Расплетающие Cновидения

Отнюдь не все из них могли постоять за себя столь же решительно и небрежно, как это сделала Мастерица Судеб, Сновидений и Чародейства.

И кое-кто, похоже, нашел-таки неприятности на свою беспутную головку.

А распутывать это, разумеется, мне.

– Понятно. Что мы можем сделать, чтобы их вызволить?

– Что??? – Ошеломленный сен-образ и недоверчиво приподнятые уши – такова реакция всех присутствующих. За исключением Зимнего, разумеется.

Вполне законная реакция. Эль-ин никогда не признавали стадной логики. Если кто-то достигший совершеннолетия и признанный дееспособным сам влип в неприятную историю, он сам же из нее и должен себя вытащить. Может быть, с помощью родственников, друзей или подчиненных, ежели таковые имеются (что бывает отнюдь не всегда). Не смог – что ж, закон биологического отбора в чистом виде. А втягивать всю остальную расу в личные заморочки какого-нибудь придурка – увольте. Учитывая количество придурков на душу населения, эль-ин, вздумай они объявлять войну всякий раз, когда кто-нибудь вдруг не сходился во мнении с представителем другого народа, давным-давно бы вымерли.

После «усыновления» всей нашей расы аррами ситуация радикально переменилась. Я достаточно ясно дала понять, что не потерплю ни от кого самодурства или самовольства, которые могут быть неверно истолкованы окружающими. Но следует ли из этого, что кто-то в случае неприятностей может рассчитывать на «правительственную» помощь?

Увы, следует.

Я подняла веки и спокойно оглядела повернувшихся ко мне явно сбитых с толку подданных.

– Люди живут не по нашим законам, а вот мы как раз пытаемся подстроиться под них. Если оставить сейчас девочек постигать свои уроки трудным путем, кое-кто может решить, что мы слабы. Последствия объяснять, я надеюсь, никому не нужно?

Мужчины благовоспитанно молчали. Если у кого-то и были возражения, я о них вряд ли когда-нибудь услышу. Хранительница решает. Воины повинуются.

Кесрит, однако, подобной покорностью не страдала. Издержки матриархата.

– Это глупо. Если так ставить вопрос, то мы вполне можем просто щелкнуть по носу сих работничков ножа и топора. И это вовсе не означает, что следует бежать на помощь неким излишне самоуверенным вьюницам, без того уже излишне избалованным. Сами выкрутятся. Или можно поставить в известность их семьи, и тогда пусть уже пираты пеняют на себя!

– Мастер, вы были б несомненно правы, если бы не одно обстоятельство. – Опять влез Зимний. Вот и говори теперь о матриархате! – Эти… люди… не придумали ничего лучше, чем похитить женщин. Демографическая ситуация на Эль-онн сейчас не слишком тяжелая, но соотношение полов один к десяти в пользу мужчин все равно не внушает особой радости. Мы не можем себе позволить терять наших детей. Особенно девочек.

И – сен-образом:

Необходимо дать это понять раз и навсегда. Смертные считают нас жестокими – что ж, пора показать им новые и неожиданные оттенки в значении этого слова! Чтобы никому никогда, даже в кошмарном сне, больше не могло присниться прикоснуться к эль-леди!

Серебристые снежинки в его глазах превратились в свирепый искрящийся водоворот, камень имплантанта между бровей отливал яркой, лавандовой голубизной. Температура в комнате катастрофически падала. Я чуть пошевелила окоченевшими пальцами, попыталась сморгнуть иней с ресниц. «Зимний», чтоб его. Понятно, почему время года назвали в его честь! Неужели так сложно ну хоть немного контролировать свою недюжинную силушку?

Самое забавное: его слушали. И я, полновластная правительница всех эль-ин, и Кесрит, высокопоставленный Мастер одного из самых жутковатых кланов. Я – всего-то лишь Хранительница Эль-онн, мало ли таких было в истории, а он… Он – Зимний. И этим все сказано.

С бесконечным (ну ладно, с показным) терпением я опустила уши.

