Всё началось с заката. Они

Я и так не то чтобы полна сил, ещё и его нелёгкая рука меня придавливает. Попыталась её аккуратно с себя стянуть.

– Проснулась? – раздался сонный, слегка хриплый голос Рэйма. – Куда-то собралась?

– Я пока всего лишь хочу сесть, – откликнулась я, и Рэйм тут же поднялся и, аккуратно держа за плечи, усадил меня в вертикальное положение. – Спасибо.

– Пить, есть хочешь?

– Пить, – почувствовала я жажду, будто горло неделю влаги не видело.

Рэйм поднялся и принёс мне стакан настоя, который я тут же осушила. Он наполнил его заново, а я снова всё выпила, но после второй порции жажда утихла и от третьей пока отказалась.

Да уж, ощущения так себе, даже сидеть непросто. Голова не кружится, но тяжёлая и мысли шевелятся с трудом. По-моему, даже когда я в прошлый раз здесь очнулась, было проще.

– Миратэя, ты как? – присел он передо мной.

– Как будто два дня и две ночи безостановочно бегала, таскала тяжести, не пила, не ела и не спала.

– Может, тогда поешь? Есть…

– Нет, – прервала я его, растирая себе гудящие виски. – Не сейчас. Что у меня со спиной?

– Я не видел, на ней снова травы, закреплённые лопухом, но Алина говорила, что шрамы воспалились, расширились и увеличились.

– Понятно, – вздохнула я. – Жаль, но это не очень высокая цена.

– Цена? За то, что ты сделала? А что ты, кстати, сделала?

– Рэйм!.. Ты можешь меня проветрить по нашему маршруту? Я сейчас вряд ли даже до выхода сама дойду.

– Конечно, – не стал он настаивать на ответах, хотя было видно, что знать очень хочет.

– Спасибо, – слабо улыбнулась я, пока он укутывал меня в шкуру и поднимал. – Хорошо, дождя нет, – озвучила я мелькнувшую мысль о том, что укрывать нас было бы некому.

– Тебя сегодня как – помедленнее проветрить? Или побыстрее?

– Можно побыстрее. Кто знает, насколько меня хватит?

Рэйм побежал, крепко прижимая меня к себе, а я, одной рукой придерживая накидку, второй держалась за него, положив голову на плечо, уткнувшись лбом в шею и закрыв глаза. И дышала свежим воздухом. Поставил он меня у самого входа и отошёл. После я попробовала дойти до него сама и даже почти справилась, но на последних шагах запнулась, и Рэйм тут же оказался рядом, удержав за плечи.

– Подожди, – остановила я его попытку поднять меня. – Давай так немного постоим, – подошла я к нему, обняла, облокотилась, закрыла глаза и чуть было не уснула.

– Постояли и хватит, – отреагировал Рэйм на мой зевок. – Пойдём, тебе бы ещё поесть не помешало.

Я не спорила. Не хотелось. Практически лежать на его руках и вдыхать его, было так приятно и уютно, что я снова начала засыпать, при этом даже подзабыв, что со мной что-то не так. Ни вспоминать, ни думать не было желания, а вот Рэйм вряд ли забыл, но не спрашивает больше, не допытывается. И я благодарна ему за заботу.

– Я убедила стаю, что мы не опасны и есть нас не надо, – решила ответить я. – Что мы одинаковые и не должны доставлять друг другу неприятности. По крайней мере, я хотела передать им именно это, а уж что вышло, не знаю. Но, видимо, получилось, раз они ушли. А цена? Любые действия, или бездействия твои, мои, да и кого угодно, имеют свои последствия. То есть, цену. Я просила духов мне помочь, готовая к любым последствиям. Долго они не заставили себя ждать.

Мы успели вернуться, пока я неспешно рассуждала, ища ответы, и Рэйм опустил меня.

– То есть обмен, о котором ты говорила – это обмен твоего здоровья на жизни женщин и детей? – уточнил он, подавая третий стакан с отваром, немного мяса, печёные овощи и виноград.

