- -
- 100%
- +
– А это было бы интересно, – заметила Матильда.
– Было бы замечательно, если бы они вообще забыли друг друга, – сказал Гэлл.
– Но мы их еще долго будем помнить, – добавил Амброуз.
– Вот оно, – произнес Эдан, когда кусок курицы приблизился ко рту Норма.
Он наконец-то приступил к еде, кусал и жевал, но смотреть на него было немного неприятно. Из-за неправильного прикуса его челюсть двигалась как-то странно, это было похоже не действия персонажа из старого мультика. Немного соуса попало на подбородок, и его спутница потянулась за салфеткой.
– Да, ладно? – удивился Гэлл.
– Ты добавил немного заботы в ее салат? – спросил у него Эдан.
– Нет, просто у парня много денег, – сказал Амброуз, когда девушка вытирала лицо Норма.
– Спасибо, – сказал он ей. – Ты у меня такая заботливая.
– Не за что, – сказала она, продолжая водить салфеткой по его подбородку.
– Еще не подействовало? – произнес Эдан. – Может, оно перестало работать?
– Он вообще пробовал соус? – сказал Амброуз.
– Может, еще слишком мало съел? – предположила Матильда.
Норм же продолжал есть, продолжал натыкать куски курицы на вилку и отправлять их в свой рот. Он так увлекся, что, казалось, перестал замечать то, что на нее смотрела его будущая жена. А его девушка отвернулась, и по ее лицу было видно, что ей было противно даже находиться рядом с ним.
– Если кто-нибудь зайдет, я на кухню не вернусь, – сказал Эдан.
– Уже почти утро. Не думаю, что кто-нибудь придет, – сказала Матильда.
Тарелка, стоящая перед Нормом, почти опустела, а персонал продолжал наблюдать за этой странной парой. Девушка явно скучала и смотрела в окно, а ее спутник явно увлекся едой. Так увлекся, что Матильде через пару минут пришлось подняться с барного стула.
– Повторите курицу, пожалуйста, – сказал он ей.
– А вам повторить заказ? – спросила Матильда у девушки.
– Нет, – ответила она. – Заберите тарелку, пожалуйста.
Эдан видел, что происходило, и поторопился на кухню.
– Забвение, – произнес Амброуз.
– Я отнесу ему, – сказал Зигмунд и подлетел к ящику, где стояла нужная банка.
Он нашел ее, схватил обеими руками и поторопился на кухню, оставляя за собой дорожку из зеленых блесток.
– Да, что-то в последнее время мы заскучали, – сказал Амброуз. – Надо определенно разработать ночное меню для таких гостей.
– Может, и с баром что-нибудь придумать? – предложил Гэлл.
– Что с баром придумать? – спросил Зигмунд, который быстро вернулся назад.
– Мы хотим сделать специальное ночное меню, – объяснил Амброуз.
– Что? Дамиана снова что-то придумала?
– Нет, блюда будут теми же, – продолжил Амброуз. – А вот эффект от них, как у кота, которого мы подкармливаем.
– Понял, – произнес, улыбаясь, Зигмунд. – Может, еще коньяка?
– Не откажусь, – согласился Амброуз.
Бутылка с коньяком снова взлетела в воздух, бокал наполнился, потом подлетел к аквариуму, и его содержимое вылилось в воду.
– Спасибо, – поблагодарил Амброуз.
– Не за что, – сказал Зигмунд и приземлился на край аквариума.
Через пару минут Матильда отнесла порцию курицы Норму, а Эдан вышел из кухни и передал Зигмунду банку с розовым порошком.
– Пусть лучше это здесь постоит, – сказал он, ставя ее на столешницу.
Зигмунд поспешил поставить банку в шкафчик, она заняла свое место среди выплесков гнева, неудержимого смеха и дежавю. Фею стало интересно испытать и их, он немного задержался среди банок с блестящими порошками.
– Кажется, сейчас будет продолжение, – произнес Амброуз, наблюдая за посетителями.
Зигмунд его услышал и снова подлетел к аквариуму, в котором Амброуз плавал брюхом вверх. Ему было хорошо после коньяка, но выглядело это так, словно рыбка вот-вот сдохнет. Он медленно шевелил плавниками и хвостом, а потом погрузился глубже под воду и устроился в кресле.
– Ей, определенно, скучно, – сказал Гэлл.
– А он ест с таким аппетитом, – заметил Эдан.