– Вам, Мастер Оружия, всегда хочется показать людям новые значения слова «жестокость». Подобная предсказуемость несколько обесценивает ваше мнение в подобных вопросах. – «Съешь это, проклятый зануда!» – Сейчас мы ищем похитителей и их жертвы. А о репрессиях подумаем позже.

Итак.

– Мастер Кесрит, вы сможете перетряхнуть воспоминания ваших пленников и память их компьютеров так, чтобы те не поняли, что похищение… э-э… не совсем удалось?

– Разумеется.

Теперь я была центром пристальнейшего внимания со стороны всех присутствующих. Даже у телохранителей северд-ин, обычно бесстрастных и совершенных, как изваяния, как-то подозрительно заблестели глаза в прорезях темных масок.

Смогу я чуть помухлевать со временем, вернув корабль в ту точку, откуда его умыкнула тор Нед'Эстро? Смогу. Понадобится всего пара часов. Конечно, гораздо лучше для подобных трюков использовать дарая, но мне не хотелось впутывать сюда официальный Эйхаррон (по крайней мере, не в эту часть начинающего оформляться во что-то интересное плана), а муж, которого я обычно использовала для осуществления таких вот махинаций, сейчас был занят выполнением совсем другого поручения.

Л-ладно, будем работать с тем, что у нас есть. Что есть… Кто есть…

– Леди Регент…

– Тихо! – Повелительный сен-образ полыхнул звонким щелчком кнута, недвусмысленно приказывая всем заткнуться. Согласна, не очень практично с точки зрения теории лидерства, но мне нужно было подумать.

Это дело таило в себе много больше отрицательного, чем казалось на первый взгляд. Нет, конечно, и на первый взгляд веселого тут мало, но у меня все внутренности скручивало в тугой узел, в затылок втыкались тонкие иголки дурных предчувствий, когда я пыталась анализировать это дело всерьез.

Не шел из головы утренний кошмар. Сон – и появление Мастера из Расплетающих Сновидения. Кесрит. Пираты. Ауте, угораздило же родиться с огрызком провидческого дара – и не помогает, и жить спокойно не дает. Во сне от меня отрезали кусочки. В реальности кто-то потихоньку похищает эль-ин, отхватывая кусочки от Эль. Ну а если учесть, что я и Эль в некотором роде одно и то же… И «повезло» же мне угодить в аватары богини…

Так, попробуем пойти простым путем.

Я потянулась к точке сосредоточия между глазами, к той точке, которая всегда со мной, маяча где-то на границах сознания.

И мир новых ощущений рухнул на меня грохотом гигантского водопада.

Да.

Я была существом с тысячью лиц, и тысячью глаз взирала я на этот мир. Я была воспоминаниями миллионов лет прошлого и будущего, я была силой и слабостью, ветром и морем. Я была Эль.

Но сейчас меня интересовали лишь восемь всплесков самосознания, плавающих где-то в глубине моего существа. Восемь девочек. Восемь эль-ин. Я искала в себе разумы созданий, чьи сен-образы недавно показал мне Зимний, и не находила их. И в то же время совершенно точно знала, что они живы.

Та-ак.

Я не то чтобы шагнула вперед, но что-то изменилось, отдалилось, что ли, резким порывом ветра растрепав волосы и крылья. И вот уже стою, спиной ощущая Ее присутствие за своим плечом.

– Как они это сделали?

Вопрос в некотором роде риторический, но не задать его я не могу.

– Узнай. – Голос хрипл и недоволен. Я медленно повернулась, почти страшась того, что увижу. Почему она выбрала такой облик? Эль-ин никогда не бывают старыми, если, конечно, сами того не хотят, что случается довольно редко. Нам нравится быть вечно юными и вечно сильными. Но существо, стоящее сейчас передо мной, было сгорблено долгими годами, оставившими глубокие следы на древнем лице. Это не была красивая старость или старость, исполненная достоинства. Нет. Расплывшаяся, бесформенная фигура с отвисшей грудью и широким тазом, всклокоченная ведьмачья грива, скрюченные пальцы. И глаза. Мои глаза. Огромные, миндалевидные озера безвременья, ежесекундно меняющие цвета и оттенки. Совсем молодые.

