Это ты

Дневник

Глава 1.

До закоулков сознания начали доноситься знакомые звуки. Потребовалось немного времени, чтобы мозг осознал, что это за мелодия: звонил будильник.

Заняв сидячее положение, Эля ещё немного послушала "императорский марш" держа телефон в руках. Она немного отстранилась от мыслей о грядущем испытании: нужно было встать, умыться, застелить постель, накраситься, откреститься от предлагаемого мамой завтрака… Такого вкусного, ароматного… Затем собрать учебники и тетради, в сотый раз поклявшись: "Вот сегодня – соберусь вечером!" И, ведь, это ещё не выходя из дома! За порогом же её ждали ещё большие трудности. А именно: почти два часа дороги на общественном транспорте, набитым битком, минут сорок, из которых принадлежали метро. Если вы, вдруг, не знали, московское метро – это настоящий ад. А по утрам – это ад, умноженный на десять! И после этого были пары. Сегодня ещё повезло, всего две пары, хоть и с окном. Но после – дорога домой. Кто же виноват, что ВУЗ так далеко от дома? Она была благодарна, что с такими результатами экзаменов её хоть один университет принял! Ещё на первом курсе Эля выработала свой личный маршрут для возвращения домой: жертвуя примерно тридцатью минутами своей жизни, она, как сама говорила, сохраняла себе больше нервных клеток и возвращалась домой с большим комфортом.

Все эти мысли для неё, студентки третьего курса, были довольно привычными и спокойно существовали на фоне. Сознательно или нет, она задумалась совсем о другом.

"Мне снился мужчина? – наморщив лоб, сидя с одним открытым глазом и смотря в окно, Эля пыталась вспомнить свой последний сон. – Или не мужчина?"

В памяти мелькали лица, но какого-то чёткого изображения не было. Не мудрено: каждый день она видит сотни людей в университете и по дороге в него.

"Или мне вообще ничего не снилось".

Она решила сдаться, и ускользающие обрывки минувшего сновидения рассыпались в прах и исчезли.

Наконец, решив выключить ранее столь любимую, а ныне, ненавистную композицию из известной космической саги, Эля увидела страшные цифры: 6:02. И тут же мысли, до этого терпеливо ожидающие на фоне, накрыли её как волна. Пытаясь спрятаться от них под одеялом, она бы так и заснула сидя. Ведь, для тренировки силы воли, был установлен лишь один будильник. Чтобы встать сразу, без отговорок. Но подстраховка, всё же, была.

– Эля, ты встала?

Из-за двери раздался тихий женский голос.

– Да, мам, – ответила Эля, не меняя положение, продолжая проваливаться в сон.

Нежная белая пелена начала обволакивать её сознание, мягкая кровать словно бы говорила: "Полежи, просто полежи, не нужно спать! Всего пять минут, а потом иди!"

Даже не задумываясь, что это происходит лишь в её воображении, девушка ответила вслух:

– Да…

И на этой ноте, её тело, грациозно, как пушинка, приземлилось в кровати. Ну, в смысле, она плюхнулась на подушку как костяшка домино. Ноги, по-прежнему, оставались на полу: настолько ей было лень. Но не прошло и минуты, как патруль сделал ещё один круг:

– Эля! – голос мамы, на этот раз, звучал чуть громче. – Ты точно встала?

Однако закрытая дверь служила гарантом того, что обман дочери не будет раскрыт.

– Точно.

Девушка старалась отвечать как можно более бодро.

"И так, – начала в своей голове диалог маленькая обманщица, и её нахмурившийся лоб стал разглаживаться, – мистер кровать, на чем мы остановились?"

Но не успела белая пелена даже подумать возникнуть…

– Э-ле-о-но-ра.

Тут же, словно электрический заряд раздался по телу сони: есть немало вещей, что могут вывести Элю из себя. И одна из них – когда её зовут полным именем.

На секунду она пожалела, что дверь в её комнату не скрипит, ведь тогда бы этого издевательства можно было избежать. Откинув одеяло и снова заняв положение сидя, Эля, она же Элеонора Викторовна, хотела, было, повернуть голову, не поворачивая тело, как в фильмах ужасов, на сто восемьдесят градусов, туда, где в дверях стояла мама. Но ничего у неё не вышло. Протерев глаза одной рукой и шею другой, Эля почувствовала на своей спине взгляд матери. Скорее всего, она стояла, скрестив руки на груди и прислонившись к дверному косяку, как делала это всегда.

