

– Он живой! – выдохнула я, не в силах сдержать восхищения. – Это невероятно!

– Во-первых, не живой, – в доказательство своих слов он сжал шарик с двух сторон, и глаза со ртом мгновенно пропали, не оставив и следа своего существования. – У него нет собственного разума.

Это снова был шарик, ничем не примечательный.

Парень аккуратно убрал его обратно в карман, но, не удержавшись, бережно погладил поверх ткани.

– Во-вторых, Дерек – сокращение от моих имени и фамилии: Деннис Рекхам, – пояснил он, горделиво расправляя худенькие плечи. – А один – потому что сейчас он создан в единственном экземпляре.

Рекхам!

У меня в голове будто колокол зазвонил! А я-то думала, кого он мне так напоминает!

– Рекхам? – переспросила я, протягивая ему ладонь. – Ты из семьи нового королевского артефактора? Я – Лали, а моя бабушка была…

– Дельвиг, – важно кивнул он, бережно пожимая мою ладонь. – Бывшие королевские артефакторы и соперники нашего рода. Хорошо, что здесь, в академии, у меня будет достойный оппонент.

– Осторжнее со словами, воин, – хихикнула подруга, обмениваясь с ним рукопожатием, – наша Лали способна за себя постоять, она не только Дельвиг, но в первую очередь Орхард. Я – Кара Гримстон и да, тот изверг, который будет мучить нас на физподготовке – мой папа.

Деннис ничуть не смущаясь пояснил, что всегда был увлечён наукой, а не “дурацкими развлечениями и пустой тратой времени.”

– Родители говорили, что я должен играть с другими ребятами, а не просиживать всё время в комнате. Мол, сила и выносливость важны также, как и ум. А мозгу надо отдыхать, – продолжил Деннис, то и дело касаясь кончиками пальцев кармана с Дереком-один внутри. – Но я был слабее чем окрестные ребята и часто им проигрывал. Они часто меня дразнили, поэтому я стал думать, как не только сравняться с ними, но и обыграть. Так и создал Дерека.

Вот же чудеса!

Я слушала парня с открытым ртом. Но всё ещё не понимала, как простой шарик наделил его сверхчеловеческой силой?

– Дерек не имеет индивидуального сознания – он отражение моего, как зеркало, – пояснил Деннис. – Я активирую его, а затем направляю мысленный импульс. Он создаёт резонанс между потоками внутри него. Это создаёт иллюзию понимания, хотя на самом деле Дерек лишь считывает образы из моего магического поля. И создаёт ответные импульсы, которые идут к нервам или мышцам. Так что я могу на время стать сильнее, быстрее или лучше видеть.

В голове хороводом замелькали мысли. Папино наследие дало о себе знать – если создать много-много таких артефактов и раздать воинам из Школы, так называемому Живому Щиту Даркайна, мы будем непобедимы! И если на наше королевство снова нападёт враг, как это было почти тридцать лет назад, он больше не превратит наш мегаполис в руины!

Кажется, Кара думала о том же. Деннис, завладевший нашим вниманием, теперь казался не забавным, угловатым парнишкой. Его изобретение, если доработать его с умом – даст возможность совершить небывалый прорыв!

– Так, ладно, мне пора. Себе учебники я ещё не захватил, – Деннис, довольный тем, какое произвёл на нас впечатление, явно неохотно направился к двери.

Но едва он сдвинул в сторону засов, как с моих губ слетело:

– Не жалеешь, что рассказал нам о Дереке? Вдруг я сделаю себе такой же?

Парень обернулся, и на его лице скользнула снисходительная улыбка:

– Не-а. Я же показал готовый результат, а не процесс.

Как только дверь за ним закрылась, я как заворожённая подошла к своему столу и принялась механически перебирать учебники, едва взглядываясь в названия. Внутри всё сжималось и разгоралось от предвкушения.

– Вот тебе отличный стимул учиться, – хмыкнула Кара, явно прочитав мои мысли. – Теперь твоя задача – обогнать Рекхама с его Дереком.

– Учёба никуда не денется, – я обернулась к ней и с азартом припечатала. – Зато я теперь знаю, как утереть нос нашему венценосному куратору!

Глава 9

– Может, не надо? – взмолилась Кара, но тщетно!

Я уже потирала в предвкушении ладони.

– Надо, Кара. Очень надо.

Дело было даже не в возможности утереть нос наследнику престола. Что-то внутри меня год за годом жаждало доказать, что я – не малолетняя соплячка, а взрослая, умная девушка.

Что со мной надо не нянчиться, а разговаривать на равных.

Время до ужина пронеслось в одно мгновение. Мы едва успели разложить учебники и принадлежности, а также расставить по столам безделушки – вроде семейных фотографических карточек.

Настала пора принаряжаться. Кара остановила свой выбор на нежно-голубом платье оттенка незабудки из тонкой, мягчайшей шерсти, а я облачилась в персиковое до колен – с белым кружевным воротничком и такими же манжетами.

