Мое тело – мой бизнес

– Как долго длился эфир?

– Точно не помню.

– Больше десяти минут?

– Больше.

– Больше получаса?

– Больше.

– Час?

– Где-то так.

Влад что-то набрал на клавиатуре и долго вглядывался в экран ноутбука.

– Практически полтора часа, – отметил он, снова поглядев на Свету.

– Похоже на то.

– И как тебе?

– Что именно?

– Ну ты полтора часа сидела и позволяла себя лапать другой девушке. Если ты против такого изначально, то не соглашалась бы на такой стрим, а даже если бы и согласилась, то не превращала его в лесби-порно, ведь так? Можно без этого всего вести трансляции.

– Но я же терпела ради денег. Происходящее мне вообще не нравилось, поэтому стрим и получился такой короткий.

– Полтора часа ты, пребывая в отвращении, позволяла этой Вике засовывать в свою вагину по несколько пальцев? – в голосе Влада вновь чувствовалась злость.

– Но это же все ради денег с прямого эфира…

– Если ты якобы терпишь сексуальные забавы с другой девушкой на трансляции, хотя, честно говоря, я бы не спешил с выводами насчет терпения, – что мешает просто заняться тем же самым в душе? Я этого не понимаю. Ни о каком изнасиловании здесь и речи не идет, поскольку изнасилование между девушками невозможно – это основа современной культуры.

– Но я не давала свое согласие на то, чтобы она совокуплялась со мной без камер. Мне это не нравится! – воинственно произнесла Света.

– Слушай, Влад, ну правда же бред выходит. Она перешагнула через свой комфорт ради, можно сказать, твоего же блага, чтобы побольше денег в компанию принести, но это не значит, что теперь Света должна с этой лесбиянкой везде трахаться! – встроилась в разговор Даша, встав по правую сторону от подруги.

– Бог с вами, решайте личные проблемы самостоятельно, мне до фени на это. От меня вы чего хотите?

– Можешь как-то передать Вике от своего лица, чтобы больше такого не было, пригрозить или что-то там еще. Ну и я, обороняясь, ее побила, это прошу не считать за мою вину, – сказала Света.

– Сильно побила?

– Неслабо. Похоже, нос сломан. И синяки останутся.

Влад тихо выругался.

– Можешь мне дать несколько дней, чтобы отдохнуть и прийти в себя? – попросила Света.

– От чего отдохнуть?

– Знаешь ли, когда на тебя в ванной нападает похотливая самка, это нелегко.

Влад подумал около тридцати секунд.

– Остаток сегодняшнего дня и завтра можешь не работать, деньги за эти дни тебе отдаст она, – Влад кивнул на Дашу, – со своей вчерашней получки. А уже с твоей будущей зарплаты я вычту компенсацию за простой Вике. Похоже, она несколько дней тоже не сможет прямые эфиры вести.

– В смысле? – отозвалась Даша. – А почему так?

– Тогда придется Свете работать, несмотря на все проблемы, – ехидно улыбнувшись, ответил Влад.

– Да я все отдам, просто это как-то… ну… нечестно, – тихо сказала Даша.

– Девочки, о какой чести вы говорите? Напомнить вам, чем вы занимаетесь? Я и так руку помощи протягиваю, будьте добры не кусать ее, а то и бумеранг прилететь может. На этом все?

– Все, – в один голос сказали девушки. Находиться более в этом кабинете им не хотелось.

– Тогда на выход и впредь заходить ко мне лишь после стука и с моего предварительного согласия. Нечего самоуправством заниматься. Все, пока-пока, – Влад начал набирать какой-то номер по телефону, а девушки закрыли за собой дверь, облегченно выдохнув.

– Какой же он урод! – прошипела Даша. – Ни совести, ни доброты. Только деньги-деньги-деньги!

– Думаю, по-другому бы у нас никак и не получилось. Если бы сейчас не настояли, даже отдыха бы мне не дал, – вздохнула Света. – А насчет денег не переживай – не надо мне ничего платить, оставь их себе.

– А тот факт, что он вычтет из твоих денег сумму Вике?

– Плевать, вообще все равно, – в голосе Светы чувствовалась чудовищная усталость. – Я, наверное, пойду отосплюсь, не очень хорошо себя чувствую.

– Да, конечно! Вечером к тебе зайти?

– Я сама зайду, если смогу, просто сил вообще нет. А то ты придешь, а я дрыхну, – улыбнулась Света. – Ну ладно, давай тогда.

– Давай.