– Всё-всё, – словно выгоняя мать, говорила она, – теперь точно встала.

– Доброе утро.

За спиной послышались удаляющиеся шаги.

«В каком же месте оно доброе?»

Эля глубоко вдохнула и направилась в ванну, не переодеваясь, в одной футболке на несколько размеров больше, которую она использовала вместо ночной рубашки. Ей было нечего стесняться, ведь они жили с мамой вдвоем. Их скромная двухкомнатная квартира, как считала Эля, была больше похожа на музей времен СССР: старые серванты и шкафы, выцветшие обои. Лишь некоторая техника и кровать Эли могла бы выдать век, в котором они сейчас живут.

Дальше всё шло по расписанию и без изменений. Только одна деталь не давала покоя: её волосы. На смену красивым, длинным – ниже поясницы, – русым волосам, пришла короткая, даже мальчишеская стрижка, как её сказали в салоне – «Гарсон» и чернильно-чёрный цвет. Вкупе с отнюдь не пышной фигурой, теперь, Элю можно было бы спутать с парнем. По крайней мере, так сказала ей мама. Та была в шоке, когда увидела «обновлённую» Элю. И теперь-то, как она выражалась, её дочь точно никто замуж не возьмет! Конечно, жалко было состригать такую красоту: какие были причёски, косы; как же красиво она выглядела с распущенными волосами. И, всё-таки – это же такой труд! Столько времени уходило, когда мама на ночь заплетала ей косички. Сколько же они сохли. Как разлетались на ветру. Это ещё должно было повезти, чтобы не было ветра, чтобы выйти, покрасоваться своими роскошными волосами. "И вот ради этих нескольких дней?" Как неудобно было их расчёсывать. И волосы были повсюду. На подушке, в учебниках. А уж если попадет в тарелку! Хорошо, ещё, она не подходила к плите. Но игра, как думала Эля, стоила свеч. Ведь столько комплиментов шло в её сторону! Сначала, её это смущало. Но, со временем смущение ушло на нет, и комплименты её волосам выглядели со стороны примерно так:

– «Сударыня, у Вас такие прекрасные длинные волосы!

– О, да что Вы, а я не знала! Всего-то каждый день за ними ухаживаю! Шампуни, лосьоны, бальзамы…»

Ну, конечно, она не грубила в ответ и принимала комплименты. Но думала, по крайней мере, примерно так. И со временем Эля задумалась: «А, вот, если бы не было у меня таких “расчудесных” волос – любили бы меня так же?»

И на этой ноте, без тени смущения… Ну, почти… Ладно, она очень нервничала. Но, всё же, попрощалась со своими длинными волосами. Ведь, как она думала, из красивого в ней были только волосы.

«Вот не будет их и посмотрим!»

А, вот, куда или на что – она сама ещё не решила. Как не удивительно – массовые, да и вообще любые, комплименты прекратились. Одногруппницы тоже были шокированы. Да, что там, многие преподаватели и те! А сама Эля не понимала: почему смена причёски у кого-то вроде неё, стала событием чуть ли не вселенского масштаба? Она перестала быть «Девочкой с роскошными волосами». Вместо этого Эля стала «Девочкой, которая зачем-то отрезала свои длинные волосы». Или как-то так. Конечно, её это расстроило. Но не так сильно, как могло бы. Ведь, она просто подтвердила, что и так уже знала: из красивого в ней были только волосы.

Эля стояла перед зеркалом, держа зубную щетку в одной руке, а другой машинально поправляя короткие темные пряди, которые совсем недавно стали частью её нового образа. её карие глаза смотрели на отражение с привычной долей скепсиса. Миловидные черты лица, узкая талия, аккуратный нос – ничего плохого, но и ничего особенного, как она сама думала. "На шестерку, не больше", – пронеслось в голове, хотя окружающие часто говорили, что она явно недооценивает себя. Маленькая грудь, стройные плечи, короткая стрижка, которая подчеркивала изящество шеи, – всё это казалось ей слишком обычным, лишенным той яркости, которую она иногда замечала у других. Она вздохнула, сполоснула рот и отвернулась от зеркала, решив, что сегодня, как и всегда, её внешность – это просто то, что есть, и не более того.

