Модуль. Начало

Глава 1

Модуль. Начало.

1.

Санкт-Петербург. 2048 год, июнь, двадцать пятое число.

Солнце проникало в квартиру через высокие арочные окна, освещая пожилого, седовласого мужчину в шелковом домашнем халате, играющего на рояле. Перебирая клавиши изящными пальцами, он наслаждался каждой нотой Третьей Фантазией Моцарта, заставляя наполняться ею купольный эркер. Огибая позолоченную лепнину, хрустальные люстры и высокие вазоны на мраморных тумбах, музыка разносилась по просторной квартире. Зная произведение наизусть, мужчина закрыл глаза, полностью погрузившись в процесс, и поэтому не увидел световой сигнал блока сигнализации, висевшего на противоположной от рояля стене. Красный диод принялся мигать, оповещая, что произошло открытие входной двери, без использования разрешительного ключа.

В квартиру, сняв пистолет с предохранителя, вошёл человек в чёрном костюме, ботинках на толстой подошве и тонких кожаных перчатках. Оказавшись в прихожей, он остановился, чтобы сориентироваться. Осмотревшись, человек направился в комнату, где размещался рояль. Пройдя по коридору, он медленно вошел в гостиную со спины седовласого мужчины. Тот экспрессивно заканчивал композицию, каждый раз нажимая на клавиши. помогая себе телом и головой. Подняв ствол с глушителем, человек в черном, сделал несколько шагов вперёд, и нажал на спусковой крючок. Пуля пробила седовласому мужчине голову, бросив его тело на клавиши. Рояль смолк, издав последний смазанный аккорд. Брызги крови, упали на раскрытые ноты в пюпитре, и скопившись в капли, поползли вниз.

2.

Отдел АМС располагался на Большом Проспекте Петроградской стороны в доме 39. Старое здание было отдано Федеральной службе охраны в 2025 году, после обрушения перекрытий первого и второго яруса, из-за чего оно подверглось реконструкции. Был устроен подземный паркинг, просторные залы верхних этажей переоборудованы под кабинеты, а вестибюль первого этажа перестроен под просторную приемную спецотдела. Благодаря усилиям активистов была восстановлена лепнина на потолках, восстановлены дубовые панели на стенах, по чертежам 1912 года, чудом сохранившихся с тех пор.

Весть третий этаж был отдан под следственный отдел, возглавляемый подполковником Стальновым Александром Ивановичем. Подразделение включало в себя двадцать следователей, пять пилотов спецмашин и пяти техников. Отдел был эффективным, имея почти стопроцентную раскрываемость дел, и за счет применения передовых технологий считался перспективным.

– Убийство на Васильевском. Собирайся, – мимо стола, следователя Вячеслава Самарова, прошёл подполковник. Ударив костяшками пальцев по столешнице, он заставил того сморщиться от резкого звука. – Нас ждут на месте.

– Это же не наш район? – молодой человек посмотрел в спину шефа.

– Зато почерк наш, – ответил Сергей, шедший за начальником. – Убит известный деятель искусств. В своей квартире, средь бела дня. Криминалисты уже в пути. Торопись-торопись, – поторопил он товарища.

Вячеслав нехотя встал из-за стола, взяв кожаную куртку со спинки, и отправился за начальником. Спустившись на лифте в подземный паркинг, он и ещё два сотрудника сели в служебный микроавтобус, с надписью на борту «Отдел АМС». Проехав через автоматический шлагбаум, они выехали на Большой Проспект Петроградской стороны, и перемигивая синими проблесковыми огнями, направилась в сторону Васильевского острова.

– Самаров, как чувствуешь себя? – услышал Вячеслав, сквозь тупую боль в голове. Он вчера провел вечер в баре, поэтому сегодня чувствовал себя не лучшим образом. – Может тебя высадить и пойдешь домой? – с издевкой произнес начальник.

– Нормально, – ответил молодой человек, не обратив внимание на последнюю фразу. Но, где-то эта мысль была разумной. Ему жутко захотелось выйти из автомобиля и глотнуть свежего воздуха.

– Я говорю при всех, чтобы это была последняя твоя выходка, – начальник ехал на пассажирском сиденье, и говорил, не оборачиваясь в салон. – И не посмотрю на все твои достижения и способности.

