Европа. Акт 3-й

ВВЕДЕНИЕ

Воспринимайте это, как размышление на тему антиутопии. Элементы абсурдизма введены нарочно

Сперва появился вирус, принесший «Болезнь, которую было нельзя лечить». Во многих странах от этой болезни умерли почти все те, кто был старше 22 лет. Полмира рухнуло во времена банд. Люди разуверились в науке и прогрессе. Они уничтожали все, что способно нести знания. Были разгромлены четыре электронных супермозга. При помощи их, несколько корпораций контролировали и управляли всем, до чего могли дотянуться. Во многих странах народ занимался лишь тем, что не мог выполнять искусственный интеллект. Даже еду производили на фабриках, управляемых подобными машинами. В колбах выращивалось мясо, рис и многое из того, чем кормились люди. Люди не учились на докторов, достаточно было знать то, что знает любая медсестра. Настоящие доктора-медики остались только в научно-исследовательских институтах, новыми знаниями которых пользовались супермозги. Люди не учились на юристов. Тут вообще человек был не нужен.

Когда пришел вирус, пол мира погрузилось во мрак (в прямом и переносном смысле). Началось время Банд. Время разгула беззакония и время страха. Мир рухнул в средневековье. Но, среди этого хаоса появилась кучка людей, называющая себя монахами Новой Инквизиции. Это была не просто банда, это было войско со своей религией, идеями и четкой организацией. Сперва потихоньку, затем все быстрее и быстрее, ряды Новой Инквизиции множились, распространялись по территории Бывшей Европы и Англии. Вместе с собой Инквизиция несла слово «Учения Великой богини Ра». Жесткой рукой и кострами, наводился порядок, приходили законы. И люди обнаруживали, что вновь созданные «заборы законов», делают жизнь удобнее и безопаснее. То, что эти «заборы» были выкрашены кровью и обожжены кострами сжигаемых «еретиков», вскоре забывалось. Многие сейчас говорят: «Так было надо», и все сейчас говорят: «Такова воля Великой богини РА! Да восславляется ее имя везде и всегда!»

СТАЖЕР ВЕЛИКОГО ИНКВИЗИТОРА

Рим… Рим… Древний Рим… Где этот город? Где можно посмотреть те великие развалины, намекающие на его бывшую величественность.? Их нет. Все снесено и смыто. Никто даже не знает кем. Одни говорят, что русскими, одни говорят, что им помогали беженцы с Африки. Отдельные шепчут, что их разрушила армия Новой инквизиции, но этих хватают и тащат на костры. Те, кто действительно знал – либо умерли, либо молчат. Сейчас прошло уже 108 лет со времени, когда умерли все старики. Тогда остались живы только молодые люди младше 22-х лет.

Почему умерли старики? Одни говорят, что их убили русские, другие говорят, что их уничтожил занесенный с Африки вирус. Некоторые говорят, что вирус был создан на фабриках, которыми управлял искусственный интеллект. Неразумные шепчутся, что их замучили до смерти в лагерях «Труд и совесть». Безумцы! Правильно, что таким вырывают языки и ставят клеймо на лоб. Старики умерли от болезни «Которой нельзя было лечить». Нет, старики умерли не во всем мире. Там, за великой Польской стеной в России, за морем в Африке, в далеких Китае и Индии старики выжили. В этих странах, болезнь «Которую нельзя было лечить», тем не менее лечили. Жаль эти страны! Ведь эту болезнь наслала на землю великая богиня Ра! Именно она, а не кто другой, восседает на троне Вальгаллы. Она и забрала у стариков жизнь. В те времена, старые люди запутались в своих знаниях. Они множили и множили заплесневелые ошибки древности. Они слишком много знали и слишком много помнили. НО возможно ли, чтобы все на свете могли правильно осмыслить действительность? Всем ли дано, из множества отдельных событий выделить правдивую суть? Осмыслить факты и сделать правильные выводы, все ли способны?

Как вразумляет Учение Великой Ра, изложенное в ее откровениях: «Если удобрением знаний поливать сорные мозги, то как ты потом будешь выкорчевывать взошедшие сорняки глупости? Они вырастут и убьют правду своими ложными выводами. Заслонят ее и тогда многие люди станут еретиками! Ведь во многих знаниях – многие печали! Груз знаний должен ложится на культурные мозги. Его должны нести люди, мозги которых способны поднимать и нести его тяжесть. И вес этого груза должен соответствовать способностям каждого человека. Бери груз знаний в свою меру и не станешь еретиком!».