И правда, Норм ел с аппетитом, он был полностью занят приемом пищи и больше не смотрел на свою спутницу, которая смотрела в окно и нервно качала ногой. На горизонте небо уже светлело, было около четырех утра. Совсем скоро многоглазые головы над столами должны были исчезнуть, и все кафе стало бы снова нормальным. Это значило, что эффект порошка забвения мог прекратиться, но Норм уже доедал вторую порцию курицы и ни на что не обращал внимания.
– Вкусно? – наконец спросила его спутница.
– Угу, – промямлил он с набитым ртом.
Уголки его рта были немного испачканы соусом, но на этот раз она не собиралась вытирать ему лицо. Она ждала от него действий, ждала, но ее терпение было на исходе. Она попыталась сделать нежный взгляд, чтобы показать ему, что любила его, но у него ничего не вышло. Она не смогла скрыть гнев, которым горели ее глаза.
– Что-то не так? – спросил у нее Норм, заметив это.
– Все в порядке.
– Ладно, – равнодушно произнес он и продолжил есть.
Курица еще не успела остыть, когда ее последние куски были им съедены. Третья порция была бы лишней. Потом Норм посмотрел на свою девушку, откинулся на мягкую спинку дивана и запустил руку в карман. Там его пальцы наткнулись на коробку с кольцом, а девушка это заметила. Она предвкушала, что это вот-вот произойдет, но Норм продолжал держать руку в кармане.
– Неужели, он это сделает? – произнесла Матильда, которая сидела за стойкой.
– Я так не думаю, – сказал Амброуз.
Они продолжили наблюдать за Нормом, который уже не выглядел взволнованным и растерянным. Он был абсолютно спокоен, переживала теперь девушка. Она смотрела на него, а Норм не мог понять, почему в его кармане оказалось то, что оказалось. Он вытащил руки из карманов, и они оказались перед ним, коробку он доставать не стал. И девушка это заметила и занервничала еще больше, Норм же уставился в окно, что для нее стало последней каплей.
– Ты издеваешься? – спросила она.
– Издеваюсь? – удивился Норм. – Я просто в окно смотрю.
– Ты меня сюда привел только ради этого? – продолжила она. – Чтобы поесть и просто посмотреть в окно?
– Ты могла со мной и не идти.
– Что? – почти кричала она.
– Променял одну курицу на другую, – пошутил Зигмунд.
– На съедобную, – добавил Эдан.
– И почему мы раньше не использовали этот порошок? – сказал Амброуз, высунув верхнюю часть туловища из воды.
Где-то на горизонте показалось солнце, свет в кафе внезапно выключился, но единственные посетители этого не заметили. Норма вся эта ситуация с его спутницей немного разозлила, но он старался не выйти из себя, как она. Девушка же вскочила из-за стола и принялась на него кричать.
– Я на тебя целый месяц потратила, а ты меня привел в это дешевое место и сам наелся до отвала.
– И чем это тебя так задело? – спросил у нее Норм, немного повысив голос.
– Чем задело? – повторила она. – Чем задело? Ты же умный, что же сейчас с тобой? Дураком решил прикинуться? Нет, не выйдет.
– Я ничего не понимаю, – произнес, растерявшись, Норм.
– Что тут можно не понять? – кричала девушка.
– Он все-таки забыл, – сказал Амброуз, который сидел за барной стойкой в своем человеческом обличии.
Зигмунд тоже приобрел свою привычную для людей внешность, как и остальные. Эдан потух и мог без проблем приближаться к алкоголю, шерсть и хвост Матильды исчезли, и только Гэлл никак не изменился.
– Она знала, что у него в кармане кольцо, – внезапно послышалось сзади.
Это была Агнесс, которая только закончила уборку в туалете. Она встала рядом с остальными и стала наблюдать за тем, как девушка продолжала кричать.
– Так она знала? – уточнила у Агнесс Матильда.
– Да, она об этом говорила по телефону, когда отошла в туалет, – ответила Агнесс. – Там, кстати, до сих пор пахнет ее духами, находиться невозможно.
– Смотрите, сморите! – произнес Зигмунд.
– Катись к черту, если тебе так ничего и не ясно, – продолжала девушка.
Казалось, что она вот-вот кинется на Норма с кулаками, но она только кинула в него что-то и поторопилась покинуть кафе. Дверь захлопнулась, а парень продолжал еще какое-то время сидеть, размышляя над произошедшим.
– Вот и все, – сказал Амброуз. – Больше здесь смотреть не на что.