Подруги обнялись на прощание и разошлись. Даша ушла на второй этаж, где ее ждет многотысячная аудитория, а Света, переваливаясь с ноги на ногу, медленно двигалась по первому этажу.

– Девушка, – послышался знакомый голос.

Света обернулась на него. Ее звала вахтерша.

– Вы вчера связались с этой синеволосой, а несколько минут назад она выскочила на улицу, весь нос в крови, хромает… Я к чему, – женщина медленно осмотрела тело Светы с ног и до головы, – внимательнее присматривайтесь к тем, кого принимаете в свой круг общения, поскольку именно из окружения человека и составляется его личность.

– Спасибо, – кивнула девушка, – Вы действительно правы.

– Я, конечно, понимаю, что все тут не от хорошей жизни оказались и то, чем именно вы занимаетесь, нельзя назвать нравственным, но сложно обвинять одного человека в том, что возникло из-за мира, который его окружает, – женщина подошла ближе и протянула книгу. Харпер Ли «Убить пересмешника». – Найдите в себе способность понимать других людей и искать свет даже в самые темные времена. Когда-нибудь этот сумасшедший дом закончится и грядут перемены. К чему они нас приведут, я не знаю. Но в Вас, подсказывает мне интуиция, есть какая-то светлость, не потеряйте ее. А эта книга поможет. Она о том, что сопротивление устоявшейся системе и понимание других людей – это одни из самых чудесных качеств человека.

– Спасибо еще раз, – на лице Светы появилась широкая улыбка. – Не обещаю, что прочитаю быстро, но, раз она действительно может помочь удачной встрече с будущим, я определенно ознакомлюсь!

Девушка взяла в руки книгу и начала рассматривать обложку, хотя спать хотелось так сильно, что казалось, будто информация, зафиксированная глазами, обрывалась где-то по пути зрительного нерва, так и не дойдя до мозга. На обложке была маленькая девочка, которая сидела то ли в поле, то ли под деревом в сельской местности.

– Никакая книга не поможет встрече с будущим, ведь будущее не будет назначать встреч – оно придет, грубо переставив всю мебель в доме, выбросив старые ценные вещи, а пустое пространство заполнит многочисленным хламом. И как только этакое абстрактное будущее, вздохнув от тяжести проделанной работы, захочет присесть на краешек только что передвинутого дивана, оно тут же растворится в воздухе – поскольку будущее, которое отныне не хочет ничего менять, становится прошлым, которое необходимо изменить, – прищурившись, сказала женщина. – Так что не бойтесь изменений, бойтесь пустоты, ведь вместе с нею приходит смерть. А вы, молодые, должны исправить ошибки нынешних дуралеев, которые построили глобальный цирк. Такая уж у вас доля, но вы, я уверена, с нею успешно справитесь. Бог ведь не посылает человеку тех испытаний, которые он не способен выполнить.

Света внимательно посмотрела на женщину перед тем как уйти в свою комнату. В ее словах было много мудрости. Жизненный опыт, хорошо развитый ум и толика эмпатии позволяют видеть насквозь как отдельно взятого человека, так и целое общество.

Да, нынешний мир та еще зараза, но нужно любить его. Зачем? Точного ответа нет точно так же, как и нет точного ответа на любой философский вопрос – все упирается в концепции и взгляды.

Та же картина и с миром, ведь любовь к нему начинается с любви к себе, а любовь к себе – естественное, биологически обусловленное состояние особи. Как только сможешь увидеть в окружающей грязи хоть капельку позитива, ты научишься видеть плюсы там, где у других одни несчастия. Вот как забавно: смотрите с одной точки на одно явление, а воспринимаете его по-разному. Так и с миром, мой милый, ведь мир, если разобраться, это наши представления об окружающем. Из них вьется паутинка реальности, которая есть отражение собственного эго на то, что нам представляется внешним по отношению к нам самим. Если внутри тебя мрак ночи, с чего это должно взойти солнце на небосклоне нового дня? Оно взойдет только у тех, кто заключает в себе бесконечный оптимизм.

И даже если солнце взойдет у того, кто погряз в негативе, видеть он его будет через призму негатива. Что бы ни произошло, все будет плохим! А ты не будь таким. Если хочешь, чтобы на твоей улице наступил праздник, надо готовиться к нему заранее.

С этими мыслями сознание Светы уходило все дальше, дальше, дальше, а темнота, созданная закрытыми веками, теперь превращалась в цветные картинки, рисуемые бессознательным.

Примечания