Эль, воплощенная суть всех эль-ин, этакое одушевленное коллективное бессознательное моего народа, взирала на меня сердито и немного насмешливо.

– Узнай, как смертные смогли отсечь от меня моих детей, и я тоже это узнаю. Верни мои косточки!

Она протянула свои старческие руки с черными, уродливыми когтями, и в мои подставленные ладони упали белые, отполированные тысячелетиями маленькие кости.

Я уставилась на неожиданный дар в полном непонимании.

– Иди!

Люди, может, и принимают загадки своих богов в раболепном благоговении, но я, слава Ауте, человеком отродясь не была. И мириться с происходящим так просто была не намерена.

– Что это значит?

Она хитровато склонила голову, дохнув загробным зловонием из обрамленного гнилыми зубами рта. Я потихоньку начинала закипать.

– Что ты делаешь? Что означал тот дурацкий сон?

– Сон? Разве сны не должны быть посланиями от подсознания?

Еще издевается!

– ТЫ мое подсознание, бездна тебя поглоти! Прекрати дурить! Если у тебя есть что мне сказать, говори нормальными сен-образами!

Старуха снова ухмыльнулась, сверкая ониксовыми глазищами, в следующее мгновение ставшими вдруг изумрудными. Откинула уродливую голову и… запела.

Эта песня была чем угодно, только не тем, что могло бы вырваться из старой луженой глотки. Четкая дробь барабанов, пробирающая до дрожи в животе, свист и трепет, шаманские напевы. Переливы звука, света и энергии, взлеты и падения, начало и конец. Она, пела, и душа изливалась в этой песне воем одинокой волчицы.

Кости в моих пальцах шевельнулись. Дернулись. Я рванула в сторону, в ужасе отбрасывая их от себя. И застыла, завороженно глядя на свершающееся перед глазами чудо.

Зарево древних костров. Пляски под полной луной.

Кости поднимались. Поднимались, формировались, срастались. Кости формировали скелет неведомого зверя, белый, гладкий и красивый.

Она пела.

А кости обрастали плотью, шерстью и яростью. Хвост хлестнул по полосатым бокам, клыки блеснули в вибрирующем рыке. Огромный тигр сорвался с места, сияя победным огнем шкуры.

Аррек?

Сверкнул зеленью взгляда. Побежал, свободный, дикий и неуправляемый.

У меня горло сжалось от ужаса и восторга. А тигр, летящий мощными легкими прыжками, вдруг затуманился, пошел волнами, будто смотришь на него сквозь толщу воды, – и вот, мерно разбивая воздух эфирными крыльями, к небесам взмыла фигура эль-ин.

Я потрясенно повернулась к старухе. Старухе? Передо мной, украшенная нежными лавандовыми переливами крыльев, стояла юная эль-ин. Матовое сияние кожи, многоцветие все тех же глаз, тысячью звезд взирающих в бездонные небеса. Хитроватая улыбка.

– Ты соберешь кости, ты сложишь их вместе и найдешь песню. Ты вдохнешь в них душу, и душа возродится. Иди.

Она отвернулась, диковато прянув ушами. И как прикажете все это понимать?

– Эль! Подожди!

– Я послала к тебе Л'Риса и Дельвара. Приступай.

И исчезла, шельма такая.

Я резко вскинулась в кресле, широко раскрыв глаза и рыча сквозь зубы трехэтажные ругательства. Все присутствующие в комнате смотрели на меня с этаким пристальным, вопрошающим вниманием. Среди эль-ин случалось, что кто-то вдруг во время разговора отключался, задумавшись или отправив свою астральную проекцию на выяснение каких-то других дел, но подобное считалось чуть ли не грубостью и не приветствовалось.

– Зимний, это помещение хорошо проверили насчет прослушивания?