Вечера она проводила в компании интернета: социальные сети, сериалы. Ну и домашняя работа. Которую можно сделать и попозже. Хорошо ещё по дому ничего не надо делать: всё делала мама. А когда мама возвращалась с работы – они вместе ужинали, после чего, теперь уже точно, Эля садилась делать домашнюю работу.

В разговоре с мамой не было чего-то интересного или необычного. Все её рассказы про коллег, начальство и их фирму вызывали у Эли почти такой же интерес, как и политические новости. Ну, может, чуть больший. Всё же, это её мама. И это всё, с небольшими изменениями, повторилось и на следующий день. И через день.

Немного выручали в этой рутине одногруппницы. Когда девушек объединили в одну группу на втором курсе, у них сформировалась компания "как я сюда попала?" С другой стороны, среди подавляющего числа парней в группе, четырём девушкам было гораздо проще сплотиться. Но иногда эта бригада довольно сильно действовала на нервы.

– Лена, когда ты себе уже парня найдёшь?

Это говорила Света, самая активная из их четвёрки. Леной они назвали Элю. И всё из-за декана, который неправильно произнёс имя на вводном занятии: он назвал её "Ленор". А днём позже, на Элю набросилась Света:

"Привет! Ты Ленор? Необычное имя! Можно я буду звать тебя Лена? А я Света! Там аудитория…"

Ураган Светлана сбил бедную девушку с толку и так закружил, что ей было и слова не вставить. Однако, как и в случае с деканом, Эля решила, что это ей только на руку. "Главное не Элеонора". Истина открылась лишь на сессии, когда один из преподавателей правильно назвал её имя на всю аудиторию. Девушки были в шоке, ведь даже в сети Эля скрывала своё имя под псевдонимами. Но, даже получив объяснение про всё и узнав, что такое сокращение имени тоже верно – девушки всё равно попытались использовать более привычное сокращение “Эля”. Однако, как и ожидалось, "Лена" въелась всем в подкорку и через пару дней все смирились. Самое главное, что сама обладательница редкого имени совсем не путалась.

Закатив глаза, Эля ожидала начала очередной передачи "Давай, выходи замуж". Все эксперты были на местах, оставалось только найти "женихов". Но, к её удивлению, сегодня всё было иначе.

– Света, ты несправедлива, – тихо, но уверенно сказала Арина. Все замерли, удивлённые её внезапной активностью. – У тебя есть парень, а у нас нет. Тебе легко говорить.

– Так в том и суть! – Света хлопнула себя по коленям. – Я хочу обсуждать с вами парней, но у вас их нет! Как я могу это делать, если вы все одни?

Она развела руками, явно запутавшись в собственных словах. Девушки переглянулись, с трудом сдерживая смех.

– Ладно, – махнула рукой Света, – не бесите меня.

Однако, сегодня Арина не собиралась молчать:

– Хорошо, допустим. Но, каких "кандидатов" ты ей предлагаешь?

На слове "кандидатов" Арина скривилась в гримасе отвращения. Все четыре девушки повернули головы в другой угол кабинета, где сидели парни: несколько человек стояли вокруг одного и периодически смеялись, глядя в его телефон. Выглядело это со стороны, скорее, как толпа неандертальцев, скопившихся вокруг одного – того, кто смог разжечь огонь.

Света хотела уже отвернуться, как вдруг, заметила одиноко сидящего парня. В глазах её вновь мелькнула надежда.

– А Серёжа?

Она кивнула головой в сторону, где сидел парень в наушниках.

– А что Серёжа то? – парень тут же повернулся и стал возмущаться, то ли в шутку, то ли серьёзно, – я вообще сижу никого не трогаю…

– Вот и сиди! – отрезала Света и повернулась к своим подружкам, – Да ладно Серёжа…

Парень уже начал снимать наушники и хотел что-то сказать, но Света его опередила:

– Сиди-сиди! – она на мгновение повернулась к нему и сказала это с такой милой улыбкой.

– Да я-то, что. Сижу… – бубнил себе под нос Сергей.

– И черт с этими, – Света махнула рукой на компанию в другом углу аудитории. – У нас есть и другие парни! И на потоке нашем, не только в группе. Я с ними общалась и не такие уж они и придурки, какими кажутся. С ними, даже, иногда интересно…

Она задумалась. Подруги смотрели с ожиданием и недоумением.

