Мое тело – мой бизнес

#4

Девушки поднялись на третий этаж, где располагались комнаты. Оказывается, Вика жила в соседнем блоке. Внутри обстановка выглядела куда хуже: облезлые обои со следами убитых клопов, какие-то пакеты на полу, куча всякого пыльного хлама в виде гладильной доски, которой уже года два не пользовались, сломанных роликов, разбитой блютуз-колонки, флакончиков духов и пустых пачек от сигарет. Вайб дополнялся сильной вонью (смесь хозяйственного мыла и переваренных яиц) и грязным постельным бельем. Зато бесплатно.

Условия так себе, но зато было где спать и был бесплатный вай-фай. Если есть возможность, можно перебраться на арендованное жилье, но тогда твой оклад в несколько раз упадет. С чем это связано, непонятно, потому что все должно быть наоборот, но Влад, видимо, был заинтересован в том, чтобы все его работницы заселялись именно тут и занимались своей деятельностью, говоря красивыми словами, не выходя из дома. Тенденция такая, что тех, кто уходили отсюда, но продолжали вести трансляции, в скором времени увольняли. А вместе с увольнением автоматически заканчивалась специальная подписка от работодателя, которая давала буст, повышенную рекламу, освобождала от банковской комиссии, освобождала от вопросов налоговой. Как только ты переходил на индивидуальный режим, то вся эта тягомотина сваливалась на твои хрупкие плечи. В принципе, если не глупая, разобраться можно. Ну да, придется из своего кармана платить за рекламу и обслуживание карты, а также отчислять налоги, платить арендную плату и коммуналку – это серьезные издержки, но раз сделала себе имя, можно и в одиночку рассчитаться и приобрести подобие независимости. Почему только подобие?

Да потому что весь заработок, как ни крути, все равно упирается в приспособленчество перед зрителями. Они – твоя рука помощи, твоя финансовая дорога, твое настоящее и твое будущее. При таких условиях ты будешь делать все, что позволит увеличить донаты и популярность. Но занимаешься всем этим действительно только одна – никто не задает необходимых границ, никто не перераспределяет твой доход, никто не указывает на необходимость конкретного поведения.

Света думала об этом, наблюдая, как ее новая подружка достала из своего потрепанного кошелька банковскую карту и жестом сообщила о готовности. Девушки вышли в коридор, Вика закрыла дверь на ключ и, что-то напевая, быстрым шагом пошла вперед.

– Запомни, что в нашей деятельности самое важное – никогда не показывать искренность. Тебе нужно всегда быть веселой, забавной, полностью неуязвимой к негативу. Тогда все будут думать, что у тебя счастливая жизнь, а их виртуальные недовольства ты просто не видишь. Как бы тебе ни было плохо, лицо должна украшать лучезарная улыбка. Если обращаешь внимание на негатив, то, считай, попалась на крючок: эти мрази быстро найдут твои слабые места и будут бить именно туда. Просто кайф такой у людей, понимаешь?

Света уверенно кивнула. Ее нос тем временем ощущал уличную свежесть, поскольку девушки уже практически подошли к двери.

– Так, это мы куда намылились? – послышался голос вахтерши – старой ворчливой бабы, которая стремилась держать тут все в «ежовых рукавицах», но на деле была кем-то вроде козла отпущения. – И надолго?

– В магазин, мы просто… – начала Света, остановившись перед ней.

– Да пошли, че ты объясняешься, – Вика схватила девушку за руку и с силой потянула на себя, а второй рукой уже открыла входную дверь, впустив в душное помещение ветерок. – Мы не школьницы, чтоб объясняться, поэтому уходим по делам. Будем не позже закрытия. – бросила через плечо свой ответ Вика и сразу же закрыла дверь.

– Зачем ты перед ними кланяешься и унижаешься? Она тебе что, мать?

– Нет, да я просто…

– Ну вот и забей на нее. Она свои полномочия может использовать только тогда, когда происходит нарушение правил проживания, а мы ничего не нарушаем, так что смело игнорируй, – Вика на короткий период замолчала, вероятно, подбирая мысли, а затем продолжила: – Если ты так всем отчитываешься во всем, люди приспособятся и будут нагло тебя использовать в своих целях. Умей фильтровать спам, который нас окружает, потому что без этого станешь работать на него, а эта работа, Свет, не оплачивается.

