- -
- 100%
- +
– Эй…Да что такое-то? Ань…
– Извини, – хнычет она, уткнувшись в меня носом, и я ощущаю, как бешено колотится её сердце, а запах её волос сводит меня с ума так, что еле сдерживаюсь. Ей же плохо. Нахер, Митя, держи себя в руках. – У меня мама при смерти…
Бляяяядь…Вот я кретин. Слышать это и неприятно, и больно одновременно. Я же не понаслышке знаю, что такое терять… Слегка касаюсь её лопаток рукой. Даже на каблуках она намного ниже меня. Маленькая. Хрупкая. Беззащитная. Не пойму только одного. Мама при смерти, кольцо на пальце. А с кем ругалась то…
– Всё будет нормально. Чем я могу помочь? – хмурюсь, чувствуя, как она отодвигается от меня в растерянности.
– Ничем, извини, пожалуйста. Этого вообще не должно было произойти, – тараторит она, пытаясь удрать, но нет уж. Хватаю её за тонкое запястье.
– Стой. Давай по-нормальному. С кем ругалась? Что конкретно с твоей матерью? – спрашиваю, заставив её замолчать. Она с трудом начинает отвечать мне, и я вижу, что совсем не хочет этого…
Глава 4. Аня
Я стою и смотрю на себя в зеркало, намазав губы нюдовой помадой. По щекам льются слёзы. Не знаю, как идти на работу. Всё нутро выворачивает. Мама совсем плоха. Рак не щадит никого. Чувствую, что у меня не осталось поддержки, но всё ещё ношу кольцо Игоря, которое он мне подарил…Надеваю его периодически, вспоминая о том, что когда-то ему верила. Он ведь был моим женихом. Сразу после окончания университета, когда мне был двадцать один год, он сделал мне предложение. На тот момент наши отношения длились полтора года, я сказала «да», а затем заболела моя мама, нам стало не до свадьбы. Якобы я стала уделять ей слишком много времени, в его понимании. А он совсем не помогал, только пропадал где-то и спускал все деньги не пойми куда. Через некоторое время я застукала его у нас в квартире с коллегой, когда вернулась раньше времени, чтобы привезти маме дорогостоящую обезболивающую мазь, что заказывала для себя в Японии. Я даже ничего не сказала. Прошла мимо них, взяла мазь и уехала в состоянии безмолвного шока. Наверное, уже тогда нужно было выбросить кольцо, но я не смогла. Он извинялся, клялся, что этого больше не случится, только гордость было не собрать в кулак. Я знала, что браки строятся на боли и терпении, мать всегда говорила мне это, а в любовь я и не верила. Никогда. Лишь поэтому пыталась дать ему второй шанс или же уже третий, но он снова поступает со мной как с дерьмом, вытирая об меня ноги и позабыв помочь с перевозкой мамы в другой медцентр. «Я занят», – приходит очередное, вынуждая меня думать самые плохие вещи. А я ведь напоминала о матери вчера и он сказал, что поможет. Только вот он просто не хочет её видеть, хотя мама у меня спокойная и уравновешенная женщина, никогда и слова поперек ему не сказала. Однако он и знакомиться-то с ней не хотел.
На улице всё в снегу. Нужно добираться на работу, к детям. Взять себя в руки, а после помогу матери сама, в конце концов, что мы не справимся? Снова вызываю такси и еду на работу, увидев в телефоне сообщения от Сизова. Глупый мальчишка с комплексом Бога. Как же просто таким жить…Красивым, богатым, без каких-либо проблем, зато с кучей перспектив и амбиций на будущее.
Я прекрасно осознаю, что он делает. Пытается поставить очередную галочку в своём «резюме», только вот я с такими кобелями уже имела дело. Знаю я что это такое. Тестостерон с него просто хлещет. Зелёные глаза каждую пару прожигают меня со всех сторон и это ужасно тяжело, потому что он не выглядит на свои года. Он не выглядит как школьник или студент, а с его хрипотцой в голосе я вообще забываю о том, где мы находимся. Так было и в первый раз, когда я услышала его голос. Не знала бы – подумала, что тоже молодой преподаватель…
Наша разница в возрасте – пять лет. И это не мало, если смотреть по меркам преподавателя и студента. Но уважения от него я не добьюсь. Отчасти я ношу кольцо поэтому. Чтобы не приставал. Хотя и это не работает так, как хотелось бы. Он настойчив и абсолютно аморален. Настолько, что я порой краснею от его грязных комментариев.