До времени ж, когда умерли старики, «удобрением знаний» «поливали» всех, и без меры. Всем был доступен, порой неподъемный этот груз. Но любой ли был способен его поднять и нести, не сгибаясь? А если не способен, то не мешали ли обществу двигаться вперед эти «сорные размышления»? Помогали ли ему сказанные вслух глупости таких людей?

В тех далеких странах (и за польской стеной – в России) до сих пор мучают женщин страшной мукой! Эти безумцы заставляют всех своих женщин рожать детей! Да! ДА!!! Их женщины – это единственный источник, который дает возможность воспроизводить этим странам свое население. Зачем, зачем же мучить женщин? Все это может взять на себя государство, так любезно содержащее Великий инкубатор. Но нет, правительства тех далеких стран не соизволит потратится даже на малое подобие Великого инкубатора, оно издевается над своими женщинами. Всех таких негодяев, в культурном обществе, сжигают живьем! Но эти страны погрязли в своем бескультурье.

Вот и сейчас, на главной площади Рима, прямо на берегу реки Трент произойдет действие Великого суда. Великая Сапа. В круге, выложенном из кирпичей, возводилась заготовка костра на три персоны.

В это время Главный инквизитор восседал на своем троне. Трон был окаймлен орнаментом из сваренных вместе кос, серпов и молотков. Он находился в темном зале, освещаемом яркими светильниками только в нужных местах так, что можно было легко вынырнуть из тьмы. Входящий в зал, сразу же освещался пучком света. Это пучок сопровождал данного человека везде, куда бы он не пошел. Иногда, внезапно, прямо среди разговора инквизитор мог уйти в тень и также внезапно появится. Но говорящий должен был смотреть, куда смотрел и говорить, что говорил. Это было правило, которое каралось розгами. Иногда до смерти, но редко. Сейчас в зале, кроме Великого инквизитора, находился только его стажер. Иногда его называли Великим стажером. Это был парень, лет 15-ти. Он был отобран из 1253-х человек, на длинном и скрупулезно организованном конкурсе. Все претенденты были из выращенных в инкубаторе. В финал попадали 2 человека. Один воспитывался самим инквизитором. Второй его заместителем. Трое, не вошедших в финал, воспитывались специальной комиссией. Между собой эти дети общались свободно, но с другими сверстниками (без присмотра и разрешения) им общаться запрещалось. Кто из них всех станет Великим инквизитором решит судьба. Все они были перестраховкой от ее случайностей. Никто из них сейчас не был выше по рангу за другого и всех их называли «Инвы».

Инквизитор, вольготно развалившись на троне, еще раз перечитывал уже подготовленный вердикт суда:

– Такс… Еще раз, первый – тайный русский, его мы палим. Да… тут написано: «умертвив перед сожжением», второй преступник – убийца инквизитора, его палим. Палим под наркотиком так, чтобы наркотик перестал действовать, как костер разгорится. Третий… третий простой убийца. Палить ли его?

– Великий, а не отдать ли его толпе?

– Хм… да… пожалуй, надо народ порадовать… Пива толпе двойную дозу, мяса из тандыров, ухи, лепешек, пусть бесятся. В барах по всему государству того же. Пуская пар выпускают.

Стажер, несмело:

– Может чай и кофе в ложу культурной элиты?

– Да и во вторую ложу тоже. Давно такого праздника не было. Год уже как.

– А почему русского умерщвляют? Может, если толпа попросит, спалим его нормально? Я понимаю, что доказательств мало, подумаешь навет соседа. Русский язык не знает. Во время сжигания еретиков, к событию проявлял заинтересованность. Бросал камни в сжигаемых. Один раз даже бутылку бензина в костер сжигаемого кинул. Этим, кстати, очень раззадорил одну часть публики и огорчил другую. Правда… У него Библию нашли. Но и она на польском, не на русском. Но все же… толпа… сюжетец какой…!

Великий, после раздумий улыбнулся и с поддевкой выпал:

– Ну ты и мастер закрутить события. Надо в толпу пару человек подсадить, хороший поворот комедии. Красиво можно выкрутить… Опять же, ставки будут ставить. Тотализатор взорвется интересом. Только помедлить надо. Потянуть действие.