Он отправился в свой кабинет, там, где на столе стоял пустой аквариум, а шкаф все еще был открыт. Банка с ненавистью раздулась, коробка с гневом тоже, также еще светились негодование, стресс и удивление.
– Зигмунд, – громко произнес Амброуз, еще стоя у приоткрытой двери.
– Да, – послышался голос Зигмунда.
– Налей ему за счет заведения, – сказал Амброуз, закрыл дверь и сел за свой стол.
Шкаф за его спиной начал закрываться, банки и коробки на его полках преобразились в документы, книги и другие привычные для кабинета вещи. Амброуз достал из верхнего ящика сигару и закурил, а Норм в это время расплатился с Матильдой и уже собирался уходить.
– Эй, парень, – позвал его Зигмунд.
У стойки уже никого кроме него не было, повара ушли на кухню, Матильда и Агнесс тоже нашли себе занятие. А Зигмунд решил выполнить приказ босса.
– В чем дело? – спросил у него Норм.
– Ни в чем, – сказал Зигмунд. – Тебе же уже можно пить?
– Ну, да, – неуверенно ответил Норм.
– Тогда вот, – продолжил Зигмунд и поставил перед парнем стакан коньяка. – Это за счет заведения. Угощайся.
– Спасибо, – произнес Норм, уставившись на стакан, и сел на высокий стул.
Коньяк для него был слишком крепким напитком, Зигмунд это заметил, когда Норм делал первый глоток. Он поторопился поставить рядом с ним блюдце с нарезанным лимоном.
– Спасибо, – еще раз сказал парень и сразу же отправил один кусок к себе в рот.
– Не за что, – сказал Зигмунд и начал подготавливать чашки для кофе.
Он вытирал их, а сам иногда поглядывал на Норма, который впервые в жизни пил коньяк. Амброуз бы просто вылил за раз все содержимое в себя, но этот парень так не мог. Он пил небольшими глотками, а на дне его стакана блестели розовые искры.
Глава 3. Суп с морепродуктами
Прошло несколько дней, и курица с острым соусом стала пользоваться популярностью, что весьма порадовало Дамиану. Она решила еще раз просмотреть меню, размышляя над тем, что теперь из него можно было убрать. И ее глаз пал на самые дорогие позиции, среди которых оказался стейк, красная рыба и суп с морепродуктами. Конечно, кухня хорошо справлялась с их приготовлением, но спросом они толком не пользовались.
После того, как Дамиана разобралась с этим, она отправилась на кухню к холодильнику, где хранились продукты, которые использовались чаще всего. Она посмотрела на то, что лежало на полках за прозрачной дверью. Там были заготовки для курицы, зелень, грибы и овощи.
– А где рыба? – спросила она у Гэлла, который стоял у плиты и что-то варил.
– В подсобке, кажется, – ответил Гэлл, помешивая суп.
– Зачем она тебе? – спросил Эдан, который стоял у печи и наблюдал за приготовлением пирога.
– Я решила убрать пару позиций из меню, – призналась Дамиана. – Хочу посмотреть, что у нас с запасом продуктов для них.
– Рыба и морепродукты в холодильнике справа, а все мясо – слева, – сообщил Эдан.
– А что именно ты хочешь убрать? – спросил Гэлл.
– Самые дорогие блюда, – ответила Дамиана.
– Морской суп и лосось? – уточнил Эдан.
– И стейк, – добавила Дамиана.
– А стейк почему? – удивился Гэлл. – Его же довольно часто заказывают?
– Три раза в неделю его заказывают, – продолжила Дамиана.
– Но заказывают же? – недовольно произнес Эдан и открыл печь.
– Если бы заказывали чаще, я бы еще подумала.
Эдан не знал, что сказать, он молча поставил на стол противень, на котором стояли четыре одинаковых пирога. Была суббота, поэтому они были с вишней. Еще одной особенностью меню было то, что начинка в пироге зависела от дня недели. В воскресенье это были яблоки, в понедельник – черника, во вторник – груша, в среду – клубника, в четверг – абрикос, а в пятницу – малина. Но именно пироги с вишней пользовались популярностью, Эдан специально с утра пек несколько, зная это.
Он отрезал кусок, положил его на тарелку и поставил ее на стол раздачи, а Дамиана зашла в подсобку, где недавно был наведен порядок. И холодильника, в котором хранился основной запас продуктов, это тоже касалось. Правда, некоторые вещи, в нем хранились уже несколько лет, но это их не могло испортить. А так как их время не могло испортить, повара просто наклеивали на них новые маркеры.