Он аж скривился от столь неприкрытого оскорбления.

– Без сомнения. – Тон сух и холоден, как вечные ледники.

– Перепроверь.

– Леди Регент, я не считаю, что существует необходимость…

– Перепроверь.

– Да, Регент. – И после паузы: – Чисто.

– Хорошо. – И это действительно хорошо. Жаль, конечно, что пришлось так его осадить, видит Ауте, мои отношения с этим беленьким и без того далеки от цивилизованных, но игра пошла на слишком большие ставки. – У нас назревают неприятности. Эль не может определить, что случилось с девочками.

Потрясенное молчание. В меру потрясенное. Затем Кесрит неловко повела ушами из стороны в сторону. Да, действительно неприятности.

Почувствовала, как два знакомых и в то же время странных сознания мгновенно нашли искорку моего разума и приблизились, используя меня даже не как маяк, а скорее как магнит.

– Зимний, сейчас сюда прибудут двое наших. Впусти.

Он послушно приподнял многослойную систему защиты, окутывающую помещение, и пресловутая парочка тут же бесшумно материализовалась перед нашими светлыми очами.

Ладно, хоть дождались приглашения. С этих сталось бы заявиться просто так, нагло проигнорировав все меры безопасности.

Я подняла голову и внимательно посмотрела на своих охранников-симбионтов. Посмотрела свежим, наивным взглядом аналитика, посмотрела как в первый раз, без зазрения используя весь потенциал имплантанта, чтобы оценить и решить.

Трудно представить себе двух существ, менее похожих друг на друга.

Л'Рис – утонченный, изящный, франтоватый. И прекрасный. По меркам эль-ин так прямо-таки чересчур прекрасный. Едва ли не единственное существо мужского пола, которое при желании могло бы поспорить в совершенстве черт с Арреком. Только красота его – искусственная, старательно подчеркиваемая. Яркая, броская… распущенная, что ли. Роскошные, цвета королевского пурпура крылья и того же оттенка непослушная шевелюра, глаза и треугольник имплантанта во лбу насыщены фиолетовой синевой, идеальная белизна кожи. Яркая, хрупкая и до безобразия хитрая бабочка. Бабочка, имеющая звание Мастера Заклинаний. Бабочка, которой на днях стукнуло тысячу лет.

Второй – примерно в десять раз старше. И, по всеобщему мнению, во столько же раз умнее, хотя по внешнему виду этого никак не скажешь.

Дельвар – чудище из сказки, страшное такое, голодное. Рост для эль-ин просто невероятный, на добрых две головы выше отнюдь не маленькой меня, оружием обвешан куда гуще любой из виденных мной новогодних елок. Худющий, костлявый, но что-то такое было в манере держать себя, в резких, рубящих движениях, что заставляло всю фигуру воспринимать как массивную. Смертельно опасный. Темно-коричневые крылья, темные, свалявшиеся сосульками волосы. И уродливый шрам на правой щеке, превращающий лицо в гротескную маску. Правый глаз, уничтоженный в какой-то старой войне, закрыт черной повязкой а-ля старый пират, но страшен не он. Левый глаз, черно-черный, ничего не выражающий, затягивающий, точно бездонная пропасть, гораздо страшнее. Демон. И совершенно не стесняется это демонстрировать.

При их приближении меня ударяет, точно током, по жилам обжигающим кипятком прокатывается ток не моей крови, в сознании всплывают не мои воспоминания.

«Госпожа».

Вообще-то блестящая идея одарить меня парочкой воинов-риани принадлежала Зимнему. Это он поднял вой после того, как боевая звезда северд-ин, ныне подвизающаяся в роли телохранителей, неизвестным образом пролезла в мой дом, обойдя всю охрану и на много часов отрезав нас от окружающего мира. Попутно продемонстрировав относительную легкость, с которой можно устранить вашу покорную слугу. Тогда же и было решено (разумеется, не мной), что Хранительнице ну никак нельзя без охранников, способных пробиться к ней откуда угодно и когда угодно. Да и вообще, не положено вене без риани. Нельзя.

