Операция «Мрамор». Последняя фантазия

Штаб

Андрей Николаевич снова собрал совещание. Причиной его стало появление в штабе генерала ГРУ.

– Прошу любить и жаловать, Жулебин Павел Дмитриевич. Для тех, кто вдруг не знает, – это человек, от которого зависит количество непредвиденных ситуаций, а соответственно, и наша с вами безопасность и нервы во время операции. Вам слово.

Жулебин коротко улыбнулся:

– Спасибо, Андрей Николаевич. Давайте сразу к делу. Вы в курсе развертки боевиками некоего оборудования. Существуют довольно фантастические соображения, тем не менее весьма похожие на правду. Смотрите, боевики были обнаружены здесь, – показал он на интерактивную карту. – Это место, куда был отправлен отряд СКАР, самое близкое к нам. Здесь, – он показал в противоположный угол места проведения операции, – мы тоже увидели точно такой же отряд. Есть предположения, мы постараемся их подтвердить в ближайшее время, что такие же отряды находятся еще в двух местах внутри периметра, вместе образуя квадрат. То есть еще как минимум два.

– И для чего это, Павел Дмитриевич? И главное, почему мы не увидели их до сих пор? – спросил главнокомандующий.

– Сейчас. Я хочу, чтобы вы относились ко всему не как к некой очередной операции, носящей контртеррористический характер, а как к спланированной операции против России. Война идет давно, хоть и без открытых боевых действий. Но это надо понимать! Так вот, мы считаем, что техника, сброшенная натовским самолетом, является ни больше ни меньше, а системой влияния на…

Он не успел договорить. Поднялся один из техников:

– Товарищ генерал, у нас аномалия…

– Что там? – встревожился Платонов.

– Метеорологический зонд сообщает о резком падении атмосферного давления в месте проведения операции.

– Это как?

– Сложно сказать. По прогнозам синоптиков, погода завтра должна была быть оптимальной для проведения войсковой операции… А теперь все может резко измениться…

– Вот так, значит, – протянул Платонов. – Павел Дмитриевич, вы этого ожидали?

– Я как раз имел в виду системы влияния на погоду. Отложить операцию на сутки нам могут не дать, особенно по погодным условиям. А до чего все может дойти, неизвестно! Мало ли, вдруг эти устройства способны организовать нелетную погоду для наших летунов. Хотя и из-за этого мы не станем отменять операцию.

– А если сейчас точечно вырубить эти устройства несколькими ракетами?

– Можно. Но хотелось бы увидеть эти устройства вблизи. Ведь если появится возможность доказать причастность НАТО, а еще лучше американцев, к устройствам влияния на погоду, это станет хорошим козырем на международной арене. Пусть СКАР захватит устройство. Сделаем выводы и тогда уже ударим по ним ракетами. Что скажете, товарищ командующий?

Платонов замолчал, раздумывая:

– А почему мы не можем уничтожить три прямо сейчас?

– Они свернут оставшиеся, и ваши бойцы не успеют добраться. Тогда никаких доказательств не будет.

– Сейчас нацеливаем ракеты, – сказал Платонов. – Как только группа СКАР вступит в огневой контакт и ликвидирует группу террористов, мы уничтожим эти объекты. Лишь бы к тому времени поздно не было. Согласны?

– Так точно.

Платонов вгляделся в Жулебина:

– А все-таки, почему мы проморгали развертку двух устройств из четырех?

Жулебин поджал губы, но взгляд командующего на себе выдержал:

– Мы работаем над этим, товарищ генерал. Доложу сразу, как что-то прояснится.

Платонов кивнул и коротко бросил:

– Поторопите бойцов!

СКАР

Фил спрыгнул в прогалину, в которой еще недавно укрывались бандиты. Кровь уже перестала течь из ран и потемнела. Один из бандитов замер с открытым ртом, как будто до сих пор хотел что-то сказать. Вместо носа зияла дыра. Двое других сидели, прикрываясь руками. Наверное, пытались остановить пули. Ключевский оглянулся. На земле стоял потертый термос, рядом старая армейская радиостанция. Судя по всему, бандиты заняли позицию недавно. Рюкзаки не были распакованы. А тот, что спал, использовал вместо подушки арафатку. Из разгрузки одного из бандитов стекало что-то желтое. Фил аккуратно засунул туда руку и обнаружил один разбитый и один целый шприц, наполненный какой-то мутной желтоватого цвета фосфоресцирующей жидкостью.

