Мое тело – мой бизнес

#6

Утро, как и обычно, началось с мерзкого звука будильника, из-за которого хочется убить себя. Но это ощущение быстро проходит и вот уже Света чистит зубы, рассматривая свое отражение в зеркале. И что же она видит?

На нее смотрит уставшая голубоглазая и темноволосая восемнадцатилетняя девица с потухшими глазами, надкусанными губами, которая очень быстро моргает (о чем бы это может свидетельствовать?) и избегает зрительного контакта. Все верно, Света видит себя.

Сколько себя помнит, она всегда мечтала о жизни в Америке. У этого совершенно нет рациональных оснований, но, когда тебе еще нет двадцати, душа полна максимализма, жопа хочет приключений, а забот на плечах пока что нема, можно себе позволить и столь роскошные мечты.

Так уж обернулась жизнь девушки: сразу после двенадцати классов средней школы она, понимая, что успеха в личной жизни ей не светит, – таковы нравы, таково общество – пытается пробовать себя в творчестве. Еще с детства Света ходила в музыкальную школу, в которой талант девочки заметили и пытались всячески развить. Это всех устраивало, кроме отца Светы, – лудомана-алкаша – который, жалуясь на непосильные денежные поборы в школе, лишил девушку музыкальной реализации. Это было, конечно, неприятно, но в любой деятельности главное – желание. А желания у юной леди было навалом, поэтому она продолжала оттачивать навыки пения самостоятельно.

Закончилась школа, сданы экзамены, остается один и, пожалуй, самый важный в данный жизненный этап вопрос – куда поступать? Амбиций много, а денег мало, поэтому вся надежда на результаты сданных экзаменов. А они, надо сказать, сданы хорошо, на бюджетное место хватает… хватало!

Именно хватало! Ведь теперь бюджетные места распределяются по специальной квоте для потомков тех, кого раньше невероятно угнетали подлые европейцы. Жила бы девушка в России, данная проблема не ощущалась бы так остро, поскольку там национальные скрепы хоть как-то сдерживают глобальное безумие. Но родная Прибалтика очень любит то, что используют европейцы. Короче говоря, никуда бесплатно Света не попадает.

Надо как-то крутиться и что-то придумывать, раз денег нет. Ну вот и раскрутилась…

Одобрили ли ее выбор родители? В подробностях скандалы описывать не за чем, просто стоит упомянуть, что они больше не общаются. Велика потеря? Риторический вопрос.

Теперь Света тут. Есть у нее возможность уйти отсюда в цивилизованную жизнь? Ну, если она здесь нелегально тусит, следовательно, нелегально ее после завершения работы можно и довести… до белого каления или до гроба – это вопрос стараний желающего, но стоит сразу отметить: уйти из этой сферы очень-очень трудно. В целом, это возможно, если у тебя дофига бабла, гражданство другого государства, влиятельный супруг и обширные связи. Ничего из этого у нашей героини, понятное дело, нет. Только твердая вера в американскую светлую жизнь, желание прославится певицей и доброта ко всему существующему. Качества, конечно, не самые плохие, но никаким образом не монетизируемые.

Вот наступает новый день, а с ним новая трансляция и новые эмоции. Что же принесет все это? Стоит ли надеяться на лучшее или «я вступаю с сомнением в день…» – как писал современный классик?

Выбирая одежду, девушка остановилась на бледно-зеленой футболке с принтом улыбающегося зайца из «Ну, погоди!», коротких джинсовых шортах, белых кроссовках популярной американской фирмы. Сначала надо позавтракать, поэтому Света вскоре очутилась на кухне, где напевала вчера услышанную песню, заливая растворимый кофе кипятком и варя рисовую кашу на молоке с добавлением кусочков киви и ягод смородины. Получившееся кисло-сладкое сочетание вкупе с молочной сливочностью давало невероятный баланс вкуса, заряжающий энергией и оптимизмом на весь день.

Трапеза сопровождалась просмотром видео с ютуба. Обычно Света смотрела что-то несерьезное вроде блогов, интересных фактов, новостей из мира шоу-бизнеса. Человек, не имеющий своих успехов, в подробностях знает жизнь каждой суперзвезды.

После этого Света, помыв посуду и допив кофе (будем честны, посредственный кофейный напиток), медленно побрела по коридору к лестнице, которая вела на второй этаж – в то место, где ближайшие несколько часов девушка будет вынуждена явить себя миру и выполнять требования каждого извращенца, если они подкреплены нужной денежной суммой.