Приезжаю ранним утром, захожу на кафедру и беру ключ, поздоровавшись с преподавателем истории. Он почти всегда приезжает раньше всех. Знаю, что надо на пару, но ноги не слушаются. Не хочу идти туда из-за Сизова. А мне нужно прийти пораньше, чтобы проверить самостоятельные для второй пары, что я и делаю, стиснув челюсть.
И нет ничего ужаснее встретить его среди первых, с кем приходится переплестись взглядами. Это просто фиаско. Особенно после тех пошлых сообщений. А то, как он себя ведёт, совершенно выбивает меня из равновесия, с учётом того, что произошло утром. Я просто не могу настроиться на сегодняшний день, мне и так плохо, а тут ещё он. Обычно приходит без пяти или вообще не появляется, а тут словно специально явился раньше всех, мне назло, да вдобавок нацепил на себя чёрную рубашку, расстёгнутая пуговица которой заставляет смотреть на его ямку под кадыком.
Выбегаю в коридор после нашего диалога и набираю номер Игоря. Просто чтобы спросить его, а действительно, как он меня отпускает в таком виде? Может всё дело в том, что ему на меня просто насрать? Так как нужно беспокоиться ещё и за мою умирающую маму? А он в это время очень сильно занят чем-то. И как я могла доверить ему столько лет своей жизни? Если ему настолько похрен на мои чувства внутри…Но самой вишенкой служит то, что трубку берет какая-то очередная девица. А я даже дышать не могу, когда слышу её голос. Это как будто тебя неожиданно бросили в ледяную воду, дар речи пропадает и воздух из лёгких тоже.
– Хватит названивать, – заявляет она, вызвав у меня приступ ярости. Я даже не знаю, что на меня находит, но на этот раз всё зашло слишком далеко.
– Значит, пока я ухаживаю за мамой, Игорь у Вас? – спрашиваю дрожащим голосом. Всё внутри переворачивается. – Как Вам не стыдно?! Вы же знаете, что у него есть невеста.
– Слушай, дорогуша. Ему не нужно всё это. Невеста…Пф…Эти сложности…Я не хотела говорить, просто мне тебя жаль, – объясняет девушка на том конце провода. – Он сейчас в душе…Не звони больше.
Она кладёт трубку, и я начинаю реветь в истерике, после чего за мной выходит Сизов. Только, блин, не это. Не знаю, почему я так сдаюсь, просто сил совсем не осталось. А ещё и слушать его колкости я просто не выдержу. Он хмурится и спрашивает, что случилось. Густые брови сходятся в линию, а на переносице образуется морщинка. Не могу ему ответить, не могу говорить и вообще дышать не могу. Склоняю к нему голову и слышу, как сердце разрывается от стука в грудной клетке. От него так вкусно пахнет, что я даже пошевелиться не могу. Нюхала бы и нюхала без остановки. Боже, да что я такое несу?!
Чуть отстраняюсь, а он смотрит на меня и держит за запястье, чем ещё сильнее выбивает меня из колеи, и поэтому я просто разворачиваюсь и убегаю оттуда, наплевав на пару как глупая дурочка. Около получаса реву в подсобке и думаю о том, что осталась совсем одна в мегаполисе, где у меня никого нет, а маму надо поднимать…Перестаю чувствовать свои ноги от страха и стыда, но надо идти в кабинет. Вытираю глаза, а выглядит всё равно ужасно. Будто я плакала неделю не переставая.
Как на казнь иду обратно, думая, что все разбежались от радости, и я сорвала пару, но Сизов стоит у доски и что-то им объясняет, пока я завороженно смотрю на него через небольшое окно в двери. Что он вообще делает? Сумасшедший, блин. Захожу, глядя на своих подопечных, и он улыбается мне какой-то безумной улыбкой.
