Операция «Мрамор». Последняя фантазия

Штаб федеральных сил

Генерал Платонов с несколькими специалистами разглядывали 3D-фотографии на поверхности стола планшетника, присланные отрядом.

– На первый взгляд ничего необычного в этой штуковине нет, – пробормотал Платонов. – Она могла быть собрана где угодно.

– Ну, мы и не ждали, что на ней будет крупно написано «мэйд ин Ю-эс-эй», – парировал Жулебин. – Меня смущает, что не видно никакой управляющей электроники. Где у нее «вкл» и «выкл»? Просто устройство. Причем работающее устройство!

– Бойцы утверждают, что вблизи этой РЛС начинает болеть голова, – вставил генерал Хасанов.

– Это не РЛС, – резко парировал Жулебин. ГРУшник закрыл глаза и сделал несколько задумчивых шагов. – Посмотрите на геомагнитный фон в радиусе пары километров, посмотрите на резко упавшее давление. Эта штука создает погодную аномалию. Вы, я думаю, в курсе, что такое HAARP и кто занимался подобными исследованиями последние лет сорок-пятьдесят? Уже происходит смена погоды. «Ясно и солнечно» за час сменилось на «возможны осадки» и порывистый ветер. Я вам говорил, что это только начало…

Встал оператор.

– Товарищ генерал, при проведении зачистки в административном корпусе майор Петров столкнулся с тем, что оптика автомата не обнаружила цель, прятавшуюся в шкафу. При этом на бандите не было никакого специального оборудования, никаких маскировочных приспособлений. Мы его также не могли видеть, только уже по факту рукопашного боя через нашлемную камеру…

Генерал странно посмотрел на оператора.

Оператор смущенно пожал плечами:

– Вы приказали докладывать обо всем необычном.

Платонов одобрительно кивнул:

– Все правильно, но, боюсь, нам сейчас не до этого. Тут погодные аномалии, ставящие под срыв всю операцию. Ребята отработали как надо. Молодцы. Но это только начало, и надо быть готовыми ко всему. Нужно передать майору Никулину, что примерно через пару часов мы пришлем к ним специалиста.

Платонов задумчиво кивнул, они уже согласовали это с Жулебиным. Вместе с военными к объекту должен был быть доставлен гражданский специалист, настоящее светило в области микроволновых волн и излучений, профессор МГУ, лауреат различных премий по физике, член-корреспондент РАН Антон Иванович Кущенков…

Москва. МГУ

Профессор заканчивал лекцию. Время его был дорогим, дни распланированы, но тем не менее он считал своей обязанностью уделять время лекциям, и особенно лекциям для российских студентов. Это был его личный патриотический вклад, все наиболее значимые открытия профессора были сделаны в России и на российские деньги.

– Итак, на сегодня все. – Он обвел публику взглядом из-под очков. – Устройство и назначение фазерной решетки как составляющей РЛС спрошу на следующей нашей встрече. И помните, в моем возрасте юбка и вырез на оценку не влияют.

– Вы ж не старый еще, – послышалось с задних рядов.

– Вот именно, – парировал Кущенков. – Могу себе позволить и вне стен университета, а от вас мне нужны только знания! Свободны.

Студенты не спеша собирались. Кущенков подошел к окну, по дороге ответив на несколько вопросов от любопытных студентов. По расписанию его ждала еще одна лекция, однако жизнь распорядилась иначе. В аудиторию вошел невысокого роста мужчина. Он, не оглядываясь, направился прямиком к профессору.

– Здравствуйте, Антон Иванович, – поздоровался он довольно учтиво.

– Здравствуйте, – ответил профессор, разглядывая незнакомца с удивлением и интересом, он не был похож на обычного поклонника (а, к сожалению, таковые тоже существовали и забрасывали электронную почту восхищенными письмами). – С кем имею честь?

Незнакомец развернул перед лицом профессора удостоверение.

– Полковник Васильев, Федеральная служба безопасности. У нас к вам срочное дело в интересах страны, если коротко. Вам просто необходимо поехать со мной.

– Что, прямо сейчас? – переспросил удивленно профессор, пытаясь прочитать удостоверение, предъявленное полковником. – Чем моя скромная персона могла заинтересовать ваше ведомство?

Полковник Васильев вытащил планшет и показал Кущенкову одну из фотографий, сделанных бойцами СКАР.

– Генерал Жулебин сказал, что вы должны этим заинтересоваться.

Профессор внимательно рассматривал изображение.

– Что это? Ага, радар некогерентного излучения, лазерный локатор… – И вдруг, расслышав фамилию: – Жулебин? Жулебин Павел Дмитриевич?

– Так точно.

– Что ж вы сразу не сказали? – Профессор Кущенков выпрямился. – Что нужно делать?

