Бойся меня, училка!

ПРОЛОГ

– Девушка, у вас со слухом проблема? Не задерживайте очередь! Билетов нет!

– Вы с ума сошли? А на чем прикажете добираться? – ругалась я с кассиршей на железнодорожном вокзале. Сумки тяжёлые, и ещё метель разыгралась ни на шутку.

– А я здесь, милочка, не причём! Забейтесь в нору, и спите все Новогодние праздники! – не поленилась оскорбить перед всеми.

– Ни грамма уважения к пассажирам! Многие спешат домой, а вы грубите! – разнервничалась, сколько же в ней хамства.

– Любезная наша! Я в переходе куртками торговала, пока ты на свет не родилась! – закрыла окошко кассы.

Великолепно, торчать на вокзале неизвестно сколько. Поправляю шапку, с грустью осознавая, всё коту под хвост. Набираю озябшими пальцами номер, а сама бы с удовольствием не отказалась от чашки чая.

– Тамара Васильевна! Тут с билетами катастрофа! Вся продрогла, боюсь не успеть на праздник! – стучала я зубами, холод невыносимый.

– Ох, несчастье какое! Бедная девонька! – беспокоилась она. Как бы не поднялось давление.

– Извините, что подвела вас!

– Ксюша! Уже поставила пирожки в печку! Думала угощу! – вся погрустнела. Но тут наш телефонный разговор прервали.

– Девушка, вам в Иркутск?

– Да, но застряла тут надолго. Нет мест, – аккуратно я убрала гаджет.

– Тогда обрадую вас. Товарищ заболел, остался лишний билет! – произнёс новость, от которой засияла.

– Правда его продадите. Подождите, сколько должна? – достала из сумки кошелёк.

– Да, бросьте. Я же джентльмен. С Наступающим, барышня! У нас с вами третий вагон! – галантно проводил, даже затащил тяжёлые сумки.

Устроилась на сиденье, а мужчина угостил чаем.

– Рассказывайте, зачем едете в северный городок? По Байкалу соскучились? – поражал своей сдержанностью.

– Навещаю бабушкину подругу. Они учились вместе. А родственников не осталось, – хлебнула я горячего напитка.

– Похвально. Нынче молодёжь, немного эгоистичная, – слишком мрачно произнёс, и после ему позвонили. – Галочка! Я уже в вагоне! Не волнуйся!

Закончил с ней болтать, а я глядела в окно, где проплывал замечательный пейзаж.

– Жена ваша?!

– Да, мудрая женщина. Вы не бойтесь, не обижу вас. Меня зовут Леонид. А вас, скромница?– галантно обходился.

– Ксения, спасибо, что протянули руку помощи, – выразила свое восхищение.

– Не хвалите. Чем занимаетесь по жизни?

– Работаю учительницей в школе!

– Вот же судьба. А по какому предмету? – расспрашивал с неугасающим интересом.

– Русский язык и литература. Обычаю в школе ребят! И буквально случайно вырвалась на праздники, – согрелась после тёплого напитка.

– Простите за бестактность. А лет вам сколько?

– Двадцать шесть. Почему спросили? – чуть напряглась.

– Преподаватель мне нужен. Студенты совсем обленились, – посвятил во все хлопоты, – не желаете устроиться к нам в университет. Зарплата достойная! Гарантирую вам как ректор!

– Простите, но бросать учеников, подло, – слегка разнервничалась.

– Вы очень интеллигентная, Ксения. Пожалуйста, не отказывайтесь, раньше времени! – был приятным собеседником.

– Спасибо, я подумаю. Но скорее всего нет, – относилась с особым уважением к своей работе.

Но по утру злобная директриса огорчила.

– Уволена! Думала всё с рук спущу?

– Да, как вы смеете! – ругалась я с дамой, которая вечно унижала, ревнуя к её мужу.

– Диплом свой купленный выброси, хамка. Учительница она! Стыдоба, – накричала в трубку.