– Рыба – справа, мясо – слева, – тихо произнесла Дамиана, открывая дверцу холодильника.
Он был огромный, а внутри был идеальный порядок, все было разложено по полкам. Небольшие куски хранились в контейнерах. Дамиана проверила половину с мясом и приступила к осмотру той части, где были морепродукты и рыба. Там тоже было чисто, но на мгновение ей показалось, что кто-то смотрел на нее с верхней полки. Она даже попятилась назад, но потом присмотрелась и убедилась, что там была только рыба. То, что наблюдало за ней, успело спрятаться за замороженными заготовками.
– Показалось? – подумала Дамиана, пробежалась еще раз взглядом по полкам и закрыла холодильник.
– Все там в порядке? – спросил Эдан, когда она вышла из подсобки.
– Да, – ответила Дамиана. – Чистота просто идеальная.
– Это все Гэлл, – продолжил Эдан. – Он у нас любит порядок наводить.
Слышал бы эти слова его неказистый коллега, который в тот момент кормил меня остывшим бульоном, в котором попадались куски курицы. Как и всегда, Гэлл приспособил для этого небольшой одноразовый контейнер, один из тех, что использовали, когда заказывали еду на вынос. Он поставил его на землю передо мной, а сам сел на скамейку и посмотрел в небо.
– И почему я совсем не скучаю? – возникло в его мыслях.
Он несколько лет назад был ангелом, но его лишили крыльев. Гэлл поддался пороку, порокам: гневу и чревоугодию. Его нимб потух и превратился в пыль, а сам Гэлл оказался на земле среди людей и пороков, которые стали ему близки. Он сначала даже не понял, что с ним произошло, слонялся по улицам, а его тело прикрывало полотенце, которое свалилось с балкона. Его в тот же день задержала полиция, и он три дня провел в участке, пока за ним не пришла Агнесс.
Она отвела его в «Арахис» и познакомила с Амброузом, который тогда еще трудился у плиты. Он обучил Гэлла всему и сделал поваром на кухне своего кафе. Правда, первое время огнебог этому был совсем не рад, но потом привык к этому странному молчаливому парню.
– Доел? – сказал Гэлл, переведя взгляд на меня, но потом снова уставился в небо.
– Тебе там, что ангелочки ручками машут? – спросил Эдан, который незаметно вышел.
– Может, и машут, – сказал Гэлл и поднял обе руки вверх.
Его кулаки развернулись тыльными сторонами к небу, и средние пальцы выпрямились, что вызвало у Эдана смех.
– Предатель ты, но мне это нравится, – сказал он, посмотрев в небо.
А потом внезапно к ним присоединилась Дамиана.
– Что у вас тут происходит? – спросила она, заметив неприличный жест Гэлла.
Эдан не смог сдержать смех, а Гэлл медленно опустил руки, не зная, что ответить.
– Знаю, он иногда странно проявляет радость, – сказал Эдан, присаживаясь рядом с Гэллом.
– Ясно, – сказала Дамиана и уставилась на меня. – Кот снова здесь.
– Да, он часто к нам заходит, – продолжил Эдан.
– А у меня на кошек аллергия, – призналась Дамиана, продолжая смотреть на то, как я умывался.
– Ты бы его забрала себе, если бы ее не было? – спросил Гэлл.
– Все возможно.
Только я уже несколько месяцев принадлежал заднему двору их кафе. Мой живот наполнился, и я отправился гулять по городу, а повара вернулись на кухню. Начался обед, и в кафе потянулись работники ближайшего офиса. Снова в чеках было много курицы, а также супа, пирог тоже пользовался спросом. Эдану пришлось даже снова отправить в духовку очередную партию.
– В последнее время дела идут в гору, – заметил Гэлл.
– Да, но жаль, что только ночью наполняются склянки с нашей реальной зарплатой, – сказал Эдан. – И способности тоже нежелательно проявлять.
– Вот только у меня их нет, – напомнил Гэлл.
– Ты в этом уверен? Если это так, то, что тебя отличает от людей?
– У меня нет родителей, и я никогда не был ребенком, – ответил Гэлл.
– А меня изверг огонь таким, какой я сейчас, – признался Эдан.
– Вечный тридцатилетний ребенок.
– Да, – подтвердил Эдан и задумался. – Откуда же ты появился?
– Не знаю, – ответил Гэлл. – Я просто проснулся среди облаков.
– И над твоей головой горело кольцо?