– Пока просто следовать за мной, – ответил полковник. – Подробности по дороге. Времени у нас очень мало.

Они вышли из аудитории и направились к лифтам. Профессор хотел нажать кнопку «вниз», но полковник его опередил, нажав кнопку «наверх».

– У нас очень мало времени, и вертолет на крыше, – пояснил он. – Вы не переживайте, все подробности вам расскажут в самолете…

– Еще и самолет будет? – пошутил Кущенков.

Двери лифта закрылись.

СКАР

– …Вас понял, конец связи, – сказал Никулин, обвел взглядом Петрова и Бурцева. – Говорят, надо прибраться, к нам специалиста пришлют по таким вот штукам. А у нас везде трупы валяются. Так, Носов, Ключевский, Лощинин и Китаев, ко мне, – добавил он в микрофон бойцам, которые осматривали производственный корпус, и продолжил: – Спец через пару-тройку часов прибудет, надо окапываться, мы все-таки на вражеской территории находимся.

Никулин подошел к окну:

– Сделаем так, сейчас Ася обедает и занимает позицию на крыше производственного корпуса. Оттуда как раз хороший вид на горы и «зеленку» в долине. У него тем более самый полный боекомплект… Там на крышу ведет одна лестница, та, что снаружи. Он по ней взберется, и мы лесенку танком уберем. Будет как у Христа за пазухой, а сам как Зевс разящий. Ася, слышал?

– Так точно, – пришел ответ.

Вошли Лощинин, Носов, Ключевский и Китаев.

– Вы сейчас вместе с Бурцевым идете на уборку. К нам специалист по устройствам, таким, как у нас в ратуше, летит, так что все трупы надо собрать. Сложите в подвале жилого корпуса. Он вот-вот развалится, будет хорошей могилой. Сами туда не сильно ходите. И… – Он немного помолчал. – И да, все оружие бандитов принесите сюда… Так, на всякий случай. Вскройте семьдесят второй, посмотрите… Пока мы под прикрытием беспилотника, можем делать все не сильно спеша, но сразу хорошо. Ясно? И, Вася, ты, как человек с небольшим медицинским образованием…

– Типун вам на язык, командир, – ответил Бурцев. – Медицинское образование – это опухоль…

– Короче, Вася, попробуй напрячь свою опухоль! Надо разобраться, почему вылетевший из окна товарищ не был виден в прицеле.

– Батареи у Зама сели, – упрямо сказал Вася. – Батареи на складе хрен его знает сколько лежат, замените, и все будет норм.

– Так и я одного из тех, что в засаде были, не увидел. Зато двое были ясно видны, скажешь, батареи?! – вмешался Носов.

– Бурцев, ты с кем разговариваешь? – зазвенел сталью голос командира. – Тебе сказано глянуть.

– Бред, – сказал Вася, но, увидев лицо командира, поправился: – Есть!

– Вот, кстати, а есть? – протянул Носов. – Мы со вчерашней ночи ничего не ели!

– Носов, – укоризненно произнес Николай, – ты голодный быстрее справишься! Сделаете, будет вам и завтрак, и обед. Ты на войне, понял! Кончайте базарить!

– Так точно, командир, сэр, – сказал Носов. – Разрешите выполнять?

Никулин махнул рукой. Бойцы вышли.

Командир помолчал, глядя в окно.

– Такая вот херня, Коля.

– Я так понимаю, мы теперь сто процентов заходим в операцию отсюда. И еще придется гражданского охранять…

– И это еще цветочки…

– Миша… – Николай умолк, но решил продолжить: – Я реально его не видел. Он из шкафа как черт из табакерки выскочил, я чуть в штаны не навалил.

– Ох, Коля, тут столько всего замешано и столько еще будет. Я тебе так скажу, предчувствия меня никогда не обманывали. – Никулин повернулся к Николаю. – Лучше б операция поскорей началась, тогда просто делаешь. А когда у солдата много времени, он маяться начинает и всякую херню думать. Почему нас сюда отправили? Что мы тут охраняем? Что за снайпер таинственный от нас прятался? Почему мы в засаде двоих только видели? И что за невидимый камикадзе на тебя прыгнул? А больше всего меня пугает, что все эти умные системы вместе с отцами видели не больше нашего. Точнее, не видели. И неувиденное объяснить не смогли. Сплошное разложение для мозга, особенно командирского. Понимаешь? – Никулин положил руку на плечо Николая. – Учись, наматывай, тебе еще постигать эту командирскую науку.

Парни вышли из административного корпуса, Носов тут же накинулся на Борю:

– А ты куда пошел?! Иди жмура за собой вынеси! Я тебе говорил, не вали его, мне оставь. Вот теперь иди, вытаскивай.