– Я поняла, просто ей ответила, что мы в магазин и все, – неуверенно возразила Света.

– А это ей знать совсем не обязательно. Повторюсь, если бы мы что-то нарушали – другое дело, а так – пошла она куда подальше. Пусть дальше «Давай поженимся» смотрит или что там сейчас крутят?

– Не знаю, – улыбнулась девушка.

– Ладно, пофиг на этих старушенций. О чем я рассказывала? – спросила Вика, посмотрев время на телефоне.

– Кажется, про то, что не нужно обращать внимание на негатив, – медленно проговорила Света, с интересом рассматривая улицу. Честно говоря, ей не очень хотелось сейчас слушать какие-то лекции и нотации, поскольку она поняла, что уже почти месяц как не гуляла. Не куда-то в суете неслась, а именно спокойно шла и рассматривала улицу. На календаре ранняя осень, поэтому погода в целом теплая, при этом небо было серым, даже каким-то хмурым. Район, по которому шли девушки, нельзя было назвать благоприятным, поскольку это были типичные хрущевские кварталы с разбитыми дорогами, гниющим брошенным автопромом, разбитыми детскими площадками, «тараканьими» пивнухами и зеленоватыми аптеками, а освещали все это поставленные еще несколько десятилетний назад фонари. Аптека, улица, фонарь. Все будет так. Исхода нет.

Машины хаотично двигались по дорогам, так же как и пешеходы. У всех на лицах выражение безысходности и тоски. Вика что-то активно объясняла, а Света лишь периодически кивала и улыбалась краешками губ. День, может быть, оказался и не самым лучшим, но вот вечер значительно больше порадовал. Девушки подошли к табакерке, отстояли очередь из двух человек, затем Вика купила себе одноразовую электронную сигарету и, выбросив упаковку прямо на тротуар, сильно затянулась с первых секунд. Выдыхающий пар был очень густой и красиво улетал в высь. Вспоминались слова из какого-то стихотворения, которое девушка прочла на досуге в интернете.

И на фоне этом,

Красками объят,

Словно сигаретой,

Догорал закат.

Правда, не было никакой сигареты да и закат не то чтобы был красочным – так, розовело что-то вдалеке, но все равно атмосфера была сказочная. До зимней сказки еще далеко, а вот осенняя вполне себе совершается.

Из себя Свету вывела Вика, которая протянула ей устройство. Та молча отказалась, она не курила.

– Ну а что насчет алкоголя? – улыбнулась Вика.

– Алкоголя? – девушка оценила свои желания, – в принципе, могу поддержать, только что?

– Какой-нибудь коктейль, не знаю. Химия страшная, но вкусно!

– А давай! – поддержала идею Света.

Девушки купили по литру пивного коктейля со вкусом лайма и грейпфрута. Стоил он недешево, а вот некачественным спиртом тянуло очень сильно. Причем настолько, что это перебивало весь вкус. Не должны подобные напитки такое количество спиртяги в составе содержать – это же не водка и не самогон. На деле получается, что пьешь не коктейль, а просто сильно разбавленную химией и всякими подсластителями низкокачественную водяру в красочной бутылке.

На этом прогулка кончилась и девушки с наступлением темноты вернулись в здание общежития.

Комендантша просверлила их суровым взглядом, но оснований для остановки не было, поэтому дамы, поднявшись на третий этаж, попрощались друг с другом.

Света дошла до своего блока, открыла дверь, прошла в комнату. Там никого не было. Оно и не удивительно: поздний вечер – самое активное время для трансляций. Но на сегодня со стримами у нее закончено. В день нужно набирать определенную сумму донатов. А то, каким способом это сделать, каждая модель определяет сама. В целом, можно вообще не использовать обнаженку и вести обыкновенные трансляции, но тогда вероятность получения хотя бы минимальной допустимой суммы в день существенно снижается.