– Грубо она с вами! Думаю теперь вы согласитесь, Ксюша, – вежливо обошёлся собеседник.

Вся в раздумьях, а если и правда согласиться на должность…

ГЛАВА 1

Ксения

Распрощалась с мужчиной, взяв у него визитку. Волосы встают дыбом от грубости той стервы. Жаждала скорее выгнать из школы. Шагаю по сугробам, да уж дороги замело. И мороз пронизывает насквозь. Отдышусь, снежинки летят в глаза. Но зимняя природа замечательная. Свернула через лес, осталось сделать несколько шагов… Обеспокоенная женщина уже нервничала с валенками.

– Ксюшенька! Господи, родимая! Вся озябла, наверное! – тревожно вымолвила.

– Холодрыга тут у вас!!! Здравствуйте, тётя Тамара! Я вам столько гостинцев привезла!

– Ой, ну чего тратилась. Забегай в дом скорее. Печку уже растопила. Представляешь в Новогоднюю ночь, передавали минус тридцать! – переживала бедная.

– Справимся. Салатов наготовим! – успокоила её.

Распаковала вещи, вручив ей подарки.

– Ксюша, воспитанная девочка! С самого детства послушная была. Скажи, как в школе? Детишки не огорчают? – пила чай, сплетничая со мной.

– Уволили. Придётся новую работу искать. В поезде ректор предложил вакансию. Учительницей в университет. Знаете такой? – порылась в сумке и вскоре протянула ей визитку, та побледнела.

– Господи. Только не к шакалам, Ксюша. Откажись! – достала сердечные капли из серванта.

– Почему? Успокойтесь.

– Там черти, а не студенты. А один из них бессовестный разгильдяй! Такое вытворяет, стыд да срам!

– Вы про кого? – настороженно её спросила…

– Игната Быкова, поганец устраивает беспорядок. Влиятельные родители всё прощают! – говорила с большой тревогой. Чем рассмешила.

– Шарахаться дерзкого студента? Я вас умоляю.

– Ой, Ксюша, честно парень жуть какой мерзкий. У них там вся семейка двинутая. Говорю вылитый сатана во плоти. Всегда так смотрит исподлобья. Будто все обязаны, – немного огорчила.

– Местный вредитель. Не переживайте, мы его быстро перевоспитаем! – попробовала её пирожки.

Украсили дом, настроение высший класс. И с соседской девчонкой, отправились на ёлку. Гирлянды мерцают, насколько же красиво.

– Ох! Главное не нарваться на отморозков!

– Да, бандитов тут много!

– Уже слыхала про опасного раздолбая, Ксюш?

– Обыкновенный испорченный подросток. Не более! – выпила я шампанского, но пластиковый стакан случайно упал в снег. Ведь внезапно явились некие парни, а моя собеседница побледнела.

– Мамочки… Игнат. Всё, уходим!

– Постой, мы же не трусихи, – уверено ей сказала и тут же онемела.

– Раздеть до гола ледяную тварь! Сука возле ёлки подохнет. Чего уставились, жители? С Новым годом! Бухайте в своих сараях! – от высокомерия брутального парня, все разбежались. – Дорогуша, не плачь. Тебе говорили соси, мразь. Отказалась. И мне как самому законченному подонку придётся сначала трахнуть тебя бутылкой, а вскоре оставить шваль замерзать. Счастливого года, прелесть!

– Пожалуйста! Спасите! Не трогайте! – вырвалась несчастная, это сверх наглости. Я решила проучить сосунка. Подлетела к нему и выплеснула шампанское в лицо.

– А ну немедленно, отпустил девушку. Ты молокосос несчастный! Слюни свои сначала научись подтирать! – бросила ему вызов и тут…

Накаченный кретин, совершенно оборзел.

– Крошка, а ты бесстрашная смотрю! Кто влезать просил? – вёл себя настолько омерзительно, сложно даже вообразить насколько он наглый.

– Слушай, мальчик псих! Которого изрядно избаловали родители! Немедленно отпустил девушку и извинился перед ней! – диктовала я, видя перед собой нахального типа.