– Нет, конечно. Моё здоровье не стоит стольких жизней, но его хватило на то, чтобы обмен состоялся. Обмен, жизнь за жизнь. Как я тебя как-то спасла, удержав от падения, а потом ты спас меня, вступившись и поручившись перед Советом.

– Миратэя, ты же понимаешь, что я руководствовался совсем иной причиной?

– Я для примера, – улыбнулась я. – Ты ведь тоже прибег к нему, потому что так понятнее. Но, кроме обмена, был ещё и уговор. Они не тронут нас, мы не тронем их. И это главное. Лигры согласились и свою часть выполнили, а в природе нет лжи. Никто не умеет и не пытается врать или лукавить. Ни одно живое существо, кроме людей, об этом даже не думает. А уговор был как между животными. Духи согласились на это и позволили сделать, взяв плату только за возможность. И если нарушить, получится, что мы обманем не только лигров, но и духов. Вряд ли они обрадуются. Как думаешь?

– Да уж наверняка, – задумчиво согласился Рэйм. – Какое у тебя было интересное племя. Вы часто так с животными общались? Хотя вряд ли, здоровья не напасёшься на такое. Да?

– Нет, Рэйм, – вздохнула я, уже предугадывая его реакцию на правду, но придумывать что-то другое нет смысла. – Мы с животными не общались. Ни часто, ни редко. Это был… эксперимент… импровизация, как с настоем. Я вспомнила, что слышала от отца о неких друидах, которые могли взывать к духам и с их помощью говорить и понимать язык животных, а иногда даже деревьев и растений. Это была безвыходная ситуация… и я просто попробовала.

– Подожди, подожди… – проговорил он после минутного ошеломлённого остолбенения. – Ты хочешь сказать, что бежала навстречу стае опасных хищников только с неясными воспоминаниями о рассказе отца? – с каждым словом он всё явственнее выражал потрясённое недопонимание, панический ужас и возмущение. – Просто попробовать? Понимая, что, мягко говоря, может не сработать? Я же, надеюсь, всё неправильно понял?!

– Нет, – грустно опустила я глаза. – Всё именно так.

– Что?.. я… да ты!.. – не давались ему слова, пока он, подскочив, нервозно метался из стороны в сторону. – Я не понимаю!.. ты понимаешь?.. то есть… я мог прибежать на помощь, а вместо этого чуда, на моих глазах лигры разорвали бы тебя на части? Да ты в своём уме?!

– Ну не разорвали же? У меня получилось…

– Наверное потому, что духи просто обалдели от происходящего и от такого запроса и помогли, пока находились в шоке. Ещё бы! Молодая, на вид вменяемая девушка, решает сделать неизвестное и невозможное, просто чтобы… попробовать!.. ха-ха… а то, что у неё, скорее всего, может просто не получиться, это ничего. Что с ней могут сделать звери? Всего-то лишь убить…

– Рэйм, ну не убили же, не разорвали, даже не укусили. У меня получилось, – убеждала я, но видела, что не получается. – Нет, а что ты предлагаешь? Что я должна была сделать? Стоять и смотреть, как они рвут ребёнка?

– Ну, уж точно не бежать к нему, чтобы составить компанию! Помощь же была совсем рядом. Могли броситься врассыпную, а пока бы лигры сориентировались, мы бы и прибыли. Я видел, как ты бегаешь, ты-то точно могла спастись.

– За счёт других? За счёт Фита? – тоже вспылила я, и откуда только силы на спор взялись. – Да как бы я жила после этого? Как бы я могла сидеть, спать, есть, зная, что за это заплачено кровью, минимум, одного ребёнка? – всхлипнула я.