Света, собрав чистые вещи, пошла в ванную. Как раз есть возможность по-человечески искупаться, а не обмыться за пять минут, поскольку еще полкомнаты ожидает своей очереди.

Поток горячей воды расслаблял тело и никакие вредные тяжелые мысли не лезли в голову. Вспоминается картинка из интернета, где человек и собака смотрят вперед. Человек при этом несчастен, потому что думает о коммунальных платежах, проблемах со второй половинкой, необходимости дорогостоящего ремонта машины, трудностях на работе. Собака же абсолютно счастлива, потому что не думает ни о чем, а просто смотрит на яркий солнечный круг на ясном небе и на красивые деревья под ним. Вот в чем счастье – нужно иногда стать такой собакой и отключиться от всего, что тебе некомфортно. Насладиться мигом, слиться с ним, стать единым с миром. Так и сейчас Света, поливая себя струйками воды, улыбалась и была счастливой. Плевать, что завтра снова теребить сиськи на потеху закомплексованных ребяток. Плевать, что живет она в посредственной общаге и перспектив улучшения жизни нет никаких. Плевать, что ей «повезло» родиться симпатичной в век, когда красота заключается в отсутствии красоты. Плевать на все это!

Либо ты принимаешь, что с тобой происходит, либо не стоит вообще возмущаться на эту тему, поскольку каждое такое возмущение отнимает очень важный ресурс – время. Время, которое нужно, чтобы все исправить.

Выключив воду, вытерев тело и высушив волосы, девушка, дыша духами и туманами, вошла в комнату. А там уже была Даша, которая, судя по всему, несколько минут пребывала в ожидании подруги.

– О, вот и ты. А то пропала внезапно куда-то и нигде ее нет, – сказала она.

– Да я погулять сегодня вышла. Давно уже просто так по улице не ходила, – рассказывать о своей новой знакомой Света совсем не хотелось. Почему-то было ощущение, что пока об этом лучше промолчать.

– Гулять? Откуда у тебя время на это?

– Ну свой минимум я за сегодня сделала, а больше сидеть желания нет, – пожала плечами Света.

– А ты все на минимум работаешь, да? Это же сущие копейки…

– Во-первых, копейки в рамках нашего заведения, а для жизни в целом хватает. Во-вторых, не вижу смысла днями вести трансляцию, ведь это надоедает как аудитории, так и мне. Ради лишних денег убивать день и валиться с ног? Стоит ли оно того?

Подруга кивнула, доставая какой-то сверток из кармана, и протянула его Свете. Та вопросительно посмотрела на Дашу.

– Пока Вы изволили дышать свежим вечерним воздухом, я все-таки смогла выпросить у Владика наши положенные деньги за прошлый месяц!

– О-о, а что ж ты мне сразу не сказала, что еще собираешься к нему идти, я бы с тобой пошла, – радостно проговорила Света, принимая сверток и распаковывая его, а затем пересчитывая находившиеся в нем купюры.

– Пятьсот десять, – Света окончила свой счет.

– У меня семьсот тридцать пять, – улыбаясь, ответила Даша. – Хотя, честно говоря, должно быть еще больше.

– Можно только фантазировать, сколько мы реально приносим, а сколько нам в итоге выдают…

– Да зачем фантазировать? Все это несложно посчитать. Например, за прошлый месяц у меня пришло донатов более чем на тысячу восемьсот евро. Ладно, пусть реклама и какие-то расходы заняли около ста. Далее – издержки за мое проживание… ну в лучшем случае тоже сотка, хотя это я сильно преувеличиваю. Остается тысяча шестьсот евро. Почему я получила только семьсот тридцать пять!? – объясняя все это, Даша интенсивно махала руками. – То есть восемьсот шестьдесят пять только с меня одной Владик берет себе на карман. А сколько тут тех, кто днями на стримах сидят. У них ведь заработки свыше десяти тысяч, я думаю. При этом никто из нас больше трех тысяч в месяц не получает.