– Великий! Я видел в Вашей библиотеке есть книги на русском языке и их много. Зачем читать произведения заблуждающихся? У них нет и подобия Сапы. Они не палят еретиков, учат всех подряд грамоте, «Удобряя сорные мозги». Они не верят в учение великой РА! Не читают ее откровения! Их женщинам не запрещено рожать, у них нет «Великого инкубатора». Они позволяют знать исторические факты всем, кто этого захочет. Даже без фильтрации материала, по способности конкретного человеке воспринимать «вес» такого знания. Как можно такое представить? Как недоразвитый плебс может правильно осмыслить суть прошедших событий? Да и зачем ему это? В всеобъемлющем учении богини Ра сказано: «И псу неграмотному лучше, нежели ученному льву. Не отягощенный знаниями легко взберется на гору, на которой стоят ворота Вальгаллы. Набирай ношу знаний по силам твоим». Зачем же изучать произведения насколько низших рас?

– Понимаешь, мы с тобой можем отличить правду и ложь. Наши рассуждения подкреплены проверенными, правильными знаний. Мы с тобой доказали способность нести их тяжелый груз. Но неверные представления о сущем, в речах заблудших, тоже кажутся верным и правильными. Иногда, неспособным нести груз знаний, такие речи кажутся более логичными. Почему?.. Понимаешь, все знания в голове каждого отдельного человека складываются, как-бы в ровные кружки. Или даже в поверхности шаров, если мозги это позволяют. Но если мозг совсем уж туп, то частички знании слагаются в нем в виде непрерывной линии. Такая линия уходит обеими концами в нечто типа «мне это неведомо, и знать этого не может никто». Если мозг очень ленив, то эта линия уходит в туман «зачем мне это надо». Но, тем не менее, все имеющееся в виде «априори верных знаний», связано между собой хитросплетениями взаимных связей. Эти связи объясняют суть явлений, их логику и прочее, и прочее. Ловится какая-то логика. Если существует «прогалина» в непрерывности знаний, то человеческий мозг сам находит, как ее заполнить. Прогалина знаний «залатывается» в зависимости от уровня способностей человека. Это зависит и от особенностей образовавшейся сетки нейронных связей. Влияют и другие факторы. Нам надо уметь понимать, что не так, что неверно в этих шарах знаний в чужой голове. Так проще выводить еретиков на чистую воду. А, возможно и предотвращать возникновение таких «прорех». Если эти книги (Великий указал на невидимую в темноте дверь своей библиотеки) прочитает незрелый, он может даже восхитится ими. Заполнить свою темноту мозгов неверными фактами. Но мы… мы должны тренировать подобными книгами свой мозг. Пытаться находить лживую суть таких произведений. Пытаться понять – почему их авторы так думают. Что неправильно в мозгах у них связано? И потом, еретики, знаешь, осторожничать начали… приспособились. Тяжело стало их выявлять. Ладно, я в библиотеке побуду. Допиши все и заму отнеси. Он все оформит и сам читать будет. Он спец в таких делах. Я же на ходу что-то придумывать стану, если что не понаписанному пойдет. Знаешь, у меня экспромты хорошо получаются. Ты тоже учись…

…Следует заметить, что это сейчас и только в Европе, ту эпидемию называют «Болезнь, которую нельзя было лечить». Но в те времена ее очень даже лечили. Было несколько хороших вакцин, но те вакцины, которые делались западными фирмами, были почти бесполезны. Но даже это «почти» было сведено к нулю тем, что перед этой эпидемией пронеслось несколько похожих. На лечении данных пытались нажиться эти же фирмы (несмотря ни на что). Разработанная ими «бурда» давала много побочных эффектов и народ разуверился в вакцинации. Вакцины же с России и Китая (которые действительно помогали) были запрещены.