– Ладно, – ответила Света сама себе, словно её кто-то пытался убедить и она, наконец, согласилась. – Да, понимаю, как это звучит. Но для первых отношений – почему нет?

– Нет, подожди! А чего плохого, чтобы быть избирательнее при выборе суженого?

Разговор превратился в дебаты Арины и Светы.

– Ой, Арина, ты с такими словами и подходом не в том веке родилась и скорее всего одна останешься!

– Я..

– Уверена, – перебила свою оппонентку Светлана, – у тебя есть заламинированный список с качествами, которыми должен будет обладать твой принц!

Арина сразу сникла. Света заметила это, и ей стало стыдно. Она попыталась исправить ситуацию:

– Ну ты чего? Эй? Я же не в обиду!

Всё это Света говорила совсем другим тоном, наклонившись к расстроенной девушке и пытаясь заглянуть ей в глаза.

– И вовсе он не заламинированный…

Арина сказала это очень тихо, но её все услышали и пытались сдержать смех. Только самой Арине смешно не было. Вообще, она была довольно наивной и контрастировала с остальными. Но, всё равно, была неотъемлемой частью группы. Раньше такие эпизоды были не редкостью. Но, со временем, девушки узнали Арину получше и оберегали её от подобных недоразумений. Арина, может, и не знала этого точно, но догадывалась. И очень ценила.

Между девушками ненадолго повисла неловкая пауза.

– Я хочу парня!

Наконец оживилась Маша, четвёртый член банды. Её голос звучал как мольба о помощи, однако, все были к этому привычны. Арина оживилась и закивала головой в сторону Маши.

Маша была "в активном поиске", так было указано в её профиле в социальной сети. Жаль, там нельзя было указать истинное её состояние: "в отчаянном поиске".

Наконец, Света поняла, чего от неё хочет Арина.

– Пфф, – махнула она рукой на Машу, – это дохлый номер.

– Почему? – на лице Арины было истинное негодование.

– Потому что наша Маша – только на словах такая смелая! – Света сверлила взглядом Машу, которая пыталась спрятать свое лицо рукой. – А как доходит до дела – даёт заднюю!

– Ну Света! – возмущенным голосом заговорила Маша, – Я же просила!

– И ты отстала от неё после одного неудачного свидания?

– Одного?! – Света чуть ли не кричала. – Ну-ка, напомни, сколько я тебе свиданий устроила в итоге?

Последние слова она говорила даже не глядя на Машу, но адресованы они были именно ей.

– Маше было стыдно, что она убегала прямо перед своим свиданием столько раз, поэтому она попросила не рассказывать.

– Всё! – звонко крикнула Маша. – Давайте закроем эту тему, пожалуйста.

Сказав это, она повернулась боком и уставилась в телефон. Щеки её горели.

Арина, кажется, решила истратить весь запас социальной активности:

– Даже так, почему ты так наседаешь на Лену?

– Да потому!

– Аргумент! – наконец заговорила Эля.

– Видишь? – Света показала на Элю и говорила с Ариной, – Она единственная из вас не безнадёжна.

– Поясни? – почти обиженно ответила Арина.

– У тебя – слишком высокие требования. Машка – трусиха..

– .. а Лена всегда молчит или отшучивается.

Маша сказала это, даже не поворачиваясь.

– Кстати да! – вдруг обрадовалась Арина, найдя себе союзника. – Но ты всё равно продолжаешь.

– Просто Лену нужно чуть подтолкнуть. Ей нужна моя помощь.

Света говорила это с немного наигранным пафосом.

– Она тебе это сказала? – приняв это утверждение за чистую монету, искренне удивилась Арина.

– Ей не нужно ничего говорить: я это чувствую.

Она говорила это с такой улыбкой, что, казалось, она сама в это верит. Света раскинула руки в стороны и добавила, закрыв глаза:

– И моя добрая душа не может отказать ей!

В глазах Арины и уже повернувшейся обратно Маши читался один вопрос: "Что ты несёшь?" Открыв глаза и увидев взгляды девушек, Света стала чуть серьёзнее.

– Видите? Она не возражает. Значит, я права.

Теперь уже она скрестила руки на груди.

– Между безмолвным согласием и тактичным молчанием есть разница. Ты знала?