Аррек, поначалу отнесшийся к идее более чем прохладно, после нескольких задушевных разговоров с дражайшими родственничками проникся и осознал и даже принял самое активное участие в убеждении отчаянно упирающейся меня. Убедил. Паранойя, она, знаете ли, заразная.

Единственное выдвинутое мной условие – риани не должны были быть из клана Витар. Хватит с меня и самого Зимнего, чтобы терпеть еще и его выкормышей. На столь решительное заявление лидер Атакующих лишь пожал ушами и сказал, что у него и в мыслях такого не было. И представил мне Л'Риса и Дельвара. Из клана Нэшши – Ступающих Мягко. Забавно, я, Хранительница Эль-онн, до тех пор искренне верила, что сам этот клан – всего лишь сказка или, в крайнем случае, рудимент, сгинувший за ненадобностью тысячи лет назад. Клан шпионов и наемных убийц. Клан беспринципных и бесчестных ублюдков. Клан тех, с кем настоящие воины из Атакующих или Хранящих не желали иметь ничего общего.

Век живи – век учись.

Меня, наверно, ожидает еще много преинтереснейших открытий о собственном народе. Самое забавное, что никто даже не удосуживается мне сообщать о подобных вещах. Зачем забивать девочке голову всяким хламом? Так-то вот. Абсолютная, чтоб ее, власть.

Ладно, потом себя пожалею. Пора приступать к делу.

Я чуть поменяла структуру своих воспоминаний, чтобы риани могли быстрее их считать и понять ситуацию.

– Действуем сразу по нескольким направлениям. Кесрит, мы с тобой сейчас отправимся на захваченный корабль, постараемся привести там всех в норму, чуть подчистив им память, а затем позволим отвезти тебя туда, куда с самого начала они направлялись. Попробуем поискать девочек на базе.

Кто-то попытался было возразить, но я движением уха заткнула ему рот. Дальше.

– Дельвар, ты пробираешься с другого конца. Найди какую-нибудь девчонку, достаточно молодую и красивую, чтобы казалась легкой добычей, и достаточно серьезную, чтобы в случае чего преподнести пару… сюрпризов. Не знаю, может, в клане у Зимнего кого-нибудь одолжишь, у Атакующих сейчас обучается несколько многообещающих воительниц. Будешь удить на живца. Вряд ли они сразу решатся на похищение, но это и не нужно. Зимний уже попробовал с Кесрит, твоя задача сейчас в другом. Проследи отклик, который вызовет ее появление: кто зашевелился, кто за какие ниточки вдруг стал дергать, куда эти веревочки идут… Не мне вас здесь учить. Л'Рис, ты копаешь относительно уже похищенных. Проведи скрытое расследование по каждой, следы еще не могли совсем уж остыть. И ничего не предпринимайте без крайней необходимости. Детей вызволяем мы с Кесрит одной быстрой операцией. Ваша задача – накрыть всю организацию и подготовить ряд продуманных и несложных шагов, путем которых ее можно было бы уничтожить. Под корень. Вопросы?

Молчание. И опять влез Зимний.

– Ваше личное участие влечет неоправданный риск…

Достал. Честно, достал.

Вежливо выслушала (в который раз?) старую песню, с важным видом склоняя уши в нужных местах. Затем:

– Со мной идет звезда, они обеспечат надлежащую безопасность. У вас есть в этом сомнения? – Один из северд-ин чуть подался вперед, недвусмысленно так уставившись на белобрысого. Возражений не последовало. – Отлично. Вас, лорд Зимний, я бы попросила помочь моим риани. И прощупайте на эту тему почву на Эйхарроне. Вряд ли эль-ин первые, кто столкнулись с подобными проблемами, а если кто-то что-то и знает, то это арры. У них система разведки даже лучше, чем та, что разворачивает Вииала, когда пытается выяснить фасоны нарядов своих соперниц перед очередным Советом в Шеррн-онн! Ладно. Хватит болтовни. Приступаем.

И мы приступили.