К нему спрыгнул Бур.

– Дай-ка мне эту хрень, – сказал он, забирая целый шприц.

– Это, видать, мощная штука, – ответил ему Ключевский.

– Что-нибудь нашли? – послышался голос Никулина в активных наушниках.

– Ничего интересного. Похоже, позицию заняли недавно… Еще какой-то наркотик в шприце, – доложил Бурцев.

– Подожди, – остановил его Ключевский, – здесь еще что-то.

Он нагнулся и вытащил торчащий из-под радиостанции клочок бумаги с какими-то цифрами.

– Что там? – спросил Никулин, выжидавший у танка.

– По ходу, коды от радиостанции, – сказал Ключевский в гарнитуру. Он развернул листок. В нем было две таблицы. – Зачем им древние радиостанции, если можно воспользоваться спутниковым телефоном? Ладно, идем.

– Погоди-ка, – остановил его Бур. Его внимание привлек труп, лежащий справа, убитый Носовым. Он присел и осторожно развернул голову бандита к себе развороченным лицом. На уцелевшей части кожного покрова проглядывала легкая синева.

– Чего с ним? – заинтересовался Ключевский.

– У него как будто трупные пятна пошли…

– Так он сдох, разве нет? Да и солнце припекает… Давай быстрее.

– Ладно, пошли вниз, – задумчиво сказал Бурцев.

Идя вниз, старались не слишком широко шагать. Но все равно напылили и сбросили множество камней. Их встретил Никулин и остальные.

– Ну что, разведчики? – усмехнулся он. – С почином.

Командир посмотрел на позицию бандитов, перевел взгляд на место, где прятался неизвестный снайпер.

– Не знаю, как вам, а мне вот кое-что непонятно.

– Чего тут непонятного, – влез Носов. – Этот (показал рукой на позицию снайпера) прикрывал тех (указал рукой на позицию трех бандитов).

– Это и неясно, – сказал Никулин. – С позиции снайпера дорога просматривается не так хорошо. А у него термозащита и серьезное вооружение. При этом он видит все, что происходит в засаде. Получается, что он следил за этими тремя. И у меня такое ощущение, что они про него не знали. Вот только на фига такая сложность?

– Ну да, без поллитры тут не разберешься, – сказал Фил.

– Мне кажется, что снайпер не из местных боевиков, – высказал догадку Николай.

– Вот и я к тому веду, – ответил Никулин. – Жаль только, что после очереди с танка его национальную принадлежность в наших условиях не определить…

– Иностранный наемник? Или штатовец? – заинтересованно протянул Ключевский.

– Парни, а вас не напрягло, что беспилотник сначала обнаружил две цели в засаде, а их там три оказалось? – подал голос Боря.

Все переглянулись.

– А я-то думаю, что вы про троих говорите, когда сначала речь о двух целях шла, – подхватил Лощинин.

– Бля, точно! – завопил Носов. – А я еще лежу и думаю, что не так. Ну, до того, как по нам… По мне снайпер высунулся. Просто в прицеле автомата их двое было, а когда я за гребень высунулся, то троих увидел.

– Вот это странная штука, – сказал Николай.

– А кто из них? – тихо спросил Никулин Носова.

– Кто из них что? – недоуменно посмотрел на него Ухо.

– Кто был третьим? Кого ты не увидел?

Носов почесал репу и поочередно поднял левую и правую руки:

– Так, который справа…

– Это который уже засинел? – спросил Ключевский.

– Чего?! – вытаращился Носов.

– Думать позже будем, – подвел итог командир. – Все по местам. Продолжаем выполнение задания!

Ставка

Виктория собирала вещи.

– Ты точно уверена, что хочешь пойти в горы в обход предписания? – спросил оператор.