– И еще у меня были крылья, – добавил Гэлл.
– А у меня они еще не выросли, – сказал Эдан. – Кстати, какого это? Летать?
– Ходить мне понравилось больше. Там, наверху, можно только летать.
– А ноги тогда ангелам для чего?
– Чтобы давать пинка, – в шутку ответил Гэлл.
Они продолжили готовить, стоя бок о бок на кухне, а посетители то приходили, то покидали стены кафе. Обед подходил к концу, а в зал зашел мужчина, на котором был свитер и потертые джинсы. Его волосы были немного растрепаны, а на лице рыжела трехдневная щетина. Он занял крайний стул за барной стойкой, и тут же к нему обратился Зигмунд.
– Добрый день, чего желаете? – вежливо спросил он у мужчины.
– Темное пиво, пожалуйста.
– Хорошо.
Бар в обеденное время почти не имел клиентов, мужчина сидел в полном одиночестве, и через минуту перед ним оказалась большая кружка с пеной сверху.
– Спасибо, – поблагодарил он Зигмунда, который принялся протирать чашки.
Мужчина явно был не в духе, это было видно по выражению его лица, и чувствовалось по голосу. Он сделал несколько неторопливых глотков и поставил кружку перед собой. Зигмунд ощутил на себе его взгляд, что означало, что мужчине нужно было излить душу. Зигмунд посмотрел на него одобрительным взглядом и подошел ближе.
– Ты, случайно, не женат? – спросил у него мужчина.
– Нет, – ответил Зигмунд. – Я скорее женат на работе.
– Ясно, а ко мне теща приехала. Всего два дня живу с ней под одной крышей, но ни терпения, ни нервов уже нет. Она просто невыносима.
– Учит жить? – спросил Зигмунд, который после долгих десятков лет за барной стойкой уже не просто мог предположить, как продолжился этот диалог, а знал.
Мир менялся, но люди оставались прежними, и некоторые их проблемы тоже. Проблемы взаимоотношений между мужьями и матерями их жен не были исключением, скорее наоборот, они приобрели весьма интересные формы. Но в большинстве случаев женщины не ладили с теми, кого выбирали в спутники жизни их дочери.
– Она выбросила все мои журналы, – продолжал мужчина. – Конечно, я могу с этим смириться, ведь сейчас можно всю информацию в интернете найти, но потом она решила навести порядок на балконе.
– А там у меня набор инструментов, – в мыслях прозвучало у Зигмунда.
– А там мой набор инструментов лежит, но теперь уже не лежит. Пришлось отнести их в гараж, им же по ее мнению там не место, – сказал мужчина и отхлебнул немного пива.
Зигмунд мельком посмотрел на его кружку, которая даже на половину не опустела, и понял, что слушать его придется еще долго. Сложно было сказать, какой он у него по счету с такой проблемой. Таких, как он, было слишком много. И все они сидели и говорили, изливали ему душу. Но разговоры про невыносимую тещу было определенно приятнее слушать, чем разговоры про бывшие отношения и бывших партнеров.
– У жены сегодня вечером йога, мать свою с собой она брать не хочет, так что мне надо будет ее как-то развлечь, – продолжил мужчина. – Я знаю только то, что она любит театр, но это же целых четыре часа сидеть рядом с ней и пялиться на бездарных актеров. К тому же придется надеть костюм, а после всего этого еще и слушать ее восторженные речи.
– А больше вариантов нет? – спросил Зигмунд, протирая ложку.
– Над ними надо подумать, – признался мужчина. – Эту идею подкинула жена, но я бы их обеих все-таки отправил на йогу. Было бы неплохо, если бы она себе свернула шею или еще что-нибудь.
– Жена или теща? – уточнил Зигмунд.
– Обе, – ответил мужчина и сделал последние несколько глотков.
– Еще пива?
– Нет, спасибо.
Мужчина рассчитался и покинул заведение, а Зигмунд убрал за ним кружку и посмотрел в окно. Темнело, клиентов должно было прибавиться, и примерно через час за барной стойкой оказалось целых три клиента. Судя по светлым рубашкам и галстукам, они совсем недавно покинули стены офиса, все заказали пиво и начали обсуждать свою работу. Какие-то отчеты и что-то связанное с инвестициями. Они не стали посвящать в подробности Зигмунда, чему он был рад.
– Зигмунд, – послышался голос Дамианы.
– Да, – произнес он, подняв на нее взгляд.
– Мне нужны чеки за последние два дня. Пожалуйста, дай мне их.