Работать ей, конечно, не хотелось. Погода за окном была отличная: солнечно и сухо. И это несмотря на осень, которая славится не самыми лучшими климатическими качествами. Хотя тут, как говорится, на вкус и цвет найдем паркет.

Во время подъема по лестнице Света краем глаза заметила какую-то тень сзади. Обернувшись, она увидела Вику, которая, широко улыбаясь, хотела напугать девушку, но не вышло. На несколько секунд образовалась пауза, во время которой лицо Вики из веселого перешло в выражающее досаду, а затем стало демонстрироваться непонимание дальнейших действий, а на лице Светы завис немой вопрос. Начала диалог Вика:

– Эх, не получилось!

– И тебе привет!

– Как я вижу, ты особо не спешишь мять соски перед экраном? – ехидно продолжила Вика, подходя ближе к Свете.

– Верно! А при такой хорошей погоде не хочется этого делать вдвойне, – улыбнулась Света, входя в комнату.

– Тогда надо быстрее освободиться, – задумчиво проговорила Вика.

– У тебя чудесная логика, но, к сожалению, не все зависит от меня…

– В смысле?

– Ну смотря сколько зрителей придет, насколько они богаты, какие у них запросы будут. Я же не могу разом все мысли взять и в реальность закинуть.

Вика рассмеялась, а затем продолжила:

– А если я скажу, что можешь?

– Ну хватит ерунду нести! – раздраженно ответила Света, садясь за рабочее место и включая компьютер.

– Да я не прикалываюсь, а так и есть. Все денежные вопросы в нашем мире упираются в то, насколько ты своей деятельностью попадаешь в актуальные тэги. Если креейтишь что-то для гиков, нечего удивляться тому, что ни денег и ни хайпа. А если попасть в мейнстрим, люди сами будут монеты заносить лишь за тот факт, что ты разделяешь и озвучиваешь их интересы. Как понимаешь, твоя задача – создать видимость того, что разделяешь.

– Слушай, – вздохнула Света, – давай без этих умных фраз. Можешь проще сказать, пока я трансляцию не включила?

– А ты учись понимать с первого раза любого человека. Поможет, если захочешь потом жить с ним или обокрасть его – что одно и то же, кстати, – на этом моменте Вика подняла указательный палец, провела им в высь и резко опустила его на лоб Свете, из-за чего послышался глухой звук несильного удара. Потерпевшая хотела было подняться, но Вика жестом попросила ее остаться на месте. – Тише-тише, просто демонстрирую основы педагогики. Первоначально я имела в виду, Свет, что нужно просто понять, чего от тебя хотят люди, и дать им это, сделав вид, будто оно случайно произошло. Сейчас контакт есть?

– Кажется, да.

– Вопрос всегда в том, ради чего ты занимаешься тем, чем занимаешься. Либо эта некая искренность и «удовольствие от процесса» – как ты понимаешь, мимо нас идет этот поезд. Либо это популярность и деньги – вот это уже ближе к телу. Так вот, если работаешь ради денег, то забудь об индивидуальности, зай. С ней только проблем наберешься. Пойми массу и не позволь массе понять тебя.

– Да как же я массу пойму, если я – ее часть? – испуганно произнесла Света.

– А в этом и трудность, что надо не как часть массы мыслить, а как что-то внешнее по отношению к ней. Представь, что ты – это гончар, а твои зрители – глиняный кувшин. Только от тебя зависит, какой кувшин в итоге получится. Далее определенные люди уж разберутся, где его применить: цветам красивым в нем цвести или в туалете поместить в качестве имитации дырки в полу для самых нестеснительных – это неважно, ты просто его слепишь. В нашей сфере так же, ведь ты, Свет, можешь создать себе ту фан-базу, которую захочешь. Помнишь, как в старой песне: «Я его слепила из того, что было, а потом что было, то и полюбила» – примерно такой же механизм, исключая последнее. Любить получившийся суррогат нам запрещено, ведь это не то что химера… это живым существом с натяжкой получается назвать.

– Хорошо, – вздохнула Света, – твою мысль я поняла, но способа достижения ее не знаю, для этого нужны какие-то сверхспособности.