– Военные не договаривают, ты ж сам слышал, сколько всего здесь случилось за последнее время. А нас все какой-то ерундой потчуют…

– А как ты собираешься проникнуть в место проведения операции? Тебя, во-первых, видно с беспилотников, а во-вторых, кольцо наглухо сомкнуто… – гнул свое оператор.

– Муртаз сказал, проведет…

– Муртаз?!

– Да, Муртаз. Он на местном телевидении работает. А в этих местах родился и вырос. И кто-то еще из местных согласился нас провести…

– Класс. А мне что делать? Что говорить?! И с вами идти у меня желания нет. Я уже бывал в местах боевых операций… Зарекся…

– Тебе с нами нельзя. Муртаз идет с камерой, так что оператор у нас есть. И мы решили снять браслеты, чтобы нас не отследили…

– Да вы с ума сошли! Без браслетов вы автоматически становитесь мишенями! Ты что?! Не слышала, что по целям без опознавательных знаков разрешено открывать огонь?!

– Мы браслеты возьмем с собой… Муртаз сказал, что если вынуть батарейки, браслеты не работают, а если вставить обратно, все заработает.

Оператор беспомощно развел руками.

– Ты понимаешь, что тебя там могут убить? – спросил он. – И это еще не самое страшное, что делают с женщинами на войне!

– Паша, я все понимаю. Но это мой журналистский шанс! Не переживай. Ну все! Я готова. Если что, звони. Если что, я сама позвоню.

Она взяла пульт и включила телевизор.

– Смотри новости, Паша, пока, – сказала она и вышла из шатра.

Оператор уставился в телевизор невидящим взором.

– …обнаружено тело скандального индийского ученого, утверждавшего, что он готов вернуть к жизни теплокровное млекопитающее после глубокой заморозки. Судя по первым выводам следствия, речь идет о самоубийстве. К другим новостям: сегодня минуло пять лет с момента объявления муллой Омаром и его приспешником Хакимом Царнаевым джихада Российской Федерации. На сегодняшний день известно о нескольких совершенных крупных терактах и тех нескольких, чье исполнение было сорвано спецслужбами за эти два года. Однако о полномасштабных боевых действиях речи не идет, уточнили в министерстве внутренних дел, хотя предпосылки для этого есть. А мы напомним, что уже завтра начнется самая крупномасштабная военная операция на Кавказе с 1999 года…

– Предпосылок к полномасштабным операциям нет, а завтра начнется. – Павел сплюнул сквозь зубы. – И чем нас потчуют…

Вышел из палатки.

Старенький «Хайлендер» пылил вдали, увозя Викторию в неизвестность и оставляя его наедине с собой.

СКАР

Путь от засады прошел без приключений. За километр до цели бойцы спешились, спрыгнув с брони. Теперь было важно, чтобы их раньше времени не заметили.

– Приготовиться, – раздался в их наушниках голос командира.

– Напоминаю, Зам, Фил, Ухо и Кит в нападении. Остальные в защите, я на воротах. Играем первый тайм. Броня на подхвате в арьергарде. Отцы дают добро! Приказ и электронная подпись получены. Валим бандитов, берем оборудование. Оборудование должно уцелеть! И аккуратнее. Вдруг и за этими из зеленки присматривают с термозащитой… Пошли.

Бойцы двинулись вперед по запутанной горной дорожке, внимательно держа свой сектор обстрела. Под ногами противно чавкало, и берцы то и дело проваливались в грязь. Сверху на небольшом плато уже были видны верхушки старых, заброшенных на первый взгляд четырех- и пятиэтажных корпусов. Т-134 бесшумно двигался позади на небольшом расстоянии от отряда. Никулин видел картинку зданий на планшете благодаря спутниковой трансляции и картинке с беспилотника. Цели, находящиеся рядом с окнами, были видны, будучи помечены красным, что означало полное снятие запретов на применение оружия.