– Александр Иванович, мы это уже обсудили. Я прекрасно понял ваш посыл, – Вячеслав потёр щетину. Он вчера увлёкся, употребив лишнего, что стало причиной его опоздания на службу, а это всегда раздражало начальника.

Переехав Тучков мост, автомобиль проехал по Среднему проспекту, свернул на 12 линию и уткнулся в полицейский кордон. Патрульный остановил автобус, но опознав его принадлежность, указал на свободное парковочное место.

– Приветствую, Александр Иванович, – как только люди вышли из машины, к ним подошёл капитан полиции.

– Здравствуй, Иван, – подполковник и полицейский обменялись рукопожатием. Стальнов быстрым шагом направился в парадную, не задерживаясь на улице. – Веди и рассказывай.

Вячеслав вышел из автобуса последним. С удовольствием вдохнул полной грудью. Посмотрел на дом, оцепленный полицейским кордоном. Молодое по меркам города, здание было построено в середине двадцатых, и окружало Особняк Бремма, реконструированный в то же время. Высокие арочные окна, эркеры, фасады, отделанные дорогим камнем, выказывали в нем элитный, клубный дом. «Рад, что деятели могут позволить себе, такое жилье, – пролетела мысль в голове у следователя». Посмотрев по сторонам, Вячеслав увидел несколько зевак стоявших у натянутой ленты, и снимающих происходящее на телефон. Неподалеку разворачивалась съемочная группа какого-то телеканала. Убийства, в последнее время, стали редким явлением, поэтому вызывали интерес у общественности. Оставалось только узнать, откуда эти телеканалы узнают, об этих самих событиях.

– Звонок поступил полтора часа назад, – услышал Вячеслав, поторопившись за товарищами. – Звонила соседка. Она обнаружила входную дверь соседской квартиры открытой. Начала звать хозяина, прошла внутрь, и нашла его.

– Где? – войдя в парадную, Стальнов обнаружил пост консьержа пустым, и не преминул обратить на это внимание.

– Место вакантно, как и работа всех видеокамер дома, – ответил капитан.

– Вот тебе и элитное жилье, – хмыкнул подполковник.

– Вообще, не одна не работает? – поинтересовался Сергей.

– Камеры на местах, на они не подключены. Сервер обесточен, и судя по состоянию патч-кордов давно, – ответил капитан.

– Кто жертва?

– Разумовский Евгений Евгеньевич, заслуженный деятель искусств Российской Федерации. Имеет множество наград, в том числе лично от президента, – доложил полицейский.

– А соседка, та, что сообщила, где сейчас? Я хотел бы с ней поговорить, – Александр Иванович поднимался по широкой мраморной лестнице. Лифт был занят криминалистами, его проверяли на предмет возможных улик.

– Когда прибыл наш патруль, ей стало дурно, и ее увезла скорая, – с долей разочарования ответил капитан. Ему придется выискивать женщину по медучреждениям, постоянно преодолевая нежелание сотрудников допускать к ней для допроса. – Она больше ничего не успела рассказать.

Поднявшись на четвёртый этаж, они были остановлены человеком в белом комбинезоне, который выдал каждому бахилы и одноразовые перчатки. Вячеслав тяжело дышал. Начальник посмотрел на него и недовольно качнул головой. Из-за двери соседской квартиры звонко лаяла собака.

– Где тело? – уточнил Стальнов.

– В дальней комнате, у него там, что-то вроде сцены, – ответил человек в белом костюме.

– Трогали? – вмешался Вячеслав.

– Нет. Ждем вас, – человек кивнул головой.

– Замечательно, тогда я попросил бы всех твоих людей покинуть место преступления, – Стальнов натягивая перчатки, обратился к капитану.

– Минуту, – тот одев бахилы, прошёл в квартиру.

– Коллеги, – произнес Александр Иванович своим подчиненным, когда капитан дал понять, что квартира пуста. – Начинаем. Сергей, приступай. Дальше, все по протоколу. Не затягиваем, времени нет.

Сергей достал из сумки робота-специалиста первичного осмотра, и поставил его за порог. Шарообразный аппарат постояв немного на месте, издал звуковой сигнал и покатил по коридору, сканирую и анализируя все вокруг себя, передавая полученную информацию на монитор оператора. Следом за роботом пошли Вячеслав и Евгений – оперативные сотрудники. В их задачу входило подмечать все то, что не может «увидеть» аппарат: сдвинутые предметы, неприкрытые дверцы или ящики. Это позволяло сложить полную картину произошедшего.