– Голубоглазая, аккуратнее шевели языком! Вдруг прокалю его и заставлю лизать мои яички! – совершенно обнаглел, а после его реплики сверстники зааплодировали. Испорченные подростки, которым всё дозволено. Но сломать меня сложно.

– Сосунок сбежавший из психушки! Повторяю, отпустил её! Или!

– Ну же. Произнеси вслух угрозу… – рассматривал своими наглыми глазами. И вскоре в наши грандиозные разборки вмешалась полиция. Видимо, жители додумались вызвать. – До скорой встречи, скандальная брюнеточка! Не обожгись, горячая стерва. Я ужасно плохой мальчик!

Проявил истинное хамство, и исчез в толпе. Впопыхах помогла девушке. Бедняжка находилась в шоке, и к нам подоспели полицейские.

– Что за скандал тут произошёл?

– Записывайте. Я свидетельница. Некий брутальный негодяй напал на несчастную девушку. Вы только посмотрите, что устроило это животное. Раздеть бедную в чудовищный мороз. Да, ему лечиться нужно, – отчаянно я защищала пострадавшую. Зато сотрудник оказался чёрствым.

– Как зовут парня? – фиксировал всё на бумаге.

И напуганная девица сумела произнести заикавшимся тоном.

– Игнат!

– Быков?!Тогда конфликт исчерпан, – повёл себя безответственно.

– Послушайте, он с головой не дружит. Ей ещё детей рожать. Да, какой нормальный парень оставит девушкой голой. Посадите его в обезьянник. Нельзя поощрять подобное поведение!

– Дорогая гостья нашего города! Не влезайте или вам ребра сломают. Фамилия Быков вам ничего не говорит? Советую молчать в тряпочку и поддакивать! Парень просто пошутил! – выгородил его. Поверить не могу, да это абсурд.

– Подкупили. А на справедливость плевать? Предположим здесь оказалась ваша дочь. Тоже же бы закрыли глаза. Вы обязаны его наказать. Требую сейчас же! – обозлилась я, а он даже применил угрозу.

– Хватит орать. Помалкивай или сама окажешься в полиции. Господа, расходитесь! Пьяные студенты повеселились, не стоит раздувать из мухи слона, – врал остальным. И большим свинством оказался хохот омерзительного парня.

– Спасибо, что всяких мымр окунаешь в грязь. Страшилка просто сохнет по мне! – послал мне воздушный поцелуй гадкий Быков. Не передать словами насколько возненавидела. Плохо знает, с кем связался…

На следующий день, отправилась в полицейский участок. Накатать жалобу. Пусть считают сумасшедшей, но прижучу гада.

– Девушка, вы нарочно прикидываетесь? Его не посадят. Он сын влиятельных родителей.

– Этот безнаказанный разгильдяй ответит. Пусть осознает свою вину. Отказываетесь взять заявление. Ладно, я до начальника отделения дойду!

– Суровая какая! Выметайся, твоя никчемная бумага останется в пыли! – выкрикнул напоследок…

ГЛАВА 2

Игнат

Ругань из спальни. Чёртовы предки достали собачиться. Делят имущество. Папаша спит с её подругой, той ещё страшной швалью. В погони за молодость растеряла последние извилины. Бесят все эти сморщенные крали, поэтому в данный момент занимался татуировкой слушая тяжёлый рок. Но внезапно наведался болтун друг.

– Слыхал? Наши обсуждают одну сплетню, – вывел он из равновесия.

– Какую, олухи?

– Приезжая куколка настучала на тебя в полицию. Да, она не из робкого десятка! – озадачил, расхотелось заниматься процессом…

***

Гордая, своенравная, посмела бросить вызов. Прихлопну ногой, оставлю мокрое место. Заставил своих личных крыс прочесать каждый клочок леса.

– Откуда эта паршивая сучка взялась? Чего молчишь?

– Новенькая, наверное. В нашем городе её не видели!