Надежно, от «Болезни, которую нельзя было лечить» помогал так называемый «Индийский укол». Этот укол, на самом деле, был вакциной Российско-Китайской разработки. Однако на западный рынок попадала реплика этой вакцины, произведенная в Индии. При чем поставлялась она исключительно контрабандой. Это была надежная вакцина. Беда в том, что часто ее хранили и транспортировали в ненадлежащих условиях. И покупающему такой укол, не давалось никакой гарантии. Это была игра в русскую рулетку. Многие умирали прямо на игле. Но умирать от болезни, симптомы которой современный европеец уже и позабыл, видать было намного страшнее…

Инквизитору не читалось. Он один из последних, кто зал всю прошедшую историю Европы с верной точки зрения. Инквизитор просто жил все это время. Почти не изменяясь во внешности, меняя имена и фамилии, но жил. Когда умерли все старики бывшему Великому было 27 лет. За своими плечами он имел оконченный университет и успел поработать. Великий из тех, кто вовремя принял «Индийский укол». Подделок продавалось много. Но папа будущего Великого смог достать один укол и, естественно, отдал его сыну. На счастье, это и была нужная, настоящая вакцина. Тогда людей умирало очень много. Умирали не только старики. Даже многие из тех, кому было по 18-20-ть лет отдавали богу душу. Так что укол был не лишним и для более молодых людей. Было страшно.

Побочка нескольких партий Индийского укола оказалась весьма неожиданной. Полная регенерация, не сразу и не навсегда, но сейчас Великий выглядит на 40-45. Такое лекарство повторить не смогли, сколько не пытались. Когда отдельные лица это поняли, то много времени уже прошло. Сейчас такое долгожительство в Европе, объединенной вместе с Британией в одно государство, называют одним из «Чудес богини РА». Но то, что «одаренные чудом» люди живут настолько долго, знают только они сами.

Других, таких же как Великий, верные ему люди питаются найти. Многих даже находят. Кто опасен – уничтожают. За неопасными наблюдают, вербуют напрямую, разговаривают и выясняют подробности. Работа кипит.

Знания, это то, что позволяет управлять другими. Да, одних знаний недостаточно для завоевания авторитета. Однако отсутствие таковых, неумение руководителя пользоваться другими людьми, знающими и умеющими, ни к чему хорошему организацию не приводит. Но такие, «знающие люди», по крайней мере должны быть в наличии. В Европе, после эпидемии и разгула банд, именно таких людей осталось очень мало. Целые институты – сожжены и разграблены. Источники знаний – уничтожены. Уцелевшие же специалисты, как раз и были из таких «уколотых». Так (в очень узком круге лиц) называет их Великий! Многие отрасли экономики начали возрождаться, опирались на этих людей. Но уровень и особенность воздействия Индийского укола на различных людей – разный. Даже на близнецов он действовал «по-своему». Многие из «уколотых» уже умерли. Некоторые спели «принести пользу», некоторые умерли, так и не поделившись крохами знаний.

Великий так и заснул в библиотеке, прямо в кресле. Он даже не сопротивлялся нахлынувшей усталости. Завтра Великая Сапа. Завтра будет много работы.

ВЕЛИКАЯ САПА

За час до Сапы Великий инквизитор запирался в комнате над главной ложей. Через какое-то время с ложи будет зачтен приговор суда Инквизиции. Далее произойдет выход его, Великого. Он и совершит Великую Сапу. От него зависит то, кого и как накажут (да и накажут ли вообще). Именно это действие и делает простой суд – Великой Сапой. Во время Сапы, через Великого Инквизитора действует сама Ра. Это праздник для всего государства и везде, во всех барах и забегаловках, собираются люди, смотрят трансляцию, пьют и едят, радуются и делают ставки в тотализаторе.

Комната над главной ложей была не большой. Из мебели только письменный стол, удобное кожаное кресло и кожаный диван с небольшим столиком. На столе стоял старый, видавший годы компьютер-моноблок. Великий настраивался. Из встроенной в стены хорошей системы звучала музыка. В такие часы, он обязательно включал песню Чеслава Немена: «Bema pamieci rapsod». Любимая песня его матери. Великий поддавался воспоминаниям. Сейчас Великий вспомнил, как отец в шутку поддевал маму, читая строки какого-то поэта:

Она учила песни Дженис Джоплин,

И Джимми Хендрикса включала перед сном…

Мама обижалась, но как-то не по-настоящему. Несмотря на то, что времена хиппи давно уже прошли, ее молодое польское сердце жило цветами именно той эпохи. В ее мозгу звучала именно та музыка. И если бы она не встретила молодого индуса, который любезно согласился купить ей кебаб и кофе, то неизвестно в какой подворотне закончилась бы ее жизнь. Он слушал скучную музыку Sun Ra Arkestra, умудрившихся наплодить бесконечную кучу альбомов. Он запиливал до дыр диски Джона Колтрейна, с его вечным «A Love Supreme». Он разговаривал о чем-то странном и приземленном, но она чувствовала, что именно такой ей и нужен. Он и есть тот, кто вытянет ее из болота наивности и позволит дожить до глубокой старости. Со временем мама поняла, что «Filles De Kilimanjaro» Майлса Девиса – тоже музыка. Такую тоже можно слушать, она не хуже любимой психоделики. Правда чудаковатый с виду Sun Ra, все равно на душу маме не лег. Его папе приходилось слушать в наушниках.