– Хорошо, – сказал Зигмунд и наклонился.
Они лежали на полке под столешницей, и их было мало. Зигмунд передал их Дамиане, которая уже стояла у стойки и наблюдала за посетителями.
– Это все? – спросила она.
– Да.
– Мало, – тихо произнесла Дамиана.
– Вечер только начинается, – сказал Зигмунд.
– А мне уже пора домой, – сказала Дамиана, передавая ему обратно чеки.
– Удачи, – пожелал ей Зигмунд.
– Это тебе удачи, – сказала с улыбкой Дамиана, на мгновение уставившись на тех, кто сидел за барной стойкой.
Галстуки на их шеях были расслаблены, они уже не обсуждали работу, тема их разговора как-то незаметно поменялась. Теперь они говорили про какую-то компьютерную игру, в которой можно было создать лучшую версию себя и прожить более интересную жизнь.
– Подмешать им чего-нибудь что ли, – подумал Зигмунд, провожая взглядом Дамиану, которая отправилась на кухню.
Там работа кипела во всю, рабочий день кончился, и стало приходить много людей, желающих отдохнуть и поесть. Было много заказов, оба повара были заняты. Гэлл стоял у плиты и контролировал две кастрюли с супами и две сковороды, в которых жарилось мясо, а Эдан замешивал тесто для пирогов.
– Ты еще с нами, – сказал он, когда Дамиана вошла.
– Пока да, минут еще пять, – сказала Дамиана. – Вижу, работа кипит.
– Да, еще как, – присоединился Гэлл.
– Я поговорила с Амброузом, он сказал, что полностью доверяет вам разработку меню, – продолжила Дамиана. – Так что мне хотелось бы, чтобы вы что-нибудь придумали с теми дорогими блюдами.
– Хорошо, – согласился Эдан. – Только нам сейчас немного не до этого.
– А я вас и не тороплю, – сказала Дамиана и зашла в подсобку.
Ее туда тянула чистота, ей хотелось еще раз посмотреть на порядок, который там царил. Она открыла холодильник, пробежалась взглядом по полкам. Сначала ее взгляд начал разглядывать верхние полки, а потом начал опускаться вниз. Внезапно что-то черное выскочило с нижней полки и спряталось под стеллажом.
– Вот черт! – воскликнула Дамиана и закрыла холодильник.
– В чем дело? – послышался с кухни голос Гэлла.
– В холодильнике что-то сидело, – ответила она, выходя из подсобки.
– Не может быть. Тебе, наверное, показалось, – сказал Эдан. – Там ни один живой организм и часа не продержится.
– Там только неживые лежат, – добавил Гэлл.
– Ладно, – произнесла Дамиана, пытаясь успокоиться. – Мне уже пора домой, а вы все-таки проверьте, что это могло быть.
– Хорошо, – согласился Эдан. – Проверим, когда посетителей будет меньше.
– Хорошо, пока, – сказала Дамиана.
– Пока, – почти одновременно произнесли повара.
После того, как Дамиана покинула кухню, им стало не до работы. Гэлл и Эдан поспешили в подсобку, оставив кастрюли без присмотра.
– Неужели, оно проснулось? – предположил Гэлл.
– Надеюсь, что нет, – сказал Эдан, обыскивая холодильник.
– Может, это все-таки не оно, а мышь какая-нибудь. Дамиана же не может видеть нас истинными.
– К сожалению, некоторые вещи люди все-таки видят, – произнес недовольно Эдан, продолжая изучать полки.
– Солнце зашло, – сказал Гэлл, заметив, что у Эдана появились рога.
– Вот черт, это точно оно.
– Черт, – произнес Гэлл. – Надо поймать его, пока не поздно.
– Эй, вы где? – послышался голос Матильды. – Заказ! Два пирога и один грибной суп.
– Мы здесь, – крикнул Эдан. – Как она вовремя.
– Что вы здесь делаете? У нас же почти полный зал, – сказала Матильда, когда вошла.
– Знаю, но оно проснулось, – сообщил Эдан. – Позови Амброуза.
– Хорошо, – сказала Матильда и поторопилась покинуть подсобку.
– Ты иди готовить, а я попытаюсь поймать его, – сказал Гэлл.
– Ладно, – согласился Эдан и поспешил на кухню.
На плите было все готово, оставалось только разложить все по тарелкам. Эдан уложился в несколько секунд, и стол раздачи был полностью заставлен, после чего он приступил к пирогам.