– Выплеснула алкоголь. Смотрю, как у кошки много жизней! Привык таких давить!

– Бык, остынь. Выследим ножки твои целовать заставим!

– Мегера лупоглазая. Видите ли на сочувствие потянуло. Всех изгоев ждут мучительные наказания. Приехала всякая шваль командовать тут! – стряхнул пепел от недовольства.

– Опять, мой демон ворчит. Ну же поцелуй свою кису, – выскочила из тачки сестрица.

– Что бойфренд плохо трахает? – зверски вцепился в её пряди.

– Где же найду такого коварного и дерзкого. Забыл какие у нас отношения. Секс на грани безрассудства! – полезла целоваться, любительница острых приключений.

– Готовься всю ночь лежать враскорячку! – с необузданной яростью промолвил я.

– Трусики специально не надела.

– Дерзкая шлюха, всегда готова скакать на мне! Давай лицом уткнись в подоконник, озабоченная клуша, – своенравно приказал, заводя в дом. У нас часто случались интрижки. Тащилась по сексу со мной…

Наша семейка вся с прибамбасом. Зажиточные миллионеры долго искали приёмных детей. И нам с Леркой посчастливилось попасть к ним. На протяжении десяти лет внушали нам всякую чушь. Родители дебилы. Особенно истеричка мамаша, по ней давно психушка плачет. Делаем вид, что не слышим. И вскоре вхожу в неё грубо, пришлось заткнуть рот.

– Когда сердишься, бесподобно трахаешь! Глубже!

– Развратная выдра! Соскучилась по нормальному члену? – позволял Лерке буквально взвыть.

За две часа сильно её измотал. Вся выдохлась.

– Примем душ вместе?

– Ненасытная. Щель зудит? Мой подаренный вибратор не спасает! – насмехался над ней, но та снова предстала голой. Напрашивается на грубый секс.

– Ласковый засранец. Люблю больше всех. Мы же неразлучны. Оба брошенные! Игнат, согрей меня, – просила о ласке, и мы вместе уставились в окно, где снегопад буквально обезумел.

– Ненавижу сентиментальность. Избавь от подобной чепухи, – раскритиковал её, не вытерплю всякие сопли.

– Бешеный демон. Всё готова отдать! Что насчёт выскочки?

– Ей плакать охота. Так доведу до слез. Превращу в отход! Прочий хлам, который постоянно пинаю ногами, – снова впился в её рот. Наша интрижка обещает быть снова горячей…

Что же злопамятный, и руки просто чешутся наказать стукачку. Её предупреждали не совать нос, получит. Не додумалась пошевелить куриными мозгами. Пожалеет, что на свет родилась. Друзья пробили её адрес. Осталось добраться с ветерком… Борется за правду. Сучка, какая же глупая. Катался по городу, а вскоре припарковал машину около старого, сломанного забора. Отлично проникну незаметно… Вломился без приглашения. Застав нашу домохозяйку за стряпней.

– Тамара Петровна! Это вы?

– Глаза протри, слепая… Ублюдок заскочил. Вижу у тебя подзаборная мразь, длинный язык! Слушай, а если челюсть сломаю, будешь такой же отважной? – окружил её, и та онемела от страха.

– А ну вон пошёл, разгильдяй!

– Голосок побереги, тебе же звать на помощь. На диван сама ляжешь? Бойся курва! – зверски набросился на неё.

ГЛАВА 3

Ксения

Нет, вы посмотрите его хамство уже не лезет ни в какие ворота. Вовремя нащупала перцовый баллончик, тогда мордочка гада быстро скривилась.

– Что зассал, щенок деловой? И кто тут останется слепым? Один пшик, детина в татуировках всё заорешь, как вонючая псина!

– Сколько темперамента, брюнетка! Гадить она мне решила? Стукачей больше всего презираю! – смотрел своими бездонными глазами.

– Запомни, ответишь за все злодеяния!