Также мама поняла, что тихая семейная жизнь только с одним мужчиной, тоже вполне удобоварима. И, главное, что если этот вроде бы скучный жгучий брюнет выбросит ее обратно к бывшим друзьям, то она вскроет себе вены. Друзья же были в шоке. Они не понимали того, как она могла жить с этим типом? Но ответом было именно слово «жить». Мама будущего Великого Первого просто хотела жить. Как оказалось, была права именно она. Большинство маминых друзей и подруг так и не увидели седин зрелого возраста на своих висках. Буйство безумных красок спалило их души, а сердце прикончила очередная доза наркотика, или следующая бутылка виски. Безумство молодости, в своей жизни, надо однажды остановить. Многие, начавшие стареть сердца, такой костер выдержать не способны.

Великий не знал польского и не понимал текста «Bema pamieci rapsod». Ловил только отдельные, похожие на русские слова. Русский язык для него был практически родным. Папа, по делам фирмы, провел в России половину своей жизни. С 4-х до 10-ти лет будущий Великий Инквизитор прожил в Москве. Сейчас один этот факт мог низвергнуть его в пучину костра очередной Сапы. Но! Сейчас вся та история была не его историей. Он был другим человеком. А с восхождением на пост Великого Инквизитора он потерял и свое имя. Теперь он был просто Великий или Первый. Его зам был Второй, и только Второй! Несмотря на то, что Второй считался замом Первого, на его плечах в основном были церемониальные дела. Тем не менее они требовали особых знаний и умений. Тут любой встречный-поперечный не справится.

Другие Великие, коих всегда было 530 человек, имели свои имена и фамилии. Но любой из 530-ти был ниже по рангу, чем Великий Первый, Великий Второй и… Палач Великой Сапы. Сейчас, большинство Великих, смотрели на Сапу либо из своих балконов, либо находились на главной трибуне. Только отдельные несли службу.

Тут следует заметить, что СМИ, упрощенно, называют словом «Сапа» все действие такого суда и весь последующий процесс исполнения наказания. Инквизиция этому не противится. Простые люди не способны понять такие нюансы. НО, из стандартов следствия и стандартов исполнения наказаний известно, что самой Сапой называется то, что случается после выхода Великого Первого и до момента его ухода. Считается, что через Первого, на весь процесс судейства смотрит сама Великая Ра. Она контролирует справедливость наказания. Это называется «истинным проявлением высшей степени демократии».

Первый подошел к окну. Там, на площади, сейчас колыхалось море людей. Это море успокаивала его гвардия, которая исполняла роль бывшей когда-то полиции. Каждый гвардейский милиционер мог сделать с любым человеком из толпы многое. Если, конечно, это не представитель Первой или Второй ложи, если он не бывший или действующий солдат гвардии, или армии инквизиции, если он не инквизитор любого уровня (было 5 уровней, по возрастанию номера. Но любой великий – над нумерацией любого инквизитора). У всех последних были хоть какие-то права. Плебс же не просто боялся, это не правильное слово. Плебс знал, что так должно быть. Должно быть – и все! Таков порядок и смысла сомневаться в нем нет. Это такая реальность.

Общество Европы нового пошиба делилось на следующие классы:

– Великие люди;

– Ложа культурной элиты (Первая ложа);

– Вторая ложа;

– Плебс высшей категории, плебс низшей категории;

– людеподобные существа (люсы, как их иногда называют).