– Извини, Саня, – парировал Борис, – мне срочно нужно пойти пообедать. Вот сейчас перекурю – и жрать. Приказ командира!

– Никакой справедливости, – воззвал Носов. – Филыч, а мы чего тогда с тобой сюда вышли? Пошли за этим.

– Возьмите кусок линолеума, я видел, валяется на втором этаже, и на нем его спустите. Можно будет и этих троих, – Ася глазами указал на трупы под окнами, – на него же кинуть и в подвал сбросить. – Боря закурил.

– Спасибо за совет, иди уже жри и не мозоль глаза, – сказал Фил. – Только у нас тут в корпусе один БОРИН, – сказал он, акцентируя, – а остальные общие.

– Как говорится, линолеум вам в помощь, – сказал Бурцев. – Я пока посмотрю на бойца невидимого фронта, а вы спускайтесь, погрузим и в подвал вместе закинем. Думаю, в бывшем жилом корпусе прибираться не стоит, один хер сложится.

Ключевский и Носов поднялись в административный корпус. Вася и Женя пошли к лежащим трупам. Борис щурился на солнце, закатившемся в пелену облаков, и, присев на ступеньку, смотрел на действия Кита и Бура.

Бурцев подошел к первым двум телам, попинал их ногой, присел, одного перевернул, сплюнул. Потом разогнулся и пошел к третьему, выброшенному Николаем. Евгений следовал за ним.

– Смотри, у него кровь какого-то странного цвета, с какой-то желтизной, – сказал Кит.

– Это может быть вызвано врожденным заболеванием, особенностями организма, введенным наркотиком или лекарством. – Бур перевернул труп. – А вот кожа у него какая-то дряблая, это факт, и такое ощущение, судя по кровотечению, что сердце после удара о землю остановилось не сразу. Была б тут лаборатория, мы бы глянули, чего ему в кровь ввели. А так гадание на киселе… Блин, и окоченел он уже прилично… Я, конечно, не медик в полном смысле этого слова, но…

– Он же невидимка не оттого, что ему в кровь ввели, наркоманы проклятые… – подал голос Борис.

– Какой на хрен невидимка? – вскипел Бурцев. – Странность в том, что этот чувак умирать долго не хотел, а то, что его Зам в свои окуляры не видел, это севшая батарея!

– Я все слышу, – свесился из окна Николай. – Батарейки, кстати, и вправду садились. Но перед этим я же увидел товарища на втором этаже через толстую стенку, а тут хилая дверца шкафа…

– Бывают сорта дерева, которые обладают плохой теплопроводностью, – не унимался Бурцев.

– Бурцев, завали! Делай что сказано. И не забудь баночку вон ту, – Николай указал на Т-72, – вскрыть! Чего вы телитесь, шевелите поршнями.

Женя поднял автоматы и вытащил у убитых магазины и гранаты из разгрузочных жилетов.

Из дверей показалась спина Носова, тащившего кусок линолеума с лежащими на нем трупами, сзади линолеум поддерживал Ключевский. Матерясь и чертыхаясь, они дотащили линолеум с телами до Бурцева. Носов бросил свою сторону линолеума на землю.

– Давай, Вася, дальше ты, – сказал он. – И ты, Женя.

– Чего это мы? – ответил Кит. – Мы, согласен, положим этих трех, а дальше попрем вместе. А то тяжеловато получается.

– Парни, вы вечно какой-нибудь херней страдаете, – изрек наблюдавший из окна Николай. – По-моему, если бы просто по одному перетаскали, давно бы управились.

– Колян, блин, у вас с командиром нельзя приказы быстро выполнять. Вы ж следующее задание тут же повесите! – кривляясь, возмутился Фил.

– Кто там пизд…? – послышался из окна голос Никулина.

– Бля. – Ключевский споро схватился за ноги лежащего перед ним тела. – Парни, ну чего вы встали, давайте! Быстрее сделаем, быстрей освободимся, – заорал он.

Горы

Виктория села на старую пружинную кровать и огляделась. В маленькой комнате пахло сыростью и заплесневелым деревом. Однако несмотря на почтенный возраст в избушке было чисто и даже уютно. Создавалось ощущение, что здесь недавно кто-то жил. Несколько старых книг были стопочкой сложены на столе, две вымытые железные кружки аккуратно размещены на мойке над старой раковиной. А отсутствие пыли как на шкафу, так и на подоконнике вовсе удивляло. На деревянном изголовье кровати было кем-то нацарапано: «Operation marble, my last fantasy…» Девушка оглянулась, в комнате она была одна. Муртаз и Хамид вышли из сторожки и о чем-то шептались. Виктория вытянула из сумочки телефон и долго его разглядывала, борясь с желанием вставить на место батарею и позвонить. Хотя бы Павлу. Он поддержит и поймет. Ее что-то угнетало, но она никак не могла понять, что именно. По словам проводника, до основной базы федеральных сил всего сорок минут хода, а значит, сторожка находилась не на территории проведения операции… Казалось, бояться нечего. И все же смутное беспокойство, овладевшее ей в лесу, постепенно перерастало в щемящее чувство тревоги.