– Да уж, понятное дело, что Влад будет в выгоде. Даже в сверхвыгоде. Но не испытываю по этому поводу возмущений, Даш. Ни ты, ни я по одиночке не смогли бы это вывезти, а так хоть что-то да получается. Может быть, условия не самые лучшие, но не знаю, – вздохнула девушка, – идеала во всем не будет. В конце концов нужно либо изменять происходящее вокруг, либо принимать его, – рассуждала Света, положив денежную сумму в кошелек и жестом пригласив подругу на кухню, чтобы выпить чай.

– Я же не против того, где мы есть, но я за справедливость! – ответила Даша, выходя в коридор и ожидая подругу, которая закрывала дверь.

– Справедливость… – тихо повторила Света.

– Да-да. Я прекрасно понимаю, что без комиссии не обойтись. И, более того, понимаю, что она будет большая, но когда Влад забирает себе большую сумму, чем я получаю на руки, это неправильно. Ноль вопросов, если бы он взял, допустим, триста евро. Ну четыреста пусть. Но не восемьсот же!

Света закрыла дверь и девушки, двигаясь по узкому коридору и громко разговаривая, вышли на кухню, где, кроме компании из трех женщин, курящих дешевые вонючие сигареты, больше никого не было.

#5

– Берет он и правда много, но, согласись, нам и остается немало. На эти деньги можно практически шиковать, особенно в нашем регионе, – задумчиво сказала Света, залив в чайник воды. – Ты только не подумай, что я оправдываю Влада. Тот факт, что он столько денег у нас забирает, меня расстраивает не меньше твоего, – Света поставила на стол две кружки с дешевыми чайными пакетиками внутри, а также достала со своего шкафчика практически опустевшую сахарницу, – но я понимаю, что иного нам не найти. Может быть, Влад еще не настолько наглый, а другие вовсе бы забирали девяносто процентов дохода. Опять же, если система так сложилась, то у нее явно есть спонсоры, а эти спонсоры, как ты понимаешь, мы с тобой.

– Да уж, этот чертов мир так по-дебильному устроен, что то плакать, то смеяться хочется, – вздохнула Дарья.

– Лучше смеяться – это жизнь продлевает.

– Жизнь продлевают комфортные условия, а мы… ну ты сама все видишь, Свет.

– Вижу, а еще понимаю, что могло бы быть и хуже, поэтому радуюсь каждому новому дню, надеясь, что он принесет мне нечто новое! – улыбнувшись, сказала Света.

– Ох уж эта вера в чудо. Мечтательница ты, вот и все.

– Допускаю, но лучше так жить. Чувствуется наслаждение и беззаботность.

– Или же инфантильность, если иными словами.

– Почему же сразу инфантильность. Эх, Даш, вот с тобой про хорошее начнешь говорить, а ты сразу раскритикуешь, что потом и делиться новостями не хочется, – Света встала и, взяв чайник, разлила кипяток по кружкам, в которые предварительно каждая девушка добавила предпочитаемое количество сахара.

– Благодарю, – кивнула Даша.

– Девочки, если у нас появится не особо громкое музыкальное сопровождение, вы не против? – спросила у подруг она из женщин из компании, что была на кухне до прихода подруг.

– Вы нам не мешаете, – ответила Даша.

– Отлично! Так вот, Герман в своем телеграмм-канале в формате голосового сообщения отрывок этой песни загрузил и ничего про сроки выхода не сказал. Уже второй день ее напеваю, – произнесла женщина, а после включила голосовое сообщение.

В нем в ускоренном формате (speed remix) мужской голос с надрывной интонацией пел следующие слова:

«Представь, что скоро нас не станет – растворимся в пустоте.

Представь, что все наши загоны остаются в страшном сне!

Представь, что стала жизнь прекрасна и отмылась от дерьма!

Все представления напрасны – так не будет никогда-а!

Так не будет никогда-а, так не будет никогда-а!

Очередной вечер наполнен обещаньем: обещаньем жить, обещаньем мечтать!

Зачем я предаю себя каждое утро? Зол сам на себя и хочу убежать!