– Крошка, обычно я командную в отношениях. И всяких неудовлетворенных крыс давлю. Что, истеричка, всех хахалей растеряла. Зря думаешь, мартышка, я не последний твой шанс!

– Повторяю, слезь с меня, убожество с татуировками. Аллергия на высокомерие всяких болванов!

– Чемодан пакуй, сучка, или вечером с дружками заявлюсь. И мы так чисто по-дружески пустим тебя по кругу, – наглел важный тип. Но есть опыт с подобными экземплярами.

– Губы закатай, психованный мальчик. Сначала посидишь несколько дней в клетке. Так же перевоспитывают животных. Раз настолько богат, компенсируешь моральный ущерб девушке. Понятно, разъяснила? – тычу ему пальцем в лицо, весь важный куда деваться.

– Крошка, да ты прям огненная кобыла. Та шваль мне ботинки лизать будет, а её ещё пинать.

– Аморальный подонок! Тебя в зоопарке воспитывали! Ни грамма сочувствия. Докажу твою вину, вон пошёл или кричать заставлю словно раненого осла, – приготовилась распалить.

– Признаю, зацепила свой дерзостью. Хоть не скучно будет тебя гнобить. Но всё равно объезжу как лошадку в нескольких позах, а сердце твоё, красотуля, выброшу на помойку. Ты останешься настолько униженной, платков вытирать слез не хватит, – покинул дом, оставляя в душе осадок. Сколько же в нем злобы, да сложно передать словами. Пока размышляла, проворонила пельмени, случайно выкипели. Его нужно изолировать от общества. Накрывала на стол, и здесь пожаловала пожилая женщина.

– Ксюшенька, ну рукодельница же. Я домашнюю сметану принесла. Почему грустная?

– Один сосунок настроение испортил. Мы вчера отмечали Новый год на ёлке. И представляете, тот негодяй Быков, девушку до гола раздел. Нет, я конечно, много свинства видела в жизни. Но быть настолько раненым на голову. А полицейские все защищают. Студенты веселятся. У них совесть есть. А если девчонка придатки простудит. Их не волнуют проблемы с её здоровьем, – вся рассердилась, и буквально давилась пельменями…

– Говорю же сатана он. Родители его невероятно коварные люди. Внушали детям всякую гадость.

– Он не один в семье?

– Лера, его сестра. Их взяли вместе из приюта, купили словно товар. Семейка своенравных богачей, – рассказала всё в деталях, пока к нам не постучались. Я накинула платок, увидев девочку с соседнего участка.

– Помогите! Мы с Ваней играли в снежки и он случайно провалился в прорубь!

– Господи! Зачем вы туда пошли? Где взрослые? – не стала волновать даму, а сама лихорадочно искала валенки…

– На рынке, – отчиталась девочка, которая вся напугалась. Устремились с ней в лес, оглядываюсь кругом, никого нет. Но вскоре заявляется раздолбай с хищной ухмылкой.

– Что, брюнеточка попала в беду?

– Подговорил ребёнка, мерзопакостный кретин!

– Прелесть! Мне было приятно с тобой познакомиться! – произнёс настолько дьявольски, а малышка убежала обратно. – Обещаю не смеяться над твоим ледяным телом, сука!

Со всей дури толкнул в ледяную воду, чуть не захлебнулась. Барахтаюсь, но сложно всплыть.

– Дьявольский сукин сын! Вытащи меня!

– Что, стукачка, жопу отморозила?

– Ненавижу! Сядешь, кретин! – ругалась, но до последнего. Вспомнила, а плавать не умею.

– Тони, замухрышка! Говорил же я отрицательный парень, повторюсь очень злопамятный! – смеялся над моими жалкими попытками выбраться.

– Испорченный сосунок. Ай, зараза.

– Что ножки онемели? Ладно, так и быть. Вытащу, но извинишься слыхала, брюнетка? Оглохла, чего? – кричал, но всё доносилось эхом. Много воды нахлебалась. И тогда этот паршивец бросился в тот же прорубь. Вытащил и повалил не снег. Вся дрожу, озноб ужасный.