– Какие сверхспособности? Ей-богу, уже несколько месяцев трансляции ведешь, а до сих пор своих людей не понимаешь.

– Почему же…

– Скажи мне, чего хотят увидеть почти все мужики? – перебила Свету Вика, перейдя на прямой зрительный контакт.

– Ну, кто бы что ни говорил, им определенно нравится женское тело…

– Так, хорошо, что ты это вкуриваешь, а какое им тело нравится – с одеждой или без? – настойчиво продолжила спрашивать Вика.

– Сама я точно знать не могу, но, когда я снимаю одежду, заинтересованность резко возрастает…

– Бинго! Как ты думаешь, от чего эффект больше будет: от одного обнаженного женского тела или от нескольких?

– К чему ты клонишь?

– Давай сделаем два совместных стрима. Считай, коллаборация, – улыбнувшись, сказала Вика, присаживаясь на соседний от Светы стул. – Посуди сама: нам делать ничего не надо, просто будем светить сиськами и как бы невзначай трогать друг друга, а зрители, ошалев от такого количества секса на один квадратный метр, опустошат свои кошельки. Сейчас, допустим, запустим трансляцию на твоем канале, а ближе к вечеру – на моем.

– Если проще, ты предлагаешь подрочить друг другу на камеру?

– Ну и не только, разное можно придумать.

– Не знаю, насколько это вообще безопасно, ведь и так цензуры полно…

– Погоди, мы же действуем согласно правилам, к тому же будем контролировать эмоции. Так же все формальные моменты мы соблюдаем, – пододвигаясь ближе к Свете, сказала Вика.

– С чего тебе это в голову вообще пришло? – стараясь контролировать движения собеседницы, спросила Света.

– Да я такое уже не в первый раз проворачиваю. Практика показывает, что донаты практически в два раза быстрее приходят, а все потому, что парни любят смотреть, как две хорошенькие голые девчонки ласкают друг друга.

– А ссылка на практику будет? – недоверчиво произнесла Света.

– За что-то беспокоишься? Я думала, ты сразу примешь мою идею…

– У меня такого раньше не было. И вообще, – Света сглотнула слюну, – я не скажу, что мне это особо… ну, приятно. Я скорее терпеть буду…

– Тебе что, совсем-совсем не нравятся девочки? – Вика улыбнулась и слегка приподняла мини-юбку, под которой, как и надо было ожидать, совершенно ничего из одежды не было.

Света какое-то время смотрела на то, что продемонстрировала собеседница, и не могла понять, что именно она чувствует. Одно ясно точно: что-то внутри сильно сопротивлялось происходящему. И дело тут не только в однополой связи. Интуиция подсказывала, что Вика хочет чего-то добиться. И это не совместный эфир. Было что-то мелочное, но при этом предельно важное для нее.

– Ну так что? – приглушенный голос Вики и ее рука на колене вернули Свету в реальность.

«Ладно, – подумала она, – была не была, просто попробую».

Стрим начался и практически сразу Вика перешла к действиям. Сначала она трогала Свету через одежду, потом проникла под одежду, после вовсе снимала с нее вещи. Беспокоиться о правилах не стоило – площадка не видела в происходящем ничего криминального, а зрители, не привыкшие к такому представлению, и правда устроили небывалый кипиш.

Вот только самой Свете хотелось, чтобы трансляция поскорее закончилась. Если первоначально в мыслях предложение Вики показалось девушке хорошей прибыльной идеей, то сейчас она чувствует себя объектом сексуального насилия, но вынуждена терпеть, поскольку звук прихода крупных донатов звучал практически без остановки. Между тем ей совершенно не нравилось, как Вика трогает ее везде… она делала это не просто так, ведь в каждом ее движении, поглаживании, щепании и хватании чувствовалась страсть и желание еще больше наслаждаться телом новой жертвы. То, что вытворяют ее пальцы, сложно даже описать. И это, наверное, должно было быть приятным, но Света чувствовала только отвращение. Ей хотелось как можно скорее закончить прямой эфир, искупаться и закрыться в комнате, ближайшую неделю никуда не выходя. От всего происходящего тошнило, лицо покрывал противный липкий пот, во рту пересыхало, а на глазах наворачивались слезы. Не надо было позволять происходящему наступать – это было крупной ошибкой.