Отложу сегодня все свои дела-а, я не в силах даже сделать себе чай,

Выполню их завтра – значит, никогда. Голос в голове шепчет: «засыпа-ай»

Сладко шепчет: «засыпа-ай», сладко шепчет: «засыпа-ай»».

«Какая безупречная песня, – подумала Света. – Надо будет обязательно послушать еще несколько треков этого исполнителя».

– Извините, – сказала Света, чем сразу привлекла внимание всей компании женщин, – а не подскажите, что это за исполнитель?

– Наше последнее лето, – ответила та, которая и включила эту песню. – А что, нравится?

– Еще бы! – радостно ответила Света. – Большое спасибо.

– Не за что!

– Не знаю, как по мне, ничего особенного, – понизив голос, прокомментировала Даша.

– Наоборот, в этом есть что-то чудесное, дающее надежду! – сказала Света.

– Ты то про мечты говоришь, то про надежду… откуда у тебя вера во все это? – сделав презрительное выражение лица, произнесла Даша. – Не, ты пойми меня правильно, я не осуждаю, просто странно выглядит. Мы живем в гадюшнике и почти все время показываем на огромную аудиторию голое тело, за что получаем кое-какие деньги. Перспектив – нет, полноценной связи с внешним миром – нет, гарантий – нет. А ты прямо-таки сияешь…

– А хорошее настроение, Даш, зависит только от тебя и твоих мысленных установок. Если ты захочешь погрустить, то, уверяю тебя, найдешь тысячу поводов для этого. Тоже самое с весельем. Просто задумайся, на что ты обычно делаешь акцент, и после станет все понятнее.

– Что-то непохоже это на тебя, честно говоря. А ты точно одна гуляла? – вопрос прозвучал, надо отметить, с намеком. Судя по всему, Даша прекрасно знала правильный ответ, но намеренно облекла информацию в форму вопроса, чтобы заодно и проверить доверие подруги.

– Не совсем, – коротко ответила Света.

– О как, а что же молчала? Кто разделил твое меланхолическое одиночество? – в глазах Даши появились огоньки, свидетельствующие об интересе, а руками она сильнее сжала кружку с двух сторон, несмотря на то, что напиток по-прежнему был горячий. Желание контролировать ситуацию выдается невербальными жестами.

– Когда я сегодня вела трансляцию, ко мне пристал хейтер, который начал негатив проявлять. Ну я, попытавшись в начале с ним поспорить, вскоре решила не идти на конфликт с этим идиотом и просто выключила стрим. Но все же мою реакцию увидела девушка, что сидела за соседним компом, которая предложила прогуляться, – рассказала Света.

– Ого, необычное дружелюбие для нынешних мест, – удивилась Даша. – А как ее зовут?

– Вика.

– Вика-Вика-Вика. Так сразу и не вспомню по имени, у всех же псевдонимы. Можешь описать по внешности?

– Темно-синие волосы, много татуировок, макияж с элементами зеленого, большие губы и длинные ресницы.

– А-а, эта, – кивнула Даша.

– Поняла?

– Поняла, но она вроде лесбиянка1, так что ты задумайся, почему она решила с тобой гулять пойти, – улыбнулась Даша.

– А откуда информация об ее ориентации? – нахмурилась Света.

– На своем стриме она сама говорила да и есть видео, как она с другими девочками развлекается – в частности, ей сорокалетняя женщина вылизывала, а потом они в позе шестьдесят девять…

– А это разве легально? Ну, я к тому – ладно там мастурбация, но откровенная порнография же вроде не допускается, – перебила подругу Света.

– Когда выходило, было легальным. Да и сейчас, скорее всего, тоже, у нас обычно что-то с натуралами банят, а тут все по европейским стандартам.

– Хм, не знаю, вполне возможно, что она это для хайпового образа сделала.

– Согласись, ты не будешь в свою вагину котях пихать?

– К чему это?

– А к тому, что если что-либо тебе неприятно, то ты это и из-за денег, и из-за популярности все равно делать не будешь, верно?

– Ну ты и сравнила.

– Для меня это не так далеко друг от друга.

– Секс с девушкой для тебя – это как копрофилия? – не понимающе уставилась на подругу Света.