Над осмотром квартиры работали два часа, постепенно приближаясь к месту убийства. Закончив с телом, следователи расположились у рояля, напротив трупа, для подведения промежуточных итогов.

– Что нашли? – подполковник посмотрел на подчиненных.

– Ничего, – ответил Сергей. – Следы от входной двери до места убийства и обратно, плюс зашел на кухню. Кто-то вошел, сделал дело, и вышел. Больше нет ничего, ни отпечатков, ни иных частиц.

– Что-нибудь пропало?

– Это не ограбление, – высказался Вячеслав. – Ничего не открывалось, дорогие часы на руке, шкатулка в спальне набита украшениями, в пальто картхолдер с картами и несколькими пятитысячными. Сейф не вскрыт, его и не искали.

– Значит, умышленное убийство.

– Однозначно, – Евгений взял на себя роль докладчика. – Убийца вошел в помещение, сделал один выстрел. В голову. Пуля вошла в теменную часть черепа и вышла через переносицу.

– Странная траектория. Наш убийца трехметровый громила? – подполковник усмехнулся.

– Я думаю, что это из-за положения головы в момент выстрела, – вставил слово Вячеслав. – Ну, знаете, когда играют на пианино и помогают себе головой. Иногда кажется, что лоб себе разобьют о клавиши.

– Да, да, есть такое, – улыбнулся Сергей.

– Если вы не против, я продолжу, – Евгений посмотрел на сослуживцев. – Пулю я нашёл в простенке, между окнами. Она имеет деформацию, но для экспертизы достаточно. Так же, на ней есть частицы органического происхождения. Результат будет после лаборатории.

– Отпечатки?

– Постороннего ничего нет. Отпечатки только убитого и его жены. Робот не нашёл ничего лишнего, только то, что должно быть в квартире. Криминалисты полиции может что найдут, но думаю, что все будет чисто, как и на первом убийстве.

– Личность?

– Да. Личность подтвердили. Как сказал капитан – это Разумовский собственной персоны, – Сергей развернул планшет, на показ остальным. – ДНК – совпадение сто процентов.

– Жену вызвонили?

– Она в отпуске, за границей. По данным Росавиации: она прибудет из Испании через десять дней. Билеты куплены три месяца назад. Убыла из страны две недели назад.

– Ну, видимо, отпуск у неё закончился быстрее, – хмыкнул Вячеслав.

– Не смешно, – на него строго посмотрел Стальнов.

– Не мы такие, жизнь такая, – парировал Вячеслав.

– Дети, внуки? – продолжил подполковник.

– Сын и дочь. Но, они не живут в Питере. И судя по отсутствию семейных фото, им явно не до убитого.

– Что по системе безопасности, замку, видеонаблюдению?

– Замок с пятиступенчатой защитой был открыт каким-то чудесным образом, – доложил Вячеслав.

– Каким именно?

– Я бы сказал так – его просто открыли. Как-будто у убийцы был ключ, но это не так, так как сработала внутренняя сигнализация. Что-то вскрыло замок, но не обошло сигналку. Записи с внутренней камеры прихожей у нас тоже нет. Жёсткий диск был изъят из записывающего устройства. Сергей, все так? – Вячеслав уточнил у оператора робота.

– Да, – кивнул тот.

– Вот так все просто? – усомнился начальник.

– Просто, но странно. Дело в том, что записывающее устройство находилось на кухне, в нише над холодильником, – Вячеслав нашёл нужное фото и показал его начальнику. Место расположение подразумевает, что о нем могли знать только члены семьи и компания, ее туда установившая. Следовательно – это единственная зацепка на данный момент.

– Не густо, – Александр Иванович перелистывал фото на планшете, принимая для себя решение. – Иван? – начальник подозвал капитана. – Почему вызвали «АМС»?

– Имя жертвы стало известно сразу. Доложили по инстанции, – пожал плечами полицейский. – Оттуда к вам отправили, с указанием, оказать всестороннее содействие.

– Ясно, – Александр Иванович задумался, а затем погасил планшет. – Смотри, Иван, мы закончили. Сергей отправит все что мы обнаружили. Дальнейшую работу будем строить, опираясь на то, что скажут сверху. Если вы найдёте отпечатки – сообщи.

– Хорошо. А много то нашли?