– Эй… ты что, плачешь? – сел он рядом и, поймав ладонями моё лицо, аккуратно повернул к себе. – Ну, Мира… извини, не плачь только. Я не хотел тебя обидеть или расстроить, я просто… а ты обо мне подумала? Ты же для меня всё: свет, воздух, жизнь, – выплёскивал он своё признание, целуя между слов в щёки, нос, лоб, губы, подбородок. – Без тебя и меня не будет. Я почти не помню себя между тем, как покинул тебя на скале, и тем, как ты снова появилась. Просто какое-то серое, блёклое существование. Без цели, без радости. Я не переживу, если с тобой что-то случится. Посмотри на меня! – потребовал Рэйм, и я посмотрела в его глаза. – В этот раз повезло, за что я всю жизнь буду благодарить духов. Но в будущем, умоляю, береги свою жизнь. Пожалуйста. Для меня, – закончил он шёпотом, касаясь моих губ и выдыхая последнюю фразу: – Позволь провести с тобой долгую и счастливую жизнь, – он полностью погрузился в поцелуй.

Я отвечала, продолжая немного плакать, только уже от иных чувств. Я ведь чувствую то же самое и поэтому понимаю его. Я не могла поступить иначе, но мне от этого не легче. Понимание даёт и представление, что было бы со мной, если бы Рэйма убили на моих глазах. Хотя нет, не представляю. И панически боюсь когда-нибудь узнать это наверняка.

– Прости меня, – сказала я, когда появилась возможность. – Я обещаю больше не подвергать свою жизнь опасности. Сделаешь то же для меня?

– Да. Всё, что попросишь, – улыбался Рэйм, лучась нежностью.

– Хорошо. Значит, теперь я смогу жить чуть более спокойно, – погладила я его по щеке.

– Я бы целовал и обнимал тебя бесконечно, но пора спать, – чмокнул он меня в висок. – Ложись.

Как только он напомнил про сон, я сразу раззевалась, и глаза начали слипаться с немыслимой силой. Я аккуратно улеглась набок и удивлённо посмотрела на Рэйма, укладывающегося передо мной.

– А почему сюда? – спросила я. – По-моему, когда проснулась, ты лежал с другой стороны.

– А ты не против? – обрадовано уточнил он.

– Нет. Совсем нет.

Дважды ему предлагать не пришлось, он быстро переместился, пододвинулся поближе, но не касаясь моей многострадальной спины, провёл ладонью по руке и уложил на талию. Я улыбнулась и уснула в ту же секунду.

Проснулась поздно, уже без Рэйма, но с негромко переговаривающимися знахаркой и её ученицами.

– Доброе утро, – привлекла я их внимание. – Или уже не утро?

– Утро, – подпрыгнула ко мне Фиса. – Но позднее. Ещё чуть-чуть и будет день. Ты как?

– Я… – задумалась я, прислушиваясь к ощущениям в теле. – Немногим лучше, чем вчера.

– На вот, выпей. Здесь отвар, здесь настой, – подошла и протянула мне сразу два стакана Каяна.

– Спасибо, – приняла я их и с удовольствием тут же проглотила первый, жажда была не меньше ночной. – Поможете мне добраться до навесов, пока у меня ещё есть силы после сна?

– А может, мы тебе тут пол разберём?

– Нет, хочу прогуляться и подышать свежим воздухом, а то опять забуду, как на собственных ногах передвигаться. Но помощь мне нужна.

– Хорошо, Фиса с девочками тебя проводят и поддержат. Я пока тебе поесть подогрею, а после ты нам расскажешь, что вчера произошло на берегу. А то историй уже много и все разные, а предположений и того больше.

– А можно, я расскажу всё один раз? Пригласите кого-нибудь из Глав, чтобы мне не повторять одно и то же, – медленно поднималась я, опираясь на мою названную сестру. – Они ведь тоже наверняка жаждут знать.

– Да уж, наверняка, – подтвердила знахарка, не задумываясь поглаживая свой животик. – Ещё вчера приходили и утром уже спрашивали. Мокка, девочки справятся вдвоём, а ты давай к Дому Советов. Скажи, что Миратэя проснулась и пока может, хочет ответить на интересующие их вопросы, но в моём шатре. Пусть подходят, но не сразу. Надо дать ей время.