– Повеселился, полоумный? Руки убрал!

– Горячая сучка! Уймись, – ворвался в мой рот и стал целовать, сжимая запястья… Боже это абсурд…

ГЛАВА 4

Ксения

Отлупила подлеца. Нахал совершенно без тормозов.

– Татуированный придурок! Кто позволил?

– Ой, раскраснелась. А щёчки красные. Замёрзла, скандальная стервочка? А то смелая нашлась. Расскажи мне про себя. Должен знать кого мучить! – небрежно подал руку.

– Чего? Чего? Молоко на губах не обсохло. Не смеши, мальчишка!

– Взрослая нашлась. Хоть совершеннолетняя, страшила? – изгалялся мерзкий тип.

– Мне двадцать шесть, перекаченный болван, у которого серого вещества напрочь нет в черепной коробке!

– Не ври, недомерок! Старше меня на семь лет?! Похожа на школьницу с зелёными соплями. Как же паршиво целуешься. Мой совет, стукачка! Язык расслабляй, – дразнил тип, сразу решила его ударить. Наглая задница.

– Слушай сюда, подобие на мужчину. Бешеный дикарь! За твою шалость заплатишь! Уродец малолетний. Я вся мокрая!

– Ну заплачь, выскочка! Припёрлась на ёлку и заступилась за изгоя! Со мной опасно ссориться. Наслышана про мою репутацию, мурзилка? – продолжил издеваться. Психанула и отправилась обратно через лес. Вся замёрзла, и ещё ветер поднялся. Кошмар, губы дрожат.

– Бессовестный! Чтобы ты все яйца отморозил! – бубнила под нос…

– Эй, дохлая коза! Ладно возьми мою куртку и ботинки. Я сибирский парень не испугаюсь по снегу шагать!

– Подавись ими!

– Ой, гордая мартышка! Опять в прорубь бросить? – догнал, и насильно схватил.

– А ну поставил меня на место!

– Радуйся, коротышка! Тебя взял на руки самый плохой и опасный парень в городе. Визжи от счастья, киса! – снял свою обувь, и отдал мне.

– Сколько самопожертвования? Льстить вздумал?

– Если замёрзнешь и умрёшь, кого мучить буду? С тобой весело, пока…

– Бешеный студент, забери свою куртку! Насколько же противен! – ворчала, а потом случайно поскользнулась, и он подоспел.

– Неуклюжая! Куда отнести?

– Убери свои руки, поганец!

– Злыдня, давай начнём наше знакомство иначе. Стукачка, как тебя зовут? – доставал своим трепом.

– Сначала подрасти, сучонок! И научись уважать старших, – стремилась его вразумить.

– Сердитая брюнетка! Я ведь изнасиловать могу. Повалю на снег и поимею, хочешь? – держал в своих сильных руках.

– Извращенец только посмей!

– Страшно, да? Спасибо хотя бы сказала. Доставил будто принцессу. Вот если бы любил тебя, ноги целовал. Но поскольку ненавижу, изгаляться буду, – нарочно нервировал, еле утихомирила гнев.

– Болван! Совесть совсем потерял. Люди не твои рабы!

– Зубы не заговаривай! Имя говори, – нервировал, и вот мы уже вышли из леса. Бедная женщина уже обыскалась. Застыла вместе с веником. Подметала ступеньки от снега.

– Ксюша! Что случилось? – вся встревожилась, а нахал посмел шепнуть.

– Опасайся меня. Я запомнил, как тебя звать, зануда! Ночью не мечтай обо мне, Ксюшенька, – нарочно бесил, стало неловко перед женщиной, которая буквально онемела.

– Мерзкий кретин!

– Не нервничай. Кстати наврал, коротышка, – за куртку притянул к себе и небрежно убрал прядь. – Понравился наш поцелуй. Скандалистка, не допусти, чтобы я влюбился.