Света глянула украдкой на Вику. Даже при малейшем взгляде было понятно, что она наслаждается всем происходящим, так как ей нравится трогать молодое красивое женское тело за самые тайные и укромные места.

– «Нет, я не могу, – пронеслось в голове у Светы. – Я больше не могу сидеть здесь и позволять ей над собой издеваться. Мне неприятно, мне мерзко, я чувствую лишь отвращение. И никакие деньги не компенсируют того, что теперь мне не хочется вообще ничего».

Света резко сжала ноги, отчего рука Вики, оказавшись в ловушке, начала интенсивно дергаться.

– Что такое? – с раздражением прошептала Вика.

– Ребят, на сегодня стрим законен, – Света тут же нажала на кнопку выключения ПК и мгновенно поднялась со стула.

– Я что-то не так сделала? – Вика непонимающе рассматривала Свету, пытаясь найти в ее движениях ответ.

– Я так не могу. Говорю же, это не мое, – сказав это, девушка помчалась со всех ног по лестнице. Надо отметить, практически никто произошедшего не заметил, поскольку все были заняты проведением своих трансляций. Вика тут же метнулась за Светой, однако держала нужное расстояние, дабы ее шаги были не слышны для убегающей.

#7

Оказавшись в своем блоке, Света, не закрывая дверь, сразу забежала в комнату и начала снимать одежду. Та была вся мокрой от пота и неприятно липла к телу. Хотелось избавиться от этого, поскорее отправиться под душ. Девушка не разбирала ничего и, оказавшись голышом, огляделась вокруг. Надо взять чистые вещи, которые находились в шкафу. Найдя их, Света прошла в ванную, открыла ее, положила вещи на унитаз (поскольку вешать некуда), а старые бросила в ящик для грязного белья. Она потянулась к двери, чтобы закрыть ее, но та резко открылась. А за дверью стояла Вика, тоже полностью голая и, не спеша, двигалась к Свете, жадно смотря на ее грудь.

– Что ты здесь делаешь!? – громко сказала Света.

Вика лишь ускорила движение и захлопнула за собой дверь, издав что-то похожее на «Упс».

– Не подходи ко мне, я сказала! – Света начала медленно отходить назад, выставив вперед руки. На ее лице запечатлелся неистовый ужас.

Вика лишь продолжала наступать, зажимая свою партнершу в угол.

– Только попробуй, блядь, только попробуй меня коснуться, я сегодня же доложу Владу, чем ты занимаешься! Сука, только коснись меня! – продолжала кричать Света, ощутив спиной, что она уже достигла стены ванной комнаты, следовательно, отходить теперь было некуда.

– Расслабься, Светочка! Мудрость заключается в наслаждении, а ты почему-то хочешь от этого уйти, – посмеиваясь, тихо проговорила Вика, практически полностью вплотную подойдя к Свете. Она протянула руки и схватила за грудь сжавшуюся в угол девушку.

Самооборона Светы началась без обдумывания: она, размахнувшись ровно настолько, насколько позволяло свободное пространство, ударила Вику в правую щеку, отчего раздался громкий шлепок. Обидчица остановилась и отвернула лицо вбок так, чтобы его не было видно, а руками начала тереть ударенную щеку. Света поняла, что в этой ситуации нельзя терять ни секунды, поэтому следующим действием был сильный толчок Вики, отчего та, поскользнувшись на скользком полу, практически упала на спину, но в последний момент успела потянуться вперед, так что весь удар приняла на себя пятая точка, на которую девушка всем весом своего тела приземлилась. Из ее рта вырвалось подобие стона, только не от удовольствия.

Далее Света схватила Вику за волосы и резко потянула вверх, из-за чего Вика визгнула и попыталась вырваться, однако удар коленом в лицо превратил ее красивый макияж в убогий вид. Судя по сиплому кряхтению и обильному кровотечению из ноздрей, аккуратный вздернутый носик оказался сломан.

– Ч-что ты делаешь? – искаженный голос Вики был дополнительным свидетельством полученных травм.

Вместо ответа Света открыла дверь и выбежала в свою комнату. Надо было как можно скорее рассказать все Владу. В дверях комнаты она заметила движение. Как только она вышла из ванной, кто-то спрятался за стену.

– «Ну уж нет, на этот раз я не попадусь!» – подумала девушка.

– Кто тут? – закричала Света, в голосе которой чувствовалось колоссальное волнение.