Кит и Зам, оторвавшись от остальных, немного свернули с дороги и первыми добрались до старого забора, окружавшего территорию. По всему ее периметру застыло множество огромных валунов, когда-то отколовшихся от горной породы. В одном месте забор почти вплотную подходил к старому четырехэтажному корпусу. Стараясь не шуметь, бойцы двинулись туда. Часовых бандиты не выставили. Николай поднял кулак вверх, и они замерли, прикрытые большим камнем. До здания было не больше ста пятидесяти метров. Зам аккуратно выглянул в проем между двумя валунами. Бандиты виднелись в окнах второго и третьего этажа, один даже курил. Однако они не выпускали автоматы из рук и жадно всматривались в сторону ворот, к которым вела дорога. Николай просунул в створ автомат. Кит поступил так же.

В тепловизоре количество бандитов на втором и третьем этажах несколько увеличилось. Цели четко подсвечивались красным. Расположенные на планках Пикатинни справа от стволов автоматов Николая и Евгения направленные микрофоны уловили голоса бандитов. Говорили на чеченском.

– Слышал? – спросил Зам у Кита. – Переживают, что никто не выходит на связь. Говорят, что нужно проверить засаду и сообщить об этом… Вот только куда сообщить…

– Ага, хотят посты выставить… Вовремя мы подошли.

За камни подтянулись остальные СКАРовцы.

– Командир, судья, похоже, готов сбросить шайбу. Корпус на десять часов. Целей не меньше двадцати, по ходу, ждут нас, во всяком случае они переживают, что никто от засады не выходит на связь, – сказал Кит.

– Да, я все слышал. Бандиты в корпусе, что ближе всех к нам, и еще за этим корпусом слева, там раньше была администрация. И оборудование тоже там. Беспилотник готов, отцы на связи. Внимание. – Никулин поднял нарукавный планшет, запуская секундомер. – Первый тайм. Команда вбрасывание!

– Шайба в руках Уха, Фил страхует, – приказал Николай.

– Шайба в руках уха – это мощно, – прошептал Фил, прицеливаясь.

Носов выстрелил из подствольного гранатомета.

– Отстрел по горизонтали, – сообщил он. Это означало, что выстрел разделится на три части и каждая граната окажется в одной плоскости к горизонту, центральный снаряд устремится прямо, а левые и правые пойдут под углом в пять градусов от него.

Одновременно бойцы, играющие в нападении, выставили стволы и открыли прицельный огонь по бандитам очередями с отсечкой по три.

В трех окнах второго этажа четырехэтажного здания вспыхнуло и заволокло черным дымом. Ударная волна вышибла последние стекла в здании. Особые пули с легкостью проходили через стены, а цели были хорошо видны в окуляры прицелов. С заминкой бандиты открыли ответный огонь, но он не был эффективным. Их начала охватывать паника. Здание, в котором они пытались укрыться, прошивало насквозь, а первый взрыв вывел из строя треть личного состава.

– У них термографы, – разобрал Николай крик кого-то из бандитов в наушниках. – Нужно отступить к следующему дому! Они нас сквозь стены видят, перебьют всех! Где наша броня?!

Послышался свистящий звук, и ракета, пущенная с беспилотника, разворотила центральную часть здания. В месте попадания обрушились перекрытия третьего и второго этажей. Старый дом заволокло дымом, смешанным с пылью.

– Вот так им! Бегут, гады, – бросил Зам в микрофон. – Командир, судя по тому, что они говорят, за этим зданием в административном у них штаб.

В окуляре прицела было видно, как цели пропадают, скрываясь за несколькими стенами, недоступные для прицеливания

Бандиты, перегоняя друг друга, бросились вниз по старой лестнице, заваленной мусором. Перил здесь уже давно не было, и один бандит, подталкиваемый сзади, рухнул на пролет вниз. Но никто не бросился ему на помощь. Все старались как можно быстрее покинуть этажи и оказаться в относительной безопасности подвала. В это время в окна влетели еще снаряды разделяющейся гранаты, выпущенной Филом. Бегущих накрыла взрывная волна и осколки. Бандиты вылезали из подвальных окон с обратной стороны и бежали к центральному зданию, бывшему административному корпусу. Их количество существенно сократилось.