Мокка убежала, а Лайла принялась завязывать на мне накидку, пока Фиса придерживала. Голова кружилась долго после подъёма, но к выходу успела встать на место. Идти оказалось непросто, даже, несмотря на опоры с двух сторон в виде девочек. Передвигались мы не быстро, мой шаг стал очень прогулочным и неторопливым, так что все встречающиеся успевали вдоволь мной налюбоваться и обсудить. Эмоции у людей были разные: любопытство, удивление, непонимание, радость, благодарность, недоверие, жалость, смущение, озадаченность, взволнованность, восхищение, сочувствие. Заметила даже благоговение, что совсем уж слишком.

– Ты уверена, что дойдёшь? Может, попросить кого тебя отнести? – спросила Лайла.

– Нет, не надо. Я дойду. Медленно, но верно.

– Да мы ж не против. Просто выглядишь ты очень усталой, – поддержала подружку Фиса.

– Не выгляжу, а так и есть. Мы идём очень медленно, знаю, а по моим ощущениям, я бегу со всех ног. Проще, конечно, попросить о помощи, но мне нужно справиться самой, а потом я снова усну, чтобы ещё немного восстановиться.

Где-то на середине пути в обратную сторону я уже глубоко жалела, что не согласилась на предложение. Упадок сил был полнейший, хотелось лечь и вырубиться прямо там, где ступала моя нога, а мне ещё надо поговорить с Главами и поесть. Где-то я ошиблась в оценке своих возможностей.

Когда мы, наконец, добрались, и я вползла в шатёр, меня уже ждала добрая половина Совета. Дыша как загнанное животное, в знак приветствия смогла только невразумительно кивнуть.

– Миратэя! – возмущённо покачала головой Каяна, набирая в стакан отвара и наблюдая, как девочки пытаются меня не уронить. – Для чего нужно было над собой так измываться?

– Да, – выдыхала я слова, трясущимися руками беря стакан и опрокидывая его в себя залпом. – Что-то я погорячилась…

– Ещё налить?

– Можно просто воды, – кивнула я.

– Ну, не хотела здесь, надо было найти кого-нибудь, чтобы отнесли…

– Не спорю… надо было, но уже поздно. Итак… уважаемые Главы… – всё ещё никак не могла я восстановить дыхание, и остатки сил стремительно исчезали, успеть бы. – Извините, что заставила ждать, но быстрее не вышло. Вы не против, если, отвечая на вопросы, я буду параллельно есть?.. На два действия по отдельности, боюсь меня может не хватить.

– Не против, Миратэя, – сказал Увел, пока Фиса выставляла передо мной мой завтрак и, скорее всего, обед одновременно. – Прежде всего, мы хотели бы поблагодарить тебя за спасение наших женщин и детей, – я кивнула, принимая благодарность. – Но хотелось бы прояснить несколько моментов.

В общем, жуя маленькие кусочки, вопрос за вопросом, слово за слово, я повторила то же самое, что уже поведала Рэйму. Разговор получился почти в точности, как с ним. Разве что Главы не возмущались и не так нервничали оттого, что это была попытка, которая случайно сработала. Они спокойно всё восприняли и успокоили меня тем, что сегодня вечером племени в целом, и охотникам, в частности, объявят об их решении запретить отравляться на поиски побеспокоившей нас вчера стаи.

– Единственное, – задал Шахиль последний вопрос перед выходом из шатра. – Если охотники во время добычи наткнутся на лигров, как им понять, что это не те.

– Очень просто. Если они наткнутся, то точно не на тех. Та стая сейчас должна стремиться уйти подальше от нас. Через несколько дней они будут совсем далеко, и новые встречающиеся люди для них не будут теми, с кем они договорились. Нам не нужно делать что-то или думать о чём-то дополнительно, просто отпустить и не преследовать одну конкретную стаю.

Мужчины ушли, и я тут же легла, собираясь уснуть.

– Правильно легла, я как раз хотела обработать твои шрамы, – присела рядом Каяна, сразу завозившись на спине.

– Обрабатывайте. А что там с ними? – уже сонно уточнила я.

– Ну, то они у тебя уже начинали разглаживаться, а теперь снова будто только начали заживать и срастаться.

– М-да… печально, – медленно моргнула я, совсем немного переживая, что мои недавние успехи в тренировках тоже откатятся назад.

Придётся увеличивать и усложнять.