Закончилась «Bema pamieci rapsod». Система была настроена на случайный выбор и в колонках зазвучал «Filles De Kilimanjaro»: «Смотри как, только подумал про нее» – удивился Первый. А на главной ложе уже разворачивалось действие. Первому пришли на ум слова из учения Великой Ра: «Если тебе уже строят виселицу, то это не означает, что ты умрешь в ее петле! Если для тебя собирают костер, то это не означает, что ты умрешь, корчась в его пламени. Все в руках суда великой Ра! Ничто не предопределено, но все решает Ра»:

– Остается только верить, – вслух подумал Первый и улыбнулся, – только верить!

Второй и его свита уже расположились в своих креслах. Позади них сидели Великий стажер с другими инвами. «Спектакль» Сапы уже шел. Один из помощников Второго (с трибуны) зачитывал перечень содеянного обвиняемыми. Текст проецировался прямо на невидимые для народа полупрозрачные стекла, но Великий, прямо из окна комнаты, мог читать эти тексты. Пошли прения. Все, как всегда. Где-то сценарий, где-то экспромты. В итоге получается интересное представление с реальными жертвами в конце.

Второй встал для чтения проект приговора. В центре специального помоста, расположенного возле выложенных в круге костров, поднялась платформа с обвиняемыми. Обвиняемые были привязаны к столбам (с заклеенными специальным клеем ртами). По обе стороны каждого обвиняемого, в черных одеждах свободного покроя, стояло по два инквизитора высокого, четвертого, ранга. Большинство простых людей, за всю свою жизнь может не увидеть воочию столь важную особу. Что уж говорить про то, чтобы увидеть самого Первого, Второго, или Палача. Услышать их речь. Пусть даже вдалеке, на одной из сцен. Но ведь вы были с ними вместе. Пусть и на одной площади столицы, но вместе и одновременно со всеми. Про одно это многие рассказывали своим внукам, или соседям. Друзья в баре открывали рот, слушая такой рассказ и угощали такого человека пивом. Билет, на участие в Сапе, аккуратно наклеивали на листок картона, и вешали на стену, в рамке, под стеклом. На этот же лист наклеивались чеки с баров площади. Некоторые бары, за небольшую плату, приносили свой чек прямо в рамке, где было место и для наклейки билета. Такое считалось шиком и ценилось у барменов всей Европы. Даже чужой билет с чеком из бара, который находится на площади Сапы, считался очень счастливым амулетом. Такое вешали в холлах гостиниц, у стойки бара. А уж иметь такое на стене центральной комнаты своего дома – порой неисполнимая мечта. Билеты и чеки прошедших, особо удачных и зрелищных Сап, даже подделывали. Это был не просто фетишизм, это был бизнес. На сайтах Инквизиции даже были списки, какие номера билетов, кому принадлежат. Там регистрировалась и купля-продажа таковых. Естественно, за обязательную мзду. Человек, имеющий такой билет с чеками, заказывал их подделку. Подделка отдавалась покупающему, сам же продающий, чах над оригиналами, как алчный дурень над златом. Любая удачу в жизни, пусть даже достигнутая огромным трудом и предсказуемая, приписывалась магии описанных выше артефактов.

Проверка оригинальности билетов, была целым бизнесом. В нем имелись свои корифеи, знающие опечатки и неровности линий на них. На глаз определяющие разницу между выпущенными их партиями. Чуть ли не наизусть знающие, какой номер билета кому принадлежит в настоящее время.

В конце Сапы, в специальном магазине площади, продавались личные вещи осуждаемых. Одежда резалась на кусочки, часы, браслеты, сережки разделялось на части. Все это имело свою цену. И если в рамке с билетом присутствовал такой клаптик, или железячка (с сертификатом оригинальности), то это повышало ценность артефакта. Иногда – в разы. Безумие безумий, не иначе. Но таково это общество. Если человек воспитывается в определенной атмосфере с детства, если он не видит альтернативы, то наблюдаемое считается нормой. В мозгу просто нет других данных и им неоткуда взяться!

Каждый инквизитор держал в руках дубинку. Мало кто знал из толпы (даже в первой и второй ложе), что дубинки были оборудованы парализаторами, которые отключали человека лишь на несколько мгновений. Он даже упасть не успевал. Но уровень воздействия был ошеломляющий. Спереди платформы с осужденными, ближе к толпе, туда-сюда расхаживал Палач (высокий широкоплечий брюнет с правильными чертами лица). На этот раз палачу приказано быть «ленивым», приговору возмущаться и громко, мол: «Тут еще и работать заставляют». Все на площади слушали нудную речь Второго.