– Фил, Ухо, Кит, в здание, – сказал Николай. – Зачищаем и двигаемся дальше. За жилым корпусом административный, а там стены толще, придется его штурмовать почти вслепую.

Прикрывая друг друга, СКАРовцы по небольшой лестнице, упавшей от разрыва ракеты, вбежали на первый этаж. В коридоре Фил и Ухо свернули влево, Кит и Николай вправо. Поднялись на второй этаж. По пути бойцы добивали шевелящихся бандитов.

– Второй этаж – чисто! – сказал Николай.

– Принято, – отозвался Никулин. Бойцы прикрытия тоже двинулись к жилому корпусу.

Лось, Бур, Ася и Никулин, пригибаясь, взбежали по лестнице и поднялись на второй этаж. Лось и Ася отправились на верхние этажи на дальнейшую зачистку, а Никулин с Бурцевым развернули в небольшом помещении с маленьким окном временный штаб.

– Ну что, Вася, здесь у них была пулеметная точка против нас, – сказал командир. – Только воспользоваться ей они не успели.

– Ага, теперь у них геморрой в виде нас, – ответил Бур.

– Мне не нравится ощущать себя в жопе, – холодно произнес Никулин.

– Я хотел сказать, что это они в жопе, – поправился Вася, командир недоверчиво на него посмотрел.

– Не отвлекайся. Работаем дальше, – приказал он всем.

– Принято, – отозвался Николай. – Фил, снайпер на водонапорке. Кит, держи окна, там, возможно, пулеметчик. Ухо, вероятность контакта с броней. Она за жилым зданием напротив. Пока стоит.

Носов пробежал через подвал и осторожно высунулся из подвального окошка. В прицеле была видна спина бандита, добегавшего до бывшей заводской администрации по диагонали слева. Прямо напротив них оказался точно такой же бывший жилой корпус. Двор, образованный стоящими буквой П зданиями, был завален мусором. Металлолом, бочки, кучи какого-то шлака… Носов убрал руку с гашетки, в спину стрелять не стал, да и снайпер справа на старой водонапорной башне тотчас бы обнаружил его.

Фил обогнул корпус с торца и выглянул на водонапорную башню.

– Вижу водонапорку, – отрапортовал он. И едва успел спрятаться за углом, как со стороны водонапорной башни прилетела пуля. Однако на мониторе его очков цель наверху башни теперь была четко зафиксирована.

– Справлюсь сам, – произнес он в микрофон, – без всяких яких…

Никулин убрал палец с планшета от цели на водонапорной башне.

– Сам так сам, – прошептал командир. – Давай!

Фил вытащил из жилета черный плоский предмет. На черной плоскости нажал на скрытую кнопку с определителем отпечатка пальца. Раздался негромкий звук. После этого Фил широким замахом бросил предмет вверх из-за угла здания. Это была РРГ (ручная реактивная граната) «Сокол». Ее датчики, просчитав апогей броска, развернули плоский предмет, с помощью вылезших из корпуса стабилизаторов замедлили кручение и в момент совпадения прямой линии до цели запустили миниатюрный реактивный двигатель. «Сокол» тут же набрал огромную скорость, и управляемая ракета класса «земля-цель» воткнулась в тело водонапорной башни. Раздался мощный взрыв. Башня, разбрасываясь кирпичами и останками металлоконструкций, завалилась набок.

– Так себе у них снайпер был, – сказал Фил.

– Фил, не каркай. На тебя идет коробка! – прозвучал в наушниках голос Николая.

Разбрасывая бочки, во двор влетел Т-72Б. Фил, невидимый для засевших в административном корпусе бандитов, оказался на прицеле у танка.

– Бля! – заорал Фил, разворачиваясь и отбегая назад. – Давайте беспилотник!

Следом прогремел выстрел. Угол жилого корпуса, где только что был Ключевский, снесло попаданием 125-миллиметрового бронебойного снаряда. Взрывной волной Фила отбросило вперед, и он, не удержавшись на ногах, упал. Угол здания изрядно потрепало, обнажив старые перекрытия.