– Не густо, – повторил Александр Иванович. – Тело можете отправлять. Проверьте все камеры в округе. Кто подъезжал, останавливался. Ну, сам все знаешь. Будем на связи, короче.

Больше задерживаться не стали. Не смотря на скудность полученной информации, они с ней провозятся ещё день, чтобы привести все в установленную протоколом систему и составить по ней отчет. Сняв перчатки и бахилы, Александр Иванович пожал руку Ивану, и пошёл вниз, увлекая за собой подчиненных. На последним лестничным пролете им дорогу преградили люди в серых костюмах.

– Попрошу вас остановиться и предъявить документы, – шедший впереди, окинул взглядом людей, одетых кто во что горазд, с сумками в руках, и с выпирающими кобурами с оружием.

– С кем имею честь? – не смутился Александр Иванович, хотя внутри был удивлён появлению силовой структуры, однозначно высшего ранга.

– ФСБ, майор Рогов, спецотдел, – представился шедший впереди, но удостоверение не предоставил.

– Подполковник Стальнов, Отдел АМС, – Александр Иванович тоже не стал утруждать себя, чтобы достать удостоверение.

– Ого, – услышав принадлежность, майор кивнул головой, от неожиданности.

– Тоже самое я могу сказать и о вас, – в тон отметил подполковник.

– Не двигаться! – резко прозвучали слова. Человек стоявший за майором, потянулся под пиджак к оружию в наплечной кобуре.

– Я только бахилы снять, – ответил Вячеслав, медленно выпрямляясь. Он осознал, что не снял бахилы, покидая место убийства, и почему-то посчитал данный момент наиболее подходящим.

– Самаров!? Ты что ли?

Вячеслав услышал свою фамилию и всмотрелся в лицо говорящего. Он расслабился, закончив обследование, вновь мечтая о глотке холодного пива, и сейчас ему пришлось сосредоточится, чтобы узнать в нем однокашника Олега Рогова.

– Он самый, – ответил он с неохотой.

– Так, господа, – подполковник взял инициативу в свои руки. – Идентификацию все прошли. Если возражений ни у кого нет, то позвольте – расходимся и каждый продолжает заниматься своими делами.

– Вас никто не задерживает, подполковник Стальнов, – майор натянул надменную ухмылку и сделал шаг в сторону.

– Благодарю. За мной, – Александр Иванович кивнул головой своим ребятам, и быстрым шагом направился из парадной.

– Слава, на минутку, – придержал старого знакомого майор. – Сколько времени прошло?!

– С выпуска не виделись, – Вячеслав замялся.

– Давно в Питере?

– После выпуска сюда отправили. Здесь и служу, – не стал вдаваться в подробности Вячеслав.

– Может встретимся, пиво-водка?

– Давай, – нехотя согласился Слава. – Ладно, извини, шеф на меня и так сегодня …

– Телефон запиши…

Обменявшись номерами, они разошлись. Вячеслав снял проклятые бахилы, выбежал из парадной, и добежал до автобуса, под буравящий взгляд начальника. Не успел он опуститься в кресло, как машина резко сорвалась с места.

– Что это было, Самаров? – в этот раз, Александр Иванович повернулся к нему с переднего пассажирского кресла.

– Бахилы забыл снять. С кем не бывает? – по-детски оправдался Вячеслав.

– Видимо только с тобой и бывает, – гоготнул Сергей, но смолк под взглядом начальника.

– Я не об этом. Кто это был?

– А этот? Учились вместе, – откинулся на спинку Вячеслав.

– И что, позволь спросить, ФСБ забыли там, где отработали мы? – начальник продолжал буравить его взглядом.

– Александр Иванович, мы с выпуска не виделись. Вместе мы не живем, – ответил подполковнику Вячеслав, не отводя глаз. Давая понять, что придирки начальника в данном случае, беспочвенны. – Я откуда знаю. Не видел и столько же бы не видел.

– Если бы жили, то у нас бы ты точно не работал, – Александр Иванович отвернулся.

– А если серьезно, – Евгений вставил слово. – Александр Иванович, что они забыли на месте убийстве деятеля искусств?

– Знал бы где копать, давно был бы богатым, – буркнул в ответ начальник. У него зазвонил телефон. Достав смартфон, он произнёс: – а вот и ответы. Слушаю, товарищ генерал. Понял. Когда? Понял.