Вошел Муртаз.

– Ну как, отдохнула? – спросил он.

– Немного…

Муртаз увидел телефон у нее в руке. Его лицо выразило какую-то сложную игру чувств от ненависти и злобы до сдерживаемой ярости. Совладав с собой, он быстро заговорил:

– Надеюсь, ты никуда не звонила? Русские рядом, сразу засекут, даже если ты вне зоны действия… И тогда прощай, журналистская карьера… Не надо… А лучше отдай батарею мне, чтобы у тебя соблазна не было.

Он протянул руку. Виктория покачала головой и, выдавив улыбку, произнесла:

– Спасибо, я справлюсь. Мне так спокойней. Главное – это репортаж! – Она заглянула в его глаза.

Он отвел взгляд и сказал в сторону:

– Ну ладно, как знаешь. Мы будем пересекать границу охраняемой территории, нужно будет соблюдать полную тишину. Ни слова, ни звука. Засекут, будут стрелять… На нас нет опознавательных знаков.

Он подошел и нагнулся к ней, приблизив свое лицо к ее лицу, взял за подбородок:

– Ни слова, ни звука.

Потом резко разогнулся:

– Солдаты федеральных сил снабжены прицелами с термографами, как и беспилотники. Когда будем пересекать границу, нам надо будет закутаться в специальное покрывало, чтобы нас не заметили.

– Хорошо, – сказала она, попутно вспоминая, что такое термограф. Мысли путались. Муртаз, хорошо знакомый по совместной учебе на факультете журналистики, теперь казался совсем другим, чужим, незнакомым человеком.

– Когда начнет темнеть, – сказал Муртаз, – мы отправимся в путь. Первым делом выйдем к крематорию. Действующее предприятие на территории проведения операции – это уже отличный эксклюзив. Согласна? БЖУ!!!

– Еще бы, – согласилась Виктория, она пыталась поддерживать себя мыслями о престижных журналистских наградах, но выходило слабо.

– Пока надо отдохнуть. Предстоит тяжелый переход.

Муртаз сел на кровать и, откинувшись, закрыл глаза. Виктория тяжело вздохнула. Ей вдруг стало неприятно и страшно находиться с ним рядом. И это чувство только укреплялось с каждой секундой. Она встала с кровати, пересела на старый скрипучий стул и застыла, глядя в окно, стараясь ни о чем не думать.

СКАР

Ключевский забрался на корпус Т-72. Носов, Бурцев и Лощинин стояли рядом.

– Ну, чего он? – спросил Носов. – Целый?

Носов плюнул на каток и, подойдя к нему вплотную, достал хозяйство и начал мочиться.

– Ага, – ответил Фил, неодобрительно глядя на Носова. – А может, и нет. Тогда тебе сейчас отстрелят чего-нибудь.

– Если там кто и жив, то находится в бессознательном состоянии. У них там шок или смерть, – сказал Бурцев. – Фил, давай не тормози. Сможем открыть?

– Если взять автоген, то без проблем, – ответил Ключевский.

– А мы же с собой три автогена взяли, да, мужики? – сказал Лощинин с иронией.

– Давай я открою, – сказал Носов, стряхивая. Он залез на броню к командирскому люку и вынул гранату. – У меня специальный консервный нож для таких банок.

– Я бы не советовал, – произнес Бурцев. – Ладно, парни, вы тут возитесь, а я пойду Асю водружу на крышу. Не все же на плечи техники перекладывать, надо и самим себе охрану обеспечивать.

Бур набрал какую-то комбинацию на гибком планшете и, спрыгнув с поверженного Т-72, направился к административному корпусу, на крыльце которого уже покуривал пообедавший Борис. За Бурцевым, как собачка, бесшумно следовал Т-134.

Фил недоверчиво проводил их взглядом.

– Вот что я не так делаю? – воздел руки к небу Ключевский.

– Не ссы, прорвемся, – толкнул его Носов. – Давайте валите. Сейчас папа будет вскрывать эту херь.

Лощинин с Ключевским спрыгнули с брони и неспешным шагом отошли за груду бочек. Носов поторапливал их, провожая воинственным взглядом. Затем аккуратно приклеил гранату липкой стороной между подвижной и неподвижной частями командирского люка, установил таймер на восемь секунд и отпустил спусковой рычаг. Спрыгнул с танка с обратной от установленной гранаты стороны и, насвистывая, подошел к бойцам, прятавшимся за бочки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.