Ответа не последовало.

– Я еще раз спрашиваю: кто тут? Если не ответишь, я тебя убью, кто бы ты ни был, падла! – на этот раз голос звучал намного настойчивее.

То ли испугавшись решимости подруги, то ли обеспокоившись тем, что другие могут услышать зарождающийся скандал, Даша медленно вышла на проход, озирая испуганными глазами неприкрытое ничем тело подруги.

– Это я, Свет, не надо никого убивать…

– Твою мать! Почему сразу не сказала, что это ты?

– Я услышала звуки какой-то разборки и только подошла, а тут ты голая из ванной выходишь…

Света посмотрела на свое тело. Только что ей пришло осознание, что на ней нет совершенно никакой одежды. Но чего стыдиться, как будто у других девушек там было что-то по-другому.

– Даш, это просто пиздец! Ты была права насчет Вики… – говоря это, Света забежала в комнату и начала искать чистую одежду.

– В каком плане? Что случилось? – невообразимое любопытство вместе с деликатностью смешались в голове Даши. Хотелось видеть лицо подруги, дабы понять все серьезность ситуации, но нормы приличия требовали, чтобы на Свете было хотя бы минимальное количество одежды.

– Эта Вика просто озабоченная мразь! Ты понимаешь, что она хотела сделать сейчас?

– Что?

– Она меня практически изнасиловала в этой ебучей ванной! – говоря это, Света очень быстро надевала нижнее белье.

– В смысле? Как это произошло? – Только спустя несколько секунд Даша осознала смысл сказанных подругой слов.

– Говорит мне перед компами, мол, давай совместный секс-стрим устроим. Это и бабки принесет, и времени свободного больше будет.

– Только не говори мне, что…

– Ну а я, дура, согласилась. Сижу, краснею, а она мне пизду так обрабатывает, что я уже всем богам молюсь, чтобы это поскорее закончилось, – Света уже надела верхнюю одежду и вышла из комнаты.

– А зачем ты согласилась на эту херню?

– Да дура, говорю же! Думала, она обо мне заботится, хочет, чтобы мне легче было! А эта лесбиянка в меня уже почти четыре пальца засовывает. Сука, как мне теперь отвратно!

Девушки едва ли ни бегом мчались к Владу.

– Я же говорила тебе, что она поехавшая! Зачем вообще с ней контактировать, – твердо заявила Даша.

– Даш, если ты хочешь мне в очередной раз напомнить, что я, считай, обосралась, причем публично, у тебя это прекрасно получается. Спешу в очередной раз заметить, что меня не интересовала половая связь с этим ходячим отклонением, я лишь хотела быстро достигнуть больших сумм. А просто так ничего, как оказалось, не бывает.

– Ладно, извини. А что потом было?

– Я убежала, закончив трансляцию. Хотела искупаться и отойти от этого всего. Разделась, значит, захожу в ванную, пытаюсь захлопнуть дверь, а она открывается и в ванную заходит эта шваль. Полностью без одежды. Смотрит на мои сиськи, тянет свои искривленные ручонки и что-то про наслаждение говорит.

– Какой же…

– Именно! Я ей пытаюсь докричаться, чтоб ушла отсюда далеко и надолго, а она только быстрее начинает приближаться, – Света отдышалась, поскольку говорила очень быстро, – ну я, не осознавая, как врезала ей по лицу, а потом начала отбиваться. В конце коленом, похоже, ей нос сломала. Ну так ей, мрази, и надо!

Девушки уже подошли к кабинету Влада. За дверью слышался приглушенный низкий голос, что-то медленно рассказывающий. Судя по всему, сейчас он был занят телефонным звонком. Ну ничего, тут решаются вопросы жизни и здоровья, а также предостережения совершения преступлений против половой свободы.

– Пошли, – Света махнула стоящей чуть позади Даше и, не стучась, распахнула дверь.

#8

Влад сидел в своем дорогом кожаном кресле, а на деревянном резном столе, который занимал примерно четверть всего кабинета, стоял ноутбук, который, судя по всему, заменял бухгалтера. Как только дверь открылась, Влад жестом указал на то, чтобы девушки вышли. Он и правда держал у левого уха IPhone последней модели с золотистым чехлом – решал важные вопросы, так что мешать ему было нежелательно.