Закончив разговор, подполковник убрал сотовый в карман, и задумался, смотря в окно. Тем временем, автобус проехал через мост и свернул направо, в сторону Судебного двора. Сотрудники сидели, переглядываясь, в ожидании информации.

– Самаров, по прибытию бери машину и возвращайся. По времени успеваешь до убийства.

– Задача? – Вячеслав распрощался с холодным пивом.

– Вывести Разумовского. Доставить в отдел.

– Принял, – Слава откинулся в кресле.

Автобус вернулся в здание отдела. Стальнов ни сказав не слова, пошел к лифту, Павел и Евгений поторопились за начальником. Вячеслав покинул салон последним. Оказавшись на подземной парковке, он бросил взгляд на два автомобиля перемещения, стоявшие на выделенной стоянке. «Две на месте, значит сейчас никто не работает», – подумал Слава. Немного потоптавшись на месте, принимая решение как поступить, он первым делом отправился менять оружие, в оружейную комнату. Возвращаться с табельным пистолетом запрещала инструкция, следовало заменить не только оружие, но и патроны к нему, которые способны разлагаться после выстрела. Сменив пистолет, он получил в канцелярии документы с разрешением действовать в условиях временного перехода. На ходу перекусил: выпив кофе с бутербродом, прихватил из автомата бутылку воды. Держа ее у виска, вновь спустился на стоянку. Расписался за ключи, и подошёл к своей машине. Автоматика автомобиля, просканировав пространство, уловила сигнал с брелока, издала короткий звуковой сигнал, сняла сигнализацию, и расправила зеркала. Вячеслав обошёл машину, визуально проверяя накачку колеса и целостность стёкол. Это важно для перемещения, трещины и различные повреждения, особенно колес, могут отрицательно повлиять на процесс перемещения и могут исказить точку выхода в пространстве.

3.

Москва. 1974 год.

Мужчина вошел в подъезд и с нетерпением направился к почтовому ящику. Дрожащими от волнения пальцами, он поднял крышку, и вынул из него письмо.

– Академия наук, – взволнованно пробормотал он, прочитав строку «Отправитель».

Сердце гулко застучало в ушах. Оторвав полоску от конверта, он изъял из него листок с машинописным текстом.

«Уважаемый Евгений Павлович, вам выделено место в экспедиции к месту падения Тунгусского метеорита. Просим вас прибыть 20 мая 1974 года к 10:00 по адресу Москва, Ленинский проспект, Дом 32А, кабинет 431, для оформления необходимых документов».

– Да! – обрадованно воскликнув мужчина, сложил письмо и побежал вверх по лестнице. Ворвавшись в квартиру на третьем этаже, он позвал жену: – Люба! Люба! – он скинул туфли и направился на кухню.

– Что случилось?! – ему навстречу вышла женщина, вытирая руки о фартук, одетый поверх домашнего халата.

– Меня наконец пригласили! Смотри! Только что пришло! – он протянул конверт жене.

– То есть, уже в этот понедельник? – расстроенно произнесла Любовь, прочитав его содержимое.

– Нет, – Евгений обнял женщину, сделав вид, что не заметил ее расстройства. – В понедельник только возьмут данные на покупку билетов и дадут список необходимого. Поездка назначена на 12 июня, если Аркадич не врет. А он все знает, ведь человек в администрации академии работает. – Мужчина отстранился от жены, посмотрел в ее глаза. – Любушка, все будет хорошо. Это ненадолго.

– Я знаю твои ненадолго, – она старалась держать себя в руках. – Прошлый раз тебя не было полгода. Степка тебя не узнал по возвращению.

– Ты же знаешь, что тогда была зима, и только благодаря аномальной погоде мы не смогли выехать с Заполярья. А сейчас лето. Что может произойти летом? – Евгений с нежностью посмотрел на жену.

– Я не хочу, чтобы ты уезжал, – Любовь обняла мужа. – У Степки школа закончится и его надо будет к бабушке везти. Ты ему обещал велик смазать. И вообще, – запричитала она.

– Я поговорю с сыном. Он поймет. А к Зинаиде Федоровне вы и без меня хорошо съездите. Тем более меня «бестолкового» она не сильно жалует, – Евгений вышел из кухни и пошел в комнату. – Степан?!

– Да, жалует она тебя, – женщина опустила руки, оставшись одна.