Слова Арины звучали немного высокомерно. Вообще, она правда выглядела как девушка из другой эпохи: её манера речи, убеждения, принципы и даже внешний вид. Когда-то всё это считалось нормой поведения. В наше время это считают диковинкой, странностью. А людей таких называют нелицеприятными словами  с приставкой "высокомерный". И чаще всего, они соответствуют тем, кем их называют. Арина же была скорее исключением, чем правилом. Даже сейчас, просто  попытавшись успокоиться и снизив тон, она бы осталась не понятой. Но девушки успели лучше узнать Арину, поэтому такие моменты были вполне обыденными.

– Что?

Лицо Светы выражало искреннее недоумение. Кажется, всё же, она не знала разницы. Или очень искусно делала вид. Арина разрывалась: пуститься в объяснения или нет? То открывая, то закрывая рот, она скорее выглядела как рыба, выброшенная на берег. Затем она вздохнула и опустила голову, не обращая внимания на Свету, ожидающую объяснений. Она с последней надеждой взглянула исподлобья на Элю и сказала:

– Ну чего ты молчишь? Скажи хоть что-то.

Последние слова были полны отчаяния. Зато Эля, наконец, поняла, что ей можно говорить! Обычно эти разговоры протекали по принципу "без меня – меня женили". Однако позже, в переписке или на следующий день, Эля сообщала Свете, что "передумала". А чтобы не расстраивать её, говорила что-то вроде "ничего, может, в другой раз?" Наверное, поэтому Света считала её не безнадёжной. Наверное, поэтому не отставала. Так, по крайней мере, думала Эля.

– Да я просто наслаждаюсь.

Эля говорила это с улыбкой, больше похожей на ухмылку: ведь пока девушки спорили, Эля продумала в голове свой ответ. Если, конечно, ей дали бы слово.

– Что? – вновь ожила Арина, – Ты любишь быть в центре внимания?

– Ну, да, поэтому я провожу вечера за ноутом.

Но только отпустив саркастическую шутку, Эля поняла, кто её оппонент и постаралась выкрутиться.

– В смысле, нет, не люблю, конечно.

– Тогда о чём ты?

Бедняжка совсем не подозревала.

– Не о "чём", а о ком. – И, решив больше не пытать подругу, почти сразу добавила, – О тебе, конечно.

– Ой!

Арина почти моментально покраснела до ушей и девушки засмеялась.

– Ну правда! Не помню, чтобы ты так отжигала. – Эля замолчала, делая вид, что закончила мысль, но, не дав Арине хоть немного прийти в себя, продолжила, – Даже на новый год ты не была такой активной!

Арина закрыла глаза и прикрыла уши руками и чуть не кричала:

– Всё, хватит! Хватит!

Девушки смеялись, вспоминая новый год: дело в том, что тогда Арина впервые попробовала спиртное. И после пары бокалов шампанского стала необычайно разговорчивой. Хотя ей и было трудно связывать слова в предложения.

– Ну, а что сказать? – продолжила говорить Эля, дав отсмеяться одним и успокоиться другим. – Жалко мне Светку.

Все посмотрели на неё вопросительно, но у Светы эти слова, понятное дело, вызвали наибольший интерес.

– Ей, ведь, не с кем обсудить парней.… Поэтому – я очень постараюсь и заведу себе одного! Или парочку. Как получится.

Она говорила это так комично. Как и всегда в таких ситуациях. Однако увидев, что Арину этот ответ не очень устроил, Эля подумала: "Да и чёрт с ним. Раз уж даже Аришка разоткровенничалась – чего мне отмалчиваться?"

– Ну, а если серьёзно – мне и так хорошо. В смысле, ну не было у меня никогда парня. И что? Двадцать лет жила без него и ничего – жива, здорова, не жалуюсь.

Девушки сделались серьёзными и стали внимательно слушать. Эля слишком редко открывалась подругам, поэтому данный эпизод вызвал большой интерес.

– Суть в том, что мне даже не нравился никто. И знаете что? Мне всё равно! И тёмными зимними вечерами – мне не холодно. Не грустно и не одиноко. У меня есть мама, сериалы и друзья. И пока вы не поднимаете эту тему – я даже не думаю об этом.

Девушки задумались, каждая о своём.

– Хотя… – Эля решив сегодня не отсиживаться в обороне и подразнить подружек, продолжила глядя куда-то наверх, – Да нет, ничего.

Это вызвало такой интерес у подруг, что они наперебой стали просить её продолжить.