ГЛАВА 5

Ксения

Убежал циничный мажор. Негодяй совершено не имеет уважать остальных. А пожилая дама уставилась с подозрением.

– Вы встречаться начали? Господи, девонька, одумайся!

– Тётя Тамара! Очнитесь. Я и этот мальчишка? Он безобразничает словно обиженный хам. С жиру бесится. Всё наготове, в роскоши купается.

– Ох, Ксюша. Правильно говоришь. Погубит тебя. Раз у вас разногласия, почему взяла его куртку? – расспрашивала она не отводя взгляда.

– Самозванец забыл! Озябла как! – ощутила невероятный озноб. Постарался накаченный кретин. Ещё вздумал целоваться. Касаюсь губ, они помнят, как их терзали. Удивительно в тот момент совершенно не ощущала холода. Всё хватит о нем думать. Я сдержанная, интеллигентная девушка и не позволю всяким сосункам засорять голову. Уселась в тесной ванне. Пришлось долго греться. Но всё равно слегла с сильным насморком. Истинную причину не стала называть женщине. А та всё носилась с банкой малины…

– На сквозняке сидела? Выпей, девонька! Носки точно надела?

– Да, шерстяные. Колются безумно. Ложитесь отдыхать. Целый день носитесь со мной, – тревожилась за старушку.

– Ксюша, но жар ведь. Доконала себя! – слегка ворчала. Не хочу возлагать хлопоты. И на следующий день, вместо того, чтобы отлеживаться в постели, убирала снег. Но всё спокойствие вмиг исчезло. Быков затормозил неподалёку.

– Горбатишься, зануда? Не мучайся, ложись в сугроб!

– Слушай, высокомерный болван, чеши отсюда, пока лопатой не ударила! – вся разозлилась, и внезапно напал кашель, вперемешку с насморком, улыбка засранца моментально исчезла.

– Простудилась, коротышка?

– Уходи, сказала.

– Лекарства есть? Дура, ещё снег убирает. Мозги растеряла! – вёл себя странно.

– А вот любезничать со мной не стоит, паршивый мальчик, который беспощадно бросил в прорубь! Уматывай по-хорошему! – продолжила работу, а он молча сел в автомобиль.

Правильно, пусть уезжает, так легче на душе. Но через полчаса вернулся, без сомнения нервировать. Во-первых, вырвал лопату, и не позволил разгребаться в саду.

– Эй, мускулистый психопат. Хватит командовать!

– Я король тут, замухрышка! Бегом пить жаропонижающее! – раздавал указания. Волосы дыбом от самоуправства.

– А морда от важности не треснет? С какой стати послушаюсь сопляка с хамскими манерами? – ругалась с ним в снегопад.

– Спорим, послушаешь как миленькая. Изнасилую ту раздетую сучку, – угрожал мерзкий тип.

Устроилась на диване, а тётя Тамара бедная едва не выронила половник.

– Быков, снег скребет? Ксюш, глазам не верю!

– Пускай, ему полезно. Испорченный разгильдяй! – поправила подушку, а мерзкий парень заскочил в дом.

– Сироп выпила, психованная брюнетка?

– А ты что волнуешься, да? Качок! – ответила ему дерзко.

– Безумно. Вот смотри если Ксюшенька загнется, кого гнобить тогда? Укройся, недомерок! – действовал на нервы, а после мы взяли случайно одну чашку…

– Чего уставился?

– У мартышки красивые глаза.

– Не заигрывай со мной, Быков.

– Боишься, что влюбишься? Хотя постой это уже случилось. А ну не отводи взгляд, – навалился поверх одеяла и…

ГЛАВА 6

Ксения

Нервы мотает, невоспитанный бунтарь. Хитро улыбаюсь, дав понять, что не ведусь на все его шутки.

– Слез, пока не ударила по яйцам! Взвоешь как раненый осел!

– Брюнетка сердится! Глазки почернели. Слушай, понял, почему настолько злая. Никто не целует!

– Сделай это и пожалеешь, Быков, – противостояла его чарам.