Коридор общежития гудел как растревоженный улей. К нам то и дело стучались девчонки, не только с нашего факультета, но и с соседних – кому заколку подай, кому сахарную воду для волос, а кому и флакончик духов или помаду. В один момент мне даже показалось, что всё общежитие – от подвала и до самой крыши пропиталось яркой и сладкой смесью ароматов: здесь и цветочные нотки духов, и мёд, и сахар, и даже пряности!

Правда, вскоре мне стала понятна причина такого ажиотажа. Каждая девчонка, кто заходила к нам в комнату, обязательно интересовалась:

– Ты Лали Орхард, верно?

– Ага, – обречённо кивала я, уже зная, что последует за этим.

– Отлично! Ты же лично знаешь наследного принца Кэррей? Расскажешь о его увлечениях? Что ему нравится, а что нет?

Сперва я честно отвечала что не знаю. Что я уже лет пять как не была в Кэррей и не интересовалась жизнью их королевской семьи.

В ответ получила упёртое "не верю" и "ну пожалуйста, ну расскажи!"

Ладно, сами напросились. Меня буквально вынудили приврать.

Чуточку. Слегка.

Кара уже не сдерживала смех, попутно пытаясь заплести себе замысловатую косу состоящую из нескольких поменьше.

– О-о-о, – я загадочно прикрыла глаза, и очередная наша новая знакомая едва не поднялась на цыпочки от нетерпения, навострив хорошенькие ушки. – Его Высочество Эверран… Знаешь, он обожает кормить уток на королевском пруду. Иногда даже разговаривает с ними. Кара, у нас в академии есть пруд?

– Вроде бы был, – подруга наморщила лоб и привычно подняла глаза к потолку. – Да, был небольшой, у северной изгороди. Только не знаю, есть ли там утки. Папа говорил, что гонял оттуда студентов-двоечников, которые выливали в воду испорченные зелья. Боюсь, там давно уже вместо живности и тины – голый камень.

– Ничего, – хищно ухмыльнулась сокурсница и решительно припечатала. – Я это лично исправлю.

Когда очередная незваная гостья ушла, мы с Карой переглянулись и одновременно рассмеялись, а следующей любопытной я уже взахлёб рассказывала о том, как принц тайком коллекционирует фарфоровых лягушек. Затем две девочки-близняшки с зельеварения узнали, что он спит в носках даже в летнюю жару. Непременно в белоснежных.

Кара при каждой новой истории фыркала и отворачивалась, прикусывая губы до белых следов от зубов.

Заметьте, не я это начала.

– Его Высочество тебя убьёт, – повторяла она всякий раз, когда дверь в нашу комнату закрывалась. – Лали, умоляю, не доводи до международного скандала.

– Пф-ф-ф, не посмеет, – беззаботно отмахивалась я, живо представляя как завтра Эверрану и шагу не дадут ступить, наперебой задаривая носками и безделушками-лягушками. – Он, конечно, подлец, но уважает моего папу. Ради него точно оставить старшую дочь живой.

– У господина Орхарда есть запасная дочь и сын впридачу, – Кара решила подлить масла в огонь, напомнив мне про младшую сестрёнку Бель, которой едва исполнилось пятнадцать, и семилетнего Кириана. – Ладно, пойдём, займём хорошие места.

В огромнейшей столовой для каждого факультета сдвинули столы – первокурсники на одном конце, выпускники – на другом. Гомон голосов отражался от высоких сводчатых потолков, смешиваясь с перезвоном столовых приборов. Запах свежей выпечки, жареного мяса, пряностей и свежих фруктов соблазнительно щекотал ноздри, заставляя желудок в нетерпении сжиматься.

Я едва сдерживала смех, наблюдая, как девушки вокруг шушукаются, обсуждая способы понравиться новому куратору.

– …говорят, он любит умных, – шептала блондинка слева. – …нет-нет, ему нравятся спортивные, – возражала ей соседка.

– А я уже отправила сообщение тёте, чтобы завтра утром принесла к воротам подарочек, – похвасталась молоденькая рыжеволосая красавица, которой я поведала “секрет” про лягушек.

Слушая их краем уха, я подалась к Каре еле слышно прошептала:

– Надеюсь, Эверу во дворце у Его Величества Мунхо сейчас икается. Как только можно будет выйти в город – первым же делом сгоняю домой и выпытаю подробности у Бель.

Кара что-то зашептала в ответ, но в это время работники принялись ставить на столы горячее, и я расслышала только “тебе… кажется… небезразличен”.

А может, мне просто показалось.

Настроение взлетело ввысь, и забыв про принца, мы с Карой влились в общий разговор. Что ни говори, а девчонки подобрались толковые, несмотря на интерес к сомнительным парням.

И всё было бы отлично, но мы сперва просидели до полуночи в столовой, а потом дружной кучкой переместились на этаж в одну из комнат. И разошлись уже под утро, когда до подъёма оставалось три часа.

И за пять минут до звонка будильника нас разбудил оглушающий стук в дверь, как будто по крепкому полотну вдохновенно били кувалдой!

– У кого там нет ни сердца, ни мозгов? – простонала я, крайне неохотно выпутываясь из одеяла.