– Ну, конечно, не совсем так, но не испытываю к этому влечения, – сухо ответила Даша.

– Да я тоже не испытываю, но уж с говном сравнивать – это ты перегнула, – рассмеялась Света.

– Ну ладно, плевать на ее предпочтения, – медленно проговорила Даша, формулируя вопрос. – А о чем вы вообще говорили?

– Сложно однозначно сказать. Пожалуй, она дала несколько советов по работе. Да и в целом по жизни, кстати. После этого мы выпили по коктейлю и разошлись.

– Прямо уж ценные советы? – подняла вверх брови Даша. – Например?

– Например, что в вебкаме никогда не следует показывать свои настоящие эмоции, поскольку люди всегда будут стараться задеть тебя. Такова уж специфика нашей деятельности.

– Ну это достаточно очевидно, как по мне, – с нескрываемым самодовольством в голосе заявила Даша.

– Согласна, что относительно простая мысль, но порой забываю про нее, а люди забывчивость не прощают. Приходится каждый раз на одни и те же грабли наступать.

– Просто эта Вика уже много лет тут, насколько я помню. Кажется, у таких достаточно серьезно меняется восприятие мира. Они привыкли выступать в качестве товара, поэтому и смотрят на все с точки зрения товарной ценности.

– Не знаю, мне она показалась вполне адекватной.

– Да не, это я просто свои предположения озвучиваю, а как оно на самом деле – только господь бог знает.

– И Владик!

– Владик, конечно, многое знает, но точно не все!

– Может быть, может быть.

– Короче говоря, странная эта Вика. Только мое мнение, понятное дело, но советую быть настороже, потому что порно-стримы за множество лет творят с разумом человека страшные вещи.

– Не знаешь, она до сих пор порно снимает?

– Судя по тому, что она вместе с нами одиночные трансляции ведет, то нет. А вообще, кто это достоверно знает, верно?

– Никто. Даже, наверное, она сама себя до конца не знает, – печально вздохнув, произнесла Света. – Ну что, пойдем в комнату, а то сейчас освободившееся работяги начнут заходить.

Тем временем на кухню уже зашло несколько моделей, которые начали готовить себе нехитрый ужин. Похоже было на какой-то салат с добавлением большого количества жгучих специй, которыми пропитался весь воздух.

– Пошли, – кивнула подруга.

Девушки вышли из комнаты и прошли по коридору, разговаривая о какой-то ерунде. Был уже вечер, но спать рано, поэтому надо чем-то занять свободное время.

Они зашли в комнату Светы и сели на диван. Даша начала что-то искать в смартфоне и спустя несколько назад придвинула экран к подруге, чтобы она увидела содержимое.

Света глянула лишь на несколько секунд и убрала взгляд – увиденного за такое малое количество времени было достаточно. На видео та самая Вика, расставив ноги, принимала в себя вошедшую практически до локтя руку другой женщины. Надо сказать, партнерша Вики выглядела предельно скверно, но зато это было оглаской сразу нескольких групп меньшинств: и афроамериканцы, и люди с лишним весом, и лысые женщины в этом видеоролике могли узреть поддержку в виде упитанной безволосой афроамериканки, которая, кстати говоря, была весьма популярной порнозвездой. Только снималась она обычно с геями, над которыми, унижая их, доминировала. У нынешней общественности весьма специфические вкусы, но за это время пора уже привыкнуть.

– Фу, Даша! Зачем ты мне этот пиздец показываешь? – Света почувствовала сильный приступ тошноты, подошедший к горлу.

– Ну мы про это говорили, но говорить – это одно, а вот увидеть, хе-хе-хе. В общем, теперь имей в виду, что может быть в голове у этой Вики.

– Я и так могла представить нечто противное, не надо мне без предупреждения подобным в лицо тыкать! – со злостью заключила девушка.

– Ладно-ладно, больше не буду.

Остаток вечера девушки провели, разговаривая о мимолетном и несущественном. Спустя время Даша ушла в свою комнату, вернулись соседки Светы и в комнате погас свет. Ночь нужна, чтобы набираться сил, а день – на трату их. Lights out.