– Ну… – Она пыталась выглядеть максимально убедительной, показывая, что эти слова даются ей с трудом, – Если бы… Я ведь о многом не прошу… Но… Если бы у меня был котик…

– Лена!

– Да ну тебя…

Арина и Маша затаили "обиду". А вот Света посмеялась вместе с Элей. К этому времени зашёл преподаватель и началась лекция.

Тема сватовства сегодня и в ближайшее время не поднималась.

Эле было немного стыдно: она была не до конца честна с подругами. Ведь она задумывалась об отношениях. Ведь в сериалах и, не столь многочисленных в списке прочитанных, но, всё же, книгах, какого бы жанра они не были, самая важная линия для Эли была любовная.

"Наверно, – думала она, – классно, когда у тебя есть любящий человек. Нет, мама это другое. И подруги. Конечно, я рада, что они у меня есть. Но ведь это совсем другое!"

Когда ты собираешься что-то сделать по чьим то рекомендациям – то возлагаешь на это определённые надежды. Собираешься ли ты пойти куда-то, попробовать что-то или сделать что-то новое для себя. И если отзывы положительные, или даже превосходные, или вообще великолепные – то ты себе много чего можешь выдумать! Так же было и с Элей.

"Ведь любимый человек всегда рядом. И всегда поддержит. Поднимет настроение. Будет дарить подарки… Не то, чтобы мне важно это! Важен сам жест. Даже если это просто сорванные во дворе цветы. А ещё эти объятия и прочее…"

Правда, не все мысли были такими приятными.

"Только вот парни – козлы. Извращенцы или придурки. Или и то и другое. Мне хватило примера Кати. А все эти "милости" только в сериалах да книгах. А даже… Даже если и есть хорошие парни – зачем им кто-то вроде меня?"

Такие размышления посещали её не только после очередного “сватовства”. Она часто задумывалась об этом, много фантазировала на эту тему. Но об этих мыслях не знал никто, кроме нее самой. Пусть она и не знала, зачем может быть кому-то нужной и не могла придумать ни одной причины – она, всё же, надеялась, что “тот самый” найдет причину. И не одну.

Возможно тот разговор с одногруппницами стал решающим при её ответе на просьбу Маши. Маша приехала из другого города и жила в общежитии, недалеко от университета, как и Света. Но, иногда, Маша после пар ехала на метро вместе с Элей на курсы испанского. К тому же, Маша была для Эли ближе других одногруппниц, ведь они с ней знакомы с первого курса. Пускай вместе они и проводят всего на полчаса больше времени, всё же. Хотя её постоянные жалобы на отсутствие парня немного и надоели. Но они были подругами и Эля всегда её выслушает. Потерпит.

К тому же, Эля восхищалась Машей хотя бы за то, что та увлекается испанским только для себя. И от факта, что даже у такой девушки как Маша нет парня – ей становилось ещё печальнее. Эля считала Машу умной и очень даже красивой: рыжая, с веснушками и зелеными глазами и хорошей фигурой; приехала с севера, где окончила школу с золотой медалью. Она ходила на отработки с девушками лишь за компанию, так как долгов у нее никогда не было. Маша единственная, кому была интересна специальность, на которую она поступила.

Был понедельник, один из дней, когда девушки идут в одну сторону. Маша была на удивление молчаливой, однако Эля заметила, что та словно бы молит спросить "что не так?" Но Эля держалась. Молчала и старалась даже не смотреть на подругу. Но, в конечном итоге, не выдержала:

– Всё в порядке?

Маша обрадовалась, но тоже старалась не подавать виду. Она то улыбалась, то делала немного печальное лицо. Словно в ней боролись две личности:

– Да нет. Ну в смысле, я тебя уже достала, наверное?

Маша немного замялась, но было видно, что она хочет об этом поговорить.

Эля подумала, что, в целом – Маша угадала. Но, в конечном итоге, они ведь подруги и она не хочет отказываться выслушать её.

– Всё окей, давай говори.

Энтузиазма Маша не заметила, но и этого было достаточно.

– Короче: Света – достала!

Сказав это, Маша даже закатила глаза, а Эля удивилась:

– Ого, что-то новенькое.

Учитывая репутацию Светы, слова Эли были приняты за сарказм. Почти сразу и Эля поняла, как это звучит и попыталась исправиться.