Сон упорно не отпускал, шепча, что если сунуть голову под подушку, то грохот будет хуже слышно. Но всё же я прошлёпала босыми ногами к двери, обернув одеяло на манер плаща. Краем глаза осмотрела себя в зеркало.

Мда…

Волосы торчали во все стороны, а мешки под глазами можно было складывать в подвал – хватило бы до весны.

Сдвинув в сторону засов, я приоткрыла дверь на ширину мизинца и, увидев визитёра, тут же попыталась её захлопнуть.

Неудачно.

Отвратительно свежий и бодрый Его Высочество Эверран Кэррейский в выглаженнной рубашке, на этот раз чёрной и в таких же идеальрных брюках молниеносно сунул ногу в дверной проём.

– По какому праву, студентка Орхард, – рявкнул он без предисловий и приветствий, – вы вчера закрылись в комнате женского общежития с совершеннолетним парнем?

Глава 10

От резкого тона Эвера я дёрнулась и растерянно захлопала глазами. Остатки сна проходили медленнее, чем хотелось бы, и в голове слишком медленно рассеивался туман.

Какая муха укусила принца в такую рань? С трудом соображающий от недосыпа мозг отказывался выдавать мало мальски правдивые версии.

А Эверран как назло сложил руки на груди, отчего мускулистые плечи и предплечья с проступающими венами на загорелой коже обрисовались в особо выгодном свете. У меня едва рука не потянулась вперёд, чтобы провести провести по ним пальцем.

Стоп. Что?

Я нервно мотнула головой. Что за ересь лезет в голову с утра пораньше?

– Эвер, ты нормальный? – хмуро поинтересовалась я, борясь с зевком. – Во-первых, посмотри на часы, а во…

– Во-первых, – жёстко перебил он, – с сегодняшнего дня ты обраешься ко мне строго на “вы” и “господин куратор”, либо “куратор Эверран”, тебе ясно?

Я едва не подавилась воздухом, застравшим на полпути между лёгкими и горлом. Попыталась втянуть его обратно, но вместо этого грудь затопило жгучим возмущением.

Я же не сделала ничего плохого! Что этот монстр себе позволяет?

Он даже ещё далёк от того, чтобы надеть корону! Вот станет королём, пусть своим подданным и указывает.

Эвер тем временем перехватил дверную створку и с лёгкостью пересилил моё сопротивление, боком оттеснив меня в сторону.

Над подушкой показалась заспанное лицо Кары. Увидев принца, подруга сперва вытаращила глаза, а после сдавленно пискнула и спряталась целиком под одеялом.

– Доброе утро, куратор Эверран, – донеслось оттуда приглушённое.

– Доброе? – холодно произнёс он, припечатывая меня словами без капли жалости. – Я бы так не сказал. Первое утро учебного года и первые же проблемы именно от тебя. Академия Даркайна – это не место для безрассудства и вседозволенности. Почему я это знаю, а ты ещё нет? Если ты, Лали Орхард, думала, что ускакав из родного дома в стены учебного заведения получишь долгожданную свободу, то я сразу разобью все твои надежды.

Да что он себе позволяет!

Забыв про всклокоченный внешний вид, я стиснула челюсти и сердито засопела, пытаясь подобрать достойный ответ. А он, наоборот, вошёл в раж и в конце выдал такое, отчего я едва сдержалась!

– Веди себя прилично и не позорь родителей, Лали.

В голове мигом прояснилось, будто на меня вылили ушат бодрящей ледяной воды. Эверран опасно приблизился к той черте, за которую ему не стоило переступать.

Никто не имеет право трогать моих папу с мамой.

Даже дети их лучших друзей! Особенно они!

– Это. Ты. Сам. Прислал. Денниса. С учебниками! – я обрела дар речи и отчеканила каждое слово громко и едва не по слогам. – А сейчас стоишь тут и притягиваешь за уши! Простите, господин куратор. Притягиваете.

За широкой грудью Эверрана, явно обожающего физические упражнения, послышался шелест шагов и едва слышные шепотки. Похоже, наша ссора привлекла свидетелей.

– Я просил принести учебники, – парировал Эвер уже спокойнее, – а не закрывать дверь и чем-то здесь заниматься в присутствии несовершеннолетней.

Вот что это с ним?

Чего он так взъелся?

Один только взгляд, которым он меня одарил, мог бы превратить меня в ледышку. Пять лет ему было на меня плевать, небось радовался, что с глаз долой исчезла “сопливая, малолетняя проблема”, а тут вдруг взялся блюсти мораль!

– Всё было не так. Мы просто… – начала я, но тут же осеклась.

Перед внутренним взором всплыло лицо Денниса и его слова:

“Расскажете про него кому – наживёте во мне врага, а я, между прочим, будущая надежда Даркайна”

Его “Дерек-один” мог стать прорывом! Если, конечно, парень сможет использовать знания и в будущем довести его до ума.

Я встала перед сложной и весьма неудобной дилеммой. Либо я выдам потенциального коллегу-гения и потеряю шанс узнать принцип работы устройства, либо ухудшу и без того испорченные отношения с Эверраном.