– О…Анна Николаевна…А я Вас подменил, – сообщает он, когда я прохожу к своему столу.
– Спасибо, – говорю ему искренне, хоть и понимаю, что это всего лишь чувство вины за то, что он будто довёл меня до слёз, хотя это вовсе не так, просто всё навалилось. В другой ситуации я бы давно устроила ему веселую жизнь и слезинки бы не проронила, но не сейчас, когда я разбита надвое.
Он будто случайно касается моей руки, но я знаю, это специально. Кладёт ручку на стол возле меня.
– Не за что. Для Вас что угодно и это, кстати, тоже, – говорит шёпотом и двигает мне со своего стола коробочку с надписью Donutto. Я знаю эту кофейню. Бывала там. Замираю и чувствую, как вкусно от неё пахнет.
Меня начинает трясти от его неоднозначных намеков и моей реакции на его даже секундные прикосновения. Довожу лекцию до конца и очень быстро звенит звонок, наконец расслабляя меня. Но мой мучитель сидит напротив и конечно же дожидается, когда все выйдут. Дима подходит ко мне и смотрит выжидающим взглядом.
– Ну… Я жду, – говорит он, оперевшись на столешницу. Сейчас его руки кажутся мне какими-то аномально большими и крепкими.
– Что? – спрашиваю, складывая журнал в ящик. Стараюсь выглядеть невозмутимо, чтобы он не думал, что я такая слабая, но, видимо, уже поздно что-то из себя строить.
– Ань. Слушай, я понимаю. Студент и всё такое. Какая помощь тебе нужна? Давай я помогу, – настойчиво предлагает он, как будто ему нечем заняться в пятничный вечер.
– Самой лучшей помощью для меня будет, если ты перестанешь думать о глупостях и будешь жить обычной привычной для тебя жизнью. Не будешь приносить мне всякие подарки. Забери это, – встаю, но он перегораживает мне путь. Какой же он всё-таки высокий и плечистый. С ума можно сойти.
Его густые брови снова выстраиваются в хмурую линию. Он так недоволен и зол, что даже мне – теперешней злюке, непривычно видеть такое выражение лица.
– Мир перевернётся, если ты позволишь тебе помочь или что произойдёт? – спрашивает он, рассматривая моё лицо. – Может это противоречит твоим феминистическим взглядам?
Вынужденно смеюсь от этого вопроса. Очень оригинально звучит, признаю.
– Дмитрий…
– Митя, – перебивает меня, заставив вздохнуть.
– Послушай, Митя…Это всё не твои проблемы, понимаешь? Я – взрослый человек со своей жизнью…
– Ты – взрослый человек со своей жизнью, который ведет себя как ребенок и элементарной помощи принять не может, которая ему нужна. Иначе чё ты ревёшь каждый день и ходишь на работу, словно умирающий лебедь? Где лежит твоя мама? Я, нахер, сам узнаю, – психованно дёргается он, заставив меня разволноваться. Я вообще не видела такой реакции, пожалуй, никогда. И явно её не ожидала. Он так злится на меня из-за того, что я не говорю или что…?
– Послушай. Не надо ничего узнавать. Сегодня мне нужно перевезти её в другой медицинский центр, а на улице гололед. Такси всегда неохотно едут…Поэтому…
– И всего лишь? – спрашивает он, скуксив лицо. – Ты что…Ненормальная? Попросить не могла, чтобы я тебя довез?
– Слушай, Сизов…
– Ань…Ты прости, но это хуйня какая-то. Сними уже эту дешёвку со своего пальца, ладно? Потому что нечего ей там делать. Во – первых, ты достойна большего, чем эта побрякушка, а во-вторых, большего, чем такси для своей матери. Ок? – спрашивает он, заставив меня – взрослую девушку проглотить язык от его напористости. Я буквально проваливаюсь куда-то, хлопая ресницами и не понимая, что происходит. – До скольки у тебя пары?
– До пяти, – отвечаю кое-как шевеля языком.
– Чудно. Дождусь тебя в пять возле выхода, думаю, машину видела, – заявляет его наглый тон, пока я всё стою как вкопанная и смотрю вслед его уходящей фигуре.
Глава 5. Дима
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.