– А где Степан? – вернулся Евгений.

– На улице гуляет. Сегодня контрольную по математике написал быстрее всех, – она посмотрела на часы. – Должен вот-вот прийти. У меня, кстати, ужин почти готов.

– Вы у меня молодцы, – резюмировал отец семейства, поцеловал женщину в лоб, и удалился переодеваться в домашнее.

Эту поездку, начинающий ученый астрофизик Тыранов Евгений Павлович, ждал долгих три года. Ему требовалось подтверждение ряда гипотез к теории искажения направленных векторов силы, которую он лично разрабатывал уже второй десяток лет. Проведя исследования, он пришел к выводу, что доказать или опровергнуть их, он сможет только в естественной среде, а это можно сделать только непосредственно на месте крупнейшей геомагнитной катастрофы. Написав несколько научных работ по Тунгусскому метеориту, явлениях ему предшествующих и последствиях его падения, он обратил на себя внимание людей из Министерства науки, что дало ему возможность, буквально, выбить средства для организации экспедиции. Три года он согласовывал время поездки, подстраиваясь под климат региона и его особенности, согласовывал состав сотрудников и обязанности каждого, подсчитывал бюджет и сопутствующие расходы. Его доводы были логичными, имели подтверждение в виде расчетов, что стало достаточными, чтобы многие поддерживали его. И то, что строить научную лабораторию намного затратнее, чем поездка десятка человек в Сибирь, стало решающим. В Министерстве понимали, что исследования астрофизика, при их положительном результате, могут дать Советскому союзу стать первой страной в мире, которая будет способна перемещать предметы в пространстве, за счет его искажения. Все осложнялось трагедией 1959 года, когда при таинственных обстоятельствах погибли студенты, и палки в колеса вставляли потому, что никто не хотел повторений тех событий. Тыранову был поставлен ультиматум, или он принимает в команду человека из особого отдела, во избежание любых осложнений, или никто никуда не едет. Размышления были продолжительными и по-своему мучительными, но желание доказать теорию взяло верх, и он согласился на предложение академии.

В назначенный день он отправился в академию. Пройдя пропускной контроль, он поднялся на четвертый этаж и нашел кабинет 431.

– Доброго утра, – поздоровался он с секретарем в приемной. – Я Тыранов Евгений Павлович. Мне назначено на десять.

– Доброго утра, – сухо ответила секретарь. – Вас ожидают. Следуйте за мной.

Поднявшись из-за стола, секретарь вышла из кабинета. Евгений последовал за ней. Женщина провела его по коридорам, отделанным деревянными стеновыми панелями и поднявшись на три этажа выше, подвела к кабинету директора. Молча указав на дверь, она осталась в ожидании каких-либо указаний, зная привычки своего руководителя. Евгений натянул улыбку, постучал по дубовой двери, и вошел.

– Евгений Павлович, вы вовремя, – в приемной кабинета его встретил директор Академии наук. – Проходите.

– Здравствуйте, –      нервничая ответил ученый. Он прошел по ковровой дорожке и разместился за столом, за котором уже сидела два человека.

– Сделайте чай, – сказал директор секретарю и закрыл дверь. – Итак, товарищи. Не будем долго засиживаться. Все решения приняты и осталось только обговорить нюансы. Евгений Павлович, это люди из особого отдела. Товарищ Павлов поедет вместе с экспедицией. И сейчас, он здесь для того, чтобы познакомиться с вами, и выстроить единую линию общения на протяжении всей экспедиции.

– Очень приятно, – Евгений кивнул в сторону особистов.

– Вылет в Красноярск намечен на 12 июня, – без слов приветствия начал товарищ Павлов. – Я еду с вами охранять собственность партии и страны. Поэтому следить за вашими людьми моя прямая обязанность.

– Мы не хотим, чтобы ваши люди чувствовали себя не уютно, – вставил слово второй особист, не представившись. – Они все одобрены комитетом, но ситуация в мире такова, что враги сжимают тиски вокруг нашей страны. Любая утечка информации, результатов исследований, технологий, ведет к ослаблению наших границ. А этого Партия не может допустить.

– Вот ваши документы, – товарищ Павлов пододвинул папку к Евгению. – Здесь все необходимое, плюс деньги на дорожные расходы.

– А остальным сотрудникам?

– Они уже все получили, – невозмутимо произнес второй особист.