– Влад, у нас ЧП! – сходу заявила Света, подойдя практически вплотную к начальнику, показывая всем своим видом, что покидать комнату до полноценного решения проблемы она не намерена.

– Потом, – шикнул Влад, на лице которого выразилось крайнее неудовольствие. Очевидно, он считал подобное поведение за непростительную наглость, а любую наглость со стороны работников надо пресекать.

– Влад, это серьезно! Можно сказать, меня практически изнасиловали только что! – сказала Света, положив руки на стол и суровым взглядом посмотрев на мужчину.

Даша, которая чувствовала себя менее уверенно, лишь стояла позади подруги и переводила взгляд с одного участника разговора на другого.

– Погоди! – на этот раз в интонации Влада чувствовалась злость. Ладно, когда к тебе в рабочее время без стука врываются и жалуются, но когда после этого требуют бросить все дела и бежать на помощь, то хочется уже хорошую оплеуху дать, чтобы мозги на место встали и пришло понимание того, кому ты указываешь.

– Сколько ждать? – тут же спросила девушка. Ей самой казалось, что она ведет себя несколько нагло, но что-то подсказывает, что по-иному и не получится защититься, ведь тогда все просто забьют на тебя. Так устроена жизнь, дружище, надо уметь тогда, когда тебя несправедливо пытаются опустить, вставь поперек этого процесса, дабы твою правду учли. Чем громче скажешь об этом, тем быстрее тебя услышат и тем больше шансов, что справедливость восторжествует. Если чувствуешь, что прав, но тихо ждешь освободителя, окажешься в жопе, из которой потом проблематично вылезти.

Влад вздохнул и сказал собеседнику по телефону о том, чтобы ему перезвонили через десять минут. Положив телефон на стол, он поднял взгляд на Свету и шумно выдохнул.

– Девочки, у вас приколы такие, что ли? Забью голову Владу вчера со своими деньгами, забью ему голову сегодня какой-то хренью…

– Но, Влад, я же…

– Еще раз такое повторится – буду еще больше процент с заработка брать. При устройстве сюда я, кажется, говорил, что обращаться ко мне стоит только по важным вопросам. Если для вас важный вопрос – каждый пук, так недалеко и до увольнения. Не намекаю, говорю прямым текстом: ежели подобная безалаберность и наплевательство на мои просьбы продолжится, вы освободите рабочие места и окажетесь на улице. Теперь я готов выслушать вопрос, с которым ты пришла.

– Я бы не стала беспокоить тебя по пустякам, ты сам знаешь! Но буквально несколько минут назад одна из моделей попыталась меня изнасиловать в туалете! – начала Света.

– Кто?

– Вика.

– Это которая с синими волосами.

– Да, это именно она.

– Чем?

– Я не знаю зачем… фетиш, видимо, такой.

– Я спросил: чем.

– Ну, руками…

– Это разве можно считать за изнасилование? – в голосе Влада чувствовалась насмешка.

– А что это еще? Если я не хочу, а она заходит в ванную, полностью голая, и пытается меня схватить за грудь, – в речи Светы чувствовалось сильное волнение. – Разве это не насилие?

– Так погоди, Вика-Вика, – Влад на несколько секунд задумался, подняв взгляд на потолок, а затем снова посмотрел на Свету. – Да, точно, она же сама мне говорила, что проведет с тобой совместный прямой эфир.

– Когда она тебе это говорила? – услышанное очень удивило девушку, поскольку это значило, что Вика уже задумала свое преступление заранее.

– Да вчера, когда я уже собирался уходить отсюда. Она уточнила некоторые свои моменты и оповестила о совместном стриме, который она планирует с тобой завтра устроить. Спросила, насколько это легально, хотя я сам правила трансляций подробно не знаю. Но наши принципы все те же: заблокировали – лишаешься заработка на время блокировки. Так что я ей сказал, что она может делать что хочет – все на ее страх и риск. Как я понял, вы проводили прямой эфир вдвоем?

– Ну да, только она предложила это мне лишь сегодня за несколько минут до начала рабочего дня, – понизив голос, ответила Света.

– Правильно ли я понимаю, у вас был совместный эфир, где вы друг другу делали, очевидно, приятно? – сказав это, Влад улыбнулся.

– Этот эфир действительно был и недавно закончился, но только Вика принимала активное участие, я ничего не делала, – Света сама заметила в своей интонации оправдательные нотки.